Изгнанник. Право на счастье

Глава 18

Злата

Послушав совет брата, я дала шанс Заку, ослабила оборону и приоткрыла свое сердце мужчине.

Закарий продолжил изысканно и терпеливо ухаживать. Дарил подарки и цветы с тайными смыслами, устраивал волшебные свидания, открывая для меня дивные места. И не спешил переводить наши отношения в горизонтальную плоскость, подкупая и заставляя довериться. Поведение мужчины вселяло надежду, что его интересует не только секс со мной, но и я сама.

С каждым днём Закарий все больше завоевывал мое сердце, сметая страх, недоверие и сомнения. Я с нетерпением ждала наших встреч, его сюрпризов, да даже банально летела на работу, желая поскорее увидеть мужчину. И сама не заметила, как влюбилась по самые кончики ушек. Даже не так, не влюбилась! Закарий стал для меня центром вселенной. Рядом с ним я чувствовала себя желанной, любимой и защищённой. Я дышала им, он запросто мог заменить мне еду и сон. Закарий, Закарий, только Закарий!

Я знала, когда он оказывался рядом, слышала его эмоции и чувствовала настроение. Я остро ощущала, когда он доволен, взволнован или разгневан. Мужчина, которого я поначалу до ужаса боялась, стал смыслом жизни, моим настоящим и будущим.

Наши отношения развивались плавно и закономерно и вели к логическому финалу, пока салон не посетили родственники Закария. С чего я взяла, что они его родственники? Так, они были похожи на него! Такие же высокие, плотного телосложения с резкими чертами лица и давящей энергетикой.

Так вот, когда они заявились, я буквально кожей почувствовала эмоции Эмбера. Удивление, негодование, гнев и напряжение. Именно поэтому, когда Закарий холодным:

«Я сам займусь гостями!» — в прямом смысле спровадил меня. Я молча подчинилась, хотя внутри все кипело от возмущения, быстро сменяющимся беспокойством. Закарий никогда раньше не позволял себе разговаривать со мной таким тоном.

Я оставила мужчин одних, но не покинула зал. Издали следила за ними. По резким движениям и ледяному тону Закария поняла, что он не рад визиту незнакомцев. Мужчины что-то говорили, пытаясь доказать свою правоту. Но ярость, волнами исходящая от Эмбера давала понять, что он им не верит.

Хоть разговор больше и походил на ссору, расслышать, о чем речь, было невозможно. Мужчины старались не повышать голосов, а потом Закарий и вовсе увел их в свой кабинет. И мне осталось только кусать от волнения и любопытства губы.

Надеясь, хоть что-то прояснить, подошла к Андрею:

— Ты не в курсе кто эти люди?

— Нет! Я впервые их вижу, — ничем не смог мне помочь парень.

Мужчины покинули салон спустя двадцать минут, так и не вернувшись к выставке, из чего я окончательно уверилась, что они приходили конкретно к Закарию.

Изведясь от неизвестности, я поспешила к любимому.

— Зак, можно? — постучав, я заглянула внутрь и увидела задумчивого Эмбера, стоявшего посреди кабинета.

— Злата, что-то случилось? — вынырнул он из своих мыслей.

— Это я у тебя хотела узнать? Все в порядке? Странные гости ушли, а ты не спускаешься!

— Все в порядке! — заверил он и перевел тему. — Ты уже обедала?

— Нет.

— И я — нет! Составишь мне компанию?

— Конечно!

Мы расположились на кухне, разогрев обед. Не в силах и далее сдерживать любопытство, я спросила:

— Зак, кто были эти люди?

— А? Просто знакомые, не бери в голову! — отмахнулся от меня словно от назойливой мухи он.

— Знакомые? Я думала, они твои родственники.

— С чего ты так решила? — удивился мужчина.

— Просто вы с ним очень похожи! Тот же типаж, жесткость и тяжёлая энергетика, — пояснила я.

— Нет, мы не родственники. Мы земляки, — ответил Закарий.

— И что они хотели? — решив не реагировать на его пренебрежительный тон, спросила я.

— Ничего такого, — вновь отмахнулся Закарий.

— Но ты не рад их приходу. И вовсе не ожидал увидеть их здесь. Они что-то от тебя хотели?

— Злата, сейчас я не могу ничего тебе рассказать! Позже! Я расскажу тебе все позже. Хорошо? Единственное, что я могу сказать, тебе не о чем беспокоиться.

— Но…

— Злата, правда, все хорошо! — как-то неубедительно произнес он.

