Исповедь матери

Цветы жизни

Дети в жизни Любы появились в тот момент, когда однажды, устав от приемов, она, обессиленная, опустилась на скамью во дворе, проводив почти под утро последнего своего посетителя: «Господи, – сказала она в тот момент, – как же я устала. Когда это все закончится?!» И тут она услышала ответ на свой вопрос, который, как всегда, шел словно из глубины души: «Возьми на воспитание детей!» Она, воодушевленная, подхватила новую идею сделать всех вокруг себя счастливыми, понеслась как ураган вперед, сметая все преграды на своем пути: комиссии, бумаги, денежные проблемы, осуждения, нападки… Но все это было ничто по сравнению с тем, что она пережила за те два года, когда в ее доме находились на опеке двадцать детей!

Первыми в ее доме появились трое мальчишек: Александр, Виктор и Игорь. Когда она пришла в приют, ей предложили взять на воспитание Александра. Мальчик был тихим, забитым, но как выяснилось потом – это о нем можно было сказать «в тихом омуте черти водятся». Тогда же он перенес глубокое потрясение – его недавно разлучили с маленькой сестрой, девочку взяли в приемную семью, а мальчика оставили в приюте. Сердце Любаши едва выдерживало ту боль, которую испытывал ребенок от разлуки с сестрой. И как муж не был против, она все-таки настояла на том, чтобы взять этого ребенка, хотя была очень расстроена тем, что они разошлись с мужем во мнении. А немного погодя, вечером, она услышала внутренний голос: «Поезжай завтра в приют и попроси двух мальчишек. Один из них беленький, другой черненький – это два родных брата. Их мать пока не лишена родительских прав, но их можно взять из приюта на некоторое время». И действительно, в приюте были два таких мальчика, разве она могла тогда предположить, что через них в ее дом придет ее сокровище, ее бриллиант, ее всеми теперь любимая и обожаемая, дочь Диана.

Вскоре Любаша узнала, что беременная мать этих мальчиков – Виктора и Игоря – написала заявление, желая отказаться от ребенка, которого она ждала. А мальчики не знали об этом и даже не догадывались, что скоро у них появится еще один братик или сестричка. Они оба невероятно тосковали о младшем брате Юрии, который остался у своей родной бабушки, так как был рожден от другого отца. Всех детей Люба приняла в свое сердце как родных. Вообще она не делила никогда детей на своих и чужих. В это время в ее доме росла родная внучка. Однажды, когда у нее уже было двадцать человек детей, и они в очередной раз напроказничали, она собрала их вместе и спросила у них: знают ли они, что Вероника ее родная внучка? И позволяла ли она себе к ней относиться лучше, чем к кому-нибудь из них или выделить ее, или купить ей что-то больше, чем другим? Для детей это был шок! Они не знали, что Вероника в доме родная.

Это потом, уже по прошествии времени, делая анализ, она поняла: нельзя было всем давать одинаково и нельзя было из своего дома делать детский дом. Невозможно в большом коллективе воспитать полноценного человека. К каждому ребенку должен быть строго индивидуальный подход и каждый ребенок должен получать ровно столько, сколько он отдает! Тогда же, не имея опыта, ей виделось все в розовом свете, ее ничего не могло остановить. Даже такие моменты, когда ребенок, желая привлечь внимание к себе, мог специально напроказничать или разбить вдребезги новую, только что подаренную ему игрушку. Именно таким, жаждущим внимания, был еще один Александр, которого Любаша взяла в станице после смерти его матери, зная о жестоком отношении к нему отца. Ребенок хулиганил и воровал. Воровство было не его проблемой, просто, голодая в семье, мальчик был вынужден воровать у соседей, чтобы только не умереть. Так он с маленького возраста приучился брать чужое. И даже эта проблема не остановила ее.

