Любитель шампанского

Глава 1

Корридон окунулся в висевший в воздухе табачный дым и заметил, как резко смолкли голоса. Его появление в Сохо всегда вызывало изумление и ропот, и он примирился со своей репутацией, как прокаженный примиряется с колокольчиком.

Ему завидовали и не доверяли. Завидовали силе и бесстрашию. Даже сейчас, спустя шесть лет после войны, в его досье значилось: «Человек, который может делать то, что он, – способен на все».

Его репутация служила ему тем, что и образование – врачу, юристу или инженеру. Была средством к существованию. Те, у кого не хватало мужества рисковать собственной шкурой, нанимали Корридона. И говорили всегда одно и то же: «Половина сейчас, остальное после завершения». И он брал половину обещанной суммы, а затем отказывался от работы. «Можете возбудить судебное дело», – говорил он в таких случаях и при этом улыбался. Но никто никогда не предъявил ни одного иска. Ему поручали такие задания, о которых не следует упоминать в зале суда.

Удивительно долго продолжалось надувательство. Никому не хотелось признаваться в собственной глупости, Корридон на это и рассчитывал. Он продолжал выслушивать различные предложения, назначал свои сроки, брал аванс, а потом… бросал дело. Уже пять лет Корридон жил в мире мошенников, негодяев, бандитов и воров. И цинично признавал себя крупным паразитом, живущим за счет других, помельче. Этих последних никто силой не заставлял приходить к нему. Они сами несли свои страхи, свою жадность, свое скудоумие и, попав в его руки, становились беспомощными.

Но так не могло продолжаться вечно, и Корридон это понимал. Рано или поздно все выплывет наружу. Рано или поздно двое или трое обманутых откроются друг другу и все поймут. Тогда будет сказано последнее слово, дверь захлопнется перед его носом, и придется придумывать новый способ добычи денег.

Слово было сказано. Месяц прошел, а к нему никто не обращался. Летели дни. Пачка купюр, которую Корридон носил с собой, заметно уменьшилась в объеме. В этот вечер у него осталось всего пятнадцать фунтов стерлингов – меньше не было с самой армии.

Но это его не беспокоило. Он верил в свою судьбу: всему есть начало и конец; то, что случается между этими двумя точками, контролировать не надо. Достаточно знать, что судьбу изменить можно, стоит лишь захотеть. Корридон предпочитал медленно плыть но течению, реагируя на внешние воздействия, неожиданные обстоятельства и людей. Особенно – на людей, вносивших разнообразие в его жизнь.

В этот вечер, скорее от скуки, чем по делу, Корридон пришел в «Аметист» – один из мрачнейших ночных клубов Сохо. Пришел в надежде, что случится что-нибудь такое, что избавит его от безделья предыдущего месяца.

Владельцем клуба был Зани. В безупречном темно-голубом смокинге, с тщательно уложенными черными волосами, он стоял за стойкой бара и толстыми пальцами постукивал по прилавку.

Зани заметил посетителя, севшего за столик в тускло освещенном углу, и нахмурился. Ему не хотелось видеть его в своем клубе. Он слышал, что у Корридона нет денег, и опасался, что тот попросит в долг. Для себя Зани уже решил, что отказать ему было бы неумно. На Корридона неприятно действуют подобные отказы. Сам щедрый, он одалживал деньги любому, кто просил, не беспокоясь о возврате, и рассчитывал на подобное отношение к себе. Он никогда не обращался с такой просьбой к Зани, но владелец клуба знал, что рано или поздно это случится, а. он с большим неудовольствием расставался со своими деньгами.

Корридон сдвинул шляпу на затылок и огляделся. Около тридцати мужчин и женщин сидели за столиками или на высоких стульях у стойки бара, стояли в проходах… Все пили, курили и разговаривали.

Как только он сел, на него перестали обращать внимание, и Корридон усмехнулся, вспомнив вечера, когда его окружали толпой, спешили угостить, пытались развлечь и заручиться его расположением как знаком собственной важности.

Корридон не страдал манией величия. Но равнодушие красноречиво предупреждало: пора искать новую территорию, знакомиться с новыми людьми, заново создавать репутацию… Где выбрать место? Он задумчиво потер массивную челюсть. В Хаммерсмите?[17] Корридон скорчил гримасу: на порядок ниже! Можно попробовать Бирмингем или Манчестер. Но там достаточно своих мошенников… Надо постараться, надо найти место, где он будет счастлив. В сыром и мрачном Манчестере ему никогда не быть счастливым.

Тогда Париж.

Корридон закурил сигарету и подозвал официанта.

Да, Париж. Он уже шесть лет там не был. После Лондона больше всех столиц мира он любил Париж. Но сперва необходимо раздобыть денег. Ехать в Париж с пустыми карманами… Фи! Нужна поддержка в течение нескольких недель, пока он не подцепит кого-нибудь на крючок. Да и жить лучше на широкую ногу – чем солиднее впечатление, тем больше клиентов. Для начала понадобится по меньшей мере две тысячи фунтов.

Перед ним остановился официант.

– Большую порцию виски с содовой, – приказал Корридон и, заметив, что к нему направляется Милли Льюис, добавил: – Принесите две.

Милли было двадцать шесть лет. Голубые глаза этой крупной и красивой блондинки поражали своей пустотой, широкий рот был искривлен в вечной улыбке. Оставшись без мужа, без средств, с маленькой дочерью на руках, она пошла на панель. Корридон знал Милли уже два года. Он одобрял ее привязанность к дочери, оправдывал профессию и охотно одалживал деньги, когда МилЛи попадала в трудное положение.

– Привет, Мартин, – бросила она, остановившись у столика. – Ты занят?

Он посмотрел на нее и покачал головой.

– Сейчас принесут выпивку и для тебя. Присядешь?

Милли оглянулась через плечо, чтобы убедиться, что ее заметили.

– Ты не возражаешь, дорогой?

– Не называй меня так, – раздраженно ответил Корридон. – И садись. Почему я должен возражать?

Она села, сунув зонт и сумку под стул. Серый фланелевый костюм прекрасно подчеркивал ее статную фигуру. Корридон отметил, что она выглядит достаточно привлекательно и вполне еще может крутиться возле «Риды».

– Как дела, Милли?

Она повернула к нему свое личико и засмеялась.

– Неплохо. В самом деле неплохо. Хотя и не то, что прежде. Скучаю, знаешь, по американцам.

Официант принес бокалы, и Корридон тут же расплатился. Милли, которая все замечала, подняла глаза.

– А ты как, Мартин?

Он пожал плечами.

– Так себе… Что Сузи?

Лицо проститутки осветилось.

– О, прекрасно!.. Я была у нее в воскресенье. Она уже начала разговаривать.

Корридон усмехнулся.

– Ну, раз начала, теперь ее не остановить. Передай ей привет. – Он сунул руку в карман, отделил одну банкноту и, вытащив из кармана, протянул Милли. – Купи ей что-нибудь. Дети любят подарки.

– Но, Мартин, я слышала…

– Никогда не верь слухам. – Корридон нахмурился, его серые глаза потемнели. – Делай, что тебе говорят, и помалкивай.

– Хорошо, дорогой.

Макс, невысокий мужчина в красно-белой клетчатой рубашке и мешковатых фланелевых брюках, начал играть в дальнем углу на пианино. Макс работал в клубе с момента его открытия. Говорили, что у него туберкулез, рак… Он не признавал и не отрицал этого. И во время войны он сидел в клубе и играл на пианино. И так каждую ночь.

Милли начала подпевать, постукивая в такт каблучками.

– Здорово, правда? – спросила она. – Как бы я хотела уметь что-нибудь стоящее… Ну, например, играть, как он.

Корридон усмехнулся.

– Не прибедняйся, Милли. Макс был бы счастлив зарабатывать столько, сколько ты.

Она скорчила гримасу.

– Я хочу тебе кое-что показать, Мартин. Только держи так, чтобы никто не видел. – Она вытащила из-под стола свою сумочку, открыла ее, достала какой-то маленький предмет и сунула ему в руку. Ты не знаешь, что это?

Корридон осторожно разжал пальцы и увидел светлый камушек, по форме напоминающий кольцо с плоским верхом. Он хмуро повертел его в руке, потом поднял голову и бросил на Милли проницательный взгляд.

– Где ты это взяла?

– Нашла.

– Где?

– В чем дело, Мартин? Не будь таким таинственным.

– Готов держать пари, что это нефритовое кольцо для большого пальца стрелка из лука.

– Что-что?..

– Ими пользовались китайцы. Если оно не фальшивое, то стоит немалых денег.

– Сколько?

– Понятия не имею. Возможно, сотню. Может быть, гораздо больше.

– Ты хочешь сказать, что такие кольца носили стрелки из лука?

– Да. Для натягивания тетивы. Еще до нашей эры.

Лицо Милли дрогнуло.

– До нашей эры?

Корридон улыбнулся.

– Не волнуйся, скорее всего, это подделка. Где ты его взяла?

– Должно быть, потерял один из моих клиентов, осторожно ответила Милли. – Я нашла его под комодом.

– Лучше отдай в полицию, – посоветовал Корридон. – Если оно подлинное, клиент наверняка поднимет шум. Я не хочу, чтобы тебя посадили в тюрьму.

– Он не знает, что я нашла… – возразила Милли.

– Но скоро узнает, – как только ты попытаешься его продать.

Милли протянула руку, и Корридон под столом вернул ей кольцо.

– Ты думаешь, он назначит вознаграждение?

– Возможно.

Она на мгновенье задумалась и покачала головой.

– Надеюсь, обойдется.

– И все же тебе лучше избавиться от кольца, Милли. Такие вещи легко можно проследить.

– А ты… не хотел бы его купить, Мартин? Скажем, за полсотни?

Корридон засмеялся.

– Может быть, оно стоит не больше пятерки. Нет, спасибо, Милли, эго не по моей части. Да и что мне с ним делать?

Милли разочарованно вздохнула и положила кольцо в сумочку.

– Я не знала, что это нефрит. Я думала, нефрит желтый.

– Ты спутала с янтарем, – терпеливо сказал Корридон.

– Да? – Милли удивленно посмотрела на него. – Откуда ты все это знаешь?.. Я, как только его нашла, сразу поняла, что кроме тебя в этом никто не разберется.

– Посещай иногда Британский музей, – улыбнулся Корридон.

– О, я бы умерла там от скуки. – Милли взяла зонтик. – Впрочем, как-нибудь своди меня. Ну, привет. Спасибо за подарок для Сузи. Я куплю ей Микки Мауса.

– Хорошая мысль, – одобрил Корридон и смял окурок в пепельнице. – Не забудь избавиться от кольца. Отдай его первому попавшемуся полицейскому и скажи, что нашла на улице.

Милли захихикала.

– Представляю себе его физиономию!.. Пока, Мартин.

К величайшей радости Зани, Корридон покинул «Аметист», так и не попросив денег. Такая идея вообще не приходила в голову Корридону.

По дороге домой он увидел на углу Милли, разговаривавшую с худощавым мужчиной в темном пальто и шляпе. Не заметив Мартина, она взяла мужчину под руку, и они пошли по улице, где у Милли была квартира.

Обычно наблюдательный, Корридон не обратил внимания на ее спутника, а лишь бросил быстрый равнодушный взгляд. Его ум был занят собственными планами и проблемами, и этот посторонний мужчина остался для него не более чем бесформенным темным силуэтом.

Глава 2

Корридон жил в трехкомнатной квартире над гаражом, расположенным позади госпиталя св. Георгия. Каждый день к нему для уборки приходила женщина. Небольшой гостиной с убогой обстановкой он почти не пользовался; в ней было сыро и мрачно. Спальня также была сырой и мрачной. Окно ее выходило прямо к высокой стене, загораживающей свет.

Корридона это не волновало. Он не хотел быть связанным домом. Практически не имея вещей, по крайней мере таких, которыми дорожил бы, Корридон в любой момент мог бросить квартиру и никогда сюда не возвращаться.

Но как место для ночлега она его устраивала и даже имела несколько преимуществ: на каждом окне решетки, солидные и крепкие двери… Остальные помещения в здании были заняты разными коммерческими фирмами, сотрудники которых уходили в шесть вечера. Тогда Корридон оставался единственным постояльцем.

…На следующее утро Корридон проснулся в восемь и, уставившись в потолок, задумался о необходимости отъезда из Англии. Продолжая размышлять о своих делах, он встал, побрился и начал одеваться. Но едва лишь завязал галстук, как в дверь постучали. Корридон спустился по лестнице, которая вела к единственному входу в квартиру, и открыл дверь, ожидая увидеть почтальона. Однако увидел перед собой лучащегося улыбкой инспектора Роулинса из Центрального уголовного бюро.

– Доброе утро, – сказал Роулинс. – На ловца и зверь бежит.

Глядя на этого крупного мужчину лет пятидесяти с широким красным лицом, можно было подумать, будто он только что вернулся из отпуска с морского побережья. Даже после шестидесяти часов непрерывной работы Роулинс оставался энергичен и бодр. Корридон знал его как храброго, добросовестного, безупречно честного, но хитрого полицейского, скрывающего холодный ясный ум за добродушной улыбкой деревенского священника…

– А, это ты, – хмуро буркнул Корридон. – Чего тебе надо?

– Уже позавтракал? – вопросом на вопрос ответил Роулинс. – Я бы не отказался от чашечки чая.

– Заходи, – не очень приветливо сказал Корридон. – Чая не будет. Если хочешь, могу предложить кофе.

Инспектор проследовал за ним вверх по лестнице и попал в маленькую темную гостиную. Пока Корридон варил кофе, Роулинс медленно бродил по комнате, тихо насвистывая и ничего не упуская из виду.

– Не могу понять, почему ты живешь в подобной дыре, – бросил он. – Почему не найдешь себе что-нибудь поудобнее?

– Эта квартира меня устраивает, – отозвался Корридон. – Ты же знаешь, я не домосед. Как твоя жена?

– Прекрасно, – ответил Роулинс, прихлебывая кофе, принесенный Корридоном в гостиную. – Сейчас, небось, гадает, где я. Нелегкая жизнь у жены полицейского.

– Изумительная возможность обманывать жену и рассказывать ей сказки. – Корридон закурил сигарету и задумчиво оглядел инспектора. Обычно тот не приходил в гости просто так. Любопытно, что привело его сюда с утра пораньше?

– Брось, я уже вышел из этого возраста… А где ты провел прошлую ночь, старина? – поинтересовался Роулинс.

Корридон стряхнул пепел на ковер и растер подошвой.

– Когда-нибудь я упаду в обморок от твоих хитростей, Роулинс. Говори прямо – что случилось?

Инспектор улыбнулся.

– Вечно ты торопишься с выводами, старина, вот твой недостаток. Ты мне нравишься, Корридон. Конечно, ты чересчур скользкий тип, зачастую проявляешь излишнюю жестокость, порой тебе не мешало бы быть почестнее, но…

– Ладно, ладно, – перебил Корридон. – Мне не до шуток. Что произошло?

Роулинс смутился. Корридон, великолепно его знавший, не принял этого смущения всерьез.

– Ты разговаривал с Милли Льюис вчера вечером? – спросил полицейский и бросил на Корридона быстрый острый взгляд.

«О, Боже, – подумал Корридон. – Как чувствовал, что она влипнет в историю с этим кольцом…»

– Да. Мы встретились в клубе. А что?

– Ты был у нее дома?

– Пытаешься острить? – напряженно спросил Корридой. – Ты думаешь, я имею обыкновение посещать таких, как Милли, на дому?

Роулинс отхлебнул кофе, и его лицо неожиданно стало очень серьезным.

– Ты ведь по-дружески относился к ней, не так ли?

– Да. У нее неприятности?

Роулинс покачал головой.

– Уже нет.

Наступила долгая пауза; Корридон изумленно рассматривал инспектора.

– Что это значит?

– Она умерла, приятель.

Корридон отодвинул от себя чашку и встал. Легкая дрожь пробежала по его телу.

– Умерла? Что случилось?

Роулинс нахмурился.

– Вчера вечером она была убита. Около половины двенадцатого.

– Понимаю…

Корридон, засунув руки в карманы, машинально прошелся по комнате. Он был потрясен. Милли успела стать частичкой его жизни. Он знал, что ему будет недоставать ее.

– Вот я и подумал: может быть, тебе известно что-нибудь об этом. Она не упоминала случайно, что собирается с кем-нибудь встретиться?

– Милли ушла из «Аметиста» в одиннадцать, – проговорил Корридон. – Я вышел минут десять спустя и видел, как она разговаривала с мужчиной на углу Пикадилли. Потом они вместе направились в сторону ее квартиры.

– Значит, это было примерно в двадцать минут двенадцатого?

Корридон кивнул.

– Только не проси меня описать ее спутника, я не обратил на него ни малейшего внимания. Проклятье! Помню, что он был худощав, помню темное пальто и шляпу…

– Жаль, – произнес Роулинс и задумчиво потер челюсть. – Обычно ты более наблюдателен. Да, от этого проку мало.

Корридон выплюнул сигарету и закурил новую. Он хмуро смотрел в окно. Раздумья о Милли сменились мыслями о ее дочери. С ребенком надо что-то делать.

У Милли не было ни гроша за душой… Значит, еще больше нужны деньги.

– Довольно грязная смерть, – бесстрастно сообщил Роулинс. – Очевидно, маньяк.

Корридон повернулся к нему.

– Перерезано горло, – отвечая на невысказанный вопрос, произнес инспектор. – Должно быть, парень совсем потерял голову. Придется присмотреть за другими «девушками». Безмотивные сексуальные преступления всегда очень трудно раскрывать.

– Безмотивное преступление? Ты уверен?

– Во всяком случае так оно выглядит. Это не первая проститутка, убитая таким образом. – Роулинс усмехнулся. – И не последняя. – Он резко выпрямился. – Ты что-то знаешь?

– Что-нибудь украдено? – спросил Корридон. – Сумочка на месте?

– Да. Насколько я могу судить, ничего не пропало. Выкладывай, что тебе известно.

– Вчера вечером Милли показала мне нефритовое кольцо, которое нашла у себя в комнате, – очевидно, обронил кто-то из ее посетителей. Она интересовалась ценностью кольца.

– Нефритовое кольцо? – Роулинс изумленно уставился на Корридона. – Что за кольцо?

– Копия кольца, которыми пользовались лучники. Во всяком случае, я думаю, что это копия. Если оно подлинное, то стоит очень дорого. Такие вещи изготавливались лет за двести до нашей эры.

– Вот как? – Инспектор встал. – Значит, она показала кольцо тебе?

– Да. А в чем дело? Ты смотришь на меня так, будто подозреваешь в чем-то.

– Я? – Роулинс пожал плечами. – Поедем вместе на квартиру Милли, ненадолго. Поможешь мне найти это кольцо. Машина на улице.

– Жизнь полна дьявольских неожиданностей, а? – внезапно произнес инспектор, когда они спускались по лестнице.

– Согласен, – кивнул Корридон. – Почему ты сейчас об этом заговорил?

– Так, взбрело в голову, – неопределенно ответил Роулинс.

Они сели в машину.

– Милли собиралась продать кольцо?

– Если бы сумела найти покупателя, я думаю, она бы его продала. Я советовал ей не связываться, сдать кольцо в полицию. Пытался втолковать, что если с кольцом что-нибудь неладно, ее разыщут в два счета.

В этот час на Пикадилли почти не было транспорта, и через несколько минут они добрались до квартиры Милли.

– Тело уже увезли, – сказал Роулинс. – Но в комнате ничего не тронуто. Зрелище не из приятных.

– Перетерплю, не волнуйся, – с сарказмом сказал Корридон.

– Не сомневаюсь.

У входа в квартиру им отдал честь полицейский.

– Йетс еще здесь? – спросил Роулинс.

– Да, сэр.

– Пошли, – кивнул Роулинс Корридону и спросил: – Ты бывал здесь прежде?

– Нет, – хмуро отозвался Корридон.

Роулинс толкнул дверь, и они ступили в светлую спальню, где сержант Джон Йетс и два детектива в штатском снимали отпечатки пальцев с двери в ванную.

В дальнем конце комнаты стояла кровать. Постельное белье, стена у изголовья и ковер были забрызганы кровью.

– Кровь Милли, – мрачно прокомментировал инспектор. – Он перерезал ей горло, и она не успела закричать.

– Оставь подробности при себе, – оборвал Корридон.

Роулинс подошел к комоду. Из верхнего ящика он достал сумочку Милли, открыл ее и вывалил содержимое на стол. Пудреница, портсигар, кошелек с шестью пятифунтовыми банкнотами, грязный носовой платок, несколько визитных карточек, перехваченных резинкой… Роулинс заглянул в сумку.

– Ничего больше нет. Эй, Йетс!

Сержант – невысокий широкоплечий мужчина с седой головой и внимательными голубыми глазами – подошел к ним, безучастно осмотрел Корридона и перевел взгляд на Роулинса.

– Ты не видел здесь кольца из светлого камня? – спросил инспектор.

– Нет. Мы все перерыли, но ничего подобного не заметили.

– Поищите-ка еще, – приказал Роулинс. – Это очень важно. Постарайтесь как следует.

Йетс приступил к поискам, а инспектор открыл дверь ванной и поманил к себе Корридона.

Ванная была небольшая, и мужчины едва в ней уместились. Роулинс закрыл дверь, подошел к унитазу, опустил крышку и сел.

– Садись на край ванны, – великодушно пригласил он Корридона.

– А почему нельзя поговорить в комнате? – поинтересовался Корридон. – К чему такая таинственность?

– Когда ты в последний раз видел полковника Ричи?

Корридон не сумел скрыть изумления.

– Чего это ты вспомнил о нем?

– Перестань валять дурака, – сказал Роулинс. – Знаешь ведь, что мне не до шуток. Отвечай на вопрос. Скоро все поймешь.

Корридон достал пачку сигарет и протянул Роулинсу. Они закурили.

– Мы не встречались с 1945 года.

– Он хороший парень.

Корридон промолчал. Мысли его обратились к не очень далекому прошлому, и перед глазами, как наяву, встал полковник Ричи. Он бы не стал называть его хорошим парнем – не то слово. Ричи мог быть очаровательным, когда хотел. Он мог быть жестоким. Многих друзей Корридона он посылал на смерть. Жалел их, но все же посылал, не колеблясь.

– Хочешь повидаться снова? – спросил Роулинс.

– Нет уж, спасибо, – просто ответил Корридон. – Он опять будет звать меня к себе. А такой работой я сыт по горло.

Роулинс помрачнел.

– Жаль. Ему нужны надежные люди. Подумай: хорошая жизнь, достаточно волнующих впечатлений, путешествия и неплохие деньги.

– Деньги – навоз, – сухо сказал Корридон. – А волнения мне ни к чему. Все это было хорошо во время войны; сейчас мирное время. К твоему сведению: я очень люблю жизнь, можешь поверить. Так при чем тут Ричи?

– Я с ним вчера разговаривал. – Лицо Роулинса вновь озарилось улыбкой. – Он сказал, что припас для тебя работенку. Тебе ведь не надо долго готовиться, не так ли?

Корридон беспомощно пожал плечами.

– Почему ты суешь нос в мои дела? Я ни в чем не нуждаюсь. И вообще, в конце недели я еду в Париж.

– Ты? – удивился Роулинс. – По девочкам соскучился? Ну-ну, не смею отговаривать.

– Это кольцо имеет отношение к Ричи? – спросил Корридон.

Роулинс кивнул.

– Ничего не собираюсь от тебя скрывать. Да, оно имеет отношение к Ричи. Но он сам тебе расскажет. Это я и имел в виду, когда сказал, что жизнь полна неожиданностей. Сейчас мы поедем к нему.

– Я не поеду, – быстро проговорил Корридон и встал. – Не буду огорчен, если никогда больше его не увижу. Для грязных делишек найдутся другие. Я свое уже отработал.

Роулинс с сожалением посмотрел на него и поднялся на ноги. На этот раз он выглядел усталым.

– Не ерепенься, старина. Он захочет услышать о кольце. В конце концов, речь идет об убийстве. Ты должен помогать следствию.

– Какое это имеет отношение к Ричи?

– Большое. – Роулинс едва сдержал зевок. – Поехали, не тяни резину. Что ты теряешь? При твоем содействии мы возьмем убийцу. Милли была твоим другом. Разве не ты крестный отец ее дочери?

– Не мели ерунды, – усмехнулся Корридон. – Не то доведешь меня до слез. Хорошо, едем.

Роулинс засиял:

– Я знал, что ты согласишься. Поэтому сказал Ричи, что в ордере на арест необходимости нет.

– Значит, он по-прежнему прибегает к своим старым трюкам, – мрачно отметил Корридон. – А если бы я отказался, он бы упрятал меня в тюрьму? У него опять пропали бы часы?

Роулинс закрыл один глаз.

– На этот раз – портсигар. Повернись-ка лучше ко мне спиной, я пощупаю твой карман.

Корридон повернулся к нему спиной, его лицо ничего не выражало.

– Значит, в случае моего отказа месяц отсидки был бы мне обеспечен?

Роулинс весело рассмеялся.

– С тобой трудно иметь дело, Корридон. Ты заранее знаешь все ходы. Между нами говоря, на этот раз месяцем бы не обошлось. Минимум два. Ричи действительно очень хочет тебя видеть.

Глава 3

Толстая и рыхлая мисс Флеминг стучала на пишущей машинке, когда Роулинс и Корридон вошли в приемную.

Корридон с отвращением посмотрел на нее. Просто не верилось, что женщина может быть такой непривлекательной и неряшливой. Он вспомнил, что то же самое подумал, когда шесть лет назад пришел проститься с Ричи и впервые увидел мисс Флеминг. За это время она ничуть не изменилась. Такой же красный и лоснящийся нос, такие же растрепанные волосы и серая безвкусная одежда.

Да, разумеется, она чрезвычайно добросовестна, свободно разговаривает на десяти языках и за работу во время войны награждена орденом. О многом уже свидетельствовал тот факт, что она была личной помощницей Ричи. Но, несмотря на все ее достоинства и заслуги, Корридон не понимал, как Ричи ее терпит.

Мисс Флеминг подняла голову, равнодушно оглядела вошедших и махнула рукой в сторону двери, рядом с которой стоял ее стол.

– Пройдите, пожалуйста. Полковник ждет вас.

Роулинс широко улыбнулся.

– Благодарю, – радушно начал он. – Какой сегодня чудесный день, прямо…

Остальную часть фразы заглушил стук пишущей машинки. Мисс Флеминг начала работать.

– Оставь свои манеры для Армии Спасения, – посоветовал Корридон. – Фанни этим не пробьешь.

Роулинс неодобрительно покосился на него, открыл дверь и прошел в кабинет.

Полковник Ричи стоял перед небольшим камином, заложив руки за спину. Высокий – более шести футов ростом, широкоплечий, мощный, в то же время стройный, он поражал отличной выправкой. Седые волосы были коротко подстрижены, черная повязка скрывала левый глаз, потерянный еще в Турции.

Он перевел взгляд с Роулинса на Корридона и улыбнулся.

– Здравствуйте, Мартин. Очень рад вас видеть.

– Не сомневаюсь, – сухо сказал Корридон, пожимая руку. – А вы неважно выглядите, полковник.

– Не удается вести спокойную жизнь, – отозвался Ричи, продолжая улыбаться. – Очень много работы. – Он указал на кресла. – Садитесь. В нашем распоряжении не более получаса. В двенадцать у меня важная встреча в Министерстве иностранных дел.

Корридон сел, достал сигарету, закурил, а пустую пачку бросил в камин. Потом, испытывая некоторое беспокойство, огляделся по сторонам. Он злился на себя… Только сумасшедший возьмется добровольно помогать Ричи. И все же, видя перед собой усталое, с опущенными уголками рта лицо, набрякшие мешки под глазами, Корридон почувствовал почему-то угрызения совести.

Ричи хорошо относился к нему, и они всегда были друзьями. Ричи спас его от полиции, когда он убил секретаря посла. Старая история – но если бы полковник тогда не вмешался, многое сейчас было бы по-другому. Именно благодаря Ричи его наградили орденом и дали небольшую пенсию за раны, полученные в гестапо. Да, Ричи был хорошим человеком, но это не значит, что Корридон должен снова работать с ним…

– У вас задумчивый вид, – заметил Ричи. – О чем печалитесь?

Корридон улыбнулся.

– Меня удивляет, что вы так дрожите над своей ужасной мисс Флеминг. Почему бы вам не посадить в приемной кого-нибудь поярче и посимпатичней?

Ричи усмехнулся.

– А в чем дело? Она умна.

– Не спорю. Но разве это главное?.. Ладно, оставим. Роулинс собирается вам кое-что рассказать.

Роулинс давно нетерпеливо дожидался своей очереди. Поймав взгляд Ричи, он быстро и четко доложил об убийстве Милли.

– Корридон знал ее, – заключил инспектор. – Вчера вечером они встречались. Она показала ему нефритовое кольцо, которое нашла у себя в комнате, – очевидно, обронил кто-то из клиентов.

– Нефритовое кольцо? – Лицо полковника напряженно застыло.

– Кольцо лучника, – сказал Корридон. – Вы, наверное, видели такие в Британском музее. Хотя, возможно, у Милли была копия.

Ричи неторопливо залез в карман жилетки, достал небольшой предмет и кинул Корридону.

– Похоже? – спокойно спросил он.

Корридон поднял с пола упавшее светлое кольцо и внимательно рассмотрел его.

– Да. То самое?

Ричи покачал головой.

– О, нет. Подобных колец существует множество. Полагаю, все они пронумерованы. Если вы заглянете внутрь, то увидите цифры. Не обратили внимания на номер кольца, которое попало к вашей знакомой?

Корридон подошел к окну и, внимательно присмотревшись, увидел цифры 1 и 2, глубоко выгравированные в светлом камне.

– Боюсь, нет. Там было темно, а Милли не хотела, чтобы его кто-нибудь заметил.

– Жаль, – произнес Ричи и повернулся к Роулинсу. – Кольца, разумеется, не нашли?

Инспектор покачал головой.

– Йетс сейчас ищет, но я сомневаюсь в успехе.

– Не найдут, – мрачно проговорил Ричи.

– Корридон думает, что видел этого парня, – будто невзначай сообщил Роулинс. – Только он не обратил на него внимания.

Корридон поймал на себе взгляд полковника и почувствовал, как краска заливает лицо.

– Да, я упустил этого типа… Но я же не знал, что он собирается ее убить!

– Не волнуйтесь, – сказал Ричи. – Сейчас делу уже не поможешь. Хотя, должен заметить, на вас это не похоже. Легкая жизнь заставила вас растерять свои таланты.

– Мне они ни к чему, – огрызнулся Корридон. – С какой стати я должен интересоваться всем окружающим?

– Зоркий глаз всегда полезен, – спокойно произнес Ричи. – Помню время, когда вам было достаточно одного взгляда, чтобы запомнить наизусть целую газетную полосу. Теперь вы ведь не способны на это?

– Не знаю, давно не пробовал, – хмуро ответил Корридон. – Если вам больше ничего не надо, то я лучше пойду. У меня дела. Кроме того, насколько помнится, вы опаздываете на встречу.

Роулинс встал.

– Я вам не нужен, полковник?

Ричи покачал головой.

– А вас прошу задержаться, Мартин. Еще несколько слов.

Роулинс ушел.

– Простите, полковник, – заговорил Корридон после паузы. – Я знаю, что вы заняты, поэтому не хочу тратить ваше время. Мне не нужна работа.

Ричи сел за большой письменный стол и взялся обеими руками за папку, серьезно глядя на Корридона.

– А деньги вам нужны?

Корридон улыбнулся.

– Военное ведомство сейчас не платит таких денег, – сказал он. – Давайте не будем.

– У вас много свободного времени? – спросил Ричи.

Корридон исподлобья посмотрел на него.

– Что вы имеете в виду?

– Я слышал, вы стали мошенником. У вас далеко не блестящая репутация в Сохо.

Роулинс может наговорить много лишнего, – сказал Корридон и снова покраснел. – Не следует обращать внимания на его сказки.

