Космос. Иллюстрированная история астрономии и космологии

МАЙЯ, АЦТЕКИ И ЮЖНОАМЕРИКАНСКАЯ АСТРОНОМИЯ

Центральная Америка – регион, ограниченный с севера Аризоной и штатом Нью-Мексико, а с юга – Гондурасом и Сальвадором, – была свидетелем развития множества культур, организованных по принципу городов-государств, переживших периоды расцвета и упадка в течение двух тысячелетий до того времени, когда Колумб открыл Америку. Четыре наиболее крупных из них (в их число входили ольмеки, сапотеки, ацтеки и майя), по крайней мере майя, развили искусство анализировать астрономические события с применением математических методов. Похоже, что все они, с теми или иными отличиями, придерживались представлений о многоуровневой Вселенной, каждый слой которой включал небесные тела только одного типа. Первым над Землей располагался уровень Луны, затем шел уровень облаков, за ним – уровни звезд, Солнца, Венеры, и так – до тринадцатого уровня, где обитал бог-создатель. Помимо прочего, эта схема служит наглядным ответом тем, кто считает самоочевидной греческую систему сферического универсума или полагает, что она является обязательным этапом человеческого развития. Космологические представления большинства народов Южной Америки кардинальным образом отличались от ближневосточных и месопотамских представлений, давших начало западной астрономии, но математический анализ планетных движений – совсем другое дело. Можно только удивляться тому, насколько схожи аналитические приемы, применяемые майя для описания поведения Венеры, с теми, что использовались их греческими и вавилонскими коллегами.

Культура майя до сих пор сохранилась в некоторых частях Гватемалы и Юкатанского полуострова. Колумб впервые встретил обитателей Юкатана, плывших на больших каноэ в открытом море, и даже побывал у них в гостях. Его примеру последовали другие, а конфискованное золото и рассказы о городах, возведенных из камня, вскоре привели туда захватнические экспедиции Кортеса и других конкистадоров. Одна из величайших трагедий всей этой истории заключалась в том, что (как свидетельствует об этом епископ Юкатана Диего де Ланда) «огромное количество» книг, написанных жившими на Юкатане майя, было сожжено, поскольку в них, как тогда полагали, излагались дьявольские поверья. Однако, прежде чем обвинять епископа в этом, необходимо напомнить: его шокировало зрелище жертвоприношения детей, совершенного майя внутри его собственной церкви, которых, по его мнению, он сумел обратить в христианство.

80

Фрагмент «Дрезденского кодекса», астрономического текста майя, в котором обсуждаются вопросы обращения Венеры. По всей видимости, он представляет собой копию XIII в., сделанную с более древнего оригинала. В центральной части рисунка представлен гелиакический восход планеты. Копья (изображенные и в нижней части рисунка) олицетворяют смертоносные лучи света.

Де Ланда оставил довольно точное описание календаря майя, и их датировки могут быть установлены сегодня с достаточной степенью надежности. Часть книг уничтожили, другие исчезли из‐за небрежного отношения к ним. Судя по всему, до наших дней дошли только пять рукописных книг и несколько сохранившихся фрагментов. Один из них представляет собой пачку свернутых страниц, которые тем не менее вполне читаемы и содержат описание лунного и солнечного календарей, а также (что особенно интересно) венерианского календаря. (Каждая из книг майя изготовлена из единого листа лубяной ткани длиной до 6,7 метра и шириной от 20 до 22 сантиметров; они сложены гармошкой, при этом ширина страницы равняется примерно половине ее высоты.) Лучше всего сохранился так называемый «Дрезденский кодекс» (названный по месту современного хранения), содержащий вдобавок множество изображений богов майя (ил. 80). Кроме того, это одна из старейших книг майя, датируемая приблизительно XIII или XIV в. Вероятно, именно ее послал Кортес императору Карлу V в 1519 г., то есть сразу же после того как он обнаружил и покорил Юкатан.

