Глава 8

Вечером принцы ехали в новой карете к мадам Лоло в сопровождении охраны.

— Андрюх, тебе не кажется, что официальный визит монарших особ в местный бордель, это как-то не комильфо? — спросил Роман, откинувшись на мягкие подушки.

— А что тут такого? — удивился неугомонный братец. — Мы с тобой проводим, можно сказать, официальное расследование, поиск сбежавшей незнакомки, неизвестно как проникшей во дворец. Должны же мы понять, как это ей удалось! А вдруг она шпиёнка! А если шиёны используют ту же методику проникновения, а? Так что все нормально, отмазка у нас железная. Ну и заодно рассмотришь все поподробнее, девочки там очень даже аппетитные. Конечно не чета самой мадам, она и, правда, как эротическая мечта. Сейчас приедем — увидишь.

Ромка тоскливо рассматривал в окно кареты проносившиеся улицы и прохожих. Что-то его беспокоило, что-то не давало расслабиться и получить удовольствие от посещения так любимого всеми местными мужиками места.

Через какое-то время карета остановилась возле входа в довольно добротное двухэтажное здание, над входом которого зазывно сверкал огромный красный фонарь.

— Выходи, давай, — подтолкнул Ромку на выход нетерпеливый Андрей, в предвкушении потирая руки.

От злачного места, Роман ожидал всего что угодно, но не такого. Холл был оформлен в восточном стиле с массой ковров, низеньких столиков, подушечек, затейливых диванчиков. Огромное помещение было поделено на зоны, в которых словно гурии из сказок возлежали на подушках местные красавицы в тонких откровенных одеждах. Возле каждой из них находился кто-то из клиентов и красавицы одаривали их своим вниманием. Все было на удивление пристойно, Ромка был даже немного разочарован. Он то думал, что они едут в вертеп разврата и порока, где местные дамы ходят перед клиентами практически, в чем мать родила.

— Добрый день, господа, чего изволите? — по широкой витой лестнице со второго этажа спустилась настоящая красавица в красном. У нее была гибкая соблазнительная фигура с большим бюстом, именно таким как описывали все страждущие на приеме у принца. Лицо поражало правильностью черт и тонким налетом аристократизма, длинные блестящие черные волосы были убраны в высокую замысловатую прическу. А кожа и правда была похожа на персик. Только вот это была не она. Не Ромкина незнакомка. Лоло была чудо как хороша, но было в ней что-то отталкивающее, порочное, прятавшееся в хищном блеске глаз, похотливой улыбке, непристойной позе и обволакивающем грудном голосе.

— Уже ничего не изволим, — сказал Роман, заглядывая в глаза Лоло.

— Ром, ты чего? — зашипел ему на ухо братец. — Не порть мне малину, в кои-то веки выбрался с тобой поразвлечься и тут ты постную морду корчишь!

— Это не она, — ответил Роман устало. — Смысл здесь находиться?

— Давай оттянемся, гляди какие девочки, — Андрей указал рукой на подошедших к ним подопечных мадам, одетых как восточные гурии. — Как тебя зовут милая?

Андрей прошелся возле строя куртизанок, тщательно осмотрев каждую и огладив их томным взглядом. Остановился он возле милой маленькой брюнетки с фигурой в форме песочных часов.

— Алисия, господин, — девушка одарила его томным, призывным взглядом и облизала пухлые губки.

— Ну что Алисия, на второй этаж? В апартаменты? — Антон подхватил ее за руку и стал подниматься по лестнице, а потом, обернувшись к брату, сказал. — Риккардо, ты это, не тушуйся, они, если хочешь, упадут и отожмутся!

— А это мысль, — Роман с наглой улыбкой расположился на ближайшем диване и поманил к себе пальчиком знаменитую мадам. — Значит так, милочка, бордель на сегодня закрыт для посетителей, нас с братом Вам будет более чем достаточно!

Лицо мадам озарила хищная улыбка в предвкушении будущих барышей. Она быстренько разогнала клиентов и приняла самую соблазнительную позу перед младшим принцем.

— Командуйте, Ваше высочество, — томно прошептала она, облизнув губки.