– О, я и не обращаю. У меня есть другие источники информации. На прошлой неделе я разговаривал с Айзексом. Он хотел, чтобы вы занялись контрабандой – ввезли партию швейцарских часов, и предлагал вам сто фунтов за работу. Вы взяли пятьдесят, но работу не выполнили. Полагали, что он шуметь не станет, не так ли?

– Возможно. Обмануть такую крысу, как Айзекс, – это даже не мошенничество. Между прочим, откуда вы его знаете?

Корридон погасил сигарету и посмотрел на часы.

– Мне приходится сталкиваться с самыми разными людьми, – ответил полковник. – Я согласен с вашей оценкой Айзекса… Однако ваши методы мне не нравятся. Вы можете быть честным сами с собой, Мартин? Люди говорят, что вам нельзя доверять. Когда мы работали вместе, я мог верить вам, как себе.

– И Брут был честным человеком, – улыбнулся Корридон, хотя ему было не до смеха. – Дело в том, полковник, что я с вами больше не работаю и сам отвечаю за свои поступки.

– Верно. – Ричи нахмурился, и вдруг стала заметна его страшная усталость. – Двести фунтов стерлингов могут оказаться вам полезными?

Корридон замер.

– Это предложение или подарок?

– Есть работа… Если она будет выполнена успешно, плата составит двести фунтов, – отчеканил Ричи. – Устраивает?

Корридон невольно поежился под холодным взглядом светло-серых глаз.

– Только не говорите мне, что военное ведомство готово выложить такую сумму.

– А почему бы и нет? К несчастью, вы, похоже, единственная кандидатура… – Ричи посмотрел на него и сухо добавил: – Деньги будут выплачены по завершении задания.

– Вы на редкость удачно прикидываетесь ублюдком, – засмеялся Корридон. – Знаете, убирайтесь со своей мизерной платой. Мне не нужны ни ваши деньги, ни ваша работа.

Ричи улыбнулся.

– Я рад слышать, что вам не нужны мои деньги, сказал он. – Тогда, быть может, имеет смысл воззвать к вашим патриотическим чувствам?

Корридон встал.

– Зря тратите время… Почему вы выбрали меня? Почему сами не беретесь за это дело, если уж оно так важно?

– Я выбрал вас потому, Мартин, – просто ответил Ричи, – что это дело для человека, лишенного чести и совести, для человека лживого и нечистоплотного. Поэтому я выбрал вас.

Корридон засмеялся.

– Похоже, вы говорите серьезно.

Холодные серые глаза встретили его взгляд.

– Да, я говорю серьезно. У вас дурная репутация. Вас не заподозрят. Эта работа придется вам по душе. Возможно, предстоит небольшое ограбление. Не утверждаю наверняка, но, вероятно, так и будет… Ну, желаете выслушать?

Корридон снова сел.

– Вы, кажется, собирались в Министерство иностранных дел? – спросил он, кивнув на часы на столе. – Разве у вас есть время?

Ричи встал, вышел из кабинета, что-то сказал мисс Флеминг и тут же вернулся.

– Важнее этого дела ничего нет. Даже вы в этой связи обретаете некоторое значение.

– Что ж, расскажите мне о нем. Ничего не обещаю, но выслушать – выслушаю.

– Я буду краток, – торопливо заговорил полковник. – У нас в стране существует организация, которая растет и ширится с каждым днем. Ее цель – нанести государству как можно больший ущерб. Понятия не имею, кто за ней стоит, но подозреваю, что финансируют ее наши враги в Европе. Уверен, что глава организации куплен. Допустим, к примеру, что за ним стоят силы, которым не нравится экспорт нашего угля на их рынок. Средства неограниченны. В организации есть люди, работающие на шахтах; им даются инструкции. Месяц спустя начинаются диверсии, и экспортные поставки летят к черту.

Возьмем другой пример. Вы, должно быть, помните, что недавно в результате несчастного случая погиб министр по европейским делам. Так вот, никакого несчастного случая не было. Он стал мешать одной европейской стране, и эта организация подрядилась его убить. Я не хочу терять времени на подобные примеры. В арсенале методов – саботаж, забастовки, убийства и так далее. Мы пытаемся выйти на заправил.

Корридон пожал плечами.

– Не вижу здесь своей работы. Надеюсь, вы не рассчитываете, что я найду главаря?

– Думаю, вам это удастся быстрее и легче, чем кому-либо другому.

– Потому что…

– Потому что руководитель организации любит людей, вроде вас. Он ищет недовольных, ищет тех, кто нуждается в деньгах и готов получить их любым путем, тех, кто лишен чувства патриотизма. У вас отличное досье со времен войны, и ваша теперешняя репутация может только привлечь его.

– Тем не менее до сих пор ничего подобного не произошло.

– Вы ведь не сделали и шагу навстречу… Недавно мы взяли одного из их людей – пытался уничтожить завод в Харуэлле[18]. Мы нашли у него кольцо и убедили говорить. Теперь нам известно, что заведение на Вестерн-авеню под названием «Тепленький насест» – одно из мест, где они собираются. Но он оказался слишком упрям и прежде, чем мы успели снять второй допрос, покончил с собой в камере.

– И вы хотите, чтобы я посетил «Насест» и посмотрел, что из этого выйдет?

– Да. Вы бывали там?

Корридон кивнул.

– Владелец – майор Джордж Мэйнворт. Мы знакомы. Думаете, он с ними связан?

– Не знаю. Мне известно лишь, что время от времени там собираются члены организации. Ну, займетесь 3iим?

– Вот что я сделаю. – Корридон встал. – Я схожу гуда и посмотрю, что случится. Никаких усилий для связи с ними прилагать не стану. Но если мне будет предложено примкнуть к ним, предложение я приму. Не исключена возможность, что не произойдет ничего. В таком случае я выхожу из игры и уезжаю в Париж. Так что обещаний не ждите. Вы меня знаете.

Ричи улыбнулся.

– Устраивает. Только держитесь от меня подальше, Мартин. Не пытайтесь связаться со мной ни по телефону, ни письменно. Эти люди, если они вас примут к себе, будут за вами следить. Их нельзя недооценивать. Они функционируют уже шесть месяцев и совершили всего одну ошибку. Будьте осторожны.

Корридон пожал плечами.

– Цыплят по осени считают, – заметил он. – И все же, как я дам вам знать?

– Один из моих людей войдет с вами в контакт, не беспокойтесь. Какой возьмем пароль?

– «Весна в Париже», – ответил Корридон с кривой улыбкой. – Это придаст мне энергии.

Глава 4

Около девяти часов вечера Корридон вывел из гаража, расположенного под квартирой, свою малолитражку и быстро поехал в сторону Шепердз-Буш. Он механически управлял машиной, а мысли его были заняты другим.

Вернувшись от Ричи, он занялся делами Милли. Она не оставила завещания, не оставила вообще ничего, кроме дешевых украшений и лежавших в сумочке денег.

Корридон убедил Ричи обратить все ее имущество в наличные деньги и вручить их адвокатам, которые будут заботиться о Сузи. Сам он обещал платить за девочку каждый месяц. Зная, что на ближайшее время Сузи обеспечена всем необходимым, Корридон мог вплотную заняться делом.

Ричи считал, что организация не ограничена в средствах, и Корридон склонен был с ним согласиться. Если уж они могут устраивать забастовки… Возможно, и ему представится удобный случай урвать несколько сотен фунтов, это было бы ненлохо.

«Вряд ли они держат деньги в банке, – рассуждал Корридон. – В наши дни слишком много любопытных.

Деньги должны быть укрыты в таком месте, откуда их легко достать в любой момент. Очевидно, имеет смысл разыскать это место и там пошарить…»

Корридон проехал «Уайт-сити»[19] и выехал на Вестерн-авеню. Здесь дорога сразу расширилась, и он прибавил скорость.

«Тепленький насест» находился в двух милях от аэродрома. Дом стоял в стороне от дороги и был скрыт высоким забором. Корридон приезжал сюда однажды с другом, членом клуба, и помнил, какая суматоха поднялась при его появлении. Тут неодобрительно относились к чужакам.

Интересно, не забыл ли его Джордж Мэйнворт. Последний раз они виделись в грязной забегаловке в Сохо, где пьяный майор ругался с парнем, сидевшим рядом с ним за столом. Ссора началась тихим злобным шепотом, потом Мэйнворт неожиданно ударил парня по лицу, и тот вытащил нож. Если бы не вмешался Корридон, Мэйнворту пришлось бы туго. Бледный и дрожащий, майор ушел, а Мартин угостил парня выпивкой.

У Корридона была привычка собирать разную, казалось бы, никчемную информацию. Он понятия не имел, когда наступит время – и наступит ли вообще – использовать ее, но жадно слушал все подряд.

Молодой человек был готов болтать о Мэйнворте без конца. Возможно, этому также способствовала фунтовая банкнота, скользнувшая ему в руку. Так или иначе, Корридон услышал немало. Парень рассказал, почему Мэйнворта выгнали из армии, и еще многое другое, рисующее того в самом неприглядном свете.

В то время Мартин не знал, пригодится ли полученная информация, но сейчас, мчась по Вестерн-авеню, он ясно видел возможность зацепить отставного майора.

Впереди появились алые огни неоновой вывески «Насеста», и, сбросив скорость, Корридон направил машину ко входу. Он нашел место для стоянки, остановил автомобиль и вылез. К нему тотчас же подошел молодой человек в алой с серебряными позументами ливрее.

– Добрый вечер, – учтиво улыбнулся он. – Вы член клуба,сэр?

– Добрый вечер, – не менее учтиво отозвался Корридон. – Нет, я просто хотел бы поговорить с майором Мэйнвортом.

Молодой человек тут же перестал улыбаться и вяло поднял брови.

– Прошу прощения, сэр, но майор не принимает без предварительной договоренности.

– Очень жаль, – сказал Корридон. – А здесь есть кто-нибудь, с кем бы я мог поговорить?

– В чем дело?

Холодный твердый голос сзади заставил Корридона обернуться. Моложавый мужчина в безукоризненном вечернем костюме с алой гвоздичкой в петлице бесстрастно рассматривал Мартина.

– Простите, кто вы? – спросил Корридон, улыбаясь самой обворожительной улыбкой.

– Я Бретт, управляющий. Чего вам надо?

– Повидать майора Мэйнворта.

– Он вас знает?

Корридон пожал плечами.

– Сомневаюсь только, помнит ли… Мы не виделись несколько лет. Будьте так добры, передайте ему, что Мартин Корридон хочет поговорить с ним об Эрни.

Узкие губы Бретта дрогнули.

– О ком?

– Об Эрни. Он поймет.

Бретт махнул рукой, и молодой человек исчез. Бретт остался на месте, не сводя темных глаз с лица Корридона.

– Кто такой Эрни, о котором вы говорите?

– Спросите Мэйнворта. Он вам скажет, если захочет.

Некоторое время Бретт колебался, потом раздраженно повел плечом и резко повернулся на каблуках.

– Следуйте за мной.

Они прошли мимо большого бассейна, в котором плавали несколько мужчин и женщин, мимо клумб с тюльпанами; затем Бретт открыл дверь и вошел в ярко освещенный маленький бар. Сидевшая за стойкой публика с любопытством осмотрела Корридона, а две женщины улыбнулись Бретту и помахали ему. Управляющий кивнул им и провел Мартина мимо стойки в кабинет.

– Подождите здесь, – велел он и исчез за следующей дверью.

Корридон прислонился к столу, закурил сигарету и, прикрыв глаза, прислушался, однако ничего не услышал.

Прошло, наверное, минут пять, прежде чем вернулся Бретт.

– Вы можете войти, – сказал он, махнув рукой в сторону открытой двери, и вышел из кабинета.

Корридон оторвался от стола и вошел во внутреннее помещение. Кабинет был роскошно обставлен, в большом камине плясали языки пламени. За огромным письменным столом сидел Джордж Мэйнворт.

Майор не изменился с того времени, когда Корридон видел его в последний раз. Стал только, пожалуй, чуть старше и суше, а его темные, зачесанные назад волосы поредели и на висках засеребрились. Он был по-военному подтянут, рот твердо сжат, над верхней губой нависали жесткие усы.

– Вы хотели меня видеть? – спросил Мэйнворт, оставаясь неподвижным. Его маленькие глазки внимательно и подозрительно уставились на Корридона.

– Ну да, – беззаботно кивнул Мартин, закрыв дверь. – Я желаю вступить в клуб.

– Тогда это не ко мне, – сказал Мэйнворт, и его рука потянулась к звонку. – Этими делами ведает Бретт.

– Не звоните, – попросил Корридон, опускаясь в кресло. – Я предпочитаю иметь дело с вами. По моим сведениям, среди прочих формальностей есть и такая: пятьдесят гиней вступительного взноса. У меня нет таких денег, но я намереваюсь вступить в клуб.

Мэйнворт медленно убрал руку.

– Вот как? Знаете человека, который за вас поручится?

– Этот человек – вы, – весело сказал Корридон. – И смею надеяться, что если я найду Эрни, он замолвит за меня словечко. Вы помните его, майор? Четыре года назад… Он тогда пытался вас зарезать.

Майор выпрямился, лицо его застыло.

– Значит, вот оно что, – произнес он, и в его голосе прозвучала горечь. – Я слышал о вас, конечно. У вас репутация опасного и не слишком разборчивого в средствах человека, не так ли?

– Боюсь, что именно так, – с легкостью согласился Корридон.

– Почему вы хотите вступить в наш клуб?

Корридон смял сигарету и потянулся за золотым портсигаром Мэйнворта, лежащим на столе.

– По-моему, это очевидно. Мои старые связи больше не в состоянии удовлетворять меня, и это отражается на моем кармане. Здесь же полно богачей, развлекающихся на досуге. Новая территория, простор для охоты… Разве не ясно?

– Значит, вы собираетесь обирать моих клиентов? – спросил Мэйнворт и придвинул к себе тяжелое пресс-папье. – И ожидаете, что я соглашусь?

– Было бы неразумно отказывать мне, – улыбнулся Корридон. – Давайте будем откровенны друг с другом. Эрни был слишком разговорчив и поведал о вас много интересного. Кому нравятся скандалы, майор? А скандал возможен. Даже эти чудаки, опора клуба, отвернутся от вас, узнав, почему вы так торопливо покинули армию.

Когда Мэйнворт доставал сигарету из золотого портсигара, руки его слегка дрожали. Яркий желтый огонек золотой зажигалки осветил его лицо.

– Выходит, шантаж. Мне следовало бы догадаться.

– О да. Вы же согласились, что я не слишком разборчив в средствах, не так ли?

– А если я сделаю вас членом клуба?

– Тогда, естественно, я обо всем забуду. Итак, майор, кажется, мы начинаем понимать друг друга. Не тратьте зря время. Вы в полной безопасности, можете быть в этом уверены. Мне нужно лишь спокойно, в стороне от вас, заниматься своей охотой.

– Ясно. – С трудом сдерживая гнев, Мэйнворт открыл ящик стола, достал карточку и что-то быстро написал на ней. – Вот, – сказал он, протягивая карточку. – Но предупреждаю, Корридон, если какой-нибудь член клуба подаст жалобу на ваше поведение, вы автоматически исключаетесь, и я не сумею вам помочь. У нас есть комитет по рассмотрению жалоб, и они не задумываясь вышвырнут вас вон.

Корридон засмеялся.

– Не беспокойтесь. Вы не получите никаких жалоб. Мои методы абсолютно надежны.

– Рад это слышать.

В комнату вошла девушка, и Корридон повернулся к ней. Невысокая, стройная и смуглая, с рассыпанными по плечам блестящими волосами, она была просто картинкой.

– О, простите! – воскликнула девушка. – Я не знала, что у вас посетитель.

– Входите, мисс Фейдак, – сказал Мэйнворт, вставая. – Я сейчас освобожусь… Чем еще могу быть вам полезен?

Последний вопрос был обращен к Корридону, и девушка с любопытством взглянула на него. По выражению лица Мартин понял, что заинтересовал ее.

Он встал и улыбнулся ей. И тут же легкая боль пронзила его сердце: у нее на шее на цепочке висело светлое нефритовое кольцо.

Глава 5

– У вас все? – настойчиво повторил Мэйворт. – Бретт ознакомит вас с правилами.

– Благодарю, – произнес Корридон и взял карточку. Сунув ее в карман, он вновь поглядел на девушку.

– Вы новый член клуба? – улыбнулась та. Она говорила с легким иностранным акцентом, похоже, австрийским.

– Только что вступил, – ответил он. – Вы думаете, это опрометчивый поступок?

– Что вы, у нас очень хорошо! – заверила она. – Вот увидите, все члены клуба отнесутся к вам дружелюбно.

Девушка выжидающе посмотрела на Мэйнворта.

– Мистер Мартин Корридон, мисс Лорин Фейдак, – неохотно представил их друг другу майор.

– Рад познакомиться, – сказал Корридон, разглядывая кольцо, висевшее на цепочке. – Вы гоже из числа дружелюбных членов клуба?

– Да, а почему вы спрашиваете?

– Я надеюсь, что вы поможете познакомиться с окружающей обстановкой. Но, боюсь, вы не одна?..

Она засмеялась.

– С удовольствием покажу вам клуб. Я жду брата. Он никогда не отличался пунктуальностью!

– Прошу прощения, мисс Фейдак, – с раздражением перебил Мэйнворт. – Вы хотели видеть меня?

– Ах, да, я собиралась обменять чек.

Она открыла сумочку и достала сложенный бумажный листок.

– Я подожду вас в соседней комнате, – сказал Корридон и вышел.

Девушка присоединилась к нему минуту или две спустя.

– Может, выпьем? – спросила она.

– Я хотел предложить то же самое.

Он открыл дверь и посторонился, пропуская ее. У Лорин была удивительно легкая походка, совсем как у манекенщицы. «Она и есть манекенщица», – подумал Корридон.

Они сели за низкий столик в уединенном углу бара.

– У вас великолепная походка, – заметил Мартин.

Комплимент был ей приятен.

– Я модельер, – пояснила она. – К сожалению, рост не позволяет мне работать манекенщицей. А в Вене я была дизайнером.

Корридон кивнул. После войны многие поменяли профессии и страны.

– Я и подумал, что вы жили в Австрии. Эмигрировали?

Она рассказала, что уехала из-за брата. Тот был замешан в политике и, приговоренный к смертной казни, едва успел удрать из Вены. Теперь они прижились здесь, в Англии, которая стала их домом.

Пока они разговаривали, подошел официант, и Корридон заказал шампанского.

– У меня праздничное настроение, – пояснил он, заметив ее удивление. – Красивая женщина и хорошее вино дополняют друг друга. Вы счастливы в Англии?

– Вполне. А вот брат – он директор бюро путешествий на Мейфэр-стрит – тоскует по Вене.

Официант вернулся с шампанским, откупорил бутылку и наполнил бокалы. Корридон сделал глоток. Вино было великолепным и, очевидно, стоило довольно дорого, но угрызений совести он не испытывал. Наконец ему повезло! Не успел он проникнуть в клуб, как столкнулся с одним из членов организации. Мартин никак не рассчитывал, что это произойдет так скоро. Надо быть начеку: Ричи предупреждал его насчет этих людей. Они могли следить за квартирой Милли и видеть его с Роулинсом. В таком случае ему легко попасть в западню.

– Поскольку у нас пошел доверительный разговор, – произнесла Лорин, наблюдая за Корридоном, – скажите, чем занимаетесь вы?

– Я солдат удачи.

– Что это означает?

– Солдат удачи – это человек, который ищет для себя выгоды, приключений и удовольствий, – улыбнулся Корридон.

– Но подобную работу здесь, очевидно, отыскать нелегко?

– Верно. Но я и не стремлюсь перерабатывать. Стоит мне добыть немного денег, как я сразу устраиваю себе отдых: пью шампанское и разговариваю с вами. Что может быть приятнее?

Они выпили.

– Я не могу задерживаться, – сказала Лорин с сожалением. – У брата сегодня день рождения, и я обещала поужинать с ним.

– Очень трогательно. – Корридон откинулся на спинку кресла и любовался ее алыми губами. – Не часто приходится слышать, что брат и сестра собираются вместе отпраздновать какую-либо дату. Разве у вашего брата нет знакомых девушек?

– Нет. – Она улыбнулась. – Он очень серьезен, ему не хватает на них времени. Когда Слейд хочет отдохнуть, то приглашает меня.

– А вы не настолько серьезны, предпочитаете мужское общество и частенько устаете от брата, хотя и любите его. Так?

– Верно. – Лорин засмеялась. – Я вижу, вы человек проницательный.

– Должен только предупредить, что не умею развлекать женщин. Да, когда-то у меня были хорошие манеры и, как говорили представительницы слабого пола, даже определенное обаяние. Увы, все это в прошлом – война виновата. Жизнь слишком коротка, поэтому жаль терять время впустую. Если женщина привлекает меня, я ей так и говорю. Если она потом начинает, на мой взгляд, плохо себя вести, я волен найти себе другую. – Он смотрел прямо в ее темные блестящие глаза. – Вы ужасно привлекательны.

– Я должна быть польщена? – со смехом просила Лорин.

Мартин пропустил фразу мимо ушей.

– Вы не могли бы отделаться от брата?

– Это невозможно – у него ведь день рождения.

Корридон нахмурился.

– Да, основательная причина. Тогда я подожду. Жаль, конечно: у вас может не быть настроения, когда мы встретимся в следующей раз. Женщины так переменчивы.

– Вам кажется, что сейчас я в настроении?

– Несомненно.

– Напрасно вы так думаете. – Она улыбнулась.

– Когда мы встретимся?

– В воскресенье.

– Не раньше?

– Уж подождите три дня, мистер Корридон.

– Зовите меня Мартином. Если мы собираемся быть безнравственными, незачем проявлять официальность в разговоре.

– Вы говорите ужасные вещи!

– Знаю. Значит, встретимся в воскресенье. Где и когда?

– У меня квартира на Бейзуотер-Крессент. Дом номер 29, на верхнем этаже. Приходите часов в семь.

– И вы будете одна?

– Вы определенно ужасный человек.

– Я живу по своим правилам. Вы будете одна?

– Если не изменится настроение.

Корридон кивнул.

– Хороший ответ. Излишняя уверенность вредит чувствам.

– Вы всегда так успешно преодолеваете преграды? – спросила она, когда Мартин наполнил бокалы.

– Преодоление преград зависит от встречной помощи, – быстро ответил Корридон. Потом он наклонился вперед и погладил пальцем нефритовое украшение. – Любопытная штука. Издалека похожа на кольцо китайских лучников.

Его холодные серо-зеленые глаза впились в лицо девушки, пытаясь уловить реакцию, но ее не было.

– Вы очень умны! Так и есть. Откуда вы это знаете?

– В часы досуга я посещаю Британский музей. Прекрасное место для расширения кругозора… Оно подлинное? Можно взглянуть?

– Конечно. – Лорин отцепила кольцо. – Оно досталось мне по наследству.

Она протянула ему кольцо, но рука, появившаяся из-за плеча, перехватила его. Девушка резко повернулась.

– О, Слейд, дорогой, – пробормотала она без особой радости. – Ты меня напугал. – Она повернулась к Корридону. – Это мой брат Слейд, – продолжала Лорин, положив свою руку на руку мужчины, бесшумно возникшего рядом с ней. – Слейд, познакомься: Мартин Корридон только что вступил в клуб и сказал, что он солдат удачи.

Глава 6

Слейд Фейдак был копией своей сестры. Он был крепко сложен, смугл и имел такие же темные глаза, широкий и высокий лоб, умное интеллигентное лицо. Лицо интригана и фанатика, подумал Корридон.

– Солдат удачи? – Фейдак с любопытством посмотрел на Корридона. – Это интересно. Можно мне присоединиться к вам?

При этих словах он сунул нефритовое кольцо в карман.

– Разумеется, – кивнул Мартин. – Хотите шампанского? Лорин сказала, что у вас день рождения.

– Что означает «солдат удачи»? – повторил вопрос Фейдак, усаживаясь между сестрой и Корридоном.

– Я берусь за любую работу, которая хорошо оплачивается, и пользуюсь определенной репутацией в некоторых кругах.

– Какой репутацией, мистер Корридон? – с усмешкой спросил Фейдак.

– Не слишком разборчивого человека, – с такой же усмешкой отозвался Мартин.

– Да, интересно. Прошу прощения за любопытство, но могу я осведомиться, как вы заслужили такую репутацию?

– Не будь назойлив, Слейд, – хмуро обронила Лорин. – Ты едва знаком с мистером Корридоном, а уже устраиваешь ему допрос.

Корридон засмеялся.

– Не волнуйтесь, я ничего не имею против… Мне платят за советы.

– Расскажите, пожалуйста, подробнее.

– Люди считают, что я люблю риск, что меня не заботит этика, что я готов обмануть правительство, если представится удобный случай… Они правы. Я не люблю властей и ничем не брезгую.

– Не будет ли бестактностью с моей стороны спросить, почему? – Фейдак улыбнулся. – Видите, я и в самом деле устроил вам допрос.

– Возможно, вашей сестре скучно.

– Ее это интересует так же, как и меня, – ответил Фейдак, прежде чем Лорин успела открыть рот. – Продолжайте, пожалуйста.

– Во время войны я был сорвиголовой, особым агентом, – сказал Корридон. – Пробирался в Германию, разыскивал там предателей и всех, кто помогал врагам, и убивал их.

– Это, вероятно, крайне опасное занятие, – заметил Фейдак. Его глаза блестели. – Вас ловили?

– Я попал в руки гестапо, но мне посчастливилось бежать. – Корридон закурил и продолжил: – Без хвастовства могу заявить, что хорошо послужил родине. Сразу после окончания войны я выполнял в Лондоне сложную миссию – мне поручили выкрасть из некоего посольства документы. Меня накрыл один из секретарей, который случайно задержался на работе допоздна. Надо было действовать быстро, пока он не успел поднять тревогу, и его пришлось убить. Бумаги я взял и доставил куда следует, но полиция в конце концов меня арестовала. Согласно древней традиции мое руководство отказалось от меня; я был на волосок от смертной казни. С тех пор я избегаю всяких дел с властями и одно время даже хотел отомстить.

– Очень интересно, – повторил Фейдак. – Нечто подобное случилось и со мной, и я вынужден был покинуть свою страну. Я чувствую к вам симпатию.

Он достал из кармана визитную карточку и протянул Корридону.

– Здесь мой служебный адрес. Может, у вас найдется время позвонить мне? По-моему, мы можем оказаться полезными друг другу.

Корридон поднял брови.

– В самом деле?

– Уверяю вас, у меня нет ни малейшего желания понапрасну тратить ваше время. Случайно имеется некоторая работа, которая просто предназначена для такого человека, как вы.

– Честно говоря, сомневаюсь, – произнес Корридон. – Род моих занятий вряд ли может быть связан с бюро путешествий.

– Тем не менее поверьте, я сумею вас заинтересовать, если вы не откажетесь посетить мою контору.

– Но предупреждаю, – зловеще улыбнулся Корридон. – Меня привлекают лишь крупные суммы, мистер Фейдак.

– Думаю, договоримся.

Корридон пожал плечами и с раздраженным видом спрятал карточку в карман.

– А теперь прошу прощения, – Фейдак встал. – Мне надо предупредить метрдотеля. Ты готова, Лорин?

– Одну минутку, – сухо отозвалась девушка. – Я еще не допила шампанское. Подойду чуть позже.

– Хорошо, – сказал Фейдак и протянул руку Корридону. – Надеюсь, мы скоро увидимся.

Корридон пожал его руку.

– Конечно. Я загляну к вам, едва появится свободное время.

Он произнес это так равнодушно, как говорят, когда не собираются выполнять обещанное.

– Глупец! – воскликнула Лорин, когда Фейдак ушел. – Ни в коем случае не имейте с ним дела! Не задавайте мне вопросов, но прошу: не связывайтесь с ним, и близко не подходите.

Корридон изобразил удивление.

– Вы очень странная девушка. Вам следовало бы радоваться, что я понравился вашему брату.

– Но разве вы не понимаете, что он собирается использовать вас?! – Глаза ее блестели от злости. – Я не хочу, чтобы он использовал моих друзей!

Корридон взял ее за руку:

– Не сердитесь. Уверяю вас, меня еще никто не использовал, не пожалев об этом. – Он встал. – Теперь я должен идти. Желаю вам приятно провести время. В воскресенье увидимся.

– Пожалуйста, не ходите к нему, – с беспокойством сказала Лорин.

– Не собираюсь, – улыбнулся Корридон. – Только не забудьте следить за своим настроением. Вы очень красивая женщина.

Сунув руки в карманы и тихонько посвистывая, он ушел.

Глава 7

Стрелки часов показывали без четверти одиннадцать, когда Корридон подъехал к воротам. Молодой человек в алой с серебром ливрее равнодушно махнул рукой. Мартин выехал на дорогу и резко прибавил газ; стрелка спидометра подпрыгнула до цифры 60. В зеркало он увидел два желтых огня автомобиля, следовавшего за ним, и усмехнулся. Ричи предупреждал, что они будут следить за ним, и они не тратили времени.

Корридон не делал попыток оторваться от слежки, даже наоборот, выехав на загруженную Шепердз-Буш, сбавил скорость, чтобы его не потеряли. Когда он свернул к себе домой, «бьюик» проскочил мимо, и Мартин заметил две темные фигуры на переднем сиденье.

Корридон притормозил, остановил машину, выключил зажигание и прислушался; «бьюик» также остановился. Мартин подошел к гаражу и включил свет – так им лучше будет видно.

Из тени на свет вышел человек. На мгновение Корридон изумленно замер на месте, сжав кулаки. Потом разглядел меховую шапочку, короткий зонтик и большую сумку и облегченно вздохнул.

Девушка, вышедшая из темноты, была высокой, стройной и красивой. Алые полные губы складывались в призывную улыбку; короткое пальто было распахнуто с тем шиком, который отличает удачливых проституток.

– Привет, дорогой, – сказала она. – Тебе нужна девочка?

Корридон дружелюбно улыбнулся и открыл ворота гаража.

– Нет, – отозвался он. – А что ты здесь делаешь?

Она пожала плечами.

– Ищу парня вроде тебя, – ответила девушка и подошла ближе. От нее пахло духами, напоминавшими ему сирень; Корридону нравился этот запах. – Давай позабавимся, дорогой.

– Не сегодня, – сказал Корридон и влез в машину. – Ты напрасно теряешь время.

Не ожидая ответа, он завел машину в гараж, вышел и закрыл ворота. Сделав это, он обернулся и в дальнем конце улицы заметил две неясные фигуры.

Девушка снова подошла к нему.

– Измени решение, дорогой, – попросила она. – Потом будет весна в Париже.

Корридон засмеялся.

– Знакомая песенка, где я слышал ее раньше? – И привлек девушку к себе.

Для наблюдателей в дальнем конце улицы они представляли собой обычную для Пикадилли картину: мужчина сговаривается с уличной шлюхой.

– За мной следят два парня, – тихо сказал Мартин. – Ты зайдешь ко мне?

– Да. Ричи предупредил, что, возможно, за вами установят слежку. Он и придумал, чтобы я действовала именно так.

Корридон усмехнулся:

– Его мало заботит мой моральный облик… Впрочем, я не возражаю. Раз дело требует того, придется смириться.

Держа девушку под руку, он подошел к двери, вставил ключ и отпер ее.

– Поднимайся наверх. Первая дверь направо. – Мартин, щелкнув выключателем, проводил взглядом обтянутые нейлоном стройные ножки. «Складная девочка, – подумал он. – Держу пари, что Ричи не обращает внимания на ее формы».

Он закрыл входную дверь, поднялся наверх и вошел в гостиную.

– Хорошая у тебя маскировка, – признался Корридон. – Ты меня одурачила, а надо сказать, что я не новичок в подобных делах.

– Это идея Ричи. Он сказал, что они не обратят внимания, если я таким образом и в таком виде появлюсь у вас на квартире. Надеюсь, он прав.

Корридон снял пальто и шляпу:

– Самое интересное, что именно этого от меня и ждут. Так что придумано неплохо. Садись. Кто ты?

– Меня зовут Марион Говард, – ответила девушка. – Я буду приходить каждый вторник по вечерам.