КАЛЕНДАРИ МАЙЯ

Заполненные с обеих сторон глифами и рисунками, сохранившиеся книги майя свидетельствуют о существовании чрезвычайно сложных календарных вычислений и о далеко нетривиальном использовании астрономического знания в религиозных ритуалах и предсказаниях. Среди них есть разнообразные ежегодники, включая предназначенные для сельскохозяйственных работ, а также таблицы умножения для более легкого использования ежегодников. В некоторых из них осуществлялся прогноз удач или неудач на каждый день по циклам, состоящим из 260 и 364 дней. Другой цикл судьбы, известный по свидетельствам, относящимся к I в. н. э., назывался катун и представлял собой период из 7200 дней. К этим циклам прилагалось краткое пояснение. В них не использовалась методика добавления високосного года; майя легко относились к свободному скольжению этих циклов по сезонам. Их времяисчисление не принимало в расчет того обстоятельства, что год состоит не из целого количества дней, и в этом отношении напоминало египетский 365-дневный год, снискавший так много лестных отзывов. (Система счета юлианскими днями, практически повсеместно используемая астрономами, продолжает схожие традиции, хотя в непрерывно меняющихся величинах и присутствует десятичная доля.)

Как и большинство других субконтинентальных культур, располагавших в лучшем случае достаточно примитивными пиктографическими книгами, майя разработали систему иероглифов, представлявших собой изображения, обозначающие слоги устной речи. У них существовал элитный класс писцов, которые должны были не только уметь писать, но и хорошо разбираться в главных небесных циклах, рассматриваемых как важный инструмент регулирования государственных дел. Помимо обычных глифов и иероглифов, у них существовала система арифметических обозначений с основанием, кратным 20 и 5, где использовались черточки и точки. В общей сложности имелись три различные календарные системы, отчасти дублирующие друг друга. Исследователям они известны как длинный счет, хааб и цолькин. Длинный счет вел отсчет дней от начала цикла с периодом 2 880 000 суток (это почти совпадает с 7885 годами). Вселенная, как предполагалось, гибнет и возрождается в конце каждого такого цикла. При расчете дней предпочтительно использовалось в качестве множителя число 20, за исключением второй позиции, для которой обычно использовали число 18, чтобы получить значение, близкое к продолжительности года. Другими словами, майя работали с интервалами в 20, 360, 7200 и 144 000 дней (половина цикла), а когда ими овладевало философское настроение, они шли дальше – за пределы полного цикла – и ступали в область прежних состояний Вселенной. Майя последовательно умножали на 20 каждый следующий разряд на шкале до тех пор, пока не достигали значения 23 040 миллионов дней (более 63 миллионов лет). Фактически они использовали позиционную форму записи; например, число, записанное ими как 1.8.13.7.3 (если бы использовали нашу десятичную форму представления чисел), было бы эквивалентно следующему значению:

Оно равно 206 423. Согласно расчету, принимаемому большинством современных исследователей, цикл, в котором мы живем сегодня, начался 6 сентября 3114 г. до н. э. (по юлианскому календарю). Почему выбрали именно эту дату – неизвестно.

Помимо длинного счета, майя использовали гражданский календарь хааб, содержащий 18 периодов по 20 дней с 5 дополнительными «несчастливыми» днями в конце. Известны названия и пиктограммы этих 20-дневных периодов. Методика расчета содержит ряд странностей. Одна из них по непонятным причинам совпадает с той, что применялась в одном из главных индийских календарей. На примере нашего календаря ее можно проиллюстрировать таким образом, как если бы для обозначения 31 января использовалось название месяца февраль. У майя существовала стандартная процедура согласования календаря хааб с длинным счетом.

Третий календарь майя – цолькин – был религиозным календарем, состоящим из двух циклов: один – из 13 дней, а другой – из 20 названий. И названия, и числа менялись одновременно, что, принимая в расчет наши привычные представления, выглядело довольно причудливо (хотя мы не видим ничего странного в циклическом повторении дней недели, на которые выпадают различные числа месяца). Майя часто использовали совместно даты хааб и даты цолькин, например приводя цикл к знаменателям 365 и 260, в результате чего получался период из 18 980 дней (51,96 года). Совершенно очевидно, что эти народы свободно ориентировались в своих календарных системах, имеющих определенное сходство с календарями из других частей света.

