Извивающийся дракон Том 5, Глава 1-17

Губы Маркуса приоткрылась, после чего раздался высокомерный голос: «От Гильермо я слышал, что наш Святой Союз произвел невероятного гения - семнадцатилетнего мага двойного элемента седьмого ранга. Мне было очень любопытно, как этот гений выглядит. И увидев сейчас его своими глазам… ха-ха… мне понравилось то, что я увидел!».

Полагаясь на свой опыт, Маркус смог с первого взгляда сказать, что Линлэй также являлся еще и воином

«Малыш, какого ранга ты достиг как воин?», - без увиливаний задал вопрос Маркус.

Гильермо тем временем просто “послушно” сидел в сторонке, казалось бы, не выражая никакого недовольства от того, что его прервал Маркус.

Линлэй скромно сказал: «В этом году я прорвался на уровень воина шестого ранга».

«О», - глаза Маркуса азартно блеснули. - Семнадцатилетний воин шестого ранга - весьма внушительный результат. Я, Маркус, редко пребываю в восторге от кого-либо, но сейчас я признаю, что ты несомненно гений. Ты не только невероятно талантливый маг, к тому же отличный воин».

Линлэй скромно улыбнулся.

Два рыцаря, что сидели по сторонам от Маркуса, были удивлены, слушая этот диалог.

Гильермо усмехнулся: «Достаточно, Маркус. Да, это впечатляет, что Линлэй в возрасте семнадцати лет является еще и воином шестого ранга… но давайте будем честными, в каждой академии воинов найдется один или два подобных ему гения. Его истинная ценность до сих пор лежит в его таланте как мага».

Трудность развития воинов была на порядок ниже, чем у магов.

Для тех ребят, кто упорно тренировался с ранних лет и в некоторых случая при большой поддержке своих знатных семей… стать воином шестого ранга в семнадцать лет не было слишком трудной задачей.

«Линлэй, будучи частью нашего Святого Союза и обладая такими поразительными способностями, ты заставляешь меня - кардинала Сияющей Церкви, чувствовать непомерную гордость. Возвращаясь к вопросу о цели визита: не хотел бы ли ты присоединиться к Святому Союзу? Я могу гарантировать, что если брать в учет твой природный талант и текущие навыки, то после того, как ты присоединишься к нам, ты определенно получишь звание наместника Сияющей Церкви. В ближайшем будущем для тебя не составит проблем стать кардиналом», - Гильермо за раз выложил все карты на стол, высказав свое предложение.

Супер-гений номер два за всю историю. С вероятностью в девяносто процентов можно сказать, что такой человек в результате, так или иначе, станет Великим Магом Святого уровня. Имеющиеся десять процентов шанса на неудачу были только потому, что всегда существовала вероятность, что практику-магу или воину может быть нанесена глубокая душевная травма, после которой он решит прекратить свое развитие.

Линлэй как минимум потенциальный воитель Святого уровня. Даже если он не будет усердно тренироваться, то рано или поздно он гарантированно станет Архимагом девятого ранга. Одного его таланта для этого должно быть более чем достаточно.

«Ох. Лорд Гильермо, для меня эта новость слишком внезапна, - скромно и в то же время застенчиво улыбаясь произнес Линлэй - Мне в этом году исполнилось только семнадцать лет. Я еще не заострял свое внимание на подобного рода вопросах. Наличие высокого статуса и ранга в великой державе, без сомнений символизирует огромную ответственность, которую в настоящий момент я все еще боюсь на себя взять. Могу ли я... подождать еще несколько лет?».

Уважительно поклонился Линлэй.

Гильермо нахмурился.

Гений номер два за всю историю континента Юлан - это человек, который наверняка станет воителем Святого уровня. Даже если сейчас они не могут его склонить на свою сторону и использовать в своих целях, они определенно не должны позволить врагам использовать Линлэй в своих интересах.

«Линлэй, я понимаю, что ты все еще молод… но ты выходец из Святого Союза, к тому же еще и гений. Будучи гением, ты должен принять тот факт и смириться, что ослепительный блеск твоего таланта и способностей уже возложил на твои плечи тяжкое бремя, разумнее будет не отрицать его, а принять как должное», - произнес Гильермо любезным тоном, но с ноткой упрека.

«Кроме того, ты можешь стать наместником под моим непосредственным руководством. И я могу гарантировать, что ты не будешь скован многими обязанностями, а также будешь обладать свободой делать что угодно. Разумеется, пока твои действия не будут противоречить интересам Сияющей Церкви, я, безусловно, не буду вмешиваться в твою деятельность. Допустим ли для тебя такой вариант».

«Кроме того, ты также можешь присоединиться к одному из королевств, входящих в Святой Союз, после чего мы может гарантировать, что ты получишь статус герцога», - Гильермо сейчас вел себя в крайне учтивой и искренней манере.

Линлэй какое-то время молчал.

Три наместника Гильермо уже начали сердито хмуриться, но Гильермо продолжал искренне улыбаться, наблюдая взглядом полной надежды за Линлэй.

От такого взгляда, ему было очень трудно отказать.

Рядом с Линлэй, молча стояли Йель, Рейнольдс и Джордж. Наступило время, когда даже Йель не смел шуметь. Ведь перед ним стоял кардинал Сияющей Церкви!

В пирамиде иерархии Святого Союза кардиналы находились на самой ее вершине. Их сила и власть была больше, чем у любого из королей… и даже отец Йель не мог с ними сравниться. Как мог он, молодой мастер торгового союза, сметь вмешиваться?

В этот момент Линлэй без остановки думал. С того самого момента, как он вошел в главный холл отеля Хуадели, постоянно консультировался с Дерингом Коуартом.

Четыре Великих Империй и два главных союза постоянно боролись между собой, прибегая к самым жестоким и изощренным способам противодействия. “Если я не могу это использовать, то я не могу позволить использовать это своим врагам” – такая точка зрения была принята и использовалась на практике всеми противоборствующими сторонами.

«Лорд Гильермо», - наконец заговорил Линлэй.

Глаза Гильермо опасно блеснули. Но продолжая улыбаться, он произнес: «Линлэй, ты принял решение?».

Линлэй кивнул: «Лорд Гильермо, я родился и вырос в Королевстве Фенлай, поэтому, естественно, я являюсь членом и в каком-то смысле частью Святого Союза. Я могу гарантировать, что пока Святой Союз от меня не отвернется – я, безусловно, не предам его. Я определенно не присоединюсь к какой-либо другой организации, независимо от того, кем они являются».

«Что ты хочешь этим сказать?», - Гильермо вопросительно посмотрел на Линлэй.

Линлэй продолжил: «Я имею ввиду, что прямо сейчас - это не то решение, которое стоит принимать в спешке. Пожалуйста, позвольте мне обсудить этот вопрос с моим отцом, после чего я дам свой окончательный ответ. И я могу гарантировать... что я, безусловно не буду присоединяться к одной из Четырех Великих Империй или Темному Альянсу».

Улыбаясь, Гильермо слегка кивнул: «Ты прав. Такое важное решение должно быть обсуждено с твоим отцом. Я буду ждать ответа».

Говоря это, Гильермо еще раз поднялся с кресла. Наместниками последовали его примеру, после чего и Маркус со своими заместителями по бокам встал со стула.

«Так как мы пришли к соглашению, то я не буду тебя больше отвлекать. Искренность Сияющей Церкви истинная и подлинная, поэтому мы подождем. Я лишь надеюсь, что ты не заставишь нас ждать десять или двадцать лет… ха-ха… », - говоря это Гильермо засмеялся.

Линлэй и его три брата встали, наблюдая за тем, как Гильермо и остальная его свита уходит.

Только после того, как делегация из Сияющей Церкви ушла, Линлэй и его братья смогли с облегчением вздохнуть.

«Ооох. Я сейчас был до смерти напуган. Я даже не смел дышать слишком громко», - Рейнольдс испустил протяжный вздох.

Джордж кивнул: «Несмотря на то, что по отношению к нам кардинал вел себя чрезвычайно дружелюбно, я до сих пор чувствую, что мое сердце не может успокоиться».

Йель начал смеяться: «Естественно. Ведь он кардинал, а это означает, что он один из самых влиятельных людей во всем Святом Союзе. Эй, третий брат, ну что ты думаешь? От Сияющей Церкви нелегко отмахнуться. Ведь сейчас мы на территории Святого Союза, которая находится под абсолютным их контролем».

«Не спеши, не спеши, - улыбался Линлэй. - Когда ты определил сильные стороны других, ты также должен понимать и свои сильные стороны. Хотя я все еще не могу сравниться с ними, пока я не объединюсь с какой-либо другой из пяти могущественных групп, Сияющая Церковь не должна предпринимать против меня никаких опасных действий. Ведь я уточнил, что собираюсь обсудить это с моим отцом. Но я не сказал, когда именно пойду навестить его, чтобы обсудить этот вопрос… этим я выиграл какое-то время. Верно?».

Говоря это, он смотрел на Йель: «Йель, я хочу попросить тебя об одной услуге».

«Говори», - не раздумывая произнес Йель глядя в глаза Линлэй.

Линлэй продолжил, понизив свой голос: «Об этом немного унизительно рассказывать. Но один из предков моего клана продал нашу родовую реликвию - боевой клинок “Палач”, которой владел предок-основатель моего клана. Сейчас им владеет кто-то из правящей дворянской элиты или возможно один из крупных кланов королевства Фенлай. Я надеюсь, что ты сможешь помочь мне провести расследование и узнать, кто в настоящий момент владеет боевым клинком “Палачом”.

«Реликвия предков? Ее абсолютно точно необходимо найти. Третий брат, ты хочешь чтобы как только я ее нашел – сразу же приобрел для тебя?», - сразу выпалил Йель.

Линлэй засмеялся: «Босс Йель, если ты сможешь помочь мне ее просто найти, этого будет более чем достаточно. Более того, сейчас деньги для меня не проблема», - по своей природе Линлэй ненавидел быть кому-то должен.

...

Два дня спустя. Раннее утро.

Часть комнаты Линлэй была плотно окутана частичками света сущности элемента земли. Область, в которой они находились, не была слишком большой, примерно два три метра вокруг Линлэй. Но тот, кто входил в эту область, мог почувствовать невероятно огромное увеличение гравитации.

Магия стиля земли - Супергравитационное поле!

Достигнув уровня мага седьмого ранга, мощность заклинания Линлэй - Супергравитационное поле было теперь намного мощнее, чем раньше. Сила гравитации внутри этой области увеличивала вес любого объекта в четыре раза. При увеличении гравитации в четыре раза, даже кровеносным сосудам будет наноситься немалый ущерб, не говоря уже об остальных частях тела.

В данный момент Линлэй не использовал свою сущность элемента земли, чтобы сводить на нет воздействие от этого заклинания. Вместо этого, он использовал лишь силу своего физического тела, чтобы противостоять этому невообразимому давлению. Прямо сейчас он стоял вверх тормашками, упершись в пол лишь своими пальцами, при этом вся нагрузка по поддержанию баланса и всего тела ложилась на его запястья.

«... 725… 726…».

«Кап… Кап». Падая на землю, капли пота постоянно скатывались со лба Линлэй.

Дверь в комнату вдруг распахнулась и Йель с взволнованным выражением лица залетел внутрь комнаты: «Эй, третий брат, у меня есть для тебя хорошие новости! Хорошо, что ты доверил мне поиски “Палача”», - пока Йель говорил, он случайно вошел в зону действия Супергравитационного поля.

«Йель!», - оттолкнувшись ладонями от пола, встав на ноги и выпрямившись, Линлэй повернулся к Йель и сразу попытался вытащить его из области действия его заклинания.

«Хафф... пффф..., - Йель тяжело дышал. Одарив Линлэй удивленным взглядом, он произнес. - Третий брат, ты что, создал Супергравитационное поле в своей спальне? Я случайно попал в него. Это чувство, что я только что испытал - просто ужасно! Я думал, что мое сердце вот-вот остановится».

К счастью, Линлэй вовремя среагировал и вытащил Йель из области действия его заклинания, в результате чего его органы не успели сильно пострадать.

«Ах да, босс Йель, ты что-то говорил о “Палаче”?», - внимание Линлэй сейчас было полностью сосредоточено на поиске его родовой реликвии. Для его отца это было дело всей его жизни… у него просто не было более сильного желания, чем восстановить пятитысячелетнюю родовую реликвию.

Йель слегка кивнул: «Да. Я только что получил кое-какую информацию о “Палаче”, он находится в руках самого большого клана в городе Фенлай. Этот клан называется... э-э...», - Йель нахмурился, будучи так взволнованным этой новостью, что из его головы совершенно вылетело название этого клана.

«Эй, третий брат, босс Йель, директор Майя снова нас посетил», - из-за двери можно было услышать голос Рейнольдса.

Том 5, глава 9 – Похищение

В гостиной.

«Мои глубочайшие извинения, директор Майя, - смиренно произнес Линлэй. - Но сейчас я действительно не хочу продавать эту скульптуру на аукционе и мне не хочется вообще показывать ее никому. Но я могу гарантировать, что если в будущем я захочу ее продать, то обязательно воспользуюсь услугами Галереи Пру».

Опираясь на трость, директор Майя улыбнулся: «Ох… хорошо, хорошо. В этот раз цель моего визита по поводу размещения скульптуры на выставке или аукционе лишь вторична. Моя основная цель заключалась в том, чтобы познакомиться с гением-скульптором и гением-магом, который появляется раз в “триллион” лет».

Как раз в этот момент подошел управляющий отеля.

Управляющий скромно улыбнулся в сторону директора Майя, после чего повернулся к Линлэй и Йель: «Молодой мастер Йель, молодой мастер Линлэй, представители Империи Рейн сейчас во дворике нашего отеля. Они просят аудиенции с молодыми мастером Линлэй».

«Ха-ха, - задорно смеясь, директор Майя встал. - Линлэй, кажется ты сейчас довольно занят. Тогда я не буду тебя отвлекать. Позволь откланяться».

Во время того, как директор Майя говорил, прислуги отеля уже сопровождали его на пути к выходу.

