Королева Зикси из Страны Икс

Глава 6. Бат вершит справедливость

На следующий день состоялись похороны старого короля. Молодой король ехал на роскошной колеснице, одетый в чёрный бархат, расшитый серебром. Не зная, как себя вести в новом положении, Бат сидел тихо и помалкивал. Впрочем, именно этого от него ждали.

Но по окончании похорон его доставили во дворец, препроводили в тронный зал и усадили на золотой трон. Затем главный советник сообщил, что теперь новый король должен выслушать жалобы своих подданных, а также принять уверения в почтении ноландской знати.

Пушинка устроилась на пуфе возле королевского трона, а пять советников образовали полукруг за королём. Двери зала распахнулись. Появились представители местной знати, они подходили к трону, целовали руку королю, а затем и ручку принцессы и приносили клятву верности королевскому дому.

Бату церемония не понравилась. Он шепнул на ушко Пушинке, что ему всё это жутко надоело.

— Я, пожалуй, пойду наверх и поиграю, — сказал он мажордому — Не понимаю, почему я не имею на это право.

— Ещё немного — и Ваше Величество освободится. Но пока Вам придётся выслушать жалобы Ваших подданных, — кротко возразил Паллипап.

— Но что с ними? — сердито буркнул Бат. — Почему бы им не держаться подальше от неприятностей?

— Не знаю, Ваше Величество, просто между людьми всегда возникают разногласия.

— Но король в них не виноват? — осведомился Бат.

— Нет, Ваше Величество, но король должен сделать всё, чтобы разрешить споры между подданными, ибо он наделён высшей властью.

— Ну ладно, пусть жалуются, только побыстрее, — нетерпеливо произнёс Бат.

В тронный зал вошёл человек почтенной наружности. Он вёл за руку мальчика, а в другой держал прут.

— Ваше Величество, — начал вошедший, отвесив королю глубокий поклон. — Мой сын, которого я привёл с собой, постоянно убегает из дома, и я хотел бы узнать, что, по-Вашему, мне следует с ним сделать.

— Почему ты убегаешь из дома? — спросил Бат.

— Потому что он меня сечёт, — последовал ответ.

— Почему ты сечёшь сына? — обратился Бат к отцу.

— Потому что он убегает из дома, — ответил тот.

Бат на мгновение задумался.

— Ну что ж, если бы меня дома наказывали, я бы, наверное, тоже сбежал, — наконец произнёс он. — Ну а если мальчика никто не будет наказывать или ещё как-то обижать, я думаю, он останется дома и станет хорошо себя вести. Впрочем, это всё не имеет ко мне никакого отношения.

— Но это должно иметь к Вам отношение, Ваше Величество, — возразил главный советник. — Вы повелитель этой страны, и проблемы Ваших подданных — Ваши проблемы.

— Это нечестно, — насупился Бат. — У меня есть свои дела, и мне хочется подняться наверх поиграть.

В этот момент принцесса Пушинка наклонилась и что-то прошептала на ухо королю, отчего тот заметно повеселел.

— Значит так, — провозгласил он. — Как только мальчишка ещё раз убежит из дома или его отец ещё раз его высечет, я попрошу, чтобы королевский палач как следует высек виновного. А теперь пусть оба возвращаются домой и ведут себя прилично.

Это решение было встречено аплодисментами, а Бат подумал, что, кажется, нашёл удачный выход из трудного положения.

Затем вошли две старухи — одна толстая, другая тощая. Они ввели корову, причём одна держала верёвку, обвитую за правый рог, а вторая за левый. Каждая утверждала, что корова принадлежит ей, и спорили они так громко, что королевскому палачу пришлось завязать им рот. Когда установилась тишина, главный советник сказал:

— А теперь, Ваше Величество, Вам надо решить, кому же всё-таки принадлежит корова.

— Я не могу, — пробормотал Бат.

— Вы должны, Ваше Величество! — хором воскликнули все пять советников.

Тут Мег опять что-то прошептала на ушко королю, и он снова кивнул. Дети всю жизнь жили в деревне, где было много коров, и потому девочке показалось, что она придумала хороший способ выяснить, кому же действительно принадлежит животное.

— Отошлите одну из женщин из зала, — распорядился король.

Тотчас же тощая женщина была удалена — её заперли в маленькой комнатушке неподалёку.

— Принести ведро и скамеечку, — приказал король.

Когда и это распоряжение было исполнено, Бат обернулся к толстухе, велев предварительно развязать ей рот.

— Это моя корова! Она принадлежит мне! Я её хозяйка! — заверещала толстуха, как только обрела дар речи.

— Стоп! — перебил её король. — Если корова и впрямь твоя, подои её.

— Конечно, Ваше Величество. Сию же минуту! — воскликнула она и, схватив ведро и скамеечку, подбежала к корове. Она села на скамейку, но не успела дотронуться до коровьего вымени, как корова так лягнула толстуху, что та полетела кувырком и ведро оказалось у неё на голове. Корова же преспокойно отошла от неё на несколько шагов и стала невозмутимо смотреть по сторонам.

Двое стражников подняли толстуху и сняли с её головы ведро.

— В чём дело? — осведомился Бат.