Неуживчивый характер другого приемыша – четырнадцатилетней Фатимы – немало попортил Любаше нервов, и она не могла понять – ну за что она любит эту чертовку. Хитрая, вечно всем недовольная, постоянно со всеми задирающаяся, при этом для нее такая милая и нежная девочка. Любаше хотелось пригреть ее, одеть как королеву. Сама пережившая в детстве унижения от одноклассников, она прекрасно понимала, что пережила гордая и непокорная Фатима: ее мать тратила все деньги на водку, а девочке даже не в чем было выйти из дома. Ей захотелось сделать для Фатимы хоть что-то приятное. Она купила ей красивое бальное платье, новый мобильный телефон и повезла ее на выпускной в село, в школу, где Фатима недавно училась. Ее одноклассницы чуть не онемели от удивления – замарашка Фатима была краше всех. А Фатима весь вечер шептала: «Мамочка, спасибо! Я как Золушка, а ты как Фея!» Но были и печальные моменты: ее вранье, уход из дома. Те чувства, которые родились в душе у Любаши, Фатима как будто уничтожила, разметала по ветру. Нет, нельзя сказать, что они пропали, потому что Фатима была несчастным ребенком и долг свой Любаша выполнила – протянула руку помощи. А доброта никогда не проходит бесследно.

Зато сестра Фатимы – Юлия, прожив несколько лет у родственницы, поселилась в доме Любаши и по ее рекомендации учится в местном техникуме и скоро получит диплом менеджера по туризму. Нежная, добрая, заботливая, невероятно красивая девочка благодарна Любаше и помогает ей сейчас возиться с младшими сестренками, рассказывая, какая мама хорошая и как ее нужно слушаться.

Вспоминая то время, Любаша иногда сожалеет, что Бог не дал ей возможности оставить у себя всех детей, узаконив их отношения не как опекуна и опекаемого, а как матери и дочери, матери и сына. Материальная сторона не дала возможности ей усыновить всех детей. Первым по-настоящему удочеренным ребенком была ее несравненная Диана.

Прошло несколько месяцев, после того как в доме появились первые мальчики, и тут Любаше позвонила сестра: «Ты знаешь, мать Кондрашевых родила девочку и бросила ее в роддоме!? Ей уже девятнадцать дней, и она лежит в детском отделении. Ее до сих пор никто не взял». Люба хорошо помнила, что испытывал Александр, когда его разлучили с маленькой сестрой. И пусть ребята не знали, что у них родилась сестра, но она представила, как братья будут жить где-то рядом с сестренкой, даже не подозревая о существовании друг друга. Ей достаточно было того, что она переживала за свою старшую Юлию, зная, что где-то в России у девочки живут две сестры и брат, которые, скорей всего, помнят друг о друге, потому что их разлучили в том возрасте, когда детская память способна сохранять воспоминания надолго. Юлия была самой маленькой из них – шесть лет. Ей не хотелось, чтобы жизнь маленькой новорожденной девочки, которую оставила родная мать, была похожа на индийский сериал. За одну секунду она приняла решение: «Я заберу ее!»

В больницу она не ехала, она летела со скоростью сто пятьдесят, сто шестьдесят, нарушая все знаки. Любаша слышала внутренний голос, который ей сказал: «Ты не можешь не взять этого ребенка себе, это твоя бабушка, которая пришла тебя спасти!» Любаше казалось, что сердце разорвется на части, если ей откажут. За один день она собрала все необходимые документы и уже на следующий Дианочка спокойно сопела в кроватке с розовым балдахином, отмытая от медицинской грязи, а сердце Любаши просто ликовало.

Три года Любаша была убеждена, что к ней пришла душа ее бабушки. Этому ребенку позволялось все. Она могла проснуться в два часа ночи, сказать, что хочет кататься на машине, и мама молча вставала и ехала кататься по деревне. В три часа ночи ей могло захотеться пойти к лошадкам в конюшню. Любаша была уверена, что она исполняет прихоти своей бабушки, которая когда-то исполняла любое ее желание. Когда Дианочке исполнилось три года, ее внутренний голос задал вопрос: «А ты очень расстроишься, узнав правду – это не твоя бабушка пришла к тебе, это душа совершенно другого человека. Ты скоро убедишься в этом». Но Любаше было уже абсолютно все равно, чья душа была в этом ребенке, потому что ее душа уже была в душе этого ребенка! Свою душу она подарила Диане, и жизни без нее она уже не могла представить, даже на секунду. Как и любая мама, она беспокоилась о своей крошке. Иногда ее беспокойство доходило до крайнего предела – она видела, как с ребенком происходит что-то страшное – и говорила себе: «Я переживу ее ровно на пять минут, для того чтобы просто найти способ уйти из жизни». Теперь, конечно, Люба понимает и осознает, что ее мысли были не просто глупы, а были посланы темными силами, только бы помешать ей, навредить и забрать силу.