И вот сколько бы и какими словами Закарий ни убеждал, что все хорошо и мне не о чем беспокоиться, он изменился. Он по-прежнему был внимателен и предупредителен, красиво ухаживал, но стал задумчивым. Я часто стала ловить его взгляд, направленный вглубь себя. А еще тоскливые взгляды куда-то за горизонт. Я чувствовала, Закария что-то гложет. Было ощущение, что он хочет мне о чем-то рассказать, но не решается. Несколько раз я видела, что слова уже готовы сорваться с его губ, но в последний момент, Закарий переводил разговор на другую тему. Единственное, что оставалось неизменным в наших отношениях — это его поцелуи: страстные, горячие, жадные. Закарий целовал так, как будто от этого зависела его жизнь. Каждый раз он целовал, пока не усмирит свой голод, заставляя меня забыть обо всем на свете. Только его поцелуи и не давали мне захлебнуться собственным отчаянием, сохраняя иллюзию нужности. Поведение же Закария, напротив, говорило, что наши отношения стали ему в тягость. А его порывы что-то мне рассказать… Я знала, что это будет отставка. Моя. Этого я отчаянно боялась, потому что теперь не знала, как буду жить без него. До того, как узнала, какой Закарий заботливый и внимательный, насколько горячи и упоительны его поцелуи, ещё можно было соскочить. А сейчас я крепко подсела на наркотик по имени Закарий Эмбер. И теперь с возрастающим страхом ждала, когда он скажет, что все кончено. Как оказалось, жить и каждый день бояться, намного хуже, чем один раз услышать, что не нужна.

Если неделю назад я порхала словно бабочка ясным летним днём, то теперь мое настроение больше напоминало пучину, в которую меня засасывало все больше. Днём я ещё держалась, радостно улыбаясь Закарию, в попытке скрыть свои подавленность и боль. А вечера и ночи после наших свиданий, я проводила в рыданиях. Вот и доверилась, открыла свое сердце для новых отношений и снова обожглась. Боюсь только, что в этот раз я не соберу все осколки своего глупого сердца…

Закарий словно и не видел моего состояния, он продолжал находиться где-то в своих мыслях, возвращаясь из них, только когда я что-нибудь спрашивала. А я стала дерганная, каждый раз вздрагивала, стоило Эмберу ко мне обратиться, потому что казалось, вот сейчас всё и решится.

Своими переживаниями я довела себя до того, что мне стало мерещиться всякое. А точнее, в один прекрасный день я увидела, как в салон вошёл Даниэле под руку с элегантной зрелой дамой. Но как оказалось, мое нестабильное эмоциональное состояние и повышенная фантазия ни при чём. Даниэле, действительно, приехал в Россию и сейчас находился в салоне. Я даже глаза руками потерла, но нет, видение оказалось явью и уверенно направлялось ко мне.

Первым желанием было развернуться и уйти, чтобы не встречаться с бывшим. Но, во-первых, я была на работе и обязана встречать посетителей, а во-вторых, Даниэле ведь может подкараулить после работы или около дома, поэтому лучше сразу выяснить, что этому негодяю нужно. А ещё интересно, как он меня нашел? Неужели мама меня сдала? Вполне могла, я ведь ей ничего толком не объяснила, просто сказала, что поссорилась с Даниэле и хочу уехать из Италии.

Тяжело вздохнув, я направилась к ним, но вместо привычного: «Добро пожаловать, в антикварный салон Закария Эмбера!» — произнесла:

— Что ты здесь делаешь?

— Злата, любимая, это так ты встречаешь своего молодого человека после двухмесячной разлуки? Кстати, познакомься это моя мама, синьора Джованни. Мама специально приехала со мной в Россию, чтобы познакомиться с тобой и убедить вернуться в Италию.

— А ты ничего не перепутал? — прошипела я, выставив себя в плохом свете, проигнорировав сеньору Джованни. — У тебя, насколько мне помнится, есть невеста, вот её мамочке и представляй! А, вы наверно, и так знакомы, стой холеной стервой!

— Злата! — возмутился Даниэле. — Что за тон? Что за слова? И о чем ты говоришь? У меня, кроме тебя, никого нет! Я тебя люблю, глупышка!

— Ты меня за идиотку держишь? Я все знаю, Даниэле! Я слышала ваш разговор с той девицей! Я тебе была нужна для написания диплома! Только ради этого ты меня терпел! Гордость задело то, что я тебя раскусила и лишила диплома? На что ты надеешься? Думаешь, я вновь клюну на твою удочку?