Корридон ухмыльнулся.

– Похоже, моя репутация и гроша ломаного не стоит… Выпить хочешь?

Она покачала головой.

– Я не пью.

– Сигарету?

– И не курю.

– Вообще никаких пороков? – поинтересовался Мартин.

– У меня нет на них времени. Кстати, я принесла для вас деньги. – Она открыла сумочку. – Фантастическая щедрость – пятьдесят фунтов!

Корридон присвистнул:

– Боже мой! Что это с ними? Самое большее, что я ожидал, это двадцать пять.

Марион вытащила десять пятифунтовых банкнот и положила их на стол.

– Дело полагают крайне важным. Какие новости?

Корридон сел на стул и закурил.

– Вы все, кажется, уверены, что я всемогущ, – произнес он. – Я ничего Ричи не обещал.

Она улыбнулась, и Мартин решил, что девушка ему определенно нравится, нравятся ее улыбка и искренний доверчивый взгляд.

– Ричи хитер как лис, – сказала Марион. – Он знает, что раз уж вы занялись этим делом, то теперь просто так не откажетесь. Но давайте не тратить время. Я должна еще доложить ему о нашей встрече.

– Будьте осторожны, вас могут проследить, – заметил Корридон.

– У меня отличная квартирка на Дувр-стрит, – отозвалась она. – Все продумано. Если за мной сейчас установят слежку, то в половине первого меня посетит мужчина, и я передам то, что нужно.

Корридон усмехнулся.

– Кажется, Ричи знает, что делает. Он принял неплохие меры предосторожности.

– Иначе нельзя. Эти люди крайне опасны. Что произошло сегодня?

– Слишком многое. Я встретился с Мэйнвортом и убедил его принять меня в члены клуба. Это было нетрудно, так как я шантажировал его. Пока он подписывал членскую карточку, в кабинет вошла девушка с нефритовым кольцом. Ее зовут Лорин Фейдак, она живет в доме 29 по Бейзуотер-Крессент, модельер. Мы познакомились, и в воскресенье должны встретиться в более интимной обстановке. – Он усмехнулся. – Возможно, у нее будет другое настроение, но сегодня она дала соблазнительные обещания.

– Вы думаете, вас цепляли на крючок? – спросила Марион.

– Кто знает?.. Ее братец, Слейд Фейдак, работает в бюро путешествий на Мейфэр-стрит. Мы едва обменялись несколькими фразами, как он предложил мне работу, – думаю, поговорив предварительно с Мэйнвортом и все обо мне узнав. Слейд хочет, чтобы я посетил его для конкретного разговора. Как только он ушел, Лорин назвала меня глупцом и предупредила, чтобы я с ним не связывался. – Корридон наклонился и стряхнул пепел в камин. – У меня не было времени, чтобы проверить, не действуют ли они сообща. По ее словам, кольцо досталось ей по наследству. Первое впечатление, что все эго подстроено. Беспокоит меня вот что: как они узнали, что я собираюсь посетить их клуб? Очевидно, они были готовы ко встрече со мной. И если следили за квартирой Милли, то могли видеть меня вместе с Роулинсом. Полагаю, мне не следует спешить.

– Да, пожалуй, – согласилась Марион. – Или этот Бретт мог рассказать Фейдаку про ваш визит к Мэйнвор-ту. Тот и послал сестру, чтобы попробовать подцепить вас на крючок.

– Неплохая мысль, – одобрил Корридон. – Но это означает, что и Бретт связан с ними.

– Мэйнворт тоже их человек?

Корридон пожал плечами.

– Не думаю, что у него хватит нервов для такой работы. Попроси Ричи покопать в прошлом Лорин и Слейда Фейдак. Пусть наведут справки о Бретте в этом бюро путешествий.

– А вы?

Корридон подался вперед, взял со стола деньги и сунул их в карман.

– До воскресенья ничего делать не буду. Дальнейшее целиком зависит от того, что произойдет за эти дни. Полагаю, что было бы ошибкой идти на встречу с Фейда-ком. Пускай ждет.

– Тогда увидимся в следующий вторник. Если случится что-нибудь непредвиденное, позвоните мне. – Она встала и записала номер. – Вашу линию могут подслушивать, поэтому пригласите меня к себе. Это недалеко, и я сумею быстро доехать.

Корридон лукаво улыбнулся. Ситуация его забавляла. Если бы хорошенькие девушки всегда по звонку являлись к нему домой!.. Тогда жизнь была бы просто райской.

Марион пристально посмотрела на него:

– Боюсь, что жизнь со мной не показалась бы вам райской, – холодно проговорила она, будто читая его мысли.

– Не спорю, – с сожалением согласился Корридон. – Надеюсь, Ричи сказал, что я очень деликатен и всегда поступаю как джентльмен?

Она засмеялась:

– Он сказал, что вы не любите упускать шанс, и предупредил, что я должна быть осторожна.

– Совсем не изменился, – пробормотал Корридон. – Та же старая наседка… Тем не менее замечу, что вы слишком красивы, чтобы быть агентом.

Она прошла мимо него, направляясь к лестнице.

– Все зависит от точки зрения.

Мартин проводил ее до выхода.

– Эти два парня, видимо, следят за нами, – сказал он, распахивая дверь. – Полагаю, нам надо поцеловаться.

– В этом нет необходимости, – отозвалась Марион. – Спокойной ночи.

Не оглядываясь, она исчезла в темноте.

Глава 8

Двое, ехавшие за Корридоном от «Тепленького насеста», продолжали по-прежнему тенью следовать за ним. Они были специалистами своего дела, и только благодаря большому опыту Корридон чувствовал, что они постоянно торчат за его спиной. На второй день он узнал их в лицо.

Один был невысокий, коренастый, с красным одутловатым лицом и толстой шеей. Корридон еще подумал, что он похож на немца. Другой – высокий, худощавый, с глубоко посаженными глазами. По плоскому лицу, прилизанным светлым волосам и привычке покусывать кончик сигареты его можно было принять за поляка.

Корридон окрестил их Хью и Дью.

Эти двое были опасны. Оба, казалось, постоянно нервничали. Хью – тот, что покороче, – часто подмаргивал; Дью все время потирал ладони. Корридон понимал, что они – убийцы.

Он сомневался, стоит ли ему совать шею в петлю. Это похоже на Ричи – не жалеть своих людей. Прежде всего – Родина, она превыше всего.

– Всегда можно подыскать другого агента, – заявил он однажды Корридону, – но будь я проклят, если удастся найти другую Англию.

Корридону было бы интересно узнать, представляет ли по-настоящему Марион Говард тех, против кого работает. Она ему понравилась. Красивая, храбрая и чистая. Хотя он жил по собственным сомнительным правилам, Корридон ценил чистоту в других людях. Он решил, что при следующей встрече предупредит ее. Не надеясь, впрочем, что-нибудь изменить. Коли вы имели глупость попасть в лапы Ричи, вам уже от него не избавиться. Кроме того, с горечью подумал Мартин, Ричи из тех мужчин, которыми восхищаются подобные девушки.

Хью и Дью сняли квартиру напротив и вели наблюдение за ним из окон. Корридон убедился, что предусмотрительность Ричи была не напрасной. Его посетители не должны вызывать подозрений, – а что может быть менее подозрительным, чем визит проститутки?

На второй день Корридон обнаружил, что его телефон прослушивается. Уж он-то знал толк в таких вещах, поскольку сам много раз занимался подобными делами. Мартин также обнаружил, что была предпринята попытка проникнуть в его квартиру, но на этот случай он давно принял меры предосторожности – отличные замки, окна закрывались стальной решеткой, на двери – короткая цепочка.

На всякий случай Корридон обыскал квартиру и похвалил себя за эту предосторожность, так как обнаружил в каминной трубе маленький, но чувствительный микрофон. Очевидно, ночью Хью или Дью забирались на крышу… Микрофон он не тронул, но накрыл старым пальто.

Следующие три дня тянулись медленно. Отсутствие событий раздражало Корридона. Он был осторожен и вел обычный образ жизни: посещал кабачки и пивнушки, сидел в ночных клубах Сохо, пытаясь заняться привычной работой, но успеха эти попытки не имели. Он облегченно вздохнул, когда, наконец, наступило воскресенье.

Сперва ему пришлось поработать над собой. Он надел смокинг, потом долго крутился перед зеркалом и еще дольше завязывал галстук. В зеркале отразился высокий широкоплечий мужчина с рыжеватыми волосами. В спецкоманде, во время войны, Корридона прозвали Кирпич; немцы как огня боялись Рыжего Дьявола. Его отличали твердость характера, сила и ловкость. Безжалостная или презрительная усмешка часто действовала на нервы, собеседникам; однако он же умел улыбаться дружелюбно и приветливо, а в минуты сентиментальности улыбка его казалась даже доброй, хотя сам он потом злился на себя за эту слабость.

Удовлетворенный своим внешним видом, Корридон набросил плащ и спустился вниз. Квартира напротив была погружена во тьму, но он знал, что сквозь грязные занавески с него не спускают глаз.

Мартин вывел машину из гаража и, свернув на Найтс-бридж, увидел Хью с мотоциклом. Когда он проехал мимо, тот завел мотоцикл и последовал за ним.

В начале восьмого Корридон был возле дома номер 29.

Судя по окружающим зданиям, здесь жили люди самого разного сорта. За распахнутой передней дверью открывался грязный холл, обставленный мебелью викторианской эпохи. Наверх вела широкая лестница.

Прежде чем подняться, Корридон удостоверился, что Хью пристроился со своим мотоциклом в конце улицы, откуда мог свободно наблюдать за домом номер 29. Пройдя четыре этажа, Мартин оказался перед дверью, обитой зеленым дерматином, и нажал кнопку звонка.

Дверь открылась. Перед ним стоял Слейд Фейдак.

– Входите! – воскликнул тот и схватил Корридона за руку. – Какое счастье! Здравствуйте!

Корридон снял плащ и шляпу, ответил на приветствие, но выражение его лица было мрачным.

– Где Лорин? – резко спросил он.

– Она дома, в ванной, – заверил Фейдак. Его веселость действовала Корридону на нервы. – Боюсь, мы с ней заболтались и не заметили, как пролетело время.

Корридон проследовал в большую красивую комнату с массой нарцидсов, тюльпанов и гиацинтов. Паркетный пол был покрыт бухарскими коврами.

Перед камином между диваном и глубоким креслом стоял невысокий коренастый мужчина в голубом костюме. Его узкое худощавое лицо цвета старинного пергамента напоминало Корридону маски императоров, которые он видел в китайских домиках. На вид ему было около шестидесяти, глаза смотрели холодно и тревожно. Короткие черные усики придавали ему вид одновременно фатоватый и жестокий.

– Мартин Корридон, – сказал Слейд Фейдак. – Мистер Корридон, я рад представить вам президента моей фирмы Джозефа Диестла.

Диестл шагнул вперед и протянул узкую ладонь. Длинные холеные пальцы, тщательно ухоженные ногти…

– Здравствуйте, мистер Корридон, – произнес он. – Я много слышал о вас. – «Очень опасный человек, – подумал Корридон, пожимая протянутую руку. – С ним надо быть начеку: он вполне может оказаться главой организации». Мартин почувствовал в этом человеке властную безжалостную натуру, замаскированную мягкой доброжелательной улыбкой. Фейдак казался котенком рядом с тигром.

– Надеюсь, ничего дурного, – беззаботно бросил Корридон. – Люди почему-то чрезвычайно раздувают опыт своего общения со мной.

– Но вы согласны, что у вас неисправимый характер? – спросил Диестл и указал на диван. – Я наводил справки… Давайте присядем. Мне любопытно поговорить с вами.

Фейдак принес мартини.

– Я пришел не для деловых разговоров, – сказал Корридон. – Если я правильно понял, Лорин дома?

Фейдак улыбнулся.

– Конечно, мистер Корридон. Она скоро освободится, а пока мы ее ждем… – Он взглянул на часы над камином. – Через двадцать минут мы сами должны уйти.

Корридон пожал плечами, сел на диван и взял мартини.

– Слейд сообщил мне, что приглашал вас в контору, – начал Диестл, отклоняя бокал с мартини, который протянул ему Фейдак. – По его мнению, вы можете нам пригодиться.

Корридон сдвинул брови, будто стараясь что-то припомнить.

– Вероятно. Подобные вещи мне говорят многие.

– Я надеялся, что вы придете, – сказал Диестл. – Мне хотелось встретиться с вами.

Корридон сделал неопределенный жест, как бы говоря, что теперь это желание сбылось.

– Я был занят, – равнодушно произнес он.

– Но насколько я понимаю, в настоящее время вы ничего не делаете.

– В настоящее время я наслаждаюсь отдыхом, – ответил Корридон.

– Увы, никто из нас не может питаться воздухом. – Диестл опустил руки на колени. – Есть небольшая работа. Вы как?

– Это зависит от характера работы и размера благодарности, – отозвался Корридон. – Предупреждаю вас, мой девиз – минимум усилий, максимум вознаграждения.

Холодные глаза Диестла светились недоброжелательством.

– К сожалению, такова общая тенденция в наши дни… Работа потребует не более часа времени, гонорар – двести пятьдесят фунтов стерлингов.

Корридон закурил:

– Заманчиво. В чем суть?

– Кратко говоря, мистер Корридон, я действую в интересах одного клиента. Должен сказать, что я не впервые прибегаю к помощи частных лиц ради дел своих клиентов. У человека, о котором я веду речь, неприятности с женщиной. Она его шантажирует. Давайте сразу поясним: он дурак и распутник. Но, к несчастью, он также общественный деятель. Женщина хранит компрометирующие письма, и если они попадут в ненадежные руки, он погиб.

Корридон сжал губы:

– Почему бы не обратиться в полицию?

– О, нет, в полицию он не пойдет. Он просил меня найти человека, который возьмется выкрасть письма. Это не составит труда.

Корридон посмотрел на Фейдака, притихшего и незаметного рядом с Диестлом. Их взгляды встретились, и Фейдак нервно улыбнулся.

«Почему они выбрали меня? – подумал Корридон. – Такую работу с успехом могли бы выполнить Хью и Дью… Почему меня?»

– Давайте будем откровенны, – сказал он, опустив пустой бокал. – Я вас не знаю. Где гарантии? Вдруг вы собираетесь потом шантажировать эту женщину? Вы понимаете мое положение?.. Прежде чем я возьмусь за дело, убедите меня, что не ищете личной выгоды.

– Понятия не имел, что вы столь щепетильны, – усмехнулся Диестл. – Но вашу точку зрения понять, конечно, можно. Если вас смущает только это, то в тот момент, как вы вручите мне письма, я уничтожу их у вас на глазах.

Корридон колебался. Что-то подсказывало ему, что необходимо отказаться. Но, с другой стороны, это может быть испытанием, и, в зависимости от результата – они свяжут его с организацией или нет. Сам он интуитивно был против, но знал, что Ричи убедил бы его выполнить работу…

Он пожал плечами.

– Хорошо. В таком случае согласен.

Фейдак облегченно вздохнул и наполнил его бокал.

– Нужно выпить за это, – улыбнулся он. – Я говорил Диестлу, что вы как раз тот человек.

– Завтрашняя ночь вас устроит? – спросил Диестл. – Известно наверняка, что она вернется очень поздно. Она живет одна, и вы сможете работать спокойно.

– Хорошо, пусть будет завтра, – кивнул Корридон. – Адрес?

– Пока не знаю. План квартиры и прочие детали я получу завтра днем. Слейд заедет за вами и привезет сюда. На двери йельский замок, вас это не затруднит?

Корридон покачал головой:

– Я предпочитаю заранее знакомиться с предстоящим местом работы, – сказал он.

Диестл с сожалением развел руками:

– Боюсь, что это невозможно. Прошу прощения.

– Значит, решено? – спросил Фейдак, наливая Корридону новую порцию мартини. – Лорин придет через несколько минут. Вы не возражаете, если мы оставим вас одного?

– Полагаю, как-нибудь переживу.

Уже одевшись, Диестл поинтересовался:

– Слейд знает, где вы живете?

Корридон улыбнулся:

– Вряд ли, я же ему не говорил.

Он назвал свой адрес, и Фейдак записал его на обратной стороне конверта.

– Прекрасно. Я заеду за вами завтра в десять вечера.

– Если вы будете действовать успешно, мистер Кор-ридон, я, возможно, сумею предложить вам более интересную и лучше оплачиваемую работу, – пообещал Диестл, пожимая Корридону руку.

– Обычно я действую успешно, – сухо отозвался Корридон.

– Отлично. Надеюсь, и в будущем мы будем работать вместе к нашему взаимному удовольствию.

– Увидимся завтра вечером, – повторил Фейдак. – Тем временем, вы, пожалуйста, никому ничего не говорите.

– Включая вашу очаровательную сестру?

Улыбка сползла с лица Фейдака.

– Да. Прошу вас.

Мужчины кивнули Корридону и вышли.

Глава 9

Корридон подошел к окну и выглянул на улицу. Он видел, как Фейдак и Диестл торопливо прошли мимо Хью, даже не взглянув в его сторону. Корридон продолжал следить за фигурой возле мотоцикла. Когда Диестл и Фейдак свернули за угол, Хью завел двигатель и тут же умчался в противоположном направлении.

«Теперь они оставили меня в руках Лорин», – подумал Корридон. Он пересек комнату и вышел в холл. Справа был небольшой коридор, ведущий к закрытой двери.

– Сколько вас можно ждать? – повысив голос, спросил Корридон.

– Это вы, Мартин?

После паузы дверь распахнулась, и появилась улыбающаяся Лорин в зеленой шелковой шали.

– Здравствуйте. – Она шагнула к нему и протянула руку. – Это Слейд открыл вам? Я и понятия не имела, что вы уже пришли.

Корридон взял ее за руку и сжал.

– Я здесь уже более получаса.

– А я была в ванной… – Лорин попыталась освободить руку, но Корридон крепко держал ее. – Какой вы сильный, сегодня вы кажетесь мне властелином.

Корридон притянул ее к себе и обнял за талию.

– Как настроение?

– Боюсь, не очень хорошее. – Она положила руки ему на грудь, пытаясь оттолкнуть его. – Пожалуйста, не стройте из себя пещерного человека.

– Я же говорил, что женщины целиком зависят от настроения, – сказал Корридон, выпуская ее. – Теперь, полагаю, вы будете совсем иной.

– Не знаю, что вы имеете в виду… Подождите немного, я скоро выйду. Обещаю поторопиться.

– Не выношу одиночества, – пожаловался Корридон и прошел мимо нее в комнату, из которой она только что появилась. – Я буду наблюдать, как вы одеваетесь. Это гораздо приятнее томительного ожидания. – Он остановился посреди комнаты и одобрительно хмыкнул. – Бог мой! Вы понимаете толк в удобствах. Здесь великолепно!

Корридон подошел к кровати и пощупал ее.

– О, в вашей постели спишь, как на облаке. Неудивительно, что вы такая красивая.

Лорин зашла в комнату и закрыла дверь.

– Вы считаете, что можете вести себя как вам хочется? – резко спросила она. – Я не впускаю сюда мужчин.

Он подошел к туалетному столику, заставленному кремами, лосьонами, духами и пудрой.

– Неужели вы недовольны? – произнес Корридон, рассматривая один из флаконов. – Я вот был бы счастлив, если б вы посетили мою спальню. – Он прочитал надпись на флаконе, понюхал и хмыкнул. – Гм-м, изумительно… Как вам нравится этот старик Диестл? Вы давно его знаете?

– Едва знакома. Он друг Слейда, – сухо ответила Лорин. – А теперь, пожалуйста, идите в другую комнату и подождите меня там.

Корридон сел на постель.

– Мне у вас нравится. Я хотел пригласить вас вечером к Прюньеру, но сейчас передумал.

– Тогда что же мы будем делать?

– Останемся здесь.

– О, нет. Я была просто пьяна, когда звала вас домой. Давайте без глупостей. Пойдем к Прюньеру.

– Довольно странно, – заметил Корридон. – Мне вы показались в тот вечер удивительно трезвой. У вас, очевидно, была причина пригласить меня. Сказать вам, что за причина? Вы хотели, чтобы этот Диестл и ваш прекрасный братец могли убедить меня здесь выполнить для них грязную работенку. Поэтому вы использовали в качестве приманки любовное приглашение. Так?

На ее щеках выступили красные пятна, глаза заблестели от ярости.

– Это наглая ложь! Я понятия не имею, о чем вы говорите!

Корридон усмехнулся.

– Да? Вам не сообщили? Уверен, что Слейд прошептал вам секрет на ушко… Мне предложили двести пятьдесят фунтов за кражу каких-то писем.

– Я ничего об этом не знаю!.. Послушайте, Мартин, вы зашли слишком далеко. Пожалуйста, оставьте меня, я не хочу быть с вами сегодня.

– Знаю, – сказал Корридон. – Поэтому и решил выяснить отношения. – Он сделал ловкий выпад и схватил ее за плечо и запястье. – Садитесь рядом со мной.

Она попыталась вырваться, но силы были явно неравны.

– Отпустите меня! – в бешенстве прошипела Лорин. – Как вы смеете!

– Боюсь, вы сами этого хотели, – нежно произнес он. – Если вы действительно против, то начинайте кричать. Кто-нибудь непременно услышит, если поднять настоящий шум.

– Отпустите! – Лорин попыталась ударить его по лицу, но Корридон перехватил ее руку.

– Зачем вы деретесь? – укоризненно спросил он. – Я значительно сильнее вас и не признаю никакой этики. У вас безнадежное положение.

– Мне больно! Отпустите меня немедленно!

– Может быть, это научит вас не давать напрасных обещаний, – мягко проговорил Корридон. – Я всегда настаиваю на выполнении данного слова. – Он толкнул ее, и Лорин упала на спину поперек кровати. – Боюсь, вам придется считать себя мученицей.

– Вы дьявол! – завопила она. – Если не отпустите меня, я буду кричать!

– Кричи, – улыбнулся он. – Я не возражаю.

Он навалился на нее и прижался губами к ее губам. Некоторое время Лорин пыталась бороться, потом силы ее иссякли, и он, отпустив ее руки, обнял ее.

– Кричи, – пробормотал Корридон. – Кричи, пока не поздно!

– Да заткнись ты! – яростно выдохнула она и обняла его за шею.

Глава 10

– Я голоден, – сказал Корридон и, приподнявшись с подушки, осмотрел темную комнату. Из окна вливался лунный свет.

– Так тебе и надо, – лениво отозвалась Лорин. Она заложила красивые обнаженные руки за голову и удовлетворенно вздохнула. – Надо было идти к Прюньеру.

– Да, – согласился Корридон и закрыл глаза. – Устрицы и херес, утка, зеленый горошек и листья спаржи… Ты права. Жаль, что ты строила из себя недотрогу. Была бы ты поуступчивей, успели бы все.

Она ударила его кулаком в грудь.

– Что за свинские манеры!.. Но, полагаю, тебя придется накормить, иначе ты сюда больше не придешь.

Он повернулся к ней.

– Вот и умница.

Лорин поднялась и взяла свою шаль. Глядя на нее при тусклом лунном свете, Корридон подумал, что она прекрасна.

– Как бы я хотела все вернуть, – вздохнула Лорин, – Боюсь, что для меня это плохо кончится.

– С чего ты взяла?

– Ни с чего.

Она вышла из комнаты.

Корридон включил ночник и взглянул на часы. Двадцать минут двенадцатого. Он закурил и уставился в потолок. Необходимо связаться с Марион Говард и рассказать ей о случившемся… Однако думать об этом не хотелось. Лорин была настолько хороша, что сейчас Мартин испытывал к ней нежность, хотя и ругал себя за сентиментальное настроение. Он, зная женщин, силой добился цели. Раз она приняла его как любовника, то у него есть шанс привязать ее к себе. Ему казалось, что он сумеет добиться успеха.

Корридон спустил ноги на пол и решил поискать в гардеробе, что бы такое набросить на себя. Среди женских вещей он нашел мужской халат, правда короткий и узкий в плечах. Корридон вернулся к постели, сел и, хмурясь, стал приглаживать руками волосы.

– Видел бы тебя Слейд, – сказала Лорин, войдя в комнату с подносом. – Ради Бога, халат вот-вот лопнет!

Корридон придирчиво склонился над подносом. Там были холодные цыплята, хлеб, масло, персики и большой шейкер.

– Недурно, – одобрительно заметил он. – Но, чтобы закрепить успех, не мешало бы тебе самой что-нибудь для меня приготовить.

– Не волнуйся. – Лорин присела на постель. Ты дьявольское создание.

– Разве это плохо? За твоей репликой кроется что-то зловещее?

Корридон взял цыпленка.

– Ты знаешь лучше меня, – ответила Лорин, не глядя на него, и налила из шейкера мартини. – Не прикидывайся невинной овечкой.

– Скажи прямо, сейчас не время для догадок.

– Я влюбилась в тебя, – произнесла Лорин. – Ужасно, это так все осложняет. Я чувствовала, что это случится, если мы будем плохо себя вести.

– Влюбилась… Чего же огорчаться? – мягко сказал Корридон. – Разве ты не довольна?

– Ты не из тех мужчин, в кого можно влюбляться. И знаешь это не хуже меня. Ты никого не любишь. А безответное чувство никому не на пользу.

Корридону не нравилась эта тема.

– Женщины склонны к преувеличениям… Чего тебе опасаться? Я буду добр и нежен с тобой.

Возможно, – отозвалась Лорин, протягивая ему мартини. – Но ты не любишь меня, в этом все дело. – Она капризно повела плечами. – И не возражай.

– Ты расстроена? Беда с этими женщинами, вечно они делают скоропалительные выводы… Ну почему не принимать жизнь такой, как она есть, почему не наслаждаться простыми радостями, подобно мужчинам? Зачем вечно тревожиться о будущем? Ничего постоянного нет вообще. Может быть, через неделю ты кого-нибудь встретишь и забудешь обо мне. Ради Бога, не драматизируй.

– Это называется «оставить себе лазейку», – улыбнулась она. – Ладно, договорились. Когда устанешь от меня, можешь спокойно уйти. Да здравствует любовь сегодня, и пусть никогда не наступит завтра.

Корридон взял персик.

– Жаль, что ты так настроена, – сказал он. – Но согласись – ты одна в ответе за это. Кто виноват, что вместо наживки для крючка ты использовала себя? Злись на своего брата. Ведь это он захотел встретиться со мной здесь?

– Хорошо, – улыбнулась Лорин. – Но с твоей стороны было свинством так бросаться на меня.

– Если бы не ты, я не стал бы этого делать, – твердо парировал Корридон. – Если бы ты не провоцировала меня… Где это слыхано, чтобы шофер останавливал машину на зеленый свет?

– В тебе нет ни капли галантности! – воскликнула она. – Ты не оставляешь мне возможности для оправдания.

– Во всяком случае – это честно, милая. – Корри-дон встал и прошел в ванную, чтобы помыть руки. Когда он вернулся, Лорин уже убрала поднос и лежала на постели, положив руки под голову.

– Диестлу можно доверять? – спросил он, остановившись рядом с ней.

Лорин скорчила гримасу.

– Не знаю. Я ненавижу его. Жаль, что Слейд имеет с ним дело.

Корридон жестко улыбнулся. В ванной он нашел в кармане халата платок с инициалами Диестла и с горечью подытожил, что напрасно был сентиментален.

Глава 11

Ровно в десять вечера черный «бьюик» остановился под окнами квартиры Корридона.

– Все готово, – объявил Фейдак, вылезая из машины. – План у меня. Разрешите войти?

– Конечно.

Фейдак удивленно разглядывал маленькую мрачную комнату, а Корридон с улыбкой наблюдал за ним. Фейдак в роскошном костюме не вписывался в обстановку…

– Представьте, что вы в трущобах, – ухмыльнулся Корридон, – тогда почувствуете комплекс превосходства. Я не извиняюсь за эту дыру, терпеть не могу дешевые украшения и считаю, что домашняя роскошь размягчает человека.

Фейдак смутился.

– Согласен с вами, – с сомнением проговорил он и сел. – Надеюсь, вы с Лорин провели приятный вечер?

Корридон придвинул стул и сел напротив.

– Мы остались довольны друг другом. Можно взглянуть на план?

Фейдак пристально посмотрел на него, но выражение лица Корридона ничего ему не сказало. Он достал сложенный лист бумаги и разложил на столе.

– Вот. Квартира на первом этаже. Дверь от входа в холл не видна. Швейцар уходит в десять. Если вы сумеете открыть переднюю дверь, остальное будет просто. Письма хранятся в столе в гостиной. Стол стоит у окна. Он может оказаться запертым; не думаю, что это вас остановит. Письма лежат в правом верхнем ящике.

Корридон изучал план.

– Вы в этом уверены?

Фейдак кивнул.

– За женщиной следили. Мы подкупили ее горничную. Она убеждена, что письма хранятся именно там.

– Да? Не очень надежное место, – сухо заметил Корридон. Что-то в этом деле его беспокоило. Жаль, что нельзя оперативно связаться с Ричи. – Но допустим, писем там нет. Что тогда?

– Они там.

– Не исключено, что женщина в последний момент найдет другое укромное место. Если их нет в столе, что мне делать? Хотите ли вы, чтобы я обыскал квартиру?

– Уверяю вас, они там, – сказал Фейдак. – Но если вдруг… го лучше их найти. Времени у вас будет достаточно. Она уехала в Мейденхед и вряд ли вернется раньше, чем в два часа ночи, но мы все равно приняли меры предосторожности. За ней следит Диестл, и если она уедет рано, то он позвонит ей на квартиру. Так что на телефон отвечайте – вам скажут, когда она уехала.

Корридон встал.

– Вы, кажется, позаботились обо всем. Едем?

– Готовы?

– Одну минуту.

Корридон прошел в спальню, выбрал из ящика стола небольшой сверток с инструментами и сунул в карман вместе с кожаными перчатками. Девятимиллиметровый браунинг, лежащий в том же ящике, он решил с собой не брать.

По пути к машине Фейдак сказал:

– Я буду ждать вас снаружи. Если случится что-нибудь подозрительное, обязательно посигналю.

– Просто все удобства, – улыбнулся Корридон. – Один недостаток – нет черного хода. Если явится полиция, мне не убежать.

– Я не вижу причин – с чего бы им явиться? – отозвался Фейдак, запуская двигатель. Голос его звучал немного раздраженно.

– О, порой они посещают самые неожиданные места. Если возникнут осложнения, поезжайте до самого конца улицы и ожидайте меня там.

– Разумеется. Но все будет в порядке.

Несколько минут быстрой езды, и они выехали на спокойную улицу позади «Алберт-Холла»[20]. Фейдак затормозил.

– Дом напротив, – указал он и взглянул на часы. – У вас достаточно времени. Я жду здесь. Годится?

– Да. Если письма на месте, я задержусь не больше чем на шесть или семь минут. Не выключайте двигатель.

– Хорошо. Желаю удачи.

Корридон вышел из машины и наклонился через окошко к Фейдаку.

– Надеюсь, Диестл приготовил наличные? Я просто так с письмами не расстанусь.

Фейдак выдавил из себя улыбку. В тусклом свете приборной панели его лицо казалось желтым и сморщенным.

– С этим все будет в порядке, – заверил он.

– Ладно. Ну, пока.

Корридон пересек улицу, огляделся по сторонам и, направившись к ярко освещенному входу в дом, вошел без малейших колебаний.

В этот момент открылись двери автоматического лифта, и появился мужчина в вечернем костюме. Он пристально посмотрел на Корридона. Очень плохо. Если женщина обратится в полицию, этот мужчина его опишет. Конечно, она едва ли обратится в полицию, но все же…

Мужчина, не оглядываясь, вышел на улицу, а Корридон приблизился к массивной дубовой двери квартиры, которую ему предстояло ограбить.

Он достал из кармана кусок плексигласа и ввел его в щель между дверью и косяком, чтобы во время работы над замком не захлопнулся язычок.