— Вот это Вы, Лоло, правильно сказали. Итак, выстроились все в шеренгу! — гаркнул принц на куртизанок, прохаживаясь вдоль строя. — Так, молодцы, теперь подобрали выступающие части тела! А это у Вас что? Животик?

Ромка ткнул пальцем в небольшое пузико одной из девиц.

— Непорядок, милочка! Вы должны приносить эстетическое удовольствие, Ваши формы должны быть не только плавными, но и сильными. Вы же будущие матери цвета нации! — пафосно продолжил он, стараясь не заржать! — А Вы мадам, чего не в строю? Непорядок. И вообще, почему выстроились не по росту?

Куртизанки, помня основной постулат своей профессии «клиент всегда прав», поспешили выполнить его указания и даже самостоятельно рассчитались на первый второй, выпятив грудь и преданно заглядывая принцу в глаза.

— Молодцы! — гаркнул он, и, не дождавшись отзыва, продолжил. — Чего молчим?

— Я извиняюся, — подала голос враз растерявшая весь лоск мадама. — А шо мы должны были сказать?

— Ну, как минимум «Рады стараться ваше высоко благородие»! — он окинул строй грудастых красоток грозным взглядом и продолжил. — Итак, вторая попытка: молодцы!

— Рады стараться ваше высокбродь! — вразнобой прокаркали недовольные девицы.

— Не вижу, что Вы стараетесь! Еще раз, до того момента пока не получится! — продолжил он.

И понеслось! Дамы вопили с каждым разом все убедительнее и убедительнее, а под конец их гарканье было похоже на рык гренадеров на плацу. И вот когда принц услышал знакомые нотки в их отзыве, он немного успокоился. Дальше он решил им устроить небольшую зарядку, чтобы посмотреть в какой они форме. Рома поставил перед строем мадам и заставил показывать остальным дамам легкие гимнастические упражнения на манер вращения бедрами, приседания, разных прогибов. После того как куртизанки исполнили гимнастику с редким эротизмом, а принц в некоторых моментах себя еле сдержал (такое обилие убойных колышущихся форм ни одного мужика равнодушным не оставит), Ромке как-то вдруг стало не до смеху. А братик все не появлялся. Ему самому пользоваться услугами местных гетер было как-то брезгливо. Да и по отношению к незнакомке это было бы предательством. И не важно, что он ее видел один раз, но чувствовал, что она его и никто другой ему не нужен.

Как развлечь себя дальше принц не знал, а получившие небольшое послабление жрицы любви стали незаметно, бочком-бочком приближаться к прынцу. И первой естественно была мадам. Не прошло и минуты как Ромка оказался в кольце девиц, которые уставились на него с определенными намерениями и уже протягивали шаловливые ручонки к его одежде.

— Отставить! — рявкнул он и подскочил с дивана. — Кто Вам разрешил нарушить строй? Десять отжиманий каждой!

Дамы заметно сникли и пошли опять строиться, первые две даже упали на пол и попытались изобразить бедрами, что-то вроде отжимания, только почему-то попой. То, что должны были быть задействованы руки, до них не доходило.

— Вот Лизке свезло, так свезло, — завистливо шептала первая. — Ей нормальный прынц попался, а не это высочество.

— Ага, — у второй комментировать происходящее сил просто не осталось, она распластала свое полное тельце по полу и не в силах была сделать ни одного движения.

— Разговорчики! — рявкнул Ромка, задумка с отжиманиями явно принесла ему удовольствие. Сил у местных дам, после такого на него уже не осталось. Чего, в общем-то, он и добивался. Так прынц и развлекался до появления довольного Андрея, то, заставляя представительниц древнейшей профессии ходить перед ним строем, то, если ему что-то не нравилось, отжиматься. Вид у дам под конец стал настолько не презентабельный, что у появившегося Андрюхи даже челюсть отвисла.

— Это ты их так заездил? — спросил он удивленно.

— Ага, — ну не объяснять же братцу, что именно они делали.

— Силен мужик! — восхитился Андрей. — Меня больше чем на двух-трех за раз не хватало, а ты тут всех! Ух! Круто!

Роману надоело слушать дифирамбы братца в свой адрес, и он быстро подтолкнул его к выходу, кинув на стол мешочек с золотыми.