Линлэй посмотрел на управляющего отеля: «Пожалуйста, помогите мне избавиться от них. В данный момент я не хочу проводить встречи ни с одной из Четырех Великих Империй либо Темным Альянсом».

Линлэй наотрез отказался от встреч с любыми представителями, которые приезжали его увидеть. Он очень хорошо понимал, что если бы он встретился лично с представителями одной из Четырех Великих Империй, либо Темным Альянсом, то это вызовет большое недовольство со стороны Сияющей Церкви.

Ведь как только Линлэй встретился с ними, даже если в результате он и откажется от их предложения, вероятность что об этом узнает Сияющая Церковь высока, после чего доверие по отношению к нему будет уже подорвано.

Сияющая Церковь имеет огромное влияние и власть по всему континенту Юлан. Они никак не слабее, чем любая из Четырех Великих Империй. Поэтому Линлэй не было никакой необходимости присоединяться к одной из них либо к Темному Альянсу.

...

Через три дня. В карете, движущейся к городу Фенлай, сидел Линлэй и Йель, в то время как Рейнольдс и Джордж остались в академии.

«Третий брат. Ты действительно мудр. За последние два-три дня представители Четырех Великих Империй и Темного Альянса постоянно пытались встретиться с тобой», - рассмеялся Йель. Люди, которые приходили, чтобы встретиться с Линлэй, в своих организациях обладали определенным авторитетом и влиянием, несмотря на то, что они находились в Святом Союзе.

Однако, ни один из них не был по-настоящему крупной фигурой. Ведь чтобы новости о семнадцатилетнем маге двойного элемента седьмого ранга распространись до важных персон Четырех Великих Империй и Темного Альянсе, понадобится определенное время. Все же расстояние между их столицами не такое близкое.

Каждый из тех людей, что приходили встретиться с Линлэй, принимали это решение по своей инициативе, а не официально от лица своих структур.

Но, к сожалению для них, все попытки встретиться с Линлэй потерпели неудачу.

«Йель, что из себя представляет клан Лукас [Lu'ka'si], который держит у себя родовую реликвию моего клана – боевой клинок “Палач”? Если я попытаюсь вернуть ее, неужели это будет так сложно?», - сейчас Линлэй отправился в город Фенлай с единственной целью - заняться этим вопросом.

Йель кивнул: «Верно. Вначале, когда я узнал что “Палач” нашелся, мне так не терпелось тебе рассказать эту новость, что я не стал углубляться в детали, что из себя представляет этот клан. Но разузнав побольше создалось впечатление, что клан Лукас весьма экстраординарен».

Линлэй слегка кивнул.

Клан, который смог вот так запросто приобрести реликвию моих предков, явно не мог быть обычным и незначительным.

«Клан Лукас тоже является довольно древним кланом со своей тысячелетней историей. Если брать королевство Фенлай в целом, то их финансовое состояние и богатство не является чем-то необычным, однако с точки зрения влияния среди дворянства - они являются довольно могущественным кланом. Но хуже всего то... что лидер клана Лукас чрезвычайно упрямый старик и заядлый коллекционер. Родовая реликвия твоего клана была личным оружием самого первого воина Драконьей Крови. Хотя с того момента, как в твоем клане в последний раз появлялся воин Драконьей Крови прошло более тысячи лет, для многих людей это оружие по-прежнему является чем то особенным. И более того, даже сейчас его цена может достигать нескольких сотен тысяч золотых монет».

«Но главная проблема не в деньгах, даже если бы они у тебя были, этот старик с упрямым характером может просто на просто не продать его тебе».

Тяжело вздыхая говорил Йель.

Некоторых людей нельзя переубедить только за счет денег.

«Линлэй, если задействовать влияние моего второго дяди и использовать Конгломерат Доусон как рычаг давления на этого старого чудика, то думаю, что сложность задачи будет значительно снижена», - предложил Йель.

Линлэй понимал, что Йель предлагает помощь исключительно из добрых намерений… но он действительно не хотел, чтобы в решении этого вопроса было задействовано слишком много людей.

«Позволь сначала попытаться мне. Если я не смогу ничего изменить, то я попрошу тебя, босс Йель, заняться этим вопросом», - засмеялся Линлэй.

Вдруг Линлэй почувствовал, как кто-то шевелится под его одеждой. И через миг из-под его рубахи показалась сонная мордочка Бебе, которая смотрела на Линлэй и Йель. В тот же момент Бебе мысленно обратился к Линлэй: «Босс, эта карета такая медленная. Я так долго спал, а мы до сих пор не доехали до города Фенлай».

Обнимая Бебе, Линлэй ответил: «Все, все… не бурчи. Мы уже скоро будем на месте».

Как вдруг...

«Aaaa!», - раздался несчастный крик. После чего, карета внезапно остановилась.

Сидя внутри Линлэй и Йель почувствовали, как карета вдруг начала трястись. Выражение лица Йель резко изменилось: «Это не к добру».

«Мы бы хотели попросить молодых мастеров Линлэй и Йель без сопротивления выйти из кареты», - снаружи донесся пронзительный голос.

Линлэй и Йель переглянулись. Если противник имел возможность легко окружить их карету и не пытаться сразу схватить их означало, что они уверены в своих превосходящих силах. Без какого-либо сопротивления, Линлэй и Йель вышли из кареты.

Сейчас два сопровождающих их телохранителя-воина седьмого ранга уже замертво лежали на земле, а от их тел по земле растекались струйки крови. Даже кучер кареты был убит. Будучи воином седьмого ранга и при этом быть молниеносно убитым без шанса на какое-либо сопротивление… все это говорило о силе соперника.

«Молодые мастера Линлэй и Йель, мы пришли без каких-либо плохих намерений. Мы просто хотим пригласить молодого мастера Линлэй к нам в гости, чтобы кое-что обсудить. А Вам, молодой мастер Йель, мы разумеется не хотим причинить вреда», - недалеко стояло трое человек одетых в темно зеленые одежды. А их лидер, с покрытым ножевыми шрамами лицом, спокойно говорил.

Йель был в бешенстве, ведь только что были убиты его телохранители седьмого ранга, но он не дал волю своей ярости. Ведь можно было легко понять, что их противники были гораздо сильнее.

Мужчина со шрамами, улыбнулся глядя на Линлэй: «Линлэй, не сопротивляйся. Мои подчиненные могут с легкостью тебя схватить, не говоря уже обо мне. Самым мудрым решением будет сделать то, что я от тебя прошу и последовать за нами. Ты готов? Или нам необходимо использовать силу».

Линлэй посмотрел на Йель. Он не хотел доставлять Йель какие-либо неприятности.

«Третий брат, не иди с ними», - в отчаянии произнес Йель.

В глубине души Линлэй догадывался, что эти три бойца были подосланы либо Темным Альянсом либо одной из Четырех Великих Империй. Основываясь на их предполагаемой силе, даже если он и Бебе вместе сразятся с ними, скорее всего их сил будет недостаточно. Более того, их целью наверняка была склонить Линлэй на свою сторону… поэтому заходить так далеко, чтобы причинить ему вред, они скорее всего не намерены.

«Хорошо, я проследую за вами», - кивнул Линлэй.

На лице человека со шрамами появилась улыбка: «Я рад это слышать. Молодой мастер Йель, мы надеемся, что Вы забудете обо всем, что только что здесь произошло». Пока мужчина с ножевыми шрамами говорил, он взглянул на своих двух подчиненных. После чего, они мгновенно ринулись в сторону Линлэй, встав от него с двух сторон.

«Вперед», - скомандовал мужчина с ножевыми шрамами.

...

Держа Бебе под своей одеждой, Линлэй направился в юго-восточном направлении под конвоем этих двух бойцов по бокам.

«Босс, давай убьем эту парочку. Я уверен, что моих сил хватит, чтобы убить ребят, что тебя окружили. Но что касается парня со шрамами - тут я не так сильно уверен», - ментально произнес Бебе.

Линлэй знал, что оценка силы противников Бебе, как правило, была чрезвычайно точна.

Да и он сам уже смог оценить их примерный уровень силы, после чего решил, что два идущих по бокам от него бойца примерно на уровне воина восьмого ранга, а их лидер скорее всего воин девятого ранга. Но противостоять организованным действиям двух воинов восьмого ранга и воина девятого ранга будет непростой задачей.

«Бебе, не торопись», - отговаривал его Линлэй.

«Откуда же появились такие сильные воины?», - Линлэй чувствовал негодование и беспомощность.

Деринг Коуарт появился рядом с Линлэй, потом улыбаясь взглянул на него и произнес: «Сейчас твой статус кардинально отличается от прошлого. Естественно, противники с которыми ты будешь в дальнейшем сталкиваться, будут находиться на более высоком уровне. Если ты вспомнишь, то, что раньше я тебе говорил - как только ты достигнешь седьмого ранга, ты можешь считать себя только вступившим в ряды сильнейших мира сего. Например в каждой из Четырех Великих Империй может быть только несколько воителей Святого уровня, но воителей девятого ранга можно будет насчитать уже несколько десятков. Задействовать лишь одного из них, чтобы схватить тебя - это не большое дело».

Та или иная Империя или один из основных союзов имеет сотни миллионов проживающих в них граждан.

Если проводить параллель с общим населением Империи или союза, то как правило на десять миллионов проживающих граждан приходится один воитель девятого ранга. Поэтому воители девятого ранга все же довольно редки.

«Куда они направляются?», - Линлэй вопросительно посмотрел на Деринга Коуарта.

«Если моя догадка верна, то эта троица должна принадлежать к Темному Альянсу. Скорее всего, сейчас они пытаются сначала войти на горный хребет Магических Зверей, после чего, уже будучи на нем, изменить направление своего пути к югу, в сторону границ Темного Альянса», - довольно уверенно произнес Деринг Коуарт.

Линлэй немного подумал, потом согласился.

У Четырех Великих Империй и Темного Альянса наверняка были некоторые скрытые боевые формирования на территории друг друга… но точно не в хребте Магических Зверей. Ведь для магических зверей большинство солдат было легкой добычей.

Для обычного воина, хребет Магических Зверей был чрезвычайно опасным местом.

Но для воинов восьмого и девятого ранга это был довольно легкий маршрут для передвижения. Разумеется, если слишком далеко не углубляться в центральные районы горного хребта Магических Зверей, то для них этот путь не должен оказаться опасным.

...

В месте, где еще недавно произошла резня, глядя на трупы своих подчиненных, стоял Йель. Выпустив протяжный вздох, он отправился в сторону города Фенлай. Но как только он ушел, на этом месте появился человек, одетый в черное… после чего он сразу повернул голову в сторону, куда увели Линлэй. Затем из внутреннего кармана своей одежды он достал странную длинную черную флейту.

«Свист!», - странный, тонкий, пронзительный звук начал исходить от флейты

Этот звук был крайне необычным. Если два человека будут находиться в двух разных местах, то тот, что будет стоять рядом с городом Фенлай - услышит его в тысячу раз громче, чем стоящий на таком же расстоянии в противоположной стороне от играющего мелодию.

Эта флейта, казалось, словно могла отправлять почти весь издаваемый ею звук в одном направлении.

...

Все еще держа Бебе под своей одеждой, Линлэй послушно следовал за тремя мужчинами. Мужчина с ножевыми шрамами был очень доволен покорным сотрудничеством Линлэй.

Но как только они почти дошли до хребта Магических Зверей, его выражение лица резко изменилось.

«Эй!, - мужчина с ножевыми шрамами мгновенно отскочил в сторону, где находился Линлэй, после чего, осматривая все вокруг, он ледяным тоном произнес. – Покажись!».

Мгновенно… из ниоткуда появилось шесть человек в обтягивающих черных одеждах. Но мужчина с ножевыми шрамами казалось совсем не заботился о них, его взгляд был направлен куда-то вдаль… в той стороне старик одетый в черное и еще один старик одетый в мешковатые одежды медленно приближались к ним.

«Линлэй является членом нашего Святого Союза. И ты, Арбитр Темного Альянса, посмел захватить члена Святого Союза? Тем самым проявляя свое неуважение к Сияющей Церкви! Не слишком ли ты много на себя берешь?», - старик, который был одет в черное, произнес это леденящим душу голосом.

Мужчина с ножевыми шрамами усмехнулся: «Я не ожидал, что привлеку личное внимание заместителя Арбитра Святого Союза. О, и ты даже пригласил своего Подвижника с несколькими судебными Исполнителями. Похоже, вы действительно очень высоко цените этого Линлэй».

Мужчина с ножевыми шрамами хорошо знал, какой силой обладают его оппоненты, но совершенно не казался испуганным.

«Все что я хотел сделать, это пригласить Линлэй хорошо провести время в Темном Альянсе, но так как вы все же пришли, чтобы помешать нам, то мы не будем больше об этом, - мужчина с ножевыми шрамами посмотрел на старца в черных одеждах. - Заместитель Арбитра, я хочу, чтобы ты на кое-что согласился. Я отпущу Линлэй, а ты моих двух подчиненных. Что ты на это скажешь?».

Одетый в черное старик понимал, что человек со шармами был Арбитром Темного Альянса, и он наверняка очень силен. Убить его в одиночку было бы невероятно трудно. Но сейчас он привел с собой Подвижника Сияющей Церкви. Если завяжется бой, то справиться с человеком со шрамами будет не слишком сложно

Но... сейчас в его руках был Линлэй.

«Хорошо. Я даю тебе свое слово чести, что тебе и твоим подчиненным будет разрешено покинуть это место. Но Линлэй должен остаться», - было очевидно, что старик в черных одеждах действительно не хотел завязывать бой и подвергать ненужному риску Линлэй.

«Хорошо. Тогда мы пойдем».

Мужчина со шрамами сразу повернулся, чтобы уйти и в тот же момент он тепло обратился к Линлэй: «Линлэй, если у тебя появится свободное время и возможность, ты можешь в любое время посетить наш Темный Альянс… ха-ха... наш Темный Альянс всегда будет рад тебя видеть».

Закончив свою фразу, мужчина с ножевыми шрамами и его подчиненные на большой скорости превратились в три размытых пятна в форме человека и исчезли.

