Место действия деревенских глав ЕО Набоков помещает, если строго следовать его указаниям, на территорию Тверской области, невдалеке от границ ее с Псковской и Смоленской, буквально туда, согласно с указанным пересечением координат, где река Велеса впадает в Западную Двину. Однако, если расстояние до этого места в милях от Москвы и Михайловского указано правильно, то от Петербурга оно значительно больше — примерно 400 миль (в комментарии к XXXV строфе седьмой главы Набоков правильно называет именно эту цифру; см. также наше примечание 8).
У Пушкина в XLIII строфе четвертой главы упомянут Вальтер Скотт: «Читай: вот Прадт, вот W. Scott». Набоков же пишет о романе «Уэверли», первом романе В. Скотта, который появился в 1814 г. анонимно и в дальнейшем до 1827 г. другие романы выходили как сочинения автора «Уэверли». Первый русский перевод этого романа появился только в 1827 г. Хотя некоторые из романов В. Скотта и были ко времени создания четвертой главы переведены на русский язык («Легенды о Монтрозе» в 1822–1824 гг., «Пуритане», «Гай Мэннеринг» в 1824 г. и др.), но читать их предпочитали все-таки во французских переводах. Весь цикл этих романов принято называть по названию первого романа — «Уэверли».
Поскольку Ольга вышла замуж за улана, то есть кавалерийского офицера, то им не мог быть ротный командир из гл. 5, XXVIII, так как рота — это воинское подразделение в пехоте, в кавалерии ему соответствует эскадрон.
Г. Р. Державин «благословил» Пушкина в 1815 г., в 1816-м он уже скончался, в 1817-м же Пушкин окончил Лицей.
Явно споря с Набоковым, но не называя его, Ю. М. Лотман во «Введении» к своему комментарию пишет: «Март 1825 г. — конец романа» и продолжает: «XXXIX строфа восьмой главы рисует мартовский пейзаж Петербурга». После этого он отсылает читателя к собственно комментарию слов «На синих, иссеченных льдах»: «Зимой на Неве заготовляли большие кубы льда для ледников. С наступлением мартовских оттепелей их развозили на санях покупателям» (Лотман Ю. М. Роман А. С. Пушкина «Евгений Онегин», Комментарий. Л., 1983. С. 23, 368). Набоков как коренной петербуржец помнил, что таяние и развоз льда происходили и позднее, то есть в апреле, когда родился Набоков и имел особенное пристрастие к этому месяцу года.
Ирландец по матери (О'Рейли) — Набоков не просто сообщает читателю факт ирландского происхождения Вяземского по материнской линии, но связывает с этим происхождением источник его острословия — черты, традиционно отличающей ирландцев с их родовым кельтским богатством воображения и юмором.
О ветке увядшего гелиотропа, лежащей у него на письменном столе в память об Анне Петровне Керн, Пушкин пишет в письме Анне Николаевне Вульф 21 июля 1825 г.
Одна английская сухопутная миля, употребляемая и в США, равна 1,609 км. Расстояние в 250 миль (или 402,250 км) от Петербурга можно было преодолеть за день-другой, как это делал Пушкин, но за тот же срок покрыть расстояние в 400 миль (или 643,6 км) было невозможно. Потому, как бы Набокову ни хотелось поместить место действия деревенских глав ЕО на параллель американского Петербурга, расчет, к которому писатель прибегает, этому противоречит. (В США существует двенадцать городов в разных штатах с названием Петербург. Координаты Петербурга на Аляске — 56,49 N; 132,58 W.) Ср. собственный комментарий Набокова к черновому варианту стиха 12 той же первой главы («Но проскакав поболе суток…»): «На почтовых лошадях расстояние в двести с небольшим миль действительно можно было проехать за сутки».
Савой (Саввой) называли по-семейному двоюродного деда Пушкина Исаака Абрамовича Ганнибала в память Саввы Лукича Владиславича-Рагузинского, привезшего в Россию Абрама Петровича Ганнибала. Памятна была Пушкину и соседняя с Михайловским любимая им Савкина горка.
Имеются в виду французские переводчики и подражатели итальянских поэтов Торквато Тассо, автора поэмы «Освобожденный Иерусалим», и Лудовико Ариосто, автора поэмы «Неистовый Роланд».
Так впервые в комментарии Набокова всплывает имя первого советского комментатора ЕО, которого вполне заслуженно отсюда и впредь он подвергает жестокой критике. Набоков пользовался следующим изданием: Бродский Н. Л. «Евгений Онегин». Роман А. С. Пушкина. Пособие для учителя. М., 1950 (первое издание — 1932). Набоков отвергает конъюнктурное толкование слова «педант» у Бродского, но безусловно никакой типографской ошибки в этом стихе нет. Во всех окончательных вариантах последовательно читается именно «но», что как раз и соответствует толкованию слова «педант», которое дает Набоков: человек, выставляющий напоказ свою ученость. Таким Онегин представляется в глазах света, уровень образованности которого тем самым подвергается иронической оценке по сравнению с поверхностной ученостью юного Евгения. Неслучайно в первом черновом варианте читаем:
На зло суду Зоилов строгих —
Конечно не был он педант…
Набоков отсылает к роману Флобера «Госпожа Бовари», где под espri-fort подразумеваются самоуверенный пошляк г-н Родон, возлюбленный Эммы Бовари, ее убогий супруг лекарь Бовари и аптекарь Оме — воплощение воинствующего мещанства.
Последовательное обличение Набоковым пошлости во всех ее проявлениях включает на этот раз в свою орбиту самодовольного и педантичного пресвиторианского судью сэра Гудибраса, героя одноименной поэмы английского поэта Сэмюэла Батлера (1612–1680).
Имеется в виду Феокрит, Идиллия V: «Комат и Лакон».
Бион Смирнский — греческий поэт II в. до н. э., чьи буколики дошли до нас под именем Феокрита.
Набоков употребляет турецкое название Аккерман (1484–1918 и 1940–1944) и румынское Четатя Алба (1918–1940) нынешнего г. Белгород-Днестровского.
Говоря о 16-строчном стихотворении «К Каверину» («Забудь, любезный мой Каверин…») Набоков имеет в виду переработанную его редакцию 1828 г., напечатанную Пушкиным впервые в «Московском вестнике» (1828, ч. XI, № 17. С. 4–5) под заглавием «К К. 1817». П. П. Каверин получил от Пушкина первую редакцию стихотворения в 31 строку (автограф не сохранился, но был фототипически воспроизведен в книге Ю. Н. Щербачева «Приятели Пушкина М. А. Щербинин и П. П. Каверин» (М., 1913). Она была впервые опубликована без ведома Пушкина М. А. Бестужевым-Рюминым в альманахе «Северная звезда, 1829» (СПб., 1829. С. 295–296).
Набоков вольно цитирует статью Ф. В. Булгарина «Литературные новости», где говорится о «нескольких стихах из „Онегина“, которые завезены сюда в уме и продиктованы наизусть» (Литературные листки. 1824. № IV. С. 148).
Граф В. В. Шереметев был ранен на дуэли с Завадовским не в грудь, а в живот, Каверин же якобы произнес: «Вот те, Вася, и репка».
Помимо четырех претенденток-«прототипов», разбираемых Набоковым, таковыми почитались и отвергались в разное время еще несколько: Е. П. Бакунина (ее кандидатуру напрочь отверг Ю. Н. Тынянов), Е. А. Карамзина, М. А. Голицына (внучка А, В. Суворова), Каролина Собаньская (эта версия, выдвинутая в 1977 г. М. И. Яшиным, Набоковым никак учтена быть не могла), С. С, Потоцкая-Киселева, Амалия Ризнич, Калипсо Полихрони.
В отношении года рождения M. Н. Волконской существуют три версии: 1805 (на основании ее собственноручных «Записок», свидетельства ее внука и стихов князя А. И. Одоевского «Княгине M. Н. Волконской, В день ее рождения»), 1806 (на основании «Записок» сына, князя М. С. Волконского, и приведенного Набоковым указания А. Веневитинова), 1807 — наименее вероятный (Модзалевский Б. Л. Архив Раевских. СПб., 1908, Т, 1. С. 43). Набоков останавливается на дате, названной сыном княгини. Умерла Волконская 10 августа 1863 г. по ст. ст.
Набоков в характерной для него манере многоязычной семантической игры объясняет путаницу в «именовании» Венеры Екатериной созвучностью инвариантных имен и сходством различных транслитераций, «Kitti R., — тезка звезды Kytena», — замечает Набоков. «Екатерина» в переводе с греческого «всегда чистая»; в повседневном наименовании Катерина — производное от греческого Катарос — «чистый». По ср. — греч. (византийски) «Катарос» читается как «Кафарос», то есть оказывается созвучным с Киферой (Цитерией, Цитерой) — одним из прозваний Афродиты, Венеры, Киприды (Киприс) от названий островов Кифера (Цитера) и Кипр — центров культа богини, рожденной из морской пены. Комизм этой путаницы заключается в том, что юная дева Екатерина, то есть чистая (беспорочная), уподобляет себя Венере — богине чувственной любви.
В настоящее время эта тетрадь хранится в рукописном отделе Института русской литературы РАН (Пушкинский Дом) в Петербурге под новым шифром ПД 832.
Братья Александр и Кирилл Николаевичи Зубовы были выпущены из Муравьевского училища колонновожатых 21 января 1823 г. и только тогда были откомандированы в Бессарабию, где у одного из них и состоялась дуэль с Пушкиным предположительно летом (май — июнь) 1823 г. (см.: Летопись жизни и творчества А. С, Пушкина. 1799–1826. Сост. М. А. Цявловский. 2-е изд. Л., 1991. С. 236, 348, 668). Источником сведений об этой дуэли являются воспоминания И, П. Липранди, в которых год, когда она состоялась, не назван. Эти воспоминания были, несомненно, знакомы Набокову, а сведения о времени окончания братьями Зубовыми училища и затем приезда в Кишинев известны не были.
Точнее — Пушкин уехал из Одессы в Михайловское утром 1 августа 1824 г., о чем пишет княгиня В. Ф. Вяземская мужу в тот же день: «Приходится начать с того, что меня занимает сейчас более всего, — со ссылки и отъезда Пушкина, которого я только что проводила…» (см.: Цявловская Т. Г. «Храни меня, мой талисман…» // Прометей. М., 1975. Т. 10. С. 30). Это уточнение, не меняющее, впрочем, сути дела, Набокову не могло быть известно.
Современные текстологические исследования доказали правоту рассуждений Набокова, которому рукописи доступны не были. С. А. Фомичев, исследовавший тетрадь ПД 835 (ранее ЛБ 2370), датирует строфу «Я помню море пред грозою…», писавшуюся первоначально для третьей главы романа, а затем перенесенную в первую, промежутком между 22 мая и 2 июня 1824 г. (см.: Фомичев С. А. Рабочая тетрадь Пушкина ПД № 835 (из текстологических наблюдений). // Пушкин: Исследования и материалы. Л., 1983. Т. 11. С. 39).
Толстой Я. Н. Мое праздное время, или Собрание некоторых стихотворений. СПб., 1825. С. 47–48.
Остафьевский архив князей Вяземских. СПб., 1899. Т. 1. С. 326.
Рукою Пушкина. М.; Л., 1936. С. 90.
В статье «Байрон» (Пушкин А. С. Полн. собр. соч.: В 16 т. М.; Л., 1937. Т. 11. С. 276. Далее — ПСС.)
Рукою Пушкина. С. 101.
Письма H. М. Карамзина к И. И. Дмитриеву. СПб., 1866. С. 239.
Набоков имеет в виду стихотворение В. Ходасевича «Брента», завершенное 17 мая 1923 г. и вошедшее в сборник «Путем зерна». Стихотворению предпослан эпиграф из ЕО:
Адриатические волны! О, Брента!
Стихотворение открывается стихами:
Брента, рыжая речонка!
Сколько раз тебя воспели,
Сколько раз к тебе летели
Вдохновенные мечты —
Лишь за то, что имя звонко,
Брента, рыжая речонка,
Лживый образ красоты.
В приведенной хронологии допущены некоторые неточности.
Пушкин не бывал в тверских имениях Вульфов в 1827 г., но заезжал на два дня (20–22 августа) в 1833 г.
Этим комментарием Набоков противоречит собственному комментарию к строфе I, где расстояние от Петербурга до ларинской деревни указано в 250 миль, но вместе с тем сказано, что она расположена в 150 милях на юго-восток от Михайловского; 285 миль равны 458,565 км, в то время как Михайловское расположено в 400 км от Петербурга, Расстояние до ближайшего города Новоржева от Михайловского составляет всего 20 миль.
Остафьевский архив князей Вяземских. Т. 3. С. 114.
Языковский архив. СПб., 1913. Вып. 1. С. 176.
Языковский архив. СПб., 1913. Вып. 1. С. 187.
Стремление Набокова восполнить первый стих элегии (само по себе не относящееся к Комментарию романа) не имеет оснований в сохранившихся ее автографах, которые Набокову были недоступны. Поскольку стихотворение не было напечатано при жизни Пушкина, то его позднейшие публикаторы по-своему решали ту же задачу: В. А. Жуковский в 1837 г. дал название «Отрывок» и произвольно изменил первый стих: «Опять на родине! Я посетил…»; П. В. Анненков в 1855-м слова «Опять на родине» вынес в заголовок, восстановив первый стих.
Пушкин мог иметь в виду еще один календарь, издававшийся ежегодно с 1765 г., с 1802 г. именовавшийся «Месяцослов». В 1808 г. именовался «Месяцослов с росписью чиновных особ, или Общий штат Российской империи на лето 1808-е от Рождества Христова». Он содержал списки чинов государственных и местных учреждений, святцы, астрономические сведения и расписание отправления почты из Москвы и Петербурга. Именно на этот календарь указывает Ю. М. Лотман в своем комментарии к ЕО, вовсе не упоминая два названных Набоковым, тем самым отвергая его мнение. Онегин мог увидеть в доме любой из этих трех календарей, но значительно интереснее ответить на вопрос, которым задался Набоков, то есть относительно года его издания. Если старый «Брюсов календарь» еще как-то мог пригодиться в качестве хозяйственного руководства, то пользование устаревшими двумя другими календарями было бессмысленно. «Календарь осьмого года» мог увидеть разве что сам поэт в Михайловском доме своего покойного деда, поселившись в нем впервые в 1817 г. Хотя нам известно, что Осип Абрамович Ганнибал умер в октябре 1806 г., Пушкин считал годом его смерти 1807-й, «в своей деревне, от следствий невоздержанной жизни». Календари выпускались заранее осенью предшествующего года, так что последний дедовский реальный календарь мог оставаться в доме «седьмого года», а «осьмого» только в представлении поэта, полагавшего, что дед его скончался в 1807 г.
Батюшков К. Н. Соч.: В 3 т. СПб., 1887. Т. 3. С. 533–534.
Уже после написания этой строфы с вариантами «школьник геттингенский» и «мечтатель геттингенский» Пушкин общается в Михайловском с дерптскими студентами Алексеем Вульфом и Николаем Языковым. От них он узнает, что в Дерпте филистером называют многоопытного, зрелого студента. До сих пор слово «филистляне» в Тартуском университете употребляется в том же смысле. Однако для Геттингена слово «филистер» означало только обывателя. Назвав юного Ленского филистером в значении «многоопытный», Пушкин иронизирует над принятием им и норм университетской жизни Геттингена, и поэтов из «Союза дубравы» («геттингенские барды» — И. Г. Фосс, Г. А. Бюргер, братья Ф.-Л. и X. Штольберги и др., а также их учитель Ф.-Г. Клопшток), чьи стихи, забывшись, и читает он Онегину. После упреков читателей и Булгарина Пушкин понимает, что локальное дерптское значение слова «филистер» ошибочно по отношению к Геттингену. Так появляется на свет окончательный вариант этого стиха. (Подробнее см.: Телетова Н. К. «Душой филистер геттингенский» // Пушкин: Исследования и материалы. Л., 1991. Т. 14. С. 205–213.)
