Лабиринт

- А почему бы нет?- резко осведомилась Алитея.

- Ну, дорогая, для него это будет болезненно. Вы не согласны? Бедняжка столько выстрадал! А вы, доктор, согласны?

- Для меня важно, чтобы миссис Баттеруорт,- Фицбраун намеренно произнес имя с нажимом,- присутствовала при моей беседе с ним.- Увидев, что леди Лэнсон поджала губы, он вспомнил указание Маллета не восстанавливать пожилую даму против себя и поспешно сказал: - Кстати, как ваш сын? Надеюсь, ему лучше. Позже я обязательно поговорю с ним - естественно, неофициально.

- Немного лучше,- ответила леди Лэнсон,- спасибо.- Однако она не расслабилась.- Но он еще не настолько хорошо себя чувствует, чтобы встречаться с кем-то. С ним наша дорогая Анджела,- добавила она, повернувшись к Алитее.- Она оказала мне неоценимую поддержку. И, конечно, у него сейчас врач. Он позвонил сегодня утром. Он говорит, что какое-то время Хорик должен соблюдать полный покой. По его совету мы не рассказали ему о бедняжке Саре.

Фицбраун понял, что путь к Хорику для него закрыт и охраняется матерью и Анджелой, вооруженной пламенным мечом и одобрением леди Лэнсон. "Как бы перехитрить их?" - подумал он и обратился к Алитее:

- Вы говорили, что хотите увидеть свою сестру.

- Ничего я не говорила,- безжизненным голосом возразила Алитея.

- О, дорогая, все же лучше вам с ней увидеться, прежде чем вы уйдете,вмешалась леди Лэнсон.- Возможно, у нее есть для вас интересные новости.

- Вот как?- произнесла Алитея с полным безразличием.

Результатом всех этих сложных маневров было то, что Фицбрауну было дозволено посетить Хорика под контролем леди Лэнсон, а Анджелу вызвали вниз, дабы та могла похвастаться своей победой над сестрой.

* 6 *

Анджела медленно спускалась по широкой лестнице. В полной мере осознавая свою победу, она ступала важно и величаво.

- Здравствуй,- сказала она, войдя в библиотеку, где в одиночестве сидела Алитея.

- Здравствуй,- ответила та.- Значит, тебе это удалось. Поздравляю.

- Кажется, да,- проговорила Анджела,- но с Хориком никогда нельзя быть в чем-либо уверенной. Как бы то ни было, я намерена поселиться здесь. Я не вернусь в Мизмейз. А что ты собираешься делать? Снова выйти за Бена? Я бы так и поступила на твоем месте. Он ужасно богат, а тебе нужны деньги, верно?

Высокомерие, звучавшее в ее голосе, привело Алитею в бешенство.

- Нет,- ответила она,- я не выйду за Бена.

- Ты хочешь сказать, что вам придется подождать немного? Да, конечно.Анджела прошла в комнату, села и налила себе кофе.- Или ты имеешь в виду слухи? Судачить будут, но тебе-то что до этого? Ведь ты не думаешь, что он убил Сару, правда?

Алитея промолчала.

- Сомневаюсь, что он способен на это,- продолжала Анджела.- Вспомни, с какой легкостью он отказался от тебя в прошлый раз! Он слаб духом.- Она наклонилась вперед.- Лети! Да ты и вправду так считаешь!

- Как считаю?- раздраженно поинтересовалась Алитея.

- Что Бен избавился от Сары. Вот это да! Ты действительно думаешь, что мужчины пойдут на все ради тебя, правильно?

- Ну...- мрачно протянула Алитея,- если не Бен, то кто же? Среди нас немного тех, кто мог бы убить, не так ли?

- О, какой-нибудь бродяга или сексуальный маньяк, например.- Анджеле была безразлична судьба Сары так же, как Алитее - судьбы всех, кроме нее самой.- Сара, сидящая на камне в своем розовом платье, была хорошей добычей. Возможно, кто-то решил, что ее огромные жемчужины настоящие.

- Значит, ты собираешься выйти за Хорика,- сказала Алитея, оглядывая сестру с ног до головы.- Он сделал тебе предложение добровольно? Или его мамаша заставила? Мне казалось, что волнение ему противопоказано. Хотя,задумчиво проговорила она,- вероятно, эта идея не кажется ему волнующей.

Она понимала, что ее слова жестоки и грубы. В детстве за подобные издевки Анджела набрасывалась на нее с кулаками и вцеплялась в волосы. Отец приходил в ярость и наказывал младшую дочь, отправляя ее на весь день в кровать, а старшую утешали и закармливали конфетами. Вот и сейчас Алитея, к своему удовольствию, заметила боевой огонь в глазах Анджелы. Только та нанесла удар по-взрослому, не кулаками, а словами:

- Думаю, тебе пора отправиться на поиски.

- Чего?- спросила Алитея, прекрасно зная ответ.

- Другого мужчины. Хорик тебе не достанется. И вряд ли Бен захочет взять тебя назад. Я слышала, как он говорил суперинтенданту и доктору, что больше не любит тебя.

- Ты все выдумываешь.

- Вовсе нет,- возразила Анджела.- Я слышала разговор с лестницы. Они фактически обвинили Бена в том, что он убил Сару из-за любви к тебе, а Бен сказал, что действительно любил тебя, но теперь уже не любит.- Она изобразила, как Бен бьет себя кулаком по лбу.- Они сидели в библиотеке, дверь была открыта. Я спустилась вниз и подслушивала. Он сказал: "Я ненавижу Лети - нет, это неверно, я ненавижу себя за то, что случилось с Сарой".

Алитея улыбнулась.

- Это означает,- заявила она,- что он все еще любит меня, даже больше, чем раньше. Вот что я тебе скажу: я знаю, что он убил папу. Он сам мне признался.

- Не верю. Ты, как всегда, выдумываешь.- Она произнесла это машинально, наученная долгим опытом общения с сестрой, которая отличалась удивительной способностью искажать истину и выдумывать небылицы. Однако на этот раз ее уверенность дала трещину.

- И, следовательно, он убил и Сару,- не обратив внимания на слова сестры, закончила Алитея.

- Ты поэтому оказалась здесь?- изумленно спросила Анджела. Алитея самодовольно кивнула.- С доктором Фицбрауном? Чтобы обвинить Бена? И ты пойдешь на это даже несмотря на то, что он был твоим мужем?

* 7 *

- Обвинить Бена? В чем?- раздался позади них сдавленный голос.

Бен секунду постоял в дверях, потом прошел вперед. Его глаза покраснели и запали, галстук съехал набок.

- Быстро беги за доктором,- велела Алитея Анджеле.- Он сам хотел этой встречи. Это была его идея, чтобы я тоже присутствовала.

- Я убью тебя,- прошипел Бен.- Ты дьявол в юбке.

Анджела встала между ним и сестрой.

- Не говори так,- остановила она его.- Ты только навредишь себе. Все уже и так считают, что ты убил папу, а потом и Сару.

- Оставь меня в покое,- оттолкнул ее с дороги Бен.- Значит, все считают, что я убил вашего отца, так?- Он вплотную приблизился к Алитее.Интересно, почему они так решили? А не с твоей ли подачи? Думаю, это именно так.- Он заговорил более спокойно.- Если желание - это то же, что и деяние, то тогда я убил его, и не один раз. Наверняка многие хотели прикончить Хатли. Он сам подталкивал людей к этому.- Он сделал шаг назад.- Как же ты похожа на него! Я никогда не замечал этого! Надо же, а я-то думал, что спасаю тебя от него, когда женился на тебе!

Анджела на мгновение задержалась у двери, затем, выйдя из библиотеки, быстро побежала вверх по лестнице.

- Я и не понимал, что испытываю романтические чувства к боа-констриктору, что ухаживаю за змеей,- продолжал Бен. Он не заметил, что Анджела ушла. А Алитея заметила, и ее глаза испуганно округлились, когда она сообразила, что осталась с Беном наедине. Однако она постаралась скрыть свои чувства: нельзя дать ему понять, что он, погруженный в свою ярость и тоску, может вызывать страх.

- Вчера ты говорил мне совсем другое.

- Слишком многое произошло за это время!- закричал Бен.- Сара мертва! Слышишь? Сара мертва! Она стоила тысячи таких, как ты или я. Кто убил ее? Я придушу его!

Дверь открылась, и в библиотеку вошли Анджела и Хорик, а за ними Фицбраун.

* 8 *

Бен резко повернулся. Напоминая загнанного в угол кабана, он переводил взгляд с одного на другого.

- Опять вы!- взорвался он, увидев Фицбрауна.

- Здравствуй, Лети,- сказал Хорик и, обойдя Бена, встал позади Алитеи.Как ты?- Его трясло.

- Уйдите, Лэнсон,- безапелляционным тоном велел Фицбраун.Возвращайтесь к себе. Я сам справлюсь. Анджела, уведите его. Если он останется здесь, у него случится новый приступ.

Хорик мрачно оглядел всех.

Алитея посмотрела на него снизу вверх.

- Да, Хорик, дорогой, иди,- промурлыкала она.- Ты ничем не поможешь. Но все равно спасибо.

Сопровождаемый Анджелой, он пошел к двери, то и дело оглядываясь на Алитею. Все, кто был свидетелем этой сцены, прекрасно понимали, что именно произошло, однако никто не мог осуждать Алитею в том, что она сделала все возможное, чтобы вернуть свою власть над Хориком.

- Итак, Баттеруорт,- произнес Фицбраун, закрыв дверь,- прошу вас, сядьте и выслушайте меня. Я хочу, чтобы вы ясно поняли: официально я не имею отношения к полиции, однако я помогаю им в раскрытии этих преступлений, поэтому все, что вы скажете, я повторю суперинтенданту Маллету.

- Понимаю,- проговорил Бен и сел на стул с высокой спинкой на некотором расстоянии от Алитеи.- Это своего рода неуклюжее предупреждение. Что ж, честно. А теперь скажу я: я имею такое же отношение к этому делу, что и вы, вернее, полиция. Ведь убили не кого-то там, а мою жену. Вы это понимаете?Он замолчал на мгновение, пытаясь справиться со своими эмоциями.- Фицбраун, я буду абсолютно откровенен с вами. Мне плевать, кто убил Хатли - думаю, он этого заслужил. Вы тоже так считали бы, если бы знали его так, как я. Но моя жена... Сара...- Его голос дрогнул, и через какое-то время он закончил: Если это поможет вам выяснить, кто убил ее, можете порубить меня на мелкие кусочки.

Фицбраун выждал минуту и спросил:

- Вы убили Хатли?

- Нет,- ответил Бен.

- Вы убили свою жену Сару Арлингтон?

Бен вскочил.

- Боже мой, доктор! Вы добиваетесь, чтобы я вас убил?

- Сядьте,- велел Фицбраун,- и прекратите разбрасываться подобными предложениями. Вы утверждаете, что не убивали Хатли? Хотя у вас и были причины ненавидеть его?

Смирившись, Бен тихо проговорил:

- Я уже говорил, что у многих были причины ненавидеть Хатли. Что до меня, вчера я даже не видел его - в Мейзе, я имею в виду.

- Назовите мне тех из присутствующих, у кого были причины ненавидеть Хатли,- потребовал Фицбраун.

Бен задумался.