— Ну, конечно, корова перепугалась, — прохныкала толстуха. — А я теперь буду вся в синяках. Любая корова станет лягаться, если её привести в королевский дворец, Ваше Величество.

— Выведите эту женщину отсюда и пригласите вторую, — распорядился Бат.

Тогда толстуху выпроводили из зала и ввели тощую женщину, которой тоже было велено подоить корову.

Она взяла в одну руку ведро, в другую скамеечку и, подойдя к корове, нежно погладила её и сказала:

— Ну-ка, Босси, веди себя как следует. Умница Босси…

Корова посмотрела на тощую женщину и преспокойно позволила той себя подоить. Бат подумал и сказал:

— Корова принадлежит тебе. Забирай её.

Эти слова были встречены бурными аплодисментами всех собравшихся, а старший советник воздел руки к потолку и воскликнул:

— Нами правит новый Соломон!

Снова раздались аплодисменты, и Бат покраснел от гордости и радости.

— Скажи-ка, — обратился он к тощей женщине, которая уже собиралась удалиться с коровой, — где ты достала такую симпатичную послушную Босси?

— Сказать по правде? — осведомилась женщина.

— Ну конечно!

— Я украла её, Ваше Величество, — призналась женщина, — у той толстухи, которую Вы заперли в соседней комнате. Но теперь уже никто не может отобрать у меня корову, потому что мне присудил её сам король.

При этих словах в зале наступила мёртвая тишина, а Бат покраснел ещё сильнее.

— Тогда почему же тебе удалось так легко подоить эту корову? — сердито осведомился повелитель Ноландии.

— Просто та толстуха ничего не смыслит в коровах, а я знаю, как с ними обращаться, — отозвалась тощая женщина. — Всего наилучшего, Ваше Величество. — И она покинула зал.

Король, принцесса и все собравшиеся находились в явном замешательстве.

— Есть ли у нас коровы в королевских коровниках? — обратился Бат к Пуллипупу.

— Конечно, есть, Ваше Величество.

— В таком случае отдайте одну из них этой толстой женщине, и пусть она возвращается к себе домой. Ну а я на сегодня и так перетрудился и теперь пойду наверх поиграть со своей сестрой.

— Погодите! Погодите! — раздался чей-то пронзительный крик. — Я требую справедливости! Хочу королевского правосудия! Пусть восторжествует закон! Правосудие тётке короля!

Бат увидел, что тётя Рекка пытается подойти к трону, но её удерживает стража. Наконец ей удалось отпихнуть солдат, и она подбежала к трону с криком:

— Справедливости! Я хочу справедливости, Ваше Величество!

— Что с тобой случилось? — осведомился Бат.

— Со мной случилось всё! Ты новый король?

— Да, — сказал Бат.

— А я твоя тётка?

— Да, — снова сказал Бат.

— Тогда почему я живу в какой-то лачуге и одеваюсь в лохмотья? Разве не гласит закон, что все королевские родственники должны жить в королевском дворце?

— Она говорит правду? — обратился Бат к Пуллипупу.

— Да, Ваше Величество.

— Неужели я должен жить в одном дворце с этой старой метлой? — простонал Бат.

— Сам ты старая метла! — возопила тётка, грозя кулаком Бату. — Ничего, вот останемся наедине, я покажу тебе, как называть меня старой метлой!

Бат почувствовал, как его бьёт озноб. Но он обратился к главному советнику.

— Скажи, король ведь может сделать всё, что пожелает?

— Совершенно верно, Ваше Величество.

— В таком случае пусть ко мне подойдёт королевский палач.

— Бат, что ты задумал? — тревожно воскликнула принцесса Пушинка, хватая брата за руку.

— Оставь меня, — огрызнулся тот. — Король я или нет?! Я помню, как тётка однажды меня высекла. Больно-пребольно. Шестнадцать ударов розгой — я считал.

Тем временем перед троном предстал палач и отвесил королю низкий поклон.

— Принеси розгу, — велел Бат.

Палач удалился и вскоре вернулся. В руке у него был длинный гибкий берёзовый прут.

— Отлично, — сказал король. — А теперь пусть эта женщина получит шестнадцать ударов розгой.

— Не надо, Бат, прошу тебя! — заступилась за тётю Рекку Мег.

Тётя Рекка упала на колени, молитвенно сложив руки, запричитала:

— Простите, Ваше Величество, я больше не буду! Умоляю Вас, пощадите меня!

— Ну ладно, — отозвался Бат с улыбкой. — На этот раз, так и быть, прощаю. Но если ты будешь мешать жить мне и Пушинке, если вообще начнёшь путаться у меня под ногами, то палач с тобой разберётся. Заруби себе на носу: я король и не потерплю никаких глупостей. А теперь, если хочешь, иди наверх и выбери себе там комнатку. А мы с Пушинкой пойдём поиграем.

С этими словами он аккуратно положил на трон корону и сбросил мантию.

— Пошли, Пушинка, мы сегодня наработались вдоволь, — сказал он сестре и, взяв её за руку, вывел из тронного зала.

Тётя Рекка кротко проследовала за королевским мажордомом, который показал ей вполне уютные апартаменты на самом верху, под крышей.

Она осталась довольна жильём, но вскоре потребовала, чтобы к ней явился королевский казначей. Ей понадобились деньги, чтобы купить подобающую её новому положению одежду.