Сюжет, о котором идет речь, изложил римский ученый и писатель Гай Юлий Гигин (ум. ок. 10 г.), вольноотпущенник императора Августа, глава Палатинской библиотеки. Шиллер значительно усложнил исторический сюжет о двух друзьях — Дамоне и Пифии. Дамон — философ-пифагореец времен Дионисия Сиракузского. Имя его друга Шиллером не названо. Просьба тирана Дионисия принять его третьим в союз верных друзей по версии Гигина отвергнута, в изложении Шиллера — прямого отпора не встречает. Ведущий мотив Шиллера, на который и обращает внимание Набоков, — это мотив дружбы, торжествующей перед лицом смерти.
Тынянов Ю. Н. Пушкин и Кюхельбекер // Лит. насл. 1934. Т. 16–18. С. 360–361.
Набоков не мог не знать, что Д. В. Веневитинов умер от простуды после бала, и тем не менее говорит, что он покончил с собой, основываясь на единодушном убеждении современников, что тот сам довел себя до ранней смерти. В предисловии, датированном 1827 г., к первому собранию стихотворений Веневитинова писалось: «Нет сомнения, что причиною преждевременной его смерти были частые, сильные потрясения пылкой, деятельной души его. Они расстроили его внутренний организм, и, наконец, сильная нервическая горячка пресекла в 8 дней юную жизнь его…»
Эфрос А. Рисунки поэта. М.; Л., «Academia», 1933.
Дмитриев И. И. «Надписи к портретам». «К портрету» M. Н. Муравьева (1803) // Дмитриев И. И. Соч. М., 1986. С. 230.
Набоков приводит контаминированный вариант черновика и белового варианта, равно не вошедших в окончательный текст. В беловом варианте читаем:
Он пел дубравы где встречал
Свой вечный, милый идеал.
Правильно так: в черновом варианте вместо «стихи и проза» читалось «заря и полночь», имелись вариации 5-го стиха — «огонь и лед, заря и ночь», а в беловых рукописях был еще один вариант — «заря и полдень». Сочетание «волна и камень» отсутствовало только в одном из черновых вариантов:
Они понравились друг другу
Огонь и лед, заря и ночь.
(ПД 834. л. 28).
У Пушкина — «Младой хазарский хан Ратмир». Хазары — тюркоязычный народ, появившийся в Восточной Европе после гуннского нашествия (IV в.), кочевавший по западноприкаспийской степи и образовавший Хазарский каганат, государство середины VII — начала X в. (территория Северного Кавказа, Приазовья и большей части Крыма, а также степи до Днепра), разгромленное в 964–965 гг. князем Святославом Игоревичем. Большинство хазар поселилось в Персии, часть которой до XVI в. составлял нынешний Афганистан. Монгольская династия Халагуидов правила в Персии в XIII — середине XIV в. Языком хазар, или хазарейцев, и ныне проживающих на территории Афганистана, стал персидский (фарси). Набоковское определение языка, на котором говорит Ратмир, с точки зрения времени действия поэмы (X в. — эпоха князя Владимира Святого) абсурдно, оно относимо к Ратмиру-хазару в качестве героя Пушкина и его современника начала XIX в., когда хазары жили в Афганистане, говорили по-персидски и имели в предках монголов.
Набоков, не видя рукописей, но разобравшись в принципах игры в фараон и карточной терминологии, оказался прав. В черновом варианте (ПД 834, л. 31), хотя и трудно читаемом вследствие того, что слова густо зачеркнуты, следует читать «sept et va» (буквально — «семь и ставка»), хотя артикль le и опущен Пушкиным. В беловом варианте следует читать, как и предположил Набоков, «quinze et le va» (буквально — «пятнадцать плюс ставка»), а не бессмысленное «quinze elle va» («пятнадцать она идет»).
Полные названия стихотворений: Пушкина — «К В., сочинителю „Сатиры на игроков“», Великопольского — «К Эрасту. Сатира на игроков» (М., 1828).
Пушкинистам давно известен рассказ Томаса Рейкса (Рэйкса) о знакомстве с Пушкиным, но личность хозяина дома, где оно произошло, удалось правильно установить только Набокову, пополнив тем самым еще одним именем круг пушкинских знакомых. В книге Л. А. Черейского «Пушкин и его окружение» (Л., 1988. С. 375) им предположительно назван барон Егор Федорович Розен. Ошибка эта возникла из-за неправильного прочтения фамилии в ее латинской транскрипции — Rehausen. Учитывая шведское происхождение этого нового знакомого Пушкина, его имя и фамилия по-русски должны писаться — барон Иоган Готхард фон Рехаусен.
Набоков оказывается прав, основываясь не только на своей интуиции, но и на всех известных вариантах этого стиха, записанного рукою Пушкина. В черновом варианте читаем: «Их своевольство, их порывы…» и зачеркнутое — «Их своевольные порывы…» (ПД 834, л. 33). В обоих беловых вариантах также читаем: «Их своевольство, их порывы…» Таким образом, Набоков, опять же не видя рукописей, отметил опечатку, переходящую из одного издания в другое вплоть до настоящего времени.
Набоков прав — при внимательном рассмотрении рукописи можно убедиться, что над зачеркивающей полосой видна самая верхняя часть буквы, не имеющей закругления, как у «e», а прямо начатой сверху вниз, хотя и без точки над ней, но точки нет и над несомненной «i» в начале слова.
Имеется в виду стихотворение «Дубравы, где в тиши свободы…» (ПСС. 1937. Т. 2 С. 63). Стихотворение относят к 1818 г.
Набоков прав — в черновике однозначно прочитывается слово «глазами», а не «очами».
В черновом варианте зачеркнуто «единовластно» и вписано «самодержавно». Последний вариант сохранен Пушкиным и в беловых рукописях. Указанные разночтения появляются только в печатных вариантах.
У Набокова год смерти Вельтмана указан другой — 1860-й.
В этой редакции стих «Своим пенатам возвращенный» следует под номером 129.
У Набокова ошибочно указана другая дата — 1792.
Речь идет об издании «Евгений Онегин. Роман в стихах сочинения Александра Пушкина с комментариями М. Л. Гофмана, С. М. Лифаря и Г. Л. Лозинского. Под редакцией М. Л. Гофмана. Юбилейное издание» (Париж, 1937). Набоков имеет в виду примечание Лозинского к строфе XXXVIII на с. 311, где процитировано первое предложение отсылки, приводимой Набоковым. «Туманной» определяет Набоков ссылку Лозинского, так как в ней не полностью назван источник. Набоков уточняет его название, дату прочтения и дополнительно делает наблюдение относительно перефразировки Пушкиным последнего предложения цитированного отрывка в стихе «Что ж мы такое!.. Боже мой…».
Фут (англ. foot — ступня) — мера длины, употреблявшаяся и в России до введения метрической системы. Русский и английский фут равен 30,479 см. Таким образом, высота Александрийского столпа — 121,916 м; Помпейской колонны — 29,869 м; Александровской — 25,602 м при общей высоте 38,099 м. Высоту монолита Набоков указывает правильно, а общая высота монумента с основанием и фигурой ангела — 47,5 м.
Автограф находится в тетради ПД 834 (бывшей 2369), л. 48 об.
Имеется в виду стихотворение «Христос Воскрес, питомец Феба…».
Имеется в виду стихотворение «К Пущину (4 мая)» («Любезный именинник…»).
Боденштедт (Bodenstedt) Фридрих (1819–1892) — немецкий писатель, переводчик, журналист, в 1840-е гг. живший в России.
Имеется в виду послание «К сестре».
Гофман Модест Людвигович (1887–1959) — историк литературы, пушкинист. С 1923 г. в эмиграции. Имеется в виду его книга: «Пушкин. Психология творчества (Вторая глава науки о Пушкине)». (Париж, 1928).
Полное название — «Матильда, или Крестовые походы».
Имеется в виду ода Шелли «Жаворонку» (1820).
Указанный Набоковым фрагмент действительно является началом поэмы, название которой дано Пушкиным не было, хотя его и издают иногда под названием «Агасфер». Не сохранилось и планов поэмы. Малевский в указанной записи сообщает (оригинал на польском: «19 февраля 1827… Пушкин. О своем „Juif errant“ [Странствующий еврей — фр.]. В хижине еврея умирает дитя. Среди плача человек говорит матери: „Не плачь. Не смерть ужасна. Я — скитающийся жид. Я видел Иисуса, несущего крест, и издевался“. При нем умирает стодвадцатилетний старец. Это на него произвело большее впечатление, чем падение Римской империи».
Имеется в виду пушкинский набросок рецензии «О трагедии В. Н. Олина „Корсар“», предназначавшейся для журнала «Московский вестник» и датируемой концом 1827 — началом 1828 г. Олин Валериан Николаевич (1788–1841) писатель, стихотворец, переводчик, издатель «Журнала древней и новой словесности» и других газет и альманахов. В пушкинской эпиграмме «Собрание насекомых» (1829) выведен, по словам Плетнева, под «мелкой букашкой» (см.: Переписка Я. К. Грота с П. А. Плетневым. СПб., 1896. Т. 3. С. 40).
Имя «Амалия» в беловой рукописи тщательно зачеркнуто, буквы предварительно переправлены, так что оно прочитано предположительно.
С Ариной Родионовной Пушкин мог видеться в Петербурге перед высылкой, так как она, по всей видимости, в ту пору находилась при родителях поэта, И. П. Липранди, вероятно, ее встречает в марте 1822 г. в их петербургском доме (см.: Из дневника и воспоминаний И. П. Липранди // Русский архив. 1866. № 10. С. 1483; Летопись жизни и творчества А. С. Пушкина. 1799–1826. 2-е изд., испр. и доп. Л., 1991. С. 302).
Представляется сомнительным, чтобы Пушкин трижды пропустил опечатку. Сохранилось воспоминание, что поэт сам держал корректуру полного издания романа 1837 г.: «Оно было исполнено так тщательно, как не издавались ни прежде, ни после того сочинения Пушкина. Корректурных ошибок не осталось ни одной; последнюю корректуру самым тщательным образом просматривал сам Пушкин» (Смирнов-Сокольский Н. Рассказы о прижизненных изданиях Пушкина. М., 1962. С. 390). В издании 1837 г. был допущен ряд опечаток, все они отмечены Набоковым в его Комментарии (пример: с отрадой — с отравой в стихе 56 «Письма Татьяны к Онегину»), но каждая из них была новой опечаткой, а не переходящей из одного издания в другое.
Евангелие от Матфея, V, 37: Но да будет слово ваше: да, да, нет, нет; а что сверх этого, то от лукавого.
Баратынский был отчислен из Пажеского корпуса в феврале 1816 г., уехал из Петербурга в апреле того же года, вернувшись в столицу осенью 1818 г., в феврале 1819 г. зачислен рядовым в Лейб-гвардии Егерский полк. Три года прошло от проступка до начала службы в качестве рядового.
Остафьевский архив князей Вяземских. Т. 3. С. 24, 29, 31.
Гуковский Григорий Александрович (1902–1950).
1075 миль равны 1729,675 км.
Адеркас Борис Антонович фон — псковский гражданский губернатор (1816–1826), статский советник
Паулуччи Филипп Осипович (1779–1849), маркиз, генерал-лейтенант, итальянец на русской службе (1809–1829), в начале кампании 1812 г. начальник штаба армии Барклая-де-Толли, с октября — генерал-губернатор Риги. В состав Прибалтийского края в период ссылки Пушкина входила и Псковская губерния, вследствие чего именно ему адресовано послание К. В. Нессельроде с копией «Высочайшего повеления» о ссылке Пушкина в Михайловское под надзор местных властей.
Интересно в свете этого наблюдения, сделанного Набоковым, отметить, что в пушкинских рукописях ЕО параллельно появляются портреты Мирабо: самый ранний — на полях черновика со строфой III именно четвертой главы; второй — через день после окончания четвертой главы рядом со строфами IV–V пятой главы, причем рядом с портретами Пестеля, Рылеева, Пущина, Кюхельбекера (ПД 835, л. 41 и 80 об.).
Акцентация Набокова на имени Лилеты или Лилы («любимой пастушки Батюшкова») в опущенной строфе IV и этих стихах Пушкина и строках Парни с поминанием девочки тринадцати-четырнадцати лет безусловно вызвана ассоциацией с его собственной тринадцатилетней Лолитой. Скорее всего, роман «Лолита» был уже создан, когда писался данный комментарий.
Набоков указывает современный адрес участка дома статского советника Клеопина, в котором жил князь А. А. Шаховской. Сам дом был снесен в начале 1930-х гг.
Полное правильное название должности генерал-лейтенанта Ивана Никитича Инзова (1768–1845) — главный попечитель и председатель Комитета об иностранных поселенцах Южного края России, а вскоре после начала путешествия Пушкина к этой должности были еще присоединены обязанности наместника Бессарабии. «Дедушка» Инзов был старше Пушкина на тридцать лет, в 1820 г., когда они познакомились, ему был пятьдесят один год.
Федор Иванович Толстой (1782–1846), граф, участвовал в первой кругосветной экспедиции 1803–1806 гг. тогда еще капитан-лейтенанта И. Ф. Крузенштерна, вернулся в Петербург по суше через Сибирь в 1805 г. Пушкин узнал о том, что Федор Толстой распространял сплетни о нем, уже в Кишиневе. Они обменялись оскорбительными эпиграммами. Но шесть лет столь большой срок для того, чтобы былые обиды отошли на второй план, что не представляется особенно удивительным факт их примирения посредством общих друзей в 1826 г. Что касается участия Толстого в сватовстве Пушкина, то именно через него Н. И. Гончарова передала в апреле 1829 г. Пушкину свой ответ на сватовство поэта к ее дочери. Кроме того, Пушкину импонировали люди склада Толстого.
Прочтение Набоковым опущенного слова с «гипертрофированным „V“» как «Милорадович» вполне заслуживает внимания, и безусловно, прочтение этого слова как «Votre Majesté» неосновательно. Все последующие определения потенциальной жертвы несомненно относятся к Милорадовичу, заслуженному боевому генералу, но тогдашнему генерал-губернатору Петербурга, от которого «все зависело» и без ведома которого никто бы не мог высечь кого бы то ни было в Тайной канцелярии.
Внимательное рассмотрение рукописи приводит к убеждению в правильности набоковского прочтения. Слово «suis» обыкновенно переводится как «теперь». Но поскольку сочетание «теперь в отчаянии» нелогично по отношению ко времени, когда Пушкин пишет свое послание Александру I, то его переводят во всех изданиях, начиная с академического, как «впал», что не совсем точно. Итак, следует, вероятно, читать — «был в отчаянии». Правильно было прочтено слово «fus» и Б. Л. Модзалевским (см.: Пушкин. Письма. М.; Л., 1926. Т. 1. С. 168). Между тем академическим изданием это прочтение не было учтено.
Знакомство Пушкина с Рылеевым относится к концу сентября — декабрю 1819 г., когда Рылеев в сентябре приезжает в Батово и бывает в Петербурге, в котором проводит конец осени и зимует (см.: Летопись жизни и творчества А. С. Пушкина. Л., 1991. С. 188.)
Имение Батово было не куплено, а подарено матери Рылеева Анастасии Матвеевне ее другом и покровителем генерал-лейтенантом Петром Федоровичем Милютиным в 1800 г. из числа владений, пожалованных ему Павлом I в 1796 г. Батово не случайно называли в семье Рылеевых «Петродаром».
В этом письме Пушкина идет речь о другом Батове — имении Опочецкого уезда Псковской губернии, принадлежавшем сестре Прасковьи Александровны Осиповой (хозяйки Тригорского) Елизавете Александровне Ганнибал, урожденной Вындомской, бывшей замужем за двоюродным дядей Пушкина Яковом Исааковичем Ганнибалом.