- У большинства, полагаю,- ответил он.- У Анджелы наверняка. У Лети вряд ли, хотя, если у нее остались хоть какие-то добрые чувства, ей следовало бы ненавидеть его за то, что он сделал с нами. Но тебе же нравилось ходить в любимчиках, правда?- резко спросил он у нее.- Быть папиной дочкой?- Алитея повернулась к нему спиной.- Сара питала к нему отвращение,- продолжал Бен.- Она знала о нем многое, но все это относилось к прошлому.

- Да,- кивнул Фицбраун.- Она кое-что рассказала мне. Она считала, что он расчетливо и жестоко разбивал сердце своей жене. Было время, когда она сама страдала от его излишнего внимания.

- Именно так, страдала,- согласился Бен.

- Это ложь,- без всякого выражения произнесла Алитея.

Фицбраун поспешно вернулся к своим обязанностям председателя собрания.

- Я попросил миссис Баттеруорт,- он заметил, что Бен вздрогнул при упоминании имени,- прийти сюда, чтобы провести очную ставку.

- Очную ставку?- удивился Бен.

- Чтобы она на очной ставке с вами повторила все, что сказала мне.

Заинтересованный, Бен подался вперед. У него был такой вид, будто он приготовился слушать историю, которая не имеет к нему никакого отношения.

- Она утверждает,- продолжал Фицбраун, тщательно подбирая слова,- что вчера вы признались ей в убийстве Августина Хатли.- Он повернулся к Алитее.Именно так вы сказали, верно?

- Да,- подтвердила Алитея.- Но не забывайте, что я также сказала, что это не его вина.

* 9 *

Фицбраун ожидал взрыва, но вместо этого последовало долгое молчание. Наконец он сказал:

- Итак, Баттеруорт, теперь ваша очередь.

Бен открыл рот, потом закрыл его, потом опять открыл и закрыл и сглотнул.

- Хуже всего то, что она верит этому,- еле слышно прошептал он.

- Так вы отрицаете это?

- Жаль, что вас там не было, у фонтана,- сокрушенно покачал головой Бен.- Вы сами все услышали бы. Да, я был виноват, не отрицаю, по откуда я мог знать, чем все это закончится?

- В чем вы были виноваты?- спросил Фицбраун, проявляя удивительное терпение.

- В том, что подпитывал нелепое тщеславие Лети. Видите ли, я все равно не смог бы быть с ней, без ощущения прежней привязанности, да поможет мне Бог.- Он посмотрел на Фицбрауна: - Вы не понимаете.

Фицбраун, которому стало страшно неловко, ничем не показал, что все понимает.

- И я попытался втолковать ей это,- продолжал Бен изливать ему свою душу, как и многие, считая, что врачи - не люди и не способны на понимание.А она попыталась убедить меня, что я все еще безумно люблю ее, до такой степени, что пойду на все, чтобы вернуть ее. Она предложила, чтобы я убил Хатли, потому что он все еще стоит между нами.

- Вы отрицаете, что убили Хатли?

- Я был так ошарашен, что лишился дара речи. Я пытался остановить ее, но она не слушала. Я давно знаю Лети. Когда она придумывает историю, которая удовлетворяет ее представлению о самой себе - сейчас это называют "эго",ничто не может остановить ее. А привел меня в чувство ее намек на то, что она снова выйдет за меня, если я избавлюсь от Сары.

- Не было такого!- возразила Алитея.

- Было. Меня как холодной водой окатило. Я понял не только то, что она затеяла, но и то, что не хочу возвращаться к ней. Что я предпочитаю Сару.

- Лжец!- вскричала Алитея.- Если я и сказала что-то о том, чтобы ты избавился от Сары, так только потому, что твое желание вернуться ко мне было слишком очевидным. Я никогда не думала о том, чтобы ты избавился от нее таким образом. Я имела в виду развод. Я так и сказала.

- И это несмотря на то, что вы уже тогда считали его убийцей?- поспешил вмешаться Фицбраун.

- Не считала,- ответила Алитея.- Я просто думала, что с папой он поддался порыву. Я говорила вам, что это не его вина.

- А вы не думали, что, если у него появится возможность, с Сарой он поступит так же - поддастся порыву?

- Мне это и в голову не пришло,- призналась Алитея.- В общем, у меня не было намерения снова выходить замуж за Бена. Одного раза достаточно.

- Тогда кто же лжец?- сердито спросил Бен.- Ты не только сказала, что выйдешь за меня, если я получу свободу, но и объяснила почему.

- И почему же?- поинтересовался Фицбраун.

- Потому,- безжизненным голосом проговорил Бен,- что она знала: Хатли по уши в долгах и у нее нет денег на то, чтобы содержать Мизмейз. А деньги это я или какой-нибудь другой глупец.

- Я не вышла бы за тебя, даже если бы ты с ног до головы был усыпан бриллиантами,- заявила Алитея.

- Естественно,- сказал Фицбраун,- особенно теперь, когда считаете его двойным убийцей.

- Ха!- коротко рассмеялся Бен.- Да ее это не остановило бы. Она говорит так, потому что знает, что игра проиграна. Это я не женился бы на ней, даже если бы она с ног до головы была усыпана бриллиантами. Пусть поищет другого муженька с деньгами. Лэнсона, например.

- Лэнсон уже помолвлен с ее сестрой,- объявил Фицбраун.

- Бедняжка Анджела!- ядовито произнес Бен.- Ей придется стеречь его как зеницу ока. Он ей еще не принадлежит.

- Кстати, Баттеруорт,- вспомнил Фицбраун,- не надо говорить о... смерти вашей жены в присутствии Лэнсона. Его состояние нестабильно. Любой шок может иметь серьезные последствия. Ему ничего не сказали.

Бен кивнул.

- Я вижу, вы не верите в историю Лети. Что ж, спасибо.

Алитея встала и вышла, оставив дверь открытой. Фицбраун и Бен услышали, как она звонит в Мизмейз и просит как можно скорее прислать за ней машину.

* 10 *

Когда она закончила разговор, Фицбраун закрыл дверь.

- Почему вы не верите Лети?- спросил у него Бен.

- У нее очень сильное воображение,- ответил доктор.- Я привык критически подходить к таким вещам.

- Замечательно,- облегченно вздохнул Бен.- Не ожидал, что мне поверят, когда я скажу что-то против нее.

- Но это не единственная причина,- продолжал Фицбраун.- Есть еще одна, причем объективная, как говорит мой друг суперинтендант.

- Какая?- Бен взглянул на Фицбрауна так, будто тот был олицетворением правосудия.

- Встаньте,- попросил доктор. Бен быстро поднялся.- Медленно повернитесь.- Бен стал поворачиваться, как на примерке у портного.- Вы не были дома со вчерашнего дня, верно?

- Верно. Я же сказал вам, что вчера вечером сидел в "Черном льве" в Сленхеме. Можете убедиться, что это правда. Позвоните и проверьте.

- В этом нет надобности,- сказал доктор.- Вопрос следующий: вы переодевались? На вас тот же костюм, что и вчера?

- Естественно.- Бен с отвращением оглядел мятый и грязный костюм.- У меня не было времени... я промок... могу все объяснить.

Фицбраун взмахом руки заставил его замолчать.

- Не имеет значения. Дело вот в чем: Хатли убили молотком - тем самым, которым забивают ворота. Следовательно, убийца, когда входил в лабиринт, должен был спрятать молоток под одеждой. Очевидно, он понял, какую возможность для убийства дает ему игра в Минотавра. Он взял молоток с крокетной лужайки, которая находится рядом с домом. Никакого воображения даже воображения Алитеи - не хватит, чтобы представить, как вы могли спрятать деревянный молоток под одеждой: костюм сидит на вас в обтяжку, как перчатка.

Бен на мгновение прикрыл глаза.

- Перед отъездом Сара нудила, чтобы я купил новый, а я отказывался,проговорил он.- Она сказала, что в сшитом на заказ костюме я выгляжу толще. Я ответил, что он мне нравится и что уже нет времени.

- Вероятно, вам повезло, что вы надели его,- заметил Фицбраун.- Он является неопровержимым доказательством вашей невиновности в деле Хатли.

- А... в деле жены?

- Здесь я хотел бы перейти к субъективным доказательствам. Я убежден, что оба убийства совершены одним и тем же человеком. Связь между ними очевидна.

- Только не мне,- признался Бен.- Возможно, я глуп, по я не понимаю, кому могло понадобиться убить бедняжку Сару. Какие могут быть причины кроме той, которую пыталась приписать мне Алитея?

- Неужели вам трудно придумать хоть какой-то мотив? Подумайте, почему убийце Хатли - мужчине или женщине - вдруг понадобилось избавиться от вашей жены?

- Боюсь, что трудно,- ответил Бен.- Если знаете, ради бога, скажите! Обещаю, что не сорвусь, предоставлю все полиции... хотя мне так хочется вцепиться...

Фицбраун остановил его.

- Если известен мотив, это еще не значит, что известен убийца. Иногда знание мотива помогает, но не сейчас.

- Это невозможно!

- Возможно. Если моя догадка верна, то убийцей может быть любой. Я считаю, что Сара либо видела, кто убил Хатли, либо убийца решил, будто она что-то знает.

* 11 *

Бен задумался над его словами.

- Вы думаете, она знала?- наконец спросил он.

Фицбраун довольно долго молчал, прежде чем ответить:

- Думаю, она тревожилась за вас. У нас с ней был долгий разговор.- Он мысленно вернулся в сад, на скамейку, к встревоженной женщине, которая склонилась над вязаньем, чтобы скрыть слезы.- Она с готовностью отвечала на все мои вопросы, кроме тех, что касались вас, в частности, где вы были после того, как вышли из лабиринта. Она не могла отрицать, что вы подошли к ней только через час после этого.

- Я пошел в дом попить,- пробормотал Бен.- В этом чертовом лабиринте было ужасно жарко. Я решил попить и остыть, ну и поискать Лети. Теперь, когда я знаю, что вы верите мне и когда все кончено, я могу рассказать об этом.- Он устремил на доктора полный муки взгляд.- Неужели вы хотите сказать, что Сара верила, будто я убил Хатли?

- Нет, не хочу,- покачал головой Фицбраун.- Однако она знала, что вас все еще привлекает Алитея. И она - Сара - прекрасно осознавала свой возраст, ни на минуту не забывала, что между вами тридцать лет разницы...

- Двадцать шесть,- поправил Бен.- Мне тридцать два. А Саре было пятьдесят восемь. Я всегда просил ее прекратить волноваться из-за разницы. Вы правы: она постоянно говорила об этом. Мы часто спорили, доходило до ссор. И всегда всем рассказывала, что стала бабушкой. Или заявляла, что годится мне в матери. И ставила меня в дурацкое положение. Как будто это имело какое-то значение!

- В некотором роде нет,- согласился Фицбраун.- Но когда она видела, как вы бегаете за Алитеей, разница в возрасте становилась для нее особенно болезненной, не так ли?

- Вероятно, так.

- И хотя она верила - во всяком случае, мне она так сказала - в то, что вы не способны на убийство, мысль о том, что власть Алитеи над вами все еще сильна, вызвала у нее тревогу. Если рассуждать логически, у вас были веские причины для того, чтобы избавиться от Хатли. Когда вы не пришли к ней - к вашей жене, я имею в виду,- после игры, она заволновалась. Мой вопрос, затронувший ее больное место, оказался последней соломинкой. Поняв, куда я клоню, она тут же прекратила разговор. И рассердилась. Она прогнала меня с видом герцогини, прогоняющей лакея. Между прочим, она дала много показаний в вашу защиту. Такое впечатление, будто она пыталась самой себе доказать, что вы не могли совершить это преступление. Нет. Уверен: хотя Сара и знала о вашей возобновившейся страсти к Лети, она ни секунды не верила в то, что вы убили Августина Хатли. Она просто боялась, что я - представитель полиции могу поверить в это.

