Криминалист 4

Глава 7 Подготовка

Я стоял перед большой картой Вашингтона, прикрепленной к доске в конференц-зале на третьем этаже. Красным маркером отметил маршрут, от Бетесды по Висконсин авеню на юг, затем поворот на Constitution Avenue до здания федерального суда.

Девять миль. Двадцать пять минут езды в обычных условиях.

За столом сидели Томпсон и все сотрудники нашего отдела. Еще трое агентов из отдела Холмса стояли у стены, сам Холмс тоже присутствовал здесь.

Томпсон по обычаю курил сигару, дым поднимался к потолку ленивыми кольцами. Холмс листал папку с планом операции, сделав серьезное и сосредоточенное лицо.

— Значит так, господа, — сказал я, постучав маркером по карте. — Завтра утром в девять ноль ноль конвой выезжает отсюда. — Указал на точку в Бетесде. — Три черных седана Ford LTD. Первая машина и третья, это настоящие маршалы из отдела Холмса. В машине посередине агент Ламарка под гримом, плюс два наших агента в форме маршалов.

— Ламарка готов? — спросил Томпсон.

Холмс кивнул.

— Гример работал с ним три часа сегодня днем. Сходство отличное. Темные волосы зачесаны назад, усы подкрашены, очки как у Манчини. На расстоянии свыше десяти футов не отличишь.

— А вблизи?

— Вблизи тоже сойдет, если не всматриваться. Ламарка итальянец, такого же роста и телосложения. Сорок два года, как Манчини. — Холмс закрыл папку. — Настоящий Манчини конечно же остается в безопасном месте. Он знает об операции.

Я вернулся к карте.

— Маршрут проходит через четыре светофора здесь, здесь, здесь и здесь. — Отметил точки крестиками. — Плюс два узких участка на M Street и Pennsylvania Avenue. Мост через Рок-Крик. Это уязвимые точки, где киллер может атаковать.

Паркер наклонился к карте, изучая отметки.

— Как думаешь, он попытается?

— Зависит от того насколько он профессиональный, — ответил я. — Если опытный, увидит конвой и поймет что защита усилена. Может отступить.

— Тогда зачем вся эта операция? — скептически спросил Моррис.

— Потому что у него мало времени. Холмс слил информацию через своего человека в семье Гамбино. Если они заглотили наживку, то думают, что Манчини дает показания завтра, девятого августа, вместо октября. Срочные предварительные слушания. — Посмотрел на Холмса. — Информация ведь дошла до Гамбино, сэр?

— Дошла. Мой информатор подтвердил это час назад. Новость передали консильери семьи, Энтони Марино. Тот, за кем мы установили наблюдение две недели назад.

— Значит киллер получит заказ сегодня вечером если уже не получил, — сказал Томпсон. — У него мало времени на планирование. Он должен действовать завтра утром, иначе упустит шанс.

Уильямс скрестил руки на груди.

— Но как он будет действовать? Стрелять из машины по движущемуся конвою, ненадежно для профессионала. Слишком много переменных.

— Верно, — согласился я. — Поэтому я ожидаю другую тактику. Он попытается остановить конвой. Инсценирует аварию, заблокирует дорогу, подойдет пешком под видом прохожего или полицейского. Выстрелит в упор через стекло когда машина будет стоять на месте.

Томпсон затянулся сигарой.

— То есть нам нужны агенты на каждом светофоре, готовые вмешаться когда конвой остановится.

— Именно. — Я взял список с листа бумаги на столе. — Двенадцать агентов. Распределение такое: Моррис и Уильямс на крыше здания у третьего светофора, Constitution и Fourteenth авеню. Высота шесть этажей, обзор триста шестьдесят градусов. Бинокли, рации, снайперская винтовка на случай если понадобится прикрытие.

Моррис нахмурился.

— Снайперская винтовка? Я не стрелок.

— Уильямс стрелок, — сказал я. — Маркус, у тебя же есть стрелковая подготовка?

Уильямс кивнул.

— Да. Морская пехота. Достаточно держал в руках винтовку М14.

— Отлично. Берешь Winchester Model 70 из нашего арсенала, калибр.308. Если киллер появится и попытается стрелять, ты прикрываешь конвой сверху.

— Понял.

Я продолжил:

— Паркер и О’Коннор в фургоне доставки у моста через Рок-Крик. Фургон Chevrolet Step-Van, белый, с надписью «Wilson’s Bakery». Паркуетесь на обочине как будто делаете доставку. Внутри рации, бинокли и оружие. Следите за мостом.

