6. Шантаж

В последний момент она узнала Актера, успела испугаться и назвать по имени. Актер вырубил ее ударом в челюсть, а потом задушил подушкой. Когда встал с кровати, ноги слегка подрагивали, чего не было уже очень давно. Разве что в самый первый раз, много лет назад. Та, первая Работа, хоть и осталась в памяти, но воспринималась как сцена из фильма, увиденного когда-то в кино. И никогда не снилась. А Инну он видел теперь каждую ночь. Пришла она и сейчас, под утро. Актер проснулся в холодном поту и долго лежал, сжав кулаки.

«Суки», – подумал он неизвестно о ком, и в этот момент зазвонил телефон.

Прежде чем ответить, Актер нашарил под кроватью будильник. Четверть шестого утра. В такое время с хорошими новостями не звонят. И крайне редко ошибаются номером. Не отвечать? А что это изменит?

Он снял трубку, и голос, несмотря на все усилия, дрогнул:

– Слушаю.

На другом конце провода не спешили. Выдержали паузу, которую нарушил грохот пустого утреннего трамвая, – очевидно, звонили из автомата.

– Актер?

Это был удар ниже пояса. Прозвище не должен был знать никто. Даже посредник Паша его не называл.

– Доброе утро, Актер.

Отказываться было глупо. Но и спешить не стоило. Актер молчал.

– Трое суток назад ты славно потрудился. Позавчера утром плоды твоего труда были найдены. Ты знаешь об этом. Перед дверью тебе оставлена посылка. Посмотри, там есть любопытные кадры. Через двадцать минут я перезвоню, и мы закончим разговор. Алло, ты меня слышишь?

Актер положил трубку. Вскочил, натянул спортивные брюки, проверил входную дверь и встал у кухонного окна. Пока взгляд ощупывал каждый миллиметр дворовой площадки, каждую машину, каждое окно в доме напротив, мозг анализировал разговор. Аноним воспользовался таксофоном или сотовым телефоном, изменил голос и назвал прозвище, которое на всей земле было известно лишь двоим. Но звонивший не был связан с Л.

Неужели Л. его предал? Заставил исполнить Работу и предал?

Нет. Люди такого уровня, как Л., никогда не предают исполнителей уровня Актера. Они их продают. Хладнокровно, взвешенно продают, когда возникает необходимость. Продают, несмотря на прошлые заслуги и обещания.

Той половинке Актера, которая не была лишена лирики, стало грустно. Зато вторая заставила взять себя в руки.

Перед дверью лежала видеокассета в черной картонной коробке.

Если бы его хотели убить, то не стали бы устраивать чехарду с телефонными звонками и адскими машинами, просто шлепнули бы из снайперки на выходе из подъезда или, в лучших российских традициях, загасили бы в самом подъезде из «тэтэшек».

Актер открыл дверь и взял кассету.

Ничего не случилось.

Устроившись на диване с «лентяйкой» в руке, Актер включил воспроизведение. Подал голос телефон, но Актер не стал отвечать.

Снимали двумя камерами. С руки – из дома напротив локтионовского, скорее всего, с того же места, откуда и он сам вел наблюдение, и стационарной, закрепленной под потолком в коридоре квартиры Инны. В углу кадра высвечивались дата и время. Не выкрутишься, хотя сцена убийства на пленку и не попала. С учетом показаний Казарина – Актер предполагал, что тот наболтал в ментовке, – за глаза хватит. А если, привлеченные профессионализмом исполнения, начнут в его прошлом копаться…

Ради Карины и сына он сделает все что угодно. Справится, чего бы это ни стоило. Расчистит дорогу к счастью.

Звонок последовал вскоре после того, как Актер дважды прокрутил пленку и все обдумал.

– Ты посмотрел запись?

– Да.

– По-твоему, она стоит денег? Правильно, я тоже так считаю.

– Это не телефонный разговор. Нам надо встретиться.

– За лоха меня принимаешь? Никаких встреч не будет. Ни встреч, ни торгов. Бабки у тебя есть. Я возьму половину. Пятьдесят тысяч. Сам понимаешь, в какой валюте. До вечера ты их должен собрать. Я перезвоню. Не успеешь или начнешь быковать – кассета отправится в милицию.

– Какие гарантии?

– Здравый смысл. Я понимаю, что, если попытаюсь наехать на тебя еще раз, ты можешь очень сильно взбрыкнуть. Поверь, мне не хочется с тобой ссориться. Но в этот раз ты прокололся и должен заплатить. Вполне справедливое требование. А сдавать тебя после того, как ты мне заплатишь, – зачем? Я что, похож на борца за мировую справедливость?

– Хорошо. Я проиграл, ты прав. Вечером я буду ждать звонка.

– Не пытайся меня обмануть, – каким бы профессионалом ни считал себя вымогатель, но в голосе его прозвучало облегчение. – Собирай деньги.