Когда Диане было три месяца, в ее доме появилась маленькая Полинка с сестрой Татьяной. Вслед за тремя мальчиками, до появления Дианы, в ее дом пришли брат с сестрою: Дарья и Роман. Рома – тихий, спокойный, но настырный, невоспитанный и неуправляемый. Дарья – дерзкая, грубая, отвергающая все попытки Любаши сблизиться. Любаше было так больно слышать от них упреки, ведь у нее они получили в десять раз больше, чем имели в родном доме. Уютные комнаты, красивые шторы, мебель, ковры на полах, душ, теплый туалет. Все дети ведь были сельскими жителями, у них не то что туалета – ванной комнаты не было. Кухня, повар, который готовил им каждый день что-то вкусненькое. Няни, которые ухаживали за ними. По несколько пар обуви, вещи, которых у них было даже больше, чем у детей из благополучных семей. Игрушки, которые привозили друзья – у Любаши было много друзей и знакомых, которые ей материально помогали, поэтому дети ни в чем не нуждались.

Вроде бы на все это дети должны были ответить любовью, благодарностью, но, к сожалению, так было не всегда. Пока Люба была дома, вокруг нее скакали и прыгали со словами: «Мамочка! Мамочка!» Стоило же ей уехать ненадолго из дома, няни хватались за головы: драки, ругань, сломанные игрушки, грязные вещи, которые выбрасывали в мусор, сквернословие. Все они слушали Любашу, когда она объясняла, как они все для нее одинаково дороги и что ей хотелось, чтобы они были между собой как братья и сестры: любили друг друга и относились к друг другу, как брат относится к сестре. Они мило улыбались, кивали головою, но на деле было все иначе. Но даже это не пугало и не останавливало Любу. Она была уверена, что пройдет немного времени, и она сможет помочь этим ребятам. И Виктору с Сергеем, двум братьям, и маленькой Элиночке, которую из рук в руки передала ей родная мать. И Никите с Егором. Никитке было четыре, Егорке всего год, и они тоже нуждались в материнской ласке, в материнских руках. «Как жаль, – думала часто Любаша, – что у меня всего две руки!» Дети, облепив ее, были похожи на кучу малу, потому что каждому из них хотелось сесть к маме на ручки. Больше всех ей было жаль маленьких и так хотелось, чтобы у каждого из них была мама, пусть одна на троих, но не одна на шестерых.

А как тяжело было пережить нападки других людей, которые пытались обвинить Любашу в том, что она использует энергию детей в своих целях. Ее охватил страх и отчаянье, когда она услышала эти нелепые заявления, вернее, прочла, нашлись добрые люди – передали доклад одного из чиновников в райотделе. Приезжали бесконечные комиссии из района и края. Нет, они не выматывали ее, их она не боялась, потому что ей было что показать. Дети действительно жили хорошо, и ни одна из комиссий не могла сказать ничего плохого.

Однажды Люба была на открытие детского садика в районе, где ее дети выступали в художественной самодеятельности. Любаша подошла к женщине – депутату законодательного собрания края и попросила помощи, сказав, что нужна ей не материальная помощь, а моральная поддержка и защита. Та обещала помочь, а через несколько дней прислала очередную комиссию, чтобы разобраться, как это так, ей не нужна материальная помощь, и чем это она там занимается и откуда деньги. Это было последней каплей, переполнившей терпение Любаши, она захандрила и даже заболела. Жуткая депрессия, отсутствие желания что-либо делать. Пришлось даже обратиться к коллегам – психологам, потому что самой ей было не справиться.

Однажды поздно ночью, лежа в постели, она услышала голос: «Ты думаешь, ты одна не спишь? Нет, в соседней комнате не спит брат Дианы. А знаешь о чем он думает? Виктор думает о том, как было бы хорошо, если бы у его мамы был дом, и чтобы в нем было все, что нужно для жизни, и они бы там все жили». «Этого не может быть! – возразила своему голосу Любаша. – Виктор меня любит!» – «С тобой никто не спорит, но по своим родным эти дети скучают!» Все еще не веря в услышанное, она все-таки заставила себя встать с постели и пойти в комнату мальчишек. Там на втором ярусе кровати отвернувшись к стене лежал Виктор. «Спит!» – облегченно вздохнула женщина и с нежностью поправила одеяло. Ребенок, подняв голову, повернулся в ее сторону. «Ты не спишь?» – с надеждой в голосе, что это не так, спросила его Любовь. «Да что-то не спится» – ответил ребенок. «О чем думаешь? Что тебя тревожит?» – «Да так». – «Хочешь я тебе расскажу, о чем ты думаешь?» И она рассказала все, о чем сообщил ей голос. «Это так?» – задала она вопрос. И в ответ услышала тихое несмелое «Да», но это «ДА» прозвучало в ее голове раскатами грома. «Ладно, спи, мы что-нибудь решим», – сказала она и выскочила на улицу.