— За труды и конфиденциальность, — он улыбнулся Лоло и вышел под ручку с уставшим, но довольным Андрюхой.

А вот утро следующего дня для обоих принцев началось с разбора полетов. Их обоих по приказу грозного родителя рано подняли, затем они жевали овсянку под бесстрастным взглядом царицы Дарьи и хмурым царя Елисея. Во время утренней трапезы не было произнесено ни словечка, а недовольные взгляды родителя только нагнетали обстановку. Андрею все было безразлично, и он с довольной миной поглощал завтрак. А вот Роман маялся и не находил себе места, овсянка становилась в горле комом и не улучшала хмурого настроения. Когда завтрак был закончен, царь пригласил обоих принцев к себе в кабинет.

— Ну-с, молодые люди, — он уселся за огромный стол из красного дерева и ожег принцев тяжелым взглядом. — И кому пришла в голову гениальная идея посетить бордель на глазах у всей столицы?

— Батюшка, — начал старшенький свою прочувствованную речь, заглядывая в глаза родителю, состроив самую честную физиономию. — После последнего бала возникла необходимость в поиске одной из присутствовавших там дам. Она проникла на бал неустановленным способом, что говорит о том, что охрана дворца не организованна надлежащим образом. И, слава богу, что она не нанесла вреда как людям, находящимся на балу, так и стране в целом, выкрав секретные документы. А ведь могла! Хоть в этом нам повезло. Но найти ее нужно! Мы должны понять, как она проникла во дворец, и пресечь все последующие попытки. Поэтому наше посещение подобного места носило характер исключительно государственной необходимости и осуществлялось в целях безопасности всей страны.

По мере того как Андрей патетично вещал, энергично размахивая руками, лицо у его величества вытягивалось все больше и больше, проникаясь важностью проведенной операции в веселом доме. А вот Роман сдерживал себя из последних сил, чтобы не заржать. Он искусал себе всю внутреннюю сторону щек и усиленно прятал глаза, в которых плескался безудержный смех. Андрей же был невозмутим и продолжил свою прочувствованную речь дальше.

— Ваше величество, — обратился старший принц к любимому родителю. — Мы можем надеяться на Ваше понимание и содействие в оперативно-розыскной работе, даже если она и дальше будет связана с поисками в местах подобного рода?

— Ну конечно дети мои. Мало того, я сам буду Вам активно помогать и лично курировать каждую операцию! Ведь безопасность страны — это так важно! Главное матушке не проболтайтесь, — он встал из кресла и в задумчивости прошелся по кабинету. — Ну и сколько дам успели проверить на предмет подрывной деятельности в стране?

— Всех, ваше величество! — гаркнули оба принца, вскакивая с кресел и вытянувшись во фрунт.

— Молодцы! Хвалю, меня обычно в вашем возрасте хватало только на двух-трех проверяемых. А Вы у меня просто орлы! Мадам хоть довольна? — в глазах его величества плескался искренний смех.

— А как же! — оба брата чуть расслабились и опять уселись в кресла.

— За грамотную историю хвалю! А вот за то, что исполнение хромало, надавать бы вам по мордасам. Да ладно. В следующий раз хоть переоденьтесь, когда на дело идете и не берите такую приметную карету. Вы же с ней засветились перед всеми! А это, по крайней мере, глупо, — его величество вздохнул, окинул угрюмым взглядом повинно опущенные головы сыновей и продолжил. — Эту карету теперь брать будете только для официальных выездов. А кстати, откуда такая красота?

— Да Моисеич подогнал, — махнул рукой Андрей. — Бать, а может, мы все же чаще каретой пользоваться будем? А?

— Что так понравилась? — улыбнулся их величество.

— Ага, — закивал головой старшенький. — Это же настоящий спорткар из каретных мастерских тридесятого царства, эксклюзив, сделанный по спецзаказу. Ни у кого такого больше нет. Знаешь, какую карета скорость развивает? А какие у нее аэродинамические свойства? Да в ней можно в гонках участвовать! Там же просто сумасшедшая система безопасности.

— Как интересно! — по мере описания чуда коретопрома соседнего государства, лицо у их величества становилось все более заинтересованным. — Ладно, с вами все. Прежде чем что-то сделать — думайте! Идите! И кстати, пришлите мне дворецкого.