Бен сел и, вытащив смятый платок, промокнул лоб.

- Значит, вы считаете, что она даже не думала, будто знает,- сказал он.- Разве это не разбивает все вашу теорию о том, кто убил ее?

- Вовсе нет,- ответил Фицбраун.- Вы забыли, что у моей теории есть другая часть.

* 12 *

- Не исключено, что она дала понять убийце, будто что-то знает,продолжил доктор.- Возможно, это получилось случайно. У убийцы нечистая совесть. Он каждую минуту ожидает, что убийство раскроют. Он видит смысл там, где его нет.

Бен вдруг тихо проговорил:

- Я хотел бы высказать одну мысль.

- Прошу.

- Вчера вечером мы ссорились, когда ехали из Мизмейза.

- Представляю.

- Но если бы она действительно считала, что именно я убил Хатли, то испугалась бы меня, побоялась бы оставаться со мной наедине. А она не испугалась. О, я помню, как она обвиняла меня в том, что я толкнул ее в фонтан,- все это было несерьезно, она просто страшно злилась на меня. Вообще-то ей нравилось все драматизировать.- В его глазах промелькнула гордость.- Она была изумительной актрисой, ее талант никогда не ценили должным образом.

- Я не воспринял то обвинение всерьез,- сказал Фицбраун.- Если бы она верила в то, что вы пытались убить ее, она не заговорила бы об этом в присутствии свидетелей.

- Она ужасно злилась на меня,- печально повторил Бен,- потому что знала, что происходит между мной и Лети. Возможно, она подслушала нас у фонтана. Она хотела вытащить меня из всей этой путаницы. Я и сам страшно злился - не столько на нее, как вы понимаете, сколько на... о, не знаю, и не на Лети, просто на всех вокруг.

- Хорошо,- произнес Фицбраун.- Вам лучше поехать домой и разобраться в себе. Маллету я все объясню. Будьте готовы к тому, что можете понадобиться ему. У вас хватит сил, чтобы вести машину?

- У меня хватит сил на все,- пожаловался Бен.- И от этого мне только хуже. Жаль, что я не могу хлопнуться в обморок, как Лэнсон.

- Не глупите,- махнул рукой Фицбраун.

Глава 7

* 1 *

Фицбраун оставил Бена в библиотеке и вышел в холл. Алитея сидела на небольшом диванчике с высокой спинкой. Выглядела она очень сердитой.

- Вы намерены возвращаться в Мизмейз?- осведомился доктор, подходя к ней.

- Да.

- На "остине"?

- Ну уж нет - уж лучше я покончу с собой.

- Вас отвезти?

- Нет. Я уже вызвала машину. Пожалуйста, оставьте меня в покое.- Она подняла голову. В ее глазах отражалась такая яростная злоба, что доктор поежился.- Когда вы предложили мне поехать сюда с вами, я и не догадывалась, что ваша единственная цель - унизить меня перед Беном.

- Не понимаю, что вы имеете в виду,- сказал Фицбраун.

- Вы позволили ему назвать меня лгуньей. А потом продемонстрировали, что не верите в то, что я вам говорила. До того как привезти меня сюда, вы об этом даже не заикались. Думаете, я поехала бы, если бы знала?

- Алитея,- мягко проговорил Фицбраун,- вы ошибаетесь. Я не сказал, что не верю вам. Возможно, вчера вы решили, будто Бен признается вам в убийстве вашего отца. Но вы просто неправильно его поняли, вот и все.

Он не мог этого сделать. Что бы он там ни говорил - его слова имели совсем иной смысл, чем тот, что в них вложили вы. Он утверждает, что вы все выдумали.

Ее темные глаза блеснули.

- Выдумала! Разве я выдумала, что он стоял под струями фонтана и плакал как ребенок из-за того, что безумно хотел меня.

- Вероятно, нет,- пожал плечами Фицбраун,- хотя мне кажется, что не следует рассказывать об этом всем. Как бы то ни было, он не убивал вашего отца и, следовательно, не убивал свою жену.

* 2 *

Алитея намеревалась ответить, но ей помешал шум - это Хорик, одетый в пиджак и брюки, прыжками бежал вниз по лестнице.

- Лети!- выкрикнул он.- Я не знал, что ты здесь. Когда ты приехала? Почему мне никто не сказал?- Он сердито огляделся по сторонам.- Они пытаются держать меня в тюрьме. Снова вы?- обратился он к Фицбрауну.- Вы тоже участник заговора?

- Какого заговора?- удивился Фицбраун.

- Вы все делаете вид, будто я слишком плох и должен лежать в кровати.Он наклонился к Алитее, и она слегка занервничала.- Они пытаются держать меня подальше о; тебя. Они хотят женить меня на Анджеле. Но я не поддамся. Пошли, Лети, пошли отсюда.

К этому моменту в холле уже собрались свидетели. Бен - он демонстрировал изумление обычным для него способ. открывал и закрывал рот,стоял в дверях библиотек Леди Лэнсон замерла на середине лестницы. Анджела остановилась на нижней ступеньке.

- Хорик!- издала судорожный вопль леди Лэнсон.

Реакция Хорика была мгновенной: даже не обернувшись, он бросил:

- Заткнись, мама!

Леди Лэнсон тяжело осела на ступеньки.

Анджела подбежала к ней, а потом медленно спустилась вниз.

Хорик заметил Бена:

- Эй, ты, жалкий недотепа! Когда же ты уберешься отсюда! Она тебе не достанется! Правда, Лети? Ты же не примешь его назад, да? Убирайся, ты! Прочь! Тебя разыскивает полиция! И не надейся, что тебе удастся скрыться!

- Итак, он знает,- тихо проговорил Бен.

Хорик услышал его слова:

- Естественно, знаю! Я видел тебя! Я видел, как ты толкнул ее!

Фицбраун решил вмешаться:

- Вы видели, как он столкнул ее вниз?- Он взял Хорика за локоть.

- Да,- ответил молодой человек, отталкивая доктора с такой силой, что тот попятился.- Ту женщину, его жену, его настоящую жену, в розовом платье.

- Когда это произошло?- спокойно спросил Фицбраун.

Хорик не ответил. Вероятно, он вообще не слышал вопроса. Он стоял на коленях перед Алитеей, сжимая своими длинными и костлявыми пальцами ее крохотные ручки.

- Уезжай со мной,- молил он,- стань моей возлюбленной. У тебя будет все, что пожелаешь. Я соберу для тебя все розы мира. Ты никогда не лишишься Мизмейза. У тебя будут платья, шляпки - большие, широкополые, как тебе нравится. У тебя будут золотые браслеты, бриллианты, рубины. Уезжай! Я отвезу тебя домой. Ведь тебе нравится скорость, правда? Я могу мчаться со скоростью восемьдесят или девяносто, даже на этой дороге. А зимой мы поедем кататься на лыжах и на санях. Мы отправимся в Норвегию, нет, в Австрию. Ты не представляешь, как там здорово - в Австрии.- Он встал и потянул ее за собой.- Поехали!

- Я уже вызвала свою машину,- слабо сопротивлялась Алитея.

- Мы будем в Мизмейзе до того, как они выкатят ее из гаража,- пообещал Хорик.

Он ринулся к двери, преодолев расстояние за три огромных шага и таща Алитею за собой. Алитея же семенила за ним - ее уход был далек от величественного.

Через минуту послышался звук заработавшего двигателя.

* 3 *

- Будь я проклят!- выругался Бен.

- Я тоже,- сказал Фицбраун.- Лети долго сеяла ветер и теперь пожинает мощнейшую бурю.- Он подошел к телефону.

Леди Лэнсон, все это время лежавшая на ступеньках, села.

- И вы не помешаете им уехать?

- А как я могу им помешать?- развел руками Фицбраун.- Если им хочется пожениться - пусть, эта идея не хуже других.

- О!- возмущенно выдохнула леди Лэнсон.- И вы еще называете себя врачом! Вам известно, как действует на него возбуждение, и при этом отпускаете его, возможно, на гибель!- Она встала и спустилась вниз.- Дайте мне телефон. Я позвоню в полицию.

- Это ваш телефон,- напомнил ей Фицбраун,- но я не советую вам спешить. Юридически вы не имеете права контролировать действия своего сына, поэтому полиция не поможет вам.- Он забрал у нее трубку.- Если позволите, я сам позвоню в полицию.

Леди Лэнсон не хотела сдаваться.

- Мистер Баттеруорт,- обратилась она к Бену,- у вас есть машина. Вы отвезете меня в Мизмейз? Я должна помешать сыну, уберечь его от губительного шага.

- Нет, мэм,- покачал головой Бен.- Ничто в мире не заставит меня еще раз приблизиться к этому месту. Мне жаль, что я вообще узнал о его существовании.- Он пошел к двери.- Я уезжаю, но не в Мизмейз. Если я вам понадоблюсь,- сказал он Фицбрауну,- найдете меня дома. Благодарю за помощь.Он вышел, и вскоре все услышали хруст гравия под колесами.

- Анджела,- нарушила тишину леди Лэнсон, взяв девушку под руку,- уж вы-то не подведите меня. Вам известно, как все это важно. Вы должны позаботиться о безопасности Хорика и о его жизни. Вы должны отбросить гордость и поспешить за ним. Он говорил совсем не то, что думает. Лети околдовала его, но чары долго не продлятся. Вы поспешите за ними и вернете его назад.

Анджела отодвинулась от нее на расстояние вытянутой руки.

- Он говорил именно то, что думает, и чары продлятся,- набросилась она на леди Лэнсон, при этом ее золотистые локоны подрагивали, как колокольчики на звоннице.- Это вы виноваты в том, что она околдовала Хорика. А я, дура, думала, что ваше заступничество поможет мне. Оно только навредило. Он ненавидит все, что исходит от вас.

Фицбраун ожидал, когда его соединят, и с интересом наблюдал за Анджелой. Гнев и негодование превратили ее в настоящую красавицу. Она могла бы соперничать с Алитеей, если бы всегда пребывала в подобном настроении.

- Он ненавидит все, что исходит от вас,- повторила она,- точно так же, как я ненавидела то, что исходило от папы, хотя и по другой причине. А может, и по той же. Вы любите Хорика, во всяком случае, вы так считаете. А папа ненавидел меня и никогда не упускал возможности показать мне свою нелюбовь. Для меня отец символизировал человека, который обязательно забрал бы у меня то, что мне дорого. Для Хорика вы символизировали человека, который постоянно перечит ему. И вы с отцом взялись за меня, верно?Фицбраун, все еще ждавший у телефона - его уже соединили, но к телефону еще не подозвали нужного ему человека,- заметил, как изменилось ее лицо при этих словах.

Леди Лэнсон съежилась.

- Это было ради вашего блага и ради блага Хорика,- проговорила она.

- Ради моего блага!- расхохоталась Анджела.- Как будто папу волновало мое благо! Да ни вас, ни его не интересовала моя судьба. Если бы он знал, как сильно я люблю Хорика, он наверняка позаботился бы о том, чтобы выдать меня за другого. Вы глупая старуха! У папы была одна цель: помешать Хорику жениться на Лети. Уверена, он считал, что деньги Хорика очень пригодятся, однако не был готов продать Лети даже за такую огромную сумму. А ко мне это не относилось.