Наконец Корридон открыл дверь и очутился в маленькой темной прихожей. Из другого кармана он достал фонарь и, тихо затворив за собой дверь, включил его. Прямо перед ним была искомая комната. Он прислушался – за стеной царила тишина…

Стол стоял у занавешенного окна. Корридон, гордившийся своим умением без шума и повреждений открывать любые замки, достал инструменты и приступил к работе.

Замок щелкнул. Убрав инструменты в карман, Мартин открыл дверцу. Правый верхний ящик был пуст. Левый верхний ящик был заполнен чем угодно, только не письмами. Он торопливо осмотрел другие ящики, но ничего не нашел. Писем в столе не было!

Он нахмурился. Или женщина переменила место, или этих писем не существует и в помине. Не зря вся работа казалась ему слишком легкой. Значит, ловушка?

Мартин раздвинул занавески и выглянул в окно. «Бьюик» исчез.

Значит, ловушка, подумал Корридон и весело рассмеялся. Очевидно, в холле его кто-то ждет. Уходить через окно безопаснее, чем через дверь. Но едва он сделал шаг вперед, как в комнате вспыхнул свет.

На него смотрела высокая красивая женщина. Ее длинные черные волосы рассыпались по шали, наброшенной на плечи. Чуть сзади в ночном халате стоял мужчина с изумленным лицом.

– Не двигаться! – резко произнесла женщина и направила на Корридона автоматический пистолет. – Руки вверх!

– Боже мой! – воскликнул мужчина из-за ее спины. – Грабитель! Осторожней, эти типы опасны.

Корридон поднял руки и улыбнулся женщине. Он пытался вспомнить, где раньше видел этого мужчину. Его лицо казалось удивительно знакомым.

– Звони в полицию, Дэвид, а я покараулю.

Мужчина осторожно вошел в комнату; он был бледен и испуган. Корридон узнал его – и по спине пробежали мурашки. Это был Дэвид Листренж, заместитель министра по европейским делам.

– Мы не можем вызвать сюда полицию! – хриплым голосом произнес он. – О чем ты думаешь? Лучше отпустить его.

– Очень мудро с вашей стороны, мистер Листренж, – улыбнулся Корридон. – Представьте, какой разразится скандал!

– Его нужно обыскать, – сказала женщина. – Он мог что-нибудь украсть.

– Я не прикоснусь к нему, – заявил Листренж и вытер лицо носовым платком. – Эй, вы! Убирайтесь отсюда!

Он указал Корридону на дверь.

– Только не нервничайте, – попросил Корридон женщину. – Мне бы не хотелось быть убитым по недоразумению.

Она отодвинулась в сторону.

– Твое счастье, – прошептала она. – Убирайся.

Но во всем этом было что-то неестественное… Корридон неожиданно понял, что женщина собирается стрелять. Он увидел, как напрягся палец на спусковом крючке. В ее глазах засветилась холодная ярость.

И тут все стало ясно. Корридон понял, зачем он здесь, он понял, насколько умно устроена западня. Эта женщина собиралась убить Листренжа, а он должен быть обвинен в убийстве!

– Берегитесь! – закричал Корридон и прыгнул вперед. Но опоздал.

Прежде чем она выстрелила во второй раз, он сжал ее запястье и выбил пистолет. Одного короткого взгляда на Листренжа с дырой во лбу было достаточно. Корридон кинулся к двери, а вслед ему раздался неистовый женский крик.

Глава 12

Выбежав в холл, Корридон увидел у двери на улице Хью. Тот ухмыльнулся, обнажив маленькие испорченные зубы.

– Оставайся на месте, – проговорил он низким гортанным голосом. – Ты отсюда не уйдешь.

– Ошибаешься, толстяк, – сказал Корридон.

Быстрый взгляд подсказал ему, что Хью не вооружен, и он решительно двинулся вперед. Он знал, что схватка с этим явно сильным человеком будет непростой. Единственный его шанс – в быстроте нападения и бегстве. Хью растопырил руки. По тому, как он это сделал, Корридон понял, что он владеет приемами не хуже его самого.

Сделав выпад, Корридон ударил левой в лицо Хью, но тот умело ушел и ответил ударом справа. Мартин едва успел отреагировать, и удар пришелся в плечо. Корридон, который уже давно не тренировался, понял, что так просто ему справиться с Хью не удастся.

Корридон сделал еще попытку. Ему удалось дважды попасть Хью в ребра, но тот только усмехался. Тогда он нагнул голову и бросился на Хью, но тот отклонился и прижал Корридона к себе. Впервые Корридон почувствовал чудовищную силу этого человека; его ребра трещали. Он ткнул пальцем в глаза Хью. Тот инстинктивно откинул голову назад, и Корридон стукнул его по кадыку. Хью всхлипнул, разжал объятия и упал на четвереньки. Корридон кинулся к двери на улицу.

Но промедление оказалось роковым. К дому бежали полицейские.

Корридон резко повернулся, перескочил через Хью и бросился к лифту. Его палец с силой вдавил кнопку последнего этажа, и лифт пошел наверх. В тот же момент распахнулась дверь, и в дом ворвалась полиция.

Корридон понимал, что у него в запасе полторы или две минуты, не больше. Для молодых и здоровых преследователей четыре этажа не преграда.

Едва лифт остановился, Мартин выскочил в длинный коридор и быстро огляделся по сторонам. По лестнице громыхали шаги. Напротив было окно, в дальнем конце коридора – дверь. Корридон, не колеблясь, прыгнул к окну и, рванув шпингалет, распахнул. Рядом проходила водосточная труба, а над головой находилась крыша. Он решительно уцепился за трубу и, подергав, чтобы проверить надежность, повис на ней.

Снизу раздались крики, и ему пришлось подняться вверх. Труба трещала, но держалась. Он поднялся еще выше и уцепился за крышу. Два-три взмаха ногами – и он уже там.

Корридон осмотрелся. В слабом лунном свете крыша казалась очень покатой, но справа виднелась плоская – соседнего дома; правда, много ниже. Если перебраться, пока не появилась полиция, у него будет шанс ускользнуть.

Он осторожно извлек из кармана небольшую тяжелую отмычку и, делая упор для ног, стал быстро отбивать черепицу, поднимаясь к коньку крыши. По другую сторону был желоб, который соединялся с соседним домом. Корридон осторожно спустился к желобу и перелез на крышу рядом.

У одной из дымовых труб возник темный силуэт – в его сторону смотрел человек. Корридон пригнулся.

Появились еще два силуэта.

– Ты видишь его, Джек?

– Здесь он не проходил, я бы его заметил. Ему не ускользнуть.

– Сержант пошел в соседний дом, скоро приедут пожарные.

– Эй, вы, двое, перестаньте болтать! – оборвал другой голос. – Будьте внимательны: он бросил пистолет в квартире, но у него может оказаться второй.

Два силуэта скрылись в темноте. Оставшийся крутил головой направо и налево, как будто не зная, куда идти, потом начал двигаться в сторону Корридона. Он шел спокойно, явно убежденный, что убийца в ловушке и стоит лишь дождаться прибытия пожарных. Корридон слышал его тяжелое дыхание, он сжался и приготовился к прыжку.

Полицейский, должно быть, что-то почувствовал, потому что неожиданно замер и напряженно уставился в темноту. Корридон прыгнул на него и вцепился в шею.

Полицейский судорожно охнул и взмахнул руками. Продолжая сжимать горло, Мартин ударил его головой в лицо. Тот обмяк, и Корридон осторожно опустил тело на крышу. Несколько секунд ушло на то, чтобы забрать фуражку и китель. Сбросив плащ и пиджак, Корридон торопливо переоделся.

– У тебя все в порядке, Джек? – окликнул голос.

Корридон посмотрел налево. С соседней крыши махал рукой полицейский. Корридон помахал ему в ответ и шагнул к дымовой трубе. Где-то должен быть люк… Мартин огляделся. Прямо под ним был гараж, рядом с гаражом проходила аллея, видны были движущиеся фигурки. Вдали раздался вой пожарной сирены. «Надо бежать до их прибытия, – подумал Корридон, – пока они не обнаружили, что я, оглушив полицейского, перебрался на крышу другого дома».

На гараж спускаться слишком опасно, могут увидеть. Нужен люк, иначе все кончено.

После быстрого осмотра Корридон нашел люк, поднял крышку и заглянул во мрак. Кроме груды каких-то ящиков он ничего не заметил, нырнул в темноту и, опустив за собой крышку люка, направился к двери. Открыв ее, Мартин оказался на лестничной площадке. Холл внизу был освещен. Пожилые мужчина и женщина стояли у открытого парадного и смотрели на улицу.

Не сводя с них глаз, Корридон бесшумно двинулся вниз. Мужчина и женщина слишком увлеклись происходящим и не поворачивались. Он спустился, направился по коридору к задней части дома и осторожно приотворил дверь черного хода. Прямо перед ним был небольшой, погруженный во тьму сад.

По садовой тропинке Корридон дошел до стены и увидел пустынную аллею. Он на мгновенье задумался, вспоминая, где находится. Справа был Гайд-парк, слева – Алберт-Холл. Если удастся добраться до квартиры Марион Говард, можно будет переждать у нее, пока кончится облава.

Его подвела спешка. Из тени наперерез вышла фигура.

– Это ты, Билл?

Корридон очутился лицом к лицу с полицейским.

– Теперь его возьмут, – сказал тот, глядя на крышу. – Ты…

Он не договорил. Молниеносный удар в челюсть заставил его свалиться на землю. Корридон бросился бежать.

Глава 13

С Пикадилли Корридон свернул в переулок, ведущий на Дувр-стрит, остановился на мгновенье и огляделся. Убедившись, что никто не обращает на него внимания, он двинулся дальше. На улицах было много патрулей, и ушло более часа, прежде чем он добрался до дома Марион Говард.

Ее квартира находилась на верхнем этаже. Корридон нажал кнопку звонка и перегнулся через перила.

Девушка открыла дверь, и сперва он ее не узнал – так она не походила на посещавшую его уличную проститутку.

– Привет, – тихо сказал он. – Можно зайти?

Она посторонилась.

– Конечно.

Корридон вошел в гостиную.

– Позови сюда Ричи, – велел он. – У меня неприятности.

– За квартирой могут следить, – предупредила Марион. – Это очень важно?

Он усмехнулся.

– Я же сказал.

Девушка пристально посмотрела на него и направилась к телефону. Набрав номер, что-то быстро проговорила, положила трубку и повернулась к Корридону.

– Он приедет.

Корридон кивнул.

– Уже слышала новость?

– Какую?

– Убит Листренж. – Он толкнул себя пальцем в грудь. – Это сделал я.

– Я приготовлю вам выпить. Вам это необходимо, сказала Марион и вышла из комнаты.

Никакого смущения, никаких расспросов, только забота о нем, одобрительно заметил Корридон. Он опустился на диван и закрыл лицо руками. Голова болела, ноги казались свинцовыми.

Марион вернулась с виски, стаканом и сифоном с содовой и поставила все это перед ним на стол.

– Хотите перекусить?

Мартин покачал головой и налил себе виски.

– Я не голоден. Ричи скоро будет?

– Минут через десять.

Корридон залпом выпил, сунул руку в карман за сигаретами и улыбнулся.

– Ты не куришь?

– Нет, благодарю.

– Не думаю, что полковник обрадуется нашей встрече. Я влип по уши, – хмуро проговорил Корридон. – Втянул меня, будь он проклят; теперь пусть выручает.

– Выручит, – спокойно сказала Марион.

– Не уверен. Ему придется ссориться. Кое-кто может захотеть моей крови.

– Боюсь, тогда захотят и его крови. Вы же знаете, он не прячется за своих агентов.

Мартин внезапно смутился. Он все время думал только о себе. Ему и в голову не приходило, что Ричи замешан в этом деле не меньше, чем он.

Не надо было выбирать меня, – раздраженно бросил Корридон. – Я его не просил.

Вы самый лучший его человек, – возразила Марион. – Он восхищается вами.

– Мной? – Корридон был изумлен. – Чепуха! Он выбрал меня потому, что у меня отвратительная репутация. Его хватит удар, когда он узнает, что случилось.

– Он выбрал вас потому, что в настоящее время это самое важное дело, какое у нас есть, – серьезно сказала Марион. – Он выбрал вас потому, что только вы можете нам помочь.

– Давайте не будем спорить. – Корридон выпил еще стаканчик. – Как раз то, что мне нужно… А теперь лучше уберите бутылочку. Ричи не любит пьяных агентов. – Пока девушка убирала бутылку и сифон в сервант, он продолжал: – Да, кстати, вам-то уж, по-моему, точно не стоит заниматься этой работой. Те два парня, что следили за мной, чрезвычайно опасны.

Она улыбнулась.

Я видела их. Маленький – Карл Брюгер, обвиняющийся в преступлениях на территории Польши во время войны. Высокий – Ян Евский, он вырывал золотые зубы и коронки у евреев. Из этой пары он самый опасный. Но нельзя приготовить омлет, не разбив яиц.

Корридон пожал плечами.

– Ричи наделен счастливым даром – выбирать простаков, которые не понимают, что их ждет.

Она засмеялась.

– Не все так плохо, но спасибо за заботу. Я бы хотела еще, чтобы вы не думали дурно о полковнике Ричи. Он лишь исполняет свой долг.

– Знаю.

Корридон погасил окурок и закурил другую сигарету.

В прихожей резко прозвучал звонок.

– Сперва убедитесь, что это он, – предупредил Корридон. – Меня могли проследить.

Марион вышла из комнаты.

Корридон облегченно вздохнул, услышав голос Ричи. Дверь открылась, и тот возник на пороге.

Мужчины внимательно смотрели друг на друга, а Марион неслышно скрылась в соседней комнате.

– Итак, вы начали действовать, – произнес Ричи. – Чего же вы добились?

– Я угодил в хитрую ловушку, – сказал Корридон. – и виню в этом только себя. Полагаю, вам известно, что в воскресенье у меня было свидание с Лорин Фейдак. В квартире Лорин меня ждали ее брат и некто по имени Джозеф Диестл. Диестл предложил мне двести пятьдесят фунтов за кражу писем, которыми некая женщина якобы шантажировала его клиента. Я пришел к заключению, что это испытание, и согласился в надежде, что потом Диестл вовлечет меня в организацию. Вместо этого я попал в западню: меня использовали в качестве подставного убийцы Листренжа.

– Вы беседовали с Диестлом в воскресенье?

– Корридон кивнул.

– Почему же вы не известили Марион? А если бы вас убрали? Я бы никогда не услышал о Диестле. Вы понимаете, насколько важна для меня подобная информация?

– Я провел ночь с Лорин Фейдак, – огрызнулся Корридон. – Да и не думал я, что это важно.

Ричи изумленно уставился на него, подошел к дивану и сел.

– Если бы вы доложили Марион, я послал бы кого-нибудь наблюдать за вами, и тогда бы у нас был свидетель. Мне не нравится, что вы вели себя как дурак.

– Ладно, – смутился Корридон. – Я влип. Но все равно, втянули меня вы.

– Понимаете, что означает убийство Листренжа. спросил Ричи. – Поднимется ужасный шум. Вас видели входящим в квартиру и дадут подробное описание внешности. Полиции вы известны. Женщина заявит, что у нее из стола пропали драгоценности и что взяли их именно вы. Она скажет, что вы хладнокровно пристрелили Листренжа.

– Там не было драгоценностей, и я не убивал его.

– Знаю. Но это трудно доказать.

– Это нужно доказать! – вскипел Корридон. – Я не хочу, чтобы меня повесили.

Ричи достал портсигар, выбрал сигарету и закурил.

– У вас есть какие-нибудь предложения? – мягко спросил он.

– Я расскажу свою историю полиции, а вы ее подтвердите.

– Боюсь, не все так просто, – заметил полковник. – Естественно, вы смотрите со своей колокольни. Но я вижу положение с разных точек зрения. До сих пор в организации не знают, что обнаружены. Они полагают, что все их трюки скрыты от нас, и мы блуждаем в потемках. Они понятия не имеют, что я охочусь за ними. Если же я выступлю в вашу защиту, то все сразу станет ясно, и дело еще больше осложнится… В интересах государства я должен остаться в тени.

Корридон замер.

– Давайте начистоту, – сказал он. – Вы бросите меня волкам?

Ричи задумчиво выпустил струю дыма и стряхнул пепел.

– Увы, да. Вы оступились, как признаете, по собственной глупости. Если бы вы предупредили Марион, я послал бы кого-нибудь подстраховать вас. Тогда, имея свидетеля, можно было бы смело брать эту женщину, и мне не пришлось бы выходить на свет. Но сейчас, выбирая между вами и родиной… Мне очень жаль.

Корридон подошел к серванту, достал виски и сифон.

– Поскольку я на вас больше не работаю, то вполне могу выпить. Хотите?

Ричи покачал головой.

– Надеюсь, вы не рассчитываете, что я добровольно явлюсь к Роулинсу? – продолжал Корридон. – Вам кажется, что ягненок сам должен прийти к мяснику?.. Пора бы вам знать меня. Родина прежде всего? Я дорожу своей жизнью и постараюсь подольше сохранить ее. Боюсь, что наш скромный план дал осечку.

– Кажется, я неверно судил о вас, – произнес Ричи. – Я ошибся, оказав вам доверие.

– Согласен, – кивнул Корридон. – Я предупреждал об этом, полковник. Простите, но я не разделяю ваших патриотических чувств. А вот в организации, если узнают о вас, мне помогут. Их, возможно, заинтересует, что случилось с номером 12 – тем, что покончил самоубийством. Им также любопытно будет освоить те методы, которым в прошлом вы так старательно меня обучали… Что скажете, полковник?

Ричи задумчиво разглядывал Корридона. Лицо его прояснилось, и он улыбнулся.

– Вы, безусловно, правы. Это единственный путь. Если они узнают о нашем разговоре, то, пожалуй, поверят вам… Игра очень опасная, но рискнуть можно.

Корридон усмехнулся.

– Черт побери! А я надеялся увидеть вас в гневе… На этот раз надо быть поосторожней. В качестве приманки придется использовать вас.

– Верно, я приготовлюсь. Вы расскажете все, что знаете, и это должно быть правдой. Они станут проверять, и не дай Бог заподозрят во лжи. Зато если вас примут, вы сумеете разузнать о них все. Только одна просьба: не втягивайте в это дело Марион. Не хотел вам этого говорить, однако признаюсь – она моя племянница, и я очень люблю ее.

– Я тоже не хочу выдавать ее; я не продаю друзей. Но если спросят – скажу. Лучше уберите ее и спрячьте так, чтобы нельзя было найти.

Ричи кивнул.

– Вы правы. Я уберу ее. – Он пристально посмотрел на Корридона. – Простите, что разговаривал с вами подобным образом. Беру свои слова обратно. Вы ничуть не изменились.

Корридон улыбнулся.

– Ну что ж, я пошел. Уходя, захватите с собой Марион. Она не будет здесь в безопасности и часа. – Они обменялись рукопожатием. – Пока, полковник. Скоро я подарю вам их скальпы. И это не будет стоить ни гроша. Я сделаю это ради собственного удовольствия.

– Желаю удачи, Мартин. Будьте предельно осторожны. Если понадобится помощь, вы знаете, где меня найти. Я думаю, Марион была бы рада с вами проститься.

Корридон покачал головой.

– Нет. Сейчас у меня есть подружка, и я не хочу другой. – Он усмехнулся. – Беда в том, что ваша племянница красива. Вы это знаете, полковник? Я мог бы влюбиться в нее; это мой тип женщины. Поэтому чем меньше я буду ее видеть, тем лучше для нее… и, возможно, для меня.

Марион, которая подслушивала за дверью, покраснела.

Глава 14

Корридон вдавил кнопку звонка. По дороге к квартире Лорин ему дважды пришлось спасаться: один раз от патрульной машины, второй – от детектива в штатском, который решил самолично арестовать его. От патрульной машины он спрятался за садовой оградой и просидел минут двадцать. От детектива отделаться было легче. Корридон ударил его в челюсть, и этого оказалось достаточно.

Он прислушался к хриплой трели звонка. Интересно, одна ли Лорин…

Потом из-за двери раздался ее голос:

– Кто там?

– Это я, милая, открой мне.

Лорин открыла дверь. В ночном халатике она казалась маленькой и очаровательной, но взгляд у нее был испуганный.

– Мартин! В такое время. Три часа ночи…

Он шагнул в переднюю и закрыл дверь.

– Я знаю, – сказал он, вталкивая ее в гостиную. – Мне надо воспользоваться твоим телефоном. Иди и приготовь кофе.

– Мартин, ты с ума сошел! Ты не должен…

Корридон схватил ее за руки.

– Я не шучу, Лорин. Это очень серьезно. Какой номер у твоего брата?

– Отпусти! Как ты смеешь…

– Номер брата!

– Беркли, 54–45, – ответила она. – Но зачем тебе Слейд? Что случилось?

– Твой милый братец и его дружок устроили так, что меня обвинили в убийстве. – Корридон набрал номер, который она ему дала. – Не стой столбом, приготовь кофе. И оденься – твой халат неприличен.

Лорин не шевельнулась. Сложив руки на груди, она стояла посреди комнаты и смотрела на него широко раскрытыми глазами.

– Убийство?!

В трубке раздался голос Слейда.

– Да. Кто это?

– Корридон. Слушайте внимательно: берите Диест-ла и приезжайте прямо к своей сестре. Пошутили и хватит, теперь моя очередь. Только не вздумайте устраивать еще какую-нибудь шутку. Учтите, Лорин у меня в руках, и я с удовольствием стисну ее шейку.

Пока Фейдак тяжело сопел, Корридон бросил трубку.

Лорин отшатнулась.

– Но, Мартин…

– Не тревожься, ничего с тобой не случится, – сказал Корридон и пристально посмотрел на нее. – Ты знаешь, что они придумали?

– Не понимаю, о чем ты, Мартин. Ты напугал меня. Что произошло?

– Тебе известна история с этими письмами?

Она колебалась.

– Слейд что-то говорил о них. Он… он хотел, чтобы ты…

– Ты не знала, что это ловушка? Нет, вряд ли… Там не было никаких писем. У женщины находился Дэвид Листренж. Она застрелила его на моих глазах, а я стал убийцей. Я хочу снять с себя это обвинение.

– Не верю!

– Поверишь, когда прочитаешь завтрашние газеты. Поверишь, когда Слейда повесят.

– Дорогой… – Лорин приблизилась и положила руки ему на грудь. – Ты так напугал меня! Но если у тебя неприятности, я сделаю все возможное, чтобы спасти тебя.

Он оттолкнул ее.

– Прекрасно. Начни с приготовления кофе. И послушай моего совета, детка: избавься от нефритового кольца, оно опасно.

Корридон заметил, как она вздрогнула.

– Ты хорошо себя чувствуешь? – с беспокойством спросила Лорин. – Ты говоришь странные вещи.

Он повернулся и подтолкнул ее к двери, слегка ударив по мягкому месту.

– Иди, иди.

Пока она готовила кофе, Корридон разделся и сел. Минуты тянулись медленно. Интересно, в какой степени Лорин посвящена в дела брата. Вероятно, Слейд использует ее лишь в качестве приманки…

Она вошла в комнату с подносом. На этот раз ее волосы были собраны в пучок, плечи покрывала шаль. Рука с кофейником чуть заметно дрожала.

– Послушай, хватит валять дурака. Насколько ты завязла в этом деде?

Лорин испуганно взглянула на него.

– Не говори загадками. Что ты имеешь в виду? Какое дело?..

– Слейд и Диестл создали организацию, главной целью которой является нанесение ущерба экономике страны. Ты не знала?

Она поджала губы.

– Я… я догадывалась, что там что-то нечисто, но он никогда не рассказывал…

Корридон взял чашку кофе.

– Теперь знаешь.

– Не могу этому поверить! Пожалуйста, не говори гак. Я… я не хочу ничего слушать.

– Почему ты носишь кольцо? – продолжал Корридон. – Тебе известно, что каждый член организации носит такое кольцо?

– Слейд дал поносить… Сейчас оно у него.

«Возможно», – подумал Корридон. Они и рассчитывали на его интерес к кольцу…

Раздался звонок. Лорин вскочила, но Корридон схватил ее за руку.

– Ты останешься здесь. Я сам открою.

Он подошел и, набросив цепочку, на пару дюймов приоткрыл дверь. На лестничной площадке стояли Диестл и Фейдак. Убедившись, что кроме них никого нет, Корридон снял цепочку.

– Входите.

Фейдак был бледен и дрожал. Спокойное лицо Диестла ничего не выражало. Корридон прошел в комнату и налил себе еще чашку кофе.

– В какую шутку вы меня втянули? – спросил он у Диестла. – Вот спасибо!

Диестл подошел к погасшему камину.

– Вас разыскивает полиция, – бесстрастно сказал он. – Вы знаете?

Корридон усмехнулся.

– Будет неумно сообщить им, где я нахожусь. Вы надеялись, что меня схватят на месте преступления, поэтому послали своего толстяка-телохранителя, чтобы я не смог убежать. К несчастью, я все же сбежал, и теперь вы хотите избавиться от меня.

Диестл высоко поднял черные брови.

– Не понимаю, о чем вы говорите. Но оставаться здесь вам нельзя.

– Позвоните в полицию. Действуйте.

– Если бы не Лорин, позвонил бы, – улыбнулся Диестл. – Я бы обязательно вызвал полицию. Я просто не хочу вмешиваться в такие дела. Будет лучше, если вы уйдете сами.

Корридон закурил сигарету.

– Простите, но вынужден вас разочаровать. Я останусь здесь. И давайте не тратить зря время. Буду с вами откровенен. До недавнего времени я был агентом, прикрепленным к одному отделу, – отделу ребят плаща и кинжала. Вероятно, вы слышали о них. Их задача – вылавливать шпионов и саботажников. Руководит ими некий полковник из военного ведомства. Он охотится за вами. Мне было приказано вступить с вами в контакт и разведать о вашей деятельности. Поскольку вы обманули меня, и я влип с этой кражей писем, власти хотят наложить на меня лапу. Пока не надоело?

Диестл покачал головой.

– Если вам нравится, продолжайте. Я понятия не имею, о чем вы говорите, но это забавно.

– Нравится, – весело отозвался Корридон. – Полковник особенно озабочен сохранением тайны, – чтобы вы не узнали, что он идет по вашим следам. По этой причине он мной пожертвовал. Я оказался между молотом и наковальней, и у меня нет иного пути, как предложить вам свои услуги.

– Я бы не стал ими пользоваться, – отрезал Диестл. – У меня нет привычки нанимать убийц.

– Боюсь, что это не соответствует действительности. Карл Брюгер – профессиональный убийца.

На мгновенье Диестл вспыхнул, но тут же взял себя в руки.

– Не знаю, о ком вы говорите.

– О Яне Евском вы тоже, вероятно, не слышали?

Снова Диестл с трудом сдержался.

– Нет, не слышал, – ответил он, и улыбка сползла с его лица.

– Нам кое-что известно о вашей организации, – продолжал Корридон, стряхнув пепел, – известно о нефритовых кольцах. Полковник действует чрезвычайно активно, на вас и ваших людей заведено досье. Меня тоже должны были использовать против вас. Однако не станем залезать в дебри. Мне все равно, на кого работать, лишь бы платили. Я знаю их структуру, я знаю их агентов, я знаю их методы. Я могу сказать, кто за вами следит, и вы смогли бы заставить их работать под вашим контролем. Помимо всего прочего, я могу обучать новобранцев. Конечно, мне нужны будут деньги, но не забывайте, что я хороший взломщик.

Диестл холодно разглядывал Корридона.

– Вы либо пьяны, либо сошли с ума. Предлагаю вам немедленно покинуть этот дом.

Корридон засмеялся. – Все еще осторожничаете? Вы лучше спросите себя, сумеете ли без меня обойтись? Ваш номер 12 был схвачен и заговорил.

По лицу Диестла пробежала тень.

– Не верьте ему! – резко сказал Фейдак. – Он что-то задумал.

– Возможно. Но, полагаю, он прав: без него не обойтись. – В руке Диестла появился небольшой пистолет. – Что вам известно о номере 12?

– Вот это уже лучше, – удовлетворенно произнес Корридон. – По крайней мере, начали понимать, о чем речь… Вы ведь удивились, когда он исчез, не так ли? С ним не особенно церемонились, и он не выдержал. Возможно, ему больше нечего было сказать, но они не поверили. Он умер под пыткой.

Фейдак задохнулся от ужаса. Корридон повернулся к нему.

– Сомневаюсь, чтобы вы вели себя так, как номер 12, – улыбнулся он. – Вас бы на полчасика к этим ребятам… Впрочем, вы, скорее всего, расколетесь и до пыток.

– Достаточно, – оборвал Диестл. – Назовите имя этого полковника.

Корридон покачал головой.

– И вы хотите, чтобы я открыл свою лучшую карту? Сделайте кое-что для меня, и тогда я сделаю все для вас. Дайте мне работу и убежище. Я смогу оказаться полезным… Только на этих условиях.

Диестл посмотрел на Фейдака.

– Переправим его в Бейнтриз, – произнес он. – У нас свои методы заставить человека говорить.

Глава 15

В темноте мерцал лишь огонек сигареты Брюгера. Корридон сидел на полу, прислонясь спиной к стенке фургона, который трясся по неизвестной дороге. Он потерял всякое представление о времени.

Его забрали Брюгер и Евский, прибывшие на квартиру Лорин. Он с охотой последовал за ними, сознавая, что положение крайне опасно, но риск оправдан. Корридон сомневался, что Диестл был главой организации, – Брюгер и Евский вели себя с ним пренебрежительно, порой грубо. Было также очевидно, что Фейдак является пешкой в этой игре. Он явно боялся и Брюгера, и Евского. Лорин ушла в свою комнату, вернее, туда ее увел брат еще перед прибытием Брюгера и Евского. Казалось, она была потрясена тем, что рассказал Корридон.

Они ехали более часа, потом фургон замедлил ход. Дверца распахнулась.

– Выходи, – приказал Брюгер.

Корридон соскочил на землю; следом за ним сошел Евский с маузером в руке.

Вокруг стояла кромешная тьма, и лишь фары пикапа освещали дорогу из гравия, вьющуюся средь высоких деревьев. Смутно виднелся большой дом.

– Пошли, – буркнул Евский и двинулся в направлении дома.

Корридон последовал за ним, рядом шагал Брюгер.

Дверь открылась, и все трое вошли в огромный зал, освещенный яркими лампами, с обитыми дубовыми панелями стенами.

Мужчина в черных брюках и белом пиджаке закрыл за ними дверь.

Брюгер и Евский удалились. Мужчина посмотрел на Корридона и кашлянул.

– Идите за мной, – сухо сказал он. – Вас желает видеть доктор Хомер.

Корридон с интересом разглядывал его, хорошо зная этот тип людей. Высокий и стройный, тонкогубый, с большим лбом, маленькими черными глазами, крючковатым носом… Такие во время войны работали в гестапо. Машина для уничтожения людей, автомат-безжалостный и эффективный. Если Брюгер и Евский опасны, то этот человек ужасен.

– Следуйте за мной, – повторил он и молча направился через холл в широкий коридор. Он открыл дверь и остановился, поджидая, когда приблизится Корридон. Проходя мимо, Корридон уловил сильный запах бренди.

Он попал в небольшую, уютно обставленную комнату, в которой ярко пылал камин. Единственная лампа освещала красный персидский ковер. Перед камином, наполовину скрытый креслом, сидел мужчина.

– Мистер Корридон?

– Да.

– Прекрасно. Ступайте, Эмис, – сказал мужчина. – Когда вы понадобитесь, я позову.

Тот вышел и закрыл за собой дверь.

– Подойдите к огню, вы, должно быть, замерзли. Разрешите представиться-доктор Пол Хомер. Я действительно очень рад вас здесь видеть.

– Не уверен, что это взаимно, – сухо произнес Корридон и подошел к камину. Сел в кресло напротив Хомера и, вытянув длинные ноги, в упор стал разглядывать крупного толстого мужчину с округлым лицом, маленькими тусклыми глазками и широкой улыбкой, открывающей желтые лошадиные зубы.

Хомер носил черные в белую полоску брюки и, так же как Эмис, белый пиджак. Заметно поредевшие волосы спадали на уши и шею, как у Ллойд Джорджа.