Том 5, глава 10 – Статус

Линлэй повернулся, чтобы взглянуть на группу его спасителей. Лидер этой группы - старец в черных одеждах и Подвижник, которого он с собой привел, были чрезвычайно сильны. Иначе, Арбитр из Темного Альянса наверняка бы не пытался сбежать без какого-либо боя.

Старец в черных одеждах испускал леденящую душу ауру.

«Заместитель Арбитра? После стольких лет я вижу, что Сияющая Церковь не изменила свою внутреннюю структуру. Заместитель Арбитра принадлежит к “Церковному трибуналу”, - в голове Линлэй послышался голос Деринга Коуарта. – Хотя если сравнивать по силе, то Подвижник, которого он привел, будет посильнее его».

Подвижник?

Линлэй с любопытством посмотрел в сторону Подвижника.

Мешковатые одежды, сделанные из грубой пеньки, абсолютно босой длинноволосый старец излучал простую, древнюю ауру. Когда Подвижник посмотрел на Линлэй - тот словно почувствовал тепло весеннего ветерка.

«И правда, силен», - подумал Линлэй.

Глядя на Линлэй, на лице старца в черных одеждах появилась скромная улыбка: «Линлэй, почему бы тебе не отправиться вместе с нами в Святую Столицу. Когда ты будешь находиться внутри территорий Святой Столицы, то ни одна из внешних организаций больше тебя не побеспокоит».

Город Фенлай - Святая Столица Святого Союза. Сияющая Церковь была основана именно в городе Фенлай. Как внешней, так и тайной, столица обладала огромной силой. Ни Темный Альянс, ни Четыре Великие Империи не осмелятся вызывать на себя огонь в Святой Столице.

...

Восточная часть города Фенлай. В усадьбе на улице Зеленый Лист - Линлэй и Йель сидели в гостиной, обсуждая вопрос о боевом клинке “Палаче”.

«Третий брат, мои люди навели кое-какие справки. Лидер клана Лукас совершенно не желает продавать “Палач”. Если цитировать его слова: Наш клан сейчас не нуждается в деньгах, - нахмурился Йель. - Я думаю, что сейчас будет правильнее попробовать навестить его лично. Но, разумеется, сначала он должен быть поставлен в известность о твоем текущем статусе».

Второй величайших гений маг за всю истории континента Юлан… человек, что в будущем имеет все шансы стать Великим Магом Святого уровня. Человека с таким статусом даже лидер клана Лукас, независимо от того насколько тот упрям, не сможет так просто игнорировать.

«Тогда, я сегодня же нанесу визит лидеру клана Лукас», - Линлэй воспринимал боевой клинок “Палач” как нечто, что должно быть абсолютно точно возвращено в его клан.

Как могло сокровище предков Линлэй находиться за пределами его клана? Более того, вернуть “Палача” было давним желанием его отца и других предков до него.

Слова, которые напоследок сказал его отец, перед тем как Линлэй покинул свой дом и отправился в Академию Эрнст, до сих пор звенели в его ушах.

«Линлэй, никогда не забывай о том, к чему стремились на протяжении веков предки клана Барух и помни унижение, которое пришлось пережить нашему клану!».

«Когда ты закончишь обучение и станешь выпускником академии, то будешь уже по крайней мере магом шестого ранга. Если ты не перестанешь усердно трудиться и тренироваться, то стать магом седьмого ранга не окажется непосильной задачей. Да и к тому же, ты являешься магом двойного элемента! Маг седьмого ранга двойного элемента, несомненно, станет одной из главных сил в Королевстве Фенлай. В будущем ты безусловно будешь способен вернуть родовую реликвию нашего клана. Если ты этого так и не сделаешь, то даже после смерти я не прощу тебя!»

...

«Даже после смерти, я не прощу тебя», - слова отца были навсегда высечены в сознании Линлэй.

Линлэй не смел забывать сказанные его отцом слова. Если у него появится возможность, он определенно вернет боевой клинок “Палач”, независимо от затрат. И сделает он это не только ради клана, а также потому, что это было главное желание его отца.

«Несмотря ни на что, я должен вернуть его», - Линлэй уже давно принял твердое решение.

Если он не сможет убедить мягкими переговорами, то он предпримет более жесткие меры.

Но, разумеется, Линлэй хотелось бы вернуть родовую реликвию открыто и с высоко поднятой головой. Он приложит все возможные усилия, чтобы текущие владельцы добровольно продали его ему обратно.

«Босс. Как на счет того, чтобы дать мне решить этот вопрос, я могу просто взять и принести тебе его обратно», - вдруг в голове Линлэй послышался голос Бебе.

Линлэй посмотрел на Бебе, который казалось дремал, лежа на его коленях. После этого он погладил маленькую головку Бебе: «Не скандаль». После сказанного, Бебе лишь артистично поморщил свой нос. Затем, лежа на коленях Линлэй, он скрутился комком и попытался вновь уснуть.

Через какое-то время снаружи послышались звуки шагов. В гостиную вошел человек пожилого возраста, одетый в синюю мантию, после чего он поклонился: «Молодой мастер Йель, министр королевства Фенлай Лорд Кальвин [Ka'li'wen] ожидает снаружи. Он хочет встретиться с молодым мастером Линлэй».

«Кальвин? Кто это?», - нахмурился Йель.

Йель, как правило, совсем не беспокоили встречи с министрами обычного королевства.

«Молодой мастер Йель, в последнее время, разве Вы не сосредоточили свое внимание на клане Лукас? Кальвин - член клана Лукас, - мужчина в синей мантии усмехнулся. - Текущий лидер клана Лукаса является его дядей».

Глаза Йель блеснули: «Быстрее, приведи его».

«Третий брат, мне кажется, что шансы вернуть твою родовую реликвию резко возросли», - Йель усмехнулся Линлэй.

Линлэй почувствовал радость в сердце.

Линлэй смотрел в сторону двери. Через короткий промежуток времени, улыбаясь, в комнату вошел мужчина с золотистого цвета волосами. Увидев Линлэй и Йель, он сразу же вежливо поклонился: «Кальвин отдает свое почтение молодым мастерам Линлэй и Йель».

«Кальвин, по какому вопросы Вы пришли, чтобы встретиться с моим братом?», - прямолинейно спросил Йель.

Кальвин словно заранее подготовился к подобному вопросу. Улыбаясь, он произнес: «Цель моего визита - быть представителем его Величества. Молодой мастер Линлэй, не думали ли Вы о том, чтобы как придворный маг, служить королевству Фенлай? Его Величество также готово Вам жаловать титул маркиза и земли».

Линлэй засмеялся.

Ведь он до сих пор помнил условия, что ему предложил кардинал Сияющей Церкви – для службы он мог выбрать любое из королевств Святого Союза и даже получить герцогство. Также, на него не будут возлагаться какие-либо обязанности и он сможет просто наслаждаться жизнь в свое удовольствие.

«Кальвин, я должен кое-что Вам сказать, когда мы были в Академии Эрнст, кардинал Сияющей Церкви лично приходил, чтобы пригласить моего брата присоединиться к Сияющей Церкви и условия были на порядок лучше!», - ухмыльнулся Йель.

Кальвин в ответ тоже усмехнулся и затем продолжил: «Дополнительные условия всегда можно обговорить. Его Величество лишь надеется, что Линлэй останется в пределах королевства Фенлай и будет к нему лоялен».

Каждое из шести королевств Святого Союза обладало различным объемом силы. Если Королевство Фенлай заполучит поддержку со стороны Линлэй, то в будущем, статус Фенлай в пределах Святого Союза будет лишь укрепляться.

Но все же...

Сияющая Церковь имела право смещать любого короля Святого Союза, или даже без каких-либо последствий полностью уничтожить весь королевский род! Власть Сияющей Церкви была непоколебима и на порядок превосходила власть королевских семей.

Именно поэтому, для королевской семьи, было чрезвычайно важно иметь мощную поддержку в лице сильных воителей.

«Кальвин».

Линлэй, какое-то время подумав, наконец заговорил.

Кальвин тут же слегка поклонился, приготовившись внимательно выслушать.

«Вы член клана Лукас, я прав?», - Линлэй сразу же перешел к интересующей его теме.

Кальвин кивнул. На его лице выражалась гордость, после чего он сказал: «Правильно. Лидер клана Лукас - мой дядя».

«Я принадлежу к родословной клана Барух, - Линлэй посмотрел в глаза Кальвина. – Реликвия предков моего клана Барух, известная как боевой клинок “Палач”, была утеряна на протяжении веков. В данный момент я пытаюсь вернуть ее. И, исходя из имеющихся у меня данных, родовая реликвия моего клана сейчас находиться в Вашем клане Лукас».

Сказав эти слова, Линлэй замолчал.

Кальвин слегка начал хмуриться.

«Боевой клинок “Палач” - оружие первого воина Драконьей Крови?» - Кальвин вопросительно посмотрел на Линлэй.

Кальвин некоторое время просидел молча, но потом произнес: «Молодой мастер Линлэй, честно говоря, человек с наибольшей властью в клане Лукас, это мой дядя… сейчас он уже находится в преклонном возрасте… и не занимается большинством дел клана. Однако, у него есть большое хобби и это коллекционирование. Боевой клинок “Палач” является его гордостью и важным элементом при демонстрации гостям и важным посетителям. Также, “Палач” является самым ценным сокровищем из коллекции клана и стоит примерно миллион золотых монет… для моего дяди, будет не преуменьшением сказать, значение этого клинка сродни его собственной жизни. Убедить его отказаться от него… будет крайней сложной задачей».

Линлэй нахмурился.

Боевой клинок “Палач” изначально был продан за 180 000 золотых монет. Хотя, если взять в учет произошедшую с золотом инфляцию за пройденные с момента продажи века... То сегодня, цена за “Палач” должна быть эквивалентна примерно 400 000 золотых монет. Но Кальвин утверждает, что текущая цена его реликвии почти миллион золотых монет.

Судя по всему...

Еще один позор клана. Предок продал боевой клинок “Палач” слишком дешево.

«Кальвин. Боевой клинок “Палач” - это родовая реликвия моих предков, которая хранилась в стенах клана Барух на протяжении почти пяти тысяч лет. Вы можете себе представить, какое важное место она занимает в моем клане? Для посторонних “Палач” может быть лишь коллекционным элементом или своего рода трофеем… но для моего клана потеря этой реликвии является невероятным унижением», - пока Линлэй говорил, его лицо было мрачным и гнетущим.

«Я должен стереть это пятно позора с моего клана. Для того, чтобы вернуться боевой клинок “Палач”, я готов заплатить любую цену. Вы понимаете, что я имею ввиду?», - Линлэй смотрел на Кальвина.

Кальвин почувствовал, что разговор зашел в сложное русло.

Он тоже слышал историю клана Барух. Ведь его клан имел несколько предметов связанных с кланом Барух.

Для клана, который в свое время доминировал на всем континенте Юлан, важность его родовой реликвии сложно было переоценить. Еще недавно клан Барух был слишком слаб и его можно было безнаказанно игнорировать. Но сейчас, из ниоткуда появился Линлэй… даже если не брать в учет его будущие возможности, прямо сейчас, ему будет не слишком сложно лишь одним давлением вынудить их клан вернуть родовую реликвию его клана.

Если Линлэй обратится за помощью к Сияющей Церкви, чтобы бы она помогла вернуть ему его родовую реликвию боевой клинок “Палач” и тем самым смыть пятно позора с его клана, наверняка, семья Лукас будет вынуждена послушно передать его ему.

Но как только Сияющая Церковь займется этим вопросом, то дело для всех сторон может принять более сложный и дурной оборот.

«Я понимаю, молодой мастер Линлэй», - немного нервозно ответил Кальвин.

Улыбаясь, Линлэй посмотрел на Кальвина: «Я надеюсь, что клан Лукас сможет войти в мое затруднительное положение. Будучи потомком клана Барух, у меня нет иного выбора. Кальвин, почему бы Вам сначала не вернуться и не поговорить с Вашим дядей. После чего, сегодня вечером, я лично посещу Ваш клан».

«Наш клан Лукас будет рад принять молодого мастера Линлэй», - про себя Кальвин уже начинал мысленно придумывать, как он будет убеждать своего упрямого дядю.

Видя, что Кальвин был вынужден сотрудничать, Линлэй ощутил легкое чувство превосходства.

Хотя он все еще не занимал никакой официальной позиции, просто полагаясь на свою славу и известность, парой слов он был в состоянии выбить из привычной колеи министра королевства. И все благодаря его статусу, который он получил благодаря своей неординарной силе.

...

В ту же ночь.

В уютном, чрезвычайно пышно украшенном зале клана Лукас находилось десять без сомнения самых важных персон королевства Фенлай. Человек с самым низким статусом из присутствующих был графом. И причиной, почему они все здесь собрались, заключалась в возможности встретиться с Линлэй.

Линлэй - восходящая звезда королевства Фенлай.

Хотя Линлэй было всего семнадцать и он не обладал благородным статусом, даже герцоги королевства не могли относиться к нему пренебрежительно.

Ведь независимо от того, насколько высок был их статус, они были способны показывать свою силу только в королевстве Фенлай. Но Линлэй… Линлэй был человеком, которого высоко оценили Четыре Великих Империи и два главных союза. Наверняка, через несколько десятилетий Линлэй станет кардиналом, после чего его статус будет выше, чем даже у их короля.

Поэтому все они приняли мудрое решение - наладить хорошие отношения с Линлэй, пока он был еще сравнительно низкого статуса и ранга.

Среди десяти присутствующих человек только лидер клана Лукас - маркиз Джебс (Jebs), [Je'bu], чувствовал себя довольно неуютно. Он был уже в годах и не имел каких-либо других занятий, кроме хобби коллекционирования. И то, что он любил больше всего - оружие первого воина Драконьей Крови… его гордость и отрада…

Но... потомок клана владевших этим оружием… пришел забрать его сокровище.

«Господин Линлэй, пожалуйста, входите».

«Господин Йель, пожалуйста, входите».

Снаружи послышались голоса обслуживающего персонала. Мгновенно все присутствующие в комнате люди посмотрели в сторону входа и начали улыбаться. Даже маркиз Джебс выдавил несчастную улыбку на своем лице.