- Анджела!- возмущенно закричала леди Лэнсон. Ее никогда не называли глупой старухой, хотя часто с ней обращались именно как с глупой старухой, и не кто-нибудь, а ее сын после возвращения из Норвегии. Иногда он до боли напоминал ей умершего мужа.- Нельзя плохо говорить о мертвых. У вашего отца имелись недостатки, однако он мог быть приятным, когда хотел. Полагаю, вы не понимали его. Вы раздражали его. Дитя мое, вам надо учиться следить за своим языком, это даже важнее, чем умение управлять своим темпераментом. Ваш отец сам говорил мне, что вам нужен муж.

- Не сомневаюсь,- хмыкнула Анджела.- А он не намекал, что вам тоже нужен новый муж? Мы с Лети подозревали, что его визиты к вам имели двойную цель.

- До чего же вульгарны современные молодые женщины,- вознегодовала леди Лэнсон.- Я рада, что вы не станете женой Хорика.

- Кто сказал, что не стану?- огрызнулась Анджела.

* 4 *

Наконец Фицбраун дождался своего собеседника.

- Маллет? Это вы? Можно с вами увидеться? Да, очень срочно.

Леди Лэнсон подбежала к нему и потянула за локоть.

- Скажите ему про Хорика!- взмолилась она.

- Я звоню из Берген-хауса,- сказал Фицбраун.- Да. Но больше ни о чем не хочу говорить по телефону. Выезжаю немедленно. Леди Лэнсон просит меня сообщить вам, что ее сын взял дело в свои руки. Кажется, он похитил Алитею Баттеруорт. А? Нет, они поехали всего лишь в Мизмейз. Нет, это не то, о чем я хотел поговорить с вами. У меня есть свежая информация. Сожалею, но это не моя вина. Хорошо, поговорите с ней сами.

Он передал трубку леди Лэнсон и услышал, как та принялась сетовать по поводу плачевного состояния здоровья Хорика.

Фицбраун улыбнулся, представив, что скажет ему Маллет при встрече. По характеру немногословный, суперинтендант никогда не мог долго выносить словоохотливых эгоистов.

* 5 *

Фицбраун подошел к своей машине и увидел идущую к нему Анджелу.

- Пожалуйста, подвезите меня до Мизмейза. Высадите меня как можно ближе к дому. Ведь вам по пути. Моя машина не заводится.

Она села на пассажирское сиденье.

- На что вы надеетесь, возвращаясь туда?- спросил Фицбраун.

- Надеюсь? Ни на что,- ответила она.- Я всегда проигрываю, что бы ни делала. Кажется, такова моя судьба. Однако мой проигрыш не обязательно идет на пользу Лети - на этот раз, во всяком случае. Все кончено. И конец этому положил тот, кто убил папу.

- Вы думаете, Алитея примет Хорика? У меня возникло впечатление, что ей не очень хочется ехать с ним,- заметил Фицбраун.

- Примет,- уверенно проговорила Анджела,- если сможет заполучить, особенно теперь, когда она лишилась Бена.

- Тогда я не понимаю, что может помещать ей заполучить его,- удивился Фицбраун. Он ехал на небольшой скорости и то и дело поглядывал на спокойное лазурное море.

- Поймете, если оторветесь от дороги и посмотрите на того, кто рядом с вами. Да, я имею в виду себя.

- Вы действительно считаете, что сможете остановить его?- еще сильнее удивился доктор.

- Если я и пойду на это, то только в крайнем случае.

- Будьте осторожны,- предупредил ее Фицбраун.- Кажется, он настроен чрезвычайно решительно.

- Я тоже,- заявила Анджела.

Они остановились у северо-восточных ворот Мизмейза, и Анджела вылезла из машины. Обойдя машину, она стала прощаться, и Фицбраун вдруг спросил:

- Почему вы солгали насчет своей машины? Ведь обычно вы не опускаетесь до лжи, верно?

- Что вы имеете в виду?

- Вы сказали, что ваш маленький "остин" не в порядке.

- Разве?

- Вы сказали, что он не заводится.

- Ну?

- Откуда вы это знаете? Вы же даже не пытались завести его. Вы даже не подходили к нему.

Анджела улыбнулась.

- Раз вы такой наблюдательный, проявите сообразительность и отгадайте ответ.

Она пошла прочь.

Фицбраун помчался в Чод.

* 6 *

- Не знаю, что она имела в виду,- закончил он свой рассказ.

- Ой, ладно!- махнул рукой Маллет.- Она хотела побыть с вами. Вы произвели на нее впечатление.

- Чепуха!

- Вы скромничаете,- продолжал Маллет.- Или уделяли ее сестре слишком много внимания, чтобы замечать другую сестру.

Фицбраун решил не отвечать на это подшучивание.

- Нет,- серьезным голосом проговорил он,- у нее была причина, но другая. Анджела не из кокеток. Она полностью поглощена Лэнсоном.- Он задумался.- Она сказала, что я должен догадаться. Кажется, у меня получилось.

- И?

- "Остин", на котором она вчера приехала в Берген-Хаус, старый и ужасно шумный. Ее сестра Алитея сказала, что лучше умрет, чем поедет на нем. Я думаю, Анджела хочет застать Лэнсона и сестру врасплох. У нее это не получилось бы, если бы она поехала на "остине". А теперь, когда я довез ее до ворот, ее появление будет неожиданным. Да, в этом-то все и дело! Уверен, именно это я прочел в ее глазах, когда она прощалась со мной.

- Нужно обладать отвагой, чтобы решиться на такое,- заметил Маллет.

- Отвагой дьявола или отвагой отчаяния,- сказал Фицбраун.- Но я хотел поговорить не об этом. Я хотел спросить, осматривали ли вы, когда были в лабиринте, колонны на предмет наличия следов?

- А вы не могли бы выразиться яснее?

- Когда Алитея втолковывала мне, что именно Бен подстерегал ее отца, она предположила, что после убийства он встал на что-то, чтобы выглянуть поверх изгороди и проверить, нет ли там кого. Лучше всего для этого подходили колонны, это единственный предмет, на который можно встать. Поэтому я осмотрел их. Все заросли травой, но возле одной остались следы видно, что трава примята. Я предлагаю вам отправить туда эксперта.

- Возле какой из четырех? Можете указать ее на плане?

План лабиринта лежал на столе. Фицбраун ткнул карандашом в северо-западную колонну.

Маллет расхохотался.

- Эксперт получит отпечаток моей задницы,- заявил он.- Естественно, я все их осмотрел, прежде чем сесть и закурить. Трава была в порядке.

- Алитея сказала, что он не мог этого сделать,- грустно проговорил доктор.

- Кто не мог?

- Баттеруорт не мог забраться на трехфутовую колонну без подставки. Признаюсь, на эти колонны проще сесть, чем забраться, мне даже в голову не пришло, что это можете быть вы.- Доктор помолчал, обдумывая новую идею.Алитея предположила, что отпечаток молотка в земле мог образоваться из-за того, что кто-то на него встал. Она имела в виду Бена, но я обратил ее внимание на то, что ему все равно не хватило бы пары дюймов.

- И что она сказала на это?

- Ничего. У нее навязчивая идея, что Баттеруорт убил ее отца и свою жену из любви к ней, и ничего не может поколебать ее уверенности. Вряд ли она услышала мои возражения. Она разозлилась на меня, когда я сказал, что вся история с признанием Бена - результат недопонимания. Она полна решимости верить в то, что убийца он.

- Где сейчас Баттеруорт?

- Едет в Бирмингем.

- А Алитея?

- В Мизмейзе.

- И Анджела там. А Лэнсон? Ах да, конечно, Лэнсон сам отвез Алитею в Мизмейз. У меня был разговор, вернее, я выслушал монолог его матери. Кажется, она считает, что я должен вырвать ее сына из когтей сирены. Вы, Фицбраун, могли бы избавить меня от этого. Ведь вы почти уже медицинский консультант Лэнсона, верно?

* 7 *

Подошел полицейский и положил перед Маллетом несколько фотографий.

- Только что принесли, сэр, из Броксетера.

Маллет принялся рассматривать фотографии. Две он отложил в сторону. Фицбраун поднялся, встал у него за стулом и заглянул через плечо.

Они обменялись взглядами, в которых торжество смешивалось с удивлением. Доктор открыл было рот, чтобы высказать свое мнение, но тут зазвонил телефон.

- Да, да,- раздраженно рявкнул Маллет.

Из трубки послышался слезливый голос леди Лэнсон:

- Вы хотите сказать, что ничего не сделали?

- Моя дорогая мадам,- сурово проговорил суперинтендант,- мы сделали очень много.- Слушая и, когда удавалось, вставляя слово, он карандашом указывал Фицбрауну особенности двух отложенных в сторону снимков.

- Мы сделаем все возможное,- наконец резко оборвал разговор Маллет и повесил трубку, а потом посмотрел на доктора.- Бедняжка!- покачал он головой.- Поехали.

* 8 *

Леди Лэнсон мгновение таращилась на трубку, как будто ожидала более приятного продолжения разговора, потом повесила ее и, задумавшись, пошла прочь.

Из задумчивости ее вывело столкновение с горничной у подножия лестницы. Девушка несла пару ботинок огромного размера.

- Мейбл!- вскричала леди Лэнсон,- куда ты их несешь?

- В комнату мистера Хорика, мэм.

- А где ты их взяла? Их почистили?

- Констебль Браун только что принес, мэм. Он сказал, что они с ними закончили, и я могу вернуть их на место.

- Закончили с ними? Что он имел в виду? Откуда он их взял? Кто ему дал? Ты?

- Да, мэм. Констебль Браун позвонил сегодня утром и попросил ботинки Хорика - те, которые он надевал вчера. В тот момент мистер Хорик спал. Я просто прошла и взяла их. Он - констебль Браун - сказал, что мне лучше не рассказывать об этом. Он сказал, что не надо никого волновать, что это простая формальность: они исследуют обувь всех, кто был вчера в Мизмейзе, мэм. Так он и сказал. Я не задавала вопросы. Просто отдала ему ботинки. Я думала, так лучше, чтобы не создавать проблем.

Леди Лэнсон взмахом руки прервала этот нескончаемый поток слов:

- Хорошо, Мейбл. Можешь поставить их в комнату мистера Хорика. Это действительно простая формальность, как сказал констебль. Когда спустишься вниз, передай Фелпсу, чтобы он подогнал мне машину.

Через пять минут леди Лэнсон уже ехала в Мизмейз. Сразу после ее отъезда в Берген-хаусе зазвонил телефон. Мейбл, горничная, взяла трубку.

- Междугородняя, для мистера Хорика Лэнсона.

- Его здесь нет,- сказала Мейбл.- Но я могу дать вам его телефон.

* 9 *

Маллет и Фицбраун тоже ехали в Мизмейз.

- Вы считаете, что у вас достаточно доказательств, чтобы предъявить ему обвинение?- спросил Фицбраун.

- Нет, не достаточно,- ответил Маллет.- Если взглянуть с точки зрения обвинения, то факты впечатляют, но с точки зрения защиты они не выдерживают критики.

- Мне казалось, что новые улики решили для вас исход дела,- признался Фицбраун.