– Приятная неожиданность, – улыбнулся Хомер. – Мне, безусловно, известна ваша репутация, а теперь, когда Диестл рассказал о вашем решении… Так, значит, желаете присоединиться к нам?

– Да, – ответил Корридон и, достав портсигар, предложил Хомеру сигарету.

Тот покачал головой.

– Спасибо. После войны я бросил курить и теперь чувствую себя значительно лучше. Очень рад, мистер Корридон, – продолжал он, – что вы решили быть с нами. Мы нуждаемся в таких людях. У вас богатый опыт, который, я уверен, сослужит хорошую службу.

– Надеюсь на это, – ответил Корридон, удивленный направлением разговора. – Но должен предупредить вас, что я намерен сделать кое-что и для себя.

Хомер хихикнул.

– Я вижу, вы не лишены чувства юмора. Великолепно, великолепно… В настоящий момент вы находитесь на испытании и, боюсь, под наблюдением. Однако как только мы убедимся в вашей преданности, вы будете вознаграждены за все. – Он улыбнулся. – Насколько я понимаю, Диестл вам не верит. Очень подозрительный человек… Разумеется, он прав. Для безопасности лучше перестраховаться.

– Выходит, я должен считать себя пленником? – с вежливым интересом спросил Корридон.

– Ну, это, пожалуй, сильно сказано. Сформулируем так: ваша свобода временно ограничена. И поскольку между нами идет откровенный разговор, примите мой совет – не пытайтесь отсюда исчезнуть. Дом окружен высокой оградой, по которой пропущен ток; она непреодолима и чрезвычайно опасна. Ночью по ее периметру бегают полицейские овчарки. Лично я не рискую выходить в темноте на улицу… Кроме того, снаружи установлена фотоэлектрическая сигнализация. Ворота также хорошо охраняются. – Он махнул рукой. – Существует неписаное правило: любой захваченный при попытке к бегству подлежит ликвидации. Может быть, вам это покажется невероятным, но это так. У нас сейчас несколько человек содержатся под стражей, и не дай Бог кто-нибудь попробует бежать. – Хомер снова улыбнулся. – Боюсь, Эмис жесток, но он успешно поддерживает дисциплину.

– Мне это напоминает концлагерь, – заметил Корридон.

– Что вы! Пока мы сотрудничаем с людьми, жизнь для них весьма приятна. Другое дело, нарушители порядка…

– Не будет ли бестактно с моей стороны осведомиться, где я нахожусь?

Хомер достал платок и вытер лицо.

– Вы это узнаете, когда пройдет испытательный срок. Позже вам покажут все, но пока лучше не знать ничего лишнего. Что касается дома… Он зарегистрирован как водолечебница. Полиции и прочим любопытным этого достаточно. Единственная особенность: здесь всегда много народу, и редко появляются новые пациенты. – Он лукаво улыбнулся. – Фактически, Бейнтриз – штаб-квартира нашего движения.

– Весьма любопытно, – сказал Корридою-Но я крайне мало знаю о вашей организации, а то, что знаю, довольно односторонне. Каковы ваши цели?

– Резонный интерес. С вами можно разговаривать откровенно, мистер Корридон, поскольку отсюда не убежать… Объединенное Европейское Движение призвано, короче говоря, брать у победителей и отдавать побежденным. Действуя подобным образом, мы можем превратить Англию в самую низкоразрядную страну. Она уже катится в болото нищеты. Пара крепких толчков, и она падет.

Корридон изумленно смотрел на него, полагая, что тот шутит, однако Хомер был достаточно серьезен.

– Что же случится, когда государство придет в упадок?

– Франция практически кончена. Ослабленные Англия и Франция откроют дверь для нового европейского режима. Возможно, на это потребуются годы, но рано или поздно…

– А Америку в расчет берете?

– Нет, – ответил Хомер. – Думаю, ее сумеет нейтрализовать Россия, не так ли?

– По чести говоря, то, что вы мне сказали, звучит не очень убедительно. Боюсь, вас ждут малоприятные неожиданности… Не кажется ли вам, что это похоже на моську, пытающуюся укусить слона?

Хомер посмотрел на него и нерешительно улыбнулся.

– Но высокая идея ведет моську вперед… Я вижу, вы человек, не склонный к фантазиям. – Он понизил голос. – Я не могу быть полностью откровенен. Но удивительно, как многие люди верят этому! Не сомневаюсь, что вы отнесетесь к объяснению снисходительно. Лично мне хорошо платят из фонда заинтересованных лиц, я радуюсь жизни и не ищу объекта для поклонения.

– Иными словами, – вмешался Корридон, – вы представляете собой пятую колонну, субсидируемую иностранцами с целью подорвать экономику страны?.. Остальная болтовня насчет нового режима служит для спокойствия определенной категории работающих на вас людей.

Хомер убрал платок в карман.

– Между нами, мистер Корридон, это более или менее верно, но я попрошу вас не выражать столь откровенно свои мысли перед другими. Некоторым это вообще может не понравиться.

– Контора ваша?

– Вы… э… хотите спросить, не я ли руководитель? Боже упаси! Я лишь представляюсь в качестве владельца лечебницы. Ни больше, ни меньше. Фактически, когда речь идет о действиях, моим начальником является Эмис. Я одобряю ваше любопытство, но должен предупредить, что вы подвергаете себя очень большой опасности. Личность лидера – строжайший секрет. Любой, кто попытается его узнать, будет иметь крупные неприятности. – Он посмотрел на часы. – Без двадцати пять. Сейчас вам лучше немного отдохнуть. Завтра с вами поговорит Ди-естл. И потом еще Эмис, конечно… – Он наклонился вперед и надавил кнопку звонка. – Эмис вас проводит. Будьте осторожны с ним, мистер Корридон.

В комнату бесшумно вошел Эмис.

– Мистер Корридон готов идти спать, – сказал Хомер и хихикнул. – Пожалуйста, позаботьтесь о нем.

Эмис кивнул.

– Спокойной ночи, мистер Корридон, – г сказал Хомер. – До завтра.

– Спокойной ночи, – дружелюбно отозвался Корри-дон и встал. У самой двери Хомер остановил его.

– Одну минутку. Вы не думаете, Эмис, что гостю следует показать нашего друга Лемана? – Он улыбнулся. – Леман всегда отличался упрямством, мистер Кор-ридон. Он был уверен, что сумеет удрать. Поглядите на него, это поучительный пример.

– Пошли, – тихо скомандовал Эмис и шагнул в коридор. Корридон последовал за ним вниз по лестнице.

Эмис остановился у одной из подвальных дверей и отодвинул засов.

– Это Леман, – сказал он. – То же самое случится с любым, кто будет схвачен при попытке к бегству… Он прожил так сорок семь часов.

Корридон заглянул в камеру и почувствовал, как стынет в жилах кровь. У дальней стены висело тело подвешенного за руки мужчины… На лице Эмиса играла улыбка.

– Я вижу, вы живете здесь по своим правилам, – холодно проговорил Корридон.

Глава 16

Комната была маленькая и светлая-очень симпатичная, отметил Корридон, открывая глаза и потягиваясь. Было двадцать минут одиннадцатого. Он проспал пять с половиной часов и теперь чувствовал себя гораздо лучше.

В открытое окно вливались солнечные лучи, высвечивая яркие пятна на буром ковре. Белые стены и белая постель напоминали больницу. Типичная палата, которую можно встретить в любой частной клинике.

Корридон закурил сигарету и задумался. Он пленник, это ясно. Мертвец в камере – не шутка. Погибнуть ужасной смертью только потому, что пытался бежать… Корридон нахмурился.

Они опасные люди, особенно Эмис. Хомер – толстый дурак; хитрый, коварный, но дурак. Диестл опасен, но вряд ли имеет вес-фанатик. Фейдак не опасен и не имеет веса. Самый страшный из всех-Эмис.

Прежде всего – и это важнейшая задача – необходимо узнать, где находится Бейнтриз. Потом надо установить контакт с Ричи. Потребуется время, а одно неверное движение, и можно оказаться на месте Лемана. Несомненно, Хомер не преувеличивал, когда описывал прелести Бейнтриза. Электрифицированная ограда, полицейские овчарки, невидимые лучи, охрана и смерть при попытке к бегству – все это правда. Надо заслужить их доверие. Иначе отсюда не выбраться.

Корридон пролежал еще несколько минут, разглядывая потолок и размышляя. Как узнать, где расположен этот дом? Телефонные номера на аппаратах могли бы дать ключ, если только их не сняли. Что-то можно предположить по клейму, которое ставит на счетчиках районная электрокомпания… Да, вполне вероятно, что они предусмотрели не все.

Открылась дверь, и вошел Эмис с одеждой в руках. Он швырнул ее на постель.

– Пока вы здесь, будете носить это. Свою одежду уберите в шкаф. Все новички одеваются так – пока не заслужат доверие. В одиннадцать тридцать вас начнут допрашивать.

Корридон кивнул.

– Ради чистого любопытства, скажите мне, как вы думаете избавиться от Лемана?

Эмис улыбнулся.

– Я вижу, он произвел на вас впечатление… Избавиться от него очень легко – здесь хорошие печи.

Он вышел из комнаты так же тихо, как и вошел. Корридон с усмешкой стал разглядывать принесенную одежду: белый хлопчатобумажный костюм и белые тапочки. На спине белого пиджака был большой желтый круг. Разглядывая костюм, он обратил внимание, что круг флюоресцирует – значит, в темноте будет отчетливо виден. «Прекрасная мишень», – мрачно подумал Корридон.

Пока он брился, распахнулась дверь и вошел Евский с подносом. Поставив поднос на стол, он подозрительно оглядел Корридона и ушел.

Корридон выпил чашку превосходного кофе, съел яйцо и бекон и, усевшись в кресле у окна, закурил сигарету. Ровно в половине двенадцатого открылась дверь и появился Брюгер.

– Пошли.

Корридон встал.

– Как вас зовут? – неожиданно спросил он.

Брюгер пристально посмотрел на него, но выражение его лица не изменилось.

– Следуйте за мной, – сухо приказал он и вышел в коридор.

Хомер сидел за столом у окна, Диестл стоял у камина, Эмис прислонился к стене возле двери. Евский, широко расставив ноги и сжимая дубинку, стоял посреди комнаты.

– Входите, мистер Корридон, – – пригласил Хомер. – Садитесь к столу напротив меня. Брюгер, придвиньте стул мистеру Корридону. Вот так.

Корридон сел. За его спиной встал Евский с дубинкой.

– Итак, мистер Корридон, – начал Хомер, – не будем зря тратить время. Вы можете предоставить нам некоторую информацию. Мистеру Диестлу вы сообщили, что против нашего движения собираются принять оперативные меры. Это правда?

– Конечно, – пожал плечами Корридон. – За вашей деятельностью следит специальный отдел военного ведомства. Они знают, что вы организовали убийство министра по европейским делам. Они также знают, что вы стояли за крупными забастовками, которые недавно сорвали наши экспортные поставки. Одного из ваших агентов– номер 12 – схватили, и он заговорил.

Хомер достал носовой платок и вытер им руки.

– Кто руководит отделом?

– Полковник Говард Ричи, – ответил Корридон. – Во время войны мы работали вместе. Он первоклассный специалист и очень опасный человек.

Хомер и Диестл переглянулись.

– Что же ему известно? – сухо спросил Диестл.

– Этого я не могу сказать. Во всяком случае, будьте уверены: Ричи знает все, что знал номер 12. Он следит за Евским и Брюгером. Он знает, кто они,и предупредил меня.

Хомер вытер платком кончик носа.

– Он знает про Бейнтриз?

Корридон покачал головой.

– Нет. Но он ищет вашу штаб-квартиру. Полковник умеет работать и рано или поздно найдет. Особенно если вы и впредь будете иметь дело с такими запоминающимися лицами, как Брюгер и Евский.

Снова Диестл и Хомер переглянулись. Потом Хомер произнес, глядя на Эмиса:

– Мистер Корридон, кажется, стремится сотрудничать с нами. Может быть, дальнейший разговор мы поведем без их помощи?

И он махнул рукой на Брюгера и Евского, которые изумленно смотрели на Корридона.

Эмис кивнул.

– Выйдите, вы, оба.

Они вышли.

– А теперь, мистер Корридон, – продолжил Хомер, – какова ваша роль?

Корридон рассказал о Милли Льюис, о находке нефритового кольца, об убийстве Милли, о том, как Роулинс повел его к Ричи, и что из этого вышло. Он ничего не скрывал и видел, что Хомер и Диестл верят ему.

– Вы в опасном положении, – заключил Корридон. – Этот отдел-охотников за людьми – никогда не ошибается. Если не хотите, чтобы вас немедленно взяли, действуйте осторожней и долго здесь не оставайтесь.

– А что вы еще посоветуете? – с беспокойством спросил Хомер.

– Для начала откажитесь от нефритовых колец. Знаки секретного общества-не только опасная, но и ребяческая затея. Начните сами шпионить за противником. Убедитесь в преданности каждого члена вашей организации. Не работайте с такими приметными личностями, как Брюгер и Евский. У Ричи есть досье на всех военных преступников.

Наступила долгая пауза.

– Он прав, – обратился Хомер к Диестлу. – Я был против этой парочки с самого начала. Надо от них избавиться.

– Они могут оставаться здесь, – холодно возразил Эмис. – Не обязательно посылать их на задания, но я не хочу их терять. Они полезны.

– Да, – согласился Диестл. – Пусть будут здесь. – Он пристально смотрел на Корридона. – Еще какие предложения?

Корридон пожал плечами.

– Поскольку я не имею понятия о структуре организации и не знаю, как вы сноситесь друг с другом, конкретных рекомендаций дать не могу. Думаю, Ричи имеет в вашей организации не одного своего человека. Вы не должны забывать, что его не интересуют мелкие сошки; он будет вести игру, пока не убедится, что в его руках лидеры.

– Вы считаете, что есть смысл избавиться от Ричи? – спросил Диестл.

– Безусловно, – решительно ответил Корридон. – Он – мозг отдела и держит все нити в своих руках. Избавившись от него, вы лишите противника инициативы. Правда, ненадолго. Всегда найдутся люди на его место.

– Но, возможно, не столь умные?

– Возможно.

– Значит, по-вашему, мы должны избавиться от Ричи?

– Если сумеете…

– Но это возможно?

Корридон вновь пожал плечами.

– Вы бы взяли на себя эту работу? – спросил Диестл после паузы.

– Это зависит от многого, – проговорил Корридон. – В частности, от расценок.

– Не понимаю, – нахмурился Диестл.

– Послушайте, я не из тех ваших идиотов, которые верят в новый режим. Ричи обещал мне тысячу фунтов – половину в банк на мое имя, вторую половину после выполнения задания.

– Из всего, что вы только что сказали, я понял одно: вы с Ричи были друзьями, – холодно заметил Диестл.

– Этого я не говорил. Я сказал, что мы работали вместе.

– Вы готовы убрать его для нас?

– Разумеется, в пределах моих возможностей.

– И у вас нет других мотивов, кроме торгашеских?

– Конечно, нет, – улыбнулся Корридон, – А что?

– Если мы поверим в ваши способности, как вы ими распорядитесь?

– Понятия не имею, работа трудная. Значит, надо все обдумать и спланировать. Но уверяю вас, что это возможно, и я сумею это сделать.

– Мы рассмотрим ваше предложение, – произнес Диестл. – Если вы добьетесь успеха, я не вижу причин, почему бы вам не стать действительным членом нашей организации и получить солидное вознаграждение. Если вас постигнет неудача, я сомневаюсь, что мы сможем вас использовать. Устраивает?

Корридон развел руками.

– Поскольку я никогда еще не промахивался, альтернатива меня не тревожит. Сделаем так. Если я выполню работу, я получу тысячу фунтов и стану членом организации. Идет?

– Да.

– Тогда договорились, – сказал Корридон.

Глава 17

Окна обеденного зала длинной узкой комнаты с высоким потолком – выходили в сад. Стены были обиты дубовыми панелями и украшены картинами современных французских художников. Дюжина длинных столов блестела от серебряной посуды; на каждом столе ваза с цветами.

Корридон сел между Фейдаком и Эмисом. В новом белом костюме он чувствовал себя неуютно и без восторга ловил на себе взгляды окружающих.

То была разношерстная толпа мужчин и женщин. Молодые и среднего возраста, никто из них не выглядел тем, кем был на самом деле-саботажником, шпионом или убийцей. «Девушки довольно симпатичные», – отметил Корридон.

Он обратил внимание на стол в стороне, за которым сидели шесть мужчин. Они безучастно жевали, равнодушные ко всему происходящему.

– Едва ли бы я стал связываться с подобными типами, – сказал Корридон Фейдаку. – Впрочем, чувствую, что мое место среди них.

– Нет, вы на испытании, а эти люди – пленники.

– Рад слышать, что существует хоть какая-то разница, – саркастически заметил Корридон. – Как по-вашему: долго мне придется носить это тряпье? Круг на спине вызывает неприятные ассоциации.

– Об этом не беспокойтесь, – вмешался Эмис. – Пока не попытаетесь бежать, все будет в порядке.

– Ободряющая новость, – усмехнулся Корридон. – У меня нет желания бежать отсюда.

– Сегодня днем начнете работать, – сказал Фейдак. – Для вас есть специальное поручение. Вы, надеюсь, разбираетесь в запалах и тому подобных вещах?

Корридон положил на тарелку жареной картошки. Готовили здесь превосходно.

– Кажется, разбираюсь. А что за работа?

– Нужно взорвать генератор на электростанции. Два дежурных электрика – наши люди. Мы хотим, чтобы вы показали им, как лучше это сделать. Необходимые чертежи и фотоснимки есть. Справитесь?

– Конечно. А что я получу?

– Ничего, – огрызнулся Эмис. – Или вы будете делать, что велят, или сядете на неделю в карцер. Выбирайте.

Корридон улыбнулся.

– В таком случае, буду делать, что велят.

Пообедав, он обратился к Фейдаку:

– Здесь происходит столько волнующих событий, что я никак не успеваю спросить вас о сестре. Как она?

Фейдак покраснел.

– О, спасибо, все благополучно.

– Я увижу ее тут?

Лицо Фейдака исказилось.

– Разумеется, нет. Она ничего не знает об организации, вообще ничего!

Эмис тронул Корридона за руку.

– Мы не поощряем подобных разговоров, – произнес он и бросил на Фейдака свирепый взгляд.

– Вы знакомы с его сестрой? – спросил Корридон. – Очень милая девушка. – Он оглядел присутствующих женщин. – Здесь, по-моему, плохой выбор, правда? Смотреть не на кого!

Глаза Эмиса холодно блеснули.

– Они предназначены совсем для других целей.

– У них своя работа, – добавил Фейдак.

– Могу себе представить, – усмехнулся Корридон. – А для других целей они и не годятся.

Он не был уверен, но все же ему показалось, что Эмис в душе согласен с ним.

– Вы не пытались привлечь Милли Льюис? – спросил Корридон.

– Что? – Эмис улыбнулся. – Едва ли она была лучше этих коров… Да еще воровка в придачу.

– Верно. Я знал ее довольно хорошо… Когда-нибудь мы с вами повеселимся в городе. У меня на примете парочка красоток. – И Корридон стал расписывать прелести обещанного похода. При его словах на лице Эмиса появился интерес; он с удовольствием выслушивал пикантные подробности. Фейдак с отвращением морщился.

Эмис неожиданно встал.

– Нам надо ближе познакомиться друг с другом, – сказал он, подозрительно разглядывая Корридона, – прежде чем мы сможем принять участие в подобном веселье.

Корридон усмехнулся.

– Время у пас есть.

Днем Корридон обучал инженеров с электростанции, двух самовлюбленных молодых людей. Они рассказали ему, что присоединились к движению, потому что им надоела существующая система, захотелось перемен.

Корридон сделал вид, что согласен с ними, хотя в душе удивился, как взрослые люди поверили болтовне Хомера.

Позже, когда занятие закончилось и Корридон остался один, в учебный класс зашел Фейдак.

– Ну, как они?

Корридон пожал плечами.

– Работу выполняют, если вас это интересует. Но на большее не способны.

– Большего нам от них не нужно, – сказал Фейдак и, понизив голос, продолжал: – Было бы лучше, если бы вы не упоминали имя Лорин в присутствии Эмиса. Он очень тяжелый человек и сверх меры любит женщин.

Корридон поднял брови.

– Едва ли меня можно порицать за это. Мне казалось, что она – одна из самых активных членов движения.

– Конечно нет! – поспешил возразить побледневший Фейдак. – Ни в коем случае так не говорите!

– Но ведь ей известно о существовании организации?

– Очень мало. Боюсь, что я иногда болтал лишнее в присутствии Лорин, но я не хочу вмешивать ее в это опасное дело. Я очень люблю ее и просил бы вас, Корридон, о ней помалкивать.

– Но ведь Диестл знает…

– Нет!

– Это уж совсем странно. Диестл использовал ее, чтобы заманить меня, вы не забыли?

Фейдак схватил его за руку.

– Выслушайте, пожалуйста. Это была ошибка. Диестл видел, как вы. и детектив посетили квартиру Милли Льюис, и велел Лорин подружиться с вами. Клянусь вам, она не знала, что было задумано. Если Эмис хоть на мгновенье заподозрит, что ей что-то известно о движении, он притащит ее сюда и посадит под стражу. Вы понимаете, что это означает…

– Не волнуйтесь, – сказал Корридон. – Я не желаю Лорин зла. Но мы все равно, наверное, опоздали. Вы заметили, как он посмотрел на меня, когда я о ней упомянул?

Фейдак достал платок и вытер лицо и руки.

– Если Лорин привезут сюда…

– Не беспокойтесь, – мягко произнес Корридон. – Если он меня спросит, я постараюсь унять его подозрительность.

– Только будьте с ним осторожны. Эмис очень опасен. Во время войны он был начальником гестапо во Франкфурте. Говорю вам это потому, что знаю: вы любите Лорин… Я… я и сам в вашей власти.

Корридон засмеялся.

– Вам нечего тревожиться.

– Вы ведь не хотите, чтобы с Лорин что-нибудь случилось, правда? – Фейдак впился глазами в лицо Корридона.

– Что за вопрос!

– Значит, я могу вам доверять?

– Разумеется.

Фейдак замялся.

– Я должен идти, здесь опасно разговаривать. Надеюсь, вы ничего не скажете?

– Даю вам слово участника движения.

– Спасибо.

После ухода Фейдака Корридон еще несколько минут оставался в аудитории, размышляя обо всем происходящем. Успех его авантюры зависел целиком от доверия Эмиса. Фейдака можно лишь пожалеть – молодой слабовольный дурак влез не в свое дело… Корридон больше не колебался. Он спокойно вышел из комнаты и зашагал по коридору к кабинету Хомера.

Тот как раз выходил и, увидев Корридона, заулыбался.

– А, мистер Корридон! Как первое занятие?

– Прекрасно, – ответил Корридон. – Вы не подскажете, как мне найти Эмиса?

– Он вам нужен?

– Да.

– Эмис не из самых общительных… Я бы не советовал… э-э, беспокоить его. Не могу ли я вам чем-нибудь помочь?

– Эмис велел повидать его,после того, как я проинструктирую людей.

– Тогда другое дело, – облегченно сказал Хомер. – Его комната наверху, как раз напротив лестницы.

Корридон еще раз убедился, что и Фейдак, и Хомер боятся Эмиса. Возможно, это удастся использовать в игре.

– Спасибо, – поблагодарил он и пошел по коридору, чувствуя на себя взгляд Хомера. Дойдя до лестницы, он обернулся и увидел, что Хомер все еще смотрит ему вслед. Корридон постучал в дверь Эмиса.

– Войдите.

Эмис что-то писал за столом.

– Ну?

Корридон закрыл дверь. До него донесся запах бренди.

– Фейдак только что просил меня не упоминать о сестре в вашем присутствии, – отчеканил он. – По его словам, вы чрезмерно любите женщин. Он также предупредил, что вы очень опасный человек и были руководителем гестапо во Франкфурте.

Эмис откинулся на спинку стула. Лицо его ничего не выражало.

– Почему вы мне это рассказываете?

Корридон поднял брови.

– Насколько я понял, в мои обязанности входит проверка лояльности членов организации. Фейдак не кажется мне слишком нреданным.

– Вы делаете успехи, – усмехнулся Эмис.

– Судя по всему, моя информация вас не радует, спокойно сказал Корридон. – Простите. Возможно, я совершил ошибку. Мне следовало обратиться к Хомеру, хотя, должен признаться, Хомер кажется мне слабовольным. И, кстати, он не хотел, чтобы я к вам приходил. Может быть, вы дадите совет, кому мне докладывать?

– Значит, такова ваша игра? – Эмис со зловещим выражением наклонился вперед. – Вы пытаетесь устроить ссору между нами?

– Конечно, а разве не это я должен делать? Или вы боитесь услышать, что организация не столь дисциплинированна, как вам думается?

– Умная ложь может доставить массу неприятностей, – заметил Эмис. – Допускаю, что вы стремитесь заставить меня подозревать других. Такие попытки были и раньше.

– Ну что ж, разве плохо избавиться от лишнего балласта? Я пришел сюда с надеждой заработать. Если б вы знали, как мне нужны деньги… Удаление сорняков означает большую долю в прибыли. Возьмите, например, Диестла. Он знает, что Лорин наслышана об организации, но проявляет к ней мягкость. Мы можем избавиться от Диестла. Признайтесь, хорошая идея-привлечь меня к этой работе.

Эмис не отрывал глаз от его лица.

– От Диестла избавиться нелегко, – произнес он как бы про себя. – Ему доверяет лидер.

– Времени у нас достаточно, – беспечно отмахнулся Корридон. – Если постоянно присматриваться к нему… Что вы думаете о Фейдаке?

– Я с ним побеседую, – ухмыльнулся Эмис. – Если ваши слова – правда, то его сестре лучше находиться здесь.

Корридон кивнул.

– Возможно, его придется убеждать…

– Я буду готов к этому.

Когда Корридон дошел до порога, Эмис сказал:

– С завтрашнего дня вы можете носить свою одежду. Информаторов следует поощрять.

– Верно, – улыбнулся Корридон.

Он вышел из комнаты и закрыл за собой дверь.

В конце коридора, белый как полотно, стоял Фейдак.

Корридон мельком взглянул на него и направился к себе.

Глава 18

Корридон не успел даже сесть, как раздался неистовый звон. На мгновение он замер, прислушиваясь, потом открыл дверь и выглянул в коридор. Там никого не было, но где-то возле лестницы продолжал заливаться звонок.

Напротив отворилась дверь, и в коридор вышла молодая девушка. Она была высокой и стройной, с черными вьющимися волосами, красиво обрамляющими лицо. Высокие скулы и короткий утолщенный нос наводили на мысль о ее азиатском происхождении. Корридон не мог вспомнить, видел ли он это неподвижное, как у каменного идола, лицо в столовой.

На ней был черный свитер и черные брюки, на длинных узких ступнях-сандалии.

– Что происходит? – поинтересовался Корридон. – Пожар?

Зеленые глаза внимательно осмотрели его с ног до головы.

– Кто-то пытался бежать. Это сигнал тревоги.

– Ах, вот оно что! Ну, разберутся и без моей помощи. Спасибо за информацию.

Он шагнул в свою комнату.

– Вы – Корридон? – спросила девушка. – Меня зовут Кара. Немало слышала о вас. Мы соседи.

– Очень приятно, – равнодушно кивнул Корридон. – Будем иногда видеться.

В это время раздался выстрел. В четыре прыжка он подскочил к лестнице и, перегнувшись через перила, посмотрел вниз. Там лежал Слейд Фейдак. Правая сторона его головы была разбита, и кровь заливала пожелтевшее лицо. Рука сжимала тяжелый автоматический кольт.

Появились Эмис и Брюгер. Подняв голову, Эмис заметил Корридона.

– Идите сюда! – рявкнул он.

Корридон прошел мимо Кары и начал спускаться по лестнице.

– Значит, вы позволили ему ускользнуть, – тихо сказал он, убедившись, что Фейдак мертв.

– Некоторые предпочитают этот путь допросу, – проговорил Эмис, бледный от ярости, и носком ботинка перевернул труп.

– Это не поможет, – сухо бросил Корридон. – А как насчет Лорин?

– Он пытался предупредить ее, – ответил Эмис. – Я поймал его. – Он повернулся к Брюгеру. – Возьми Евского и немедленно привези ее сюда.

– Подождите! – повысил голос Корридон, и Брюгер обернулся. – Уж не собираетесь ли вы отправиться к ней прямо на квартиру? Она живет на верхнем этаже и не такая дура, чтобы открыть дверь, не узнав, кто звонит. На двери есть цепочка. Один взгляд на Брюгера, и она вызовет полицию. Если хотите быстрее привезти ее сюда, поручите это мне.

Эмис изумленно посмотрел на него, потом перевел взгляд на Брюгера.

– Действительно, – сказал тот. – Она меня видела.

– Хорошо, – решил Эмис. – Так и поступим. – Он обратился к Брюгеру: – Если вздумает шутить, пристрели его.

Брюгер кивнул.

– С удовольствием.

– Стрелять не придется, – заверил Корридон. – Но я пойду при одном условии: меня слушаться.

– Хорошо, – согласился Эмис. – Брюгер, выполняй его команды – но только если убежден, что он не задумал ничего плохого. Понятно?

Брюгер усмехнулся.

– Возьми пикап, – продолжал Эмис. – Евский за рулем. Ты с ним сзади.

– Я не могу ехать в этом. – Корридон указал на свой костюм. – Можно переодеться?

– Да, – сказал Эмис. – И не дай вам Бог совершить ошибку. Мне нужна эта женщина.

Корридон поднялся в свою комнату. В коридоре стояла Кара.

– Для новичка, не успевшего заслужить доверие, вы действуете отлично, – заметила она. – Кто убрал Фейдака?

– Он сам убрался, – резко ответил Корридон и захлопнул дверь перед ее носом.

Он быстро переоделся и направился вниз. Жаль, что нет пистолета… Брюгер и Евский – опасное препятствие. Интересно, застанут ли они Лорин дома? Сейчас двадцать минут седьмого, она могла уйти.

Кара все еще стояла в коридоре.

– Мы должны работать вместе, – сказала она. – Это будет прекрасно.

– Для вас или для меня? – едва сдерживаясь, спросил Корридон.

– Для нас обоих, мой друг.

Он спустился вниз. Тело Фейдака убрали, двое мужчин смывали пятна крови. Рядом стоял хмурый Эмис.

– Если она дома, – проговорил Корридон, – я привезу ее.

Брюгер и Корридон забрались в кузов, Евский сел за руль.

– Итак, план действий, – начал Корридон, когда фургон двинулся вперед. – Вы с Евским подождете меня в машине. Я поднимусь к Лорин и, если она дома, скажу, что с ее братом произошел несчастный случай и ей надо срочно приехать. Меня она знает и поверит. Важно, чтобы вас обоих не было видно. Когда мы выйдем, я затолкну ее в фургон. И тогда пусть Евский гонит. Если же на улице кто-нибудь будет, мы пойдем пешком, а Евский должен медленно ехать за нами. Как только станет пусто, я посажу ее в машину. Годится?

Брюгер усмехнулся.

Они молчали всю дорогу, пока Евский не сообщил, что они прибыли.

– Остановитесь за квартал, – приказал Корридон. – Мы с Брюгером пойдем к дому. Когда увидите, что я вошел, выждите три минуты и подъезжайте.

– Все в порядке, Карл? – подозрительно спросил Евский.

– Да, это его игра. Босс велел его слушаться.

Корридон едва сдержал вздох облегчения. Теперь, если убедиться, что Брюгер сел в пикап, половина трудностей будет позади.

Машина остановилась, и Брюгер открыл дверцу. Они вылезли. На улице шел дождь.

– Вы поняли, что надо делать? – спросил Корридон.

– Да, – кратко ответил Брюгер. – Давайте, а то я уже промок.

Они медленно подошли по пустынной улице к дому № 29. Дверь была открыта, а в холле горел свет.

