Господин

Глава 13

Терджан вернулся к выходным и привез мне подарки. Ворвался в мою комнату вечером в пятницу — я как раз приняла душ после посещения тренажерного зала и едва успела накинуть халатик. Глаза Терджана вспыхнули, а на щеках выступил темный румянец.

— Я подожду… — сдавленно проговорил он, — за дверью.

Я надела длинное розовое шифоновое платье с кокетливыми разрезами на плечах. Заметив их, хотела переодеться, но решила, что невежливо заставлять друга ждать под дверью. Он, наверное, и так устал в дороге.

Я не успела выйти в коридор — только приоткрвла дверь, — как оказалась в пряно пахнущих объятиях — даже голова закружилась, не знаю, от чего больше: от нехватки воздуха или избытка ароматов в нем.

— Я скучал по тебе, — шепотом признался Терджан на своем языке, но я его поняла.

— Ты, наверное, устал, — ответила я тоже на нем — сильные руки, кажется, сдавили меня еще сильнее.

Я пронзительно пискнула. Объятия тут же разомкнулись, серьезные карие глаза внимательно осмотрели меня с головы до ног.

— Ты выглядишь очень красиво, — процедил Терджан сквозь зубы уже по-английски. — Я и не думал, как приятно услышать слова на моем языке из твоих уст.

— У меня, наверное, жуткий акцент, — смущённо потупилась я.

— Это совершенно не важно. У тебя такой нежный голос, он просто создан для того, чтобы говорить, на всех языках мира.

Я попыталась отвернуться, чтобы справиться с волнением, но мужчина не пустил меня.

— Не бойся, — напомнил он.

— Да, — кивнула я. — Терджан, я хотела поблагодарить тебя за все… Мне намного легче теперь, из-за этой работы… И это только твоя заслуга.

Он улыбнулся, и насмешливые искорки заиграли в его глазах.

— Тогда пойдем! — Он протянул мне руку и повел куда-то по коридору.

Попетляв по дому, мы пришли в уже знакомую мне кухню, только теперь там не было ни одной живой души — только мы с Терджаном и большой пакет посреди стола. Мой друг сделал приглашающий жест рукой, я приблизилась к мешку и заглянула внутрь. Там оказались удивительные вещи.

Бутылка кваса. Терджан достал из шкафчика два стакана и налил нам по половинке. Я стукнула своим кубком о бокал мужчины и сказала по-английски:

— За дружбу.

Терджан приподнял брови, но последовал моему примеру и сделал глоток, а потом наморщился:

— Какой странный вкус!

— Это хлеб, перебродивший в воде. Как виноград в вине.

— Оооу! — мужчина нахмурился ещё сильнее и отставил стакан подальше: — Так это алкоголь?

— Неет, там почти нет крепости. А что, ты категорически не пьешь алкоголь?

— Бог запретил употреблять спиртные напитки.

— О, да, ваш строгий Бог…

— А ты пьешь?

— Иногда бывает. Редко и немного, но… порой это приятно. Если в хорошей компании. Он очень помогает расслабиться, знаешь, стряхнуть напряжение…

Терджан замер, кажется, сосредоточенно обдумывая мои слова.

— Таак, что тут у нас еще… — пробормотала я, заглядывая в пакет.

Там была банка сметаны, пакет репы, кусок копченого сала в вакуумной упаковке. Я от души веселилась, выкладывая все это на стол.

— Что это? — спросил Терджан, взяв в руки сало.

— Это жир свиньи.

Он бросил упаковку прямо на пол и принялся мыть руку под краном. Я без слов поняла, что жир свиньи тоже под религиозным запретом.

— Почему ты сам не знаешь, что в этом пакете? — спросила я своего друга со смехом.

— Да, я не смог вырваться, пришлось отправить слугу. Сказал ему купить русских продуктов. Он пошел в специализированный магазин и набрал там всего подряд без разбора…

Я выбросила сало в мусорное ведро и взялась за репку.

