Лазурная империя

Глава 7

— Эм… добрый вечер, — настороженно начала я. — Хочу сразу предупредить, что нахожусь под защитой императора и он просил все вопросы решать только через него.

— Правда? — иронично поднял бровь Артур. — Что, даже просто поговорить нельзя?

— А если поговорить — то стоит, наверное, представиться.

Артур задумался:

— Прошу прощения, как-то упустил из виду этот момент. Меня зовут Артур фор Рейн.

— Только не говорите, что Вы и есть тот самый Железный Арчи! — вырвалось у меня.

Нет, ну это не может быть правдой! Аник сказал, что главный особист пришел на должность около десяти лет назад, а стоящему напротив меня парню едва ли больше двадцати пяти!

Однако Артур поморщился:

— Попрошу воздержаться от использования прозвищ, тем более что я его не одобряю. Теперь, когда я представился, мы можем поговорить?

— Ну давайте поговорим, — я смело село в одно из двух кресел, находившихся в кабинете.

Артур, напротив, подошел к массивному столу и оперся о него, сложив руки на груди:

— Давайте познакомимся, Джерри. Откуда Вы приехали? Как давно знакомы с императором? Мне очень интересно.

— Я приехал из Товского сектора чуть меньше недели назад, — ответственно начала перечислять я, — Познакомился с Императором по дороге к Столице, он предложил покровительство — я отказался, он предложил помощь, чтобы я по достоинству оценил его заботу и подумал над его предложением. Все, теперь Ваша очередь.

Такого поворота Артур явно не ожидал. Несколько мгновений он молча обдумывал свой вопрос, после чего усмехнулся:

— А Вы либо достаточно смелы, либо весьма глупы, господин Джерри. Ну чтож, извольте: я — глава Особого Кабинета по вопросам Государственной Безопасности. Родился в Товском секторе, закончил Имперскую военную академию, затем поступил служить в Особый Кабинет, за два года дослужился до заместителя главы, после его смерти занял его место.

— А сколько Вам лет? — невольно вырвалось у меня.

— С какой целью интересуетесь?

— Просто судя по рассказу Вам должно быть не меньше тридцати лет.

— Тридцать четыре.

Я непроизвольно открыла рот. Нифига себе!

— Какой-то секрет или хорошая генетика?

— Генетика, — усмехнулся Артур. — Но я, кажется, опять забыл про гостеприимство. Не хотите выпить?

— Только не чаю! — категорично заявила я, чем вогнала Артура в недоумение.

- Боги с Вами, я еще не выжил из ума, чтобы предлагать чай фавориту императора. Кстати, уже назначили официальное назначение или Вы еще не определились с условиями?

— Я пока не согласился на эту… должность.

— Странно, — Артур театрально задумался. — Но ведь сегодня вечером, если я не ошибаюсь, император приглашал Вас на чай, не так ли?

— Приглашал, но не на чай, а поговорить.

— И о чем же?

— Это конфиденциальная информация, — отрезала я, — Хотите — идите к императору, но я ничего сказать не могу.

— Позвольте объяснить Вам одну вещь, господин Джерри, — в голосе Артура опять прорезался металл. — Мой Кабинет — это оплот власти императора и гарантия порядка и стабильности в стране. Ваш отец не рассказывал Вам про годы смуты? Про то, как молодых и красивых людей просто продавали в рабство? Сейчас такие случаи сведены к минимуму и мы работаем, чтобы окончательно их искоренить. За те десять лет, что я руковожу Комитетом, не было ни одного бунта, ни одного волнения. Возможно, в вас говорит юношеский максимализм и подростковое сопротивление устоявшимся традициям, но просто попытайтесь понять: я — не злодей, и уж тем более не враг Вам. Я просто делаю свою работу.

Я виновато опустила взгляд: приблизительно с такими словами мне периодически приходилось выступать перед трудными подростками в участке. Однако желания покаяться не возникло: не тот случай.

— Я не понимаю, что Вы от меня хотите.

— Правды, господин Джерри. Начнем с начала: откуда Вы? Только не надо сказки про Товский сектор, там вовсе не такой уж и бардак.

— Я действительно приехал из Товского сектора, — твердо ответила я.

— Вы понимаете, что я могу легко проверить Ваши слова? — продолжал давить Артур.

— Проверяйте. Но это все, что я могу Вам сказать.

— Неужели император поверил в Вашу сказку?

— Нет, император… — осеклась я, но было поздно.

— …императору Вы рассказали правду, — удовлетворенно кивнул Артур. — Разумеется, более вероятную, чем история про Товский сектор. Или не было никакой правды, только разные варианты сказок?

— Вы сами понимаете, о чем говорите? — не выдержала я. — Вы сейчас давите на меня, подозревая непонятно в чем, а на основании чего?

— На основании того, — отрезал Артур, — Вы — фаворит императора, о котором никто ничего не знает. Вы прошли во дворец, минуя проверку службы безопасности и моего Комитета. Вы — человек без прошлого, без документов, без знакомых. На вопросы о себе Вы откровенно врете и продолжаете врать, даже когда обман раскрывается. Я провел достаточно аргументов?

