Куранты

Глава 13

София

Обязательно вернусь и все ему объясню.

Незаметно улизнуть. Другого выхода больше не придумала. Стас бы не отпустил или поехал вместе со мной, и как бы я все ему объяснила? Поделиться с Алисой было тоже плохой идеей. И эти вещи, которые она принесла. Стало так стыдно. Я скатилась в яму.

Мне повезло. Из другого переулка выехала машина такси, поэтому не пришлось идти несколько километров пешком. Глотала слезы, сидя на заднем сиденье авто. Потому что страшно, но назад пути нет. Я должна собрать вещи и съехать. Встретится со своим страхом лицом к лицу, вылезти из болота, в которое добровольно залезла. И уже потом поговорить со Стасом. Выложить ему все.

Проблемой стало расплатится с таксистом, ведь денег с собой у меня нет. Сняла золотые серьги, крепко зажав их в руке. Мамины. Последнее, что осталось у меня от нее. Больше ничего. Теперь только память.

— Приехали. — Отозвался водитель.

Протянула ему руку, кладя на ладонь все, что могла ему предложить. Он с жалостью посмотрел сначала на серьги, потом на меня, громко вздохнув на весь салон.

— У меня больше ничего нет. — Произнесла дрожащим голосом, пытаясь совладать с эмоциями.

— И что прикажешь мне с тобой делать? — Мужчина лет пятидесяти на вид, обсмотрел меня с ног до головы. От его взгляда я скукожилась. — Ты ж не из этих. — Констатировал факт.

— Из кого?

— Серьги не возьму. — Вложил их мне в ладонь. — Обидел кто? Морозов что ли? Не поверю. Чего слезы льешь?

Не понимаю, о ком он спрашивает. Да и это не важно.

— Возьмите, пожалуйста. У меня правда денег нет, серьги это все, что могу предложить. — Попыталась вновь расплатиться.

— Живешь здесь? — Покосился на дом.

Кивнула ему, трясясь от неловкости и страха.

— Значит иди домой. Меня дядя Петя зовут. Считай отвез тебя бесплатно. Подарок тебе на Новый год. — Он, как-то по-доброму улыбнулся, а я, стерев ладонью последнюю слезинку со щеки, открыла дверь, бросая ему в ответ:

— Спасибо большое.

— Будь аккуратнее. Пьянчуг сегодня много.

Быстро закивала, но это скорее нервное. Вбежала в подъезд, думая, что предпринимать дальше. Остановилась напротив своей двери, приложив голову к дереву и прислушиваясь, есть ли кто дома.

Совсем тихо. Но ключа то нет. Навалилась на дверь, пытаясь подловить момент, когда замок немного съедет вбок и поддастся мне. Еще немного, еще чуть-чуть. Но я давила не с нужной силой, замок съезжал, но не настолько, чтобы открыться.

— Черт. — Пнула ногой дверь. — Да, что б тебя. — Разозлилась от бессилия. — В придачу долбанув по ней кулаком.

Пот стекал по спине. Пока этого мудака нет дома, мне нужно, как можно скорее взять все необходимое и свалить. Навалилась на дверь снова.

— Пожалуйста. — Взмолилась. — Ну, давай же.

Ничего не вышло. Тогда со злости отойдя к двери напротив, с разбега впечаталась в нее плечом выбив замок, который давно держался на честном слове. Всегда удивлялась, как нас еще не обворовали, а потом приходила в себя, осознав, что воровать у нас нечего, кроме грязи и пыли. Чуть не влетела в стенку коридора, но вовремя смогла затормозить.

Первое, что меня поразило так это полная темнота. Точнее отсутствие света. Обычно в квартире он горел не выключаясь. И днем, и ночью, сутки напролет. Поначалу ругалась, орала, умоляла, чтобы выключал его, но все бестолку. Сдалась. Ему было все равно, как на электричество, так и на меня.

Не разуваясь, зашла в свою комнату, включив свет. Погром. Кровать, которую я застилала, почему-то была расстелена. Подушки валяются в одной стороне, одеяло в другой. Ящики с моей одеждой выпотрошены. Он искал деньги и не нашел. Вытащив из-под кровати спортивную сумку, стала набивать ее конспектами и тетрадями. Бросила в нее немного одежды на первое время. Но самое главное не нашла. Пропал мой телефон, который я оставила на столе. Продал, пропил.

Закрыв сумку, подошла к окну, смотря, как белый снег переливается в тусклых лучах редкого зимнего солнышка. Приоткрыла балконную дверь впустив морозный воздух в комнату.

— Сонька. — Я думала мне послышалось. Резко отпрянув от двери, повернула голову в сторону звука.

— Не подходи. — Зацепилась рукой за горшок, чтобы в случае чего, кинуть в него. Успею спрыгнуть с первого этажа и надеюсь не переломаю ноги. Снега намело немерено, и он должен смягчить падение.

— Куда собралась? — Он прошел в комнату, трогая лямки моей, набитой тряпьем, сумки.

— Уезжаю. Все кончено. — Твердо заявила, но руки и зубы тряслись от дикого страха.

— Эх, Сонька. А я скучал по тебе. — Парень улыбнулся, подкрадываясь ко мне все ближе. По пути пнул один из ящиков. За эти дни он стал выглядеть еще хуже. Уже не тот парень, с кем я познакомилась год назад. Высокий и слишком тощий. Цвет кожи болезненно бледный. Глаза красные, и под одним из них красуется фиолетовый синяк. Даже радостно стало, что ему кто-то вмазал. Ни грамма не жаль.