Оба братика с сияющими улыбками от осознания того, что отделались очень легко, вывалились из кабинета родителя и не преминули сообщить дворецкому о том, что его ожидают.

— Звали Ваше величество? — Иосиф Моисеевич просочился в кабинет царя Елисея бочком и состроив самую честную мину, опустил очи долу.

— Звал, звал. Уж больно ты приметную каретку моим мальчишкам нашел. Откуда она? — царь Елисей пристально посмотрел на дворецкого.

— А что, какие-то проблемы? Она чем-то не устраивает их высочеств? — заюлил он.

— Да нет, — царь махнул рукой. — Если бы карета не устраивала, мы бы разговаривали с тобой не здесь. На твои мелкие шалости я закрываю глаза, даже на то, что ты иногда казну путаешь со своим кошельком. Но так как сильно не наглеешь, то бог с тобой. Все равно, чтобы я не делал, воровать будете. Только весь вопрос в том, сколько. Так вот, неудачная карета — это было бы из разряда украсть много. Сколько ты на ней заработал? Что молчишь? Зная тебя, могу предположить, что немало.

— Так, а шо Ви хотите, — заблеял дворецкий. — Детки маленькие, не кожный день мацу едят, а только по праздникам. Опять же, жена, которую так тяжело прокормить, шо она уже в двери не влазит и теща, которая житья не дает!

— Да не плачься ты, видишь же все хорошо. Ты мне лучше скажи, ты для меня там карету закажешь? Только не как у мальчишек спорткар, а что-нибудь представительное, соответствующее моему положению. Ну и естественно, повышенной комфортности. Надоело, знаешь ли, трястись по булыжной мостовой, клацая зубами на каждом камне.

— Как прикажете, ваше величество, — дворецкий угодливо склонил спину. Любая просьба царя рассматривалась во дворце как прямой приказ, и ослушаться бедолага не мог. Если у его давешней знакомой не окажется того, что ему нужно, то впору в петлю лезть. Царь не простит.

— Иди, — их величество благосклонно махнул рукой отпуская Иосифа Моисеевича, который как только покинул монарший кабинет, рванул на поиски Аленки.


Иосиф Моисеевич нашел Алену в одной из комнат второго этажа, за чисткой очередного камина. Нет, ну вот вы мне скажите, лето на дворе, а они все жгут дрова и жгут! Гринписа на них нет с мировым комитетом по экологии! Неужели холодно? А что тогда будет происходить зимой? Зимы то в тридевятом лютые, с настоящими сильными, трескучими морозами, снежными метелями и, как следствие сильными сквозняками и холодом в помещениях. А тут попробуй такую махину с высокими потолками протопить, да так чтобы еще и не холодно-то было! А, не мои печали. Сами строили, пусть сам и мучаются.

А вот запыхавшийся дворецкий с сумасшедшими вытаращенными глазами, это, кажись, по моей части. Шо, неужели что-то случилось?

— Цаца, спасай! — крикнул он, как только появился на пороге.

— Шо сталося? — опешила Аленка.

— Царь карету хоче, ще одну. А де я ему возьму такую, та еще из красного дерева представительского классу? — он плюхнулся на ближайший стул и расстроено опустил голову.

— Шо ты молодец не весел? Шо ты голову повесил? — пропела Алена.

Она что, дура? Чего над мужиком-то так издеваться? Я дернула ее за волосы, привлекая к себе внимание, и шепнула на ухо.

— По команде просто рот открываешь и умняк на лице изобрази!

— Ой, пан дворецкий. У меня как раз есть то шо Ви так долго искали. А шо я з того буду иметь?

Ой, как он встрепенулся! Ой, как он подорвался и расплылся в хищном оскале! Я аж сбледнула с лица, слава богу, на Аленкином личике ничего не отобразилось.

— А шо Ви мне могете предложить, Цаца моя? Ишо одна карета на огороде заныкана? А шо мене мешает ее просто забрать?

— Ну, попытайтесь, пан дворецкий, если найдете! — я посмотрела на него зло и продолжила. — А от на чем Ви будете делать гешефт, когда у Вас ще одну карету попросять? А? А со мной Ви уже таки поссорились и сделали мене больно и не чуть-чуть! И Ви таки начнете извиняться, а оно мене надо?