Набоков, указывая расстояние от Петербурга до Царского Села в 14,5 миль, что равно 22,5 км, считает тем самым от первой городской заставы пушкинского времени у пересечения реки Фонтанки с Царскосельским (ныне Московским) проспектом, где установлен и первый верстовой столб с указанием этого расстояния — 22,5 версты.
Точная дата приезда Пушкина в Екатеринослав не известна, но 21 мая Инзов пишет Каподистрии: «С Пушкиным я не успел еще короче познакомиться…», из чего следует, что они уже видались.
Рукавишников Василий Иванович (1872–1916) — дядя В. В. Набокова по линии матери, владелец усадьбы Рождествено.
Имеется в виду барон Георгий Евгеньевич Рауш фон Траубенберг (1897–1919), офицер, двоюродный брат В. В. Набокова по линии отца — сын его сестры Нины Дмитриевны Набоковой, в первом браке баронессы Рауш фон Траубенберг. Погиб в рядах Добровольческой армии под Ялтой.
Статья В. Нечаева «Батово, усадьба Рылеева, и другие биографические материалы» напечатана в № 9 «Звеньев» (1951).
В том же прочтении эти три стиха помещены и в академическом ПСС (1937. Т. 6. С. 358).
Эта «задачка» действительно опубликована в «Живописном обозрении» за 1899 г.
Автограф не дает полного основания для подобного весьма удачного варианта, как с поэтической, так и с технической, шахматной точки зрения. Предложение Набокова заставило более внимательно изучить недоступный ему автограф, внести поправки в его прочтение, но для реконструкции, по Набокову, в автографах Пушкина недостает формы глагола «брать» в единственном числе 3-го лица. В качестве шахматного композитора Набоков профессионально подвергает критике пушкинский вариант просто в силу того, что невозможно брать «часто пешкою ладью», хотя бы и свою, ибо их всего по две с каждой стороны.
У Набокова опечатка — письмо датируется 15 марта 1825 г. (см.: ПСС. Т. 13. С. 153–154).
Имеется в виду и цитируется незавершенная статья Пушкина «О статьях Кюхельбекера в альманахе „Мнемозина“» (1825–1826).
Опочинин Федор Петрович (1779–1852) — видный сановник, шталмейстер, знакомый Пушкина, женатый на Дарье Михайловне Голенищевой-Кутузовой, дочери полководца; Гурьев Константин Васильевич (1800 — не ранее 1833) лицеист I курса, исключенный из Лицея в 1813 г. за дурное поведение, крестник вел. кн. Константина Павловича.
Ульяна Яковлевна (1768—?) — крепостная Пушкиных, первая няня поэта до 1811 г.
Выражение «мух давил» следует понимать не столь буквально. Оно означает «быть под мухой» или «закладывать за воротник», что лучше согласуется с образом дяди Онегина.
Железная трость Пушкина, сменив несколько владельцев, экспонируется в настоящее время в доме-музее поэта в Михайловском. Ее вес — 3 кг 600 гр, то есть чуть больше восьми фунтов.
Пальчиков Владимир Петрович (1804–1842) — лицеист II курса (1814–1820), псковский помещик, чиновник при московском генерал-губернаторе князе Д. В. Голицыне.
До настоящего времени этот рисунок Пушкина обозначался как «Автопортрет; в рост, в картузе и с тростью» (см.: Жуйкова Р. Г. Портретные рисунки Пушкина. Каталог атрибуций. СПб., 1996. С. 53. Рис. 55). Между тем совершенно очевидно, что Пушкин держит в руке никак не тяжелую трость, а именно хлыстик для верховой езды, тонкий, сужающийся и загнутый на конце. То же, что принималось за рукоятку трости, есть не что иное, как ремешок для продевания в него кисти руки.
Ольга Михайловна Калашникова (1806 — не ранее 1840) — с 18 октября 1831 г. жена Павла Степановича Ключарева (у Набокова опечатка — Ключникова), мелкопоместного дворянина и чиновника. Сын Ольги Михайловны Павел скончался 15 сентября 1826 г., прожив всего два с половиной месяца.
Федоров Борис Михайлович (1798–1875) — прозаик и стихотворец, журналист, издатель разных периодических изданий. В «Санкт-Петербургском зрителе» (1828, кн. I) напечатал «Рецензию на IV и V главы „Евгения Онегина“».
Пушкин в статье «Опровержение на критики» уделил абзац Федорову «Г-н Федоров в журнале…», отвечая на его рецензию.
Набоков вольно пересказывает текст Пушкина из статьи «Опровержение на критики»:
«Вместо:
На красных лапках гусь тяжелый
(Задумав плыть по лону вод)
Ступает бережно на лед.
критик читал:
На красных лапках гусь тяжелый
Задумал плыть —
и справедливо замечал, что недалеко уплывешь на красных лапках».
Ф. А. Плосайкевич, автор пятнадцати музыкальных, прежде всего хоровых, произведений на тексты Пушкина, положил на музыку строфу II пятой главы ЕО, создав хоры и назвав их «Русская зима» («Зима! Крестьянин, торжествуя…») и «Мальчик-забавник» («Вот бегает дворовый мальчик…»). (См.: Пушкин в музыке. М., 1974. С. 346) Набоков вольно перелагает текст Бродского, сохранив его основную идею.
Эпилог «Светланы» у Жуковского насчитывает 14 стихов. Набоков цитирует стихи 1–2 и 12–14 (см.: Жуковский В А Полн. собр. соч.: В 12 т. СПб., 1902. T. 1.С 71).
О литературном обществе «Арзамас» написано столь много, что Набоков позволил себе в духе его членов шутливо припомнить заседания с гусями, которыми славился Арзамасский уезд Нижегородской губернии (в пределах которой располагались поместья основателей общества В. А. Жуковского и В. Л. Пушкина, да и самого Пушкина), и красный колпак, который надевал председательствующий на очередном заседании.
Август Вильгельм Шлегель (1765–1845) — немецкий поэт, историк литературы, переводчик; брат Фридриха Шлегеля (1772–1829), философа и поэта. Воспитатель детей Ж. де Сталь, под влиянием А. В. Шлегеля написавшей книгу «О Германии» (1810).
У Гете в сцене «Hexenküche» действительно фигурирует «Meerkatze» («морская кошка»). В русских переводах разного времени она превращается в «мартышку-самку» (Гёте И.-В. Собр. соч. / Перевод Н. А. Холодковского. Пг., 1914. Т. 1. С. 80; Гете И.-В. Собр. соч. / Перевод Б. Л. Пастернака. М., 1976. Т. 2. С. 87).
Речь идет о стихотворении П. А. Вяземского «В дороге и дома»:
«Заря багряною рукою»
Напоминает прачку мне,
Которая белье зимою
Полощет в ледяной волне.
Набоков вольно пересказывает дневниковую запись Франтишека Малевского от 19 февраля 1827 г. о встрече с Пушкиным в Москве у Н. А. Полевого, (см.: Лит. насл., 1952. Т. 58. С. 268).
Имеется в виду эпиграмма Е. А. Баратынского, которая была послана П. А. Вяземским А. И. Тургеневу в январском письме 1827 г. (Архив братьев Тургеневых. Пг., 1921. Т. 1. Вып. 6. С. 56):
Откуда взял Василий непотешный
Потешного Буянова? Хитрец
К лукавому прибег с мольбою грешной
«Я твой, — сказал, — но будь родной отец,
Но помоги» Плодятся без усилья,
Горят, кипят задорные стихи,
И складные страницы у Василья
Являются в тетради чепухи.
См.: Пушкин. Письма / Под ред. и с примеч. Б. Л. Модзалевского. М.; Л., 1926. Т. 1. С. 171–172 и 532–533. Калибан — персонаж Шекспира («Буря»), выведенный Кюхельбекером в его пьесе.
Зизи Вульф — так называли на французский лад Евпраксию Николаевну Вульф (1809–1883), дочь хозяйки Тригорского П. А. Осиповой от ее первого брака с Николаем Ивановичем Вульфом. День именин Евпраксии приходится на Татьянин день 12 января.
Иван Сафонович Осипов умер 5 февраля 1824 г.
Настоящее письмо Пушкина брату Льву Сергеевичу датируется первой половиной ноября 1824 г.
Анна Ивановна Вульф (1799–1835) — дочь Ивана Ивановича и Надежды Гавриловны Вульфов, помещиков села Берново Старицкого уезда Тверской губернии. Именно ей в 1828 г. Пушкин посвятил шутливое стихотворение «За Netty сердцем я летаю…». Пушкин познакомился с нею в Тригорском в первой половине марта 1825 г. Набоков цитирует письмо Пушкина Алексею Вульфу от 16 октября 1829 г., в котором поэт пишет: «Netty, нежная, томная, истерическая, потолстевшая Netty — здесь… Вот уже третий день как я в нее влюблен».
Александра Ивановна Осипова (1808–1864), с февраля 1833 г. жена Петра Николаевича Беклешова. Ей адресовано стихотворение «Посвящение» (1826). Ее имя упомянуто в так называемом донжуанском списке Пушкина (1829).
Представляется невероятным, чтобы в контексте данной строфы Пушкин мог использовать имя графини Е. К. Воронцовой. Скорее всего, Пушкин мог иметь в виду родную сестру Анны Петровны Керн Елизавету Петровну Полторацкую (р. ок. 1802), с которой ее кузен и тригорский приятель Пушкина А. Н. Вульф находился в близких отношениях, а сам поэт тогда знал о ней лишь понаслышке и потому мог бы себе позволить использовать ее имя, но отказался именно из-за стыка имен, могущего вызвать нежелательные ассоциации, остановившись на имени Зизи — обиходном именовании Евпраксии Вульф.
Представляется, что имя Луи Антуана Дюпора (в русских источниках указывается другой год его рождения — 1786) не случайно находится в черновиках этой строфы, так как в сознании Пушкина должно было ассоциироваться с партией Париса в балете «Суд Париса». Пушкин в отрочестве (1808–1812) мог видеть его на петербургской и московской сценах, когда Дюпор выступал в России. По-английски Paris может означать как Парис, так и Париж.
Поскольку черновик этой строфы не сохранился, а в беловой рукописи нет разночтения с печатными прижизненными изданиями, мы не имеем оснований для опровержения такого прочтения текста Набоковым.
Правильно — Грузины; происходит от названия сельской церкви Грузинской иконы Божией Матери. Наименование это невольно перекликается с более известным — Грузино Новгородской губернии (принадлежало А. А. Аракчееву).
Полторацкая Агафоклея Александровна, урожденная Шишкова, принесла это имение в приданое своему супругу Марку Федоровичу Полторацкому, директору Петербургской певческой капеллы, упомянутому Пушкиным. Они были родителями нескольких знакомых Пушкина, прежде всего Елизаветы Марковны Полторацкой, в замужестве Олениной. Внучкой Полторацких была и Анна Петровна Полторацкая, в замужестве Керн, чье отрочество прошло в Грузинах. А. П. Керн вспоминала о бабушке: «Жила она в Тверской губернии, в селе Грузинах, в великолепном замке, построенном Растрелли» (Керн А П. Воспоминания. Дневники. Переписка. М., 1974. С. 112). В родстве с Шишковыми и Полторацкими состояли и Набоковы: замужем за внуком А. А. Полторацкой Алексеем Павловичем была Екатерина Ивановна Набокова, двоюродная сестра Николая Александровича Набокова, деда писателя. К роду Шишковых принадлежала прабабка Набокова Нина Александровна Шишкова.
Денис Давыдов:
А завтра — черт возьми! — как зюзя натянуся,
На тройке ухарской стрелою полечу…
Набоков вспоминает свои лекции в женском колледже в Уэлсли под Бостоном, где он преподавал с 1941 по 1948 г. Здания колледжа располагались в великолепном парке.
Лусон (Luzon) — крупнейший остров Филиппин с вечнозелеными лесами и саваннами. Камелия — род вечнозеленых деревьев и кустарников семейства чайных.
Набоковское отступление о черемухе, излишне пространное с академической точки зрения, навеяно, безусловно, ностальгическими воспоминаниями о России. Вспомним душераздирающую концовку набоковского стихотворения «Расстрел» (1927):
Россия, звезды, ночь расстрела,
И весь в черемухе овраг!
Набоков полностью привел заметку 1830 г. без заглавия, сохранившуюся в рукописях Пушкина среди набросков статей для «Литературной газеты».
8 Следует отметить, что это не «странная оплошность», а сознательное использование наименования Веспер применительно к утренней звезде, ибо Пушкин, как и Набоков, прекрасно осведомлен в путанице древних греков и римлян, долго не знавших, что утренняя и вечерняя звезда в действительности — одна и та же планета Венера. У Пушкина мы встретим и применение имени Веспер к вечерней звезде: «Ночь светла, в небесном поле / Ходит Веспер золотой». К тому же можно и иначе истолковать то, какую же звезду встречает петух. У Пушкина ночь еще не кончилась — «Уже редеют ночи тени», — но это не означает, что наступило утро и Веспера пора именовать Люцифером.
Книга В. Ф. Ходасевича «О Пушкине» вышла не в Берлине, а в Париже.
Набоков воспроизводит название работы И. Е. Репина по памяти. Правильно — «Дуэль Ленского с Онегиным», акварель.
Старов Семен Никитич — не полковник, а подполковник на момент дуэли с Пушкиным. Набоков пользуется «Летописью жизни и творчества А. С. Пушкина», где рассказано о подробностях дуэли, количестве отмеренных шагов, но не назван чин Старова. Дуэль с Зубовым состоялась не весной 1822 г., а в мае — июне 1823-го в местности Малина под Кишиневом. Пушкин в ожидании выстрела ест черешни, Зубов стреляет и дает промах. Пушкин вместо выстрела спрашивает: «Довольны вы?»
Набоков основывает свое суждение о романе Пушкина с Александриной Гончаровой опираясь на работы Леонида Гроссмана, выводы которого в настоящее время не считаются основательными.
Убедительное доказательство Гроссмана было основано на описке в дате письма Наталии Ивановны Гончаровой (вместо 15 мая 1838 г. — 15 мая 1837-го), где речь идет о «малышке», которая считается рожденной 19 октября 1837 г. Впрочем, хотя это основное доказательство добрачной беременности Екатерины Гончаровой оказалось несостоятельным, в наше время появились новые косвенные тому свидетельства.
В настоящее время авторство князя Петра Долгорукого как сочинителя пасквиля считается недоказанным.
Набоков пользуется сомнительной версией Вересаева, изложенной в его книге «Спутники Пушкина», которая никем из современных пушкинистов не поддерживается.
Встреча императора с Пушкиным, как основательно доказала в наши дни С. Л. Абрамович, состоялась 23 ноября 1836 г.
Рассмотрение автографа, опубликованного Гофманом, который никак не мог быть учтен в «онегинском» 6-м томе академического Собрания сочинений, вышедшем в том же 1937 г., вызывает желание поддержать его прочтение, одобренное Набоковым. Слово «призрак» Пушкин пишет всегда с однозначно прочитываемой буквой «р». Например, в строфе XLVI первой главы: «Призрак невозвратимых дней» (ПД 834, л. 18); в черновом варианте 5-го стиха строфы IV шестой главы: «Пустые призраки». Вместе с тем в часто встречающемся в тексте романа слове «признание» можно проследить аналогичное начертание буквы «н» между буквами «з» и «а». И то и другое слово уместны по смыслу в контексте данной строфы, но не сохранилось беловых автографов (хотя им, возможно, является опубликованный Гофманом), в которые могли быть внесены поправки, печатные же варианты дают одинаковое прочтение — «призрак», которое могло оказаться как следствием авторского исправления, так и опечаткой, переходившей из одного издания в другое. Эта опечатка могла быть в конце концов узаконена Пушкиным. Таким образом, в данном случае вопрос не может быть решен окончательно.