ПОКЛОНЕНИЕ ВЕНЕРЕ У МАЙЯ И АЦТЕКОВ

Вероятно, 260-дневный период (все еще практикуемый некоторыми сообществами) имеет отношение к движению Венеры или, может быть, к периоду беременности. У майя имелись точные таблицы, содержащие данные о синодических обращениях планеты Венеры, которые, как обычно, сопровождались глифами, отображающими судьбу человечества в зависимости от дня гелиакического восхода планеты. Они настолько подробно изучили Венеру, что знали о важности периода из 2920 дней – восьми 365-дневных лет. По истечении данного периода Венера начинает повторять свое движение относительно Солнца. (С этого момента гелиакические восходы и последующие конфигурации начинают повторяться в венерианском календаре в той же последовательности; мы уже рассматривали это, затрагивая тему вавилонской астрономии.) Когда реальное движение планеты расходилось с таблицами предвычислений майя, астрономы, по всей видимости, вносили в них исправления наподобие того, как мы делаем это, используя високосный год.

Астрономия состояла на службе у богов, и они часто упоминались, это боги (с приблизительным соблюдением порядка частотности): дождя, Луны, смерти, творения, кукурузы и Солнца. Ежегодники майя, состоявшие из различным образом скомпонованных суточных интервалов (4 × 65,5 × 52,10 × 26 и т. д.), предназначались для разнообразных целей, таких как вязание сетей, добывание огня, посадка кукурузы, женитьба и деторождение. Некоторые вычисления оперировали с миллионными значениями. Сохранились материалы с церемониалами, посвященными новому году и погодным явлениям. Скорее всего по чистой случайности сохранившиеся книги были посвящены предметам, представляющим интерес для нас в рамках настоящего повествования, поскольку другие материалы из мексиканского региона охватывают гораздо более широкий круг предметов.

Многие астрономические практики и верования майя являются вопросом толкования археологических находок. У ацтеков центральной части Мексики эти темы хорошо представлены в их литературе, особенно в сочинении под названием «Кодекс Мендоса», написанной во время конкисты. Ацтеки относительно поздно завоевали долину Мехико, почти накануне прибытия испанцев. Они объясняли свой ужасный обычай принесения человеческих жертв стремлением умилостивить бога Солнца Тонатиу и не дать небесам остановиться, к тому же жертвы выбирались только из числа военнопленных. Ацтеки посвящали обряды курения отдельным звездам в определенное время ночи. Даже после испанского завоевания в этом еще принимал участие их император, знаменитый Монтесума II. По преданию, он родился в один день («Девятый Ветер») с богом Кетцалькоатль – утренней звездой, или нашей Венерой, воспринимаемой, однако, в образе мужского божества. Во всех культурах всегда существовали какие-то формы поклонения Солнцу; примеры этого настолько многочисленны, что их трудно перечислить. В середине XV в. предыдущий император ацтеков установил в центре лестничного марша, ведущего в огромный храм города Тлателолько (в настоящее время – часть Мехико), большую порфировую колонну, украшенную солярными символами, которые, согласно существующим предположениям, использовались при расчете затмений. В день солнечного затмения, это достоверно известно, ацтеки приносили в жертву горбунов.

Поклонение Венере в Центральной Америке было не менее важным и столь же повсеместным, как и поклонение Солнцу, и это позволило развиться довольно качественным методам астрономических прогнозов. За планетой тщательно и регулярно наблюдали. Когда-то имелось соответствующее изображение (в настоящее время уничтоженное туристами, взявшими за правило швыряться в него бутылками), расположенное неподалеку от сакрального адова озера в городе майя Чичен-Ица, куда сбрасывали приносимых в жертву людей. На нем было представлено квадратное Солнце, восходящее над горизонтом, и написана дата, соответствующая (по нашему летосчислению) 15 декабря 1145 г. н. э. Современные расчеты показывают, что в этот день действительно могло наблюдаться редко случающееся прохождение Венеры по диску Солнца. «Дрезденский кодекс» содержит другие впечатляющие признаки развитых астрономических навыков, на приобретение которых требовалось немало столетий. Есть таблица для предсказания солнечных и лунных затмений, а также эфемерид Венеры и Марса. Другие документы свидетельствуют об умении ацтеков определять место Луны относительно звезд.