— И шо ты хочешь? — он устало опустился на стул и обреченно уставился на меня. Было видно, что мужик осознал как попал, с одной стороны монаршая семейка, с которой не шутят. Сейчас он удовлетворит потребности царя-батюшки, но где гарантия, что от него не потребует еще одну карету царица-матушка? А с другой стороны я, и со мной нужно дружить, ведь я источник будущего дохода и избавление его от монаршего гнева.

— Та собственно ничо я такого не хочу. Иосиф Моисеевич, не тут же за новый гешефт говорить? Ви завтра до меня приехайте, отам за жизнь нашу скорбную и покалякаем. У накладе не останетесь. А може исчо и заработаете!

— Ну, гляди, Цаца, враг з Йоси Голдберга дюже страшный! — пригрозил он мне.

— Та шо Ви, пан дворецкий? Та разве ж я? Та ни в жизть! — Аленка состроила самое честное выражение лица и, слава богу, догадалась поклониться.

Иосиф Моисеевич выплыл в двери, а потом обернулся и продолжил:

— Завтра з утреца буду, жди! — и вышел из комнаты.

— Фиалка, а чего это было? — удивилась она.

— А это, Аленка, был дворецкий в панике. Замечательно, все идет, как я и задумывала. А вот завтра нам предстоит тяжелое утро. Его нужно будет уговорить на совместный гешефт, тху, вот же привязалось. На совместное дело. Я уже и название для нашего каретного тюнинг-ателье придумала «Майбах-кар»!

— А чего кар? Ты же не ворона? — изумилась она.

— От много ты понимаешь! Кар — это кареты, а «Майбах» — это марка таких престижных повозок у иномирье, а мы чем хуже?

Утро следующего дня началось крайне беспокойно. Ни свет, ни заря приперся дворецкий. Ни я, ни Аленка толком глаза еще не продрали, не говоря уже про умывание и ежедневную пробежку с гимнастикой, которые у нас уже стали привычным ритуалом. Поэтому пришлось в срочном прядке занимать Аленкино тело, ведь сидя у нее на плече, такие сложные переговоры не провести. Здесь ведь важно не только что ты говоришь, но и жесты, выражение лица и еще масса нюансов. Хороших переговорщиков специально натаскивают на разрешение сложных ситуаций разного плана. А с тем, что я говорю за Алену и какое у нее при этом дебил…, кхм., скажем так, простоватое выражение лица, нормальные переговоры не провести.

— Открывай, Цаца! — ломился в дверь дворецкий.

— Та шо Ви ломитесь, господин дворецкий? Та ще з рання у хату молодой незамужней дивчины, шо мене соседи скажуть? А хто мне потом моральную компенсацию платить будет? — стук как-то резко прекратился.

Этот бедный мир еще не знал, что такое моральная компенсация и что по поводу нее можно поиметь через местный суд. Но видимо Йося попой почувствовал, что если он дальше будет продолжать в том же духе, то он будет первым пострадавшим от судебного прецедента подобного рода. И даже войдет в историю, но уж от этого ему точно легче не станет.

Я вышла на крыльцо и в предрассветной мгле рассмотрела встревоженное лицо дворецкого.

— Иосиф Моисеевич! Здоровеньки булы! И шо Ви так рано приперлися? — позволила я себе немного фамильярности.

— Хочу убедиться шо она у тебя таки есть! — его лицо искажала тревога и неуверенность. Кто же с таким выражением на лице на переговоры ходит? Да просто за покупками?

— Ша, Йося! Не стану брехать, карета таки есть и она у этом дворе. Красива и укомплектована по высшему разряду, только шо я буду з того иметь?

— Две тысячи, — как от сердца оторвал он.

— Моисейч, я Вас таки крепко уважаю, но з чего Ви решили, шо оту лялю я продам за даром? — удивилась я.

— А шо Ви хочете?

— Половину, — я посмотрела на него спокойно, ведь явно меньше чем за десять тысяч он ее царю не впарит. А мне, тху, нам тоже деньги нужны, с чего это я ему восемьдесят процентов дарить буду? За красивые глаза? Так они у него самые обыкновенные.