О’Коннор ухмыльнулся.

— Фургон пекарни. Как романтично.

— Романтика закончится когда появится киллер, — сухо заметил Томпсон.

Я продолжал распределять места, указывая на карту.

— Райли и Бэкстер в гражданской машине, Plymouth Fury темно-зеленого цвета. Паркуетесь у первого светофора на Висконсин авеню. Андерсон и еще один агент у второго светофора. Все в штатском, машины обычные, ничего подозрительного.

Харви Бэкстер откашлялся, его полное лицо покраснело еще больше.

— А если киллер вообще не появится? Так и просидим зря весь день?

— Да так и просидим, — сказал я. — Но я думаю он появится. У него нет выбора. Мафия платит большие деньги за Манчини. Профессиональный киллер не откажется от такого заказа. От него и не ждут отказа.

Холмс добавил:

— Манчини может посадить двадцать человек. Два босса семей, десять капо, восемь солдат. Это крупнейшее дело против организованной преступности за последние пять лет. Семьи сделают все, чтобы остановить его показания.

Томпсон затушил сигару в пепельнице.

— Хорошо. План ясен. Агент Митчелл, где будешь ты сам?

— Я поеду за конвоем в отдельной машине. Ford Custom, синий седан. Буду держаться на расстоянии трех-четырех машин. Буду координировать операцию по рации, дам команду на перехват когда появится киллер. Или мне поступить по-другому сэр?

Спросил на всякий случай, вдруг боссы захотят сами руководить операцией. Но они решили отсидеться в офисе.

Томпсон нахмурился.

— Мы будем осуществлять общее руководство на месте и держать с тобой связь.

Я кивнул.

— А как мы узнаем что это киллер? — спросил Моррис. — Может быть случайная авария или просто обычный прохожий.

Я открыл папку и достал рисунок от художника полиции, составленный по описанию Карла Эбергарда.

— Вы уже видели это описание. Вот кого ищем. Мужчина средних лет, темные волосы с проседью, жесткое лицо. Плюс возможно синий Ford Galaxie или Fairlane шестьдесят восьмого-семьдесят второго года. Хотя вполне вероятно, что он постарается приехать на другой машине. Если увидите такую машину или такого человека около конвоя, немедленно докладывайте по рации.

Томпсон встал, подошел к карте.

— Митчелл, ты уверен что киллер не использует снайперскую винтовку? Выстрел с крыши здания, на двести ярдов. Один точный выстрел и конвой не успеет среагировать.

Я помедлил. Этот вопрос мучил меня весь день.

Уже было три убийства. Все три раза киллер использовал пистолет.22 калибра, стрелял с близкой дистанции, сделал два выстрела в затылок. Жесткий алгоритм поведения. Профессиональные киллеры редко меняют метод, если он работает.

Но профессионалы также адаптируются под ситуацию.

Конвой маршалов это не одинокая жертва в переулке. Это усиленная охрана, бронированные машины и агенты с оружием. Приблизиться на расстояние выстрела из пистолета почти невозможно.

Снайперская винтовка решала эту проблему. Двести ярдов, одна пуля в голову через стекло машины. Киллер уходит до того как кто-то поймет откуда произошел выстрел.

— Возможно, — признал я. — Если у него есть снайперская подготовка, он может попробовать выстрелить из винтовки.

Моррис фыркнул.

— Но ты же говорил что он всегда использует пистолет.22 калибра. Почерк не меняется.

— Почерк не меняется когда условия одинаковые, — возразил я. — Здесь условия совсем другие. Конвой, маршалы и бронированные машины. Он должен поменять тактику.

Холмс наклонился вперед.

— Агент Митчелл, если киллер использует снайперскую винтовку, как мы его поймаем? Выстрел с крыши, затем он уйдет через пожарную лестницу. К тому времени как мы найдем позицию, он уже будет в другой стране.

— Уильямс на крыше засечет направление выстрела по звуку, — сказал я. — Придется реагировать быстрее.

Томпсон долго молчал. Затянулся сигарой и выдохнул дым.

— Хорошо. Операция утверждена. Все агенты на позициях завтра в восемь ноль ноль. Проверка связи в восемь тридцать. Конвой выезжает в девять ноль ноль. — Посмотрел на Холмса. — Боб, твои маршалы готовы?

— Готовы. Шестеро лучших людей. Знают что это ловушка, но не знают деталей. Им сказано следовать по маршруту и защищать пассажира машины посередине любой ценой.