Это был первый раз, когда к Линлэй обратились как Господин, поэтому ему было немного непривычно. Войдя внутрь, он увидел подошедшего к нему старика с блестящими серебряными волосами, который вежливо к нему обратился: «Я счастлив приветствовать Линлэй и Йель в стенах дома моего клана. Будучи лидером клана, я, Джебс, чувствую себя невероятно польщенным».

Линлэй слегка улыбнулся.

Кажется, это был его шанс!

Том 5, глава 11 – Нехватка денег

В главном зале клана Лукас. Комната была ослепительно освещена, а красивые девушки-служанки постоянно сменяли подносы, принося новые лакомства и деликатесы. Каждый произносил друг другу тосты и в целом все дружно общались.

В детстве, Линлэй был строго воспитан своим отцом, поэтому он знал, как нужно правильно себя вести. Внешне он проводил время в праздных разговорах с дворянами, но в глубине души он все еще был довольно нетерпелив.

«Герцог Боналт [Ba'na], с Вашего позволения».

Линлэй попрощался с герцогом Боналтом, после чего он направился прямо к лидеру клана Лукас, маркизу Джебс. Видя, как Линлэй шел в его сторону, он понимал, что время пришло и он больше не сможет избегать темы боевого клинка “Палача”.

Линлэй и маркиз Джебс уселись за столом, что был в углу главного зала.

«Маркиз Джебс, я думаю, что Ваш племянник уже сообщил Вам, о цели моего сегодняшнего визита», - вежливо произнес Линлэй.

Маркиз Джебс печально вздохнул: «Линлэй, я уже обычный старик. Я действительно не могу вынести расставания с предметами из моей коллекции».

«Маркиз Джебс, мой клан Барух уже существует на протяжении пяти тысяч лет и я всегда гордился тем, что я потомок основателя Баруха. Но для моих предков потеря родовой реликвии - это настоящий позор и унижение. Маркиз Джебс, я могу честно Вас заверить, что на протяжении веков, каждый из членов клана упорно трудился, чтобы возможно, когда-то вернуть утерянный боевой клинок “Палач”. Одна из основных причин, почему я с самого раннего детства тренировался так тяжело и упорно, это именно желание вернуть нашу семейную реликвию предков».

Хотя голос Линлэй был очень спокойным, можно было понять, что он непоколебим в своем решении.

«Я понимаю, понимаю», - маркиз Джебс с большим усилием, смог натянуто улыбнуться.

Разумеется, клан Барух хотел вернуть реликвию их предков. Маркиз Джебс также понимал, что если он станет упираться и откажется вернуть боевой клинок “Палач”, то его клан Лукас, скорее всего, навлечет на себя гнев этого семнадцатилетнего молодого гения.

Маркиз Джебс в полной мере осознавал, насколько большим влиянием этот молодой человек обладает.

Даже если не брать в учет Сияющую Церковь, а только Конгломерат Доусон… он сможет легко разорить его семью.

«Линлэй. Боевой клинок “Палач” чрезвычайно ценное сокровище. В прошлом, мне как-то предложили миллион золотых монет за него и я отказался, - Маркиз Джебс все-же перешел к вопросу о цене. – Мой клан Лукас тоже древний, но буду откровенен, финансовое благосостояние моего клана не обладает большими запасами».

Линлэй взял этот момент на заметку. Исходя из собранных Йель данных, клан Лукас был довольно старым и обладал не малым влиянием внутри города Фенлай. Но с финансовой точки зрения, они несомненно не так богаты как например клан Дебс, в котором состоит Калан.

Не очень богатому клану отдать в виде подарка свое главное сокровище стоимостью один миллион золотых монет – просто нереалистичная задача.

«Получается, он хочет только деньги?», - подумал про себя Линлэй и расслабился.

Если дело только в деньгах, то это не слишком большая проблема.

«Маркиз Джебс. В прошлом Ваш клан провел довольно хорошую сделку, купив нашу семейную реликвию – боевой клинок “Палач”. Естественно, я тоже должен заплатить достойную цену за него. Но все же, я надеюсь что маркиз Джебс не будет пытаться откусить от меня слишком много», - улыбаясь говорил Линлэй.

На лице маркиза Джебс тоже появилась улыбка.

Независимо от того, что он все же потеряет боевой клинок “Палач”, он должен хотя бы смягчить этот удар в виде золота

«Линлэй, так как Вы были так искренни по отношению к моему клану Лукас, то мой клан должен сохранить перед Вами лицо. Хотя цена за боевой клинок “Палач” сейчас находится в районе одного миллиона золотых, я готов Вам его продать за шестьсот тысяч золотых монет», - откровенно произнес маркиз Джебс.

Шестьсот тысяч золотых монет?

Для Линлэй эта цена была более чем приемлемой.

Хотя к текущему моменту, как скульптор, Линлэй успел заработать только 200 000 золотых… а в результате похода на хребет Магических Зверей, хоть он и правда добыл довольно много ядер магических зверей, их суммарная стоимость не превысит 100 000 золотых монет. Ему по-прежнему не хватало денег.

Из самых ценных вещей, что сейчас были у Линлэй, это…

Трава “Синее сердце” и магическое ядро Фиолетового Татуированного Медведя Святого уровня!

У Линлэй было в наличии еще более ста пучков травы “Синее сердце” и каждый из них стоил несколько десятков тысяч золотых монет. Но, разумеется, цена за магическое ядро Святого уровня ни шла ни в какое сравнение с суммарной ценой всех запасов травы “Синее сердце” Линлэй. Магическое ядро Святого уровня было бесценным сокровищем, стоившим примерно в десять раз больше, чем магическое ядро зверя девятого ранга.

В прошлом, исходя из того, что было написано в книгах, Линлэй узнал, что ядро зверя девятого ранга стоило около пять миллионов золотых монет. Но в действительности, к текущему моменту, стоимость такого ядра могла достигать десяти миллионов золотых монет!

Что же до магического ядра Святого уровня, то даже если предложить за него сто миллионов золотых монет, то это окажется недостаточно суммой.

Бесценное сокровище!

Естественно, Линлэй был не готов продать магическое ядро Святого уровня… и так же расстаться с травой “Синее сердце”… ведь она будет очень важным элементов для будущего развития его клана. Каждый пучок был ценным.

Скульптура “Пробуждение ото сна”!

Линлэй неожиданно подумал о своей скульптуре - “Пробуждение от сна”. Думая об этом, он чувствовал себя немного разбитым… и если быть честным, то Линлэй по возможности избегал ситуаций, где ему было необходимо смотреть на нее. Именно поэтому он попросил Йель защищать ее.

«Надо продать ее…, - Линлэй вдруг пришел к этому решению, и в глубине своего сердца у него промелькнула еще одна мысль. - Интересно, что подумает Алиса, когда увидит эту скульптуру».

Сейчас Линлэй консультировался с Дерингом Коуартом.

«Линлэй, для тебя будет лучше, если ты оставишь эту историю позади и продашь скульптуру “Пробуждение ото сна”», - посоветовал Деринг Коуарт. – Ты все равно не хочешь даже смотреть на нее, но если ее оставить, то она постоянно будет время от времени забивать твою голову неприятными мыслями. К тому же... если ее продать, то ты сможешь увеличить славу школы Прямого Долота, что я основал».

Линлэй засмеялся.

«Маркиз Джебс, не беспокойтесь. Очень скоро я найду 600 000 золотых монет. Я лишь надеюсь, что Вы подождете и не решите продать “Палача” кому-то другому», - искренне произнес Линлэй.

Маркиз Джебс поспешно ответил: «Линлэй, не беспокойтесь. Даже если сейчас мне предложат два миллиона золотых, я все равно не продам его».

В действительности если бы не особый статус Линлэй, как вообще маркиз Джебс мог расстаться с ним?

...

В офисе Галереи Пру управляющего Астони.

«Что?! Вы готовы выставить Вашу скульптуру на аукционе?», - от изумления, глаза Астони были широки раскрыты.

Линлэй слегка кивнул. Стоящий рядом с ним Йель бросил на Линлэй беспомощный взгляд.

Йель провел почти все свое юношеское время рядом с Линлэй и поэтому он очень хорошо понимал темперамент Линлэй.

Линлэй был человеком, который заботился о своих друзьях и к ним он был чрезвычайно лоялен . Но также, Линлэй ненавидел зависеть от кого-либо еще. Хотя в этот раз Йель уже готовился выделить Линлэй недостающую ему сумму…

Но, как только он предложил, Линлэй ответил: «Я уже решил, что продам свою скульптуру “Пробуждение ото сна”.

Про себя Йель подумал, что продав эту скульптуру на аукционе, Линлэй еще больше повысит свою известность и статус, что положительно скажется на его влиянии. И это хорошо. Поэтому Йель даже не пытался отговорить Линлэй продавать свою скульптуру и вместо этого взять его деньги.

«Замечательно. Замечательно, - Астони был чрезвычайно взволнован. - Линлэй, можете не волноваться, наша галерея соберет максимальную возможную прибыль с продажи этой работы».

«Мне необходимо, чтобы аукцион был организован в течение следующих семи дней», - Линлэй сразу высказал свои требования.

Астони уверенно ответил: «Не волнуйтесь. Начиная с завтрашнего дня наша Галерея Пру организует общедоступный показ Вашей работы. К тому же, мы разошлем вести о продаже “Пробуждения ото сна” всем возможным богатым кланам, кто сможет успеть прибыть за семь дней. И на седьмой день мы начнем аукцион».

Линлэй кивнул.

«Босс Йель, пойдем», - после официальной передачи скульптуры Галереи Пру, Линлэй почувствовал, как что-то защемило в его сердце, но одновременно с этим чувством его разум словно стал более расслабленным и незамутненным.

...

В главном зале Галереи Пру.

Граф Джуно по-прежнему практически каждое утро посещал Галерею Пру. В первую очередь, любуясь скульптурами в основном зале, подыскивая работы очередного неизвестного и в перспективе талантливого скульптора. После чего шел в зал экспертов-скульпторов и затем в зал мастеров-скульпторов. Но в это утро, что-то было не так, когда граф Джуно вошел в основной зал, он обнаружил…

«Хоу, почему так много людей собралось в зале мастеров?», - такое столпотворение немного озадачило графа Джуно.

В зале мастеров всегда находилось всего несколько скульптур, которые уже были давно всем известны и изучены. После чего, зрители уже не так часто приходят еще раз созерцать эти гениальные работы. Исключением были случаи, когда появлялась новая работа мастера-скульптора. Только тогда зал мастеров становился невероятно оживленным местом.

«Может быть один из мастеров создал новую?», - разыгралось воображение графа Джуно, после чего он сразу отправился в сторону зала мастеров-скульпторов.

Сейчас было только восемь утра. И по логике, в Галерее Пру не должно быть много людей. Но сейчас, в зале мастеров, уже было несколько десятков человек. Более того, каждый из них смотрел изумленным, стеклянным взглядом на скульптуру, размещенную в самом центре зала мастеров.

Более того, эта скульптура была взята в кольцо могучими воинами охранниками.

«Настолько популярна? Интересно, какой мастер смог создать эту скульптуру?», - граф Джуно подошел поближе, чтобы присмотреться повнимательнее.

Граф Джуно мгновенно выпучил глаза. Сейчас его взгляд сосредоточился на скульптуре перед ним. На мгновение графу Джуно показалось, что он смотрит на пять живых людей. И каждый образ передавал свои эмоции и чувства – страх, романтичность, влюбленность, нежность и бессердечность.

Граф Джуно оставался в этом полупьяном, одурманенном состоянии в течение еще долгого периода времени, прежде чем прийти в себя.

«Что за благочестивая скульптура! Работа Великого Мастера-скульптора!», - сознание Графа Джуно мгновенно стало еще более помутненным.

Исходя из его столетнего опыта оценки произведений искусства, он, разумеется, мог более четко ощутить духовную природу, ауру, которой была наделена эта скульптура… но после более тщательного изучения, глаза графа Джуно загадочно блеснули: «Эта скульптура же… в стиле... не может быть! Неужели ее сделал тот гениальный маг из Академии Эрнст – Линлэй!?».

Просто изучив стиль резьбы, граф Джуно мог точно сказать, кто автор, который вырезал эту скульптуру.

Граф Джуно был очень хорошо знаком с работами Линлэй, потому что он был тем, кто купил его первые три выставленные на продажу скульптуры в Галерее Пру. А потом, когда работы Линлэй начали появляться в зале мастеров, то цены за каждую из них достигали уровня шести тысяч золотых монет!

Гений Академии Эрнст, которому было только семнадцать лет!

Только благодаря этой покупке, граф Джуно в результате смог заработать более десяти тысяч золотых монет. Естественно, он уделил довольно много внимания персоне Линлэй.

«И правда его…», - Граф Джуно разглядел имя написанное на углу статуи – Линлэй.

А на табличке, которая висела рядом, была небольшая автобиография, рассказывающая кем он являлся...

«Имя автора скульптуры – Линлэй. В этом году ему исполнилось семнадцать лет, также он выпускник Академии Эрнст и является семнадцатилетний магом двойного элемента седьмого ранга. На текущий момент, он, без сомнений гений-маг номер два за всю историю континента Юлан».

«Но Линлэй не только гениальный маг. Он также добился небывалых высот в области резки скульптур. Хотя ему только семнадцать лет, эта скульптура, имя которой - “Пробуждения ото сна” была тоже вырезана им… “Пробуждения ото сна” несет в себе величие и дух уровня Великих Мастеров-скульпторов, стоит заметить и тот факт, что скульптура невероятно большого размера. Естественно, это придает ей более бесценное значение. Но самое главное кроется в другом – основным фактором, который делает эту скульптуру невероятно ценной является то, что ее автор семнадцатилетний скульптор и при этом гениальный маг... ее значение как произведения искусства невозможно выразить в денежном эквиваленте!».

«Наша Галерея Пру получила привилегию показать миру эту скульптуру мастера Линлэй в течение пяти дней. 21 апреля, после завершения демонстрации, Галерея Пру проведет аукцион по ее продаже».