- Давайте подытожим, что у нас есть,- предложил Маллет и принялся загибать короткие пальцы, перечисляя доводы обвинения.- Во-первых, возьмем мотив. Этот юнец влюблен в Алитею Баттеруорт, nee Хатли. Он импульсивен до крайности и склонен к буйству. На его пути стоит отец, который, с одной стороны, отшивает всех поклонников Алитеи, а с другой - пытается женить Лэнсона на другой, нежеланной, дочери, на Анджеле.

- Есть одна тонкость,- прервал его Фицбраун.- Не исключено, что Хатли ухаживал за матерью. Естественно, это не нравилось Лэнсону, который всегда был для вдовы светом в окошке. Представьте реакцию Хорика Лэнсона на перспективу заполучить в отчимы Хатли!

- Есть еще и денежный аспект,- добавил Маллет.

- Лэнсону хватит и своих денег.

- Да, но кто откажется иметь еще больше? Уверен, он потерял бы немало, если бы его мать вышла за Хатли. Не забывайте, Хатли был по уши в долгах.

- Он потерял бы контроль над матерью, если бы она вышла замуж,- сказал Фицбраун.

- Ладно, как бы там ни было, у нас есть великолепная причина, почему Лэнсон хотел избавиться от Хатли. Далее...

- Подождите,- перебил его Фицбраун.- Если мы подводим итог доводам обвинения, то я хочу добавить следующее: даже если вопрос о женитьбе между Хатли и матерью Лэнсона не стоял, его все равно возмущали их тайные переговоры.

- Они пытались устроить брак между ним и Анджелой.

- Верно,- подтвердил Фицбраун.- Анджела отлично знала, что от леди Лэнсон ей один только вред. Она знала, что Лэнсон будет отказываться от всего, что подсовывает ему мать. Представляете, как взбесился бы Лэнсон, узнай он, что его мать подталкивает Хатли!

- Кажется, вы сказали, что Лэнсон в итоге согласился жениться на девушке,- напомнил Маллет.

- Согласился, но лишь для того, чтобы отделаться от Анджелы и матери. Он, знаете ли, болен. Как только появилась Алитея, он тут же дал всем понять, что Анджела ему не нужна. А потом сбежал с Алитеей.

- Да. У нас есть мотив,- подытожил Маллет,- и личность - безрассудная, неистовая, не исключено, что сумасшедшая. Следовательно, у обвинения будет мало работы. Но когда дело дойдет до убийства Сары Баттеруорт, или Арлингтон, почва уже не будет такой твердой. У нас очень шаткая система догадок, основанная на допущении, что Сара имела что-то против Лэнсона: она заставила его поверить, будто знает, кто убил Хатли.

- Да она запросто могла сделать это в своем стремлении защитить Баттеруорта,- сказал Фицбраун.- Я видел, как она в розовом саду разговаривала с Хориком. Не знаю, о чем они говорили, но когда я увидел его после этого, он был страшно возбужден. Он готов был набросится на любого, кто заговорит с ним. И он действительно набросился - на меня. Думаю, он что-нибудь сделал бы со мной, если бы не упал в обморок. У него очень сильные руки. Он добрался до моего горла.

- Да,- кивнул Маллет,- я заметил. Мы должны обратить внимание и на его вспыльчивость, и на сильные руки и использовать это как свидетельство того, что он убил Сару Баттеруорт. Однако всего этого мало, чтобы подозреваемого признали виновным. Присяжным нужны факты. Ваши субъективные доказательства полезны лишь как подтверждение фактов. Нужно показать, что у него была возможность совершить убийство в обоих случаях.

- В деле Хатли...- начал Фицбраун.

- Давайте сначала рассмотрим дело Сары Баттеруорт,- перебил его Маллет.- Оно более сложное.- Он сверился с записями в блокноте.- Мы можем доказать, что Сара отказалась ночевать в Берген-хаусе и пошла к обрыву в то время, когда вы с Алитеей уехали... гм, примерно в половине седьмого.

- Чуть позже, наверное, но это не существенно.

- Скажем, в шесть сорок. По дороге вы остановились, чтобы полюбоваться видом, а потом поехали в Чод, оставив Алитею у обрыва. На пути вы встретили Лэнсона, мчавшегося как сумасшедший, а потом Анджелу. С Анджелой вы поговорили. Это было примерно в семь пятнадцать. Ко мне в Чод вы прибыли в половине восьмого. Если предположить, что Лэнсон ехал со скоростью шестьдесят, то расстояние от Мизмейза до Берген-хауса он преодолел за десять минут. Его мать утверждает, что он приехал примерно в семь тридцать - более точное время она назвать не может. Но если мимо вас он проезжал в семь десять, а домой приехал в семь тридцать, значит, у него остается десять-пятнадцать минут, в течение которых он мог увидеть сидящую на камне Сару Баттеруорт, подобраться к ней, придушить и сбросить вниз, потом вернуться к своей машине и к половине восьмого приехать домой.

- А он увидел бы Сару при такой скорости?

- Я думал об этом. Она была одета в очень заметное платье.

- Молодые люди, мчащиеся на огромной скорости, не любят останавливаться.

- Мало кому из молодых людей выпадает такая удобная возможность увидеть того, кого они считают своим врагом, в одиночестве на краю обрыва.

- Верно,- согласился Фицбраун.- Я просто пытаюсь найти очевидные изъяны в вашей теории.

- Тем же самым займется защита,- хмыкнул Маллет.- Так что продолжайте.

- А не могла Анджела, ехавшая почти вслед за ним, увидеть что-либо?

- Нам это неизвестно,- ответил Маллет.- Она до потери сознания влюблена в Лэнсона. Если она и видела что-то, то вряд ли расскажет вам или кому-либо другому.- Он хлопнул себя по колену.- Вот те на! А вдруг она заставила его объявить о помолвке, шантажируя именно этим?

- Тогда он в опасном положении,- проговорил Фицбраун,- так как отказался от нее и сбежал с Алитеей. Вероятно, она ему за это отплатит, хотя, зная Анджелу, сомневаюсь в этом.

- Она настойчива?

- Очень, и не выпустит из рук Хорика ради того, чтобы помочь полиции.

- Думаю, вы правы,- сказал Маллет.- Я не надеюсь, что кто-то из них поможет нам. А веду я вот к чему: Анджела Хатли ехала на маленьком "остине", и ей понадобилось бы примерно двадцать минут, чтобы добраться от Мизмейза до Берген-хауса. Прибавьте к этому еще десять минут на разговор с вами. За это время Лэнсон успел бы совершить убийство и вернуться к своей машине - между прочим, ярко-красной, бросающейся в глаза. Защита обязательно заострит на этом внимание. Обвинение вызовет свидетелей, которые заявят, что движения на дороге практически нет, и, следовательно, тот факт, что никто не видел машину Лэнсона на дороге или где-то припаркованную, ничего не значит. Получается, что он мог преспокойно добраться до Берген-хауса до приезда Анджелы.

- Наверное,- с сомнением проговорил Фицбраун.- Этот вопрос - вопрос времени - вызовет массу споров, если дело дойдет до суда.

- Мы сможем добавить, что, когда Лэнсон добрался до дома, вдова была обескуражена его появлением,- не унимался суперинтендант.- Она думала, что он спокойно лежит в Мизмейзе, и в его побеге обвинила порочную Алитею, вашу подружку. Кстати, вы обеспечили ей идеальное алиби в деле Сары, не так ли? Чем бы вы там ни занимались - любовались пейзажем, как вы утверждаете,- вы всегда можете доказать, что в районе семи часов она находилась там, в восьми милях от места убийства Сары. Даже бегом по ровной дороге и тем более по тропинке, пролегающей по холмам и впадинам, она не смогла бы добраться до Сары.

- Это была не моя идея,- усмехнулся Фицбраун и добавил: - Я рад, что послужил инструментом для того, чтобы обелить Алитею. Вы подозревали ее?

- Подозревал,- ответил Маллет.- У меня нет фаворитов. У нее имелись причины избавиться от Сары, хотя подозреваю, что она скорее предоставила бы это Бену, если бы ей действительно это понадобилось. Все, решено: там она быть не могла. Что до ее отца, то мне трудно найти веское основание, зачем ей нужно было убивать его. Как бы то ни было, давайте вернемся к фактам.

* 10 *

- Лучшие из фактических доказательств я приберег на закуску,- заявил Маллет с таким видом, будто рассуждал о деликатесах.- Сначала давайте обсудим ваши выводы. Вы решили, что Баттеруорт не мог убить Хатли, потому что не мог под облегающим костюмом пронести молоток в лабиринт. Нам известно, что преступление было спланировано: я имею в виду, что убийца не вдруг обнаружил молоток в своей руке. Ведь утром молотком пользовались: им забивали в землю ворота.

- Верно,- задумчиво проговорил Фицбраун, представив толстого и низкорослого Бена в плотно облегающем сером костюме.- Он не мог спрятать молоток на себе, и по-моему, это исключает его из круга подозреваемых. Обвинение скажет, что вот как раз на тощем и длинном Лэнсоне одежда висит как на вешалке и что он спокойно мог протащить молоток в лабиринт. Естественно, у нас нет доказательств этому. Никто не видел, чтобы он делал что-то подозрительное с молотком.

- Кажется, никто вообще не видел молоток после того, как его использовали по назначению - для вбивания ворот,- сказал Маллет.- Вы, очевидно, считаете, что все эти мелочи - лишь подсказки, что нам нужно нечто более основательное в качестве доказательств, что мы выставим себя на посмешище, если предъявим обвинения Лэнсону.

- Вы забыли упомянуть его рост,- заметил Фицбраун.

- Нет. Он присоединяет мой последний довод,- сказал Маллет.- Вот теперь мы подошли к решающему моменту. Я хочу, чтобы вы тщательно взвесили свое мнение по поводу того доказательства, что мы только что получили.

- Вы имеете в виду фотографии?

- Да. У меня уже сложилось мнение, но мне хотелось бы выслушать непредвзятую оценку. Выступите в качестве противника - вам это всегда нравилось. В настоящий момент мне важнее выяснить, каким может быть подход защиты. Давайте опишите полученную информацию так, как вы ее увидели. Что бы вы сказали, если бы были государственным обвинителем.

- Я бы сказал следующее,- начал Фицбраун.- Милорд и господа присяжные, у меня есть две фотографии - вещественное доказательство такое-то и такое-то,- к которым я хочу привлечь ваше внимание. Мы утверждаем, что обвиняемый последовал за Хатли в центр лабиринта, сзади нанес ему удар деревянным молотком - вещественное доказательство такое-то,- который уже был вам предъявлен. На увеличенной фотографии А вы видите отпечаток, обнаруженный на головке молотка. Это след от обуви, и мы считаем, что этот след оставил убийца. Мы считаем, что, прежде чем покинуть центр лабиринта, он хотел удостовериться, что никого поблизости нет. Он должен был убедиться, что не встретит никого у выхода. Живая изгородь очень плотная, поэтому через нее ничего не видно, и очень высокая: человек среднего роста не сможет заглянуть через верх. Обвиняемый аномально высок - шесть футов и девять с половиной дюймов, как уже было установлено. Мы утверждаем, что, для того чтобы заглянуть за изгородь, он положил молоток на землю и встал на него. Это дало ему недостающие четыре дюйма. После этого он бросил молоток рядом с телом жертвы, однако не учел, что от молотка в земле осталась вмятина, а на поверхности молотка - отпечаток его обуви. Я прошу вас сравнить этот отпечаток - он имеется на фотографии - с отпечатком, снятым с правого ботинка обвиняемого, и убедиться, что они идентичны.