«Я тебе найду деньги, – мысленно сказал Актер, откусывая с ногтя и сплевывая заусенец. – И деньги, и тебя, падла, найду. Никуда ты от меня не денешься. Когда мы встретимся, ты пожалеешь, что твоя мама в свое время аборт не сделала».

Актер подумал, что вымогатель находится где-то рядом. Никто не станет подбрасывать под дверь кассету и лететь на другой конец города к таксофону. Разве что работала группа, в которой у каждого – своя маленькая роль. Но интуиция говорила Актеру, что это не так. Вымогатель действовал один. Надо было ему сказать, что не получил посылку. Мало ли кто мог прихватить кассету, проходя мимо квартиры по своей надобности. Интересно, как бы аноним отреагировал на такой поворот событий?

У Актера было больше ста тысяч наличкой, подготовленные к тому времени, когда они с Кариной покинут город и начнут новую жизнь. Банкам Актер не доверял, деньги хранились в тайнике, расположенном в таком месте, чтобы по дороге можно было многократно провериться и срубить любую «наружку».

В обеденный перерыв, уйдя с работы пораньше, он так и поступил. «Хвоста» не было, к тайнику никто не прикасался. Взяв нужную сумму. Актер уже в машине переписал номера некоторых банкнот. Перерыв заканчивался, но он знал, что начальник не станет придираться, и спокойно перекусил в «Макдональдсе», демонстрируя прекрасный аппетит и безмятежное расположение духа.

Так всегда бывало в периоды максимального напряжения. Никто из сторонних наблюдателей не смог бы заметить, что творится на душе у Актера. Поедая гамбургер, он размышлял о том, как найдет вымогателя и вернет себе деньги в двукратном размере.

После работы он приехал домой, принял ванну и стал ждать звонка, коротая время за просмотром боевика.

Враг напомнил о себе только в половине двенадцатого.

– Как настроение?

– Соответствует.

– Бабки собрал?

– Да.

– Тогда все очень просто. Прыгаешь в тачку и летишь на Северное шоссе. Через двадцать минут ты должен быть у поворота на седьмом километре. Проезжаешь поворот, через сто метров – площадка для отдыха. Оставляешь там машину и пешком идешь по шоссе еще метров двести, пока не увидишь телефонную будку. Направо от этой будки, в кустах, лежит труба. Большая. Она там одна, так что не перепутаешь. Кладешь деньги в трубу, еще час сидишь в своей машине, а потом спокойненько убираешься домой и забываешь про меня.

– А кассета?

– Поэтому мне и нужен час. Я должен пересчитать деньги, убедиться в их подлинности и забросить кассету тебе домой.

– Опять положишь на коврик? А ты не подумал, что утром ее мог кто-нибудь, в наши игры не посвященный, прикарманить?

– Ничего же не случилось. Хорошо, я положу ее в твой почтовый ящик, обернув какой-нибудь рекламной газетенкой. Ключ от ящика у меня есть. Такой вариант тебя устроит?

– Но у тебя останется копия…

– В качестве страхового полиса. Уверяю, я никогда ею не воспользуюсь, а через некоторое время уничтожу. Если, конечно, с твоей стороны все будет тихо. Ладно, много болтаем. Двигай. Учти: за тобой все время будет наблюдать мой помощник. При малейшем подозрении сделка расторгается, и менты получают подарок.

– Я все понимаю, товарищ.

Некоторое время позади, в отдалении, держалась светлая «пятерка», но на выезде из города отстала, и, сколько ни приглядывался, Актер ничего подозрительного больше не видел. Или вымогатель блефовал насчет своего помощника, или следил за Актером профессионал экстра-класса, во что не верилось.

На площадке для отдыха стояли микроавтобус – вроде бы пустой – и магистральный тягач, водитель которого лакомился ватрушкой. Актер запер свою машину и пошел по шоссе, уверенный, что закладка денег пройдет без эксцессов, а вот дальше возможны варианты и, как бы то ни было, кассеты ему не видать.

Раскуроченный таксофон оказался дальше, чем было обещано, а трубу в кустах вообще пришлось поискать. Актер положил пакет с деньгами, постоял, прислушиваясь к звукам ночного леса, и пошел обратно. По трассе пронесся тягач, ранее стоявший на площадке; водитель гнал так, будто его сильно напугали.

Площадка освещалась единственным фона-рем. Найдя подходящий камень, Актер разбил лампочку, после чего переставил машину ближе к трассе и стал ждать. Он рассчитывал, что у него в запасе около получаса – и не ошибся. На тридцать пятой минуте за деревьями с левой стороны появился человек в надвинутой на глаза кепке. Не дожидаясь дальнейшего. Актер отпустил сцепление, и машина прыгнула к шоссе. Вслед прозвучал выстрел…

Круг замкнулся. Теперь Актер знал, кто является вымогателем и где он живет. Туда Актер и направлялся.

Загрузка...