Н. Л. Бродский указывает: «Образ пчелы, летящей из кельи восковой за данью полевой, повторяется в песне, близкой по стилю к фольклору:
Только что на проталинах весенних
Показались ранние цветочки,
Как из царства воскового,
Из душистой келейки медовой
Вылетает первая пчёлка»
Имеются в виду следующие произведения Василия Алексеевича Лёвшина: повесть «Везири, или Очарованный Лавиринф», книги «Полное наставление на гидростатических правилах основанное, о строении мельниц каждого рода водяных, также ветром, горячими парами, скотскими и человеческими силами в действие приводимых, по которому каждый хозяин может то производить» (М., 1810), «Садоводство полное» (М, 1805), «Календарь поваренного огорода» (М., 1810).
«Виктория» — легкий двухместный экипаж.
Стихотворение «Не дай мне Бог сойти с ума…» датируется 1833 г. Опечатка допущена по вине редакторов, так как ниже Набоков правильно называет год создания стихотворения.
Четверостишие повторено на л. 37, семь дактилических строк идут ранее четверостишия на л. 36, занимая его верх.
Имеется в виду заметка Пушкина, написанная болдинской осенью 1830 г. и включаемая ныне в подборку заметок, объединяемых редакторским заголовком «Опровержение на критики».
Вариант «барыня» встречается только один раз в издании 1837 г., не внесенный отчего-то в перечень «Другие редакции и варианты» в ПСС, т. 6, 1937, с. 652, в котором правильно напечатано в основном тексте — «барышня». В черновиках этот стих отсутствует вовсе, а беловой автограф этой строфы не сохранился.
Называя точную эту дату, Набоков в свойственной ему манере апеллирует таким образом к стиху «Лет сорок с ключницей бранился» и отсчитывает назад от 1820-го, года смерти дядюшки Онегина по хронологии романа.
«Альбом Онегина» начинается на л. 7 об. сразу за строфой XXIa (альтернативная XXII, как ее называет Набоков) и заканчивается на л. 10.
Подобной статьи Набоков так никогда и не написал. Настоящее указание Набокова было развито в статье А. Н. Ery нова, который не называет своего предшественника («Пиковая дама» Ламотт-Фуке // Временник Пушкинской комиссии. 1967–1968. Л., 1970. С. 113–115). Позднее Д. М. Шарыпкин посвятил этой теме статью, в которой указывает, что на самом деле автор этого романа — шведский писатель Класс Иохан Ливийн (Clas Johan Livijn, 1781–1844); см.: Шарыпкин Д М. Вокруг «Пиковой дамы» // Временник Пушкинской комиссии. 1972. Л., 1974. С. 128–138.
В рукописи Пушкина (ПД 838, л. 17) читается «Кикерон» — написание, соответствующее норме произношения времен Цицерона, замененное на форму «Цицерон» уже в средние века. Использование Пушкиным этой классической нормы можно считать отголоском его лицейских уроков латыни.
Ключевое слово или разгадка в шарадах, пришедших в Россию из Франции и очень модных в пушкинское время. В данном случае это ключевое слово — «пародия», которое приходит на ум Татьяне, знакомящейся с кругом чтения Онегина.
Набоков приводит эти два стиха в переводе на англииский. Очевидно, его подвела память, ибо в русском тексте поэмы И. И. Козлова «Княжна Наталья Долгорукая» рифмы «ручей — очей» нет.
Пушкин въезжал в Москву 7 сентября 1826 г., вызванный из ссылки не с северо-запада, что логично по географическому соотношению Москвы и Михайловского, так как из Михайловского поэт приехал сначала в Псков (на север от Михайловского), где его дожидался фельдъегерь, затем следовал на Новгород, а там, выехав на Московское шоссе, следовал уже в Москву строго на юг.
У Пушкина — из Москвы в Петербург, хотя после этого сообщения в его дневнике речь идет о Москве. Впрочем, от этого суть не меняется. Запись Пушкина от 3 декабря 1833 г. гласит: «Вчера государь возвратился из Москвы, он приехал в 38 часов. В Москве его не ожидали. Во дворце не было ни одной топленной комнаты. Он не мог добиться чашки чаю».
Алексей Николаевич Вульф пишет о своей поездке в Малинники из Торжка 11 февраля 1829 г. на лошадях дяди, Павла Ивановича Вульфа: «Дорога от большого снега и мятелей была так дурна, что я, выехав поутру 11 числа, приехал домой только вечером в 8 час., хотя расстояние только 40 верст, не более» (Вульф А. H. Дневники // Любовный быт пушкинской эпохи. М., 1929. С. 202).
Согласно более современным исследованиям, которые не могли быть известны Набокову, в приходе церкви св. Харитония Пушкины жили в указанные годы, но по разным адресам. В доме графа А. Л. Санти (современный адрес — Большой Харитоньевский пер., 8) Пушкины жили в 1803–1805 гг. В 1807 г. они переселяются в другую часть Москвы (см.: Романюк С. К. Пушкины в Москве в конце XVIII — начале XIX в.: По новым документальным данным // Временник Пушкинской комиссии. 1979. Л., 1982. С. 5—18).
Скорее всего, Татьяна родилась в Москве, где ее крестили; в раннем детстве девочку увезли в деревню. Такое число родных, которые помнят Татьяну, не могло перебывать у Лариных в деревне.
Очевидно, что эти строки были преждевременны и потому Пушкин отложил их до восьмой главы, сохранив интонацию отвергнутых стихов в вопросе Онегина: «Кто там в малиновом берете..?»
Набоков цитирует начало указанного проекта предисловия и текст опущенного Пушкиным отзыва, приводимого и в ПСС (Т. 6. 1937. С. 539–540).
Набоков полностью приводит текст заметки «Пропущенные строфы подавали неоднократно повод…», напечатанный впервые в посмертном Собрании сочинений Пушкина (1841. Т. 11. С. 231). Начиная с ПСС (1949. Т. 11.) она печатается вместе с другими критическими заметками под общим редакторским заголовком «Опровержение на критики».
Стансы «Прости» были написаны Байроном 18 марта 1816 г. по поводу развода с женою и без позволения автора напечатаны лондонской газетой «Champion», Набоков на этот раз не стал опровергать соображения Н. Л. Бродского насчет соотношения эпиграфа с текстом восьмой главы романа. Бродский толковал эпиграф как прощание героев друг с другом, Ю. М. Лотман в своем комментарии полагает, что только тогда, когда Пушкин решил завершить ЕО восьмой главой, в беловом автографе появился этот эпиграф как выражение прощания автора с читателем и романом в целом. Набоков, судя по его умолчанию, склонен был толковать смысл эпиграфа двояко — и как прощание автора с читателем и романом, а значит и с героями, и как прощание героев друг с другом.
Чин коллежского секретаря, с которым Пушкин был выпущен из Лицея, относился, согласно «Табели о рангах», к 10-му классу, а не к 14-му — действительно низшему, к которому принадлежал пушкинский герой Самсон Вырин, коллежский регистратор, «сущий мученик четырнадцатого класса». Интересно отметить, что и друг Пушкина П. А. Вяземский допустил ошибку с этим чином в своем стихотворении «Станция»:
…губернский регистратор,
Почтовой станции диктатор.
Чина губернского регистратора никогда не существовало. Был губернский секретарь и был коллежский регистратор. Пушкин, взяв эти строки в качестве эпиграфа к «Станционному смотрителю», исправляет Вяземского, правильно указывая этот низший чин.
Коллежский регистратор,
Почтовой станции диктатор.
Ермил Иванович Костров (1755–1796), поэт и переводчик. Его перевод «Луция Апулея, платонической секты философа, Превращения, или Золотой осел» был единственным в России вплоть до XX в. Был даже переиздан в 1870 г.
У Набокова в стихе 13 в английском переводе вставлена догадка: «bird's song», по-русски — «птицы песнь» или в контексте и размере стиха — «песни птиц».
Набоков употребляет ботанический термин по-латыни — Pampmella, по- русски «бедренец» — род трав семейства зонтичных, к которому принадлежит и анис. Известно около 150 его видов, в том числе несколько в Америке и около 25 в России, в то время как анис в Америке не известен. По первой классификации Линнея, постоянно используемой Набоковым, анис именуется Pampmella anisum, а по современной — anisum vulgaris.
У Майкова в поэме Гермес именуется Ермием, а место, которое понравилось в данном случае Набокову, читается так:
Он крылья под носом, как черный ус, кладет,
Одежду превратил в капральский он колет,
А жезл — в подобие его предлинной шпаги.
В Лицее, несомненно, преподавал Давид Иванович де Будри, однако неизвестно, был ли он одноглаз.
Письма 1806–1823 гг. И. И. Дмитриева к А. И. Тургеневу // Русский архив. 1867. № 7. С. 1094.
Письма И. И. Дмитриева к П. А. Вяземскому. СПб., 1898. С. 25. Цитированное письмо датируется не 20, а 18 октября.
Пушкин был знаком с Карамзиным с 1816 г., когда тот поселился в Царском Селе по соседству с Лицеем.
Жуковский В А Собр. соч.: В 4 т. М.; Л., 1960. Т. 4. С. 564–565.
Пушкин в письмах П. А. Вяземского к жене (1830–1838) // Лит. насл. М., 1934. Т. 16–18. С. 807.
Рукописный набросок «О стихотворении „Демон“» (ПД 835, л. 58(2)—59), о котором идет речь, датируется в настоящее время 1825 г. (ПСС. Т. 11. С. 30)
О своем родстве с Шишковыми Набоков, не уточняя его степень, сообщает и в романе «Другие берега». В данном случае следует перевести указание на родство словом «кузен». В ранее публиковавшихся фрагментах переводов из набоковского комментария, в том числе К. И. Чуковским в статье «Онегин на чужбине», не совсем точно переведено это указание на родство — «двоюродный брат». Прабабушка — Нина Александровна Шишкова, в замужестве Корф, мать Марии Фердинандовны Корф, вышедшей замуж за Дмитрия Николаевича Набокова, деда писателя. Кроме того, и бабушка самого Дмитрия Николаевича, Марфа Степановна Шишкова, в замужестве Назимова, по своему отцу Степану Михайловичу Шишкову состояла в родстве с адмиралом Александром Семеновичем Шишковым, но в более отдаленной степени.
Письма H. М. Карамзина к И. И. Дмитриеву. СПб., 1866. С. 183.
Письма H. М. Карамзина к И. И. Дмитриеву. СПб., 1866. С. 183.
Письма H. М. Карамзина к И. И. Дмитриеву. СПб., 1866. С. 183.
«Тактические соображения», о которых упоминает Набоков, состояли в том, что Пушкин рассчитывал на ослабление цензурного гнета в связи с назначением Шишкова на пост министра просвещения. К личности самого Шишкова Пушкин неизменно относился с уважением, хотя и в 1830-е гг. отрицательно высказывался относительно его литературной позиции.
Нападки Пушкина на Шаховского чисто литературно-полемические и относятся, прежде всего, к лицейскому периоду, когда они лично еще не были знакомы. В декабре 1818 г. они познакомились, и Пушкин, по воспоминаниям П. А. Катенина, сожалел о некоторых своих нападках на Шаховского. Охлаждение наступило осенью 1819 г., когда Шаховской принял участие в травле актрисы Екатерины Семеновой, а затем оказался Причастным к распространению оскорбительных слухов насчет Пушкина, пущенных Ф. И. Толстым. В 1830-е гг. Шаховской принимает сторону Пушкина в литературно-общественной борьбе с Ф. В. Булгариным, и если бы именно тогда поэт переменил свое отношение к Шаховскому, это можно было бы объяснить «тактическими» соображениями, но еще в годы своей южной ссылки Пушкин изменил свое отрицательное отношение к былому оппоненту.
В 1815 г. цитируемое стихотворение Вяземского «К партизану-поэту» было впервые опубликовано в журнале «Амфион» (№ 2. С. 71), а написано еще в 1814 г., в конце которого Денис Давыдов наконец получил генеральские эполеты. Опущенный Набоковым стих «Не вижу на плечах твоих» как раз и указывает на время и обстоятельство появления послания Вяземского.
Вяземский пишет Пушкину в письме от 18 и 25 сентября 1828 г.: «Ты говоришь, что ты бесприютен: разве тебя уже не пускают в Приютино?» (ПСС. 1941. Т. 14. С. 28).
А. А. Оленина записала 19 сентября 1828 г. в дневнике о своем прощании с Пушкиным 5 сентября в Приютине: «Прощаясь, Пушкин мне сказал, qu'il doit partir pour ses terres, si toutefois il en aura le courage, — ajouta-t-il avec sentiment [что он должен уехать в свое имение, если, впрочем, у него хватит духу, — прибавил он с чувством — фр.]» (Дневник Анны Алексеевны Олениной. 1828–1829. Париж, 1936. С. 30).
Елена Михайловна Завадовская, урожденная Влодек, была замужем за графом Василием Петровичем Завадовским (1799–1855), братом «дуэлянта» графа Александра Петровича Завадовского.
Набоков совершенно прав, связывая «степные края» с Болдино, что подтверждается письмом Пушкина Плетневу от 9 сентября 1830 г., через несколько дней после приезда в нижегородское имение. «Ах, мой милый! что за прелесть здешняя деревня! вообрази: степь да степь…» (ПСС. Т. 14. С. 127.)
Стихотворение «Я вас любил…» относится в настоящее время к Анне Алексеевне Олениной, в альбом которой Пушкин записал в 1833 г. вместе с другим — «Что в имени тебе моем?..», которое до того, еще 5 января 1830 г. записал в альбом Каролине Собаньской.
Хейтер Джордж (Hayter George). Портрет графини Е. К. Воронцовой. Холст, масло. 127 х 102 см. Слева внизу подпись и дата: G. Hayter 1832 London. Поступил в Эрмитаж в 1920 г. через Государственный музейный фонд из национализированного собрания графов Воронцовы х-Даш ковы х в Петрограде; ранее — во дворце Воронцова в Одессе.
У Пушкина — «угрюмый». Набоков же дает в этом слове окончание «-ой» — «угрюмой» («ugryumoy»), транслителируя произносительную форму в рифму со словом «думой».
В даном случае Набоков вольно цитирует Достоевского, в том числе в русскоязычном варианте данного фрагмента в «Заметках переводчика» (см. Приложение III). Достоевский называет Онегина просто — «старик».
Томашевский в указанном Набоковым месте на с. 511 (в американском издании опечатка — 311) приводит стихи 1–2 в несколько ином виде и с отмененными вариантами:
Вошел собой одним довольный
Всегда сердитый Гр<аф> Турин…
Стих 2 Набоков берет для перевода со с. 629 из автографа на записке Жуковскому:
На все сердитый кн<язь> Брод<ин>…
Один из альбомов Сен-При хранится в рукописном отделе ИРЛИ (Пушкинского Дома) РАН. Соображение Набокова относительно заполнения пробела в данном стихе фамилией Оленина основывается на раннем варианте стиха 10 строфы XXVI, где определение «пролаз» однозначно относится к нему:
Тут был отец ее пролаз
Нулек на ножках.
Рядом с этими стихами Пушкин воспроизвел переплетенную монограмму Алексея Оленина — АО.
Этот сюжет был обыгран Набоковым в романе «Другие берега» (гл. 13, 2), где в роли «эксцентричного англичанина» выступает некий немец Дитрих, проведший «целую ночь, терпеливо наблюдая за приятелем, который решил покончить с собой…»
Инициалы «К. М.» скорее всего следует расшифровывать как «Ксавье де Местр». Граф Ксавье де Местр (1763–1852), французский эмигрант, ученый, писатель, художник-миниатюрист, женат с 1813 г. на Софии Ивановне Загряжской (1778–1851), сестре тещи Пушкина Н. И. Загряжской, в замужестве Гончаровой. С 1816 по 1825 г. супруги жили в Петербурге. Были хорошо знакомы с семейством Пушкина еще по Москве.
Дневник Анны Алексеевны Олениной (1828–1829). Париж, 1938. С. 11.