Он аж задохнулся от возмущения и опять полилась старая песня, про пухнущую с голоду семью и дефицит яду.

— Ша Йося! — не выдержала я под конец его словоизлияний. — Ваши дети и Сарочка на дворцовой колбасе так распухли от голоду, шо уже у двери не проходят. Следующим на шо Ви таки будете тратить гроши — это лекарства от сердца и диабета! Сердце болеть будет у вас, а диабет будет у них от обжорства. Хочь бы хербалайфом йих накормили. Ото бы они большую часть времени проводили на горшке, кишечник себе бы почистили, а може и увесь организьм. Схуднули бы за компанию и до Вас не чиплялись. Таки шо, дать адресочек травника? Ух каки справны таблеточки та и порошочки есть, ежели у воде растворить, то его и не видно совсем! Месяц и минус восемь кило! И уся Ваша семья будет бороться за место с замечательными буковками «Ме» и «Жо»!

— Я слушал твоих последних слов и задумался, — сказал он.

— За какой предмет Ви задумались, Йося? — шепнула я улыбаясь.

— Я тебе дам две с половиною тысячи и карета сегодня!

— Ой, Йося, я начинаю иметь за Вас сомнения, а може мне мою лялю предложить Бене? И он станет моим партнером по поставкам уникальных карет до двору их величеств? А?

— Ви серьезно имеете думать, шо я Вам дам три? — удивился он.

— А шо Ви з меня хочите? Меньше чем за половину не продам. Мене капитал для гешефта нужон.

— Для якого? И шо Ви говорили за партнерство? — заинтересовался он.

— От слухайте. У тридесятом уже давно з эксклюзивных карет сделали прибыльный бизнес, — начала я.

— Шо сделали? — удивился дворецкий незнакомому слову.

— Та гешефт, не перебивайте! Про шо это я. А, делають таки кареты, ну от як Вы видели у одном экземпляре, а потом продають их так дорого як только можно. У них их прынцы ездют и герцоги разны. Ну, только те, хто може себе такое позволить. Оте кареты у них как элемент престижу. Якшо есть — то ты достойный, если нема, то не дотягиваешь. Смекаете, куда я веду? Так от. Не важно з чего ота карета, не важно шо у ней можна гоняться и усе системы безопасности и дизайн интерьера — это все вторично. А главное, раскрутка! Маркетинг! Продвижение продукции. От для этого я и хочу открыть каретный салон, где будут кареты для самых-самых. Для богатых и знаменитых. А так як я ще молодая девушка, то мне нужон партнер. И я предлагаю им стать Вам. Усю прибыль пополам.

— Цаца, я таки не очень понимаю эту вашу махинацию з каретами, но крепко уважаю целостность вашего мнения! И де Вы таки только такого нахватались? Не при дойке же коров? И ишо словами такими странными ругаетесь: мархетинг, бизнес, продвижение товару, откель усе это? — спросил он лукаво.

— А оно Вам надо Йося? — удивилась я.

— Так я имею желание знать, з кем имею гешефт и не сперли вы оте кареты у ближайшей подворотне?

— Во-первых, по подворотнях они не валяются, а во-вторых, не сперла. А остальное коммерческая тайна. Таки шо? По рукам?

— Ты мне первее оту карету покажи, а потом нарисуй план гешефту, деньгу посчитать нужно, и понять про який салон ты мне тут брехала?

Пришлось волочь его в огород и снимать полог невидимости с двух оставшихся карет. Естественно Иосиф Моисеевич выбрал помидорную. Он долго ходил возле обеих карет, приценивался, присматривался, щупал и расспрашивал об их характеристиках. Ну, а потом, решил, что царю-батюшке по статусу больше подходит помидорчик, чем кабачок. Хотя на кабачок, судя по загоревшимся глазам у него тоже были планы.

Убедившись, что с каретами все в порядке, мы продолжили торг. Ох, как же он мне нервы помотал! Хто б знал! После того, как через час он таки согласился на мои условия, мы приступили к обсуждению плана будущего салона. И вот тут он показал себя гениальным организатором и бизнесменом, быстро уловив суть идеи и предложив несколько удачных ходов в раскрутке будущего предприятия. Моисеича очень заинтересовала возможность использовать кареты для быстрой езды, и он предложил после торжественного открытия салона, устроить первые каретные гонки в истории тридевятого царства. Кстати, именно под это мероприятие можно сплавить достаточно большую партию карет спортивного типа.

