Голод (СИ)

Глава 15. Капитуляция

Из душа мы вышли только спустя минут десять, после того, как он тщательно смыл с меня пену, проверяя самые укромные уголки.

Вот только его запах, его слова уже не смоются с кожи. Впитались, как гель в губку, а мозг стал пеной.

Куда подевалась строгая поборница правил и гроза пьянок, Василиса Рябина?

Нет, теперь в зеркале большой в коричневых тонах спальни отражается девушка Черкашина, Вася.

Глаза горят, щеки красные, а губы уже настолько припухли от поцелуев и минета, что ноют. Ноют, да, но просят больше. Макара всегда хочется больше.

Макар в одном белом полотенце подошел сзади и тоже долго смотрел в зеркало на мое лицо, грудь, что от касания его взгляда сразу приподнялась в глубоком вдохе.

Он прижался полотенцем к попе, нависая. Он кажется, нереально огромным и обхватывает грудь, наподобие купальника.

Все тело натягивается струной в ожидании, когда же мой музыкант сыграет свою партию, когда же он снова ввергнет меня в пучину ошеломляющего удовольствия.

— Мне бы на работу, — напоминаю скорее себе, чем ему и предполагаю его ответ. Этого следовало ожидать.

— Зачем?

— Практика, да и деньги платят.

Он на это смолчал и повел рукой вниз, по плоскому животу, к пушку волос.

— Убери здесь все, — проговорил он то, о чем я и сама уже думала. Кивнула. Не вижу смысла спорить. — Практика шесть часов в неделю. Работать можешь в своем фитнес-клубе, а с деньгами решим.

С одной стороны, круто, когда вот так все раскладываю по полочкам, решают денежные проблемы, а с другой такое вмешательство в личное пространство попахивало откровенным шовинизмом. И стеснением свободы и лишения права выбора. О чем я и сказала.

Он на это только хмыкнул, отпустил меня из объятий и, захватив пачку сигарет, пошел в сторону окна.

— Выход ты знаешь где, — бросил он небрежно и вышел на балкон.

______________________________________________________________________

Арт от автора Юлии Оайдер