Испанский историк Хуан де Торквемада, писавший свои труды спустя сто лет после конкисты, имел возможность обсуждать с местными жителями все еще проводимые ими астрономические церемониалы. Большинство предсказаний, как считается, осуществлялось не по наблюдению за небом, а другими средствами, хотя один из полководцев Атауальпы рассказывал, будто приход испанцев был предсказан астрологически. Дело здесь не в том – соответствовало это истине или нет, а в том, что это не противоречило практикам того времени. Одно из многих астрономических знамений записано со слов самого Атауальпы – последнего местного правителя Перу, – связавшего причину смерти одного из своих приближенных с появлением кометы в мече нашего созвездия Персей.

Торквемада рассказывал о виденных им прутьях, размещенных в отверстиях, проделанных в крыше дворца императора ацтеков Тескоко; на прутья были надеты хлопковые или шелковые шары, приспособленные для удобства измерений небесных движений. На некоторых пиктограммах в мексиканских источниках можно увидеть, как люди используют скрещенные прутья для проведения астрономических наблюдений. Но с какой целью? Информант Торквемады рассказывал, что это служило подспорьем императору, наблюдавшему небо и звезды вместе со своими астрологами. Если одной из главных забот этих людей являлось регулирование сельскохозяйственного календаря, то требовалось наличие ритуалов, которые в какой-то момент стали жить независимо; историю их происхождения забыли, а из прежних ритуалов по аналогии были выведены новые. Венера не может служить прямым указателем смены сезонов, хотя это возможно сделать, связав ее движение с движением Солнца. Историк-францисканец Бернардино де Саагун рассказывает, как ацтеки приносили в жертву Венере заключенных во время первого появления планеты на востоке, выплескивая кровь в направлении звезды. Несомненно, Венера играла огромную роль в жизни людей Центральной Америки, и сохранившиеся книги майя позволяют нам понять, какие имелись достижения в этой области.

По-видимому, в большинстве случаев то, что мы склонны определять как «астрономия», представляло собой некое вольное искусство описательного типа, даже когда ее включили в ритуалы, где, как известно, не бывает мелочей. На этом уровне развития, несомненно, она являлась частью массового сознания. Хороший пример этого можно найти в «Пополь-Вух» («Книга Народа») – истории майя о случившемся с героем по имени Утренняя Звезда в потустороннем мире. После того как он был пленен и обезглавлен, его отрубленная голова плюнула на дочь Повелителя Смерти, которая зачала ребенка, впоследствии снова ставшего Утренней Звездой. «Пополь-Вух» – один из немногих источников, откуда мы узнаем о космическом характере игры в мяч, распространенной по всему континенту. Мяч, сделанный из каучука, символизировал Солнце, и победа присуждалась команде, первой попавшей в каменное кольцо, расположенное на высоте около 6 метров. Несколько стадионов сохранилось до сегодняшнего дня. Настольные игры также имели космическое значение. В мексиканской игре патолли, например, передвижение фишек символически воспроизводило движение небесного тела через четыре части доски, отображающих четыре различные области неба.

