Господин

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 17

Прикосновение босых стоп к плиткам пола оказалось очень ярким ощущением — как будто на них отсутствовала кожа. По ногам разбегались холодные колючие мурашки, сердце колотилось слабо, но очень часто, дыхания не хватало. Я решила, что торопиться мне некуда, и делала все очень медленно, подолгу собираясь с силами перед каждым следующим шагом. Наконец я достигла ванной. Умыла лицо, глотнула немного воды прямо из крана — она была довольно чистой на вкус.

Пока я наслаждалась своим беспомощным состоянием, вцепившись в раковину и борясь с головокружением, дверь в комнату отворилась, женский голос тихо охнул — и сразу снова щелкнула ручка. Через минуту ко мне ворвался мой заботливый вихрь. Это плохо, я еще не готова к встрече с ним. Дело в том, что в своем горячечном бреду я пообещала маме, что больше не стану добровольно обниматься с ним и буду защищаться до последней капли крови, но пока у меня на это совсем нет сил.

Терджан, однако, тоже не стремился нежничать со мной — он резко рванул дверь ванной и сверкнул очами, увидев меня возле раковины, растрепанную и в ночной сорочке. Взял за руку и отвел обратно к постели. Коротко приказал:

— Ложись!

Я села. Уставилась в пол.

— Как ты себя чувствуешь? — хрипло, недовольно спросил он.

— Я начала соображать. Сколько я провела в… бессознательном состоянии?

— Полтора суток. Честное слово, если бы у меня были волосы, они бы все поседели, все до одного!

— Мне кажется или ты сердишься на меня?

— Тебе не кажется, я очень зол, но не на тебя.

— На себя?

Он кивнул:

— И не пытайся меня отговорить от этого.

Я пожала плечами:

— Да пожалуйста, злись, если хочешь.

Терджан еще больше нахмурился:

— Ты тоже злишься на меня?

Я мотнула головой:

— Нисколько.

— Тогда в чем дело?

— Давай поговорим обо всем, когда у меня перестанет кружиться голова?

— Хорошо. Но вечером я приду тебя проведать, — с этими словами он удалился.

Я еще немного полежала, выпила куриный бульон, назначенный доктором и принесенный служанкой, и к вечеру смогла привести себя в порядок: приняла душ, причесалась, надела юбку и просторную рубашку с длинным рукавом.

Терджан принес мне подарок — маленький изящный флакончик, ограненный, как драгоценный камень. Ну вот и новая битва, а ведь договаривались…

Я даже не успела ничего сказать — Терджан открыл флакончик и провел крышечкой в десяти сантиметрах от моего носа. Умопомрачительный запах, невероятно изысканный и восхитительно пряный. Так, наверное, пахла Жасмин из Диснеевской сказки про Аладдина. У меня закружилась голова — я присела на кровать и опустила глаза. Терджан поспешно поставил бутылек с духами на стол, опустился рядом со мной и положил руку мне на плечи. Прошептал хрипло, взволнованно:

— Как ты? Черт, я все делаю невпопад… раньше со мной такого не случалось!

— Совсем никогда? — улыбнулась я.

Он покачал головой.

— Тебе нравится аромат?

— Он очень приятный…

— Я заказал его лучшему парфюмеру в городе. Он сделан специально для тебя.

— Но ведь парфюмер меня не знает…

— Зато он знает свое дело… и я подробно тебя ему описал.

Я снова смущенно опустила голову, кусая губы, не зная, как ему сказать…

— Что такое? — спросил мужчина, мягко коснувшись горячими пальцами моего подбородка.

— Терджан, я не могу его принять, — выдохнула я, все еще не глядя на собеседника. В глазах стремительно темнело, мои пальцы с усилием вцепились в кровать.

Мой бывший друг сразу вспыхнул:

— Что за глупости! Почему это ты не можешь?

— Я не должна принимать от тебя подарки.

— Почему?!

— Это… неправильно, это создает иллюзию…

Тут картинка происходящего начала ускользать от моего внутреннего взора, и я почувствовала, что меня ведет в сторону. Сильные руки сразу обхватили меня за плечи и аккуратно уложили на постель.