Набоков цитирует письмо Вяземского жене по статье Т. Г. Цявловской «Дневник Олениной» (Пушкин: Исследования и материалы. М.; Л., 1958. Т. 2. С. 251). По этой же статье он цитирует и дневник Олениной, так как само его парижское издание вышло тиражом двести экземпляров и, скорее всего было Набокову недоступно. Выбор цитат ограничен означенной публикацией.
Набокову не могло быть известно, что 9 мая 1828 г., о чем и свидетельствует эта запись, Пушкин вместе с семейством Оленина участвовал в проводах английского художника Джорджа Доу, покидавшего Россию. Таким образом, было две поездки морем Пушкина с Олениными — 8 и 25 мая.
Предложение было сделано Пушкиным, судя по известным воспоминаниям, летом 1828 г., а никак не зимою 1828/29 г., когда Пушкин уже более не общался с Олениными и к тому же отсутствовал в Петербурге с 20 октября 1828 г. до середины января 1829-го. Несомненно, столь подробное освещение обстоятельств неудачного сватовства Пушкина к Аннет Олениной имеет личностный подтекст — собственное неудачное сватовство 1922–1923 гг. в Берлине к Светлане Зиверт, роман с которой и его исход писатель проецирует на пушкинский, что прослеживается по упоминаниям его в стихах Набокова того времени. Ее фамилия обыграна и в романе «Истинная жизнь Себастиана Найта», где главному герою отказывает Нина Лесевр (в переводе с французского — Олень). Следует учесть и тот факт, что Оленина вышла в конце концов замуж за Федора Андро, а Светлана Зиверт — за его правнука Сергея Андро.
Фронтиспис к первому изданию «Руслана и Людмилы» был выполнен по эскизу А. Н. Оленина художником И. А. Ивановым, а с его рисунка гравирован М. Ивановым.
Кюхельбекер в указанной дневниковой записи отмечает схожесть с письмами Сен-Пре стихов 21–30 «Письма Онегина»: «В письме Онегина к Тане есть место, напоминающее самые страстные письма St. Preux, — от слов:
Боже мой!
Как я ошибся, как наказан!
до стиха: „И я лишен того“ etc». (Кюхельбекер В. К. Путешествие. Дневник. Статьи. Л., 1979. С. 101).
Неизвестно, какое издание имеет в виду Набоков, называя его «The Literary News» (букв. «Новости литературы»). Так называлось поначалу «Литературное прибавление к „Русскому инвалиду“». Однако оно выходило только с 1831 по 1839 г. Вероятно, речь идет о другом издании — «Литературные листки», «журнал нравов и словесности, издаваемый Ф. Булгариным» (СПб., 1823–1824) Выходил два раза в месяц. В 1823 г. вышло лишь пять номеров, в 1824 — все двадцать четыре номера. «Литературные листки» издавались в качестве приложения к булгаринскому «Северному архиву».
В академическом ПСС (1949. Т. 3. С. 1205–1207) эпиграмма датируется 14 марта — первой половиной апреля 1830 г. как написанная в ответ на булгаринский фельетон «Анекдот».
Юст Венедиктов [М. Дмитриев]. Мысли и замечания // Вестник Европы. 1825. № 3. С. 228.
Городище Воронич относится к более раннему времени — город с крепостью впервые упоминается в псковской летописи под 1349 годом как уже существующий.
Лёве-Веймар (Loeve-Veimars) Франсуа-Адольф (1801–1854), барон, гостил в Петербурге и общался с Пушкиным в июне — июле 1836 г.
Кюхельбекер буквально пишет следующее: «Поэт в своей 8 главе похож сам на Татьяну: для лицейского товарища, для человека, который с ним вырос и его знает наизусть, как я, везде заметно чувство, коим Пушкин переполнен, хотя он, подобно своей Татьяне, и не хочет, чтоб об этом чувстве знал свет» (Кюхельбекер В. К Путешествие. Дневник. Статьи. С. 99—100). Таким образом, Набоков, пересказывая эту запись, развивает и интерпретирует ее.
Лернер Н. О. Пушкинологические этюды // Звенья. M.; Л., 1935. № 5. С. 105–108.
Филимонов В. Проза и стихи. М., 1822. Ч. 2. С. 76.
Московский телеграф. 1827. Ч. XIII. № 1. С. 9.
Воспоминания П. А. Катенина о Пушкине // Лит. насл. Т. 16–18. М., 1934. С. 639. Разговор происходил на даче графа Василия Валентиновича Мусина-Пушкина-Брюса. Пушкин пишет:
«П. А. Катенин (коему прекрасный поэтический талант не мешает быть и тонким критиком) заметил нам, что сие исключение, может быть и выгодное для читателей, вредит однако ж плану целого сочинения; ибо через то переход от Татьяны, уездной барышни, к Татьяне знатной даме, становится слишком неожиданным и необъяснимым. — Замечание, обличающее опытного художника».
Письмо П. А. Катенина П. В. Анненкову от 24 апреля 1853 г. было опубликовано впервые в 1940 г. (см.: Попов П. А. Новые материалы о жизни и творчестве А. С. Пушкина // Литературный критик. 1940. № 7–8. С. 23).
Свод строф, выполненный Набоковым, отличен от того, который представлен в ПСС (1937) Б. В. Томашевским. Строфы I, III и IV даются соответственно по тексту IX, XI и XII строф окончательного напечатанного варианта восьмой главы; строфа II — по второй черновой редакции; строфы V–VIII — по Томашевскому с незначительными изменениями: так, датой отъезда Онегина из Петербурга Набоков приводит не 3 июля, а 3 июня; опускает черновик, строфы IX как вошедшей в печатный текст «Отрывков из „Путешествия Онегина“»; строфы X и XI опять даются по черновой рукописи; XII — по начальным черновым строфам тогда еще восьмой главы. То же относится и к строфе XV, но из нее приводится только та часть, которая не вошла в «Отрывки из „Путешествия Онегина“». Пропустив напечатанные строфы, Набоков опять же дает строфы XXX–XXXIV по черновым рукописям, но строфу XXXIII называет «предпоследней», а XXXIV — «последней».
Для удобства пользования электронной версией строфы были объединены с комментарием к ним.
В электронной версии приведен полный текст «Путешествия Онегина». Строфы, опубликованные в прижизненном издании выделены курсивом.
Набоков действительно заметил ошибку Пушкина и правильно указал адрес гостиницы «Лондон» (современный — Невский пр., д. 1, угол Адмиралтейского пр.). Ю. М. Лотман в своем комментарии ошибочно указывает: «Hotel de Londres (Лондонская гостиница) — находился на углу Невского и Малой Морской (ныне ул. Гоголя)» (Лотман Ю М. Роман А. С. Пушкина «Евгений Онегин». Комментарий. Л., 1983. С. 379). На Морской, но не на углу с Невским, а с Кирпичным пер., располагался в пушкинские времена «Hotel de Paris», или гостиница «Париж», знакомая поэту, но в данном случае он просто перепутал две близлежащие гостиницы. Возможно, заметив путаницу, Пушкин исключил упоминание гостиницы вовсе, так как «Hotel de Paris» не укладывался в ритм стиха. В том, что Набоков прав, убеждает и приведенное им ниже описание гостиницы «Лондон» доктором Гранвиллем.
Барон Андрей Иванович Дельвиг (1813–1887) — двоюродный брат лицейского товарища Пушкина, военный инженер, один из наиболее точных и скрупулезных мемуаристов. Отдельное издание его мемуаров: Дельвиг А. И. Мои воспоминания: В 5-ти т. М., 1912. Набоков, вероятнее всего, пользовался изданием: Дельвиг А. И. Полвека русской жизни. M.; Л., Academia, 1930. Т. 1.
Именины Пушкина приходятся, в соответствии с церковным календарем, на 2 июня по ст. ст. (или 15 июня по н. ст.), когда отмечается память св. Александра, архиепископа Константинопольского (IV в. н. э.).
В академическом ПСС (1937) указанный стих читается одинаково и в первоначальных черновых строфах, и в сводных рукописях предполагавшейся восьмой главы: «Июля 3 числа» (Т. 6. С. 476, 496). Вариант «Июня 3 числа» действительно печатался, но в более ранних изданиях, например в подготовленном Н. О. Лернером для брокгаузовского Собрания сочинений Пушкина (СПб., 1909. Т. 3. С. 316).
Новгород расположен в 180 км от Петербурга, что примерно соответствует набоковским ста милям, но 620 км расстояния до Москвы равны примерно 350 милям. Торжок славен прежде всего золотным шитьем по бархату; когда-то и Пушкин купил там пояса, шитые золотом, для княгини В. Ф. Вяземской.
Расстояние между Тверью и Торжком — 60 км, что составляет около 40, а никак ни 130 миль.
Имеется в виду строчка послания: «У Гальяни иль Кольони…». Гальяни (Галлиани) — итальянец по происхождению, основатель трактира в Твери. Кольони (Coglione) — по-итальянски в грубой форме значит «дурак», «глупец».
«Путешествие из Петербурга в Москву» было разрешено к печати в России только в 1905 г. В 1856 г. его издал в Лондоне А. И. Герцен. У Пушкина был экземпляр первого издания с пометками Екатерины II.
Набокову ко времени окончания им комментария не было известно дополнение с публикацией этой строфы в качестве предполагаемой черновой к роману в XVII справочном томе (с. 49–50), подписанном к печати 17 декабря 1959 г. Она была представлена в следующем виде:
«Женись» — На ком? — «На Вере Чацкой»
Стара — «На [Радиной]» — Проста
«На Хальской» — Смех у них дурацкой
«На Шиповой» — Бедна, толста
«На Минской» — Слишком томно дышит
«На Торбиной» — Романсы пишет
«На Маше Липской» — Что за тон!
Гримас, ужимок миллион
«На [Лидиной]» — Что за семейство!
[Шалунья] мать, отец дурак —
«Ну так на Ленской?» — Как не так!
Приму в родство себе лакейство
У них орехи подают,
Они в театре пиво пьют.
Знак вопроса после фамилии «Ленской» был восстановлен.
Правильно — Кузьма Захарьевич Минин-Сухорукой (Сухорук). Пушкин писал в 1836 г.: «…он для нас мещанин Косма Минин по прозванию Сухорукой, или думный дворянин Косма Миныч Сухорукой, или, наконец. Кузьма Минин, выборный человек от всего Московского Государства..» (ПСС. Т. 12. С. 92)
Дмитриев И. И. Соч. СПб., 1893. Т. 2. С. 87.
Дмитрий Владимирович Набоков (р. 1935) — сын писателя, переводчик. Перевод на английский язык «Героя нашего времени» — его первая крупная переводческая работа, выполненная при участии отца.
Правильный военный термин — «полевою», отсюда — «полевая артиллерия». Использование слова «степная» не связано с рифмой, оно более точно по противопоставлению: степи — горы. Очевидно, Пушкин хочет также сказать, что Онегин оказался под ненадежной защитой конвоя с орудиями, не предназначенными для ведения боя в горах.
Если в пушкинском примечании 17 речь действительно идет об опечатке издателей, вместо домой летят напечатавших зимой летят, что, как заметил Пушкин, «не имело никакого смысла», то в данном случае никакой опечатки допущено не было. Поэт имел в виду дымящиеся даже зимою горячие минеральные ключи.
Речь идет о следующих стихах из «Бахчисарайского фонтана»:
Дыханье роз, фонтанов шум
Влекли к невольному забвенью,
Невольно предавался ум
Неизъяснимому волненью,
И по дворцу летучей тенью
Мелькала дева предо мной!
А «прозаическое» описание фонтана в примечании «Отрывок из письма», которое Набоков сравнивает с «прозаическими бреднями» из «Путешествия», действительно контрастирует с поэтическим: «В Бахчисарай приехал я больной. Я прежде слыхал о странном памятнике влюбленного хана. К. поэтически описывала мне его, называя la fontaine des larmes (Источник слез). Вошед во дворец, увидел я испорченный фонтан; из заржавой железной трубки по каплям падала вода».
Речь идет о стихотворении «Одесса» Василия Ивановича Туманского (1800–1860), написанном в 1823 г. и впервые опубликованном в альманахе «Полярная звезда на 1824 год».
Амадис Галльский — герой рыцарской поэзии и романов, называемый еще по изображению на его щите «Рыцарем Льва», а по образу жизни в пустыне — Бельтенебросом, то есть «сумрачным рыцарем».
Речь идет о стихотворении H. М. Языкова «К П. А. Осиповой» («Благодарю вас за цветы…»), впервые напечатанном в «Московском вестнике» в 1827 г. (№ 27, с. 83) с подзаголовком «К А. С. П.» (то есть «К Александру Сергеевичу Пушкину»).
Юзефович Михаил Владимирович (1802–1889) — штаб-ротмистр Чугуевского уланского полка, адъютант H. Н. Раевского-младшего, поэт и археолог, автор воспоминаний о встречах с Пушкиным на Кавказе. Набоков имеет в виду мнение Б. В. Томашевского, высказанное им в статье «Десятая глава „Евгения Онегина“», по которой цитирует и слова Юзефовича (Лит. насл. Т. 16–18. С. 387). Между тем вовсе не обязательно нужно было стать декабристом для того, чтобы погибнуть на Кавказе. Для этого было вполне достаточно вступить в армию и добровольцем отправиться на Кавказ.
Дату посещения Пушкиным Остафьева Набоков высчитывает на основании цитируемой записи Вяземского от 19 декабря 1830 г.: «Третьего дня был у нас Пушкин. Он много написал в деревне: привел в порядок и 9 главу Онегина. Ею и кончает; из 10-й предполагаемой читал мне строфы о 1812 годе и следующих. Славная хроника…» Цитату Набоков приводит по указанной выше статье Б. В. Томашевского (с. 387).
Стих «Моря достались Албиону» в ПСС (Т. 6) отнесен Б. В. Томашевским к строфе VI, однако Набоков выдвигает свою версию дешифровки пушкинской записи, согласно которой четыре стиха из второго столбца левой страницы пушкинского автографа являются вовсе не девятыми, а пятыми стихами зашифрованных строф. Набоков предложил отнести указанные стихи в конечном итоге соответственно к строфам IV, VI, VIII и IX с поправкой на ошибку, допущенную Пушкиным.
[Царь жирнел] — предположение самого Набокова о наличии этих слов в стихе 14 строфы IV, сделанное исходя из содержания первого стиха следующей строфы, требующего наличия этих слов в предыдущем стихе.
[Терпеть царей из рода в род?] — также собственное предположение Набокова, объяснение которому он дает ниже в комментарии к данной строфе.
[Авось] — еще одно предположение Набокова, исходящее из соображения о том, что определение слова «авось» как «народного Шиболета» в первом стихе следующей строфы требует его появления в предыдущей строфе.
Стих «Авось, дороги нам исправят», относимый ПСС (Т. 6) в качестве девятого стиха к строфе VII, Набоков полагает пятым стихом строфы VI.
Появление имени Наполеона в последнем стихе строфы VII обусловлено, по мнению Набокова, началом следующей строфы — со слов «Сей муж», действительно предусматривающим наличие этого имени в предыдущем стихе.
Стих «Измучен казнию покоя» Набоков считает не девятым, как ПСС (Т. 6), а пятым стихом строфы VIII. Включение стиха «Осмеян прозвищем героя» из стихотворения «Герой», в котором, как давно установлено, была использована Пушкиным данная строфа из «десятой главы» ЕО, объяснено Набоковым в комментарии к этой строфе.
Начиная с X строфы, нумерация Набокова оказывается отличной от общепринятой. Очевидная ошибка в зашифровке X строфы, отмеченная в ПСС (Т. 6), дает основание для различного прочтения этой строфы, стихи которой Набоков относит к разным строфам, чем и сбивает дальнейшую нумерацию на одну дополнительную строфу.
Набоков считает этот стих с иовым прочтением имени под литерой «Б» (объяснение чему дается в дальнейшем комментарии) не девятым стихом строфы IX, как в ПСС (Т. 6), а пятым стихом строфы XI.