— Вполне. Но у императора, как я уже сказал, есть свои причины мне верить. И потом, — не удержавшись, язвительно добавила я, — Вы сами сказали, что в империи уже лет десять нет восстаний и беспорядков, так что ни к каким сепаратистским группировкам я принадлежать не могу.

— Какие ты слова знаешь умные. Скажи, ты ведь не из простой семьи, не так ли? Правильная речь — акцент во внимание не берем, — хорошие манеры… Кто же ты?

— Я все сказал, — давая понять, что разговор окончен, я встала и направилась к двери. Подошла и дернула пару раз за ручку, затем развернулась к терпеливо ожидающему Артуру.

— А я Вас никуда не отпускал.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Скажите, а если я расскажу о нашей беседе, скажем, императору, какие последствия Вас ждут?

— Это угроза? — удивленно поднял брови Артур.

— Это предупреждение. Ричард обещал мне защиту, в том числе и от Вас.

— Думаете, что в таком случае император встанет на Вашу сторону? Поверит человеку, которого знает всего ничего?

— Он обещал, — упрямо ответила я.

— Как говорится, обещать — не значит жениться. Если бы все обещания выполнялись — моего Кабинета бы не существовало. Сядьте, Джерри.

— Нет.

— Я сказал сядьте. — голос хлестнул не хуже плети, я сама не поняла, как вернулась в кресло. — Император обещал защитить Вас, а я обещал защищать императора. Даю десять минут на то, чтобы убедить меня в том, что Ваше присутствие не несет угрозы императору, в противном случае…

— В противном случае что? — нервно усмехнулась я, — Избавитесь от меня? И как будете императору это объяснять?

— Император вовсе не капризный ребенок, который ради красивой обертки будет цепляться за несъедобную конфету, а фаворит — это не та должность, на которую можно назначить кого угодно. Фаворит предыдущего императора имел власть и право голоса наравне с Советниками. Простите, Джерри, я не могу рисковать. И кстати, — он демонстративно посмотрел на часы, — две минуты уже прошло.

Может, попытаться позвать на помощь? Или лучше попытаться скрутить Артура? Вроде бы не сильно крепкий парень, а я владею приемами рукопашного боя. Хотя с возрастом я уже ошиблась, как бы и тут не попасть впросак.

Стрелка на часах отмеряла шестой круг. Артур терпеливо ждал, не спуская с меня глаз.

Внезапно дверь слетела с петель.

— Что тут происходит?!!

Разъяренный Ричард ввалился в кабинет. Я облегченно выдохнула, а вот на Артура появление Императора впечатления не произвело:

— Происходит знакомство с новым жителем дворца.

— Не морочь мне голову! Тебе уже наверняка донесли о статусе Джерри.

— Прошу прощения, но никаких официальных подтверждений по этому поводу не поступало. Кроме того, в обязанности моего комитета входит проверка всех сотрудников, вне зависимости от статуса.

— Но не фаворита императора! Или ты со своим комитетом и в постель ко мне полезешь? Изменил свое решение?

Лицо Артура окаменело:

— Я всего-лишь пригласил человека на беседу, в этом нет ничего оскорбительного.

— Он мне угрожал! — поспешила подлезть я. — Устраивал допрос с пристрастием и угрожал устроить исчезновение из дворца!

Ричард глубоко вдохнул, выдохнул сквозь сжатые зубы и процедил:

— Джерри, выйди, пожалуйста! Гел проводит тебя до твоих покоев.

Я мигом подскочила и кинулась к дверному проему. Уже в коридоре зачем-то обернулась.

Ричард, подобно разъяренному медведю, занимал половину свободного пространства посредине кабинета. По сравнению с ним Артур казался маленьким и хрупким, как фарфоровая статуэтка и его невозмутимость только подчеркивала это сходство. Не похоже, что он боится гнева Императора, по-крайней мере, взгляд, брошенный мне на прощанье, говорил о том, что мне еще припомнят эту сцену.

— Ты как?

За дверью меня ожидал Гел.

— Нормально, — выдохнула я. — Как вы узнали, что мне понадобится помощь?

— Давай потом, — он мельком заглянул в кабинет и потянул меня прочь. — Сейчас кого-то ждет знатная головомойка, не стоит тебе при этом присутствовать.

Мы пошли по коридорам, но уже в обратную сторону. В спину какое-то время доносился негромкий рык Ричарда и спокойные ответы Артура.

— Что ему за это будет?

— Артуру? Очень надеюсь, что отстранение от должности хотя бы на неделю, но это из области фантастики. Сейчас он запудрит мозг Рику, приведет тысячи аргументов — и, считай, что нам жутко повезет, если премию за ударный труд не выпишет.

— Я смотрю, у вас не очень хорошие отношения, — осторожно уточнила я.

— Да уж, — усмехнулся Гел. — Знаешь, когда я вступил в должность Советника, то был очень счастлив. Да, у меня знатная семья, я мог вести беззаботную жизнь аристократа, но мне всегда хотелось сделать что-нибудь полезное для Империи. Мы уже лет двести как просто вымираем — и никто не собирается ничего предпринимать!