В отдельных случаях каменные кольца и стены, идущие вдоль площадок для игры в мяч, имели явную астрономическую ориентацию, между тем на всем протяжении Южной, Центральной и Северной Америки можно найти множество других древних каменных построек с колоннами, входами и окнами, демонстрирующими очевидную привязку к направлениям восхода и захода Солнца в дни солнцестояний. Некоторые из них помечены иероглифами, оставляющими их интерпретаторам широкий простор для воображения. Под одним из камней, найденных на Чапультепеке еще в 1775 г., обнаружили три перекрещенных стрелы, с высокой точностью указывающие на восход Солнца в дни равноденствий и солнцестояний. Ориентация по главным направлениям горизонта (север, юг, восток и запад) считалась обычным явлением, особенно у пирамид в Мексике и Центральной Америке. Также широко была распространена ориентация по направлениям восхода и захода Солнца в дни солнцестояний. Один из примеров – ацтекский храмовый комплекс Темпло Майор, расположенный в самом центре Мехико. Его руины тщательно исследовали во время раскопок, начатых только после того как в 1980‐х гг. рабочие под землей случайно наткнулись на них, пробив стену богатой жертвенной комнаты. С другой стороны, Караколь в Чичен-Ице – строение, возведенное майя в IX или X в., которое начали изучать в 1930‐х гг. с целью обнаружить привязку к астрономическим направлениям, – оказался ориентированным по крайним положениям Венеры на горизонте. Это может показаться довольно необычным, однако то же можно сказать и о дворце губернатора в Уксмале, известном также своими изображениями зодиакальных созвездий майя. Эти утверждения вызвали еще более ожесточенную дискуссию, чем та, что развернулась вокруг Караколя, но сама возможность существования в архитектуре неких космических элементов вряд ли может быть подвергнута сомнению.

Есть не слишком многочисленные письменные свидетельства об астрономических аспектах перуанской религии, однако там сохранились и памятники, ориентированные по положениям Солнца в дни солнцестояний. В южном регионе – на холмах, расположенных по ту сторону плато Наска, – есть линейные конструкции, состоящие из прямых рядов светлых камней, имевшие, предположительно, астрономическую привязку. Поверх прямых линий нанесены чрезвычайно протяженные очертания птиц, недоступные для наблюдения с земли; они имеют сходство с птицами, изображенными на плато Наска, происхождение которых датируется временем, примерно совпадающим с началом нашей эры.

В Европе ориентация доисторических памятников является чуть ли не единственным способом доказательства их астрономического предназначения. В Центральной Америке существовало изобилие живых свидетельств. Испанский автор-францисканец Торибио де Бенавенте, прозванный Мотолиниа, рассказывая об ацтеках, приводит описание празднества, имевшего место в столице ацтеков в день равноденствия. Главное религиозное здание – двойная пирамида, известная сегодня как Темпло Майор, – «слегка потеряло точность», поэтому Монтесума II выразил желание снести его и выстроить заново с требуемой точностью. Пирамида увенчана двумя одинаковыми храмами таким образом, что если наблюдать за восходом Солнца в день равноденствия со смотровой башни расположенного западнее храма Кецалькоатль, то оно должно восходить в точности между ними. Многие крупные города являли собой пример столь же тщательной планировки. Наиболее известен храмовый комплекс в городе Теотиуакане, который возник в течение довольно короткого времени, не позднее 50 г. до н. э. На территории этого самого большого и наиболее влиятельного из всех центральноамериканских городов доколумбового периода находятся огромная пирамида Солнца и немного уступающая ей по размерам пирамида Луны. Не вызывает сомнений, что планировка города тщательнейшим образом привязана к оси, смещенной немногим более 15° к западу от северного направления (или к востоку от южного направления, если смотреть в противоположную сторону). Первое направление можно со всей определенностью связать с прицельным наблюдением восхода Плеяд. Пара петроглифов (диаграмм, высеченных на камне, находящемся на удалении 2,4 километра по линии восток-запад), обнаруженных в этом месте, имела, по всей видимости, календарное предназначение. Это утверждение придает смысл нескольким замечаниям, оставленным испанским священником XVI в. Бернардино де Саагуном, где говорится об использовании ацтеками Плеяд для проверки некоего 52-летнего цикла. Дата основания этого комплекса может быть отнесена ко II в. н. э., и это хорошо согласуется с другими данными. Кроме того, в Южной и Центральной Америке сохранились другие постройки, которые, судя по всему, возводились исходя из аналогичных допущений.

