Пролог

Виндзорский замок, июль 1940 года

Софи в последний раз выводят через ворота Святого Георгия. В глубине души она знает, что больше не вернется. Ее запястья скованы за спиной наручниками, и ее сопровождают двое полицейских, по одному с каждой стороны, как будто она – самый опасный преступник в Британии. «Я не враг», – хочет крикнуть она, но ей никто не поверит. Все поворачивали к ней головы, когда она шла по коридорам из кабинета суперинтенданта, мимо лакеев в боевых ливреях и горничных, появлявшихся из ниоткуда, чтобы поглазеть. Она догадывалась, о чем они думают: «Мы никогда не доверяли этой девчонке, и вот глядите: мы были правы».

«Я – Королевский библиотекарь, – напомнила она себе и распрямила плечи, – и я не сделала ничего плохого». Но так ли это на самом деле? Она этого не знает даже сейчас.

Ее взгляд падает на извивающуюся по парку Длинную тропу, и воспоминания о тех временах, когда она находила там убежище, оплакивая своих родителей, пронзают ее как нож. Что бы они сказали, если бы увидели ее, выставленную на позор? Но их уже нет в живых, она осталась одна в чужой стране. Она играла по-крупному и проиграла, и больше некому за нее заступиться.[4]

Загрузка...