— Но ведь как-то вы размножаетесь, — в Помощнике этот момент упоминался вскользь, поэтому мне стало интересно.

— Да, путем магической селекции. Процесс долгий, сложный, требует кучу энергии и подходит не для всех пар.

— Пар? — при прочтении мне казалось, что они размножаются путем клонирования, но похоже, это не совсем так.

- Да. Для создания человека требуется сила рода двух человек, иначе ребенок получается слабым, не особенно умным, да и живет очень мало.

Сила рода — это, похоже, генетический материал.

— Так вот, — продолжил Гел. — Я стал думать, как можно выйти из этой ситуации. Начал собирать информацию, и знаешь что?

— Что?

— Почти все магические наработки проходят через архивы Особого Комитета, а зачастую — и оседают там. Я просил Артура дать мне доступ, но этот упертый баран отказал. Тогда я надавил через Рика — не понимал еще тогда, что слово императора Артуру не указ.

— И Артур в ответ придумал кучу условий, почему не может дать тебе этот доступ, — вспомнила я разговор в комнате Рика.

— Ну да. Закончилось это тем, что у Особого Комитета отобрали курирование исследований и еще много чего. После этого Артур объявил мне войну.

— Неужели он не понимает важность твоей работы?

— Кто? Артур? Да что он может понимать, пассив несчастный?

— Ну ведь его за что-то назначили на должность главы Особого Комитета, — не особо уверено начала я.

— Ха! — завелся Гел. — Назначили! Тебе сказать, чем он эту должность заслужил?

— Ну он закончил Императорскую Академию, затем два года отработал…

Гел неожиданно зло рассмеялся:

— Уж не знаю, как в академии, а в Особый Кабинет он попал по протекции своего покровителя, Маркуса фон Рейна, который и дал ему свою фамилию, а после смерти того быстро начал подниматься по постельной лестнице.

— Может, по карьерной? — наивно предположила я.

- Нет, как раз-таки по постельной. Ради занимаемой сейчас должности он переспал почти со всем руководством Особого Комитета.

— Но если он такой, как ты рассказываешь, то почему отказался от должности фаворита?

— Видимо, считает, что у главы Особого Комитета больше полномочий, — пожал плечами Гел. — После получения этой должности он превратился в образец морали и нравственности: ни одной интрижки, никаких связей. Ходили слухи про его помощника, но это бред: Дэн — редкостный пассив, переспал с половиной замка.

— А как на это отреагировали его предыдущие любовники? — стало интересно мне.

— Никак. Первое, что делал Артур, поднимаясь на очередную ступень — проводил зачистку среди подчиненных, и при этом его бывшие либо отстранялись, либо погибали при невыясненных обстоятельствах. Новый покровитель смотрел на беспредел сквозь пальцы ровно до тех пор, пока Артур вновь не получал повышение и не повторял свой трюк, но уже на нем.

Очень странно. Жители города Артура боготворят, мистер Портер характеризовал его как хорошего, хотя и непростого человека, а по словам Гела его чуть ли не камнями побить надо. Что-то не сходится. Голову пронзила внезапная догадка:

— Я в чем-то их понимаю, Артур — довольно красивый парень.

- Ну, этого у него не отнять, — уже спокойно пробурчал Гел. — Красивый, зараза, мог бы в комедианты податься. А за такие глаза многие бы душу демонам продали.

— Гел, скажи пожалуйста, — решила все-таки уточнить я, — Твоя неприязнь к Артуру ведь не связанна с тем, что он тебе… эм… не дал?

Гел на секунду замер, как вкопанный:

— Что? Кто тебе это сказал?..

Я довольно улыбнулась:

— Значит, правда?

— Да. Нет. Да. Но не очень то и хотелось. В смысле, я спросил, да — да, нет — нет, а все остальное — досужие домыслы.

Судя по покрасневшему лицу и сбивчивой речи, одним предложением дело тогда действительно не ограничилось, и за нелюбовью Советника к главе особистов стояла действительно задетая гордость и личное отношение.

— Ладно, не стоит переживать, — поспешила успокоить я Гела. — Прошу прощения за бестактность, в нашем мире такие отношение — большая редкость, поэтому не удержался.

— Ну да, — успокоился тот, — Конечно, у вас там и женщины есть. Боги, как же, наверное, хорошо, когда не приходится работать с тем, с кем спишь!

Мне было что возразить на это высказывание, но я великолепно помнила, что именно рассказ о равноправии мужчин и женщин в нашем мире привело к моему раскрытию мастером Яном.

Дальнейший путь до моих апартаментов прошел в молчании. Гел проводил меня до двери, убедился, что в комнате меня не поджидают злые особисты и уже собирался уходить, когда я решилась:

— Гел, а можно все-таки узнать, что означает приглашение на чай?

— Это прямое приглашение в постель, — без смущения заявил Советник, — Сказать прямо — грубо, намекать — долго и неэффективно. А так спросил — либо да, либо нет.

Мои уши горели еще час после ухода Гела.