А голос не умолкал, он кричал: «А ты что думала, он один такой? Ты думала, их осчастливила? А для них их мамы навсегда останутся лучшими! Тебе больно? ТЫ не должна считать, что эти дети предали тебя, нет, они искренне тебе благодарны, но они дети честные и не предали своих родных и своих матерей, несмотря ни на что. Как только им стало легче, они нашли в себе силы их простить. А ты найдешь в себе силы простить детей за их любовь к близким и дать им то, в чем они нуждаются???»

Тяжело было это перенести без обиды, но Люба нашла в себе силы. Она пригласила детей в свою комнату по одному, поговорила с каждым и услышала, что кто-то хотел бы увидеть дядю, кто-то маму, кто-то папу, кто-то тетю. Кто-то хотел жить с братьями и сестрами. Что пережила в эти моменты Люба! И тогда Любовь, обратившись за помощью к Богу, на заданный вопрос: «Как поступить?» получила совет: «Ты помнишь, о чем ты мечтала в детстве? Чтобы не было детских домов!!! А ты своими собственными руками создала еще один. Это не семья. Помогая всем, ты не сможешь помочь ни одному из них! Дети страдают, для них мама всегда остается мамой, какой бы плохой она не была. Вначале эти дети еще помнят обиду, боятся побоев, страшатся голода, но спроси любого из них через несколько дней, и каждый захочет увидеть хоть кого-то из родных. Тебе нужно постараться подарить им настоящую семью – родную семью, а если не получится, тогда у себя оставь тех, кому некуда идти, усыновив их». Нельзя сказать, что после услышанного, она с радостью понеслась выполнять заданное. Нет! Она еще много дней терзалась и мучилась в надежде, что все решится иначе, и тем не менее…

Постепенно (такие дела не делаются быстро), она смогла решить многие проблемы: Даша с Ромой уехали в отремонтированный Любашей дом к родной тете по отцу. Братья Дианы, Виктор и Игорь, переезжали в новый купленный Любашей большой дом, где было все необходимое для жизни, а главное там была их мать. Еще один мальчик уехал в семью родного отца. Маленькую Элиночку с радостью забрала родная тетя, которая потеряла след ребенка, находясь в ссоре с сестрой. Никитка с Егоркой – два родных брата, которых Любаша не дала разлучить, отправились к чудесным приемным родителям, которых нашла для них Любаша. Саша переехал в семью, где жила его младшая сестренка, и соединился с близким человеком. Светлану, Полину, Татьяну она удочерила.

Так ее семья увеличилась, сын и пять дочерей, было чем гордиться. Вскоре была лишена родительских прав бывшая сожительница ее мужа Николая, и Любовь, несмотря на нежелание мужа, забрала его дочь Дарью к себе. Поступить иначе она просто не могла! Прошло время, и отец и дочь счастливы, что они вместе, а у Любаши появилась шестая доченька.

Жизнь наполнилась новыми заботами, но и новым смыслом. А ведь раньше, стоило мужу отлучиться из дома хотя бы на час, с Любой случалась истерика: где он, что с ним? А вдруг он загуляет, а вдруг он совсем уйдет? Но Господь постепенно, урок за уроком, учил ее тому, что важно, а что преходяще, что имеет действительную ценность, а о чем не стоит и думать. И Люба, как губка, впитывала знания и опыт и смогла освободиться от таких чувств, как ревность, беспричинный страх и сиюминутное беспокойство. Сейчас ей даже иногда становится удивительно, как она могла так жить, как она могла ревновать, как она могла думать, что не проживет без мужчины, как она могла беспокоиться, что не сумеет воспитать ребенка сама. Очень долго она получала одну и ту же информацию: «Ты должна остаться одна, ты должна остаться одна». Но страх не давал ей принять это. Как это – остаться одной, ведь это так жутко! Только со временем она поняла, что ничего страшного в этом нет, что, даже оставшись одна, она не будет одинока. Ведь с ней всегда-всегда пребудет Он! Тот, кто любит ее, тот, кто знает ее такой, какая она есть. Тот, кто принимает ее именно такой. Тот, кто ежедневно подсказывает ей, что она должна сделать, как она должна поступить в той или иной ситуации. А любить так, как любит Он, не сможет ни один смертный на Земле!

