И

В огромном, слишком шумном, набитом людьми городе

Так остро, болезненно чувствую своё одиночество.

Жизнь моя мчится и тянется в квартире-поезде —

Будкообразном шедевре современного зодчества.

Безучастные разговоры о погоде и кашляющей повседневности

С человеком на расстоянии вытянутой руки или бесконечности.

Я кажусь себе устаревшим элементом, артефактом древности,

Не способным отказаться от того, что сейчас не имеет ценности.

Столько яркого, броского вокруг, а при вскрытии только вакуум,

Бездонные океаны размером не больше, наверное, пригоршни.

Без фальшивой обёртки полмира трещит, издавая бессвязный шум

Лгуна-казино, оставляющего без выигрышей.

Я сама уже стала какой-то холодной, железно-каменной,

Пробираясь сквозь годы по этим бетонным улицам,

Но за стенкой гранитной душа может быть и раненой,

Даже если спина разучилась однажды сутулиться.