Лезвие

Однажды ты нарисовала сад,

Как древности приют,

Из криптомерий

Слагался сад.

И думалось – по вере:

Кто встретится – тот будет друг и брат.

Ну что ж – входи.

Другого нет пути.

Пусть кажется, он только нарисован,

Но на меня уже глядели совы…

И я не знаю: кто ещё следит.

Я повторяла: текст и ткань – одно.

С меня струится текст, объятый белым.

Я соткала его, как полотно,

Но ни во что другое не оделась.

Та, не Елена, – время распускать?

По ниточке, по строчечке, по букве?

Но в чём останусь? Что о чём ни трать,

Но, знаешь, я жалею даже рухлядь.

Ведь выкинешь – и негде будет взять.

А я хотела просто так стоять,

Ни с кем не говорить, не мыслить злое,

И просто что-то вроде сухостоя

В твоём лесу собой изображать…

Изобразить смогу и водопад…

Вскипают облака под небесами.

Зачем камней мы столько разбросали?

Вот собирай теперь – бреди назад…

Мне в голову пришло, что не взойдут

И не дадут плода сырые камни:

Пока лежат – ты сеятель минут,

Когда поднимешь бренными руками,

То и поймёшь: они поныне тут…

Определишь: где запад, где восток?

Восток течёт, а запад западает.

Над югом – фея лишняя летает:

В глазницах у неё цветёт цветок…

Оккам сказал, что феи – чепуха,

По ним погоду не определяют.

Цветков не бойся – я же повторяю

По ним слова, цветущие в веках.

Зачем в груди такой набат и страх

Того, что время, тлея, умудряет?

От пепла не ослепнешь – это миф.

И были зрячи жители Помпеи

В последний миг. Но, голову схватив

Руками – так они окаменели.

А стоило отплыть, пока прилив…

Я помню: был какой-то странный год.

Не осветило лица новогодье,

Никто не одевался по погоде,

А моду – кто же знает наперёд.

Мы пили кофе. Пили крепкий чай.

И снова кофе. Думая, что это,

Конечно, не спасёт ещё планету,

Но сонность мысли сможет раскачать.

Не плачь при детях: дети плачут так,

Как мыслят.

Мы – разводим кровь и слякоть

В сухой воде.

Огонь – наш вид и знак.

Но, если нет детей – ты можешь плакать.

Не суйся в ад – там страшно и темно.

Зачем туда идти вперёд обиды?

Здесь криптомерии и всяческие виды…

Когда проснёшься – не гляди в окно:

Там застит дым, там гибель Атлантиды!

У «них» – кино, вино и домино…

Не бойся «их» – и подойди поближе.

Тебе призна́юсь, что тебя не вижу:

Лишь только этот мрак,

пролитый мной

И в нём твой свет. Но ты сама не знаешь,

Что светишь.

Дуализм не отрицая,

Мы будем жить, пока заведено.

…Однажды ты нарисовала сад.

И мы с тех пор вдвоём ещё блуждаем

В твоём саду.

Мне кажется, я знаю,

Что я мертва – не выйду, не найдусь.

Что это – Вечность.

Что тебя теряю…

Но всё изображаю просто грусть…