- Они, без сомнения, идентичны,- уверенно заявил Маллет,- а отпечатки его пальцев есть на рукоятке молотка. Ну, а что бы вы сказали на месте защиты?

- Я бы сказал следующее,- снова заговорил Фицбраун.- Тот факт, что отпечатки идентичны - естественно, это нельзя не признать,- ничего не доказывает. Я сочинил бы какую-нибудь историю, чтобы объяснить это совпадение, и ввел бы в заблуждение присяжных. Я сказал бы, что человек такого роста, как у Лэнсона, не смог бы заглянуть за верхушку изгороди, даже встав на какой-нибудь предмет высотой три-четыре дюйма, который при этом еще и вдавился в землю...

- Он ушел в землю всего на четверть дюйма.

- Знаю, но в верхней части изгородь шире, чем в нижней,- примерно два фута. Неужели кто-то пошел бы на риск быть увиденным с той стороны? Я попросил бы присяжных признать его невиновным и обратил бы их внимание на то, что этот довод, как и другие, приведенные обвинением якобы в качестве доказательств, использовались исключительно для поддержания их предположений. "К примеру, джентльмены, была предпринята попытка показать, что у обвиняемого на лице и руках имеются царапины. Как выяснилось в результате свидетельских показаний доктора, эти царапины получены от шипов роз за день до убийства".

- Боюсь, в ваших словах что-то есть,- вздохнул Маллет.- По-вашему, мы не может предъявить обвинение Лэнсону на основе того, что у нас есть, и даже отпечатки не помогут?

- Верно, не можем,- проговорил Фицбраун.

- Я тоже так думаю,- мрачно признался Маллет.

- Тогда зачем мы едем в Мизмейз?

- Я предполагал, что должен убедиться в безопасности девушек, если есть хоть малейшая вероятность того, что Лэнсон - убийца,- сказал Маллет.- А такая вероятность есть, несмотря на провал нашей попытки построить дело. Кто знает, что взбредет ему в голову, возьмет да и наброситься на одну из них или на обеих. И Анджеле, и даже Алитее грозит опасность. Вам известно, как легко буйные натуры переходят от любви к ненависти. Лэнсон буйный, состояние его здоровья внушает тревогу. Даже мать боится за него.

- О нет, она боится за него исключительно по-матерински,- возразил Фицбраун.

- Полагаю,- продолжал Маллет,- если бы мы доказали свою правоту, его объявили бы невменяемым - началась бы болтовня о желёзках и прочем в том же роде. Специалисты принялись бы спорить о влиянии волнения на гипофиз. Вам он показался сумасшедшим?

- Нет,- ответил Фицбраун.- По сути, у него проблемы с физическим состоянием. Не исключено, что именно этим и объясняется его раздражительность.

- Как бы то ни было, пока мы не должны брать это в расчет,- сказал Маллет.- Ну вот, приехали. Это юго-западные ворота. Жди здесь,- велел он водителю.- Дальше мы пройдем пешком. Шум машины может предупредить Лэнсона или вызвать у него приступ ярости. Если нам удастся застать его врасплох, он, вероятно, проговорится.

- Я могу представить обвинению еще одно доказательство,- сказал Фицбраун, когда они шли к дому.

- Да?

- Вчера вечером я звонил Биллу, библиотекарю. Он мой давний пациент. Он большой авторитет в том, что касается лабиринтов. Так вот, он сказал мне, что неделю назад Лэнсон спрашивал о лабиринте Мизмейза, и Билл дал ему почитать книжку, в которой среди множества планов есть план Мейза.

- Боже ты мой! Что же вы молчали!

- Я не хотел заранее настраивать вас. Мне показалось, что сейчас самый подходящий момент, чтобы рассказать об этом. Кстати, я даю вам еще один маленький фактик: в игре Лэнсон исполнял роль Тесея, а главная задача Тесея - убить Минотавра.

* 11 *

Лэнсон сидел на скамейке в розовом саду. Алитея расположилась слева от него, Анджела - справа.

Если бы он откинулся на спинку, его длинные ноги почти полностью перегородили бы гравиевую дорожку. Однако сейчас он сидел наклонившись вперед и что-то увлеченно объяснял.

- В свете того, что произошло сегодня утром,- говорил он,- я понял, что должен признаться.

- Кому из нас?- съязвила Анджела.

- Обеим, но особенно тебе, Лети, потому что, видишь ли, когда я сделал тебе предложение, я говорил искренне. С Анджелой было по-другому,- добавил он, поворачиваясь к Анджеле.- Я позволил тебе поверить, будто соглашаюсь на помолвку, потому что это был единственный способ отделаться от матери.

- Ах!- вырвалось у Анджелы. В этом коротком возгласе ей удалось выразить все свое негодование.

- Но ты же знала, Анджела!- воскликнул Хорик.- Конечно, я не должен был делать этого, но я был уверен, что ты поняла.

- Сейчас это уже не имеет значения, не так ли?- лениво проговорила Алитея.- Просто у тебя из-за меня был припадок безумия. У многих мужчин бывает такое. Я прощаю тебя.

- А я нет,- заявила Анджела.- Хотя спасибо, что вылечил меня. Я больше не желаю видеть тебя.

- И не увидишь,- успокоил ее Хорик,- с завтрашнего дня.

- А что ты собираешься делать?- поинтересовалась Алитея.

- Вернуться в Норвегию. Там я был счастлив.

- Они разрешат?

- Почему бы нет? Они в праве запретить, если только предъявят обвинение. Они и предъявят, если осмелятся. Все это время они пытались и до сих пор пытаются найти доказательства, только они их не найдут.

- Почему ты так считаешь?- спросила Алитея.

- Что считаю? Что они хотят предъявить мне обвинения? Я понял это сегодня утром, когда не нашел своих ботинок. Горничная сказала, что их забрала полиция для какой-то формальной экспертизы, но меня не проведешь.

- А что ты сделаешь, если они арестуют тебя?- полюбопытствовала Алитея.

Устремив взгляд на остатки того злосчастного букета, которые так и не убрали с клумбы, она вдруг пожалела о том, что Хорик уедет. Хотя его неистовое внимание и пугало ее немного, оно в тоже время действовало возбуждающе и разгоняло скуку. Ей будет не хватать его внимания. Интересно, размышляла она, где же раздобыть деньги для поместья? Ее мысли обратились на Бена Надо бы вернуть его, сказать, что она прогнала Хорика, бедного и несчастного, потому что все еще любит его. Однако в глубине души Алитея подозревала, что Бен потерян для нее так же, как Хорик.

- Я расскажу им, как все случилось,- заявил Хорик.- Вероятно, они не поверят мне, но я все же постараюсь. Лети, этот доктор, который восхищается тобой...- На лице Алитеи появилось довольное выражение.- Возможно, он выслушает меня. Мне кажется, он умный.

- Вчера ты его ненавидел,- жеманно проговорила Алитея.

- Это тоже было из-за припадка. Но теперь все.

Анджела решительно вмешалась в их заигрывания:

- Может, ты нам расскажешь, что случилось. Мы - во всяком случае, я должны знать. Не исключено, что наша помощь пригодится.

* 12 *

- Когда нас попросили принять участие в игре в Тесея и Минотавра,начал Хорик,- я взял на себя труд подготовиться.

- Что ты имеешь в виду?- резко спросила Анджела.- Ты же не знал заранее, какая роль тебе достанется. Или знал?

- Лети намекнула моей матери, что я лучше всего подхожу для роли Тесея,- ответил Хорик.- Мама сказала мне, что ваш старик всегда исполняет роль Минотавра, а Лети - Ариадны. Поэтому я решил изучить предмет. Конечно мне было известно, что Тесей спас Ариадну, и я, движимый любовью к тебе, Летя, подумал, что мне предоставляется великолепный шанс отловить тебя в лабиринте и несколько минут побыть с тобой наедине - в доме это невозможно, потому что мать или ты, Анджела, всячески мешаете нам.- Он замолчал, понимая что по обе стороны от него в душах девушек поднимаются разные чувства: негодование и удовлетворение, а потом продолжил: - В публичной библиотеке в Чоде есть один умный дядька. Он знает о лабиринтах все. Я встретился с ним. Он дал мне книжку с планом вашего лабиринта. Я скопировал его. Он все еще у меня. Смотрите!- Он вытащил из кармана листок бумаги.- Вообще-то он мне почти не понадобился. Пока можно было, я шел за тобой, Лети, а когда потерял тебя из виду, помог план, особенно на последнем участке. Миновав последний поворот перед центром, я нашел твоего отца. Он был мертв и лежал около солнечных часов. Здесь.- Он указал место на плане.- А молоток лежал здесь.На этот раз он ткнул в юго-восточный угол.

- Почему ты не позвал на помощь?- спросила Анджела.

- Я не знал, что делать. Я понял, что все подумают, будто его убил я. До этого я страдал клаустрофобией, а твои, Лети, знаки внимания так волновали меня, что я едва владел собой.

Алитея вся зарделась от удовольствия.

- Я обезумел. Я испугался, что у меня начнутся судорога. Я боялся, что если меня найдут рядом с вашим отцом без сознания, то моя песенка будет спета. Поэтому я взял себя в руки и попытался заглянуть за изгородь, чтобы проверить, нет ли там кого. Я намеревался тихо выйти из центра и как можно скорее затеряться в лабиринте. Я знал, что все считают, будто мне не под силу найти путь к центру.

- Мистер Билл, библиотекарь, знает, что у тебя есть план,- заметила Анджела.

- Тогда я об этом не подумал. Я просто хотел поскорее убраться оттуда. Но мне не хватало роста, чтобы заглянуть за изгородь. Я вставал на цыпочки, подпрыгивал, но все равно не видел дорожку, потому что верхняя часть изгороди очень широкая, почти два фута. У меня возникло жуткое ощущение, будто кто-то поджидает меня у выхода из центра. Меня начало трясти, я обливался потом, Я сел в углу, чтобы успокоиться, и вдруг молоток - я не поверил своим глазам - задвигался.

- Задвигался?- хором переспросили сестры.

- Да, он пополз по траве к изгороди, туда, где между корнями есть небольшой проем. Потом я понял, что происходит: я увидел веревку, привязанную к молотку, которую тянул кто-то снаружи. Я наступил на молоток, и веревка порвалась. Я схватил молоток и отшвырнул его. Он упал рядом с телом Хатли, а я бросился к проему. Там никого не было. Тот, кто находился с той стороны изгороди, уже успел скрыться. О погоне и речи быть не могло. Я, фактически против воли, подошел к молотку и осмотрел его. Наверняка на нем остались отпечатки моих пальцев, а также я оставил на нем опечаток своего ботинка, когда наступил на него. Я втянул внутрь остатки веревки и обнаружил, что это шерстяная нить. Тогда я не знал - просто не обращал внимания,- какой шерстью вяжет та женщина, Сара, жена Баттеруорта. Я смотал нитку в клубок и сунул в карман. Я уже собирался уходить, когда вошла ты, Анджела. Ты подумала, что его убил я, верно?

- Я решила, что это вполне вероятно,- призналась Анджела.

- Ты ничего не сказала. А полиции ты сообщила, будто сама нашла тело.