Прочитав эту краткую биографию, граф Джуно понял...

«Различные дворяне, денежные магнаты и члены королевских семей, будут этим невероятно заинтригованы... », - Граф Джуно понимал, что работы такого уровня были не тем, что он мог бы себе позволить приобрести.

«Семнадцатилетний маг двойного элемента седьмого ранга?», - в очередной раз перечитывая эту строчку, граф Джуно не мог это окончательно осознать, лишь вздыхал в изумлении.

С этого момента уважение и восхищение графа Джуно Линлэй становилось все глубже.

Человек, который смог добиться таких успехов в двух абсолютно различных областях, несомненно достоин восхищения.

«Эта скульптура должна быть на примерно том же уровне, что и скульптуры Великих Мастеров-скульпторов. Добавим тот факт, что она еще и большая… и личность скульптора, как семнадцатилетнего гения мага двойного элемента седьмого ранга и его статус второго гения за всю историю континента Юлан... цена будет заоблачной», - Граф Джуно про себя уже провел множество расчетов и примерно прикинул, сколько она будет стоить.

«21 апреля!», - Граф Джуно уже мог предвидеть, что случиться в этот день.

Время шло, людей, что приезжали посетить зал мастеров этого филиала Галереи Пру становилось со временем лишь больше. Многие из чрезвычайно богатых кланов Святой Столицы чрезвычайно быстро обо всем узнали и начали закидывать письмами офис Астони.

....

В офисе Астони.

«Пожалуйста, сообщите его Величеству королю Вайлдер, что я не имею права принимать такое решения. Если его Величество действительно хочет приобрести эту скульптуру, мы бы хотели пригласить его на участие в аукционе 21 числа этого месяца», - Астони отправил королевского глашатого от короля обратно.

После того, как глашатый ушел, лицо Астони поникло.

«Это что шутка. Он на самом деле решил предложить только один миллион золотых за эту скульптуру? Пусть мечтает о ней! Еще только вчера его королевское величество - король Клайд королевства Фенлай предложил три миллиона золотых монет!».

После того, как скульптура провела на подиуме лишь три дня, уже десять невероятно важных и влиятельных персон выразили желание купить ее сразу.

«Боюсь представить, какие заоблачные цены мы увидим 21 апреля», - размышлял Астони.

Том 5, глава 12 – Ярость

В саду клана Дебс, Алиса и Калан сидели и планировали свою свадьбу.

«Алиса, - на лице Калана была улыбка. - Я уже обсудил это с моим отцом. Наша помолвка состоится 18 июня, а нашу свадебную церемонию назначим на 1 января следующего года. То есть это произойдет в день Праздника Юлан, в начале нового года».

Легкая улыбка появилась на лице Алисы.

«В следующем году… в следующем году будет 10 000 год по календарю Юлан, верно? Провести нашу свадебную церемонию во время Праздника Юлан и на 10 000 году по календарю Юлан, это будет… так… так… идеально», - чем больше Алиса об этом говорила, тем счастливее себя чувствовала.

Видя счастливую улыбку на лице Алисы, Калан чувствовал себя очень довольным.

«Алиса, поторопись и обсуди это со своим отцом, а затем подготовь для меня список гостей со стороны твоей семьи, после чего я смогу побыстрее все организовать», - призывал Калан.

«Хорошо», - Алиса слегка кивнула.

Калан нежно погладил мягкие волосы Алисы, его сердце переполняли эмоции.

Но когда он начинал думать об ужасных обстоятельствах, в которых оказался его клан, ярость в сердце Калана начинала клокотать. Незадолго после того, как он и Алиса начали встречаться, клану Дебс был нанесен болезненный удар… Конгломерат Доусон начал обрубать все свои связи с его кланом Дебс!

Текущий успех и слава клана Дебс были неразрывно связаны с их сотрудничеством с Конгломератом Доусон.

Но в декабре прошлого года Конгломерат Доусон публично объявил, что больше не намерен сотрудничать с кланом Дебс. Далее они отправили представителей к каждому торговому клану в городе Фенлай и сообщили им, что они ищут кого-то, кто сможет занять место клана Дебс.

Более того...

Действия Конгломерата Доусон не ограничились только этим. Конгломерат Доусон также начал подавлять весь бизнес, что вел клан Дебс, в результате чего каждое предприятие клана Дебс, несло большие убытки.

«Почему Конгломерат Доусон подавляет мой клан? Ведь клан Дебс не оскорблял Конгломерат Доусон», - думая об этом, Калан почувствовал себя очень раздосадовано. Будучи следующим наследником и приемником клана, естественно, Калан беспокоился по поводу этого вопроса.

И потому, что эти события произошли вскоре после того, как Калан и Алиса начали встречаться, немало членов клана считают, что именно Алиса была причиной катастрофы и невезенья.

Иначе зачем Конгломерату Доусон, с которым они работали на протяжении многих лет, вдруг поворачиваться к ним спиной?

К счастью, за все годы сотрудничества клану Дебс удалось накопить огромные богатства. Хотя их потери и были велики, но основой капитал клана Дебс был все еще не тронут. Но лидер клана Дебс понимал, что из-за непонятных ему причин, сейчас Конгломерат Доусон подавляет их бизнес и это делает невозможным продолжать вести его.

Ведь никто не смел обидеть массивного гиганта, которым являлся Конгломерат Доусон.

Поэтому, единственное что мог сделать клан Дебс, это попытаться сменить сферу деятельности.

Покачав головой и отбросив эти мысли в сторону, Калан посмотрел на Алису и засмеялся: «Алиса, я слышал, что вчера в Галерее Пру была выставлена невероятная скульптура. Предположительно, она находится на уровне Великого Мастера-скульптора. Многие люди уже посетили галерею, чтобы взглянуть на нее. Хотела бы ты со мной сходить туда?».

Алисе было скучно: «Хорошо».

...

Калан и Алиса ехали вместе в карете в сторону Галереи Пру.

«Эта скульптура является якобы чрезвычайно необыкновенной. Последние несколько дней я был так занят… устраивая помолвку и нашу свадьбу. Поэтому у меня не было возможности убедиться в сказанном лично», - Калан первым вышел из кареты, а затем как подобает джентльмену, протянул свою руку и помог Алисе выйти.

Рука об руку, Алиса и Калан вошли в Галерею Пру.

«Большой брат Калан, взгляни на всех этих людей», - глаза Алисы сияли, когда она показывала на толпу людей.

Во внутренних областях зала мастеров Галереи Пру было море людей. Но движение в нем было очень организованно, для входа был один проход, для выхода другой. Каждому человеку разрешалось провести внутри зала только три минуты.

Через три минуты люди с раздосадованными выражениями лиц были вынуждены покидать зал мастеров. Если бы они могли посмотреть еще чуть-чуть…

«Верно! Давайте встанем в очередь еще раз!».

«Такая длинная очередь», - Калан чувствовал себя слегка изумленным. На своей памяти, он никогда не видел, чтобы в Галерее Пру было так много людей.

Калан и Алиса послушно встали в очередь и ждали почти двадцать минут. Только когда подошла очередь ее группы, она смогла войти в зал мастеров. Все посетители сразу отправлялась в центральную область зала.

Калан и Алиса, естественно, как и все направились в ту сторону.

Но в тот момент, когда Алиса впервые увидела скульптуру, она оцепенела, словно ее поразила молния. Стоя там, она ошарашено смотрела на эту огромную скульптуру. Эти пять красивых, безукоризненно вырезанных женских фигур, несли свою собственную неповторимую ауру.

Все присутствующие были поглощены созерцанием и постижением смысла и значения этой скульптуры – “Пробуждение ото сна”.

Но когда Алиса увидела эту гигантскую скульптуру, в ее сознании начали прокручиваться все те моменты и события, что она ранее пережила вместе с Линлэй.

Первый раз, когда она была в отчаянии - Линлэй спустился словно Бог с небес.

На балконе, ютясь и прячась в углу ночи напролет…

...

Одна сцена за другой продолжала всплывать в ее голове. Алиса была ошарашена до глубины души. Она действительно не имела понятия, что этот знаменитый Великий Мастер-скульптор отобразит в его работе - “Пробуждение ото сна”, выбрав ее как модель.

«Лин... Линлэй... », - Алиса не могла сдержать эмоции.

Она смотрела на описание мини-биографии автора.

«Имя автора скульптуры – Линлэй. В этом году, ему исполнилось семнадцать лет, так же он выпускник Академии Эрнст, и является семнадцатилетний магом двойного элемент седьмого ранга. На текущий момент он, без сомнений, гений-маг номер два за всю историю континента Юлан».

«Но Линлэй не только гениальный маг. Он также добился небывалых высот в области резки скульптур. Хотя ему только семнадцать лет, он создал эту скульптуру и имя ее - “Пробуждения ото сна”… ».

Читая эти строки, Алиса была удивлена еще сильнее.

«Это Линлэй… это действительно Линлэй, - Алиса недоверчиво смотрела на табличку. - Маг двойного элемент седьмого ранга? Он уже маг седьмого ранга? Н-но... но только в прошлом году он был еще только магом пятого ранга».

Алиса не имела ни малейшего понятия, что прежде чем они расстались, Линлэй уже был магом шестого ранга. Ведь... именно она даже не дала Линлэй шанса рассказать ей об этом знать.

«Пробуждение ото сна. Эта скульптура называется “Пробуждение ото сна”», - глядя на пять женских образов скульптур, особенно последнюю с аурой бездушия и бессердечия, Алиса вдруг поняла, почему Линлэй назвал эту скульптуру именно “ Пробуждение ото сна ”.

«Сон... пробуждение?», - Алиса почувствовала, что все ее мысли прибывают в абсолютном беспорядке.

Будучи первым человеком, о котором она когда-либо действительно заботилась, в глубине ее сердца было всегда отведено отдельное место для Линлэй. Но когда она обнаружила, что Линлэй дал этой скульптуре имя “Пробуждение ото сна”, она вдруг почувствовала, как будто что-то важное покинуло ее сердце.

Такое чувство... было очень трудно вынести.

Алиса вдруг заметила, что стоя рядом с ней Калан сжал кулаки, а он сам выглядел весьма неприглядно. Все его вены выпирали, а его лицо было ужасающе мрачным. В глубине его глаз мерцал темный свет, убийственным взглядом он смотрел на эту скульптуру.

«Большой брат Калан!», - взволнованно окликнула его Алиса.

Но Калан не обращал на нее никакого внимания.

«Линлэй, ты... ты заходишь слишком далеко», - сейчас Калана переполняла безграничная всепрожигающая ярость. В прошлом Калан был довольно благосклонен к Линлэй. Но в глубине своего сердца он все же смотрен на Линлэй сверху вниз. Калан не сильно переживал по поводу него, потому что как бы упорно Линлэй не работал и не тренировался, он по прежнему никогда не сможет соответствовать статусу его клана.

Ведь его клан был подсоединен к огромной военной машине, имя которой было Конгломерат Доусон.

Но что произошло за эти пять месяцев?

Его клан Дебс был выброшен за борт Конгломератом Доусон. А Линлэй? Словно из ниоткуда, он стал семнадцатилетний магом двойного элемента седьмого ранга. Более того, он был признан гением-магом номер один всего поколения его возраста.

Даже за всю историю континента Юлан, был лишь один человек, который был немного лучше, чем Линлэй.

«Семнадцатилетний маг двойного элемента седьмого ранга и скульптор практически одного уровня с Великими Мастерами-скульпторами», - Калан внезапно почувствовал небывалое доселе огромное давление.

Линлэй был просто слишком сказочным.

Но вскоре после этого, на Калана нахлынула волна безграничной ярости.

Все потому, что вдохновением для этой скульптуры стала его невеста!

«Эй, взгляните. Разве это девушка не похожа на женщину, которая изображена на этой скульптуре?», - внезапно, в зале мастеров раздался голос и в тот же миг десятки голов уставили на Алису. Зал вдруг стал очагом волнений и обсуждений.

Способности к каменной резке Линлэй как скульптора были просто слишком удивительны. Он смог полностью передать этой скульптуре грацию и шарм Алисы.

После самого первого взгляда на Алису, все зрители ощутили... что девушка перед ними и есть женский образ и муза в “Пробуждение ото сна”, ведь они были так невероятно похожи. Этот уникальный взгляд… этот немного острый, вздернутый нос.

«Мисс, могу ли я поинтересоваться, как Вы связаны с мастером Линлэй?», - старик с копной густых белых волос, внешне выглядящий по крайней мере на сто лет, вежливо задал вопрос Алисе.

В области резки скульптур Линлэй уже достиг уровня мастера.

Мастерства Линлэй в резке скульптур было достаточно для того, чтобы заставлять самых искушенных коллекционеров с десятилетним или даже столетним опытом, падать перед ним ниц и лишь восхищаться. Уважительное обращение к нему как “Мастер” было чем-то, что шло от чистого сердца. Полагаясь на свой столетний опыт в оценке каменных скульптур, естественно, он смог почти сразу сказать, что женщина, вырезанная на скульптуре, скорее всего тот же человек с которым Линлэй провел свой период бурной любви.

Алиса почувствовала себя неловко и не зная что делать, она беспомощно посмотрела на Калана.

«О, Калан, ты тоже здесь, - старик посмотрел на Калана. Старые и опытные люди, естественно были хитрыми как лисы… разумеется, старик смог с первого взгляда сказать, что отношения между Каланом и Алисой были непростыми. - Калан, кто эта юная леди?».

Хотя Калан чувствовал себя очень несчастным, он не мог это показать, поэтому он скромно поклонился и сказал: «Милорд герцог Бернер [Ba'na], это мисс Алиса, моя будущая невеста».

«Невеста?», - герцог Бернер бросил многозначительный взгляд на Калана и Алису, потом рассмеялся и больше ничего не спрашивал.

...

Потянув Алису за руку, словно убегая и спасая свою жизнь, Калан быстро вернулся обратно в усадьбу клана Дебс.

Лидер клана Дебс, отец Калана Бернард, недоверчивым взглядом смотрел на своего сына: «Что ты только что сказал? Вдохновением для скульптуры выставленной в Галерее Пру стала Алиса?».