— Оружие?

— Smith Wesson Model 10,.38 калибр. Стандартное табельное. Плюс дробовики Remington 870 в багажниках на случай серьезной перестрелки.

Томпсон кивнул.

— Отлично. Все агенты получают рации Motorola HT-220. Частота сто пятьдесят четыре целых шестьдесят две сотых мегагерца, зашифрованная. Кодовые слова: «Волк» значит киллер замечен. «Капкан» то есть начинаем перехват. «Добыча» значит цель задержана. Понятно всем?

Агенты кивнули.

Паркер поднял руку.

— А если киллер откроет огонь первым? Разрешено стрелять на поражение?

Томпсон посмотрел на Холмса. Тот кивнул.

— Если киллер угрожает жизни агентов или Ламарки, разрешается стрелять на поражение, — сказал Томпсон. — Но приоритет взять его живым. Нам нужны показания. Он работает на мафию, может дать имена, связи и другие заказы. Живой киллер ценнее мертвого.

— Понял, — сказал Паркер.

Я подошел к столу и взял папку с планом операции.

— Последнее. Что если киллер не атакует конвой напрямую, а попытается использовать другой метод? Например, подложить бомбу под одну из машин? Сделать это ночью на парковке маршалов.

Холмс покачал головой.

— Парковка охраняется круглосуточно. Там два охранника. Машины проверяются каждое утро перед выездом. Механики осматривают днище, колеса и моторный отсек. Если там будет бомба, они ее найдут.

— Хорошо. Тогда остается только ждать.

Томпсон встал, все агенты поднялись следом.

— Джентльмены, завтра важный день. Идите домой и отдыхайте. Встреча здесь в семь тридцать утра. Финальный брифинг, потом по позициям. — Посмотрел на меня. — Митчелл, останься. Хочу с тобой поговорить.

Агенты вышли из конференц-зала. Паркер хлопнул меня по плечу на прощание. Уильямс серьезно кивнул. О’Коннор ухмыльнулся и подмигнул.

Дверь закрылась. Остались только я, Томпсон и Холмс.

Томпсон закурил очередную сигару.

— Итан, ты уверен в этом плане?

Я встретил его взгляд.

— Да, сэр. Уверен.

— Ламарка рискует жизнью. Если киллер подберется к нему близко, бронежилет не спасет от выстрела в голову.

— Ламарка осознает риск. Холмс сказал что он согласился добровольно.

Холмс кивнул.

— Джозеф хороший агент. Храбрый. Понимает что Манчини критически важен для дела против мафии. Готов рискнуть собой.

Томпсон затянулся сигарой.

— Хорошо. Но если что-то пойдет не так, если Ламарка погибнет, это будет на моей совести. И на твоей тоже, Митчелл.

— Понимаю, сэр.

Холмс встал.

— Джим, я пойду. Нужно проверить маршалов, убедиться что все готовы.

— Иди, Боб. Спасибо за помощь.

Холмс вышел. Томпсон и я остались вдвоем.

Томпсон посмотрел на улицу через окно. Вечерний Вашингтон, зажглись фонари, машины ползли в пробках.

— Митчелл, я хочу спросить тебя о другом, — сказал он не оборачиваясь. — Ты думаешь что киллер действительно использует только пистолет?

Я помедлил.

— Не знаю, сэр. Возможно.

— Но ты не уверен.

— Нет. Не уверен.

Томпсон повернулся ко мне.

— Моррис прав. Обычно почерк не меняется. Во всех трех убийствах он использовал пистолет, стрелял с близкой дистанции. Если киллер профессионал, он действует по шаблону. Надежный и проверенный метод. Зачем рисковать и менять?

— Все возможно, сэр, — повторил я. — Условия другие. Он может посчитать что нужен другой подход.

— Или он просто не нападет вообще, — сказал Томпсон. — Увидит усиленную защиту и отступит. Подождет лучшего момента.

Я кивнул.

— Это тоже возможно. Но время играет против него. Если Манчини даст показания завтра, у него нет времени ждать.

Томпсон вернулся к столу и затушил сигару.

— Надеюсь ты прав. Потому что если завтра ничего не случится, Крейг закроет твой компьютерный проект. Скажет что ты тратишь время на бесполезные теории вместо реальной работы.

Я почувствовал холод в животе.

— Сэр, проект и дело о киллере никак не связаны.