– Подождите здесь Евского, – сказал Корридон. – Когда он подъедет, лезьте в кузов и сидите тихо. Ясно?

– Откуда вы знаете, что она дома? – подозрительно спросил Брюгер.

– Я этого не знаю. Если ее нет, тут же спущусь.

– Даю вам десять минут; потом я сам поднимусь наверх, – и Брюгер выразительно похлопал себя по карману. – Без фокусов. Вы слышали, что сказал босс.

– Успокойтесь. Вы чересчур серьезно относитесь к своей работе.

Корридон вошел в холл и направился к лестнице. Едва скрывшись с глаз Брюгера, он торопливо нацарапал на конверте домашний адрес Ричи и, держа конверт в руке, стал подниматься выше.

Корридон остановился у знакомой двери и нажал кнопку звонка. Он ждал, глядя на часы. До срока, назначенного Брюгером, оставалось семь с половиной минут. Может быть, ее нет? Если Брюгер надумает ждать ее возвращения…

Дверь открылась.

– О, Мартин!

– Молчи, только слушай! – тихо сказал он. – Тебе грозит опасность. Организация, в которой состоит твой брат, решила, что ты знаешь слишком много. Меня с парочкой головорезов послали за тобой. Я обманул их… Твой единственный шанс – попасть к полковнику Ричи и рассказать все, что тебе известно. – Он сунул ей конверт. – Здесь адрес. Не бойся, ему можешь довериться. Беги, или тебя схватят и придет твой конец. Поняла?

Она с ужасом глядела на него.

– Но, Мартин! Что случилось со Слейдом? Что все это значит?

– У меня нет ни минуты. Они ждут внизу. Беги к Ричи! Послушай, сперва хлопни дверью изо всех сил, потом набери три девятки и скажи полиции, что к тебе ломятся трое мужчин. Начни орать. Это твой единственный шанс, не теряй времени!

Она закричала.

Корридон подумал, что Лорин не поняла его, но по ее глазам увидел, что она смотрит мимо него.

На нижней площадке стоял Брюгер с маузером в руках. Его губы растянулись в злой ухмылке.

– Ах ты, крыса, – процедил он и выстрелил.

Глава 19

В тот же момент Корридон толкнул Лорин назад в квартиру и бросился вниз.

Он почувствовал, как правую руку обожгла боль, а затем всей тяжестью обрушился на Брюгера. Тот успел еще раз нажать на курок, но пуля ушла в потолок.

Пальцы Корридона сомкнулись на горле Брюгера. Их тела переплелись, и они покатились по лестнице.

Корридон не размыкал тисков. Несколько секунд Брюгер отчаянно сопротивлялся, стараясь развести сжимающие руки. Он был чрезвычайно силен и наносил мощные удары; его огромные ноги царапали стены. Но Корридону удалось подмять его под себя, и Брюгер уже задыхался. Потом что-то хрустнуло, Брюгер дернулся в последний раз и затих.

Корридон встал, с трудом переводя дыхание, и сунул маузер в карман. Подняв голову, он увидел, что сверху на него смотрит перепуганная Лорин.

– Иди к Ричи! – крикнул он. – Ты слышишь? Иди к Ричи!

Потом повернулся и посмотрел вниз, зная, что в любой момент может появиться Евский. Кроме того в доме наверняка слышали выстрелы и могли сообщить в полицию. Необходимо сматываться; если его схватят, все пропало.

Он сбежал в холл в тот самый момент, когда там появился Евский с пистолетом в руке.

– Быстрее к машине! – заорал Корридон. – Быстрее! Она вызвала полицию!

– Где Карл? – Евский наставил на Корридона оружие.

– Она застрелила его. Он мертв. Бежим отсюда!

Евский схватил его за руку.

– Мертв? Ты уверен?

– Да. Бежим! Ты хочешь, чтобы нас взяли?!

Он оттолкнул Евского и бросился к пикапу. Это заставило Евского побежать следом.

– Мертв! Не могу поверить… – проговорил Евский, когда машина набрала скорость.

– Пуля угодила ему прямо в голову, – сказал Корридон. – Проклятый дурак! Она уже была готова идти со мной, когда появился он. Пистолет, наверное, был у нее в кармане. Я попытался ее схватить, но она выстрелила в меня и попала в руку. Потом она захлопнула дверь и – я слышал – стала звонить в полицию.

Евский тяжело вздохнул.

– Ему надо было держаться в стороне. Почему ты разрешил ему войти в дом? – продолжал Корридон.

– Я думал, он должен ждать в холле, – мрачно ответил Евский.

– Я же велел ждать в машине! Посмотрим, что скажет Эмис… Поезжай медленнее, не стоит сейчас связываться с полицией.

Евский хмыкнул, но скорость сбавил.

– Что ж, мертв так мертв, – нарушил тишину Евский. – Не моя вина. Он никогда меня не слушал.

Корридон в темноте улыбнулся.

– Забудь об этом. Ты выполнял приказ. Я постараюсь, чтобы у тебя не было неприятностей.

Он выглянул из окна и посмотрел назад. Их никто не преследовал. «Интересно, пойдет ли Лорин к полковнику, – подумал Корридон. – Было бы здорово, если бы Ричи узнал о Бейнтризе».

Миновав «Уайт-сити», Евский остановил машину.

– Пересядь, пожалуйста, в кузов, – сказал он просительным тоном. – Босс велел тебе находиться там.

Корридон не стал спорить. Ему не терпелось узнать местонахождение Бейнтриза, но он решил зря не рисковать. Евский тщательно запер за ним дверцу.

Корридон перевязал рану на руке и все внимание сосредоточил на курсе, по которому следовала машина. Двадцать минут они ехали прямо без всяких поворотов со скоростью примерно пятьдесят, миль в час. Потом пикап развернулся, а несколько минут спустя свернул направо. Корридон продолжал фиксировать время и повороты. Наконец автомобиль замедлил ход.

Евский отпер дверцу, и Корридон выбрался из фургона. В холл они вошли вдвоем. Их немедленно провели к Эмису.

– Где она? – рявкнул Эмис, едва закрылась дверь.

– У вас отвратительная дисциплина, – сухо сказал Корридон. – Брюгер нарушил приказ, и я не сумел взять ее.

Эмис застыл. В ei о глазах блеснула ярость.

– Что случилось?

– Я приказал Брюгеру оставаться в машине, а сам пошел наверх. Она открыла дверь, и я сказал, что со Слейдом произошел несчастный случай. Как только мы вышли из квартиры, она неожиданно закричала. Я повернулся и увидел Брюгера. Потом услышал звук выстрела. Она попала ему прямо в голову. Я бросился к ней, но она выстрелила в меня. – Он показал рану, обмотанную платком. – И, прежде чем я успел схватить ее, захлопнула дверь и стала вызывать полицию. Убедившись, что Брю-гер мертв, я спустился к Евскому. Мы уехали. Слежки за нами не было.

Дрожа от гнева, Эмис повернулся к Евскому.

– Это правда?

– Да, – ответил тот. – Я оставался в машине. Брю-гер заявил, что пойдет в холл. Я напомнил, что ему нужно ждать со мной, но он не послушался. Затем один за другим раздались два выстрела. Когда я вбежал в переднюю, Корридон спускался вниз. По его руке текла кровь.

Эмис снова повернулся к Корридону.

– Итак, первое задание вы не выполнили, – процедил он, сжимая кулаки.

– Я не выполнил задания лишь потому, что ваши люди не подчиняются приказам, – отозвался Корридон. – Если бы я действовал сам, Лорин была бы здесь.

Эмис жестом велел Евскому удалиться, а когда тот вышел, спросил:

– На Евского жалобы есть?

Корридон покачал головой.

– Никаких нареканий.

Эмис присел на край стола.

– Да, это большая неудача, – с неожиданной мягкостью проговорил он.

– Вам нужен письменный отчет? – спросил Корридон.

– Нет. – Эмис встал. – Организации крайне неприятны такие промахи. Чем меньше о них говорят, тем лучше. Поймите, я не порицаю вас. В неудаче целиком виноват Брюгер. Я проведу расследование. Вам же надо поесть и отдохнуть. Идите.

Когда Корридон дошел до порога, Эмис добавил:

– Вы можете не беспокоиться. Только поменьше обо всем распространяйтесь. Если спросит Хомер, скажите, что вы уже доложили мне. Не стоит афишировать неповиновение Брюгера.

Корридон кивнул и вышел, закрыв за собой дверь. Он был в приподнятом настроении. Брюгер – человек Эмиса, и он не подчинился приказам. Ответственность падает на Эмиса, а он, судя по всему, не любит нести ответственность.

Глава 20

В столовой почти никого не было. За столом у окна пили кофе и курили четверо мужчин.

Корридон сел напротив входа и уже заканчивал обедать, когда увидел Кару. Она стояла в дверях. Даже на расстоянии чувствовалось, что это физически сильная женщина. С большими крепкими руками, она была под стать любому мужчине, но совсем не в его вкусе.

Кара пересекла комнату и остановилась перед его столом.

– Привет, – сказала она и села рядом. – Можно к вам присоединиться?

– Валяйте, я уже закончил.

Она улыбнулась.

– У меня есть немного свободного времени, и я хотела бы провести его в вашем обществе.

– Очень любезно, – равнодушно сказал Корридон, отодвинул от себя тарелку и закурил.

– Я спрашивала у Эмиса, нельзя ли мне работать вместе с вами, – продолжала Кара. – Он сказал, что это вполне возможно. Вы рады?

Корридон на мгновение задержал на ней взгляд.

– Рад ли я? А много ли от вас пользы?

Она слегка смутилась.

– О да, я умею делать многое. Я очень сильная. – Она сжала кулак, и он действительно выглядел сильным. Я отлично стреляю, лучше любого здесь вожу автомобиль. Я могу взбираться на горы, могу заставить людей говорить, как бы упрямы они ни были. Я разбираюсь во взрывчатке. Я химик. – Кара повела своими мощными плечами и покосилась на него темно-зелеными глазами. – Я умею также любить.

– Солидно, – с показным равнодушием отозвался Корридон. – Однако откровенно говоря, я не люблю иметь женщин под боком, когда работаю. Мне они кажутся ненадежными.

– Вы убедитесь, что я надежнее любого мужчины, – засмеялась она. – Спросите Эмиса. Он не так-то легко расточает похвалы… Я слышала, эта Фейдак ускользнула у вас из-под носа. Брюгер дурак. Я рада, что он сдох. Эмис слишком доверял ему. Ну, теперь настал мой черед. Я займу место Брюгера.

– Оно вам подходит, – сказал Корридон и откинулся на спинку стула. – Прошу прощения, я ухожу к себе.

Кара поднялась.

– А я иду к себе. Можем пойти вместе.

Корридон встал, посторонился, пропуская ее вперед, и оценивающе разглядывал сзади, пока они шли к двери. По лестнице они поднимались рядом. У двери в свою комнату Кара остановилась.

– Вы ко мне не зайдете? У меня есть что вам показать.

Корридон покачал головой.

– Простите, не сейчас. Я хочу отдохнуть.

– Тогда, может быть, завтра вечером?

– Возможно. Пока.

– Все же почему не сегодня? Мы могли бы стать добрыми друзьями. Здесь ужасно скучно. Разве нам нельзя развлекаться?

– Виноват. Я не привык заниматься подобными вещами без соответствующей подготовки. Возможно, я немного старомоден.

– Это интересно, – помрачнев, произнесла Кара. – Я не припоминаю, чтобы вы предварительно готовились к встрече с Лорин Фейдак. Но, может быть, вы находите ее более привлекательной?

Корридон уже начал терять терпение, но понимал, что эта женщина опасна. Хватит с него врагов.

– Прошу прощения, – мягко сказал он. – Спокойной ночи.

Кара задумчиво посмотрела на него.

– Ясно. Возможно, из-за этого умер Брюгер. Любопытно… Спокойной ночи, мой друг.

Она повернулась и вошла в свою комнату. Корридон постоял немного, прислушиваясь к ее шагам, нахмурился и ушел к себе.

Позднее, когда он собирался лечь спать, дверь открылась, и вошел Эмис.

– А я искал вас внизу, – сказал он, зайдя в комнату. – Я не нашел ни малейшего ее следа. Она исчезла.

– Лорин?

– Да. – Эмис сел на постель. – У меня есть сведения. Через несколько минут после вашего отъезда прибыла полицейская машина и скорая помощь. Брюгера увезли. Потом появился Роулинс, и Лорин ушла с ним. Мы проверили полицейские участки, но ее нет ни в одном из них.

– Ее не стали бы забирать в участок… Если она что-нибудь знает, считайте, это уже известно Ричи.

– Так где же она может быть?

– В таком месте, где ее не достать, – ответил Корридон. – Возможно, в Тауэре. Ричи имеет туда доступ. По крайней мере номер 12 содержался там.

Эмис нахмурился.

– Это очень плохо. – Он наклонился вперед и пристально посмотрел на Корридона. – И опасно для нас обоих. Если они что-нибудь узнают, у нас будут серьезные неприятности. Лидер не прощает ошибок.

– Не понимаю, какое отношение это имеет ко мне, – спокойно заметил Корридон. – Брюгер нарушил мой приказ.

Эмис облизал тонкие губы.

– Теперь уже поздно говорить об этом.

– Тем не менее мне не о чем беспокоиться.

– Мы можем оказаться полезными друг другу, – улыбнулся Эмис.

Представился тот удобный случай, которого так ждал Корридон. Он не колебался.

– Конечно. Я подчиняюсь вам и рад с вами работать. Что я должен сделать, чтобы скрыть… э-э… ошибку?

– Кроме Евского, никто не знает, что вы заходили в ее квартиру. Я могу заставить Евского держать язык за зубами.

– Знает Кара.

– Вы уверены? – спросил Эмис.

– Она сама мне сказала. Ей известно, что Лорин исчезла. Вероятно, Евский более разговорчив, чем вы думаете.

– Каре можно доверять, – задумчиво произнес Эмис. – Я поговорю с ней… Итак, Брюгер вошел в квартиру Лорин один. Понимаете? Он не выполнил указаний и был убит. Я позабочусь, чтобы Кара и Евский поддержали эту версию. Если вы будете молчать, все будет в порядке.

Корридон закурил.

– Можете на меня положиться. Но будьте осторожней с Карой. Я бы ей не доверял.

Эмис улыбнулся.

– У меня случайно кое-что на нее есть… Так что она будет как шелковая.

Корридон протянул ему сигарету, и Эмис, на секунду замявшись, взял.

– А как насчет меня? Какие у вас планы? – спросил Корридон. – Кажется, я вам уже говорил, что не хочу работать бесплатно.

– Наберитесь терпения. – Эмис развел руками. – Такие решения я принимаю не один, они контролируются лидером. Но могу сообщить: мы решили, что Ричи должен уйти.

Корридон кивнул.

– Если мне заплатят, я сумею это сделать.

– Там видно будет. Добьетесь успеха, и я лично позабочусь, чтобы вы были щедро вознаграждены.

– Я добьюсь успеха, – заверил Корридон. – Мне понадобится неделя на подготовку и три надежных человека.

– Вы понимаете, что пока вы на испытании, вам нельзя доверять оружие? – сказал Эмис. – Планы – это ваше дело, но стрелять должен кто-нибудь из наших опытных агентов. Согласны?

– Да, – кивнул Корридон и осторожно нащупал в кармане маузер Брюгера. – День уже назначен?

– Еще рано. – Эмис покачал головой. – Неделя на подготовку у вас будет. Что касается помощников… Даю вам Чичо и Мак-Адамса – они великолепные стрелки, – а Кара отлично водит машину.

– Кроме нее никого нет?

– Нет, – сухо отрезал Эмис. – Если случится что-нибудь непредвиденное, вы сами будете рады, что она с вами. А почему вы так настроены против нее?

– Она слишком рьяно добивается моей любви.

Эмис хитро улыбнулся.

– Ну и что из этого?

– Личный вкус. Такой тип женщин меня не привлекает.

– Не стоит волноваться из-за пустяков. Кара-чрезвычайно полезный член организации. Вы еще в этом убедитесь.

Корридон покачал головой.

– Помните, я упоминал о двух девушках? Может быть, повеселимся вечерком на этой неделе? Не разочаруетесь.

– Где они живут? – Эмис спросил с деланным равнодушием, но Корридон заметил, как загорелись его глаза.

– У них квартирка на Керзон-стрит. Позвонить?

– Вам нельзя оставлять этот дом, – нерешительно сказал Эмис. – Но, полагаю, так как сопровождать вас буду я… Вы, безусловно, заслужили поощрение.

– Смею добавить, что об этом никто не будет знать, – улыбнулся Корридон. – Как насчет завтрашнего вечера?

– В субботу, – решил Эмис и указал на телефоп. – Договаривайтесь на субботу.

Глава 21

Следующие четыре дня тянулись для Корридона крайне медленно. Он продолжал натаскивать обоих инженеров, пока они чуть ли не вслепую могли заложить взрывчатку под генератор. Он также читал лекции по теории шифрования и тайнописи. Работа утомляла его, но Хомер, время от времени наведывавшийся в класс, был весьма доволен.

По вечерам, стараясь избегать Кары, он играл в покер с Хомером и тремя другими мужчинами.

Дни проходили, и Корридон стал замечать, что атмосфера подозрительности вокруг него заметно разрядилась и члены организации начали считать его своим. Теперь он мог свободно передвигаться по дому и делать что хотел.

В субботу около семи часов вечера в комнату вошел Эмис, тщательно выбритый, в черном парадном костюме. Глаза его блестели, и Корридон на мгновение пожалел Хильди девушку, которой предстояло развлекать Эмиса. Другая девушка, Бабе, была, пожалуй, менее привлекательна, но умнее. Корридон давно знал их.

– Вы готовы? – нетерпеливо спросил Эмис.

– Да. – Корридон кончил завязывать галстук, сунул платок в нагрудный карман и направился к двери.

– Машина стоит позади дома. Я выйду первым. Если вас кто-нибудь остановит, скажете, что исполняете мое поручение.

Корридон кивнул.

Он выждал несколько минут после ухода Эмиса и шагнул в коридор. Из двери напротив вышла Кара и, увидев Корридона, улыбнулась.

– Решили развеяться? – спросила она.

Корридон покачал головой.

– С чего вы взяли? Я иду на крышу, чтобы посидеть в компании голубей.

Он прошел мимо нее и усмехнулся, услышав, как с треском захлопнулась дверь.

«Ну и язва!» – подумал он.

Эмис уже сидел за рулем. Корридон сел рядом и тут же почувствовал резкий запах спиртного.

– Вас видели?

– Только Кара, – ответил Корридон. – Ей хотелось знать, куда я собрался. Я сказал, что это мое личное дело.

– Она влюбилась в вас. – Эмис завел двигатель, и машина поехала к воротам. – С вашей стороны было б разумнее не дразнить ее.

– Не люблю навязывающихся женщин.

Эмис высунулся из окошка, и охранники открыли ворота. Корридон надеялся; что узнает местность, но было темно, а Эмис включил лишь подфарники, и Корридон не мог прочесть ни одной надписи или разглядеть ландшафт. Лишь когда машина выехала на Хай-Уиком в конце Вестерн-авеню, он сориентировался и понял, что Бейнтриз находится где-то возле Бак-Хертс. Точнее представить было трудно.

Эмис гнал с бешеной скоростью, а Корридон обдумывал положение. Его подмывало ударить Эмиса по голове и доставить к Ричи. Но Эмис мог и не знать достаточно много о делах организации; возможно, неизвестен ему и лидер. И Корридон решил играть свою роль до конца.

Эмис вел машину молча, но, свернув на Пикадилли, неожиданно спросил:

– Этим девушкам можно доверять?

– Чего им доверять? – отмахнулся Корридон. – Хорошенькие глупышки…

Дверь открыла темноволосая и стройная Бабc. Увидев Корридона, она повисла на его шее и издала такой вопль, что, наверное, было слышно на улице.

– Осторожно, не задуши меня, – мягко проговорил Корридон. – Знакомься, это мой друг, зови его Джерри. Где Хильди?

– Я здесь, – появляясь в дверях, сказала Хильди, рыжая, пухленькая и очень симпатичная девушка. – Привет, красавчик. – Она посмотрела на Эмиса. – Заходи и чувствуй себя как дома.

Эмис ступил в гостиную с настороженностью кошки, попавшей в незнакомое место. Убедившись, что кроме них никого нет, он успокоился, хотя на всякий случай обошел всю квартиру.

Девушки наполнили бокалы.

– Нравится? – кокетливо спросила Бабc.

– Очень, – ответил Эмис. Он уже освоился и сосредоточил внимание на Хильди.

Корридон усадил Бабе себе на колени, и они стали пить виски.

– У вас только один аппарат? – внезапно поинтересовался Эмис, указав на телефон.

Корридон предостерегающе толкнул Бабc.

– Да, – удивленно отозвалась та. – Хочешь позвонить?

– Нет, я просто так… – произнес Эмис.

Хильди беспрепятственно наполнила его бокал, и через несколько минут пустопорожней болтовни он начал проявлять признаки нетерпения.

– Может быть, оставим их вдвоем? – прошептала Хильди ему на ухо. – Я думаю, они хотят побыть наедине.

Эмис кивнул.

Корридон, краем глаза наблюдавший за Эмисом, понимал, что того волнует телефон.

– Мы удалимся в соседнюю комнату, – сказал он. – Бабс хочет показать мне свои офорты. Потом присоединимся к вам. Идет?

– В какую комнату? – спросил Эмис, вставая.

– Покажи ему, Бабс, – улыбнулся Корридон. – Он боится, что я убегу.

– Почему? – возмутилась Хильди. – Мартин компанейский парень. Он никуда не убежит.

Бабс открыла дверь. Эмис пересек комнату и заглянул в спальню. Он не заметил, что на низкой подставке у стола стоит телефонный аппарат.

– Пошли, – махнул Корридон Бабе.

Они ушли в спальню и заперли за собой дверь, оставив Эмиса наедине с Хильди.

– Говори шепотом, – тихо сказал Корридон.

Бабс изумленно уставилась на него.

– Кто твой друг, Мартин? Мне он не нравится.

– Мне тоже, но лучше не спрашивай. Иди сюда и садись рядом. Я хочу поговорить с тобой.

Он сел на постель, Бабс устроилась рядом.

– Послушай, детка, – сказал Корридон. – Все, что мне надо, это воспользоваться твоим телефоном. Твоя квартира-единственное место, откуда я могу позвонить по телефону втайне от этого парня.

– Ну и ну! – выдохнула Бабс. – Только не говори, что я ничего не буду с этого иметь.

Корридон усмехнулся.

– Двадцать фунтов стерлингов: половина тебе, половина Хильди. Дорогостоящий звонок. Дай кусок бумаги.

Бабс снова изумленно на него уставилась.

– Двадцать фунтов? Честно?

– Детка, не стоит зря терять время.

Девушка дала ему лист бумаги, и он написал несколько строк. Бабс прочла и широко разинула рот.

– Военное министерство? Ты смеешься!

– Слушай. Эту писульку вручишь одной милашке по имени мисс Флеминг. И она даст тебе двадцать фунтов. Она будет немного строга, но не обращай внимания. Ты делаешь эту работу для правительства.

– Он… шпион?

– Что-то в этом роде. Теперь мне надо поговорить со своим шефом. Постарайся не подслушивать. Чем меньше ты будешь знать, тем лучше для тебя.

Он снял трубку и набрал номер Ричи.

– Корридон, – тихо произнес он, услышав голос полковника. – У меня есть новости. Может быть, мисс Флеминг запишет?

– Рад слышать вас, – сказал Ричи. – Я беспокоился. Как дела?

Корридон усмехнулся и подмигнул Бабс.

– Отлично, полковник. Сейчас. я очень мило провожу время. – Вашему департаменту это обойдется в двадцать фунтов.

– Значит, в дело замешана женщина, – резюмировал Ричи. – Хорошо, деньги будут.

– Вы говорили с Лорин?

– Она. мало что знает, но мы все равно ее надежно укрыли. Ее ищут, разумеется?

– Да. Слейд Фейдак застрелился. Эмис собирался допросить его, но тот предпочел ускользнуть на тот свет. Дайте мисс Флеминг. У меня мало времени.

– Сейчас. Брюгера убили вы? Роулинс в ярости.

– Он всегда в ярости. Если бы я его не убил, мне была бы крышка.

– Ясно. Даю мисс Флеминг.

Корридон начал диктовать свой отчет: говорил быстро, но четко, рассказывая обо всем случившемся с ним с тек пор, как оп покинул квартиру Марион Говард и прибыл в Бейнтриз. Он детально описал путешествие от дома Лорин до Бейнтриз, сообщил приметы Хомера, Эмиса и двух инженеров, собирающихся взорвать генератор на электростанции. Закончив, он попросил мисс Флеминг вновь подозвать к телефону Ричи.

Диктуя, Корридон наблюдал за взволнованной Бабс. Девушка впитывала в себя каждое произнесенное слово, и глаза ее возбужденно блестели.

– Вы не один? – спросил Ричи.

– Конечно нет. Я в спальне очаровательной маленькой брюнетки, и завтра она явится к вам за двадцатью фунтами. Заплатите ей обязательно, полковник, иначе мне больше не удастся связаться с вами.

Ричи усмехнулся.

– Вы умеете сочетать приятное с полезным… Для меня есть еще что-нибудь? Ваш отчет великолепен.

– Они собираются избавиться от вас, – сказал Корридон. – Операцию буду готовить я. Покушение может произойти в любое время, так что будьте наготове. Когда все будет точно известно, я постараюсь дать знать, но если предупредить не удастся, сделаю все возможное, чтобы вас обезопасить. Обязательно должно появиться сообщение о вашей смерти, это крайне необходимо для успеха. Тогда я стану полноправным членом организации.

– Хорошо, – согласился Ричи. – У вас уже есть план?

– Нападение произойдет, когда вы будете выходить из дома. Исполнители: два стрелка и водитель машины– женщина. Эти люди знают свое дело, так что будьте готовы ко всему и носите с собой пистолет.

– Ясно. Что-нибудь еще?

– Как ваша симпатичная племянница?

– Передает вам привет.

– Правда? Присматривайте за ней. Счастливо, полковник, я еще объявлюсь. Если сможете, найдите Бейнтриз. Но не пытайтесь туда кого-нибудь заслать. Это слишком опасно. Договорились?

– Хорошо, я все сделаю. Берегите себя. Вы превосходно работаете.

– Счастливо, – повторил Корридон. Ему было приятно, что Ричи похвалил его. Обычно полковник был скуп на похвалы.

Он положил трубку.

– И это все правда? – пораженно прошептала Бабс. – Этот человек – настоящий шпион?

– Ты ничего не слышала, – отчеканил Корридон. – Заруби на носу, детка, это дело – динамит. Одно лишнее слово, и ты погубишь и себя, и меня. Если они что-нибудь заподозрят, тебе и Хильди конец, их никто не остановит. Так что держи язык за зубами. Ясно?

Твердый взгляд его глаз напугал ее.

– Я ничего не скажу.

– Никому, даже Хильди. Теперь ты работаешь на правительство. Мне жаль, что приходится тебя втягивать, но другого выхода нет. Если ты не хочешь, чтоб нам всем перерезали глотки, ты должна молчать. – Он встал. – И не смотри так смущенно. Сейчас выпьем, и все пройдет.

Он подошел к двери, открыл ее и заглянул в гостиную.

Гостиная была пуста.

Эмис, очевидно, был еще занят.

Глава 22

Два дня спустя, когда Корридон проводил занятие, в аудиторию вошел Хомер.

– Я искал вас, – заявил он, обнажив в улыбке желтые зубы. – Через десять минут в моем кабинете начнется заседание. Я буду рад, если вы явитесь туда.

– Обязательно, – отозвался Корридон. – Сейчас закончу и приду.

Хомер не двинулся с места.

– Мы очень довольны вашей работой, мистер Корридон, – продолжал он. – Эмис высоко ценит вас, а он чрезвычайно редко бывает о людях хорошего мнения.

Корридон едва скрыл улыбку. Эмис имел причину быть довольным им. Хильди на славу сделала свое дело, и Эмис уже запланировал следующий визит в квартиру на Керзон-стрит. Интересно, надолго ли хватит терпения полковника Ричи, подумал Корридон. Двадцать фунтов в неделю – слишком высокая цена за удовольствие слышать его голос. Тем более что ничего нового он сообщить не мог. Оставалось надеяться, что предстоящее совещание даст ему хоть какие-нибудь сведения, которые оправдают эти двадцать фунтов. Иначе придется искать другие пути для связи с полковником.

Корридон дал классу задание по шифрованию и пошел в кабинет Хомера. По дороге к нему присоединилась Кара.

– Наконец-то поработаем вместе, – сказала она и покосилась на него краем глаза.

– Мы?

– Так я слышала. Это как раз то, чего мне хотелось. В последние дни я мало вас видела.

Корридон промолчал. Он постучал в дверь кабинета, открыл ее и посторонился, пропуская вперед Кару.

Хомер сидел за столом. Диестл стоял у камина. Эмис прохаживался по кабинету, засунув руки в карманы брюк. Двое мужчин, которых Корридон раньше не видел, переминались с ноги на ногу у стены напротив двери.

– Входите, – пригласил Хомер. Каре он махнул рукой в сторону двух мужчин у стены, а Корридону указал на стул у стола. – Садитесь, мистер Корридон. У нас есть к вам дело.

Корридон сел и с любопытством оглядел незнакомцев. Один из них был невысок, упитан, с маленьким личиком и черными, зачесанными назад волосами.

Глубоко посаженные глазки разглядывали Корридона через очки. Фланелевый костюм был помят и грязен.

Его компаньон был высок и строен, молод – на вид лет восемнадцати, – но также грязен и неопрятен. Сальные темные волосы прядью спадали на левый глаз.

Корридону их не представили. Впрочем, вскоре он узнал, что они здесь делают…

– Решено: Ричи надо убрать, – заговорил Хомер. – Вы готовы взять на себя проведение акции?

– Конечно, – кивнул Корридон.

– Значит, через десять дней, то есть 20 мая, он должен исчезнуть. Вас это устраивает?

Корридон снова кивнул.

– А способ? – спросил Диестл. – Я полагаю, вам понадобится время на обдумывание?

– Да, – сказал Корридон. – Но способ довольно прост. Самое трудное-реализация.

– Эти трое помогут вам, – сказал Хомер, указывая рукой на Кару и двух мужчин. – Чарлз Мак-Адамс, – продолжал он, показав на мужчину в очках. – И Чичо. – Он махнул в сторону молодого. – Оба – первоклассные стрелки; лучшей пары вам не сыскать. Машину поведет Кара.

Корридон кивнул мужчинам. Мак-Адамс наклонил голову, а Чичо равнодушно отвернулся.

– Прежде чем я соглашусь работать с этой троицей, – сказал Корридон, – мне надо убедиться, что они настолько хороши, как вы утверждаете. Если выдержат испытание, я их беру. Ну а если не выдержат… Буду просить других.

– Резонно, – согласился Эмис. – Ответственность лежит на вас. Вы вольны в выборе, но, поверьте, это самые подходящие кандидатуры.

– Я испытаю их сегодня днем.

– Хотелось бы услышать, в чем заключается ваш план, – произнес Диестл.

– Пока эта троица не прошла испытаний, им лучше ничего не знать, – выразительно сказал Корридон. – Выйдите, пожалуйста, в коридор.

Мак-Адамс сразу направился к двери, но Кара и Чичо колебались, вопросительно глядя на Хомера.

– Выйдите! – рявкнул Эмис, видя их нерешительность. – Разве вы не слышали, что он сказал?

– Подождите, – перебил Корридон и встал. – Необходимо внести полную ясность. Я не могу поручиться за хорошую работу, если они не будут понимать, чего я хочу. Мои команды должны выполняться безоговорочно, и если хоть один из них выразит сомнение, он или она должны быть наказаны.

– Да, – согласился Диестл. – Понятно? Вы обязаны подчиняться приказам Корридона.

Кара улыбнулась. Двое мужчин молчали, лица их ничего не выражали.

– Хорошо. А теперь, пожалуйста, подождите за дверью.

