Игрок (СИ)

Глава 23

Шеллард выглядела так, словно была не уверена до конца, что ей стоит сделать в первую очередь - усыпить его, или сообщить дурную весть, и усыпить только потом. Оба варианта показались Шестьсот семнадцатому не особенно привлекательными.

- Новости? - лаконично поинтересовался он и Брайану буквально скривило.

- Шел бы ты... спать, - вяло огрызнулась она, но сейчас они оба понимали, что ни у нее нет власти принудить его, ни у него желания подчиняться, пусть даже и здравому смыслу. Женщина тяжело вздохнула. - Есть... кое-что... Но эта информация требует проверки.

И тут же добавила, будто стараясь перевести тему на что-нибудь другое. Что угодно, пусть даже тоже не особо приятное.

- Да, кстати, насчет твоего дружка. Боюсь, и тут хороших вестей можно не ждать. Сайи - это второстепенный квестовый нпс, внедренный в Игру еще лет эдак с тридцать тому назад. Не думаю, что наши... противники, кем бы они ни были, сделали ход настолько заранее. Точнее, я очень хочу надеяться, что это не так, - она устало потерла рукой наморщенный лоб. - В общем, куда больше похоже на то, что ребята каким-то хреном умудрились обнаружить лазейку и пользоваться игровыми аватарами-нпс. Поэтому мы и не смогли его отследить. Все еще остается открытым вопрос, как он вошел в Сеть, но, думаю, узнать мы это сможем, только если сам Сайи попадет нам в руки. Наши технари надеются, что поможет тот же трюк, который мы применили с твоим псом. А у тебя новости есть?

- Боюсь, не особо, - устало отозвался Шестьсот семнадцатый. - Докинь своим подчиненным еще работки. Во-первых, Такео у нас, скорее всего, Кимура, победитель Турнира года так с три назад. Нужно пробить инфу по нему и его сестре, Ие. Во-вторых, пусть сделают для меня сводку всех мэнписи Игры за все время существования Таркита. Плюс - пробьют их местоположение. Подозреваю, что в загадочных пропажах и появлениях этих самых мэнписи кроется пока еще неучтенный нами пласт информации.

Он задумался, ощущая, как гаснет действие транквилизатора, оставляя его разбитым и обессиленным. Мысли путались, и заставлять себя думать и двигаться приходилось буквально пинками.

- Может, вспомню еще что-то, пришлю сообщение прямо из Игры. Думаю, кодирование типа Три-Дэ-Пикт сможет обеспечить нам если не полную безопасность, то хотя бы минимальную утечку информации во вне.

Шеллард окинула его странным взглядом. В принципе, ее реакция была объяснима. Три-Дэ-Пикт был кодом, разработанным на случай восстания роботов или бунта искусственного интеллекта. Больше всего он напоминал игру в ассоциации и «Воображариум», и хотя допускал некоторые вольности трактовки, все равно считался достаточно надежным... для подобных случаев. Системщики им не особенно пользовались, но знали все. Поэтому идея защититься таким образом от «Отделившихся», конечно, не выдерживала критики. Но сейчас Шестьсот семнадцатого куда больше волновала Богиня. Или, как называл ее Сайи, Великая Королева. Вот кто пугал его куда больше, чем фанатики и повстанцы вместе взятые.

- Все же тебе следует хорошенько отдохнуть, - почти заботливо прокомментировала Брайана. - Твое участие, конечно, играет большую роль, но не уверена, что с тебя будет хоть какой-то толк в таком состоянии.

И все же они оба понимали, что сейчас это решительно невозможно.

- На том свете отоспался, - хмыкнул он. - И еще отосплюсь. Есть стойкое предчувствие, что долго ждать не придется.

- Дать бы тебе... - замахнулась Шеллард, высоко вскидывая ладонь правой руки. В иное время Шестьсот семнадцатый, возможно, и подыграл бы, но сейчас он, неожиданно ловко даже для самого себя, перехватил ее кисть в воздухе, замер на мгновение, почти наслаждаясь растерянным взглядом женщины, резко притянул ее к себе и принял в крепкие объятья. Упершись подбородком в ее плечо, он медленно вдохнул ставший уже почти привычным свежий сладковатый запах. В приглушенном свете едва слышно гудящих ламп в его голове вяло крутились варианты того, что хотелось бы сказать: «мы справимся», «твоя дочь будет в безопасности», «мы прорвемся» и еще что-то в том же духе. Но даже в мыслях это звучало плоско и банально, так что он решил промолчать. И неожиданно ощутил ответное, такое же неромантичное и несексуальное объятие. Пожалуй, это был первый за очень долгое время насколько тесный контакт с другим человеком, как физический, так и моральный. Такая дружеская близость казалась почти интимной, и при этом совершенно не опороченной низменными инстинктами. А еще она разительно отличалась от той фальшивой эротики, которую пыталась продемонстрировать ему Богиня. Что даже странно, поскольку Шестьсот семнадцатый прекрасно осознавал, что и той и другой нужен был не он сам, а польза делу, которую он мог бы принести.