— Йося, та мы таки рынок перенасытим! — взвилась я.

— Ша, усе будет хорошо, мы их нескольким послам сплавим и сделаем оте гонки международными. А опосля кареты уедуть за границу. Надо же расширять сферу влияния и думать о будущем! — сказал он пафосно.

— Моисеич, Вы гений! — моему восхищению не было предела. Ну, мужик! Ну, жук, я все-таки правильно выбрала партнера. — Ну а место для салону? Это должно быть дето у центре, шоб усе видели.

— Не боись, есть такое местечко и задарма, — он аж зажмурился от удовольствия. — Его хозяин мне должен и много. У понедельник опосля роботы пойдем смотреть. А потом ты мене накидаешь, чего и как там нужно устроить, шоб выставить оте кареты у выгодном свете. Як ты казала? Мархетинг? И таки, про новую партию карет не забудь.

На этом мы с ним и попрощались. Основные договоренности были достигнуты, каждый вкладывает пополам я каретами, он деньгами на салон. Прибыль тоже пополам. Моисеич даже название одобрил, уж больно непонятно и солидно оно звучало для уха местных жителей. А все непонятное у них вызывало как минимум интерес и уважение. Чувствую, что ближайшее время, пока мы не откроемся, мне придется довольно большое время находиться в Аленкином теле. А так не хочется, тяжело это, да и определенное привыкание вызывает, что тоже не есть хорошо. Так ведь и заиграться можно. Не зря же подселение в тело крестника у фей разрешено только в критических ситуациях. Ладно, как-нибудь перетерплю, а теперь быстрее в свое, родненькое тело с крылышками.

— Ох, як тело ноить, — Аленка потянулась и чуть размяла мышцы.

— А что ты хотела? — я опять устроилась у нее на плече. — Придется потерпеть родная, пока мы не сделаем тебя богатой женщиной.

— Кстати, Фиалка, а шо ты там говорила про оти таблеточки для похудения? — из всего нашего общения с Моисеичем ее видимо заинтересовало только это.

— Тебе они не подойдут.

— А почему? — на ее лице было написано удивление напополам со вселенской обидой. — Отем деткам дворецкого они добры, а мне не добры?

— Ну во первых, при их употреблении, как и в твоем случае для результата нужно соблюдать определенные правила в питании. На что, судя по всему, дети и жена дворецкого не способны. Иначе их бы так не разнесло. А во-вторых, тоже нужна зарядка, провисшую кожу после похудения нужно подтянуть. Да и потом, дорогие они. Мы же с тобой основной упор делаем на физическую нагрузку, а потом уже питание. Ты же посмотри какой у тебя результат замечательный. Ты и без таблеток смогла принца заинтересовать.

Алена несколько оживилась и немного покрутилась возле зеркала, убеждаясь в моей правоте.

— А шо з тем салоном? Кареты будем продавать?

— Угу, и не только, еще и устраивать пробные заезды и гонки.

— Фиалка, а шо я у тебя спросить хотела, а откель ты стока знаиш? Это вас у вашем униситете учат? — Алена состроила любопытную мордашку и плюхнулась на кровать в надежде услышать занимательную историю. Я не стала ее разочаровывать, слетев с ее плеча и устроившись рядом на подушке.