— Злата, милая, ты все неправильно поняла!

— Да? А как ещё можно такое понять? «Алесса, я тебе уже сотню раз говорил, что это только на время! Как только эта дура допишет диплом, я сразу же вышвырну ее из своей жизни!» — процитировала Даниэле его слова.

— Алесса, моя однокурсница, у нее есть парень, за которого она собирается замуж! А тогда у меня в квартире мы репетировали пьесу? Нам по современной литературе задали ее проиграть? — произнес парень.

— Ты правда считаешь меня дурой?

— Злата, послушайте, — вмешалась сеньора Джованни, — Даниэле любит только вас, и он никогда не с кем не был помолвлен. Тогда произошло случайное недоразумение! Вы услышали чужой разговор, неправильно все поняли, сбежали, не дав Даниэле объясниться! А мальчик страдал! Он очень переживает вашу разлуку! Злата, дайте ему шанс, позвольте все объяснить, и сами все поймете!

— Не знаю, что происходит, какую игру вы ведете, но я не собираюсь слушать вашу ложь! Я пока в своем уме и верю тому, что слышу! Пьесу репетировали? Что-то я не припомню подобного произведения!

— Злата…

— Уходи! Я не хочу тебя видеть! Я тебе не верю! — практически переходя на крик, произнесла я.

— Хорошо, мы уйдем! — вновь влезла сеньора Джованни. — И дадим вам время остыть и все обдумать! Подумайте, Злата, если бы вы были безразличны Даниэле, зачем он за вами поехал в эту отсталую страну? Произошло недоразумение, надо его просто прояснить.

— Я готов доказать тебе, что мои помыслы в отношении тебя чисты! — добавил Даниэле, когда сеньора Джованни закончила свой монолог.

— Проваливай! — прошипела я.

Даниэле с матушкой ничего не осталось, кроме как удалиться.

Я же вздохнула с облегчением, когда они покинули салон. А ещё поблагодарила бога, что Закарий на два дня уехал по делам, и не стал свидетелем этого скандала. Зато другой человек был свидетелем сего безобразия.

— Твой парень, из-за которого ты собиралась завязать с личной жизнью? — подошёл ко мне Андрей.

— К счастью, бывший! — пояснила я.

— А он так не считает! Вон даже мамашу взял в качестве поддержки. Хотя это странно в таком возрасте маму привлекать, чтобы помириться с девушкой.

— Андрей, пожалуйста, не говори ничего Закарию, не хочу выносить всю эту грязь.

— И зря?

— Что?

— Эмбер быстро бы купил билет на самолёт для этого итальянца.

— Вся эта ситуация унизительная, я не хочу, чтобы он знал.

— Как знаешь! Я ничего не скажу.

Оставшийся рабочий день прошел без приключений, а незадолго до закрытия, в салон прибыл курьер.

— Добрый вечер, у меня цветы для Златы Солнцевой.

— Этот я, — предвкушающе улыбаясь, ответила я.

И мне протянули букет ярко-алых петуний. От цветов шла энергетика недовольства, раздражения и гнева. Они словно возмущались, тем, что их принесли для меня. Да и сами цветы выглядели так, словно их прислали не из дорогого цветочного салона, а купили в переходе у старушки предпринимательницы. Не удивлюсь, если под ворохом упаковочной бумаги окажется ветхое кашпо.

Эти цветы так не вязались с букетами, которые присылал Закарий раньше, что я спросила:

— Могу я узнать имя дарителя?

— Там есть визитка, — ответил курьер, подсовывая мне планшет для подписи.

Я же, игнорируя протянутую руку, заглянула среди алых цветков и, найдя кремового цвета карточку, вытянула ее.

«Милая, надеюсь, любимые цветы, смягчат твой гнев, и ты сменишь его на милость. Я очень по тебе соскучился, люблю и надеюсь на встречу!»

Твой Даниэле!

Гласила надпись на ней.

Молча вернула карточку на место и произнесла:

— Верните цветы отправителю!

— Но…

— Я их не приму! — холодно произнесла я, на попытку курьера всё-таки всучить мне мои «любимые» цветы.

С трудом пытаюсь вспомнить, когда они стали любимыми.

Курьеру ничего не оставалось делать, как покинуть салон вместе с «прекрасным» букетом.

— Жених решил вернуть тебя при помощи петуний?

— Бывший! — перебила я Андрея.

— Расскажи Эмберу!

— Сама справлюсь!

— Угу! — хмыкнул парень и оставил меня в покое.