Что касается звезд, то на большей части американского континента мы обнаруживаем особенно внимательное отношение к Плеядам. Подобно тому как это делалось в вавилонской и греческой астрономиях, они часто увязывались с Венерой. Кроме того, на протяженной территории от Перу до эскимосов считалось, что Плеяды как-то связаны со сбором урожая и дождями, поэтому в ацтекской астрономии их название тесно соотносилось со сферой торговли, в других местах – с кукурузой, голубями или зернохранилищами. Обычно предпочтение отдавалось не привычному для нас названию «семь сестер», а словосочетанию «усемиренная единица». Плеяды, как считают алколкины, – это семь раскаленных камней из бани для ритуальных омовений. Существует огромное количество связанных с ними легенд, во многих из которых они представляются в виде танцующих мальчиков или девочек. У майя и микмаков они воспринимались трещоткой гремучей змеи, и это делает понятным связь Плеяд с дорогой смерти в Теотиуакане, поскольку при раскопках нескольких могильных холмов там обнаружили фигурки гремучих змей.

Немалое количество историй сложено и о Большой Медведице, но они, как и загадочные обстоятельства того, что многие их элементы абсолютно схожи с легендами, массово распространенными в евразийском регионе, представляют интерес скорее для антропологов, чем для историков.

ИНКИ

Апогей центрально- и южноамериканского искусства объединения разрозненных племен в царства и империи был достигнут в инкской культуре Перу. Золото, известное им со II в. до н. э., стало у них символическим атрибутом богов, царей и Солнца, которое они считали своим первопредком. Жадная тяга испанцев к золоту ускорила падение этой выдающейся цивилизации, хотя началось оно в результате внутренних перипетий – после восстания, поднятого Атауальпой. Тем не менее ко времени, когда прибыли испанцы, правление могущественной империи инков на территории широкого региона Анд длилось уже в течение более чем ста лет. Центром империи был андийский город Куско, заложенный по тщательно продуманному плану, с дорогами, ведущими к ее отдаленным пределам от каждого из четырех углов центральной площади. Результатом такого территориального деления являлось ранжирование по социальному признаку и самих обитателей империи. По этому же принципу выстраивались связи между религией, обществом и космографией, и, как и в большинстве соседних культур, астрономия играла в этом роль связующей силы.

Город обладал структурой, напоминающей колесо, в его сердцевине находился Кориканча, центр поклонения предкам, над которым сегодня надстроена церковь Санто-Доминго. Вдоль спиц колеса, растянувшихся по ландшафту, располагались цепочки уака, общим числом 328. Они рассматривались как священные места, позволяющие приблизиться к телу Матери Земли, где люди имели возможность приобщиться к своим божествам. Существовали памятники – например, упорядоченные группы колон, – указывающие на особые астрономические события на горизонте, связанные с солнечными, лунными, звездными и планетными явлениями (снова – венерианскими). Огромное значение имел восход звездного скопления Плеяды, использовавшийся для регулирования инкского года. (Если большинство людей во всем мире могло разглядеть в Плеядах только шесть или семь звезд, то прозрачная высокогорная атмосфера позволяла наиболее зорким жителям Куско различать там двенадцать или тринадцать звезд.) Среди множества небесных направлений, задаваемых цепочками уака, имеются такие, которые указывают на звезды α и β Кентавра – «Глаза Ламы». Космология инков отличалась большей прагматичностью, чем у большинства других обитателей Америки, она плотно координировалась с сельскохозяйственной практикой. На социальном уровне небо помогало устанавливать коды, посредством которых люди регулировали свою жизнь, структурировали городское пространство, ландшафты за его пределами и иерархию родственных связей. В том, что касается сельского хозяйства, оно также служило инструментом управления богатой андийской экономикой.

СЕВЕРНАЯ АМЕРИКА

В Северной Америке не было цивилизаций, сравнимых с существовавшими в Центральной и Южной Америке, хотя там обнаруживается много общих (достаточно примитивных) астрономических ритуалов, связанных с наблюдением восходов и заходов. У них отсутствовала собственная письменность, и записи, высеченные на скалах, время от времени находимые археологами, слишком рудиментарны для их расшифровки с достаточной степенью определенности. Излюбленным символом считался лунный месяц – иногда с находившейся поблизости звездой, особенно в южной части Северной Америки. (Согласно одной из смелых гипотез, это символическое изображение уже упоминаемой нами сверхновой 1054 г. в Тельце, впервые, как полагают, замеченной в то время, когда поблизости находилась Луна.) В XIX в. некая представительница народа Оджибва из Канады рассказывала, что ее отец вел счет дней по Луне, делая зарубки на палке, длина которой давала ему представление о продолжительности года. Хотя это и нельзя назвать астрономией в ее высшем проявлении, но все же напоминало зарубки на костях времен палеолита, и Александр Маршак убедительно использовал данный пример для доказательства существования счета лунных дней по костям, о чем упоминалось в начале главы 1.

