Глава 10

Мы что, бредим? — спросил я. — Какой-то ужасный сон. Все нереально!

Кэра кивнула.

— И у меня такое же ощущение. Мне кажется, этот Маркус действительно был удивлен нашим приходом. И главное, что он сказал: никто по фамилии Баррафс у них не работает.

Мы с Кэрой сидели за школой в парке, который заканчивался у реки на окраине города. В это осеннее время народу здесь не было. Листва с деревьев уже опала, погода была хмурая. Я сидел на пне, а Кэра прямо на земле, натянув куртку до подбородка. Ветер трепал ее светлые волосы.

Мы оба были потрясены. Нужно было еще освоиться с мыслью, что наши родители лгали нам. Что они не работали там, где мы предполагали. Что они нас оставили.

Сначала мы не поверили мистеру Маркусу — думали, он что-то перепутал. Но он три раза проверил по компьютеру и связался с отделом кадров, чтобы выяснить, что нет никакой ошибки.

Все правильно. Люди с такой фамилией в компании никогда не работали.

Мистер Маркус пытался нам помочь. Он видел, что мы в полном отчаянии. Но что можно было сделать!

Из офиса мы буквально выбежали. Мы чувствовали, что больше не можем там находиться. Я рванул машину с места мимо охранника стоянки, не обращая внимания на его попытку нас остановить.

И вот теперь мы сидели в холодном парке, думая, что же делать. Напротив нас, в траве, две малиновки что-то клевали, но, по-моему, с завтраком у них ничего не получалось. Куда ни посмотри, все плохо.

— Что дальше? — спросил я.

— Наверно, надо звонить в полицию.

— Пожалуй.

— Зачем они нам врали?! — вдруг закричала Кэра.

— Не знаю. Ничего не понимаю.

Я уставился на скачущих по траве малиновок. Смотреть на Кэру мне было тяжело. Мне хотелось сохранить хоть остатки хладнокровия.

— Давай подумаем, — сказала сестра. — Давай попытаемся собрать воедино все, что знаем.

— Зачем? — мрачно спросил я.

— Может, нам удастся что-то понять.

— Ладно.

Но что тут было понимать. Наши родители врали, а потом бросили нас. Стоп, сказал я себе. Этого не может быть. Нельзя так думать.

— Ну давай, собирай все воедино.

— Какой сегодня день?

— Ты сегодня в прекрасной форме, — саркастически заметил я. — Сегодня среда.

— Значит, вчера был вторник. Вчера утром отец с матерью поехали на работу.

— Только мы не знаем, действительно ли они поехали на работу, потому что их машина оказалась в гараже, — напомнил я сестре. — И мы не знаем, где они работают — если они вообще работают! — Я сорвался на крик.

— Ладно, успокойся. Давай сосредоточимся на том, что нам известно. Мы знаем, что они вчера вечером не вернулись домой.

— Неужели?

— Оставь свой сарказм. От него никакой пользы.

Я признал, что она права.

— Затем мы нашли эту белую обезьянью головку у них в спальне, — продолжала она. — Ты не думаешь, что это какой-то ключ к разгадке?

— Может быть. И не забудь, что Роджер шарил в спальне родителей.

— Он был у окна. Что он мог там делать?

Мы напрягли извилины.

— Знаю, — сказал я. — Он мог подать сигнал парню в фургоне.

Кэра кивнула:

— Может, ты и прав. А что мы знаем про фургон?

— Ничего.

— Кроме того, что он стоял напротив нашего дома большую часть ночи и ты видел, как Роджер зачем-то туда ходил.

— Но парень со светлыми волосами сказал нам, что не знает никакого Роджера.

— Наверно, он врал. И не забудь, что мы нашли в комнате Роджера пистолет. Это еще один ключ.

— Ну есть у нас пара ключей. И что с ними делать? — нетерпеливо спросил я.

— Мы должны поговорить с Роджером до того, как звонить в полицию. В конце концов, он наш родственник. Может, у него неприятности.

— Ладно, — согласился я, — поговорим с Роджером, а потом звоним в полицию.

Мы взглянули на школу и увидели выбегающих оттуда ребят. Наверно, время ленча. Можно попытаться позвонить из школы Роджеру.

У двери мы наткнулись на Кори Брукса и Дэвида Мэткалфа.

— Эй, ребята, вы сегодня проспали? — весело спросил Кори.

— Отличная вчера была вечеринка, — добавил Мэткалф. — Повторим сегодня?

— По-моему, с них достаточно вчерашнего. Ты только посмотри на них…

Они рассмеялись.

— Пока.

И пошли к школьной стоянке.

Мы подошли к платному аппарату у кабинета директора. По нему говорила какая-то девушка. Пришлось подождать.

— Вдруг родители уже дома. И мать сейчас поднимет трубку.

— А может, рыбы научились говорить, — откликнулся я.

Кэра меня пихнула, и я налетел на девушку, которая сердито взглянула на нас. Когда телефон наконец освободился, я взял трубку и опустил монетку. Набрал домашний номер. Раздались длинные гудки.

— Телефон работает.

— Что?

В коридоре было так шумно, что она меня не расслышала. Я подождал восемь гудков и уже хотел положить трубку, когда ее подняли.

— Алло?

Я сразу узнал голос.

— Роджер?

— Да, Марк. Ты где?

— В школе. Телефон заработал?

— Да, как видишь.

— Отлично! Наши родители дома?

— Нет. Пока нет.

— От них никаких известий?

— Никаких.

— Слушай, Роджер, нам нужно поговорить. Есть вопросы…

— Я должен срочно уходить. Я как раз шел к двери, когда ты позвонил. Давай позже.

— Но…

— Вы с Кэрой в порядке?

— Да, нормально. Но…

— Ладно. Поговорим после. Не беспокойтесь.

Он положил трубку.

— Хоть телефон заработал, — сказал я Кэре.

— Надо бы поесть. Проголодалась, — ответила она.

Мы пошли в буфет. Кэра присоединилась к Лайзе и Шэннон. Я огляделся в поисках Джин, но не увидел ее. Странно. Я побродил вокруг, но ее нигде не было. Наверно, осталась дома. Может, заболела? Мне хотелось с ней поговорить.

Несколько следующих часов я мечтал о ней. Возможно, так я пытался не думать о родителях. Я вспоминал, как мы с Джин сидели на диване, какой она была! Может, я влюбился? Раньше я тоже мечтал о других девушках, но сейчас это было по-другому.

Я позвонил ей, как только вернулся домой. Сначала, конечно, я проверил, не вернулись ли родители. Их не было. Как и Роджера.

Настроение было паршивое. Я решил поговорить с Джин, а потом пойти на задний двор и вдоволь пострелять из лука.

К телефону долго никто не подходил. Наконец Джин ответила. Уже по тому, как девушка сказала «Алло», я понял, что что-то не так. Ее голос дрожал, а может быть, она плакала.

— Привет, Джин. Это я. Почему тебя сегодня не было в школе? С тобой все в порядке?

И тут она начала говорить и при этом плакала. Голос ее звучал странно. Джин была чем-то расстроена и испугана. Сначала я толком не понимал, что она говорит. А может, не хотел понимать.

— Этого не может быть!

Казалось, мое сердце выскочит из груди. В висках застучало.

Послушай, Джин, ты же несерьезно! Но почему! Я не верю! Почему ты это делаешь?

Загрузка...