Когда они вышли, Корридон снова сел.

– Теперь о плане, – начал он. – Ричи живет на Страдфорд-роуд, в нескольких минутах ходьбы от станции метро Найтсбридж. Сама улица темная и пустынная; северный конец упирается в Кенсингтон-роуд, южный – в Бромптон-роуд. – Он подался вперед и взял со стола Хомера чистый лист бумаги. – Я нарисую для вас план местности. – Корридон сделал быстрый набросок. Диестл и Эмис подошли ближе и склонились над столом. – Вот дом Ричи. Каждый вечер в десять часов полковник выходит на прогулку в парк.

– Опасная привычка, не правда ли?

– Нет. Он умеет постоять за себя.

– Вы имеете в виду… – начал Диестл.

– Ричи-один из лучших стрелков в стране и человек большого мужества. Кроме того, у него дьявольски развит инстинкт опасности. Он может вытащить пистолет и убить вас, а вы и глазом не успеете моргнуть. Поэтому я утверждаю, что работа крайне сложная. Шансы уцелеть очень малы, если не продумать все до мельчайших деталей. Но и в этом случае я не гарантирую отсутствие неожиданностей.

– Если застать его врасплох… – проговорил Диестл.

Корридон засмеялся.

– Такое слово не подходит для Ричи. Наша единственная надежда на то, что один стрелок откроет отвлекающий огонь, а второй, пользуясь моментом, прикончит полковника. Естественно, этого не стоит им говорить, но я думаю, что один из них не вернется обратно.

– Да хоть вообще никто не вернется – расстраиваться не стану, – произнес Эмис со зловещей улыбкой.

– Главное, я вас предупредил. Действительно, не исключено, что в живых останется только Кара, так как она за рулем. Но уверяю вас, Ричи будет убит… Теперь посмотрите на план. Вот дом полковника. В нескольких ярдах от входа-почтовый ящик, находящийся по эту сторону дороги. Я предлагаю спрятать за ним Чичо. Здесь вот – телефон-автомат. Я зайду в будку и сделаю вид, что разговариваю по телефону. Отсюда просматривается вся улица и дом Ричи. Ни Мак-Адамс, ни Чичо не знают полковника в лицо. Когда он появится, я дам им сигнал. Мак-Адамс станет у этого дерева и будет полностью на виду. Это опасно, но главное, чтобы Ричи заметил его и насторожился. Тогда он сосредоточит свое внимание на нем и, надеюсь, не увидит Чичо. Первым откроет огонь Мак-Адамс, если ему посчастливится это сделать, – почти наверняка первым выстрелит Ричи. Если Чичо промахнется, мы пропали. Поэтому я хочу сам убедиться в том, что они хорошие стрелки.

– А как уходить?

Пальцы Корридона снова задвигались по плану.

– Машина Кары будет здесь, с выключенными огнями. Когда начнется стрельба, она поедет к парку. Я хочу, чтобы резервная машина стояла возле Марбл-Арчгейт. Мы приедем на машине Кары, а уедем на другой. Если нас будут преследовать, я поеду сам, а остальные трое или оставшиеся в живых разойдутся так: Кара на метро до Шепардз-Буш, Чичо – на Хаммерсмит-бродвей, а МакАдамс– к парку. Я буду подбирать их по одному. – Он посмотрел на Эмиса. – Вы сможете вести вторую машину?

– Конечно, – ответил Эмис. Он был явно рад, что его включили в действующую группу.

– А не будет ли лучше, если Мак-А дамс останется в машине и откроет огонь из нее? – спросил Диестл. – Это даст ему хоть какую-то защиту.

Корридон мрачно умехнулся.

– Боюсь, вы не понимаете. Если Ричи увидит машину, стоящую рядом с его домом, он начнет стрелять раньше, чем Мак-Адамс поднимет пистолет. Кроме того, машина закроет полковника от огня Чичо.

– Он прав, – нетерпеливо поддержал Эмис. – Это хороший план. Я одобряю.

– Да, – сказал Хомер.

Диестл кивнул.

– И я удовлетворен. Вы сумеете подготовиться за десять дней?

– За неделю. С сегодняшнего дня мы начинаем репетировать. Имею ли я право привлекать к помощи любого нужного человека?

– Вы можете делать все, что сочтете необходимым, – сказал Хомер, потирая руки.

– Эта тройка должна ознакомиться с местностью, – продолжал Корридон. – Могу я послать их по одному для осмотра дома и дороги?

– Разумеется, – ответил Диестл.

– Ну, меня-то вы, конечно, не пустите, – весело сказал Корридон.

Хомер смущенно развел руками.

– Когда ваш план осуществится, вы будете полностью свободны, мистер Корридон. Согласитесь, что до ликвидации Ричи было бы неразумно всем рисковать.

– Хорошо, – вздохнул Корридон, – дорогу я и так отлично знаю. – Он достал портсигар. – Остается решить вопрос о моем гонораре. Кажется, речь шла о тысяче, пятьсот сейчас и пятьсот после окончания работы.

– Тысяча – когда работа будет сделана, – быстро сказал Диестл. – Простите, Корридон, но ваша репутация… Я слышал, как вы получали деньги вперед.

– Подождите, – вставил Хомер. – Я чувствую, что мы должны договориться. Мистер Корридон выполняет самую полезную работу. Он практически член организации. Если он доверяет нам, я думаю, и мы должны доверять ему.

– Не возражаю, – произнес Эмис и хитро улыбнулся Корридону.

Диестл колебался.

– Я понимаю, что вы не хотите рисковать, – Корридон встал. – Но ведь я все равно пока буду выходить не один.

– Хорошо, – сдался Диестл. – Давайте заплатим ему.

– Я получу для вас деньги послезавтра, – пообещал Хомер. – Устраивает?

– Вполне. Можно ли мне будет пойти в свой банк? Конечно, с сопровождающим, – добавил Корридон и посмотрел на Эмиса.

– Я сам пойду с вами, – просто сказал Эмис. Когда они выходили из кабинета, он тихонько проговорил: – А потом навестим девушек. Я предпочитаю не тратить время зря.

– Я тоже, – усмехнулся Корридон.

Глава 23

Мак-Адамс вошел в комнату Корридона и поставил макет на стол.

– Вроде бы все готово… Вы проверьте…

Корридон осмотрел макет. Все в точности соответствовало его замыслу.

После совещания в кабинете Хомера прошло три дня. Корридон уже побывал в банке и положил на свой счет деньги, полученные от Хомера. Там же он оставил распоряжение: выделить сто фунтов в пользу Сузи Льюис. Эмис, который стоял рядом, вопросительно поднял брови.

– Верите или нет, но она моя крестница, – сказал Корридон.

Эмис никак не отреагировал на эту причуду. Его голова была слишком занята предстоящей встречей с Хильди, и едва Корридон закончил дела в банке, Эмис повез его на Керзон-стрит.

Корридон снова воспользовался телефоном и сообщил Ричи детали плана, время и дату, подчеркнув, что дело может закончиться плохо, если он не будет настороже. Ричи успокоил его: все будет в порядке.

– Вы позаботьтесь о Чичо, а я займусь Мак-Адамсом.

– Пусть поблизости стоит полицейская машина, – предупредил Корридон. – Смотрите, Кару нельзя недооценивать. Я не хочу, чтобы ей удалось скрыться.

Корридон пропустил свою троицу через испытание. Эмис был прав, говоря, что Чичо и Мак-Адамс первоклассные стрелки. Правда, в быстроте реакции им было далеко до Ричи, но Корридон заверил Эмиса, что они не уступают ему ни в чем. По-настоящему его беспокоила только Кара. Мало того что она стреляла лучше, чем Чичо и Мак-Адамс; она водила машину так, что у Корридона волосы вставали дыбом. У нее было потрясающее чувство дистанции. Возвращаясь с Корридоном в Бейнтриз, Кара неожиданно развила на узкой дороге такую скорость, что Корридон онемел от ужаса, и ловко остановила автомобиль в двух футах от ворот. Казалось, она была продолжением машины, вернее, составляла с машиной единое целое. Эмис, сидевший сзади, только улыбался. Корридон, который считал его до тех пор сумасшедшим водителем, изменил свое мнение. По сравнению с Карой Эмис был просто дилетантом. Корридон начал сомневаться, сможет ли полиция задержать ее.

Для отработки действий участников покушения МакАдамс добровольно вызвался сделать макет участка Страдфорд-роуд и выполнил его за два дня. Корридон макет похвалил, и автор его довольно улыбнулся.

Из этой троицы Корридон с меньшей неприязнью относился к Мак-Адамсу, хоть и знал, что это опасный фанатик. Чичо ему не нравился. У парня начисто отсутствовал интеллект; им владело лишь яростное желание убивать.

Имея макет, Корридон налег на репетиции, заставив Евского играть роль Ричи. Евский был стрелком не хуже Мак-Адамса и Чичо и зачастую стрелял раньше их. Когда Корридон проводил репетиции, посмотреть сходились все обитатели Бейнтриз. Он заставлял снова и снова повторять все действия, а сам наблюдал из телефонной будки, как Чичо прячется за почтовым ящиком. Это было жизненно важным, поскольку Корридон собирался пристрелить его раньше, чем тот успеет выстрелить в Ричи.

Хомер и Эмис присутствовали на всех репетициях и восхищались замыслом Корридона.

Самые серьезные опасения вызывала Кара. Она казалась недовольной своей пассивной ролью и однажды, когда Корридон показывал Чичо, как следует укрываться, она вылезла из машины и подошла к ним.

Корридон хмуро посмотрел на нее.

– Разве я приказывал вам оставить машину?

Кара улыбнулась.

– У меня есть предложение.

– Какое? – нетерпеливо спросил Корридон.

К ним присоединился Эмис.

– Я бы хотела прикрыть Чичо. Первым выстрелит Мак, потом Чичо, потом я из машины. Разве плохая идея?

– Плохая, – сухо сказал Корридон. – Ваша задача вести машину. Прикрывать Чичо не нужно. Останетесь на месте и будете держать двигатель включенным. Такова ваша работа, и вы ее выполните.

Мгновение она колебалась, глядя на Эмиса, но тот не поддержал ее. Она пожала плечами и сердито свела брови.

– Вы еще пожалеете…

– Это мое дело, – отрезал Корридон. – Вы вернетесь в машину?

Кара ушла.

– А не лучше ей в самом деле присоединиться к вам? – спросил Эмис. – Если Ричи так опасен, как вы говорите, три пистолета лучше, чем два.

– Ее дело – сосредоточиться на вождении, – сказал Корридон, волнуясь за Ричи. – Нам предстоит быстро удрать, а если она начнет стрелять, то забудет о машине.

– Ну хорошо, поступайте как знаете, – сказал Эмис. – Предоставляю это вам.

Вечером Кара пришла в комнату Корридона. Он сидел в кресле и читал книгу.

– Что вам нужно? – ледяным тоном спросил Мартин и поднял голову. – Я не слышал вашего стука.

Она закрыла за собой дверь и подошла к нему ближе.

– Мне скучно одной… Вот решила зайти поболтать.

Кара достала портсигар, выбрала сигарету, размяла ее большими сильными пальцами и закурила.

Корридон закрыл книгу и молча ждал.

– Вы сильно расстроитесь, когда Ричи умрет?

– Нет. Почему вы спрашиваете?

– Ричи ведь очень опытный стрелок, не так ли?

– Стрелять умеет.

– Он был на войне, – сказала она. – Я встречалась с ним. Он лучший стрелок страны.

Это было настолько неожиданное заявление, кто Корридон с трудом скрыл удивление.

– Был. Ричи постарел с тех пор, – осторожно заметил Мартин.

– И, однако, вы не хотите, чтобы я прикрыла Чичо?

– Это ни к чему, – отрубил Корридон, понимая, что разговор принимает опасный характер. – Ваше дело вести машину.

– Знаю, – Кара выпустила к потолку струю дыма. – Вы ведь будете без оружия?

– К чему вы клоните? Что все это значит?

Я думаю, что и Чичо, и Мак-Адамс не вернутся живыми из этой операции, – сказала она с улыбкой. – Я не огорчаюсь, для меня они-пустое место. Но не удивлюсь, если останется в живых Ричи.

Корридон внимательно посмотрел на нее, встал и торопливо вышел в коридор, прямо к комнате Эмиса.

Эмис лежал на постели, курил и задумчиво рассматривал альбом с фотографиями.

Подняв глаза, он усмехнулся.

– Посмотрите-ка эти картинки… – начал он, но Корридон жестом прервал его. – Что случилось?

– Пойдем в мою комнату, – попросил Корридон. – Там Кара. Я бы хотел, чтобы вы послушали, что она говорит.

Лицо Эмиса помрачнело.

– А что она говорит?

– Пусть сама скажет.

Когда они вошли, Кара стояла у двери. Глаза ее холодно горели, а при виде Эмиса она по-волчьи оскалила зубы.

– Повторите Эмису, что вы мне сказали.

Она замялась под пристальным взглядом Эмиса.

– Ничего. Я ничего ему не говорила.

– Повторите! – рявкнул Корридон.

Кара с ненавистью посмотрела на него и двинулась дальше к двери, но он схватил ее за руку. Она резко дернулась и вырвала руку.

– Подождите! – приказал Эмис.

Кара остановилась.

– Ладно, – произнес Корридон. – Она заявила, будто думает, что Чичо и Мак-Адамс не вернутся живыми, а Ричи не будет убит.

Эмис не сводил с нее глаз.

– Почему?

Она колебалась, и Корридон понял, что Кара лихорадочно ищет выход из положения.

– Я… я пошутила, – пробормотала она. – Я не имела в виду…

Эмис резко выбросил кулак вперед и ударил ее в зубы.

Кара пыталась сохранить равновесие, но не удержалась на ногах и упала на пол.

– Такими вещами не шутят! – заорал Эмис. – Вон!

Она медленно поднялась и, приложив руку ко рту, направилась к двери.

– Какова нахалка! – сказал Эмис, когда Кара скрылась. – Ничего, урок пойдет ей на пользу.

Вспомнив ее горящие ненавистью глаза, Корридон испытал беспокойство.

– Наверное, не стоило ее бить.

Эмис улыбнулся.

– Этот язык нравится женщинам и собакам. Надеюсь, теперь хлопот с ней поубавится.

Поздно вечером, когда все стихло, Корридон открыл ящик гардероба, где хранил маузер Брюгера. Он решил почистить его, поскольку пистолет играл в его плане существенную роль.

Маузер был спрятан под белым костюмом, выданным в первый день пребывания в Бейнтризе. Но сейчас там его не оказалось.

Корридон нахмурился. Очевидно, Кара, оставшись в комнате одна, забрала маузер. А без оружия он бессилен помочь Ричи.

Несколько минут Корридон сидел на корточках и разглядывал пустой ящик, не зная, что делать; потом медленно поднялся на ноги. Нужен новый пистолет. Один неверный шаг – и конец, но чтобы спасти Ричи, оружие необходимо.

Глава 24

Часы в холле пробили дважды. Уже три часа Корридон глядел в раскрытое окно своей комнаты. Ночь была безлунная, темная, тяжелые тучи заволокли небо. Его глаза привыкли к темноте, и он отчетливо видел двух мужчин с тремя собаками, каждые полчаса проходивших под окном.

Он напрягал ум, пытаясь найти возможность выбраться. Неподалеку есть телефон, который он заметил, когда с Эмисом ездил на Керзон-стрит. Если добраться до будки и позвонить Ричи, оружие будет.

Пока Корридон раздумывал, время шло. Уверенный, что никто не придет, он все же придвинул кресло под ручку двери-предосторожность не помешает.

Охранников Корридон не боялся; у него достаточно опыта, чтобы избежать нежелательной встречи. Реальная опасность – собаки. Оружием могла послужить лишь короткая стальная кочерга, которую он обнаружил в своей комнате.

Обернув левую руку полотенцем на случай нападения собак, Корридон снова вернулся к окну. Внизу прошагали охранники; один курил сигарету и что-то тихонько рассказывал. Как только они скрылись из виду, Корридон забрался на подоконник и дотянулся до водосточной трубы, осторожно спустился по ней вниз и, стараясь не оставлять следов, выбрался на покрытую гравием площадку. Оттуда он скользнул в густые заросли рододендронов, подходивших вплотную к воротам, и двинулся в путь, часто останавливаясь и прислушиваясь. Неожиданно в темноте возникла мужская фигура. Евский!

Сжав в правой руке кочергу, Корридон замер на месте, понимая, что среди кустов он невидим, но любое движение привлечет внимание.

– Кто тут? – внезапно крикнул Евский, остановившись в трех или четырех ярдах от него. – Я знаю, что ты здесь, – продолжал Евский злобно. – Выходи, или буду стрелять!

Корридон не шевелился. Евский еще немного постоял и направился обратно.

– В чем дело? – послышался голос и появилась еще одна мужская фигура.

– Мне казалось, что в кустах кто-то есть, – объяснил Евский. – Дай фонарь. У меня села батарейка.

– Наверное, ты слышал кролика, – успокоил второй мужчина. – Тут их полным-полно. Идем, чай готов.

Евский машинально огляделся и пошел прочь. Обе фигуры скрылись в темноте.

Корридон облегченно вздохнул и вытер лицо платком. Двинувшись вперед, он буквально через минуту увидел грозный забор, о котором предупреждал Хомер. Держась от него подальше, Корридон прикинул высоту – действительно футов десять, и на разных уровнях проходят оголенные провода. Взгляд Корридона остановился на растущем поблизости могучем дереве. Вскоре Мартин оказался выше забора и, ухватившись руками за ветку, стал раскачиваться. EIotom разжал пальцы и упал на землю уже по ту сторону ограды. Корридон быстро вскочил на ноги и огляделся. Кругом было тихо и безлюдно. Однако не успел он сделать и двух шагов, как услышал женский голос:

– Самое лучшее время – это весна в Париже.

– Кто тут?

– Привет, Мартин. На такой прыжок способны лишь вы.

И рядом с ним возникла Марион Говард.

– Будь я проклят! – пробормотал Корридон. – Откуда вы тут взялись?

– Я живу в коттедже чуть дальше по дороге, – объяснила девушка. – Мы следим за вами с тех пор, как разыскали Бейнтриз. Вы не ушиблись?

– Нет. – Корридон усмехнулся. Ему внезапно захотелось взглянуть на нее. – Мне нужно позвонить Ричи.

– Пойдем домой, – сказала Марион. – Там поговорим.

Он взял ее под руку, и они быстро зашагали по дороге.

– Я не могу оставаться долго, – сказал Корридон. – Чертовский риск. Позарез надо раздобыть оружие. У вас есть?

– Что-нибудь найдем.

Она толкнула деревянную калитку, и они подошли к небольшому одноэтажному домику.

– Черт возьми, как вам это удалось? – спросил Корридон, когда они оказались в уютной комнате. Он был рад увидеть ярко горящий камин и бутылку виски…

– Все устроил мой дядя. – Марион включила свет, и Корридон отметил, что сейчас она еще более красива, чем раньше.

– Вы не знаете, на что он способен, – продолжала она. – Как только мы вас обнаружили, он приехал сюда и положил глаз на этот коттедж. Не понимаю, как уговорили владельца, но я уже двое суток живу здесь. Иногда сюда приходит дежурить Роулинс.

– Ваш дядя предусмотрел все, – сказал Корридон и сел у камина. – Можно мне глотнуть виски или оно для Роулинса?

– Угощайтесь. – Марион налила себе кофе и с чашкой в руке тоже подсела к камину. – У вас все в порядке?

– Пока да. Еще три дня, и нарыв лопнет. Я бы хотел, чтобы вместо Ричи пошел кто-нибудь другой. Его могут убить.

– Но тогда убьют другого, – серьезно проговорила Марион. – Дядя никогда не согласится. Кроме того, он уверен, что вы его защитите.

Корридон пожал плечами.

Трогательная вера… Что ж, пусть будет так. Мне пора возвращаться, пока там не хватились. Давайте пистолет, без него я буду просто беспомощен. Эта пара умеет стрелять.

– А если они вздумают обыскать вас? Если найдут оружие…

– Вы правы, – кивнул Корридон, – я это не предусмотрел. Он на мгновенье задумался. – Оставьте пистолет в телефонной будке. Это самый безопасный путь. Мы приедем без десяти десять. Положите пистолет под телефонный справочник за пять минут до нашего прибытия. Сможете?

– Конечно, я передам дяде.

– Мне пора. Для отчета ничего нового нет. В четверг в десять. Предупредите Ричи, что полиция должна обратить самое серьезное внимание на Кару. Она умеет водить машину, и если улизнет, я пропал. С Мак-Адамсом и Чичо справиться будет нетрудно, но Кара – это что-то страшное. Ее нельзя упустить.

– Обязательно предупрежу.

Вот и все. Я очень рад, что повидал вас, – сказал Корридон и встал. – Но все же Ричи неправ, позволяя вам здесь жить. Неужели он не понимает, насколько опасны эти люди?

Марион улыбнулась.

Я его уговорила. Иногда я могу быть такой же упрямой, как и он. – Она взяла Корридона за руку. – Если будет что-нибудь срочное, дайте сигналы фонарем. И Роулинс, и я умеем читать азбуку Морзе.

Вы просто молодец… Ну, я пошел. Мне надо еще найти способ перебраться через ограду.

– Мы об этом позаботились. Обнаружив Бейнтриз, сразу договорились, что каждую ночь в районе будет отключаться высокое напряжение на случай, если вам понадобится выйти.

– А я-то лез на дерево!.. Ричи сообразил?

Она кивнула.

– Обо всем он подумает, – хмыкнул Корридон, глядя на девушку сверху вниз. Ему очень хотелось поцеловать ее, но серьезные светло-серые глаза говорили, что этого делать не следует.

Он ободряюще улыбнулся ей и торопливо направился к выходу.

Глава 25

Едва Корридон перелез через забор, как длинная черная тень с быстротой пули метнулась к нему. Он успел выбросить вперед руку, обмотанную полотенцем, но упал под весом повисшей на нем эльзасской овчарки.

Собака с рычанием тянулась к его горлу, а Корридон отталкивал ее левой рукой; потом резко ударил ее в грудь и отшвырнул, однако, прежде чем он сумел подняться на ноги, овчарка вцепилась ему в плечо. Корридон сбросил ее с себя и попытался выбрать удобную позицию, чтобы нанести удар кочергой, но не успевал поворачиваться.

Неожиданно собака отскочила назад. Корридон встал, с трудом переводя дыхание, и в следующий момент она вновь бросилась на него. Он выставил кочергу, овчарка ткнулась в нее мордой отскочила с жалобным визгом, и тут он ударил ее кочергой по голове. Животное упало набок, а Корридон изо всех сил бросился бежать к дому.

Его единственным желанием было побыстрее очутиться в своей комнате, пока не напали другие собаки. Держась в тени рододендронов, он двигался к дому без остановки, пока не достиг края лужайки. Здесь он остановился как вкопанный, увидев красный огонек сигареты, и упал на четвереньки.

Неожиданно одна из собак начала лаять.

– Заткнись! – раздраженно выкрикнул сторож. К ноге! – Собака продолжала лаять. Потом раздался громкий шлепок, и она взвыла от боли.

– В чем дело? – донесся голос из темноты.

– Да опять эти кролики! – сердито отозвался сторож. – Заткнись, скотина!

Оба охранника прошли мимо, и Корридон облегченно вздохнул. Как только огонек сигареты растаял вдали, он встал и быстро пересек лужайку.

Залаяло еще несколько собак. Со стороны дорожки послышался топот ног. Корридон подумал, что нашли собаку, которую он огрел кочергой, но теперь он не боялся, так как стоял рядом с водосточной трубой.

Руки Корридона уже зацепились за подоконник, и он ввалился в комнату, когда в доме раздался оглушительный звон. Мартин начал быстро раздеваться. За окном поднялись крики, мелькали лучи фонарей. Корридон торопливо надел пижаму и убрал одежду в гардероб, потом отодвинул кресло и открыл дверь.

Напротив, весело улыбаясь, стояла Кара.

– Вовремя вы успели вернуться, не так ли? – спросила она.

Ее губы распухли и посинели, глаза сверкали.

– Сон приснился? – спокойно парировал Корридон. – Лучше вернитесь-ка в постель, пока кто-нибудь не разукрасил вам глазки.

Кара побледнела и сжала губы.

– Хорошо, мистер Корридон, – проговорила она. – Я могу подождать. Но скоро мы с вами поговорим.

Она резко повернулась, ушла в свою комнату и хлопнула дверью.

Корридон усмехнулся и уже поворачивался, когда его остановил незаметно подошедший Эмис.

– Что вы тут делаете? – спросил он. – Вы выходили?

– Выходил? – непонимающе повторил Корридон. – Зачем мне выходить?

– Кто-то оставил следы на земле. – Эмис пристально разглядывал Корридона. – Одна из собак убита.

Думаете, это сделал я?

Эмис покачал головой.

– Нет. Возвращайтесь в постель. Когда раздается сигнал тревоги, никто не должен покидать комнат.

И уже когда Корридон закрывал дверь, Эмис неожиданно спросил:

– Чего хотела Кара?

– Она тоже решила, что выходил я, – с улыбкой ответил Корридон. – Интересно, что подсказало ей такую идею?

Эмис подозрительно оглядел его, а Корридон закрыл за собой дверь.

Глава 26

«Ну вот и все, – подумал Мартин, спускаясь по лестнице в холл. – Обратного пути нет».

Хотя он репетировал с Мак-Адамсом и Чичо, пока они не превратились в роботов, Мартин понимал, что любая случайность может стоить Ричи жизни. Теперь, когда операция началась, он жалел, что взялся за эту работу. Несмотря на властный характер полковника, Корридон очень любил его. Он был уверен, что Ричи сумеет одолеть Мак-Адамса, но весьма сомневался, что сам сумеет расправиться с Чичо…

В холле ждали Хомер, Эмис, Кара, Чичо и МакАдамс.

– Все готово? – спросил Эмис.

– Да, – ответил Корридон. Лицо его ничего не выражало. – Напоминаю. В случае осложнений вы должны объехать Марбл-Арчгейт и ожидать до половины одиннадцатого. Если ни один из нас не появится, уезжайте и стойте во втором условленном месте с половины двенадцатого до полуночи. Если опять никто не придет, значит, никого и не будет. Ясно?

Эмис кивнул.

– Тогда все в порядке, – сказал Корридон. – Я готов.

Он чувствовал на себе взгляд Кары, но, избегая встречи с ее глазами, повернулся к Чичо.

– Вы сядете с Карой, а Мак-Адамс и я – на заднее сиденье.

Пока Кара и Чичо шли к машине, Корридон обратился к Хомеру.

– Скрестите на счастье пальцы… Всякие бывают случайности.

Хомер обнажил в ухмылке желтые зубы.

– Уверен, что вы выполните свою миссию. Желаю удачи и благополучного возвращения. – Он протянул мясистую руку и Корридон пожал ее. – Да, еще одна маленькая деталь, пока вы не уехали. Надо проверить, нет ли у вас оружия. Мы считаем это необходимым. Будьте добры, отдайте ваш пистолет.

Корридон широко улыбнулся, благодаря в душе предусмотрительность Марион.

– Но у меня нет оружия, – произнес он. – Убедитесь сами.

Со смущенным видом Эмис провел руками по одежде Корридона и отступил назад.

– Я же говорил, что она врет, – раздраженно сказал он.

– Снова проделки милой Кары? – засмеялся Корридон. – Никогда не думал, что она такая настырная.

– Я с ней еще поговорю – после дела, – угрожающе процедил Эмис. – Пора ее проучить. – Он похлопал Корридона по плечу. – Ну, все. Я буду на месте в половине одиннадцатого. Счастливой охоты.

Корридон сел в машину рядом с Мак-Адамсом.

– Простите, что заставил ждать, – сказал он, – Кто-то вообразил, будто я вооружен.

Кара не смотрела на него, но ее лицо помрачнело. Она завела двигатель и резко дала газ.

Корридон предложил Мак-Адамсу сигарету и заметил, что у того дрожат руки.

– Скоро все кончится, – успокоил он. – Только для Ричи все кончится хуже, чем для нас.

Мак-Адамс покраснел.

– Надеюсь, – сказал он тихо и вздохнул. – Кара говорит, что он великолепный стрелок.

– Кара слишком много болтает, – отозвался Корридон. – Он был хорошим стрелком десять лет назад, но с возрастом сильно сдал.

– Я пристрелю его, Мак, не волнуйся, – убежденно заверил Чичо. – Старикашка не успеет даже вытащить пистолет.

Корридон был рад, что Чичо так говорит, – он с удовольствием влепит в него пулю.

– Не забудьте: пока я не подам сигнал, не стрелять, – резко сказал он. – Не хочу, чтобы вы от волнения ухлопали не того человека. Действуйте, когда я сниму телефонную трубку.

– Вы так часто вопили об этом, что мы чуть не оглохли, – огрызнулся Чичо.

– Лучше бы вы заодно и онемели, – усмехнулся Корридон.

– Вам не всегда быть нашим боссом, – с ненавистью прорычал Чичо. – Я еще с вами как-нибудь разберусь.

– Заткнись! – бросила Кара. – Разве ты не знаешь, что он любимчик Эмиса?

Чичо оскалился, но промолчал. До «Уайт сити» ехали в тишине. Кара вела медленно и осторожно, времени было достаточно. До Шепардз-Буш доехали в половине десятого.

– Встанем у парка и повторим роли, потом двинемся на Сградфорд-роуд, – велел Корридон.

Десять минут они плелись до Найтсбридж-Гейт, и здесь Корридон приказал остановиться. Впервые за время поездки он посмотрел на Кару. Та была мрачна и курила сигарету за сигаретой.

– Дайте ваш пистолет, – сказал Корридон Чичо.

– Зачем? – спросил он.

– Пистолет! – рявкнул Корридон.

Чичо неохотно достал из кобуры под мышкой пистолет и протянул Корридону. Это был кольт 45-го калибра. Корридон внимательно осмотрел его и вернул. Потом потребовал пистолет у Мак-Адамса и тоже после проверки вернул.

– Все в порядке, – сказал он. – Что делать, вы знаете. Как только полковник упадет, Чичо подбегает для контрольного выстрела в голову. Мы с Маком бежим к машине, за нами Чичо – и сматываемся! Вопросы есть?

– Давайте действовать, черт побери! – нервно воскликнул Чичо.

– Если нас схватит полиция, то нам уже не выкрутиться, да? – спросил Мак-Адамс.

– Не попадайтесь. Если попадетесь на убийстве – крышка. Но вы можете убить полицейского, который захочет вас задержать.

– Я убью и десяток полицейских, – презрительно бросил Чичо. – Пусть только сунутся ко мне.

– О’кей, Кара, – решил Корридон. – Поехали.

Примерно без семнадцати минут десять машина остановилась на углу Страдфорд-роуд.

– Я пойду первым, – сказал Корридон. – Как только я войду в телефонную будку, вы, Мак, выходите из машины и занимаете свою позицию. Потом идет Чичо. Кара, двигатель не выключать.

Все промолчали, и Корридон вышел из машины.

– Желаю удачи, – проговорил он и пошел.

Войдя в будку, он оглянулся и сунул руку под телефонный справочник. Револьвер был на месте смит-и-вессон 38-го калибра, прекрасное оружие, которое не раз его выручало. Корридон поставил его на предохранитель и сунул в карман. Потом чуть развернулся и стал смотреть на дорогу. Из машины вышел Мак-Адамс и направился в его сторону. Когда он проходил мимо будки, Корридон заметил, что он бледен. Мак-Адамс миновал дом Ричи и остановился за деревом.

Минуту или две спустя появился Чичо, с напряженным лицом и блестящими глазами, и занял свое место за почтовым ящиком.

Корридон взглянул на часы. Секундная стрелка бежала последний круг. Десять часов. Он поглядел через плечо на черный силуэт «бьюика», стоявшего в сотне ярдов от него. Только бы Кара послушалась приказа и не покинула машину, только бы готова была действовать полиция… «Самое трудное, – подумал Корридон, – задержать Кару».

Все замерло. Шли секунды, и сердце Корридона бешено колотилось в груди.