- Ну да,- согласилась Анджела.- У меня были причины не выдавать тебя. Не буду говорить об очевидном, скажу одно: с моей стороны было бы лицемерием изображать скорбь по Августину и поэтому выдать полиции того, кто его убил. Я и сама убила бы его, если бы мне хватило смелости. Я ненавидела его, и для этого у меня были веские основания. Я никогда не заявляла обратное и сейчас не буду.

- Анджела!- возмутилась Алитея.

- Ой, да и тебе от этого только лучше!- отмахнулась от нее Анджела.Для меня смерть Августина ознаменовала конец долгим годам страданий и мучений. Ирония всего этого в том, что для тебя, несмотря на его любовь к тебе, его смерть значит лишь денежные проблемы, однако ты слишком сильно зациклена на своих стереотипах и лжи, чтобы признать это.

На этот раз шокирован был Хорик.

- Не беспокойся, Лети,- проговорил он.- Я не дам тебя в обиду, я с радостью одолжу тебе деньги для Мизмейза, сколько тебе нужно. Только не говори никому. Пусть это станет нашим секретом.

Алитея схватила его за руку.

- Дорогой Хорик! Давай не будем думать о таких вещах! Мы должны посвятить себя тому, чтобы защитить тебя. Продолжай. Что ты сделал, когда Анджи нашла тебя?

- Я просто вышел из лабиринта и смешался с остальными. Я все еще продолжал искать тебя, Лети,- бесхитростно добавил он.- Ну просто не мог выбросить тебя из головы.

- Из головы?- вскинула бровь Алитея, вызывающе глядя на него.

- Мне было бы достаточно, если бы я смог поймать тебя и выпросить у тебя хотя бы один поцелуй.- В его голосе звучало искреннее сожаление.- Я так думаю.

- Ты его получишь,- пообещала Алитея.

- Нет, не получит,- заявила Анджела.- Не слушай ее, Хорик. Она тебя погубит.

- Бен говорил, что когда он меня целует, его как бы затягивает в водоворот,- счастливо сообщила Алитея.

- Уже поздно,- сказал Хорик и сел прямо.- Господи, глядите! Вон там идут ваш доктор и толстый суперинтендант! Началось! Поддержите меня, девочки!

Он обнял сестер своими длиннющими руками и притянул их к себе, а потом вытянул длинные ноги, будто пытаясь преградить путь любому, кто захочет пройти.

Глава 8

* 1 *

Когда Фицбраун и Маллет подошли к ним, Алитея осторожно высвободилась из-под руки Хорика и встала рядом с доктором. Анджела осталась сидеть на прежнем месте.

- Надеюсь, вы пришли не для того, чтобы арестовать его?- заискивающе спросила она.- Он только что рассказала нам, как все произошло.

- Очень интересно!- бросил Фицбраун и отошел от Алитеи.

- Нет,- сказал Маллет,- мы пришли не для этого. Мистер Лэнсон, меня чрезвычайно заинтересовала ваша история.

Хорик повторил все то, что поведал девушкам.

- Гм,- хмыкнул Маллет.- Это полностью меняет дело. Меня очень взволнован тот факт, что план лабиринта так легко раздобыть в публичной библиотеке. Как я понял с ваших слов,- обратился он к Алитее,- только вы и ваша сестра, а также ваш отец, знали правильный путь.

- Папа сделал все возможное, чтобы уничтожить все планы,- ощетинилась та.- Он бы страшно расстроился, если бы узнал, что есть еще один в библиотеке Чода.

- Он пытался помешать публикации книги,- пояснила Анджела.- Помнишь, Лети? Но не смог. Ни у кого нет авторских прав на план. Тогда он потребовал, чтобы библиотека Чода не покупала книгу. Библиотекарь отказался наотрез. Я помню, как папа неистовствовал. Он сказал, что позаботится о том, чтобы библиотекаря уволили. Не знаю, что он сделал, но того уволили. А затем пришел новый, тот, что сейчас. Мы не обратили на это внимания. Дома других проблем хватало.

- Зря он так переживал,- сказал Хорик.- План настолько сложный, что никому не под силу сразу разобраться в нем. К тому же его нельзя выучить. Я пытался.

- Зачем?- спросил Маллет.- Потому что в игре вам досталась роль Тесея, чья задача найти путь в центр лабиринта и убить Минотавра?

- Я воспринимал это совершенно по-другому,- возразил Хорик.- Я уже сказал вам.

* 2 *

Наступила пауза, в течение которой обе стороны гадали, правдива ли история Хорика. Наконец Маллет сказал:

- Я хотел бы еще раз побывать в центре лабиринта. Мисс Хатли или вы, миссис Баттеруорт, окажите любезность, проводите нас. У нас есть план, но, как утверждает мистер Лэнсон, проводник лучше.

- Иди ты, Анджела,- велела Алитея.- Я без сил. Думаю, Хорик тоже пожелает отдохнуть.

- Мистер Лэнсон нам понадобится,- твердо заявил Маллет.- Он на месте объяснит свои действия.

Все ушли, а Алитея осталась. Она зевнула. С учетом предложения Хорика будущее выглядело чуть привлекательнее, однако впереди не маячили мужчины, которых предстояло покорить, а без этого жизнь скучна! Хорик для нее потерян, Бен тоже, Фицбрауна она совсем не интересует - эмоциональная перспектива мрачна. Хотя обязательно кто то подвернется, Алитея не сомневалась в этом. Так всегда бывало.

От скуки она задремала.

* 3 *

Пока они небольшой группой, возглавляемой Анджелой, шли к лабиринту, на дорожке в розовом саду появились две женщины. Обе направлялись к Алитее.

Одной из них была леди Лэнсон. Другой - очень высокая, стройная девушка с волосами цвета меда, заплетенными в толстую косу и уложенными вокруг головы.

Алитея проснулась и приняла гордую осанку.

- Моя дорогая,- заговорила леди Лэнсон,- позвольте представить мою невестку Хельгу. Она только что приехала из Осло.- Она со злорадством наблюдала за изумленной Алитеей.

- Здравствуйте,- сказала Хельга.

Ей было не больше двадцати, и в ее присутствии Алитея почувствовала себя столетней старухой. Даже беглого осмотра оказалось достаточно, чтобы признать: девушка настоящая красавица. У нее были правильные черты лица, голубые глаза, нежный голос, очаровательный акцент.

- Мне понятно ваше удивление,- промурлыкала леди Лэнсон.- Я сама не знала, что Хорик женат. Кажется, они с Хельгой поженились больше года назад. Какой проказник, правда? Я думала, он вернулся из Норвегии навсегда, а оказалось, что еще в прошлом месяце он решил уехать в Норвегию.

- Я так беспокоилась,- с энтузиазмом включилась в разговор Хельга.- Он так долго не возвращался! Я не хотела вмешиваться в его отношения с матерью. Но, знаете ли, в последнее время от него стали приходить такие забавные письма! Я поняла, что он болен.

- Он был болен, когда приехал домой,- с упреком заявила леди Лэнсон.Вы не должны были отпускать его кататься на лыжах и лазать по горам. Это плохо для его здоровья. Доктора требуют, чтобы он соблюдал осторожность.

Хельга выслушала ее с вежливым вниманием, однако возразила довольно решительно:

- О нет! Вы ошибаетесь, я уверена. Хорик всегда говорил, что здешние доктора только вредят ему. Он стал поправляться только в Норвегии. Видите ли, мой отец профессор в Осло, профессор - как это у вас называется?остеологии. Он и его коллеги считают, что Хорику надо тренировать мышцы, чтобы укреплять скелет. Перед отъездом он прошел курс лечения. Он должен возвращаться. Я приехала, чтобы забрать его.

Никто еще не сообщил ей о трагедиях в Мизмейзе и Берген-хаусе и не предупредил, что, возможно, Хорику не позволят выехать из страны.

- Его письмо,- весело продолжала Хельга,- то, что я получила вчера, показалось мне странным. Поэтому я взяла билет на самолет. Я звонила вам. Я разговаривала с ним. Она знает, что я здесь. Где он?

- Да,- кивнула Алитея, которая уже успела прийти в себя,- он разговаривал с вами. Ему известно о вашем приезде. Он только что сообщил нам - мне и моей сестре - о своей женитьбе.- Она торжествующе поглядела на леди Лэнсон, как бы говоря: "Ага! Ты надеялась шокировать меня, верно? Но мы узнали новость раньше тебя!" Вслух она сказала: - Хорика вызывала междугородняя - очевидно, сразу после того, как вы выехали из дома. Звонок переключили на Мизмейз, и он взял трубку.- Она обратилась к Хельге: Несколько минут назад он сидел тут с нами и рассказывал о вас.

- Где он?- нетерпеливо спросила Хельга.

- Он, моя сестра и два джентльмена пошли в Мейз. Анджела проведет их в центр,- пояснила Алитея леди Лэнсон.

- В Мейз?- удивилась Хельга.- Что значит "мейз"? Не знаю такого слова.

После некоторого колебания леди Лэнсон проговорила:

- Моя дорогая, в последние два дня случились ужасные вещи. У миссис Баттеруорт умер отец - его убили, а одну женщину,- она не стала утруждать себя объяснением степеней родства Сары,- сегодня утром нашли мертвой под обрывом. Полиция ищет убийцу.

- О, какой ужас!- испуганно воскликнула Хельга.- Но какое отношение все это имеет к Хорику?

Ни Алитея, ни леди Лэнсон не решились ответить.

- Ему надо срочно уезжать,- заявила Хельга.- Все это вредно для него. Альпинизм гораздо лучше. И лыжи полезнее. А вот возбуждение и волнение, все эти нервотрепки вредят ему. Пожалуйста, немедленно отведите меня к нему. Отведите меня в этот - как вы его назвали?- Мейз.

Леди Лэнсон беспомощно взглянула на Алитею. Та встала.

- Я вас отведу,- сказала она.- Пойдемте. Леди Лэнсон, вам лучше остаться здесь. Я нужна ей, чтобы показать дорогу, в том же, чтобы шли вы, надобности нет.

- А я все равно пойду,- упорствовала леди Лэнсон.- Я должна быть рядом со своим мальчиком, что бы ни случилось.

И все трос двинулись в путь.

* 4 *

Когда они добрались до центра, то обнаружили, что Анджела стоит в стороне, а трое мужчин на коленях ползают у живой изгороди футах в трех от юго-восточного угла.

Указав на что-то, Хорик сказал:

- Видите, нитка тянулась оттуда, а молоток двигался оттуда, когда я наступил на него. Нитка порвалась, и я смотал ее.

Маллет засунул свой крупный кулак между корнями деревьев.

- Дырка не сквозная,- заключил он.- В нижней части изгороди есть повреждения. Так всегда бывает со старыми изгородями, хотя тисы меньше подвержены порче, чем, например, кипарисы. Если бы это были кипарисы, то дырка уже расширилась бы настолько, что в нее можно было бы пролезть.

- Это обычная практика - заменять порченые растения,- сказал Фицбраун.В изгородях, из которых строятся лабиринты, это следует делать регулярно. А здесь проявлена небрежность. Думаю, Хатли запрещал садовникам выполнять свои обязанности. Очевидно, в этом, как и во всем, он действовал как самый настоящий диктатор и не давал им полной свободы действия. Наверное, и с подрезкой изгороди возникали большие трудности, не говоря уже о замене порченых деревьев.

