Город, в котором остался я.

Глава 20

Ну и где этот чёртов пятый корпус? Я уже второй круг по территории пединститута делаю. Спрашиваю про этот загадочный корпус, все машут рукой в одну из сторон, а там ничего, пустырь. Не сразу допёр, что длинное здание буквой «Г» собственно и состоит из двух корпусов.

Вахтёрша окинула меня строгим взглядом, но видимо мой прикид её устроил. Она даже показала мне нужную аудиторию.

Ольга мне сказала, что у неё дополнительные занятия по ритмике и она заканчивает в полшестого. Я ожидал, что это будет небольшая аудитория, где будет проходить занятия её группы. А в реальности попал в большое помещение со сценой. И там занималась группка девушек. Под музыку Битлз они изображали нечто похожее на фитнесс.

Ещё не существует западного поветрия, называемого аэробикой. Когда фигуристые девушки в специальных облегающий нарядах и цветных гетрах будут будоражить мужское воображение с экранов телевизоров. Но нечто похожее происходит в данный момент передо мной. Одна из девушек показывает упражнения на гибкость и развитие тела, остальные повторяют. Весь фокус в том, что эта тренерша моя Ольга. Она в обтягивающем трико с красной лентой на лбу, фиксирующей волосы. Меня поразила та грация, с которой девушка двигается. Я не великий специалист в этом, непродолжительный занятия бальными танцами не в счёт, но Оля явно занималась танцем или скорее балетом на серьёзном уровне. И вообще, она опять умудрилась меня поразить своей многогранностью. Будто специально поставила себе задачу делать из меня дурака с отвисшей челюстью.

Минут десять я любовался на стройные девичьи тела, но присутствующие стали косится на меня, наверное, стесняются присутствия мужчины и Оля объявила об окончании занятий.

— Подожди меня, я быстро, — красотка обдала меня своим жаром и исчезла в раздевалке.

— Ой, это мне? — недаром я выискивал на рынке цветы. Ведь именно вручение цветов девушке при встрече делает это мероприятие настоящим романтическим свиданием. В начале мая в нашем регионе цветов почти нет, но я ухитрился углядеть бабулю у выхода с рынка, которая продавала несколько маленьких букетиков с подснежниками.

Белые и трогательные колокольчики — символ весны я прятал во внутреннем кармане пиджака. И не даром я оберегал их в автобусе. Потому что Оля на мгновение благодарно прижалась ко мне и затем вприпрыжку поскакала на выход.

Это надо было видеть, мы встретили немало студентов обоих полов, которые были знакомы моей спутнице, и с каким королевским видом Ольга шествовала по аллее со мною под руку. Да ещё с букетом цветов. Сразу становится ясным, что мы не просто случайно встретились.

— Куда пойдём?

— Куда захочешь. Но сейчас такая классная погода, может прогуляемся?

— Давай, тогда поехали в Берёзовую рощу.

Так называли парк в Дзержинском районе. Он затерялся между частным сектором и новыми пятиэтажками. От трамвайной остановки до входа в парк идёт аллея — деревянный тротуар, по бокам тополя с клёнами, покрытые распускающейся листвой. А дальше начинается настоящий берёзовый лес, аккуратно распланированный с тропинками из утоптанной земли и мелкой щебёнки.

Пахнет талой землёй и молодой травкой. Берёзы стоят с «мышиными ушками» — нежно-зелёные, полупрозрачные листья блестят на солнце. На клумбах у центральной аллеи зацвели виолы и пролески, а в дальнем углу тётка предлагает влюблённым парочкам тюльпаны в бутонах. От пруда тянет прохладой и запахом тины, а вдалеке звенят детские голоса. Это на площадке работает старая карусель с облупившейся синей краской на деревянных конструкциях. Здесь скромнее чем в центральном парке, зато тихо так, по-семейному. Я купил нам по порции мороженного и мы прошли мимо деревянной эстрады, где разыгрывался духовой оркестр ДК Дзержинского района.