Стихи 9—14 в ПСС (Т. 6) приводятся в другой редакции:
Там П<естель> — для тир<анов>
И рать… набирал
Холоднокровный генерал
И Муравь<ев> его скло<няя>
И полон дерзости и сил
Минуты [вспышки] торопил.
Редакция стиха 9 «Там П<естель> кинжал» дана в ПСС (Т. 6) в качестве первоначальной и зачеркнутой. Остается непонятным, почему Набоков пренебрег этой ему известной редакцией. В дальнейшем комментарии он не дает этому никакого объяснения.
«Я в Париже!» — этими словами начинается письмо из Парижа от 2 апреля 1790 г. в «Письмах русского путешественника» H. М. Карамзина, которое имеет в виду Набоков, сопоставляя его с письмом К. Н. Батюшкова.
Речь идет о стихотворении князя И. М. Долгорукого «Авось»:
О, слово милое, простое!
Тебя в стихах я восхвалю!
Словцо ты русское прямое,
Тебя всем сердцем я люблю!
(Долгорукий И. М. Соч.: В 2 т. СПб., 1849. Т. 1. С. 436).
Уже после выхода в свет набоковского Комментария возникло предположение о том, что «прелестная гречанка» — это Е. Г. Гартинг, урожденная Сгурдза, по первому мужу Гика, что отмечено 2-м изданием «Летописи жизни и творчества А. С. Пушкина» (Л., 1991. С. 267).
В настоящее время считается, что адресатом письма был В. Л. Давыдов, живший тогда в Каменке, и таким образом туда, а не в Одессу, как дальше пишет Набоков, было направлено письмо, если вообще было отправлено, так как известен только его черновик.
До Набокова никто не дал убедительной расшифровки имени укрытого под литерой «Б». Аргументация Набокова представляется вполне доказательной, и его расшифровка должна быть принята, как давно принято прочтение «Лувель» в том же стихе.
Неясно, почему Набоков не упоминает герцога Рейхштадтского, единственного сына Наполеона, умершего в 1832 г. в возрасте двадцати одного года, (то есть в 1817 г., когда писалась ода «Вольность», ему было шесть лет).
Отпевали Пушкина действительно 1 февраля, но из Петербурга гроб с телом поэта отправился в ночь с 3 на 4 февраля.
Над процитированной строфой L главы первой «Евгения Онегина» Набоков поставил имя «Абрам Ганнибал». Очевидно, Набоков хотел представить этот текст как монолог прадеда поэта, чему основание дают слова «Африки моей» — родины Ганнибала, но не Пушкина.
В своем переводе к пушкинскому указанию о смерти А. П. Ганнибала «на 92 году от рождения» Набоков, сомневавшийся в правильности расчета поэтом возраста своего прадеда, добавляет несомненную дату его смерти: «в 1781 году». Указание Пушкина расходится с известным ему источником, то есть «Немецкой биографией», где утверждается, что А. П. Ганнибал умер на 93-м году. Обе версии ошибочны (см. примеч. 263). Речь идет о копии «Немецкой биографии», выполненной для Пушкина. Этот документ хранился у сына поэта, А. А. Пушкина, передавшего его в 1880 г. (наряду с другими материалами личного архива отца) в Румянцевский музей Москвы, где рукопись получила № 2387А; с июля 1948 г. хранится в Институте русской литературы (ПД, оп. 3, № 163). Имеет небольшие искажения, допущенные копиистом. Там же хранится подлинник «Немецкой биографии» (ПД, оп. 24, № 19), написанной зятем А. П. Ганнибала Адамом Карповичем Роткирхом, присланной в 1899 г. ее владельцем Владимиром Константиновичем Лелонгом академику и непременному секретарю Комиссии по устройству чествования Пушкина Н. Ф. Дубровину. От последнего рукопись «Немецкой биографии» перешла в ведение Б. Л. Модзалевского и вошла в основной фонд Института русской литературы — с самого его основания. Этот подлинник «Немецкой биографии» издан в 1997 г. в Полном собрании сочинений А. С. Пушкина, т. 17, в переводе А. Г. Сулимовой и с комментариями Н. К. Телетовой. Весь том является вторым изданием, исправленным и дополненным, сборника «Рукою Пушкина» (1935). Первое издание, известное Набокову, где печаталась копия «Немецкой биографии», обозначим далее «Рукою Пушкина-I», второе, с публикацией подлинника этой биографии, — «Рукою Пушкина-II».
Расположение двух последних абзацев соответствует отдельному изданию главы первой «Евгения Онегина» 1829 г. В издании 1825 г. эти абзацы шли в обратном порядке.
Григорий Александрович, по прозванию Пушка, принадлежит седьмому колену от основателя рода Ратши. Константин Григорьевич — пятый и последний его сын. За ним следуют прямые предки поэта: Гаврила, Иван, Михаил, Семен, Тимофей, Петр, Петр, Петр (1644–1692, шестнадцатое колено от Ратши); последний был погребен в соборе Вознесения в Москве (где позже венчался А. С. Пушкин). Два его сына станут дедом и прадедом родителей поэта. Это Александр Петрович (родился после 1686, умер между 1725 и 1728), дед Сергея Львовича, и Федор Петрович (родился между 1681 и 1692 г., умер в 1727 или 1728), прадед Надежды Осиповны.
На самом деле Сергей Львович родился в 1767 г., но убавлял себе годы (см.: Романюк С. К. К биографии родных Пушкина // Временник Пушкинской комиссии. Л., 1989. Вып. 23. С. 6).
Предположение о рождении Ганнибала в 1693 г. опровергается следующими данными. В «Немецкой биографии» говорится, что мальчика привезли в Константинополь «на восьмом году» (Рукою Пушкина-II. С. 43); то же напишет Пушкин о прадеде в примечаниях к «Евгению Онегину»: «на 8 году своего возраста» (Пушкин А. С. Полн. собр. соч. M.; Л, 1937. Т, 6. С, 654). Через год и несколько месяцев, в июле, его отправили в Москву (Рукою Пушкина-II. С. 43), куда он прибыл 13 ноября 1704 г, в возрасте около восьми с половиной лет (см. там же). В 1726 г., посвящая Екатерине I двухтомный рукописный учебник (Geometrie practique, T. 1; Fortification, T. 2), Ганнибал писал, что «имел честь служить с самого <…> младенчества, а именно лет с семи или осьми…» (опубл.; Телешова H К Забытые родственные связи А. С. Пушкина. JI., 1981, С. 141–144). Тогда Ганнибал колебался — семи или восьми лет он был привезен в Россию, однако позже остановился на втором варианте и полагал, что начал служить Петру I на девятом году жизни. Датой своего рождения Ганнибал считал 13 июля — день, когда он был крещен: именно 13 июля, спустя многие годы, в 1776 г, весьма торжественно, в присутствии гостей-свидетелей составит Ганнибал свою духовную. Это явно не случайная дата — он праздновал восьмидесятилетие, Таким образом, можно считать, что в 1705 г., когда его крестили в Вильне, Ганнибалу исполнялось 9 лет. Эти 9 лет на момент крещения и использует Пушкин при расчете возраста прадеда (см. примеч. 276). Скончался же Ганнибал 14 мая 1781 г., прожив неполных 85 лет. Датой его рождения следует считать 1696 г. (по дню крещения — 13 июля).
По всей видимости, X, Р, фон Шеберг (Sjöberg) была моложе, В 1750 г. ее духовник, пастор лютеранской церкви при Кадетском корпусе Хилариус Хартман Хеннинг (или, на русский лад, Гилариус Гартман Геннинг), в письме своему знакомому характеризует «госпожу генеральшу» как «весьма милую даму доброй души», которая «находится сейчас в своем расцвете» (Из коллекций редких книг и рукописей библиотеки Московского университета, М., 1981. С. 77), Едва ли сорокачетырехлетнюю многодетную даму можно было характеризовать как особу цветущих лет.
Ко времени выхода в отставку — генерал-фельдцейхмейстер (или генерал-лейтенант). Родился 13 февраля 1735 г., как указывается в подлиннике «Немецкой биографии» (Рукою Пушкина-II. С. 49); в копии сведения об Иване и Петре Ганнибалах, расположенные на двух последних страницах подлинника, отсутствуют и Набокову, соответственно, не были известны. Поскольку Иван появился на свет за год до венчания отца и матери, датой его рождения называли либо 1736 (или 1737) г, (см.: Русский биографический словарь, СПб., 1914, Т. «Гааг— Гербель». С. 217–218), либо 1731 г., относя время его рождения к периоду первого брака Абрама Петровича. Последняя дата, высеченная на его надгробии в Лазаревской церкви Александро-Невской лавры, присутствует в разных источниках, например: Пушкин А, С. Полн. собр. соч, В 6 т. М.; Л., 1931, Т. 6 С. 295.
Петр Ганнибал умер 8 июня 1826 г. Эту дату обнаружила хранитель музея в Тригорском Г. Ф. Симакина в Государственном архиве Псковской области (ф. 39, оп. 1, № 2702, св. 708; № 4333, св, 1277), См, принадлежащую ей публикацию в газете «Пушкинский край» (1976, 20 авг,). Уходя в отставку, П. А, Ганнибал получил чин генерал-майора. Собственноручное об этом свидетельство Ганнибала см, Российский государственный исторический архив, ф, 1343, оп, 19, № 617 («О дворянстве Ганнибалов Псковской губернии, 1842–1843 гг.»).
Осип (Иосиф) вышел в отставку в чине «флота капитана второго ранга», равном подполковнику (см.: Список дворянству Псковского наместничества, бывшему при его первом собрании в Пскове <…> в декабре месяце 1777 г Псков, 1846, С. 5). Его женитьба на Марии Пушкиной состоялась в 1772 г. (см. хранящуюся в Институте русской литературы РАН рукопись Б. Л. Модзалевского «Родословная Пушкиных» — ф. 244, оп. 21, № 56: М. А. Пушкина, № 0/282).
«Прошение» — без начала и конца — впервые было опубликовано А. П. Барсуковым (Русский архив. 1891. Т. 2. С. 101–102) с комментарием П. И. Бартенева (ныне хранится в Российском Государственном историческом архиве, кн. 39 решенных дел Герольдмейстерской конторы 1781 г., д. 5, л. 39–40). Копия «Прошения», выполненная в 1837 г. (опубл.: Рукою Пушкина-I. С. 864–865), хранилась в 1935 г., по утверждению публикатора Н. Г. Зенгера, в Государственной библиотеке им. В. И. Ленина (тетрадь № 2395, л. 412–415). Ныне в Институте русской литературы РАН хранится другая, первая по времени возникновения, копия «Прошения», известная Пушкину (ПД, оп. 3, № 161). Ее Н. Г. Зенгер относит к той же тетради № 2395 (л. 506–509). Эта копия, не имеющая первых строк обращения к императрице Елизавете Петровне, опубл.: Телешова H. К. Забытые родственные связи А. С. Пушкина. С. 170–171.
Текст «Немецкой биографии» А. П. Ганнибала (вернее, копию с нее) см.: Рукою Пушкина: Несобранные и неопубликованные тексты. М.; Л., 1935 (немецкий текст — с. 43–49; русский его перевод — с. 50–56. В дальнейшем при цитировании этого перевода, выполненного Н. Г. Зенгером, в него вносятся некоторые коррективы). См. также примеч. 259.
Речь идет о копии «Немецкой биографии», выполненной для Пушкина. Она имеет жандармскую нумерацию — л. 40–45, которую и указывает Набоков.
Биография составлялась не ранее 1786 г., указанного на филиграни бумаги.
Автором «Немецкой биографии» был Адам Карпович (Адольф Рейнхольд) Роткирх (1746–1797) — муж Софии Абрамовны, урожденной Ганнибал, зять А. П. Ганнибала, уже умершего ко времени составления его биографии. А. К. Роткирх, уроженец эстляндской Нарвы, при Павле I был судьей города Софии (близ Царского Села). Авторство Роткирха указано его внуком Владимиром Ивановичем Роткирхом на титульном листе подлинника «Немецкой биографии» (см. об этом: Рукою Пушкина-II. С. 56).
Речь идет о «Сокращенном переводе Немецкой биографии» Ганнибала (ПД, оп. 1, № 1195); он занимает пять исписанных листов (десять страниц) с жандармской нумерацией, которую и указывает Набоков, сделанной в разбивку: 28, 57, 29, 56, 58; архивная нумерация листов: 1 (чистый), 2, 3, 4, 5, 6. Опубл. под названием «Биография Ганнибала»: Пушкин А. С. Полн. собр. соч. Т. 12. С. 434–437.
По всей вероятности, Пушкин в 1825 г. достал только «Воспоминания» П. А. Ганнибала (см. об этом: Рукою Пушкина-II. С. 57).
Лист 28 жандармской нумерации соответствует второму листу архивной; соответственно далее: 57-й — третьему листу, 29-й — четвертому, 56-й — пятому, 58-й — шестому (см. примеч. 273). Однако Набоков, не беря в расчет чистый первый лист, передвигает нумерацию. Сохраняем его обозначения: 28-й — первый, 57-й — второй, 29-й — третий, 56-й — четвертый, 58-й — пятый.
Расшифровка Набоковым подсчетов на полях «Сокращенного перевода Немецкой биографии» нуждается в коррекции. Пушкин производит их, действительно, чтобы разобраться в путанице Роткирховых дат. Последний расчет на л. 4: 1699+9=xx08 — перечеркнут. Поскольку Роткирх утверждает, что Абрам Петрович умер на 93-м году в 1781 г., то датой его рождения как будто следует считать 1689-й. Это никак не согласуется с тремя опорными возрастными данными биографии прадеда, Пушкину известными. Первая из них названа им в примечаниях к «Евгению Онегину»: «18 лет от роду Аннибал послан был царем во Францию». Но Абрам Петрович начал свое обучение во Франции летом 1717 г., и если 18-ти лет оказался в Париже, то получалось, что он родился не в 1689, а в 1699 г., как значится в подсчете. Девять лет — вторая возрастная опора: ровно девяти лет Абрам был крещен в Вильне. И Пушкин добавляет эту девятку к числу 1699, получая «08», то есть 1708 г. — дату крещения, расходящуюся с той, что указана в «Немецкой биографии»: «Приблизительно в 1707 году был он в Польше окрещен». Рядом с подсчетом на л. 4 зачеркнутая запись: «26 лет 25». Исходя из того, что Абрам родился предположительно в 1699 г., в год смерти Петра («<17>25») ему должно было быть 26 лет. Но это противоречит известному факту: Абраму было 28, когда умер Петр. Поэтому Пушкин перечеркнул и эти цифры. Примечательно, что в романе об арапе Ибрагиме Пушкин указывает его возраст в пору влюбленности в графиню — 27 лет. Этот эпизод относится предположительно ко времени около 1721 или 1722 г. (за год до возврата в Россию, на 4—5-м году обучения). Вместе с тем в 1824 г, Пушкин в примечании к «Евгению Онегину» писал о том, что в 1717 г. прадеду его было 18 лет. Выпутаться из сведений «Немецкой биографии» Роткирха он не мог.