— Ты оставил меня умирать. Я бы там замерзла.

Он рассмеялся, как шакал, каким и был на самом деле.

— Сонька. Не глупи. Проучить да, но не умирать же.

— Дважды. Ты бросил меня дважды. Ты скрылся тогда, когда сбил меня. — Решила напомнить. — А потом слезно молил и стоял на коленях. А я, дура, тебя пожалела. Теперь не пожалею. — Не знаю, где именно набралась смелости, но уже чувствовала по налитым кровью глазам, что мне за эти слова ой, как влетит. — Всем расскажу, что ты гребаный псих, что бьешь меня и изводишь.

— Но вернулся же. И спас. И вот так ты меня отблагодарила? — Подошел ближе, обнимая за талию. — Вот так, Сонька?

Сердце пыталось выпрыгнуть из груди. Попыталась сбросить его руки с себя. Меня затошнило от его несвежего дыхания, пропитанного перегаром и тем более прикосновений.

— Ухожу. Я так решила. — Тихо, слишком тихо сказала. Больше было похоже на мышиный писк.

— Она решила. — Парень усмехнулся. — Кто ты такая? — Отвесил мне пощечину, которой я не ожидала. Слишком сильно и слишком громко. Упала на подоконник, срывая в полете шторы с крючков. — Ты никчемная сука, которая нихуя не понимает. Тупая, как пробка, овца. — Заорал не своим голосом, пнув меня по ноге ботинком, словно я ящик от комода.

Щека сильно горела, а из глаз брызнули слезы.

— Собралась она. — Наклонился надо мной, став орать и бить кулаком по стене. Схватил за руку, резко дёрнув вверх.

Потом мое тело полетело на кровать. Грязные руки содрали лосины вместе с трусами вниз. Звук расстегивающейся молнии и мои крики:

— Не надо. Помогитеееееее. — Как раскаты грома, надеясь, что соседи услышат, что дверь закрыта не плотно, что он не сделает то, чего планировал.

Но вместо помощи, удар по голове, потом еще один и полная отключка.

— Эй. — Кто-то звал меня, но в глазах все плыло. — Софа. Меня слышно? — И голос, как в озвучке старых фильмов. Слишком медленный, тягучий.

Покрутила головой, зацепив глазами цветок на подоконнике. Я по-прежнему в своей комнате.

— Соф? — Меня потрясли за плечо. — Эй.

— Максим? — Удивилась, сев на кровати.

— Да. Я. Привет пропажа. — Улыбнулся мне.

Посмотрела вниз, я в лосинах и свитере. Не голая, но я же помнила, что....

— Ты как?

— Голова болит немного. Подожди. А ты как здесь? — Все внутри встрепенулось.

— Долгая история. — Он махнул рукой, оборачиваясь в сторону двери.

— А.... — Боялась задать главный вопрос.

— Антона забрали. Не переживай. Ты в безопасности. — Он так мило со мной говорил.

— Нет. Я о другом.

— Если речь обо мне, то я тоже здесь. — Услышала знакомый голос, к которому за пару дней уже слишком привыкла.

И как смотреть теперь ему в глаза? Максим встал с кровати. Из коридора доносились незнакомые мне голоса. Стас, закрыв дверь за другом, присел рядом.

— Я.... — Начала, но он перебил.

— Соник. — Погладил меня по голове. — Всегда знал, что дверь на балкон сама не закрылась.

Накрыла лицо руками, сдерживая еще один поток слез. Он должен уйти. Уйди, пожалуйста, уйди. Взмолилась, у себя в голове.

Стас обнял, прижав крепко к своей груди. Прильнул губами к моей макушке, вдохнув запах волос.

— Все позади. Больше его в твоей жизни никогда не будет.

Убрала руки от лица, подняв голову.

— Правда?

— Правда, Соник. — Поцеловал меня нежно, как целуют только тех, кем по-настоящему дорожат. Откуда мне знать? Не знаю. Но я целовала бы именно так.

— Как ты узнал, где я?

— Полгода назад Антон Кислицин сбил девушку на пешеходном переходе. И скрылся с места ДТП. Но вернулся. — Начал рассказывать Стас. — Я отмазал его благодаря своим связям и параллельно он убедил ее забрать заявление. Да и травмы, слава богу, у той девушки были не значительные. Ушибы и ссадины. Он пообещал тогда, что изменится. Встанет на путь исправления. Я поселил его в своей квартире. В этой самой. Бесплатно. Но потом он настоял, что будет платить коммуналку.

Не знаю точно, от чего именно у меня болела голова. От удара Антона или от того, что Стас рассказывает мою историю.

— Черникова София Евгеньевна. Так зовут ту девушку, которую мой друг сбил на пешеходе, а потом присвоил ее себе. Но это еще не все....

Стас достал из кармана телефон. Мой телефон, который думала, что украл Антон.

— Откуда он у тебя?

— Когда ты спала, я приезжал именно сюда. Дал ему день, чтобы съехал.

Мой телефон в его руке ожил, включаясь.

— Прости, мне пришлось немного порыться. — Стал прокручивать ленту, а потом развернул экран ко мне.

Одна фотография. Всего одна. Жаркий июльский день. Парень в желтой футболке и черных шортах, в руках держит два весла для лодки.

— Не помнишь? А это был я.