Быть ясновидящей, но порой закрывать глаза

Господь неутомимо учил ее правильно пользоваться своим даром. Он снова и снова внушал ей, что главное – это любовь к людям. Эти уроки были непростыми. Порой Любаше приходилось наступать на собственную гордость и терпеть то, что терпеть совсем не хотелось. Был, например, такой случай: у Любы стал подворовывать ее бывший одноклассник. Брал он понемногу, но с завидной регулярностью. Люба с первого дня знала об этом, но сначала решила не обращать внимания: ну оступился человек, с кем не бывает! Потом мягко намекнула ему о том, что в курсе его проделок. И с удивлением встретила его невинный взгляд: «Ты знаешь, Ивановна, я так тебя уважаю, да чтобы я что-то у тебя взял!» Ей очень хотелось верить ему, но внутренний голос, которому она привыкла доверять, настойчиво твердил ей обратное: «Он врет. Более того, они с женой смеются над тем, что „ясновидящая“ дальше носа своего не видит». Это было обидно и неприятно. И вот однажды случай подтвердил Любины подозрения сполна.

В тот день она встала раньше обычного и увидела, как «честный» одноклассник грузит ее зерно на свою бричку. Первая мысль была: «Вот оно! Поймала, сейчас пойду и уличу его». Но в туже минуту она ясно увидела картину поимки с поличным: жгучий стыд охватил ее одноклассника, он готов был провалиться сквозь землю. Она словно испытала его чувства и ощутила, как горячие слезы стыда подступают к его глазам. Нет, ей не хотелось подвергать его такому испытанию, не хотелось унижать его. Люба растерялась:

– Что же делать? – спросила она свой внутренний голос.

– Ты куда шла?

– На задний двор, по своим делам.

– Ну вот и иди спокойно, куда ты шла. Предоставь Господу разрешение этой проблемы, не тебе раздавать наказания. Вор получит свое сполна, но ты к этому будешь непричастна. Просто наблюдай, ведь это так интересно!

– Хорошо, – ответила Люба.

Люба не подошла, не уличила в обмане. Более того, еще два месяца терпеливо ждала случая убрать этого человека подальше от своего хозяйства. И когда подвернулась подходящая возможность, она сделала это. Он ушел. Неделю спустя он потребовал отдать деньги за дерево, которое сам же подарил. Она без единого возражения отдала ему больше запрошенного. Вскоре дочь его жены попала в психиатрическую больницу, а сам он попал в аварию и хотя сам не пострадал, но материальный ущерб был для него очень весомым. Вот таким был расчет за все, украденное когда-то им у нее. Любе вовсе не хотелось, чтобы он поплатился так жестоко, однако не ей решать, кто и как будет наказан за свои деяния.

Этот случай помог Любе понять: Господь Бог дал ей знания, дал ей способность видеть, чувствовать, читать мысли, предвидеть будущее вовсе не для того, чтобы устраивать разборки и уличать людей во лжи, в обмане. Он ей дал эти знания для того, чтобы она, зная, могла простить . Было очень тяжело, было очень трудно. Таких случаев в ее жизни можно назвать тысячи, когда люди, приезжая к ней, говорили ей в лицо одно, думали о другом, а делали третье. И она никому из них не могла сказать правды. Даже сейчас рядом с ней продолжают жить те, кто обманывает, лицемерит, хитрит с нею. Она все это знает, но до сих пор не признается в своем знании. А это так сложно!!! И тот дар, о котором она когда-то мечтала в детстве – читать человеческие мысли и знать, что думают о ней люди, стал ей в тягость. Порой ей хочется от него отказаться, но никому не дано отказаться от ноши, которую дает Господь. Очень часто Люба пытается закрыть свои глаза и уши, закрыть свое сердце, не слышать и не слушать, не видеть и не знать. Не знать, что о ней говорят, что о ней думают. Удается это ей с большим трудом.