Всё-таки удивительное создание Ольга. Сейчас она идёт по деревянному возвышению, осторожно ступая своими туфельками. Я же удерживаю её, подав левую руку. Как в этой симпатичной головке умещаются одновременно наивность и зашоренность вместе с прагматизмом и острым умом. Девушка абсолютно серьёзно верит в дедушку Ленина и что комсомольский билет в её сумочке окрашен в цвета его крови. Ни больше, ни меньше. Оля агрессивно покусывает меня, когда я проявил небольшой скепсис к борьбе доблестного вьетнамского народа против китайских милитаристов. А ведь первые скоро дружно сядут под руку большого узкоглазого брата. Поддержка прокоммунистических режимов в Азии и Африке — отдельная песня. Я-то знаю, что руководители этих стран сейчас взасос целуются с Леонидом Ильичом, а когда перестанут идти корабли с техникой и продовольствием, вернутся к поеданию друг друга в натуральном смысле.

Хорошо им по мозгам проехали. Американский империализм, расистский режим апартеида в южной Африке и зверское лицо израильской военщины. Ну не буду же я рассказывать девушке, к чему привело падение Претории лет через десять. ЮАР стала самой криминальной и коррумпированной страной в регионе. Негритосы быстро «прокушали» благосостояние родины и она стала одной из многих стран, держащихся лишь на остатках былой мощи, уверенно катясь в своё африканское настоящее. Зато во главе будут стоять свои коренные.

Израиль — крошечная страна, окружённая арабскими странами, живущими в раннефеодальном периоде по своим варварским законам, ухитряется выживать и успешно развиваться.

Америка? Ну а что Америка, Союз вскоре рухнет, погребя под руинами миллионы своих граждан, а его лидер Мишка Меченый беспомощно разведёт руками. Типа, не смогла я Фёдор Евграфыч, не дошла я. Но до этого момента осталось немного времени, а я просто любуясь Олей, которая увлечённо пытается делать какие-то сложные пируэты на узкой доске.

Кстати выяснилось, откуда её хореографическая подготовка. Она несколько лет ходила в секцию художественной гимнастики, пока это не стало мешать занятиям музыкой. Тогда на семейном совете и решили оставить временно занятия спортом.

— Слушай Оль, а тут сорока на хвосте принесла, что у тебя бабушка была фрейлиной русской княгини. Или наврали как всегда?

Девушка соскочила с парапета, опёршись на мою руку:

— Сорока тебя обманула. Мама моей бабушки действительно была в свите княгини Шаховской. Но не фрейлиной, а всего лишь камеристкой.

— Фи, я-то думал.

— Зря думал. Камеристка — это не служанка, скорее доверенное лицо или компаньонка. И вообще, княгиня в революцию умотала в Париж, а моя прабабушка осталась здесь в России.

— Вот так рушатся легенды, я-то думал, что держу за руку без пяти минут правнучку знатной особы, а тут… — и я скривил лицо как от кислого яблока.

— Фух, мать, ну ты сильна, — дёрнуло же мне поспорить с Ольгой, кто быстрее. Я был уверен, что нахожусь в неплохой физической форме. Но эта хитрюля так ловко скользила между деревьями, мгновенно меняя направление, что я не успевал разогнаться и догнать её. В результате спор проиграл и мне пришлось садиться на корточки, девушка взобралась ко мне на плечи и в таком виде я дотопал до конца аллеи. Благо она была в джинсах.

Кстати, самые настоящие итальянские джинсы «Rifle». Тёмно-зелёные из мелкого вельвета, они удивительно хорошо сидели на стройной девичей фигурке, обтягивая в нужных местах.

Выяснилось, что Ольга не из простой семьи. Её отец — профессор Новосибирской консерватории по классу виолончель и ездит с гастролями даже в Италию. Он то и привозит любимой старшей доченьке всякие красивые тряпочки. Есть у Оли и младшая сестра Татьяна. Мама трудится в нашем университете на кафедре русской и зарубежной литературы. Вот такая сложная, с претензией на голубую кровь, семейка.

Всё это время мы с шефом потихоньку подрабатывали, закрывая акты на ремонт скрытых работ. Без особого размаха, но вторая зарплата мне капала исправно. И так как объёмы левых работ были весьма умеренными, но и нам не приходилось рисковать и не спать по ночам.