— Для Крейга связаны. Ты молодой агент, два месяца в Бюро. Закрыл много дел, это плюс. Но потом запросил целых сто восемьдесят тысяч долларов на компьютеры, но получил только пилотный проект на три месяца. Если не покажешь результаты, денег больше не будет. — Томпсон посмотрел на меня серьезно. — А эта операция с конвоем тоже твоя идея. Если провалится, Крейг скажет что ты плохо оцениваешь риски и принимаешь неверные решения. Твоя репутация пострадает. Моя тоже.

— Понимаю, сэр.

— Хорошо. Тогда иди домой. Отдыхай. Завтра будет долгий день.

Я взял папку и вышел из конференц-зала.

Спустился на первый этаж и прошел через холл к выходу. На улице уже стемнело, фонари горели желтым светом. Температура упала до семидесяти пяти градусов, влажность все еще высокая.

Сел в служебный форд на парковке. Завел двигатель и включил фары.

Медленно поехал домой, думая о завтрашнем дне. Приехал в десять вечера. Припарковался у дома, поднялся по лестнице. Ключ повернулся в замке с тихим щелчком.

Открыл дверь.

В квартире горел свет. Телевизор работал в гостиной, но звук выключен. На экране Джонни Карсон в «Вечернем шоу» беззвучно жестикулировал перед гостем.

Дженнифер сидела на диване. Не обращая внимания на телевизор. Смотрела на открытый чемодан рядом с собой.

Большой коричневый чемодан Samsonite, купленный в прошлом месяце. Внутри аккуратно сложенная одежда: платья, блузки, джинсы. Сверху туалетные принадлежности в косметичке.

Я остановился в дверях. Закрыл за собой и положил ключи на шкафчик у входа.

— Привет, — сказал я.

Дженнифер посмотрела на меня. Лицо спокойное, но глаза красные. Она недавно плакала.

— Привет.

Прошел в гостиную и сел в кресло напротив дивана. Молчание длилось минуту. Я смотрел на чемодан, она смотрела на меня.

— Уезжаешь? — наконец спросил я.

— Да. — Голос у нее тоже ровный, без эмоций. — Автобус в Огайо отходит в одиннадцать.

— К родителям?

— Да.

Я кивнул. Сжал руки в кулаки, разжал. Не знал что сказать.

Дженнифер наклонилась вперед, положив руки на колени.

— Итан, я так больше не могу. Я пыталась понять тебя. Пыталась быть терпеливой. Ты говорил что работа важна, что дела не ждут, что скоро все наладится. Два месяца я ждала. Но ничего не изменилось.

— Дженнифер…

— Нет. Дай мне договорить. — Она подняла руку, остановила меня. — Я планирую свадьбу одна. Выбираю сама цветы. Встречаюсь с фотографом. Заказываю торт. Ты появляешься, говоришь «хорошо, прекрасно», и исчезаешь. На примерку смокинга ты опоздал на четыре часа. Забыл составить список гостей. Сегодня должен был встретиться с флористом, но не пришел, даже не позвонил.

Я молчал. Она права. Права во всем.

— Сегодня звонила твоя мама, — продолжила Дженнифер. — Она спросила как дела с подготовкой. Я соврала. Сказала что все замечательно, мы готовимся вместе, ты очень помогаешь. Знаешь как мне было стыдно врать твоей маме?

— Извини.

— Я не хочу извинений, Итан! — Голос Дженнифер повысился, но она сразу успокоилась и взяла себя в руки. — Извинения ничего не меняют. Ты извиняешься, обещаешь что все наладится, а на следующий день снова пропадаешь на работе до полуночи.

Она сложила руки на коленях и посмотрела на пол.

— Я медсестра. Я знаю что такое работа с ненормированным графиком. Знаю что такое критические ситуации, когда нужно оставаться на работе сверхурочно. Но у меня есть баланс. Я работаю в больнице, спасаю людей, но при этом вовремя прихожу домой и живу своей жизнью. У тебя же нет чувства меры. Ты живешь только работой.

Я встал и подошел к ней. Остановился в нескольких футах, не приближаясь.

— Дженнифер, завтра очень важная операция. Мы ловим киллера. Профессионального убийцу. Он убил троих человек. Если я не поймаю его завтра, он убьет еще.

Она посмотрела на меня.

— Мы уже это обсуждали, Итан. Всегда есть важная операция. Всегда есть критически важное дело. — Покачала головой. — А когда эта операция закончится, появится следующая. И следующая. И следующая. Так будет всю жизнь.