А Любаша такая, какой ее создал Господь. Она не собирается меняться, подстраиваясь под мнение окружающих, она знает, что люди должны воспринимать ее такой, какая она есть. И если они хотят видеть что-то другое – это их право. Она больше не боится того, что в мире есть люди, которые ненавидят ее, завидуют ей, готовы, не зная ее, разорвать на части. Она больше не боится их, потому что у нее есть то, чего нет у них. У нее есть любовь, ее любовь к Богу и любовь Бога к ней. Ни секунды она не сомневается в том, что Бог есть, что Он вел ее все эти годы. Да, в ее жизни были ошибки. Но не ошибается только тот, кто ничего не делает. А тот, кто постоянно находится в движении, естественно, время от времени оступается. И была бы она плохим психологом и плохим специалистом, если бы у нее не было в жизни ошибок, потому что на ошибках мы учимся.

Да, она заблуждалась, думая, что люди, услышав ее слова, примут их сразу как должное, как само собою разумеющееся, и сразу начнут жить так, как нам завещал Иисус Христос. Этого не случилось. Прошло две тысячи лет, которые были отведены людям для исправления ошибок и осознания того, что они когда-то совершили по отношению к Богу, некогда пришедшему на Землю в образе человека. И если ничего не изменилось за две тысячи лет, почему это должно было случиться теперь?! Человек должен спуститься с пьедестала и понять, что он ничтожен, что он всего лишь пыль на этой земле. Даже меньше пыли, если взглянуть на Землю с далекой звезды. Мы здесь даже не пыль! А мы о себе возомнили и думаем, что можем решать любые проблемы в этом мире. Ничего не сможет решить человечество, если у него не будет истинной веры и истинной любви к Богу. Ничего. Но многое сможет совершить и сделать даже один человек, если он поселит в душе своей Любовь ко всем живущим существам во Вселенной.

И сегодня Любаша посылает ежедневно свою любовь во Вселенную, всем существам, живущим во всех обителях, которые есть у Творца. Она знает и свято верит, что жизнь есть не только на Земле. Если мы этого не видим, это вовсе не значит, что ее нет в других мирах Галактики. Ей понадобилось много времени, прежде чем она поняла слова, написанные более пятисот лет назад Мишелем Нострадамусом:

«Если разум человека выстраивает будущее исходя из современных ему событий, то эти причины не так уж спрятаны от него и вообще не являются для него откровением.

Однако совершенное знание невозможно без божественного вдохновения, поскольку все это исходит в первую очередь от воли Творца, а уж затем от удачи и природы. Причины безразличны, и поэтому пророчества без учета источника предсказаний сбываются далеко не полностью.

С помощью собственного интеллекта человеческий разум не может увидеть тайное, если его не коснется некий голос, идущий из бездны (лимба), и не возникнет тонкое пламя, освещающее, в какую сторону будут развиваться те или иные события.

И еще я прошу… никогда не трать свой разум на бесплодные мечтания и суетные занятия, которые иссушают тело и ввергают в погибель душу, бессмысленно раздражая чувства. Тщеславие магии давно уже подвергнуто осуждению Священным Писанием».

Получив в «подарок» умение читать человеческие мысли, первое время она этим только и занималась. Сначала ей это доставляло невероятное удовольствие, было смешно узнавать то, что творилось в головах людей. Потом стало не до смеха. В мысли, которые Любаша ловила, верить не хотелось, ей казалось, что это попросту не может быть правдой. Но проходило время, и жизнь подтверждала фактами то, что раньше Люба видела в виде мыслей. И вот тут-то приходилось труднее всего: как скрыть от человека свои сокровенные знания, как продолжать относиться к нему по-прежнему, как продолжать уважать?.. Однако со временем это выработало у нее способность терпимее относиться к людям, к их слабостям и порокам. Сколько было случаев, когда она относилась к человеку с душой и всем сердцем, желая ему помочь, а он думал только гадости? Тысячи! А Любаша при этом и сказать ничего не могла, ведь в мыслях уличить невозможно. Так и приходилось терпеть. Терпение, терпение и еще раз терпение – это едва ли не главный урок, который пришлось усвоить Любе. Еще через некоторое время она научилась не просто терпеть этих людей, но любить их, любить, несмотря ни на что. И никогда она не испытывала ненависти ни к одному человеку. Даже обидевшего готова была простить уже через минуту после нанесенной обиды, простить и первой броситься на помощь в случае необходимости. Люба всегда благодарит Бога за то, что он не дал ей испытать чувство ненависти. И пусть так будет всегда!

Судьбоносные встречи. Рассказ Миланы