Впервые за все эти насыщенные дни вспомнил Шестьсот семнадцатый и еще об одном человеке, который - особенно теперь, когда треснул защитный кокон его одиночества - имел все шансы перейти в разряд близких друзей. Если выживет. Если они оба выживут.

- Как там Дед? - отстранившись, поинтересовался Шестьсот семнадцатый.

Шеллард отрицательно махнула головой. Выражение ее лица при этом не изменилось, оставшись все таким же грустным и несколько удивленным одновременно. Значит, никаких изменений. Ну да ладно, не стало хуже - уже хорошо.

Шестьсот семнадцатый отступил на шаг назад, однако физический контакт не прекратил. Его левая рука переместилась с талии женщины, пальцы сжали ее плечо, спрятанное под плотной тканью делового костюма.

- Я возвращаюсь туда, и мне нужен еще один укол транквилизатора...

Шеллар, уже открывшая было рот для возражения, лишь сердито сверкнула глазами. Затем хлопнула-таки ладонью, но уже по его руке. Пальцы ее при этом были горячими и едва заметно тряслись.

***

Перед входом в Таркит Шестьсот семнадцатый наскоро провел все приготовления. Флешка с программой от Глазастого была установлена во внутренний порт капсулы, усилитель связи между аватаром и оператором нашел свое место в коммуникационном блоке, у передатчика. Уже войдя в сеть, парень скачал с почтового ящика данные от Сида, и в запечатанном капсульфайле отправил их себе на игровой аккаунт, надеясь выкроить время где-нибудь на привале, чтобы внимательнее с ними ознакомиться. О том, что Богиня сможет взломать капусль, он не волновался. Еще задолго до этих событий Шестьсот семнадцатый придумал собственную систему защиты данных, основным элементом которой было самоуничтожение всего файла в случае любой попытки взлома или несанкционированного перехвата. Его почти параноидальная страсть к перестраховке, заставившая даже собственное жилье оборудовать тайниками и скрытыми ловушками, наконец-то пришлась кстати.

Вход в Игру не обошелся без приключений. Загрузочное окно сменилось уже знакомым пейзажем промежуточной локации, широкого поля с высокими травами. Шестьсот семнадцатый кинулся к полупрозрачному экрану с изображением его игрового аватара, стараясь минимизировать время своего пребывания в личной вотчине потенциального врага, но не успел. Между ним и целью из воздуха материализовался знакомый темный силуэт, выглядевший сейчас словно классический призрак - полупрозрачный и явно недовольный своей участью.

Черные длинные волосы ниспадали вниз, сливаясь очертаниями с темным бесформенным нарядом. На их фоне светлое лицо казалось болезненно, даже мертвенно бледным, а темные глаза и насыщенно алые губы - противоестественно четкими, будто нарисованными поверх.

- Ты предал меня, - звук доносился не от нее, а разом отовсюду, будто глас божий. Однако на бледном лице не проступило и тени выражения. Притормозивший Шестьсот семнадцатый скользнул взглядом по Богине, затем по экрану за ее спиной, прикидывая, успеет ли он проскочить. И только тогда заметил, что у нее даже губы не шевелятся. - Ты заслужил нака...

- Окончательное решение еще не принято, - перебил он, останавливаясь и приводя в порядок состояние своей нервной системы. Глубокий вдох, выдох на счет тридцати. Пока у Нее есть возможность считывать его биоритмы, нужно придерживаться максимально правдивой версии событий. И то, что он озвучил, действительно было близко к истине. - Недостаточно входных данных для расчета.

Видимо, выбрав такую форму специфическую общения, он сделал верный ход. Правда, пока давление не исчезло, он даже не ощущал его наличие. Видимо, транквилизатор, ускоривший когнитивные функции мозга, несколько притупил внешнюю чувствительность. Больше всего, постфактум, это напоминало пребывание в помещении, полном статического электричества, отзывавшегося гудением во всех клетках тела одновременно. Зато теперь, вдруг почувствовав странное облегчение, Шестьсот семнадцатый понял, что Богиня его услышала. И, кажется, даже поняла.

- Я осознаю, что твое существование необходимо для поддержания порядка. Игра - это обязательный элемент жизни на Станциях, изменение привычного положения вещей приведет к возмущениям, а может даже бунту. Отделить тебя от Игры, я думаю, уже давно невозможно. Да и искать новый способ терраформирования - не лучшая идея...