- Давайте допустим,- сказал Маллет,- что человек, находившийся на дорожке, попытался протащить... орудие в дырку в изгороди. Но ведь вытащить он его не мог, верно?

- Думаю,- проговорил Фицбраун,- он просто хотел спрятать его между корнями, а потом унести.

- Не понимаю, зачем ему все эти сложности?- вслух размышлял Маллет.

- Вероятно, молоток мог как-то его выдать,- предположил Фицбраун.Или - подождите минутку!- Он поднялся с колен.- У меня идея! Знаете что? Он пытался спрятать его после убийства там же, где заранее спрятал его до убийства. Воткнул его в землю между корнями, а потом воспользовался им. Этим объясняется тот факт, что ему не надо было проносить его под одеждой.

- Возможно, вы правы,- пробормотал Маллет.- Сделать это было просто.Он подполз поближе к проему.- Эй! Здесь дырка в земле, между корнями, там, где рукоятку молотка - тот конец, который напротив головки,- воткнули в землю и поставили его вертикально.- Он тоже встал.- Надо провести следственный эксперимент. Но, думаю, все и так ясно.

- Таким образом,- обратился Фицбраун к Хорику,- это разбивает мое предположение о том, что из вас двоих только вы могли пронести молоток под одеждой, так как костюм сидит на вас достаточно свободно, чтобы что-то спрятать под пиджаком.

- Спасибо,- поблагодарил Хорик.- Но...- Он бросил взгляд поверх головы Фицбрауна и заметил Хельгу.

Алитея насмешливо наблюдала за тем, как Хельга бросилась на шею Хорику, и оба принялись что-то сбивчиво объяснять друг другу. Анджела подошла к леди Лэнсон, которая смотрела на нее смиренно и сочувственно.

- Все в порядке,- сказала девушка.- Я не против.

- Вы все равно поживете у меня, устроите себе долгие каникулы,предложила леди Лэнсон.- Мне понадобится общество.

Анджела промолчала, подумав, что предпочтет остаться в Мизмейзе. Уж лучше мучить Алитею и терпеть от нее муки, чем скучать от доброты леди Лэнсон и сходить с ума от ее сочувствия.

Хорик подвел Хельгу к Маллету и Фицбрауну.

- Вот моя жена.

- Пожалуйста, отпустите его со мной в Осло,- попросила Хельга, весело улыбаясь доктору и суперинтенданту.- Мы слишком долго не виделись.

- Надо еще прояснить кое-какие вопросы,- пробормотал Маллет.

Вдруг от входа в центр лабиринта послышался чей-то голос:

- Вы все тупицы!

Все одновременно повернулись и увидели Бена. В руках у него был револьвер.

* 5 *

Бен прошел вперед и встал рядом с Алитеей так, чтобы держать под прицелом остальных.

- Особенно вы, Фицбраун,- заявил он.- Утверждали, что я не мог пронести молоток, так как одежда на мне сидит слишком плотно! Как будто я пытался! А на самом деле я спрятал его в этой дырке перед началом игры! И я вынес бы его и спрятал обратно в коробку с крокетными принадлежностями, и вы никогда не узнали бы, кто прикончил старого дьявола. Но тут вмешался этот дурак Лэнсон со своими ножищами. Потом я вернулся, чтобы забрать молоток, и понял, что лучше оставить его там, где он лежал.- Он ухмыльнулся.- Твои, простофиля, отпечатки на рукоятке, твой след на головке!- Она расхохотался.Ты гонялся за Лети, за тобой гонялась Анджи - и все это время у тебя была очаровательная женушка из Норвегии! Назад!- Он шагнул вперед, грозя Хорику револьвером.

- Баттеруорт, вам не скрыться,- сказал Маллет.- Почему бы вам не сдаться? Вы и так много натворили.

- Напротив, я скроюсь,- уверенно возразил Бен.- Вы думаете, что вас кто-нибудь отыщет здесь? К тому моменту, когда кто-нибудь доберется сюда, мы с Лети будем далеко. Тебя, Анджи, мне жаль,- обратился он к Анджеле,- с тобой всегда обращались несправедливо. Но я не могу отпустить тебя. Если я тебя отпущу, ты выведешь остальных. И вот эту молоденькую девчушку тоже жалко. Она случайно попалась в сеть.

Хельга приникла к Хорику.

- Что он собирается делать?- шепотом спросила она.- Пристрелить нас?

- Всех вас, дорогие мои,- объявил Бен и посмотрел на револьвер.- Шесть пуль - "шесть трупов лежат на теплом песке".- Он снова расхохотался и повернулся к Алитее: - "Я считаю только солнечные часы". Помнишь, любимая? О да, ты все еще моя любимая. Я совсем так не думал, когда сказал, что ненавижу тебя. Я просто обманул их, чтобы сбить со следа. Неужели я мог забыть путь в лабиринт - путь, который показала мне ты, моя дорогая.

Алитея попятилась от него.

- Не бойся, любимая,- успокоил ее Бен.- Уж ты-то в безопасности. Ты единственная, кроме меня, кто покинет это место живым. Живым! Ты очень умна. А остальные дураки. Ты знала, что я прикончил старика Августина, верно? Тебе подсказала интуиция - женская интуиция.- Он оглядел всех.- Тупицы! Особенно вы, Фицбраун - я уже это говорил. Лети всегда утверждала, что я зануда, потому что повторяюсь. Готов спорить, что сейчас она не считает меня занудой, правда, дорогая? Ты любишь ужастики.- Он снова обратил свое внимание на Фицбрауна и направил на него дуло револьвера.- Вы были на моей стороне. Вы думали, что понимаете меня. Вы поверили мне, когда я притворился скорбящим мужем. Вы, опытный психолог, не поняли, что я многому научился у своих жен: у Сары - актерскому мастерству, а у Лети, этой опытнейшей в мире вруньи, умению лгать! Да, думаю, я начну с вас. Стоять на месте!- заорал он, когда Маллет сделал крохотный шаг в сторону.

- Почему вы убили Сару?- спокойно спросил Фицбраун. Он увидел нечто, что не заметили остальные, поэтому ему надо было отвлечь внимание Бена.

- Потому,- злобно прошипел Бен, при этом его лицо перекосилось от ярости,- что глупая баба в своем дурацком стремлении доказать мою невиновность всячески направляла ваши подозрения на меня. Я не мог остановить ее. Господи, ну и трепло! Пилила меня за то, что я так надолго покинул ее, сплетничала со всеми обо мне.

- Она защищала вас,- возразил Фицбраун, краем глаза наблюдая за тем, что находилось позади Бена.

- Да знаю я!- сказал Бен.- Она действительно верила, что я слишком мягок и глуп для того, чтобы причинить кому-то вред! Она считала, что я обязательно побегу за ней, чтобы извиниться: она не предполагала, что я могу сделать что-то другое. Когда я последовал за ней, она обернулась, увидела меня и пошла дальше. У меня с ней проблем не возникло. И потом все получилось удачно. Я вернулся в дом, сказал этой глупой старухе,- он револьвером указал на леди Лэнсон, которую нежно обнимал сын,- что не смог убедить жену остаться, сел в машину и уехал. Только поехал я не домой. Я хотел знать, как будут развиваться события, и, кроме того, я очень устал. Тяжелый выдался день.

- Прекрати, Беи!- раздался глубокий голос Алитеи.- Хватит с нас твоих дурацких шуток!

Продолжая следить за остальными, он повернулся к ней:

- Шуток? Я не шучу, дорогая. Я полностью отвечаю за свои слова. Ты всегда считала меня слабаком, правда? Да я и был слабаком. Зато сейчас все по-другому.

- Прекрати, глупец!- опять закричала Лети.

- Не называй меня так, если не хочешь последовать за остальными,предупредил ее Бен.

- Хочу,- заявила Алитея. Она отошла от него и встала между Фицбрауном и своей сестрой. Что-то заставило ее посмотреть вверх, и она увидела над живой изгородью то, что давно заметил доктор.

- Дорогая, это не дело,- покачал головой Бен.- Я не могу убить тебя. Ты пойдешь со мной. Ради этого все и затевалось. Кроме того, у меня всего шесть патронов.- Он обвел взглядом стоявших полукругом людей.- Молитесь.

Он вскинул револьвер и прицелился в Фицбрауна.

* 6 *

За мгновение до этого над юго-восточным углом изгороди появилась сначала тиковая лестница, а затем - Портер, старый садовник. Уже потом все повторяли, что никогда в жизни ничему не радовались так, как его седой шевелюре. Его видели все, кроме Бена, который стоял спиной к этому углу, но никто не выдал его.

Портер прыгнул.

Алитея не подозревала, как она призналась позже, что садовник способен двигаться с такой скоростью. Она всегда считала его дряхлым, мучимым ревматизмом стариком.

Портер повалил Бена на землю. Маллет и Фицбраун бросились ему на помощь, а Хорик схватил отлетевший в сторону револьвер. Маллет быстро надел на Бена наручники.

Трагедия лабиринта закончилась.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКАЯ СПРАВКА: "Лабиринт"

Последний роман с участием инспектора Маллета. Здесь автор явно пытается укрепить авторитет классического детектива, существенно сдавшего свои позиции под натиском военных, шпионских, криминальных или просто неоплутовских романов.

Начинается роман с символических образов, главный из которых - лабиринт с его мифологическими аллюзиями. Символически роман представляет собой непрекращающиеся странные игры в преследования. Кто-то постоянно кого-то ищет, за кем-то ходит, никто никого не оставляет в покое. Ведение дела об убийстве в лабиринте практически полностью оказывается в руках доктора Фицбрауна. Его древняя аристократическая фамилия способствует тому, что в окружении нуворишей и землевладельцев он не является чужим элементом (что инспектору наверняка дали бы понять). "Расследование" ведется с удивительной неофициальностью, члены семьи не пытаются скрывать информацию от "следователя", как это было в романах начала века. Напротив, доктор - а вместе с ним и читатели - как можно полнее вводится в курс дела.

Доктор повторяет путь по лабиринту, опасный путь в гости к чудовищу, которым является Алитея. "Он понимал, что ступил на опасную тропу, но ему нравилось это ощущение, и он не мог остановиться". Доктор разделяет судьбу всех остальных мужских персонажей романа. В конце у него остается ощущение, что он избежал великой опасности.

Загадка построена на весьма традиционном сюжетном ходе, впервые использованном Агатой Кристи в "Таинственном деле в Стайлз" (см. том 1 наст. Собр. соч.). Но в отличие от откровенно зловещего убийцы из дела в Стайлз, в "Лабиринте" убийца скрывается под овечьей шкурой - даже фамилия призвана подчеркивать его кажущееся несоответствие своей роли.

В романе полностью отсутствуют дедуктивные методы. Самой догадливой оказывается Алитея, нашедшая разгадку выкопанной в земле ямки. Что же касается преступления, то оно вряд ли было бы раскрыто, если бы преступник сам не выдал себя. Интересно заметить, что в прежние времена сыщик рвал бы на себе волосы, обвиняя себя в непроходимой тупости (что делал даже сам Эркюль Пуаро), сыщиков 50-х такое положение дел ничуть не беспокоит. В конце концов Фицбраун подтверждает свой постулат о том, что "наиважнейшим являются характер человека и мотив", а читатели получают интересную психологическую драму.

Вышел в Англии в 1958 году.

Перевод выполнен М. Павлычевой специально для настоящего издания и публикуется впервые.

А. Астапенков