Несмотря на то, что шанс стать родственниками у нас с Иноземцевым был практически нулевым, наши отношения вне рабочего места остались весьма тёплыми. Меня периодически приглашали на дачу, на шашлыки. Да, как самый молодой я отвечал за мангал. Собирались приятели шефа из различных организаций. Не только производственники, но и из силовых ведомств. И тот факт, что при мне они продолжали говорить свободно, говорил о некой степени доверия. Нет, за столом не разрабатывали хитрые схемы. Люди собирались просто отдохнуть на свежем воздухе, но всех их объединяло нечто общее — здесь были исключительно полезные люди. Знаете, я смотрел фильм с Мироновым в главной роли. По-моему «Блондинка за углом». Вот там невеста главного героя приглашала к себе нужных людей. В фильме это смотрелось гротескно. Но в реальности здесь за столом сидят просто успешные люди, которым повезло сесть на сытные места. Не важно, какая у тебя зарплата. Важно, какой дефицит у тебя имеется. Что есть тебе предложить другим? И тогда у тебя будут продукты из-под прилавка, импортные вещи, билеты на самолёт в горячий сезон, контрамарка в театр или хороший врач, который сделает операцию вашему родственнику. Так это работает. Девяносто пять процентов населения вкалывают и стоят в очередях, а пять пользуются результатами их труда.

Иноземцев в последнее время стал брать меня с собою на игру в преферанс. Несколько приятелей собирались расписать пулю. Кроме нас там был Леонид Валентинович Шнайдерман, знакомый мне начальник участка управления «Сантехмнотаж» и Владислав Анатольевич Хвостенко. Мне его представили как худрука нашего театра музыкальной комедии. Он тщательно скрывал свою разрастающуюся лысину, зачёсывая длинный волос набок. Частенько носил бабочку, даже под свитер.

Собирались мы на нейтральной квартире. Понятия не имею, кому она принадлежит. За вечер мы, не торопясь расписывали пару партеек. Играли не для того, чтобы заработать, скорее целью было приятно провести время. Хотя умеючи даже с минимальной ставкой, вист-копейка, в туже ленинградку можно подлететь на мизерах, мама не горюй, и остаться должным сотню другую. Но у меня был немалый опыт в той жизни, преферанс я всегда любил и частенько соглашался скоротать вечерок с друзьями, расписывая пулю. В реальности я редко проигрывал, чаще уносил червончик другой в кармане.

На журнальном столике стояла бутылка армянского коньяка с закуской, и мы периодически опрокидывали по стопочке. Но так, чисто символически, преферанс не любит алкоголя. Теряешь выдержку и трудно запоминать карты. В перерыве между играми мы перекусывали чем бог послал, а он хорошо снабжает хозяина этой квартиры. Говорили на различные темы, от результатов хоккейного матча «Спартак» — «Крылья Советов» до обсуждения прекрасного пола и разговоров об отпуске.

И когда я позвонил Шнайдерману на работу, тот согласился со мною встретиться. Вроде не чужие люди.

Разговор назрел наиболее остро после моей очередной встречи с прорабом Кулаковым. Строительство нашего дома, где по идее я должен получить квартиру, опять застопорилось. Вернее, рабочие вяло копошатся, но нет труб и на сей раз окончательно сломался бульдозер Д-159. Не хватает грузовых машин, особенно самосвалов. Нужен также автокран, наш стационарный башенный имел мёртвую зону около последнего подъезда. Строители намудрили с ним. Постоянно не хватало кирпича, чугунных труб для стояков канализации, стальные трубы для водоснабжения и отопления, регистры отопления и прочее, прочее, прочее.

Накануне мы проговорили с Василием Викторовичем Кулаковым практически до конца рабочего дня. Не скрою, я узнал много нового. А окунувшись в документацию кооператива «Полёт» мне стала ясна картина. И после вдумчивого разговора с шефом за бокалом пива я наметил для себя возможные шаги по ускорению строительства. Это же мой козырный интерес.