— Это подземный овощ, как картошка или морковь, только немного острее. Хочешь попробовать? Или корнеплоды Бог тоже запретил употреблять?

— А в белой книге об этом не написано? — Терджан сложил руки на груди.

— Нет, я, может быть, еще не дошла до гастрономического раздела…

— А ты, вообще, читаешь ее?

— Да, но совсем понемногу. Честно признаться, Оливер Твист интереснее. Но мистер Калгун очень помог мне в непростые времена, и я благодарна ему за это.

Терджан еле заметно улыбнулся в бороду.

— Да, я хочу попробовать твой корнеплод.

— Он называется репа. У нас есть народная сказка про нее.

— Расскажешь?

Я кивнула. Вскрыла пакет, обмыла одну репку под струей воды и стала чистить ее ножом, одновременно рассказывая сказку про семейный подряд на огороде по-английски. Кто бы мог подумать, что со мной случится такое! Примерно на кошке я передала Терджану кусочек репки. Он осторожно откусил, пожевал, не наморщился.

— Интересный вкус. И сказка про взаимопомощь…

— Да. Про то, что вместе мы — сила, что в коллективе важен каждый его член, даже самый маленький.

— Это очень мудро.

— Не зря эта сказка прошла через века. Ее знает каждый малыш.

— Но понимает ли смысл?

— Что ты хочешь сказать?

— Европейская культура — это культура разобщенности, индивидуальности. У нас намного сильнее развита общность. Семья, родня, дружба…

— Ты жил в Европе?

— Да.

— Как долго?

— Достаточно, чтобы понять, что эта система нежизнеспособна.

— Поэтому мне лучше остаться здесь?

— А ты еще не убедилась в этом?

Я помолчала, расфокусированно глядя на пакет с продуктами.

— А это что? — Терджан указал на белую баночку.

— Сметана (кислые сливки, прим. авт.), или жирный йогурт.

— С чем его едят?

— Можно класть в овощной салат, в борщ, на блины, запекать в ней картошку.

— Покажешь, как?

— Прямо сейчас?

— Почему бы и нет? Покормишь меня…

— Ты голоден?

— Немного. Мне бы хотелось попробовать твою стряпню. Ты хорошо готовишь?

Я улыбнулась:

— Некорректный вопрос.

— Хорошо. Твоему жениху нравилось, как ты готовишь?

— Говорил, что да…

В глазах Терджана вспыхнул ревнивый огонек, но он тут же отвернулся, как будто чтобы спрятать его, и принялся открывать все шкафчики подряд.

— Что нам понадобится?

— Картофель, — пожала я плечами, все еще не до конца веря в то, что мы с Терджаном сейчас будем готовить. — Масло растительное. И специи какие-нибудь.

Картофель обнаружила я. Мой друг нашел ящичек с пряностями — они были подписаны на его родном языке. Некоторые названия он смог перевести на английский — например, имбирь, корица, перец, — но не все. Пришлось воспользоваться теми, что есть. Я пооткрывала еще несколько баночек и понюхала их содержимое.

— Асафетида! — восторгу моему не было предела. — Это редкая специя… очень подходит в данном случае.

Я помыла картошку и стала чистить ее специальным ножом, а Терджан подключился к этому занятию с обычным. Получалось у него довольно ловко.

— Охранникам приходится решать массу разнообразных задач, да? — спросила я его с улыбкой.

— Заметь, я никогда не утверждал, что я охранник, — ответил мужчина. — Это исключительно твое предположение.

— Было бы логично с твоей стороны опровергнуть его, если оно неверно. Мы ведь знакомы уже не один месяц…

— Возможно, у меня нет необходимости распространять о себе правдивую информацию. Возможно, есть необходимость поступать с точностью до наоборот…

— Я понимаю. Ничего. Это не так уж важно, охранник ты или личный секретарь, визирь или как у вас там это называется… В любом случае, это удивительно, что ты умеешь так хорошо чистить картошку.

— Мужчина должен уметь делать самые разнообразные вещи, особенно те, что помогают выживать.