— Нет. Это дело закончится через несколько недель. Потом я возьму отпуск…

— Итан, стоп. — Она подняла руку. — Не обещай то, что не сможешь выполнить. Я устала от невыполненных обещаний.

Наступило молчание. За окном проехала машина, фары осветили комнату на секунду.

— Ты хочешь отменить свадьбу? — спросил я тихо.

Дженнифер глубоко вздохнула.

— Я не знаю. Мне нужно время подумать. Еду к родителям на неделю. Может быть дольше. Побуду там, подумаю о том что мне нужно от жизни, от отношений, от брака.

— А я?

— А ты подумай о том же. — Посмотрела на меня серьезно. — Ты хочешь быть мужем? Не на бумаге, а по-настоящему. Быть рядом. Разделять жизнь с человеком. Строить семью. Или ты хочешь быть агентом ФБР который иногда приходит домой переночевать?

Я сел обратно в кресло. Положил руки на подлокотники, чувствовал холодный пластик под ладонями.

— Я хочу и того, и другого.

— Это невозможно, — сказала Дженнифер. — Не в том формате как ты сейчас живешь. Шестнадцать часов в день на работе, четыре часа сна, никакого времени на меня. Это не семья. Это одиночество с иллюзией отношений.

— Я могу изменить график. Попросить Томпсона…

— Итан, дело не в графике! — Она приподнялась, снова повысив голос. — Дело в приоритетах! Когда есть выбор между мной и работой, ты всегда выбираешь работу. Всегда! Примерка смокинга или дежурство? Работа. Встреча с флористом или совещание в офисе? Работа. Ужин со мной или ввод данных в компьютер до полуночи? Работа!

— Потому что люди зависят от меня! Если я не приду на дежурство, свидетель может погибнуть. Если не поймаю киллера, он убьет еще кого-то. Если не введу данные, проект провалится и Крейг закроет финансирование.

— Ну да, чужие люди важнее. Если ты не придешь на встречу со мной, что может случится? — спросила она тихо. — Максимум, я расстроюсь? Заплачу? Подумаю о том чтобы уйти? Ничего критичного, правда? Я не умру. Я просто буду несчастна. Но это не так важно как поймать киллера.

Я молчал. Слова застряли в горле.

Дженнифер взяла косметичку из чемодана, прошла в ванную. Я слышал как она собирает последние вещи: зубную щетку, расческу и крем для лица.

Вернулась, положила косметичку в чемодан. Закрыла крышку и застегнула замки. Щелкнули металлические защелки.

Села обратно на диван, посмотрела на часы на стене. Двадцать два тридцать.

— Свадьба через три недели, Итан. Двадцать шестое августа. Я заплатила за зал, за кейтеринг, за фотографа. Платье готово, смокинг тоже. Приглашения разосланы. Все ответили что придут.

Кивнул.

— Я знаю.

— Если ты хочешь чтобы эта свадьба состоялась, тебе нужно решить что для тебя важнее. Работа или я. — Она встала, взяла чемодан за ручку. — Пока я в Огайо, подумай об этом. Серьезно подумай. Не обещай себе что все наладится. Подумай о реальности. О том какая у тебя жизнь сейчас, и какую жизнь ты хочешь через год, через пять лет, через десять.

Подошла к двери, остановилась.

— Если решишь что готов измениться по-настоящему, позвони мне. Поговорим. Может быть мы найдем способ. Но если решишь что работа всегда будет на первом месте… — Голос дрогнул. — Тогда лучше отменить свадьбу сейчас. Не мучить друг друга.

Открыла дверь и вышла в коридор. Чемодан на колесиках покатился за ней, шумно стуча по деревянному полу.

Я сидел в кресле. Слышал как она спускается по лестнице. Входная дверь внизу открылась, затем закрылась.

Наступила тишина.

Встал и подошел к окну. Посмотрел вниз. Дженнифер вышла на улицу, поймала такси. Желтый Chevrolet Caprice остановился у тротуара. Водитель помог загрузить чемодан в багажник.

Она села на заднее сиденье. Дверь захлопнулась.

Такси тронулось и вскоре скрылось за поворотом.

Я стоял у окна еще пять минут. Смотрел на пустую улицу. Фонари горели желтым светом. Листья на деревьях шелестели от легкого ветра.

Наконец отошел от окна. Прошел в спальню, сел на край кровати.

Посмотрел на часы. Двадцать три ноль ноль. Надо готовиться к завтрашней операции. Только почему я не испытываю такого же энтузиазма, как обычно?