Общий принцип ЖСК следующий. Согласно постановлению Совмина генподрядчик, то есть трест «Новосибирскжилстрой» полностью отвечает за снабжение стройки материалами и оборудованием. То есть именно СУ-4 получает фонды на цемент, панели, кирпич и так далее. У них есть своя снабженческая база УПТК.

ЖСК формально не имеет на это ни прав, ни лимитов. Он является заказчиком и перечисляет генподрядчику средства. Также утверждает сметы и контролирует выполнение. Государство выделило деньги под «объект», а фонды на материалы идут через систему Госплана и Минстроя.

Так что мы в лучшем случае можем помочь подрядчику связями и транспортом. ЖСК мог закупить некоторые материалы и сам. К примеру светильники, двери или часть сантехники. Но это нужно строго документировать. Мы также можем воспользоваться некой лазейкой. Это уже подсказка Иноземцева. Наш ЖСК может заключить прямой хозяйственный договор на поставку конкретных материалов и незначительных работ с субподрядчиком. Это схема была законной, но требовала разрешение исполкома, согласование с трестом и обязательно требовалось прикрыться накладными, актами — всё как положено и, разумеется, проводку через отдел материально-технического снабжения завода. Это позволит нам действовать более гибко. В тресте тоже фондирование жёсткое и постоянная нехватка нужных материалов.

Если я не ошибаюсь, содействия именно в этом вопросе от меня ждёт правление кооператива. И даже прописало отдельной строчкой в договоре. Если я не ошибаюсь это премия в 400 рублей. Вот я и пошёл на поклон к товарищу Шнайдерману. Чем он мне нравится, внимателен и немногословен. Выслушав, не стал колотить понты, сразу спокойно расставил мои хотелки по местам.

— Смотри, Максим, я могу помочь тебе с трубами, отоплением и прочей сантехникой. Составим договор между вашим кооперативом и нашим управлением. Не обещаю всё в полном объёме, но что-нибудь придумаем. А вот по поводу техники, тебе придётся поговорить с нашим главным механиком. Это его епархия. Думаю, с краном мы поможем. Грузовики мы заказываем в автопредприятии. Тоже вопрос решаемый, как говорится за ваши деньги… Кирпич, — ну этого у нас нет, не наш профиль. Но могу подсказать, к кому подойти. Всем нужны смесители и раковины, так что выделю тебе из личного обменного фонда.

Вот вам во всей красоте действие системы, когда нужные связи здорово выручают. Ну и ясен пень, Леонид Валентинович стребует за свою помощь что-то своё, как без этого.

Вот этого я опасался, мы с Олей вроде как встречаемся уже больше месяца. Ну как встречаемся, всё абсолютно невинно, по-пионерски. За ручку подержаться и прикоснуться к девушке — вот и весь интим. Но меня её родители пригласили познакомиться. Как представлю, что меня буду изучать под микроскопом и интересоваться моей семьёй. А что я им скажу, что я сирота и даже с братом родным не общаюсь? Профессия у меня совсем не творческая, инженер на заводе. Судя по рассказам Ольги её папа очень консервативных взглядов, да и мама не подарок. Девчонке уже двадцать один год, а она вынуждена возвращаться домой в восемь часов. Или же отпрашиваться каждый раз специально. А сейчас видимо папа созрел и требует от дочери привести ухажёра пред строгие очи.

— Оль, может нет сейчас. Как я с таким фэйсом покажусь перед твоими предками? — накануне я навернулся на строительной площадке и тиранулся лицом о бетонную плиту. Ничего не сломал, но как наждаком стесал правую сторону лица. Поэтому вид у меня сейчас довольно бандитский.

— Макс, папа скоро уезжает в командировку и хочет тебя увидеть. Я его предупредила о твоей травме, так что не переживай.

Пришлось мне тащиться за цветами и тортом.

В этой квартире я уже был, так что подойдя к двери, зачем-то протёр туфли о коврик, и только затем позвонил.

Мне открыла Ольгина мама, — ой, ну зачем же, спасибо, — это я протянул ей букет гладиолусов и передал коробку с тортом. Покрасневшей Ольге подарил букет белых пушистых астр и меня проводили в зал.