— Ева… — как будто с укоризной, но без гнева пробормотал гулкий бас над моим ухом. — И я хорош, обещал же потом, когда ты выздоровеешь… — он вздохнул. — Просто мне сложно… держаться на расстоянии. Но я возьму себя в руки, обещаю. Больше не приду, пока ты сама не позовешь. Просто скажи служанке "Я готова", хорошо?

Я послушно кивнула, повернулась на бок и позволила себе провалиться в небытие. Даже не почувствовала, как он укрыл меня тонким пледом.

Я испытывала его терпение. Прошла целая неделя, у меня пропали все признаки теплового удара и даже слабость исчезла. Я была бодра и постоянно взволнована, но не могла собраться с силами и поговорить с ним.

Духи по-прежнему стояли на моем письменном столе, драгоценно посверкивая гранями в разноцветных солнечных лучах. Их надо вернуть дарителю, поэтому я не душилась ими, но нюхала регулярно. Каждый день аромат немного менялся, раскрываясь по-новому, и всякий раз это был восхитительно приятный сюрприз. Чудо, а не духи — я была бы просто счастлива пользоваться ими, но — нельзя. Я обещала маме.

В конце концов, мой сердечный друг не выдержал и пришел сам. С поникшей головой, но переполненный плохо сдерживаемым раздражением.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он, едва переступив порог.

— Уже лучше, — отчаянно краснея и сверля взглядом пол, пролепетала я.

— Но не настолько, чтобы уведомить об этом человека, который за тебя переживает?

— Думаю, доктор регулярно тебе об этом докладывает.

— Но я бы хотел… и мы договаривались… что ты сама мне сообщишь! Черт побери, Ева, давай поговорим начистоту!

Меня словно обдало ледяным кипятком. Душа ушла в пятки, а ноги подкосились, будто я вовсе и не выздоровела — мне это только показалось. Я присела на кровать, все так же не глядя на мужчину. С трудом выдавила:

— Хорошо. Давай.

— Что там за иллюзии у меня насчет этих духов?

— Я бы не хотела, чтобы ты подумал…

— Что между нами что-то большее, чем дружба, — нетерпеливо закончил он за меня.

— Да.

— Ерунда!

— Что — ерунда?

— Что ты равнодушна ко мне.

Я посмотрела в его полыхающие, совершенно черные глаза. В моей груди расцвела огненная роза. Она одновременно жгла и колола.

— С чего ты взял?

— Я видел… ты спишь в обнимку с моими письмами.

Он подошел ко мне, опустился на корточки и взял за руки. Попросил дрожащим голосом:

— Ева, перестань сопротивляться!

Его большие ладони переместились на мою талию, и я ощутила, какие они горячие, даже сквозь ткань рубашки.

— Терджан, пожалуйста, отпусти меня! — взмолилась я, понимая, что беззащитна перед ним: доверенное лицо господина и рабыня — ну какие у меня шансы отстоять свое мнение?

— Ни за что! — прерывисто дыша, прошептал он, притянул к себе мою голову и стал целовать в губы.

Давно меня никто так не целовал… Словно языки пламени вырывались из пасти огнедышащего дракона и лизали мое лицо, грудь, шею… Терджан обхватил руками мою талию, стащил меня с кровати и усадил к себе на колени, прижав к своему твердому горячему телу. Я упиралась ладошками в его плечи и сопротивлялась изо всех сил, но это было похоже на то, как домашний кролик борется с Нильским крокодилом, а тот просто пожирает маленькое белое пушистое существо, не обращая на его копошение никакого внимания.

— Терджан! — простонала я ему прямо в рот.

Это подействовало — мужчина немного ослабил хватку, слегка отстранился и посмотрел мне в лицо мутно-огненным взглядом. Хрипло спросил:

— Что?

— Я не стану… мы не можем…

— Не пытайся меня убедить, что не хочешь этого!

— Хорошо, не буду. Но я все равно не стану твоей любовницей.

Он кивнул:

— Стань моей женой.