— Да много чему нас там учили, только это все больше предметы по фейской специализации. Меня, как фею любви, учили распознанию истинных чувств, это у нас была сперва теория, а потом практика. Потом зельеварение с уклоном в эликсиры любви. Затем приворотные и отворотные зелья, ну это если фейских сил не осталось, а с клиентом нужно срочно поработать. Также учили собственную магию применять, сначала медитация, чтобы понять и принять собственную силу, ну а потом, собственно, и управление ею. Разные заклинания, начиная от атакующей силы любви, вроде стрел Амура, до щитов Купидона. Это такая защита от заклинаний наведенных чувств. А вообще чего только у нас не было. Но то, о чем я Моисеичу рассказывала, я узнала несколько раньше, прожив целый год перед университетом в одном из техногенных миров. Это мне родители подарок на совершеннолетие сделали. Ах, Аленка! Если бы ты только знала, как там здорово! Хоть магии в мире почти нет, и мы на время посещения этого мира запасаемся магическими накопителями, испытывая определенные неудобства, но все они блекнут перед тем, с чем мы там сталкивается. Огромные повозки, которые мчат людей из конца города в конец за очень короткое время, и это все без лошадей! Огромные железные птицы, которые перевозят и людей, и грузы из страны в страну за несколько часов! Яркие одежды на людях, прекрасные картины, вставленные в музеях, созданные руками истинных мастеров, невероятные прихотливые скульптуры! А новомодное искусство, которое у них называется кино? Представь, на экране движущиеся картинки, которые рассказывают и показывают разные истории. И создается ощущение, что ты там присутствуешь невидимым зрителем. Я в том мире прожила год, ходила по музеям, ездила из страны в страну, стараясь понять культуру и обычаи того или иного народа. Не скажу, что мне все нравилось, не скажу, что было легко. Но тот год был для меня самым интересным и познавательным! Кстати там я и познакомилась с понятием маркетинга, — я замерла, мечтательно уставившись в окно.

— Фиалка, — позвала меня тихонько завороженная и притихшая Алена. — А як ты там була со своими крылышками? Народ не шугався?

— Ален, для посещения таких миров мы наводим долгосрочный морок и практически не отличаемся от местных жителей.

— И шо усе-усе там было так хорошо? От бы мне там побывать! — вздохнула она.

— Да нет, не все. Но знаешь, я наверно какая-то неправильная фея, мне там ужасно нравилось. И меня не раздражали те повозки, которые зовутся машинами, хоть от них и смрад шел ужасный! Мня не пугали оте летающие птицы, я на них время от времени каталась. Знаешь как здорово, когда ты сидишь в кресле, а у тебя под ногами далеко внизу проносятся луга, поля, леса, а люди такие маленькие, что их совсем не видно! Эх! — я печально махнула рукой и продолжила. — Правда, наши в этом мире, из-за плохой экологии, надолго задерживаться не могут, буквально месяц-два и домой. Задыхаться начинают, теряют магию, а потом долго восстанавливаются. Но со мной такого не произошло, как ни странно. Хотя почему странно-то? У меня пра-пра-пра-бабуля из фей-эмигрантов этого мира, вот иммунитет и срабатывает.

Алена сидела задумчиво, переваривая новую для нее информацию. Она как-то легко приняла факт, что этот мир не один в целой цепочке миров. Да, в общем-то, факт и в тридевятом довольно известный. Здесь есть маги-путешественники, которые после возвращения домой, пишут многотомные трактаты «о том, как там у них, в иномирье». Ясное дело, что Алена их не читала, но вот слышать должна была.

— Ладно, родная, дел еще много, а мы тут рассиживаемся, ты еще за обед не бралась, да и скотина у тебя не кормлена и не доена.

Ох, как она подорвалась! Заполошно заметалась по кухне, а потом выбежала во двор с ведром для утренней дойки. Коровы ее в сарае уже давно заждались. А я это время решила использовать с толком, рисуя на бересте дизайн будущих карет, прикидывая какие овощи мне будут нужны для этого. Как-то не хотелось пускать все на самотек как в прошлый раз, а сотворить что-то поистине неординарное. Я так увлеклась этим делом, что не заметила вернувшуюся Аленку. Она уселась рядом со мной и стала рассматривать берестяные наброски.

— А шо это ты делаешь? — удивилась она.

— Рисую будущие кареты, — отмахнулась я от нее. — Только вот не знаю теперь какие овощи использовать, чтобы все получилось, так как я задумала.

— Так завтра воскресенье и у селе ярмарка, — встрепенулась она. — Отам можно буде купить усе шо душе угодно. И подросшие круглые патисончики, и декоративны тыковки, арбузы, дыни и много еще чего.

Вот оно! Правильно! Завтра идем на ярмарку и выбираем все самое забавное и необычное, а потом я буду проводить эксперименты!

Загрузка...