— Добрый день, Анатолий Георгиевич, Олин папа. А вы, стало быть, Максим? — среднего роста плотный темноволосый мужчина энергично пожал мне руку. Он немного похож на турка, такой же жгучей масти со сросшимися бровями, и теперь понятно в кого пошла Оля. Мама у неё русой масти, а вот папа как раз брюнет. Мохнатые брови делали его похожим на разбойника их детской сказки. На нём настоящие американские джинсы и легкий свитер.

Видимо это подразумевалось форматом встречи. Женщины испарились с глаз и минут пятнадцать мы общались наедине. Мужчина рассказал немного о себе и о предстоящей поездке в Польшу, связанной с организацией гастролей оркестра. Ну и, разумеется, вытягивал информацию обо мне.

Позже загремела чашками Нина Михайловна и вместе с дочерью они принялись накрывать на стол к чаю. Я не столько наслаждался чаепитием, сколько наблюдал за Ольгой. В принципе мне её родители до фени, не устраиваю, пусть другого ищут. Но мне интересно, как поведёт себя моя девушка. Будет она пытаться прикрыть меня от наиболее острых тем или полностью поплывёт по течению. Я сам для себя ещё не принял решение, нужно ли мне сходиться с нею ближе и не пройдёт ли вскоре увлечение ею само собой. Да, девушка мне нравится и меня к ней тянет. Но готов ли я терпеть её родителей в нагрузку — не уверен.

Впервые я пользуюсь своими новыми связями. Мне удалось достать три билета на самолёт до Адлера. В бархатный сезон это очень непросто, но мне посчастливилось.

Накануне объявился Вовчик и предложил встретиться и попить пивка.

Он совсем не изменился, такой же шебутной, — знакомься Макс, это Георгий. Мы вместе работаем. Ты не хочешь махнуть с нами на море? В сентябре там просто сказка, детворы уже нет, одни половозрелые девчонки. Знаешь, сколько в это время там знойных дамочек, охочих до молодых парней?

Ну Вовку не переделаешь, он полностью зациклен на этой теме. Выпив по кружечке, сходили за добавкой. Постепенно разговор пошёл на более предметные темы:

— Представляешь, у Жорика в Гудауте дядька живёт. Он нам организует комнату, совсем недалеко от моря. И возьмёт по-божески, ты не мог бы достать билеты на поезд. Мы ткнулись, так там всё распродано на месяц вперёд. Даже в армейской кассе не получилось взять.

В принципе идея неплохая, кавказское побережье в сентябре и в самом деле шикарный вариант. А насчёт билетов обращусь к шефу, были у него завязки. Вот только надо бы поменяться с Гребенюком. Как раз он хотел в декабре пойти в отпуск, а я тогда пойду вместо него в сентябре.

ТУ-154 с рёвом и перегрузкой приземлился в аэропорту Адлера. Получив багаж, мы сунулись было на автостанцию. Ходит автобус по маршруту «Адлер-Гагры-Пицунда-Сухуми». Но, к сожалению, он только недавно ушёл. Следующий только через четыре часа. Ходит электричка, но это надо переться на ж/д вокзал.

— Парни, таксист берётся отвезти нас до Гагр, это сорок кэмэ отсюда. Хочет червонец, — Вовка вынырнул сбоку с довольной физиономией. А на горизонте наблюдается невысокий мужичок типично кавказской внешности в кожаной куртке. На пальце ключи от машины, рядом стоит канареечного цвета «Волга» с шашечками.

— А что, по трояку с рыла — зато быстро, через час будем в Гаграх. Заодно перекусим, я знаю неплохое местечко— это Жора поддержал Вовика.

Ну, в принципе я не пустой, взял с собой три с половиной сотни. Не обеднеем.

— Вам у колоннады или прямо к набережной? — спросил водила, когда мы въехали в курортный городок.

С моря тянет солёным ветерком, истошно орут у пирса чайки, а по набережной гуляют отдыхающие. Женщины в ярких ситцевых платьях, мужчины в панамах и солнечных очках.

Наш путь закончился у кафе «Апсны». Загорелая официантка в белом переднике и золотыми серёжками в ушах лениво протирает столики. Из кухни тянет дымком, чесноком и жаренным мясом.