Бернард в целом проявлял заботу и любовь по отношению к своему сыну.

Когда его сын заявил, что он собирается жениться на Алисе, Бернард не возражал. Но буквально через несколько дней после того, как его сын укрепил свои отношения с Алисой, Конгломерат Доусон внезапно решил прекратить вести всякие дела с кланом Дебс, без каких-либо видимых на это причин. Поэтому Бернард был всецело поглощен решением этой проблемы. Он постоянно просил дать ему встретиться с руководителями высшего уровня Конгломерата Доусон.

В течение последних несколько месяцев, Бернард был настолько занят решением этой проблемы, что у него не было ни минуты свободного времени, чтобы например сходить посмотреть на нашумевшую скульптуру в Галерее Пру.

«Алиса. Алиса была вдохновением?», - выражение лица Бернарда сразу стало нелицеприятным.

Калан кивнул: «Да, отец. Хотя мы еще официально не заявили о помолвке с Алисой, но когда мы это сделаем и представим ее дворянам Святой Столицы… то из-за скульптуры Линлэй – “Пробуждение ото сна”, это безусловно сделает нас посмешищем города».

Хмурясь, Бернард некоторое время молчал, но затем он спросил: «Насколько все плохо? В этой скульптуре есть что-нибудь постыдное или унизительное?».

«Отец, в прошлом между Линлэй и Алисой был период..., - Калан немного бессвязно начал объяснять. - И эта скульптура отображает некоторые моменты во время отношений Линлэй и Алисы».

Бернард больше ничего не сказал, лишь серьезно хмурился.

Через некоторое время, Бернард нарушил тишину и спросил: «Калан, если я тебя попрошу отказаться от Алисы, ты готов?». Калан решительно отрицательно покачал головой. Ведь ему было всего восемнадцать лет.

Бернард слегка кивнул: «Не волнуйся об Алисе. Я займусь этим вопросом лично. Тебе не стоит об этом беспокоиться».

Калан кивнул, затем сильно стиснув зубы, посмотрел на отца и произнес: «Отец, Линлэй был безусловно недоволен тем фактом, что я и Алиса теперь вместе. Более того, потенциал Линлэй является слишком пугающим. Я думаю, что... что нам, возможно, следует рассмотреть вариант… чтобы найти способ убить Линлэй».

Том 5, глава 13 – Старый Мастер

«Убить Линлэй?, - Бернард удивленно посмотрел на сына. - Калан, почему мы должны убить Линлэй? Он ведь просто мастер-скульптор. Что он может сделать нашему клану?».

Новости о том, что Линлэй стал маг седьмого ранга еще небыли достаточно широко освещены в городе Фенлай. Кроме того, в последнее время Бернард был занят вопросами, связанными с ухудшением положения дел его клана, поэтому он ничего не знал о Линлэй.

Калан кивнул: «Отец, Линлэй в этом году исполнилось семнадцать лет, но его уже прозвали Великим Мастером-скульптором. Но это еще не все… сейчас он является гением магом номер один текущего поколения на всем континенте Юлан. И даже если учесть всю историю континента Юлан, то он является гением-магом номер два. Потому что он... семнадцатилетний маг двойного элемента седьмого ранга».

«Семнадцатилетний маг двойного элемент седьмого ранга?».

Бернард глубоко вдохнул. Его интуиция говорила ему, что Линлэй может стать угрозой для его клана.

«Ты прав, Линлэй нельзя позволить жить», - почти сразу ответил Бернард.

Услышав слова своего отца, на лице Калана появилась легкая улыбка. Но через мгновение, Бернард нахмурившись произнес: «Подожди... гений номер два всех времен… в будущем он определенно станет чрезвычайно могущественным человеком. Как могли Сияющая Церковь, Темный Альянс и Четыре Великих Империи упустить из виду кого-то вроде него? Наверняка, Линлэй уже успел как минимум наладить свои отношения с Сияющей Церковью».

«Калан, нам нельзя убивать его собственноручно», - глядя на Калана, Бернард говорил серьезным тоном.

«Отец, он просто маг двойной элемент седьмого ранга, - взглянув на Калана, можно было разглядеть маску срочности. Слегка понизив голос, он продолжил. - Отец, чтобы избавиться от Линлэй, мы не обязаны пачкать наши собственные руки. У нас достаточно денег, чтобы поручить это дело кому-либо другому. Например, как тогда, когда мы устранили министра при дворе».

Бернард некоторое время молча думал, затем произнес: «Калан, ты не должен вмешиваться в это дело, я займусь этим вопрос лично».

Бернард не сказал прямо, что убьет Линлэй. Из-за этого, Калан чувствовал себя чрезвычайно раздраженным и не мог успокоиться.

...

Темная ночь. Бернард приехал в заранее зарезервированный номер люкс отеля, в котором все это время его ожидал седой старик.

«Мистер Бернард», - увидев Бернарда, седовласый старик невольно улыбнулся.

Бернард кивнул. «Мистер Си Дао. Я в очередной раз пришел к Вам за помощью».

«Говорите, говорите. Вы мой старый клиент», - седовласый старик все еще излучал сияющую улыбку.

Бернард решил все прямо рассказать: «Я попрошу лишь о двух вещах. Во-первых, я надеюсь, что Вы сможете уничтожить скульптуру “Пробуждение ото сна”, которая сейчас находится на выставке в Галерее Пру». Бернард понимал, что из-за ее размеров и охраны, выкрасть ее не получиться…

Но уничтожить ее было задачей попроще.

«Уничтожить скульптуру “Пробуждение ото сна”?», - удивленно повторил седовласый старик.

«Что, ваша организация “Сабля” не сможет потянуть такую миссию?», - усмехнулся Бернард.

Из четырех крупнейших гильдий убийц континента Юлан, каждая была по-своему уникальна. И одна из них - “Сабля”, была чрезвычайно могущественной. Пока цена соответствует задаче, они могут осмелиться убить даже кардинала.

Но, за исключением разве что заказа на убийство воителя Святого уровня… такая задача слишком сложная даже для них.

«Или же Вы боитесь оскорбить Галерею Пру?», - подозрительно спросил Бернард.

«Нет. Конечно же нас это не беспокоит. Давайте продолжим, какое Ваше второе требование», - быстро ответил седовласый старик.

Гильдия убийц, которая по своей природе создана для оскорбления разных малых и даже крупных организаций. Если своими действиями они готовы оскорбить даже Сияющую Церковь… кого бы они вообще не смели оскорбить?

Бернард подавил свое любопытство и продолжил: «Во-вторых, я надеюсь, что Вы сможете убить Линлэй».

Седовласый старик не удержавшись, беспомощно рассмеялся. Качая головой из стороны в сторону, он сказал: «Мистер Бернард, пожалуйста, простите нас, но мы не сможем взяться ни за одну из Ваших миссий. Мои глубочайшие сожаления».

«Не сможете взяться?, - Бернард яростно вскочил на ноги, в недоумении глядя на седовласого старика. - Мистер Си Дао, я знаю, какой огромной силой обладает Ваша организация. Так почему же Вы не можете осмелиться взяться за такую незначительную миссию?». Бернард совершенно не мог принять тот факт, что конечный результат его поездки окажется таким.

Ведь эта организация берется за миссии по убийству старших министров из Четырех Великих Империй и кардиналов Сияющей Церкви. Но сейчас, они не могли осмелиться убить Линлэй?

«Эта миссия не та, за которую мы не можем осмелиться взяться, а та, за которую мы не хотим браться. Что касается причины - почему наша организация должна перед Вами отчитываться?», - выражение лица седовласого старика похолодело.

Бернард торопливо улыбнулся: «Прости меня, мистер Си Дао. Раз уж Вы не готовы взяться за эту миссию, думаю мне пора откланяться».

Седовласый старик кивнул.

После того как Бернард ушел, старик медленно поднялся на ноги, бормоча себе что-то под нос: «Этот Бернард... Из всех возможных миссий, с которыми он мог к нам обратиться… почему он попросил уничтожить именно скульптуру? И даже больше, хочет устранить Линлэй? Кажется, я абсолютно точно должен доложить об этом Старому Мастеру. Я полагаю, что после того как Старый Мастер узнает, что мы отказались от выполнения данной миссии - он будет вполне доволен».

Седовласый старик был одним из старейшиной организации “Сабля”.

Тем не менее, именно потому, что он был уже слишком стар, он больше не занимался исполнением миссий. Большую часть своего свободного времени он проводил наслаждаясь жизнью в городе Фенлай. По случаю, он конечно иногда принимал у себя посетителей из числа некоторых богатых дворян.

Но, что касается “Старого Мастера”, про которого он говорил...

В организации Сабля Старый Мастер был человеком-легендой. Даже когда лидер гильдии Сабля случайно встречал Старого Мастера, он обязательно очень уважительно его приветствовал – “Старый Мастер”. Если взять всю организацию Сабля в целом, то в ней, пожалуй, не было никого, кто был старше чем Старый Мастер.

...

В Галерее Пру. Шел четвертый день пред-показа скульптуры “Пробуждение ото сна”.

В центре зала мастеров происходило что-то совсем странное. Если полагаться на правила Галереи Пру, то каждому посетителю, независимо от статуса и чина, разрешено провести в зале мастеров только три минуты. И если посетитель хочет еще раз посмотреть на скульптуры в зале мастеров, то он должен повторно встать в очередь.

Но в зале мастеров был один человек, который стоял уже там почти два часа. Это было совершенно точно против правил!

Этот человек внешне выглядел на тридцать или сорок лет. Он носил свободного покроя длинную мантию, его руки были спрятаны, располагаясь крест накрест на груди. Эта длинная, черная мантия была словно невзначай слегка ослаблена, и висела на нем довольно свободно. Сейчас он был очень поглощен изучением скульптуры “Пробуждение ото сна”.

В то же время, несколько чрезвычайно сильных охранников, стоящих перед скульптурой “Пробуждение ото сна”, между собой тихо переговаривались.

«Какие отношения у этого человека с господином Астони? Нам и правда было велено не спугнуть его?... ведь стоять в этом зале столь длительный период времени определенно против правил».

«Думаю, нас это не касается. Давай просто тихо выполнять свою работу».

«Чего ты боишься? Вокруг этой скульптуры галерея создала магическое оборонительное образование. Кому-либо украсть ее будет совершенно точно не под силу, я уж не говорю о ее размерах. Кто вообще посмеет взять и украсть такую большую скульптуру прямо на наших глазах?».

Охранники были в довольно расслабленном расположении духа.

Ведь украсть такую огромную скульптуру было бы чрезвычайно трудной задачей, в то время как просто навредить ей не принесет никому никакой пользы. Кто вообще будет таким заниматься?

«Ничего себе, какая превосходная работа. У него действительно есть вкус, - думал про себя тридцати-сорокалетний мужчина, хмуря при этом брови и тщательно изучая “Пробуждение ото сна”. В очередной раз взглянув на табличку с информацией. - Семнадцатилетний парень. Я и правда ожидаю от него дальнейшего прогресса».

Время шло. Одна группа людей за другой выходила и входила в зал мастеров.

Но этот человек продолжал стоять на своем месте и тщательно изучать, а время от времени просто наслаждался зрелищем от созерцания “Пробуждение ото сна”.

«Эти плавно перетекающие линии и контуры, словно не было даже признака на какие-либо колебания, - на его лице можно было разглядеть слегка очарованное выражение. – Как же завораживает. И эта девушка! Ее уникальные черты характера были всецело отображены скульптором… до такой степени, что они были более ярко выражены, чем у реального человека».

В зале группы посетителей по-прежнему то приходили, то уходили.

Большинство из гостей уже по нескольку раз вставили в очередь, чтобы еще хоть раз полюбоваться скульптурой. Скульптура уровня Великого Мастера-скульптора, такая как эта, всегда приобретала своих поклонников, которые могли целыми дням без какого либо намека на скуку созерцать ее.

«Время вышло! Следующая группа!», - громко крикнул сотрудник Галереи Пру. После чего, большая группа людей начала неохотно, но все-же послушно направляться к выходу… в то же время с другого направления уже входила следующая группа посетителей. И как раз в этот момент небольшой суматохи…

«Бум! Бум! Бум!».

Раздалось несколько гулких звуков взрыва, после чего зал мастеров был покрыт плотным слоем дыма. У многих посетителей началась паника, а другие просто сердито выругивались. Все вокруг было переполнено шумом и хаосом.

В это же время охранники защищавшие скульптуру тоже начали нервничать.

«Не хорошо», - видя эту картину, охранники понимали, что что-то происходит.

«Что за черт», - человек одетый в мантию нахмурился… и в то же время он начал раздраженно ругаться, а его ранее сонные глаза прояснились. Как раз в этот момент четыре размытые пятна в форме человека прыгнули в сторону скульптуры “Пробуждение ото сна”.

К моменту, когда четыре размытые пятна сделали свой ход, охранники уже успели вытащить свое оружие. Также множество тайно размещенных по всему пространству зала мастеров Галереи Пру воинов-охранников пришли в движение. Если скульптура, будучи на выставке внутри Галереи Пру будет разрушена, то это станет настоящей катастрофой!

«Свист!».

Одна из четырех размытых фигур в белом начала двигаться в весьма непредсказуемой манере. Словно белый лист бумаги, плывя между защищавшими скульптуру охранниками-воинами, он легко уклонялся от любого их выпада. Проскользнув через блокаду из охранников, он достал черный кинжал и замахнулся им, целясь в скульптуру.

Исходя из силы его атаки, он определенно сможет с одного удара разрушить скульптуру.

«Бум!». Внезапно, “Пробуждение ото сна” начало светиться. Даже после того, как кинжал уже коснулся свечения, окружившего скульптуру, он не смог повредить ее.

«Защита Света?», - пробормотало белое пятно. Кинжал в его руке вдруг покрылся цветом кроваво-красного свечения, после чего он нанес еще один удар в сторону скульптуры. В тот же миг раздался ясный звон, после чего Защита Света была полностью разрушена.