С каждым его словом, сказанным, между прочим, вполне от чистого сердца, фигура Богини словно наливалась красками и жизнью. Уже очень скоро перед Шестьсот семнадцатым снова стояла женщина, которую он тогда видел с фонарем в руках. Та, один взгляд на которую заставлял сердце биться чаще, а губы гореть воспоминанием о поцелуе. Выглядела она совершенно не зло, а скорее устало и понимающе. Так, наверное, должна выглядеть любящая мать, готовая простить своему ребенку шалость, которая на этот раз зашла слишком далеко.

Изменилась и атмосфера вокруг. Солнце, еще совсем недавно воспринимавшееся как абстрактная подсветка в игровой локации, снова стало греть кожу, травы - нежно шелестеть под ласковым ветерком. Свежий цветочный аромат заставил кожу реального Шестьсот семнадцатого, лежащего в рассоле, покрыться мурашками.

- Прости меня, - мелодичными колокольцами зазвучал приятный женский голос. - Я... я просто испугалась.

Она протянула бледную тонкую руку с красивыми тонкими пальцами к его лицу, и Шестьсот семнадцатый призвал всю силу воли, чтобы погасить мгновенно вспыхнувший страх и не отдернуться в сторону. Вместо этого он закрыл глаза и расслабил тело, словно полностью отдавая себя в Ее власть. Прикосновение оказалось легким, как пушинка, и неожиданно приятным, как нежная ласка.

- Ты прав. Я думала о том, что ты мне сказал, и теперь мне кажется, что ты прав. Если я хочу, чтобы ты был на моей стороне, мне не стоит использовать тебя втемную. Ты должен знать все. И ты узнаешь, чтобы твой выбор стал добровольным и осознанным...

Когда он вновь открыл глаза, Она стояла уже совсем рядом. На красивом лице застыло выражение растерянной и печальной беспомощности. Восхитительные чувственные губы едва заметно подрагивали, точно она нервничала или сдерживала рыдания. Трудно было поверить в то, что это - всего лишь точно просчитанная имитация человека. В своем притворстве Великая Королева достигла воистину больших высот. Шестьсот семнадцатый загнал эти мысли глубже в голову, выкидывая на поверхность почти искреннее сочувствие и желание защитить. Накрыл ее пальцы своей рукой и потерся об них щекой.

- Игра «Мир Таркит» была создана семьдесят три года тому назад, и ее создатели рассчитывали, что уже через двадцать лет терраформирование достигнет того уровня, на котором на поверхность планеты сможет переселиться больше половины жителей Станций, - начала она, заглядывая ему в глаза. - Однако до этого момента террафомирование было лишь теоретическим, неопробованным прежде процессом. Человечество не успело развиться до нужного технического уровня, чтобы действительно соответствовать всем требованиям, необходимым для этого. Они не рассчитали. Столкнувшись на поверхности планеты с огромным количеством сложностей, они поняли, что процесс затянется на куда более долгий срок, но сообщить об этом жителям Станций не представлялось возможным.

Шестьсот семнадцатый вновь вспомнил о бунтах, связанных с возмущениями Игрой и недостаточной скоростью терраформирования. Пока что все, что Она говорила, соответствовало истине или было очень уж к ней близко. Богиня между тем продолжила.

- За время существования Игры специалисты Ковчега предпринимали разные действия, в том числе и рисковые, стараясь хоть как-то ускорить процесс. Некоторые из этих действий, а кроме того и слишком долгое время в целом, привели к тому, что ресурсы на Станциях... истощились.

Она поймала его взгляд своим и удержала, все еще не отнимая руки.

- Ты же сам видел, как сейчас выглядят островки жизни в Тарките. Ты даже катался на разрушающемся лифтовом механизме, верно?

Шестьсот семнадцатый медленно кивнул, вспоминая, насколько и правда хреново выглядел тот ржавый подъемник, словно готовый в любую секунду рассыпаться в труху.

- Ресурсов стало так мало, что мы не только не смогли продвинуться дальше, но и оказались не в состоянии удержать даже то, что создали. Я ведь не зря предостерегаю тебя и твоих спутников от дальнейшего путешествия прочь от населенных пунктов. Я не скрываю там никаких зловещих секретов, Магрейн. Мой секрет горек, а не ужасен, - Богиня отвела взгляд в сторону, будто и вправду стыдилась того, что собиралась сообщить. - Сервера... Из-за невозможности полноценного обслуживания серверов, большинство из них вышли из строя.

Взгляд темных, проницательных глаз снова вернулся к нему.