Рассмотрим еще одну табличку пушкинских расчетов на полях л. 1 «Сокращенного перевода»: 1725-28=1697-9=1708 Три цифры в ней ясны: 9 — возраст, в котором Абрам был крещен; 1708 — предполагаемая дата крещения, фигурирующая в подсчете на л. 4 (1708 — отнюдь не сумма двух предыдущих цифр), и, наконец, 1725 — год смерти Петра I. Выясняется, что Пушкин знал возраст прадеда к моменту смерти Петра — 28 лет. Это третья возрастная веха в биографии прадеда. Но он ошибся на полгода: Абраму было 28 с половиной лет, когда не стало Петра I, и родился он в 1696, а не в 1697 г., как получалось у Пушкина. Но почему он не суммировал 1697 и 9? Потому что цифра 1706 его так же мало устраивала, как 1708, хотя он и перенес цифру 1708 из последнего подсчета в итог первого. Дело в том, что из отлично известного ему труда И. И. Голикова «Деяния Петра Великого…» он знал, что Август II (и его супруга, якобы крестная мать Абрама) ни в 1708, ни в 1706 г. не имели встреч с Петром I, стало быть, ни та ни другая даты не годились как дата крещения его прадеда. Откуда он знал три вехи в жизни Ганнибала — неизвестно, но две из них совершенно верны: это 9-летний возраст Абрама в момент крещения и 28-летний — в год смерти Петра I. Таким образом, можно утверждать, что Ганнибал родился 13 июля 1696 г. (по его подсчетам); крещен был 13 июля 1705 г. — девяти лет; в 1717 г. 9 июня, почти двадцати одного года, оставлен для обучения в Париже; двадцати восьми с половиной лет потерял своего крестного отца и покровителя — в январе 1725 г.
Вульф А. H. Дневники: (Любовный быт пушкинской эпохи). М., 1929. С. 136.
Текст приводится по упомянутым выше «Воспоминаниям» П. А. Ганнибала (см. примеч. 354).
Анучин Д. H. А. С. Пушкин: (Антропологический эскиз). М., 1899.
См.: Abbadie А. d: Paulitiscke Р. Des Conquêtes faites en Abyssinie en XVI siècle par l'Imam Muhhammad Ahmad dit Gragne; version française de la chronique arabe Futûh el-Hâbacha. Paris, 1898.
См.: Salt H. «Mr. Salt's Narrative». In Valentia, George, Viscount: Voyages and Travels to India, Ceylon, the Red Sea, Abyssinia and Egypt. London, 1811; Vol. 1–4; Salt H. A Voyage to Abyssinia and Travels into the Interior of That Country, Executed under the Order of the British Government in the Years 1809 and 1810. London, 1814. Другое издание последней из названных книг (Philadelphia, 1816) содержит карту Абиссинии.
См.: Poncet CK Relation abrégée du voyage que M. Charles Poncet fit en Ethiopie en 1698, 1699 et 1700 // Lettres édifiantes et curieuses, écrites des missions étrangères, par quelques missionaires de la Cie de Jésus. Paris, 1713. Vol. 4. P. 251–443.
См.: Kammer er A. La mer Rouge, l'Abyssinie et l'Arabie depuis l'antiquité. Cairo, 1952. Vol. 3.
См.: Lefebvre T., Petit A., Quartin-Dillon R., Vignaud. Voyage en Abyssinie exécuté pendant les années 1839, 1840, 1841, 1842, 1843. Paris, 1845–1851. Vol. 1–6.
См.: Bent J.-T. The Sacred City of the Ethiopians, Being a Record of Travel and Research in Abyssinia in 1893. London, 1893. Maps.
См.: Salt H. A Voyage to Abyssinia… P. 248. «Рас», как ниже объясняет Набоков, на гизском языке означает «глава».
См.: Le Grand (Legrand) У. Voyage historique d'Abyssinie, du R. P. Jérôme Lobo de la Campagnie du Jésus, traduite du Portugais. Paris and La Haye, 1728. Перевод на английский язык: A voyage to Abyssinia… From the French by S. Johnson, 1735.
См.: Gobat S. Journal of Three Years' Residence in Abyssinia. New York, 1851. Map.
Salt H. «Mr. Salt's Narrative». In Valentia, George, Viscount: Voyages and Travels to India, Ceylon, the Red Sea, Abyssinia and Egypt. Vol. 3. P. 61.
У Пушкина в примечании 11 к строфе L главы первой «Евгения Онегина»: Лагань.
См.: Basset R. Etudes sur l'histoire d'Ethiopie // Journal asiatique. Paris, 1881. № 17–18. В № 18 (с. 293–324) содержится «Эфиопская хроника» («Chronique éthiopienne») — французский перевод хроники правления Иисуса I, начатой императорским секретарем Хауария Крестос (французская транслитерация) и продолженной после его гибели в 1698 г. следующим секретарем — За-Уальдом.
См.: Bruce J Travels to Discover the Source of the Nile in the Years 1768, 1769, 1771, 1772 and 1773. Edinburgh, 1790. Vol. 2. P. 549.
Starkte E. Arthur Rimbaud in Abyssinia. Oxford, 1937.
Артюр Рембо (1854–1891) — французский поэт; примерно с 1880 г. оставил поэзию и занялся в Эфиопии торговлей людьми.
Le Grand (Legrand) У. Voyage historique d' Abyssinie… P. 431, 417–418.
Bruce J. Travels… Vol. 2. P. 488–489.
Ибрагим — Абрам прибыл в Константинополь (Стамбул) весной 1703 г., а в июле следующего года, до 21 числа, он и еще два мальчика были отосланы в Россию. 21 июля Савва Лукич Владиславич (с 1711 г. граф Рагузинский, 1668–1738) сообщает об этом Спафарию, а Спафарий 15 ноября пишет Ф. А. Головину о прибытии мальчиков в Москву 13 ноября 1704 г. Трех арапчат, таким образом, отослали в июле 1704 г. из Константинополя, но, по свидетельству Спафария, везли необычным путем, то есть, не морем до Азова, а на север, через Болгарию и Мунтению (восточная часть современной Румынии) (Русский архив. 1867. С. 308–309).
В немецком тексте: Seralio. Набоков пишет на итальянский манер: seraglio. Сераль — жилище знатного турка, где в одной части дома живут мужчины, а в другой находится гарем.
Далее Набоков пропускает часть фразы: «заприметил нескольких лучших, для его цели пригодных» (Рукою Пушкина-I. С. 51).
Все операции по умыканию арапчат совершал С. Л. Владиславич-Рагузинский; он же устраивал их отправку в Россию в сопровождении верного человека (см. уже упоминавшееся в примеч. 297 письмо Спафария Головину от 15 ноября 1704 г.). Им был некто Васильев.
Письмо это отправлено кабинет-секретарю Алексею Васильевичу Макарову 5 марта 1722 (не 1721) г. Опубл.: Ганнибал А. С. Ганнибалы, новые данные для их биографий // Пушкин и его современники: Материалы и исследования. СПб., 1913. Т. 5. Вып. XVII–XVIII. С. 211.
Во Франции Ганнибал, по всей видимости, обучался сначала в артиллерийской школе города Меца, а с 1720 г. — в Ла Фере (см. примеч. 320).
В посвящении двухтомного учебника Екатерине I (см. примеч. 263) нет ни указания на 22 года служения, ни слов о жизни «при доме» государя. Ошибка Набокова восходит к кн.: Вегнер М. Предки Пушкина. М., 1937. С. 36.
В Москву привезли трех арапчат (один вскоре умер), из них старший, крещенный Петром I с именем Алексей Петров, стал гобоистом Преображенского полка. Его судьба прослеживается только до 1716 г. По свидетельству Спафария, встретившего «поезд» из Константинополя в Москве (ср. также: Российский государственный архив древних актов, ф. 248, оп. 3, д. 43), этот Алексей приходился Абраму старшим братом. Исчезновение Алексея из биографии Абрама и из документов привело к полному забвению его, и нигде в «Немецкой биографии» он не обнаруживается. Поэтому Роткирх, твердо знавший, что поначалу было трое мальчиков, уморив по дороге второго, подменяет Алексея белокожим рагузинцем. Однако босниец из Рагузы (ныне Дубровник) Савва Владиславич, участвовавший в похищении из сераля мальчиков, никак третьим из них оказаться не мог. Не мог им быть и его племянник Ефим Иванович (1691–1741), находившийся с дядей в Константинополе и отправленный в Россию морем — через Азов. Дождавшись там прибытия разных товаров и встретившись с дядей, он тронулся в Москву, куда «поезд» из Константинополя прибыл лишь 30 января 1705 г. (см. примеч. 306), через два с половиной месяца после арапчат.
Набоков цитирует письмо по кн.: Устрялов Н. Г. История царствования Петра Великого. СПб., 1863. Т. 4, ч. 2. Приложение. С. 254.
В «Прошении» Ганнибала императрице Елизавете Петровне 1742 г. (см. примеч. 268) есть двусмысленная фраза, до недавнего времени не вызывавшая, однако, сомнений: «…выехал я в Россию из Царяграда при графе Саве Владиславиче…». Фраза всегда воспринималась как свидетельство совместной поездки Владиславича с Абрамом. Так понята она и Набоковым. Однако Ганнибал хотел сказать, что выехал он из Константинополя в те месяцы, когда Савва Лукич Владиславич, решавший его судьбу, замещал уехавшего в Москву П. А. Толстого и был, таким образом, полномочным послом России в Турции. В четырехтомном труде H. Н, Бантыш-Каменского «Обзор внешних сношений России (по 1800 г.)» (М., 1887–1902), Набокову неизвестном, имеются точные и полные сведения о передвижениях Рагузинского: 6 ноября 1702 г. Рагузинский прибыл из Константинополя в Азов «с деревянным маслом, кумачами, бумагой хлопчатной» (Бантыш-Каменский H. H. Обзор… М., 1896. Т. 2. С. 242). В Москву он приехал 26 марта 1703 г. Обратно отправился через Киев осенью «с собольми» на 5 тысяч для П. А. Толстого (там же), то есть для подарков нужным людям в Константинополе. Очевидно, он прибыл туда в начале 1704 г, и заменил Толстого в качестве посла, пока тот ездил в Москву, Поехал Рагузинский из Турции на Азов не летом, а осенью, прибыв в Москву 30 января 1705 г, (Там же. С, 243).
В Вильно Петр I был с 8 июля по 3 или 4 августа 1705 г. (Голиков И. И Деяния Петра Великого. М., 1789. Ч. X, С. 204, 217).
Абрама можно было крестить во второй раз, только если меняли его имя, что и сделал царь Петр, однако не в 1707, а в 1705 г., как сообщает сам Ганнибал в посвящении своего учебника Екатерине I; «…И был мне восприемником от святыя купели Его Величество в Литве, в городе Вильне, 1705 году…» (Телешова Н. К Забытые родственные связи А, С, Пушкина. С. 142). См. также примеч. 276.
Набоков ошибается. Фамилию себе придумал сам Абрам и впервые употребил ее, по-видимому, в 1727 г. в Сибири, рассчитывая, что громкость ее поможет ему в его положении ссыльного. При этом фамилия Петров превратилась в отчество. В утраченной ныне Иркутской летописи за 1727 г., как отмечал сибирский исследователь Сельский, значится: «В декабре месяце прибыл из Тобольска лейб-гвардии бонбардирной роты поручик Абрам Петров, Араб Ганнибал, для строения Селенгинской крепости» (Москвитянин, 1853. Т. 6. С. 34). В Эстляндии Абрам уже постоянно употребляет эту фамилию с 1733 г.
В Вильнюсе в центре города в 1865 г. после капитального ремонта церкви Параскевы Пятницы приказом губернатора M. Н. Муравьева был выбит текст на доске, укрепленной на ограде. Текст сообщает, что здесь в 1705 г. произошло крещение «африканца Ганнибала». Источником сведений, без сомнения, являлся утраченный ныне документ, принадлежавший Виленскому архиву, вывезенному на восток, за пределы Литвы, в 1940 г. Доска и поныне сохраняется на том же месте. Однако историки города утверждают, что Пятницкая церковь с 1611 г. и до XIX в. была униатской, а крещение могло происходить лишь в православной церкви. Фамилию же «Ганнибал» «африканец» в то время не носил (см.: Скилявинюс Л. Источник тайн // Вечерние новости. [Вильнюс.] 1985. 26 февр.).
Христина Эбергардина, супруга Августа II Сильного, равно как и сам Август, в июле 1705 г. в Вильну не приезжали; крестной матерью могла быть лишь неизвестная нам местная дама. Версия о королеве-крестной возникает у Роткирха, сам Ганнибал об этом никогда не писал.
Возможно со слов Пушкина, Д. Н. Бантыш-Каменский объясняет, почему, просыпаясь ночью, Петр I вынужден был сам записывать на грифельной доске то, что следовало вспомнить днем: «припорожник» Абрам еще не понимал русского языка (Бантыш-Каменский Д. H. Словарь достопамятных людей Русской земли: В 5 т. М., 1836. Т. 2. С. 12). Здесь мы имеем дело с домыслом Роткирха, не понявшего причин кажущейся причуды царя.
Вегнер М. Предки Пушкина. С. 23. Этому приказу предшествовали многие подобные, начиная с 1705 г.; очевидно, первый из них записан в приходо-расходной тетради (ведомости) Петра I: «1705 года, 18 февраля, по росписи купчины Чувашева Абраму Арапу к делу мундира и в приклад дано 15 рублей 15 алтын» (Малеванов Н. А. «Петра питомец» А. П. Ганнибал // Нева, 1972. № 2. С. 192). В тот день, 18 февраля 1705 г., Петр I отправлялся (до 27 апреля) в Воронеж (см.: Устрялов Н. Г. История царствования Петра Великого. Т, 4. [Ч. 1]. С. 359, 363), Мальчик тогда еще, видимо, не следовал за царем. Между 1705 и 1709 гг, (1709 г. обозначен в цитированном Вегнером и Набоковым документе) Абрам вместе с карликом Якимом появляется еще раз в приходо-расходной ведомости, когда сообщается, что истрачено «в 707 году <…> Авраму-арапу да Якиму-карле на платье 87 рублев, 13 алтын, 2 деньги» (Соловьев С. М. История государства Российского. М., 1962. Кн. VIII. Т. 15–16. С. 530).
Е. Ф. Шмурло пишет: «Быть может, он [Ганнибал] занимал при царе должность денщика, хотя в документах он трижды упоминается наряду с шутом Лакостою» (Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона. СПб., 1892. Т. 8. С. 87).
В тексте М. Вегнера (Предки Пушкина. С. 24) царский дурак назван Тюриновым. У Набокова, который, несомненно, перелагал рассказ Вегнера, описка или сознательное искажение-насмешка — Тюриков.
Набоков позволяет себе дать собственный вариант анекдота: у Вегнера Петр I отнюдь не развлекался поркой матросов. Ср.: «Проснувшись, шут завопил и разбудил царя. Петр вскочил взбешенный, схватил канат и бросился на крики. Шалуны, услыхав его шаги, попрятались. Первым попался царю на глаза Абрам и был отхлестан не на шутку» (Вегнер М. Предки Пушкина. С. 24).
Адриан Шхонебек в мае 1705 г. выполнил гравюру «Петр I с арапчонком». Известно, что больной царь с 4 по 22 мая 1705 г. жил в загородном доме Ф. А. Головина в Немецкой слободе (см.: Устрялов Н. Г. История царствования Петра Великого. Т. 4 [Ч. 1]. С. 363–364). В ноябре 1704 г. Головину доставили трех арапчат из Константинополя (см. примеч. 297). Поскольку арапчонок, получивший после крещения имя Алексей и фамилию Петров (см. примеч. 304), никогда при Петре не состоял и, в отличие от Абрама, в петровских бумагах тех лет не упоминался, то почти наверняка можно говорить, что на гравюре изображен Петр I с Абрамом, подаренным царю в январе — феврале 1705 г.