«Черт!», - четыре охранника, которые находились ближе всего, были уже в отчаянии. Даже защитная магия, созданная магом стиля света седьмого ранга, была настолько легко разрушена. И из-за того, что все вокруг пребывало в хаосе, многие из воинов-охранников галереи не успевали вовремя подоспеть, чтобы защитить скульптуру.

Кроме того, охранники, что были ближе всего к скульптуре, были заблокированы другими тремя нападавшими.

В этот момент, человек в свободно облегающей мантии, который до этого совершенно не двигался и ничего не предпринимал… его ранее сонные глаза начали испускать свирепый и яростный взгляд.

«Свист!».

Раздался тихий звук, после чего, человек одетый в белую униформу неестественно дернулся. Затем, с липким звуком отделения одной части плоти от другой, его тело вертикально разделилось на две части, а свежая кровь бурными потоками брызнула из его раздвоенного тела. Что же до трех его помощников - все они был располовинены в такой же манере. Каждый из них сейчас был мертвее мертвого.

...

Вскоре после этого инцидента Галерея Пру вернулась в нормальное русло. А человек в мантии, через какое-то время медленно направился к ее выходу. Недалеко от входа в Галерею Пру его ожидала карета и один человек.

Этим человеком был седовласый старик по имени Си Дао, к которому ранее обратился за помощью отец Калана, Бернард.

Увидев, как к нему приближается тридцати-сорокалетний мужчина, старик сразу же вежливо поклонился и произнес – Старый Мастер.

«Мм. В этот раз ты проделал хорошую работу, - улыбаясь, тридцати-сорокалетний мужчина похвалил седовласого старика. После чего, он несчастным тоном продолжил. – Но я не ожидал, что организация “Кровавая Роза” опустится до такого. Может быть они не знают, что вредить таким невероятным произведениям искусства - это огромный грех?».

“Кровавая Роза”, как “Сабля”, была одной из четырех главных гильдий убийц.

«Старый Мастер, куда отправимся дальше?», - задал вопрос Си Дао.

Мужчина некоторое время подумал, а потом сказал: «Уже прошло два года, с тех пор как я последний раз посещал Нефритовый Водный Рай. В прошлом, эти девушки сами приходили ко мне. Но в этот раз... я должен посетить Нефритовый Водный Рай. Только когда я провожу некоторое время с молодыми дамами, я тоже начинаю чувствовать себя молодым. Ха-ха... ».

«Да, Старый Мастер», - вежливо ответил седовласый старик. Си Дао всегда было интересно, сколько на самом деле лет Старому Мастеру. Ведь к текущему моменту, в организации “Сабля” он был одним из самых старых ее членом, которого в свое время обучал лично Старый Мастер.

Что касается самой первой группы убийц обученных Старым Мастером, то все они были либо убиты, либо умерли от старости!

«О чем ты задумался? Поехали!», - изнутри кареты послышался мужской голос.

Си Дао сразу направил карету в сторону Нефритового Водного Рая.

Том 5, глава 14 – Аукцион

В частном читальном зале клана Дебс.

«Что? Вы не справились?, - Бернард смотрел на женщину в красных одеждах. - Даже если Вам один раз не удалось, то почему бы не попытаться снова? Неужели “Кровавая Роза” сдастся так легко?».

Бернард был крайне недоволен.

Когда он ходил просить помощи у организации “Сабля”, ему было сразу отказано. Хоть он и воспользовался услугами “Кровавой Розы”, они только согласились уничтожить скульптуру “Пробуждение ото сна”. Что касается убийства Линлэй, то цена, которую они потребовали, была слишком высока… даже выше, чем цена за убийство кардинала! Такую астрономически большую сумму клан Дебс не мог заплатить.

По словам членов “Кровавой Розы”, убийство Линлэй оскорбит одновременно и Сияющую Церковь и Конгломерат Доусон.

Более того...

Линлэй обладал статусом мастера-скульптора. Мастера-скульпторы имели невероятно большой социальный статус… и множество людей с рангом и статусом почитали мастеров-скульпторов. Убийство Линлэй означало убийство мастера-скульптора, что ополчит против “Кровавой Розы” могущественных поклонников произведений искусства скульптур.

Именно по этой причине цена за убийство Линлэй была настолько астрономической.

«Мы больше не готовы продолжать выполнять данную Вами миссию. Разумеется, мы готовы вернуть выданный Вами задаток и даже компенсацию за провал», - хладнокровным голосом произнесла женщина в красных одеждах.

«Можете ли Вы хотя бы сказать почему?», - Бернард не имел понятия, что же происходит.

Разрушение скульптуры не должно быть такой уж трудной задачей. Как они могли отказаться только после одного провала?

«Если мы расскажем Вам причину, то в таком случае мы не будем возвращать Ваш задаток. Вы согласны?», - спокойно произнесла женщина в красных одеждах.

Организация убийц также промышляет продажей ценной информации.

«Хорошо», - будучи лидером клана Дебс, Бернард мог позволить себе потерять такую сумму денег.

Женщина в красных одеждах наклонилась и тихо произнесла: «Я могу сказать только одно… среди поклонников скульптуры “Пробуждение ото сна” есть человек, которого “Кровавя Роза” не готова оскорбить. И еще, этот человек не тот, кого стоит обижать Вашему клану Дебс».

«Это все, мой доклад закончен», - улыбаясь, женщина в красных одеждах сразу же ушла.

Бернард был невероятно зол.

Эта женщина, даже не раскрыла личность человека, которого “Кровавя Роза” роза не готова оскорбить. Но Бернард для себя понял одну вещь - тот, кто способен вызывать трепет “Кровавой Розы”, является определенно невероятным человеком. Поэтому цена за такую информацию все-же оказалась оправданной.

...

21 апреля 9999 года по календарю Юлан. В аукционном зале Галереи Пру.

Аукционный зал был разделен на три яруса-ложи. Вход на первый ярус был свободным, там могли располагаться обычные люди, за отдельную плату разумеется. Второй ярус представлял из себя ложу с приватными кабинками, в нем могли находиться только важные дворяне или чрезвычайно состоятельные и квалифицированные люди… цена за аренду такой кабинки была ужасающе высока. Что касается третьего яруса - это был словно целый отдельный этаж, невероятно изыскано и пышно украшенный.

В данный момент сотни мест для посетителей первого яруса начали понемногу заполняться, даже несмотря на то, что за каждое кресло было необходимо заплатить сто золотых монет. В то время, как на втором ярусе за приватную кабинку, в зависимости от ее расположения, цены варьировались от тысячи до десяти тысяч золотых монет.

Но третий ярус… он в принципе не был открыт для обычной публики, даже за деньги.

Известность скульптуры “Пробуждение ото сна” сейчас была раздута до небес. Многие из присутствующих в аукционном зале были одними из самых богатейших, самых могущественных, благородных семей континента Юлан. Но именно из-за того, что на аукцион пришло такое огромное количество знати… в текущий момент цены даже за эти обычные места на первом ярусе, каждый из которых якобы стоит сто золотых монет, к текущему моменту были взвинчены спекулянтами до небес.

Клан Дебс, будучи местным кланом, имел особые отношения с Галереей Пру и смог заполучить места в приватных кабинках на втором ярусе, хоть и в не совсем удобном месте.

За исключением клана Дебс, все присутствующие в кабинках второго яруса по соседству, принадлежали к исключительно состоятельным кланам всего континента Юлан. Они были гораздо более могущественными, чем клана Дебс, например... клан Доусон, Конгломерата Доусон. Даже им позволили занять только ложе на втором ярусе. Но, разумеется, представители клана Доусон, которые присутствовали в этих кабинках, не принадлежали к членам клана с правом прямого наследования и правопреемства.

Алиса, вошла внутрь.

В этот раз из клана Дебс пришли шесть человек. Алиса шла между Каланом и его матерью. На голове Алисы была большая красивая шляпа, которая частично скрывала ее лицо. Быстрым шагом, все шестеро фигур поднялись на второй ярус.

На втором ярусе располагались самые большие и могущественные кланы континента Юлан.

Увидев, какие важные персоны находились в коридорах на втором ярусе, Бернард - лидер клана Дебс, сразу же начал скромно приветствовать всех присутствующих. Здесь для всех клан Дебс не значил ровным счетом ничего. Точно так, как сказал в свое время Йель, они “незначительный клан”.

В глазах этих кланов, чье влияние охватывало весь континент Юлан, если сфера влияния клана была ограничена лишь одним королевством, то для них такой клан был кланом-пустышкой.

Шесть человек из клана Дебс вошли в свою кабинку.

«Придет тот день, когда мой клан Дебс станет таким же величественным, как те кланы. Нет… мы станем даже еще большее могущественней», - сказал себе Калан.

Для клана Дебс отказаться от визита на аукцион не было выходом.

Несмотря ни на что, ему абсолютно точно необходимо заполучить эту скульптуру, он не может позволить допустить, чтобы кто-то другой заполучил ее в свои владения. Ведь в июне Калан будет помолвлен с Алисой и каждый узнает, что она станет частью клана Дебс. Но даже если он не мог допустить возможности упустить эту скульптуру, финансовое состояние его клана могло оказаться серьезной помехой для реализации его замысла.

«Большой брат Калан», - Алиса заняла место рядом с Каланом.

В таком месте как это, в окружении чрезвычайно могущественных кланов, Алиса тоже чувствовала себя довольно скованно и напряженно. Ведь в этом месте, даже клан Дебс мало во что ставят, что уж говорить о семейном клане Алисы.

«Не волнуйся. Внутри этой кабинки, люди, что находятся вокруг, не смог нас увидеть… Линлэй действительно зашел слишком далеко. Он на самом деле... », - всякий раз, когда Калан думал о скульптуре “Пробуждение ото сна” он практически лопался от злости. Любой человек с хотя-бы минимальным пониманием скульптуры сможет легко догадаться, что у Линлэй и Алисы в прошлом был роман.

Ведь если бы они искренне не любили друг друга, как Линлэй смог бы создать такое благочестивое произведение искусства?

Если Калан действительно женится на Алисе, наверняка, будет множество людей, которые будут тайно спекулировать на теме отношений Алисы и Линлэй. Для такого высокого социального статуса, который был у Калана… как он мог вынести такой позор?

...

Третий ярус аукционного зала.

Внутри находились всего четыре человека. Управляющий директор Галереи Пру Майя, Астони, Линлэй, и Йель.

«Ха-ха, директор Майя, и кто же у нас тут Линлэй?», - раздался громкий, буйный смех.

Опираясь на трость, директор Майя подошел поприветствовать вошедшего человека, в то же время Линлэй и Йель тоже сразу же отправились отдать дань уважения: «Ваше Величество!».

Пришедшим человеком был король королевства Фенлай. Он был гордостью королевства… Золотой Лев, король Клайд. Будучи королем Фенлай и к тому же сильным воином девятого ранга, он действительно вызывал восхищение.

Линлэй внимательно осмотрел Клайда.

Король Клайд имел развитие мышцы, а на его голове были длинные, пышные золотистые волосы. Если можно было бы описать его одной фразой, то он создавал впечатления льва, с огромной взрывной силой. Все его персона излучала естественную ауру доминирования, которая заставляла сердца смотрящих в страхе трепетать.

Клайд посмотрел в сторону Линлэй: «Если моя догадка верна, то Вы Мастер Линлэй, верно?».

«Ваше Величество, пожалуйста, зовите меня просто Линлэй», - сразу ответил Линлэй.

Линлэй ничего не мог поделать. С тех самых пор, как скульптура “Пробуждение ото сна” была выставлена на показ, многие люди увидев Линлэй уважительно и смиренно обращались к нему как “Мастер Линлэй”. Даже маркиз Джебс из клана Лукас, который всеми силами упирался, пытаясь удержать у себя боевой клинок “Палач”, после того как узнал что именно Линлэй создал эту скульптуру, начал восхищаться и уважать его.

«Отлично, - Клайд был чрезвычайно простой и грубой натурой. - А это должно быть Йель, не так ли? Йель, как поживает твой отец?».

«У моего отца все хорошо. К сожалению, в настоящее время он находится не в Святом Союзе, иначе он бы обязательно присутствовал лично», - скромно ответил Йель.

Клайд слегка кивнул.

«Директор Майя, кто еще должен подойти?», - небрежно крикнул Клайд.

Директор Майя улыбнулся: «Давайте еще немного подождем. Я ожидаю кардинала Лампсона [Lan'pu'sen] и кардинала Гильермо, они также планировали посетить аукцион».

Третий ярус был для важных персон, которых Галерея Пру хотела уважить лично.

Окна третьего яруса были сделаны из особого сплава. Например, присутствующие снаружи не могли увидеть ничего, что происходит внутри, но те, кто был в ложе третьего яруса, могли четко видеть все, что происходит снаружи. Этот сплав стекла был специально разработан и создан алхимиками и являлся чрезвычайно дорогим. Мало кто мог себе его позволить.

«Лорды Гильермо и Лампсон прибыли», - место, где находился директора Майя, позволяло легко увидеть внешний коридор и соответственно всех находящихся внизу.

Линлэй, Йель и даже король Клайд с энтузиазмом вместе пошли их поприветствовать. Когда кардиналы Сияющей Церкви поднялись на третий ярус, Линлэй и остальные отдали дань уважения. Линлэй уже встречал раньше Гильермо в Академии Эрнст, а кардинала Лампсона видел в первый раз… внешне он был довольно пухлым, а когда он смелся, его глаза забавным образом сужались, что выглядело очень мило.

«Линлэй. Верно?», - Лампсон оказался довольно открытой личностью, поэтому сразу же, как увидел Линлэй - поприветствовал его через объятия.

«Лорд Лампсон», - почтительно произнес Линлэй.

После чего все семеро – кардиналы Гильермо и Лампсон, директор Майя, Йель, Астони, король Клайд и Линлэй расселись по своим местам и начали наблюдать за зрелищем.

С места, где они находились, они легко могли видеть все, что происходило в кабинках второго яруса.

«Третий брат, взгляни», - Йель слегка толкнул локтем Линлэй и кивнул головой в одну сторону.

После чего, Линлэй направил свой взгляд в сторону, в которую указывал Йель. Пробегая глазами по присутствующим, чтобы понять, кого имел ввиду Йель, он вдруг заметил в одной из кабинок второго яруса сидящих бок о бок Калана и Алису. В данный момент, Алиса и Калан сидя рядышком друг с другом держались за руки и общались.