В качестве связующего звена между финалом этой главы и достижениями народов Северной Америки до Колумба мы должны упомянуть об их обычае создавать земляные курганы. Некоторые из них имели не более пары метров в поперечнике, а другие занимали многие гектары. Это результат работы главным образом трех различных культур. Культура Адена, существовавшая около 1000 г. до н. э., изготовила отдельные курганы в виде животных. Примером может служить Большой Змеиный Курган в графстве Адамс, штат Огайо. Хопвельская культура следовала этой традиции, но предпочитала правильные геометрические формы. Миссисипская культура, существовавшая около 1000 г. н. э., построила большие курганы на платформах, часто имеющих пирамидальную форму, где стояли строения определенного вида. Они продолжали использоваться вплоть до XVI в., когда европейцы впервые вошли в долину реки Миссисипи. Есть основания полагать, что ориентация этих памятников указывала не только на солнцестояния, но и на крайние положения восхода и захода Луны.

Хопи, обитавшие на северо-востоке Аризоны (самая западная группа индейцев Пуэбло), наблюдали солнцестояния, делая искусственную разметку горизонта в случае, если не могли найти какого-либо подходящего естественного указателя. Они называли солнцестояния «домами», и некоторые из их маркеров на горизонте представляли собой небольшие молельни, возведенные их жрецами. Встречались храмы с проемами, позволявшими свету проникать внутрь в нужные сезоны. В эти молельни помещались молитвенные палочки, приносимые туда Жрецом Солнца. В его обязанности входило следить за календарем, встречать Солнце и помогать ему на его пути. Для этого устанавливалась центральная точка наблюдения, из которой сидящий жрец мог следить за движением Солнца по горизонту и предугадывать солнцестояния. Предполагалось, что он должен был уметь предупреждать об их наступлении за четверо суток, и в случае ошибки он подвергался осуждению. После таких подготовительных мероприятий по общему сбору обычных людей начинался девятидневный праздник в честь солнцестояния.

По некоторым предположениям, звезды также могли быть предметом ритуальных наблюдений. Магическое колесо Биг-Хорн в штате Вайоминг, упоминаемое в главе 1, и Магическое колесо в Саскачеване (Канада) имеют определенное сходство в расстановке окружающих их сооружений из камней. Они, похоже, были ориентированы на восход Солнца в день летнего солнцестояния и восходы трех ярких звезд, доступных для наблюдения летом низко над горизонтом. Здесь мы имеем дело с гораздо большей неопределенностью, чем при изучении аналогичных памятников Центральной Америки, поскольку североамериканские сооружения не столь монументальны и построены довольно грубо. Еще одна проблема заключается в следующем: во всех литературных источниках, зафиксировавших общение с коренными американцами, продолжавшими использовать некоторые из этих центров ритуально-обрядовой деятельности, не сохранилось почти ничего из того, что могло бы свидетельствовать об их раннем астрономическом предназначении.

В любом случае утверждать сегодня, будто обитатели Северной Америки сумели развить астрономию, выходящую за пределы едва наметившихся теоретических элементов, было бы не более чем актом интеллектуальной благотворительности. С другой стороны, в Центральной Америке мы обнаруживаем народы, которые, не имея никаких контактов со своими современниками в других частях света, открыли, что (повторяя слова Галилея) «книга природы написана на языке математики». Использование математики удваивает привлекательность практикуемой ими астрономии, но не стоит переоценивать их интеллектуальную проницательность. Математика обитателей Северной Америки являлась математикой целых чисел и простейших геометрических построений. Что касается представлений о горизонтально-ярусном строении верхнего мира, то оно мотивировалось нуждами наблюдателя и сильно контрастировало с греческим представлением о космосе как о самодовлеющей целостности, независимой от отдельных человеческих существ.