С января по октябрь 1716 г. имя Абрама в списках тех, кто сопровождал царя Петра в его путешествии, не встречается. Первый приказ о выдаче Абраму ефимков на седло относится к 5 октября 1716 г. (см.: Украинцев Е. И. Сборник выписок из архивных бумаг о Петре Великом. М., 1872. Т. 2. С. 52). Именно в это время к Петру в Копенгаген прибыли недоросли, направлявшиеся в Европу для обучения; среди них, очевидно, был и Абрам: «Петр их осмотрел и распределил, кого куда послать. Указ о том кн<язю> Долг<орукову> — от 12 окт<ября>» (Пушкин А С. Полн. собр. соч. Т. 10. С. 228). Затем Абрам упоминается в начале декабря по поводу раздачи трех червонных нищим в Вестфалии. 11 декабря 1716 г. Абраму Петрову и Алексею Юрову делаются богатые дары к празднику Рождества (см.: Украинцев Е. И Сборник выписок… С. 21, 25). Таким образом, оба они присоединились к свите Петра (Абрам в октябре, Юров тогда же или в ноябре — декабре) и находились при нем до 9(20) июня 1717 г., когда Петр уехал из Парижа, а Абрам и Юров остались во Франции для обучения. Двое других юношей проследовали из России во Францию, не задерживаясь, очевидно, при Петре. Коровин должен был обучаться не фортификации и военному делу, а «грыдоровальному художеству», то есть искусству гравирования (см.: Пекарский П. Введение в историю Просвещения в России XVIII столетия. СПб., 1862. Т. 1. С. 241).
В подлиннике «Немецкой биографии» Роткирх правильно записал имя — Белидор (см.: Рукою Пушкина-II. С. 37 и 45). Но в копии для Пушкина неясная буква «d» опущена. То же рукою Пушкина в «Сокращенном переводе Немецкой биографии».
До 1719 г., когда Ганнибал принял участие в войне с Испанией, он не мог учиться в Ла Фере: «Школа инструктажа» («L'ecole d'instruction») была открыта там лишь в 1720 г. по повелению короля от 5 февраля (см. об этом: Daniel P. Histoire de la milice française. Paris, 1721). Можно предположить, что между 1717 и 1719 гг. он обучался в Меце.
Ганнибал был ранен в 1719 г. при взятии крепости Фуэнтерабиа (см. об этом: Хмыров М. Д. А. П. Ганнибал // Всемирный труд. 1872. № 1. С. 107).
Набоков весьма свободно пересказывает Пушкина. В «Арапе Петра Великого» говорится лишь, что Ибрагим «присутствовал на ужинах, одушевленных молодостию Аруэта и старостию Шолье, разговорами Монтеские и Фонтенеля», и что графине Д. его представил «молодой Мервиль, почитаемый вообще последним ее любовником» (Пушкин А. С. Полн. собр. соч. Т. 8. С. 4). «Мервиль первый заметил эту взаимную склонность. <…> Слова Мервиля пробудили Ибрагима» (там же. С. 5), — больше о Мервиле ничего не говорится. По мнению Набокова, речь здесь идет о Мишеле Гюйо де Мервиле (1696–1755), драматурге, авторе более чем десятка пьес, ставившихся в 1730—1740-е гг. в Комеди Франсез и других театрах. Известно, что Мервиль общался с Вольтером.
Абрам находился в обучении пять с половиной лет. Покинув Россию приблизительно в начале сентября 1716 г., он был оставлен Петром в Париже 9(20) июня 1717 г. (см. примеч. 318). 17 октября 1722 г. Абрам Петров, Резанов и Коровин были отозваны из Парижа и отправились в Россию в свите бывшего посла во Франции В. Л. Долгорукова (см.: Бантыш-Каменский H. Н. Обзор… Т. 1.С. 94). В Москву «поезд» Долгорукова прибыл 27 января 1723 г., о чем есть запись в камер-фурьерском журнале (Юрнал 1723 года. СПб., 1855. С. 6).
Петр I приказал князю А. Д. Меншикову, подполковнику Преображенского полка (полковником был он сам), 4 февраля 1724 г… «Абраму (арапу), который во Франции служил капитаном и привез свидетельство, того ради определите ево порутчиком в бомбардирскую роту к инженерам, которых из молодых в кондукторы надлежит собрать <…> Петр» (Ганнибал А. С. Ганнибалы, новые данные для их биографий. С. 217).
Poirier, Abbé Metz F J Documents généalogiques. 1561–1792. Paris, 1899.
Этот грек, капитан, нанят был в Венеции Г. Г. Островским, посланным Ф. А. Головиным, вместе с другим капитаном по имени Стамати Камер. В Венеции Диопер (тогда именовавшийся Депиор) жил близ греческой церкви, имел жену и детей, по-видимому навсегда оставленных. 16 ноября 1697 г. оба нанятых капитана с Островским тайно выехали в Амстердам (Венеция не хотела отпускать нужных людей), где встречены были Головиным и Лефортом. Плата капитанам положена была «в московской службе сколько они похотят и сколько их будут держать <…> по 15-ти золотых червонных в месяц» (Княжецкая Е. А Связи России с Далмацией и Бокой Которской при Петре I // Советское славяноведение. 1973 № 5. С 46–59). Брак Евдокии Андреевны Диопер и Абрама Петрова состоялся 17 января 1731 г. в Петербурге, в церкви Симеона Богоприимца в Морской слободе (см.: Малеванов H А Прадед поэта // Звезда. 1974. № 6. С. 159).
Псковские поместья, и среди них Зуево-Михайловское, пожалованы были А. П. Ганнибалу в 1742 г. 12 января 1742 г. под № 8728 вышел «Именный указ о пожаловании подполковника Аврама Ганибала в генерал-майоры <…> и об отдаче ему из дворцовых имений Псковского уезда Михайловской губы с 569 душами крестьян» (Баранов П И Опись высочайшим указам и повелениям, хранящимся в С.-Петербургском архиве за XVIII век. СПб., 1878. Т. 3 (1740–1762). С. 85). Закрепление пожалования грамотой на владения в Псковской губернии состоялось лишь 6 февраля 1746 г. (грамота подписана: «Елизаветъ» и «Алексей Бестужев»; хранится во Всероссийском музее А. С. Пушкина).
Ганнибал умер неполных восьмидесяти пяти лет. См. примеч. 263.
Имеется в виду публикация: Булгарин Ф. В. Второе письмо из Карлова на Каменный остров // Северная пчела. 1830. № 94. 7 авг.
Это мелькнувшее предположение Набокова ныне подтвердилось. Французский ученый африканского происхождения Дьедонне Гнамманку нашел в современном государстве Камерун, южнее озера Чад, город Логон на реке Логоне. В XVIII в. небольшое государство, называвшееся тоже Логон, имело еще два города, упоминаемых А. П. Ганнибалом в его «Прошении» 1742 г.: «.. родился во владении отца моего в городе Логоне, который и кроме того имел под собою еще два города». Города сохранились — это Гульфеиль и Куссери. Племя, жившее в этом ареале, именовалось котоко. (Об этом см.: Гнамманку Д Так где же родина Ганибала? // Вестник РАН. 1995. Т. 65. № 12. С. 1024–1101; Gnammankou D Abram Hanibal. Paris, 1996; Телешова H. К A П Ганнибал (К трехсотлетию прадеда Пушкина) ff Russian studies. СПб., 1996. T. 2, № 3, С. 58–93.) Эти данные представляются куда более подходящими, чем версия А К. Роткирха об абиссинском происхождении Ганнибала, почерпнутом им из популярного романа С. Джонсона, вышедшего в 1785 г. в переводе Ф. Шиллера на немецком языке
[Heibig G A W] Russische Günstlinge. Tübingen, 1809. Русский перевод (с указанием автора) впервые опубликован в 1883 г. под названием «Русские фавориты». Георг фон Гельбиг был секретарем Саксонского посольства в Петербурге в 1787–1795 гг.
Н. П. Барсуков в 1891 г. выпустил в Петербурге только четвертый том своего двадцатидвухтомного издания «Жизнь и труды М. П.Погодина». Однако указанного сообщения там нет. Но в том же году А. П. Барсуков опубликовал в «Русском архиве» (т. 2) «Прошение» А. П. Ганнибала (см. примеч. 268) и в середине страницы 103, закончив свое сообщение, поставил: «С.-Петербург, 29 марта 1891 г., Александр Барсуков». Ниже, под звездочкой, следует текст издателя П. И. Бартенева, подписывавшего подстрочные комментарии инициалами «П. Б.», но оставившего без подписи этот текст, в котором, в частности, сообщается: «…вдова Льва Сергеевича Пушкина, Елизавета Александровна, передавала нам, что у ее свекрови, Надежды Осиповны, матери поэта, ладони были желтого цвета» (с. 103–104). Резюме Бартенева Набоков приписал Барсукову, ошибочно заменив его инициал «А» инициалом «Н».
В. Виноградов — описка Набокова. Правильно: Л. Виноградов. См.: Виноградов Л. А., Чулков H. П., Розанов Н. П. А. С. Пушкин в Москве // Труды Общества изучения Московской области. М., 1930. Вып. 7.
В примечании Л. А. Виноградова к его статье «Детские годы А. С. Пушкина в Немецкой слободе и у Харитония в огородниках» (в сборнике «А. С. Пушкин в Москве». С. 32–33) говорится: «…все дочери Исаака Абрамовича Ганнибала отличались речью нараспев: „все они точно египетские голуби воркуют <…> выговор у них такой африканский, что ль, был“, — вспоминали о них в Тригорском».
См. об этом статью Н. К. Телетовой «О мнимом и подлинном изображении А. П. Ганнибала» в сборнике «Легенды и мифы о Пушкине» (СПб., 1995. С. 84).
Bent J-Т. The Sacred City of the Ethiopians… P. 287–288.
«…С твоим ли <…> сплющенным носом, вздутыми губами, с этой шершавой шерстью бросаться во все опасности женитьбы?» — говорит Ибрагиму Корсаков в романе «Арап Петра Великого» (Пушкин А. С. Полн. собр. соч. Т. 8. С. 30).
См.: Basset R. Etudes sur l'histoire d'Ethiopie // Journal asiatique. Paris, 1881. № 17–18. В № 18 (с. 293–324) содержится «Эфиопская хроника» («Chronique éthiopienne») — французский перевод хроники правления Иисуса I, начатой императорским секретарем Хауария Крестос (французская транслитерация) и продолженной после его гибели в 1698 г. следующим секретарем — За-Уальдом.
Любопытно, что ни история о девятнадцати старших братьях, которых приводили к отцу со связанными руками, ни такая деталь, как фонтаны, среди которых плавал на воле меньшой из них, Ибрагим, не имеют известного протосюжета: в «Немецкой биографии» ничего подобного не излагается. В комментарии к ЕО осенью 1824 г. Пушкин приводит эти экзотические подробности после свидания с Петром Абрамовичем. Был ли это устный рассказ двоюродного деда, отражавший неизвестные впоследствии мемуары Абрама Петровича, — установить невозможно (между прочим, и о Лагани в «Немецкой биографии» сказано, что она утопилась с горя, не сумев освободить брата, в то время как у Пушкина в комментарии 1824 г. она только плыла за кораблем, на котором брат удалялся).
Ничем не знаменитое селение Снитерфилд находится в графстве Уорикшир, в трех с половиной милях на северо-восток от Стратфорда-на-Эйвоне, родины Шекспира.
Набоков подозревает, что пушкинское описание детства Ганнибала стилизовано и источником стилизации является художественная литература.
Речь идет о Шарле Понсе.
Пресвитер Иоанн — легендарный священник и король Абиссинии в средние века. Шекспир, скрыто присутствующий в набоковском «Заключении» (см. примеч. 340), упоминает пресвитера Иоанна в комедии «Много шума из ничего» в выразительном контексте: «Бенедикт. Я готов за малейшим пустяком отправиться к антиподам, что бы вы ни придумали: хотите, принесу вам зубочистку с самой отдаленной окраины Азии, сбегаю за меркой с ноги пресвитера Иоанна, добуду волосок из бороды Великого Могола, отправлюсь послом к пигмеям?» (акт II, сцена 1). Более ранний вариант о пресвитере Иоанне появлялся еще в средние века. Так, в ста новеллах Италии (конец XIII в.; см.: Новеллино. М., 1984. С. 5–6, 256–258) царство благочестивого Иоанна связывают с Индией, откуда он будто бы отправил послание в Византию и императору Фридриху I Барбароссе. Об Иоанне см.: Хенниг Р. Неведомые земли. М., 1961. Т. 2. С. 446–461; Гумилев Л. Повесть вымышленного царства (Легенда о «государстве пресвитера Иоанна»). М., 1970.
Тамбуры — маленькие барабаны.
Poncet Ch. A Voyage to Aethiopia, Made in the Years 1698, 1699, and 1700. London, 1709. P. 149–150.
Имеются в виду следующие строки поэмы С. Т. Колриджа «Кубла Хан» (перевод К. Бальмонта):
Стройно-звучные напевы
Раз услышал я во сне
Абиссинской нежной девы,
Певшей в ясной тишине
………………………………………
Девы, певшей мне во сне
О Горе святой Аборы…
Имеется в виду созвучие названий: «tabor» (барабанчик) и гора «Abor».
Ле Гран (см. примеч. 287) говорит, что у Суснея — как правитель он назывался Сагад I — был брат Цеела Крестос или, иначе, Целла Христос. Ле Гран называет последнего также Рассел ас (см.: Le Grand (Legrand) J. Voyage historique d'Abissinie… P. 502). Без сомнения, Роткирх использовал этот романный мотив: брат, ставший правителем, присылал за младшим «полубратом», то есть Ибрагимом, еще одного брата. Роткирх, таким образом, ставит Ибрагима на место Расселаса, не довольствуясь лестной для рода выдумкой о приезде ко двору Петра I брата правителя Эфиопии.
В английской стиховедческой терминологии слово «metric» употребляется применительно и к античному стихосложению (по русской терминологии — метрическому), и к современному английскому, немецкому и т. п. стихосложению, в русском стиховедении называемому «тоническим». Применительно к русскому стиху эквивалентом английского «metric» является «силлабо-тонический».
В стиховедении это явление называется синкопой.
В этом стихотворении В. Набокова даны три разных произношения английского слова «violet». В третьей строке речь идет о «тройной» или, по терминологии В. Набокова, «длинной» рифме (violet) с ударением на третьем с конца слоге; в четвертой строке иллюстрируется «одиночная», или мужская, рифма с ударением на последнем слоге (violet); в пятой строке представлена женская рифма, то есть слово «violet» сжато до двух слогов, и ударение приходится на второй с конца слог (vi'olet).
Не исключен и другой, более правдоподобный вариант: Шварцы семейство петербургское, а потому вполне возможно, что их знакомство относится еще к послелицейской юности поэта в столице. Однако у двух этих версий нет других доказательств, кроме данного упоминания Пушкиным того, что Шварц видел Арину Родионовну. Петербургская встреча кажется более вероятной, чем московская.
У Яцевича, на которого ссылается Набоков, указывая номер дома, где жил Никита Муравьев, допущена опечатка — надо читать: 25. Это следует из слов самого Яцевича, когда он пишет о доме Остермана (позднее дом Кочубея), расположенном на четной стороне р. Фонтанки: «Стоящий тут же на Фонтанке, недалеко от дома Муравьевой, по другую сторону реки, дом № 16 по набережной принадлежал, в начале XIX века, канцлеру И. А. Остерману».
Это так называемые «Воспоминания» П.А. Ганнибала (ПД, оп. 3, № 162), ко времени написания которых он, однако, уже переселился из Петровского в другое свое имение — Сафонтьево, верстах в шестидесяти от Михайловского (см. об этом публикацию Г.Ф. Симакиной, указанную в примеч. 9). А.М. Гордин на основе документов (Государственный архив Псковской области, ф. 39, оп. 1, д. 500, л. 78 об. и др.) доказывает, что переселение произошло в 1819 г. (см.: Гордин A.M. Пушкин в Михайловском. Л., 1989. С. 46 и 409). «Воспоминания» составлялись — видимо, по просьбе Пушкина — в самые последние годы жизни Ганнибала. Характер изложения материала явно свидетельствует об угасании умственных способностей автора. Полный текст «Воспоминаний» опубл.: Телешова Н.К. Забытые родственные связи А.С. Пушкина, С 171—173.
См.: Модзалевский Б. Л. Библиотека А. С. Пушкина. СПб., 1910. С. 147. № 567.
Страницы книги не нуждались в разрезании. Заметок Пушкина на них нет.