«Я не ожидал, что она придет», - обращаясь к Йель, тихо произнес Линлэй.

При этом он лишь спокойно улыбнулся.

«Линлэй, что обсуждаем?», - пухлый кардинал Лампсон хохоча обратился к Линлэй.

«Ничего такого», - со спокойным выражением лица Линлэй отрицательно покачал головой.

Гильермо хлопая Клайда по плечу произнес: «Клайд, я должен тебе сказать, что Ваше правление королевством Фенлай просто отменное. Тебе на самом деле удалось произвести на свет такого невероятно таланта как Линлэй. Пока он не показал “Пробуждение ото сна” на выставке, я действительно не имел понятия, что этот гений маг, к тому же и мастер-скульптор, достигший невероятных высот в каменной резке скульптур».

Йель, Линлэй, Клайда, Гильермо, Лампсон и директор Майя продолжали оживленно общаться, иногда поглядывая, что происходит внизу.

Через какое-то время все места первого яруса уже были целиком заполнены.

На главном подиуме стояла скульптура “Пробуждение ото сна”, покрытая куском тонкой шелковой ткани. По бокам от скульптуры стояли две красивые женщины-помощницы, а в центре между ними, перед скульптурой на небольшой платформе, стоял и улыбался джентльмен с золотистыми волосами. Оглядывая всех присутствующих, он четким, звонким голосом произнес: «Дамы и господа, я хотел бы поприветствовать всех собравшихся, на этом аукционе по продаже скульптуры Мастера Линлэй - “Пробуждение ото сна”».

Этот мужчина был примерно средних лет. Он вел себя крайне неторопливо и спокойно. После небольшой паузы, он продолжил: «Каждый гость, пришедший на аукцион, безусловно имеет большую репутацию. В частности, нашу галерею посетили такие важные гости, как лорд-кардинал Гильермо…». Озвучив это, мужчина средних лет вежливо поклонился в сторону третьего яруса.

Мгновенно, все присутствующие на первом и втором ярусе встали и начали аплодировать.

«Также, нас посетил лорд-кардинал Лампсон», - раздался очередной раунд энергичных аплодисментов.

«Его Величество, правитель нашего королевства Фенлай - Клайд».

«Кроме того, сегодня здесь присутствует также гений маг и гениальный скульптор, Мастер Линлэй!».

Этот мужчина выдавал одно имя за другим и каждый раз зал наполнялся бурными овациями и аплодисментами. Для всех присутствующих дворян, кардиналы Сияющей Церкви, правитель королевства и самый гениальный маг всего континента Юлан, безусловно были личностями, достойным восхищения.

«Мастер Линлэй?».

Находясь в кабинке, Алиса невольно бросила свой взгляд на третий ярус, но все что она смогла увидеть - это черное матовое стекло.

Но на третьем ярусе.

Линлэй мог четко рассмотреть Алису... и ее немного потерянное выражение лица и взгляд.

Том 5, глава 15 – Заоблачная цена

Стоя в центре платформы, мужчина средних лет с золотистого цвета волосами рассказывал информацию о ценах за другие десять шедевров: «Говоря о десяти шедеврах, то самой низкой ценой, за которую была продана скульптура, является 5 280 000 золотых монет, в то время как самой дорого скульптурой, недавно проданной в одном из филиалов Галереи Пру за 13 000 000, является “Кровавоглазый Гривистый Лев”!».

Почти все дворяне и богатые купцы затаили дыхание.

Такие цены для них были откровенно говоря ужасающими.

«Материалы для скульптуры, из которых был вырезан “Кровавоглазый Гривистый Лев”, фактически были взяты у самого магического зверя Святого уровня - Кровавоглазого Гривистого Льва, после чего Великий Мастер-скульптор Гувер вырезал скульптуру более ста тысяч лет назад. За последние семь тысяч лет, наш континент Юлан смог произвести только две скульптуры уровня Великого Мастера-скульптора… и эти работы были созданы Мастером Пру и Мастером Хоуп Дженсен. Каждый из них достиг уровня Великого Мастера-скульптора».

Золотистоволосый мужчина внезапно засмеялся.

«Но давайте, не будем сейчас обсуждать работы Великих Мастеров-скульпторов прошлого… а обсудим мастеров настоящего… подавляющее большинство человек, удостоенных звания мастера, были одарены этой чести только после того, как прожили более века. В лучшем случае, звания мастер удостаивались мастера, в возрасте семидесяти-восьмидесяти лет. Мог ли кто подумать, что когда-нибудь кто-нибудь станет мастером в возрасте до тридцати лет?».

Золотистоволосый мужчина окинул взглядом аудиторию: «В прошлом, определенно нет. Но сейчас? Это произошло!».

«Произошло невероятное, появился семнадцатилетний гений! Мастер Линлэй! В свои семнадцать лет, он, будучи магом двойного элемента, достиг уровня седьмого ранга. Семнадцатилетний маг двойного элемента седьмого ранга! За всю историю континента Юлан, в области развития магии он с гордостью занял место гения номер два. Но его достижения в области резки скульптур, несмотря на то, что ему только семнадцать лет, уже хорошо известны здесь всем и каждому».

Говоря это, золотистоволосый мужчина повернулся боком к скульптуре “Пробуждение ото сна”, показывая ладонью в ее сторону.

В тот же момент, две женщины-помощницы шагнули вперед и сняли ткань, закрывающую скульптуру “Пробуждение ото сна”.

«Это та скульптура, которую собственноручно создал Мастер Линлэй. Исходя из предоставленных данных Линлэй и наших собственных исследований, эта скульптура была завершена в декабре прошлого года, в дни этой ужасной и огромной снежной бури. Другими словами, она была создана, когда Линлэй было еще шестнадцать лет, - золотистоволосый мужчина улыбаясь смаковал каждое слово. - В то время, мне было действительно интересно, почему эта метель была такой неестественно суровой и затяжной. Но теперь, вспоминая то время, я начинаю думать, что это было связано с надвигающимся рождением гениальной скульптуры Мастера Линлэй - “Пробуждение ото сна”».

Мгновенно, все дворяне и прочие магнаты начали смеяться.

«Ладно, думаю достаточно этих разговоров, - указывая на скульптуру “Пробуждение ото сна”, мужчина с волосами золотистого цвета, продолжил. - Эта скульптура без сомнений достигла уровня Великого Мастера-скульптора. Но что еще более важно, она невероятно огромна. Я могу даже сказать, что разрежь я ее на пять частей и будет вполне честно продать каждую по отдельности».

Богатые дворяне уже неистово заливались смехом и бурно болтали друг с другом.

«Разумеется, я просто пошутил. Каждый из образов, высеченных на этой скульптуре, имеет свою собственную ауру и шарм. Но вместе взятые они образуют чудесную, искреннюю и чистую историю юной любви. Я думаю, многие ценители искусства каменной резки скульптур, которые сегодня здесь присутствуют… смогли ощутить печальный, но в то же время прекрасный любовный роман, что оказался вдохновением для этой скульптуры».

Золотистоволосый мужчина: «Каждая из этих пяти фигур была вырезана на уровне Великого Мастера-скульптора. Если сложить их вместе, они передают уникальные, особые чувства. Я даже не могу приблизительно сказать, какова истинная цена за эту скульптуру».

«Шестнадцать лет! Когда Линлэй закончил эту скульптуру, ему было всего шестнадцать лет!», - голос говорившего мужчины начал нарастать. – За всю мою прожитую жизнь, я никогда не был так растерян, как сейчас, что порой даже не могу подобрать нужных слов… как например сейчас, чтобы выразить те эмоции… и то восхищение… которое я испытываю перед Мастером Линлэй. Он... истинный гений!».

После сказанного, наступил еще больший переполох среди присутствующей знати.

Для шестнадцатилетнего ребенка создать такую скульптуру было ни чем иным, как проявлением истинного чуда.

И лишь в кабинке клана Дебс все молча сидели.

«Этот отвратительный ублюдок», - Калан был переполнен гневом и ненавистью к мужчине, что представлял эту скульптуру. После этой маленькой речи, он был уверен, что цена за скульптуру станет еще более большой.

«Я не могу себе представить, каких достижений в ближайшем будущем добьется Мастер Линлэй. И именно поэтому, эта скульптура! Первая скульптура Мастера Линлэй, является еще более ценной! Увы... к моему сожалению, я не обладаю достаточной суммой денег… в противном случае, даже если бы мне пришлось продать все имущество моей семьи, я бы точно купил эту скульптуру, - золотистоволосый мужчина продолжал артистично говорить. - Ладно, давайте все же начнем аукцион! Стартовая цена будет на уровне 1 000 000 золотых. Я верю, что никто не будет возражать, верно?».

Миллион золотых монет!

Это была отправная точка для начала аукциона!

Многих из менее знатных и богатых дворян словно обдало холодной водой, остудив их пыл и фантазии о шансе заполучить эту скульптуру. Если они являются не членами чрезвычайно богатых и могущественных кланов, то им не стоит даже думать о попытке побороться за эту скульптуру – “Пробуждение ото сна”.

«Каждое следующее повышение цены должно быть размером минимум в 100 000 золотых монет от предыдущей цены, - добавил мужчина. - Отлично. Аукцион по продаже скульптуры Мастера Линлэй – “Пробуждение ото сна” с текущего момента считается официально начавшимся!».

Сразу же, весь аукционный зал притих.

«1 500 000!», - дворянин, сидящий в нижнем ярусе, сделал свою ставку.

Сейчас, Линлэй с любопытством наблюдал за торгами с третьего яруса. А из его одежды торчала маленькая головка Бебе, которая с не меньшим любопытством наблюдала за всем происходящим.

«Босс, как продашь эту скульптуру, впредь, корми меня целой жареной курицей и жареной уткой, при чем, давая запивать все это вином!», - раздался задорный голос Бебе.

«Нет проблем», - Линлэй довольно погладил Бебе по головке.

За все проведенное время вместе, Бебе стал ему как родной брат.

«Отлично! В будущем, моя жизнь обещает быть сладкой», - Бебе был невероятно взволнован, а в его глазах играл огонек.

Вытянув шею, он наклонился, чтобы посмотреть вниз: «Ничего себе. Цена уже два миллиона золотых. Выше! Давайте еще выше!». Бебе постоянно нашептывал, словно какое-то заклинание. Глядя на этот спектакль с участием Бебе, Линлэй невольно рассмеялся.

Король Клайд тепло похлопал Линлэй по спине: «Линлэй, позволь мне сделать все немного интереснее!».

«Астони, пять миллионов золотых монет!», - обращаясь к Астони, произнес Клайд.

Астони подошел к платформе, с которой снаружи остальные могли услышать: «Его Величество Клайд сделал ставку в пять миллионов золотых монет!».

«Спасибо, Ваше Величество», - сразу произнес Линлэй.

«Ха-ха, да не беспокойся ты так, - Клайд положил руку на плечо Линлэй словно они давние друзья. - Линлэй, независимо от того, решишь ты присоединиться к моему королевству или нет… абсолютно нет причин поддерживать этот нелепый этикет связки правитель-подданный». Клайд говорил очень небрежно и свободно.

После сказанного, Линлэй начинал себя чувствовать более расположенным к Клайду.

Он действительно невероятно харизматичный лидер.

«Ваше Величество, пожалуйста, простите меня, но я все еще не проконсультироваться с моим отцом. Такое решение я должен принимать только после того, как поставлю в известность мою семью. Хотя я могу абсолютно точно сказать, если не произойдет ничего из ряда вон выходящее, то я намерен остаться в королевстве Фенлай», - улыбаясь, произнес Линлэй.

«Да, ты определенно должен обсудить это со своим отцом, - затем Клайд слегка нахмурился. - Но Линлэй, я должен тебе сказать, что исходя из моих сведений, твой отец покинул городок Вушан и пропал в неизвестном направлении. Я попытался его разыскать, но так и не смог понять, куда он ушел. Все выглядит так… словно он провалился сквозь землю».

Как только слава Линлэй загремела, Клайд отправил своих людей, чтобы встретиться с семьей Линлэй и попытаться склонить их на свою сторону. Таков был план…

Но Хогга уже не было в городке Вушан.

«Моего отца нету в Вушан?, - Линлэй слегка насторожился, но потом рассмеялся. - Может быть он ушел куда-то на некоторое время. Отец не всегда постоянно находится в Вушан».

«Возможно», - Клайд не стал развивать эту тему.

Хогг действительно должен был хорошо спрятаться. В противном случае, если правитель королевства хотел его найти и не смог… как такое могло произойти?

...

В частной кабинке второго яруса.

«Пять миллионов золотых монет?! ДЕ**МО СО***ЬЕ!», - Калан проклинал все, на чем свет стоит.

Бернард, лидер клана Дебс, был мрачнее грозовой тучи. Затем он тихим голосом произнес: «Калан, ты должен знать, в каком сейчас положении находится наш клан… в данный момент, будущее нашего клана очень туманно. Мы не может позволить себе потратить слишком много. Посоветовавшись со всеми старейшинами, наш предел это 8 000 000 золотых монет».

Калан кивнул.

Калан хорошо понимал, что все сбережения и все имущество его клана не превышало ста миллионов золотых монет, а большая часть их капитала сейчас пребывала в неликвидном состоянии. Что касается ликвидных активов, то в лучшем случае, сейчас с них соберется не более двадцати миллионов золотых монет. Клан Дебс не мог спустить все свои запасы на одну скульптуру.

Со стороны его отца и всего клана Дебс было очень любезно не заставлять их расставаться.

«5 300 000 золота!», - кто-то из второго яруса сделал свою ставку.

Золотистоволосый мужчина средних лет начал расплываться в улыбке: «5 300 000 золотых монет! Предыдущая самая низкая цена одного из проданных шедевров, была 5 280 000 золотых монет, но, кажется теперь, список десяти шедевров немного изменится! Сейчас, я могу официально заявить, что скульптура “Пробуждение ото сна” вступила в ряды одного из десяти шедевров!».