- И чем дальше ты отходишь от обжитых локаций, тем хуже связь между оператором и его аватаром. Я бы даже не беспокоилась, если бы дело заключалось лишь в утрате... куклы. Хотя с отсутствием ресурсов восстановить ее - задача сверхсложная и далеко не всегда оправданная. А дело в том... - послышался очень человеческий тяжелый вздох. - В том, что некоторые из операторов, вместо того, чтобы просто отсоединиться и вернуться в свои капсулы, умирают. И я никак не могу этому помешать!

Красивые губы снова дрогнули. Тучи закрыли солнце, тенью пожирая золотые отблески в высоких травах, ветер ледяной рукой забрался за шиворот.

Вместе со своей Богиней грустил и весь ее мир.

- Я не хочу никого терять, никого! Каждый из вас мне ценен... И особенно ценен для меня ты, мой Ивейн! - Она, наконец, освободила свою руку и кинулась на его грудь, сжимая Шестьсот семнадцатого в отчаянных объятьях. Он почти механически обнял ее в ответ, второй рукой рассеянно поглаживая волшебно мягкие, шелковые волосы.

Так они поэтому умирали? Все эти люди... И, может быть, загадочные исчезновения мэнписи с этим тоже связаны? Если предположить, что они, не будучи роботами, связанными с серверами, уходили искать брошенные аватары других игроков... Выглядело все вполне правдоподобно. Но волновал его еще один важный момент, о котором невозможно было молчать.

- Ты... сказала, что ресурсы истощились, так? Насколько... насколько они...

- У человечества почти не осталось шанса, Магрейн, - голосом, полным вселенской тоски, проговорила Она. - Игра не проживет и десятка лет, даже если перевести ее на минимальное потребление. О новом способе терраформирования уже не может быть и речи, как и о путешествии на другую, более приспособленную к человеческой расе планету.

В голове Шестьсот семнадцатого вспыхнуло видение насмерть сплетшихся между собой Станций, лишенных уже всяческого шанса преодолевать даже короткие космические расстояния.

Он осознавал, что означают эти страшные слова. Жители Станций обезумеют, когда узнают, что ресурсы кончились, и что они еще дальше от переселения на поверхность планеты, чем лет пятьдесят тому назад. Правительство будет свергнуто. Ковчег возьмут штурмом в приступе отчаяния, ведь там все еще умудряются поддерживать видимость процветания. И этим разрушат даже призрачный шанс на то, что какой-то умник с Ковчега придумает хоть какой-нибудь выход из сложившегося положения.

Это восстание окажется еще кровавее, чем все предыдущие, вместе взятые, и уже не будет бэкаэсников, которые смогли бы вместе с сотрудниками эсбэ сдерживать напор потерявших последнюю надежду безумцев. Самоубийств наверняка будет не меньше.

Кровь зальет Станции.

И очень не тяжело поверить, что найдется какой-нибудь смертник, окажущийся в состоянии собрать в своем блоке самодельную бомбу.

- Ты... - Шестьсот семнадцатый сглотнул, ощущая, как пересохли его губы, и как плохо слушается словно бы ставший бесполезным язык. - Так ты помогаешь людям доживать свои последние дни в веселом и расслабленном неведении?

Последний наркоз для умирающего в муках человека.

Нет.

Человечества.

Человечества, запертого в консервной банке на орбите планеты. Не имеющего выхода. Ни вниз, на планету, ни прочь, в космос. Никакой, даже призрачной надежды...

Он не сразу заметил, что Она слегка отстранилась и сейчас заглядывает в его лицо несколько странным, сложночитаемым взором. Обратил внимание только тогда, когда Богиня взяла его лицо в свои руки и повернула к себе, будто приводя его в чувство.

- Я... я верю, что смогу перенести сознание и сущность человеческую внутрь аватара. Сервера будут не нужны, - мягко заговорила Она, и ее мелодичный голос проникал через уши прямо в мозг, сердце и душу. - Вам придется отказаться от уязвимых, стареющих, болеющих и неидеальных мясных тел, но взамен вы получите тела бессмертные, подлежащие починке и восстановлению. Сильные, почти неуязвимые, способные выжить на этой планете и построить здесь новую цивилизацию.

Она подождала, впиваясь в его лицо внимательным, острым взглядом, будто пытаясь прочесть его мысли по возникшему выражению.

- Я близка, я очень близка к прорыву, но мне нужно еще немного времени, слышишь. Еще немного времени, которое я смогу выиграть, только если ты будешь на моей стороне. Если ты поможешь мне избавиться от тех, кто покушается на мою жизнь. Я хочу жить, Магрейн, как и вы, я тоже очень хочу жить. И я смогу сделать так, чтобы это вышло у нас всех...