Неожиданно с Кенсингтон-роуд на Страдфорд-роуд свернуло такси. Оно проехало мимо Мак-Адамса и почтового ящика, за которым укрылся Чичо. Тот выпрямился, увидев огни машины.

Такси остановилось в нескольких ярдах от Чичо, и из него вышла девушка. Она расплатилась с шофером и направилась к соседнему дому. Что-то знакомое в походке заставило Корридона внимательней присмотреться к ней. Это была Марион Говард. Она подошла к дому и открыла дверь. Корридон быстро перевел взгляд на такси – машина медленно двигалась к черному «бьюику». Он понял, что, согласно плану Ричи, такси должно перекрыть Каре путь к отступлению. Возможно, на полу такси лежат полицейские. Но времени наблюдать за маневрами машины не было.

Из дома вышел Ричи, в легком пальто и шляпе с опущенными полями.

Чичо снова пригнулся за почтовым ящиком, и Корридон увидел, что он приготовил свой кольт. Чичо, конечно, ждать команды не будет. Полковник смотрел в сторону Мак-Адамса, ожидавшего сигнала от Корридона.

Чичо поднял кольт и прицелился. Корридон торопливо выстрелил в Чичо, тот выронил оружие, попытался повернуться, чтобы посмотреть, кто в него стрелял, по рухнул на землю и неподвижно вытянулся.

Два выстрела подряд прогремели в вечерней тишине. Стреляли Ричи и Мак-Адамс. Выстрел Ричи попал в цель. Корридон увидел, как Мак-Адамс выронил пистолет и схватился за руку. Ричи бросился к нему и ударил рукояткой пистолета по голове в тот момент, когда тот хотел выстрелить левой рукой.

Все это произошло в считанные секунды. Когда Ричи склонился над телом Мак-Адамса, Чичо пришел в себя и рванулся за оружием. Корридон выстрелил еще раз, стараясь попасть в голову, и Чичо вновь растянулся в пыли.

Корридон вышел из будки и собрался идти к Ричи, как вдруг грянул еще один выстрел, и мимо уха просвистела пуля. Он бросился на землю и посмотрел в сторону, откуда раздался выстрел.

И увидел Кару с пистолетом в руке. Она покинула «бьюик» и все видела. В этот момент она прицелилась в Ричи, который стоял возле Мак-Адамса, и нажала на курок. Корридон с ужасом увидел, как полковник выронил оружие и медленно повалился на неподвижное тело. Мартин выстрелил в Кару, но промахнулся; затем выстрелила она, и пуля пробила ему шляпу. Хлопнули дверцы такси, и к Каре бросились двое мужчин.

– Осторожнее, идиоты! – заорал Корридон.

Но было уже поздно. Кара дважды выстрелила, и оба упали. Она мгновенно кинулась к «бьюику» и ловко объехала пытавшееся загородить дорогу такси. Корридон выстрелил, и ветровое стекло «бьюика» покрылось сетью трещин. Больше выстрелить он не успел, так как «бьюик» скрылся за углом.

Корридон оглянулся. Марион с двумя мужчинами в штатском бежала к Ричи. Тот стоял на ногах и держался за плечо.

Корридон направился к ним. Из подъехавшей полицейской машины выскочил Роулинс.

– Все в порядке, – сказал он. – Мы возьмем ее.

– Черта с два возьмете! – яростно проговорил Корридон. – Болваны!

– Не нервничай, – ответил Роулинс со своей неизменной улыбкой. – Все дороги блокированы.

– Не обманывайся. – Корридон провел рукой по лицу, и рука окрасилась кровью. – Ее остановить труднее, чем экспресс… Черт возьми, меня все же задело.

– Это-то ерунда, но еще полдюйма, и ты отправился бы к праотцам.

– Поехали, – сказал Корридон, и они сели в машину. – Прикажи ехать быстрее. Я хочу убедиться, что ее возьмут.

– Все учтено, – заверил Роулинс. – Говорю тебе, далеко она не уйдет.

– Я поверю в это не раньше, чем она окажется за решеткой.

– Вот она, сэр! – воскликнул шофер и включил дальний свет.

Глава 27

Два ярких луча выхватили из темноты черный «бьюик», мчавшийся по дороге.

– Осторожней, – предупредил Роулинс шофера, – не врежься.

– О, не беспокойся, она этого не допустит, – сказал Корридон и высунул голову из окна, чтобы лучше видеть. Впереди возникли две полицейские машины, которые перегораживали дорогу. Но «бьюик» и не думал сбавлять скорость. Кара включила фары. Четыре полисмена, уверенные, что она остановится, стояли на тротуаре и подавали сигналы фонариком, а черный «бьюик» безжалостно и неумолимо мчался вперед. Он с треском врезался в полицейские машины, разбросал их в стороны и молнией помчался дальше.

– Ну разве я был неправ?! – воскликнул Корридон.

Шофер чуть притормозил.

– Быстрее! Быстрее! – приказал Роулинс.

– Нам ее не догнать, – мрачно проговорил Корридон.

Машина прошла брешь, проделанную «бьюиком», но его самого нигде не было видно.

– Да, водить она умеет… – согласился Роулинс. Он закурил; его руки заметно дрожали. – Но ей не уйти.

– Боюсь, что все твои баррикады не остановят ее.

Группа полицейских фонарями указывала дорогу, по которой промчался «бьюик».

– Она едет к парку, – сказал Роулинс, когда они свернули на Кингс-роуд. – Пусть крутит, как хочет, скрыться ей не удастся.

– Мне бы твою уверенность, – заметил Корридон. – Готов держать пари, что она удерет.

– Не поставил бы на это и ломаного гроша. Но если она будет так нестись, то просто разобьется.

– Дай-го Бог. Из всей их шайки она самая опасная… Надеюсь, Ричи не очень серьезно ранен?

– Пуля попала в плечо. Судя по всему, ничего страшного. – На углу Сидней-стрит им снова просигналили. – Что я говорил? Она кружит вокруг парка. На Фулхем-роуд ее ждет маленькая ловушка.

– Надежнее предыдущих?

– «Бьюик» впереди, сэр, – произнес водитель и снова включил дальний свет.

Теперь «бьюик» двигался гораздо медленнее, но едва огни преследующего автомобиля осветили его, он резко увеличил скорость.

С Бромптон-роуд навстречу «бьюику» выскочила полицейская машина.

– Идет на таран, – сказал Роулинс. – Это Хилари, наш лучший…

Он громко выругался. «Бьюик» резко вильнул в сторону и промчался мимо, а полицейскую машину занесло и развернуло от резкого торможения.

– Неплохо, – саркастически заметил Корридон.

Роулинс перестал улыбаться.

– У меня всего две бронированные машины, – мрачно проговорил он. – Если они не сумеют ее задержать…

– Ты потеряешь свой ломаный грош.

– Теперь вся надежда только на нас, Джек, – сказал Роулинс водителю. – Попробуй прижать ее к тротуару.

– Это было бы здорово, – прокомментировал Корридон. – Но я хочу сперва выйти и со стороны смотреть, как ты себя погубишь.

– Заткнись, – без тени юмора произнес Роулинс. – Я дал слово Ричи, что она не уйдет.

– Тогда молись Богу, – усмехнулся Корридон.

И тут случай сыграл им на руку. Из-за угла на огромной скорости вылетел грузовик и врезался в «бьюик»; легковушку завертело и бросило в витрину ювелирного магазина.

Корридон с Роулинсом выскочили из остановившейся полицейской машины.

– Сообщите всем, чтобы район оцепили, – приказал Роулинс шоферу и побежал к разбитой витрине. Корридон бросился за ним.

– У тебя есть оружие? – спросил Корридон на бегу.

– Нет. А у тебя?

– Есть, и я пойду первым. Эта женщина очень опасна.

– Ерунда, – весело отозвался Роулинс. – Мы обойдемся без стрельбы…

Он не договорил. Раздался выстрел, и пуля оцарапала ему щеку, оставив багровый след.

– Хочешь не хочешь, а стрелять придется.

Они метнулись к дому.

– Эй, милая, – закричал Роулинс. – Тебе отсюда никуда не уйти. Лучше сдавайся добровольно, и с тобой ничего не произойдет!

– Побереги голос, – засмеялся Корридон. – И не вздумай подходить к ней, а то что-нибудь произойдет с тобой. Она сильна, как лошадь.

– Посмотрим, – произнес Роулинс и осторожно двинулся вдоль стены.

Корридон не стал мешать ему. Он знал, насколько опасна Кара и как будет драться, попав в безвыходное положение. Сжимая револьвер, он посматривал вдоль пустынной улицы. У бампера «бьюика» Корридон заметил какое-то движение и выстрелил. Черная тень выпрямилась, и он понял, что это Кара.

– Не стреляй! – закричал Роулинс.

Но Корридон и так не стрелял. Кара, сообразив, что па улицу ей не пробиться, метнулась обратно в магазин.

Корридон подбежал к витрине и остановился рядом с Роулинсом.

– Она где-то там, – прошептал Корридон. – Лучше не лезть. Из темноты она перестреляет нас, как кроликов.

– Мои люди должны были уже занять позиции. Ей не уйти. Надо включить свет.

– Не будь таким самоуверенным, – оборвал Корридон. – Ты уже раз обжегся.

– Однако она еще не удрала… Подожди здесь, я зажгу свет.

Он двинулся в темноту с удивительной для человека его комплекции легкостью. До Корридона не долетало ни звука. Он видел в глубине магазина силуэты манекенов; возможно, среди них и скрывается Кара. Как только загорится свет, она, несомненно, попробует пробиться. Если бы удалось схватить ее до этого, несколько человек остались бы жить.

Корридон тихо скользнул в витрину и приготовил оружие. Сделав два осторожных шага, он неожиданно услышал позади себя легкий шум, но прежде чем успел обернуться, холодные пальцы сжали его шею, а твердое колено уперлось в спину. Он выронил револьвер и упал. Солидный вес придавил его к полу.

Глава 28

Корридон с трудом встал на четвереньки, но Кара по-прежнему висела на нем и сжимала его горло. Он откинул назад голову, пытаясь ударить ее по лицу, но она оказалась проворнее. Мартин резко завалился набок; она не сумела удержать слишком большую тяжесть и упала. Потом тут же вскочила, но он подсек ее ногами. Извиваясь и шипя, как дикая кошка, Кара била его тяжелыми и твёрдыми, будто молоток, кулаками. Корридон отбросил ее от себя, но и на этот раз Кара поднялась раньше и нанесла сильнейший удар ногой в висок. Не чувствуя себя от боли, Мартин покатился к ней, и на его голову обрушился второй удар ногой. Он ухватил ее за колени и дернул. Кара изогнулась в падении и грохнулась прямо на него. Снова заработали ее кулаки, и снова ему удалось сбросить ее с себя.

Неожиданно зажегся свет. Оба вскочили на ноги. Ее рука скользнула в карман за пистолетом, но Корридон тут же налетел на нее. Они упали на пол, и борьба продолжалась. Он пытался вырвать оружие из ее руки, а она старалась ударить его пистолетом по голове.

Они лежали в обнимку, когда в зал магазина вбежали Роулинс и констебль. Отчаянным усилием Кара вырвалась и выстрелила в констебля. Тот перегнулся пополам и упал к ногам Роулинса.

Инспектор со своей обычной улыбкой, в любой момент ожидая пули, шел прямо на Кару. Но она не выстрелила, а метнулась в глубь магазина.

Корридон медленно поднялся и потряс головой. Роулинс склонился над констеблем. Корридон не стал ждать и, чуть придя в себя, бросился по лестнице вслед за Карой. На площадке второго этажа она неожиданно остановилась и выстрелила. Но она слишком устала и к тому же задыхалась, и пуля прошла мимо.

За спиной Корридона топали Роулинс и трое полицейских. На третьем этаже Кара вновь остановилась, однако Корридон был готов к этому и выстрелил первый. Но и он устал и задыхался и тоже не попал в цель.

Кара влетела на четвертый этаж и скрылась за дверью, ведущей в ювелирный отдел.

Корридон подбежал к двери, открыл ее и остановился, не решаясь войти внутрь. Здесь было еще опаснее, чем внизу, – больше простора и возможностей для действия. Шкафы с драгоценностями, шкафы с хрусталем – все это скрывало Кару…

Подоспели Роулинс и полицейские.

– Не входите, – предупредил Корридон. – Она может выстрелить из укрытия.

Роулинс вытер пот с лица. Бег по лестнице дался ему не просто.

– Другого выхода из этого отдела нет, – сообщил сержант. – Я смотрел план здания.

– Уже легче, – улыбнулся Корридон. – Она не может выйти, мы не можем войти… Что будем делать?

– Подожди немного, пока я отдышусь, – проговорил Роулинс.

– Мне это не нравится, – сказал Корридон. – Лучше всего снова выключить свет.

Роулинс кивнул.

– Джексон, идите вниз к щиту. Выключите свет, а через три минуты включите, – все еще задыхаясь, приказал инспектор.

– Я боюсь, что она найдет телефон и предупредит Хомера, – вслух подумал Корридон. – Должен же в магазине быть телефон… Да, между прочим, есть новости о Ричи?

– С ним все в порядке, сэр, – ответил сержант. – Небольшая рана. Парень в очках ранен в руку, а молодой убит.

Корридон улыбнулся и посмотрел на часы. Без десяти минут одиннадцать. До свидания с Эмисом оставался час.

Внезапно свет погас.

– Отлично, – сказал Роулинс. – Теперь иди-очень осторожно. Укройся где-нибудь и затаись.

Корридон не дослушал и тихо скользнул в комнату. Он спрятался за массивным креслом и замер. В тишине было слышно, как занимают посты полицейские.

Когда загорелся свет, Корридон осторожно выглянул; в дверях стоял Роулинс, Кары нигде не было видно.

– Эй, вы! – закричал Роулинс. – Вам не удрать! Выходите!

Корридон усмехнулся. Так она и откликнется… Выставив вперед револьвер, Корридон вышел из-за укрытия и сделал несколько шагов вперед. Из-за витрины с бриллиантами раздался выстрел, и пуля ударила в каблук его ботинка.

В зал ворвался Роулинс, сержант и два полисмена.

– Она нужна мне живой! – сказал Роулинс.

– Попробуй возьми! – отозвался Корридон.

В это время Кара выскочила из своего укрытия и кинулась к двери с табличкой «Управляющий», захлопнув ее за собой.

– Черт побери! – воскликнул Корридон. – Там может быть прямой телефон!.. Отвлеките ее, – велел он Роулинсу, распахнув окно, – а я попробую добраться туда по карнизу.

Зажав в правой руке револьвер, Корридон вылез в окно. Сделав четыре осторожных шага, он заглянул в соседнее окно и увидел Кару, которая стояла у письменного стола и набирала номер. Ее пистолет лежал рядом.

Мартин не мог заставить себя выстрелить, хотя понимал, что дать ей звонить нельзя. Закрыв лицо руками, он всем телом выбил стекло и ввалился в комнату. Кара бросила телефонную трубку и схватила оружие, но Корридон прыгнул ей в ноги, и она повалилась на пол.

Кара дралась как безумная, царапая его лицо. Он же, пользуясь большим весом, придавил ее к полу. Дверь с грохотом упала, и в кабинет влетели Роулинс с полицейскими.

Они схватили Кару и надели на нее наручники.

– Грязный предатель! – прорычала она. – Я говорила, что тебе нельзя доверять!

– Отлично, – сказал Роулинс. – А теперь пошли.

Они потащили ее к двери, а Кара все еще смотрела на Корридона, и глаза ее пылали ненавистью.

Глава 29

– Мне пора, – сказал Корридон, когда полицейские увели Кару. – Ричи знает, что делать… Кстати, завтра обязательно должно появиться сообщение о его смерти, иначе мне крышка.

– Все организуем, – заверил Роулинс. – Каковы твои планы?

– Пойду на встречу с Эмисом и вернусь в Бейнтриз. Надеюсь, стану полноправным членом организации, и мне удастся установить личность шефа. И все, сразу выхожу из игры.

Роулинс задумчиво посмотрел на него.

– Не похоже, что ты этим удовлетворишься. Подозреваю, что где-то тебе светят деньги…

Корридон невинно улыбнулся.

– Я патриот, – сказал он, прищурив один глаз. – Кроме того, может представиться возможность огрести немалый куш.

– Между прочим, о деньгах… – произнес Роулинс. – Ты заставляешь меня жалеть, что у меня их нет.

– Поэкономней с зарплатой. – Корридон похлопал его по плечу. – Ну, я пошел. Марион Говард к Бейнтризу не подпускайте, чересчур опасно.

– Она сумеет постоять за себя.

– Так только кажется. Уберите ее из этого дела. Ричи пламенный привет.

Корридон скрылся в темноте. До полуночи оставалось полчаса. Он углубился в парк и вышел у Арчгейт, где неохотно расстался со своим «смит-и-вессоном», – если Эмис обнаружит оружие, подозрений не избежать.

Едва он миновал ворота, как заметил Эмиса. Тот стоял у машины и курил. Увидев Корридона, он помахал рукой.

Глава 30

Лицо Корридона освещала настольная лампа. За столом в тени сидели Хомер и Диестл; Эмис расхаживал взад и вперед по комнате.

– Значит, Кара уехала, – подытожил Диестл твердым голосом. – Откровенно говоря, этому трудно поверить.

– А я верю, – сказал Эмис. – С ее ненавистью к Корридону…

– Как вы это объясните? – спросил Хомер.

– Она видела, что Корридон попал в трудное положение, и бросила его. Не могу только понять, почему она не вернулась сюда.

– Возможно, ее задержала полиция, – предположил Корридон. – С машиной не так-то легко скрыться. Поэтому я и настаивал, чтобы «бьюик» стоял возле парка. Кара нарушила приказ и теперь пожинает плоды.

– Она не могла попасть в лапы полиции! – Диестл повернулся к Хомеру. – Фрезер не звонил?

– Может позвонить в любой момент. – Хомер взглянул на часы. – Я предупредил его, что мне нужен полный отчет. Он должен разыскать Кару.

– Вы, кажется, разочарованы, – спокойно сказал Корридон, – А ведь я говорил: за избавление от Ричи придется дорого заплатить.

– Верно. – Диестл закурил. – Но у нас есть только ваши слова.

– Да что с вами? – спросил Эмис. – Я удовлетворен, чем недовольны вы? Корридон отлично выполнил свою работу.

– Если Ричи мертв, тогда его работу можно признать о+личной, – подчеркнул Диестл. – Я предпочитаю дождаться доказательств.

Корридон был спокоен. Он знал, что о смерти Ричи станет известно по слухам, которые распространит Роулинс.

Через несколько минут гнетущего молчания раздался телефонный звонок.

Хомер схватил трубку.

– Да? – Он кивнул Диестлу. – Это Фрезер. – И снова в трубку: – Я слушаю.

Фрезер начал доклад. Диестл и Эмис стояли рядом с Хомером, Корридон развалился в кресле напротив. «Какой длинный отчет», – подумал он. По крайней мере, на его стороне Эмис. Диестла мучат подозрения. Хомер колеблется. Главное, что его версию принял Эмис, – ведь он самый опасный.

– Немедленно дайте мне знать, – наконец сказал Хомер и повесил трубку.

– Ну? – нетерпеливо потребовал Диестл. – Ричи убит?

Хомер кивнул. Его глаза блестели.

– Сомнения нет. Фрезер разговаривал с самим Роулинсом. Завтра будет сообщение в газетах.

Корридон тихо вздохнул.

– А Кара? – спросил Диестл.

– Попала в лапы полиции. Рассказ Корридона вполне точен. Она уехала, как только началась стрельба, столкнулась с грузовиком и врезалась в витрину магазина на Найтсбридж. Ее отвезли в полицейский участок.

– Мак-Адамс?

– Тоже в полиции. Чичо убит.

Диестл нахмурился.

– Не опасаетесь, что эта пара заговорит?

– Кара не заговорит, а Мак-Адамс… пожалуй, – ответил Эмис. – Я полагаю, что нам надо принять меры предосторожности.

– Какие? – удивился Хомер. – Что мы можем сделать?

Губы Эмиса тронула улыбка.

– Ему нужен адвокат, а адвокаты носят портфели. Что проще, чем пронести бомбу, которая взорвется при открывании портфеля.

Диестл кивнул.

– Верно. – Он повернулся к Корридону. – Вы сумеете сделать такую бомбу?

– Запросто. Но это несколько несправедливо по отношению к адвокату, – заметил Корридон.

– Что ж, такова его судьба, – усмехнулся Эмис. – Вы сделаете бомбу, я положу ее в портфель.

– Кара? – спросил Диестл.

– О ней я должен подумать, – сказал Эмис. – Может быть, удастся вырвать ее из тюрьмы.

Хомер улыбнулся Корридону.

– А теперь, мистер Корридон, – сказал он; – я думаю, вам не мешает отдохнуть. Вы устали и возбуждены. Кстати, вы отлично справились с работой, можете считать себя полноправным членом нашей организации. Вы свободны и можете ходить куда угодно. Согласно договоренности, завтра мы выплатим остальные пятьсот фунтов. Буду вам признателен, если вы согласитесь совершить с Эмисом небольшую прогулку за деньгами. Через несколько дней мы поручим вам другую работу и, будьте уверены, хорошо за нее заплатим.

Корридон встал.

– Превосходно, – улыбнулся он Хомеру. – Я готов действовать.

– Хотя вы вольны в своих передвижениях, – продолжал Хомер, – не нужно забывать, что полиция все еще разыскивает вас в связи с убийством Листренжа. Будьте осторожны.

– А нельзя ли что-нибудь сделать насчет этого? – поинтересовался Корридон. – Если вы считаете, что я могу быть полезен, то я должен иметь полную свободу.

– Корридон прав, – вступил Эмис. – Чтобы он был действительно полезен, с него надо снять подозрение в убийстве. Марта сыграла свою роль; полагаю, мы можем избавиться от нее. Самоубийство и полное признание очистят Корридона. Я позабочусь об этом.

– Вот видите, мистер Корридон, – улыбнулся Хомер, – нет проблемы, которую ваш друг Эмис не мог бы разрешить. Пока жива Кара, однако, вам безопаснее, пожалуй, никуда не выходить… Лидер будет проинформирован о вашем успехе. Не сомневаюсь, что он захочет встретиться с вами. Возможно, он посетит нас завтра.

– Хорошо. – Лицо Корридона ничего не выражало.

Едва он дошел до двери, как свет в кабинете погас и тут же снова зажегся.

– Кто-то к нам проник! – закричал Эмис и кинулся к выходу.

– Куда смотрит охрана? – Хомер побледнел и тоже вскочил. – Разве можно преодолеть ограду?

Эмис молча схватил Корридона за руку и потащил за собой.

– Это сигнал, – объяснил он, открывая дверь на улицу. – Кто-то попал в зону лучей. Вы идите по правой стороне, а я по левой. Держите. – Он сунул Корридону небольшой пистолет. – Без крайней необходимости не стреляйте. Этот человек мне нужен живым.

– А как же собаки? – спросил Корридон.

– Не беспокойтесь, они со сторожами.

Эмис убежал.

«Кто бы это мог быть?» – думал Корридон, двигаясь в темноте и приглядываясь к теням. Он предупредил Роулинса, чтобы сюда никто не вздумал соваться. Конечно, возможно, пытался бежать содержащийся здесь пленник…

Из зарослей рододендронов послышался шорох. Корридон шагнул вперед.

– Стой! Стрелять буду!

– Мартин!

Голос заставил его вздрогнуть.

– Марион?!

Она вышла из кустов и схватила его за руку.

– Вы сумасшедшая, – мягко проговорил он. – Вас уже здесь ищут. Немедленно прочь!

– Послушайте, Мартин. Кара сбежала. Я пришла предупредить вас. Она появится с минуты на минуту.

Глава 31

Прежде чем Корридон успел осознать важность сообщения, послышались чьи-то шаги.

– Бегите! – прошипел он. Но она не успела даже шевельнуться, как из темноты возник Эмис.

«Если помочь ей скрыться, – подумал Корридон, – надежда встретиться с лидером и раскрыть всю организацию рухнет». Он мысленно ругал Ричи и Роулинса за то, что они пустили ее сюда. Он понимал, что полковник, не задумываясь, пожертвовал бы любым человеком, чтобы узнать, кто стоит во главе организации. Теперь Ричи приносит в жертву собственную племянницу.

Корридон схватил Марион за руку в тот момент, когда к ним подошел Эмис.

– Она выскочила прямо на меня!.. Кто вы такая и что здесь делаете?

Эмис осветил ее лицо фонарем.

– Говори! – рявкнул он.

– Я хочу осмотреть дом, – твердо ответила Марион. – Вы что, приняли меня за грабителя?

– Как вы сюда попали? – потребовал Эмис.

– Перелезла через забор. Я так много слышала о Бейнтризе… Мне говорили, что вход сюда запрещен, вот я и решила проверить.

– Ведите ее в дом, – приказал Эмис. – Она, конечно, врет. Это человек Ричи.

– Пошли, – скомандовал Корридон и сжал ее руку.

Она попыталась вырваться, но он удержал ее.

– Помочь? – спросил Эмис.

– Нет.

Корридон потащил упирающуюся девушку к дому.

– Но это же смешно! – запротестовала Марион. – Я только хотела посмотреть!..

– Сейчас ты все увидишь, – зловеще проговорил Эмис. – Отведите ее в кабинет Хомера.

Корридон не знал, что делать. Если бы не Эмис…

– Кто вы? – спросил Хомер, и в его маленьких глазках блеснул страх.

– Меня зовут Марион Холли. Я живу в коттедже напротив, – холодно ответила Марион. – Хотела взглянуть на этот таинственный дом, – а то все говорят, что сюда не пускают, – и перелезла через забор. Конечно, глупо с моей стороны, но я приношу извинения. Можно теперь уйти?

– Ты работаешь на Ричи? – спросил Эмис.

– РиЧи? Не понимаю, о ком вы… – Марион повернулась к нему лицом. – Я отдаю себе отчет, что нарушила границы частного владения, и все же, по-моему, эта история и яйца выеденного не стоит.

Корридон восхищался ее самообладанием. К нему обратился явно колеблющийся Эмис:

– Вы знаете большинство агентов Ричи. Она из их числа?

– Нет. Никогда ее не видел.

Хомер облегченно вздохнул.

– Может быть, она говорит правду? – спросил он. – Люди интересуются Бейнтризом.

– Не понимаю, что здесь происходит, – раздраженно пожаловалась Марион. – Я уже извинилась за вторжение. Что еще я должна, по-вашему, сделать?

Корридон с интересом наблюдал за ситуацией. Эмис и Хомер в нерешительности переглядывались, не зная, что делать.

– Если вы хотите, чтобы я ответила за свой поступок, действуйте скорее. Но вы не имеете права задерживать меня.

Она повернулась и пошла к двери.

«Так она и уйдет», – подумал Корридон.

Марион открыла дверь и, судорожно вздохнув, отступила назад.

На пороге стояла Кара с пистолетом в руке. Глаза ее были устремлены мимо Марион на Корридона. Черный свитер был в грязи, брюки порваны.

– Назад! – закричала она Марион. – Я знаю, кто ты. Ты племянница Ричи!

Понимая, что более опасного положения быть не может, Корридон потянулся за пистолетом, полученным от Эмиса, но Кара не отрывала от него взгляда.

– Руки!.. Еще одно движение, и я пристрелю тебя, крыса!

Корридон улыбнулся.

– Ради Бога, не драматизируй… – посоветовал он.

– Племянница Ричи, – воскликнул Эмис. – О чем ты говоришь?

Не сводя с Корридона глаз, Кара продолжала:

– Он обманывает вас. Они заодно. Это он убил Чичо. Я сама видела.

Корридон посмотрел на Эмиса и пожал плечами.

– Чего от нее ожидать? Пытается выкрутиться, лжет, чтобы обелить себя.

– Это ты лжешь! – закричала Кара и смертельно, побледнела. – Эта женщина – Марион Говард, племянница Ричи!

– Это правда? – Эмис повернулся к Марион.

– Как вы смеете! – возмутилась она. – Господи, да что здесь происходит?! Предупреждаю, я обращусь в полицию!

– Она племянница Ричи? – спросил Эмис у Корридона.

Тот покачал головой:

– Понятия не имею. У Ричи действительно есть племянница, но я никогда с ней не встречался. Да разве стал бы он впутывать племянницу в крайне опасное дело? Уверен, что Кара умышленно пытается внести разлад.

– Мы скоро это проверим, – угрожающе произнес Эмис. – Я заставлю ее говорить!

Он схватил Марион за руку.

– Значит, ты работаешь на Ричи?

– Отпустите меня! – закричала Марион. – Как…

Она всхлипнула, когда Эмис заломил ей руку за спину.

Корридону очень захотелось ударить Эмиса, но он сдержался, зная, что Кара не спускает с него глаз.

– Отвечай! – И Эмис так дернул Марион за руку, что та упала на колени.

– Осторожнее, – предупредил Хомер. – Если она не…

– Подождите, – сказал Корридон. – Позвольте попробовать мне.

Эмис отпустил Марион.

– Хорошо, – решил он. – Но если она не заговорит, я переломаю ей руки.

Корридон склонился над девушкой.

– Если вы работаете на Ричи, лучше признайтесь. Он не шутит.

Корридон многозначительно посмотрел на нее, давая понять, что обман ей не поможет.

В этот момент Эмис снова заломил ей руку. Марион вскрикнула.

– Да!.. Я работаю на Ричи.

Эмис отпустил ее и отошел. Хомер судорожно вздохнул.

– Тогда они знают, что мы здесь… – проговорил он.

– Они знают все! – с бешенством закричала Кара. – Неужели вы не понимаете?! Он дурачит вас! Ричи не убит. Она пришла предупредить его, что я сбежала!

– Кара лжет, – резко сказал Корридон. – Я никогда не видел эту женщину. – Он повернулся к Хомеру. – Она пытается избавиться от меня.

– Эта шпионка знает его! – завопила Кара, указывая на Марион. – Спросите получше! Если сами не можете, дайте ее мне!

– Ты знаешь его? – зловеще произнес Эмис, вновь схватив руку девушки.

Марион покачала головой.

– Нет.

– Мы напрасно теряем время, – обеспокоенно сказал Хомер. – Если полиции все известно, то сюда могут нагрянуть в любой момент.

– Они ничего не докажут, – огрызнулся Эмис. – Пусть попробуют. – Он подошел к Корридону. – Ты говоришь, что Кара хочет от тебя избавиться… Я выясню, кто здесь лжет. Если эта девушка не знает тебя, тогда все в порядке. Я сам займусь ею.

Корридон пожал плечами. Эмис сунул руку в его карман и вытащил пистолет.

– Я подержу это пока у себя, – сказал он спокойно и, подойдя к столу Хомера, нажал кнопку звонка. – Испытание простое. Если она знает тебя, я вырву у нее твое имя. Если не сможет назвать его…

– Назовет, – пообещала Кара. – Дайте ее мне.

– Заткнись! – рявкнул Эмис.

Корридон похолодел. Он знал Эмиса и теперь ругал себя за то, что не стал действовать, как только увидел Кару.

Открылась дверь, и на пороге возник Евский.

– Отведи эту женщину в подвал и приготовь для допроса.

Евский схватил Марион за руку и выволок из комнаты. Эмис, прищурившись, разглядывал Корридона.

– Ты и Кара пойдете со мной, – сказал он и, повернувшись к Хомеру, продолжил: – Проверь, чтобы здесь не оказалось лишних бумаг. Мы должны быть готовы к приходу полиции. Торопись! И не дрожи, как овца.

Корридон спускался первый, за ним следовала Кара с пистолетом в руке; Эмис шел последним.

Они достигли подвального этажа и направились к той камере, где только что прибывшему Корридону демонстрировали убитого.

Марион сидела в тяжелом деревянном кресле, привязанная к нему за руки и за ноги. Лицо ее побледнело, но глаза смотрели твердо и уверенно. Корридон боялся встретиться с ней взглядом.

Евский встал у двери. Кара стояла в стороне, не сводя глаз с Корридона.

Эмис снял пиджак и надел резиновый фартук. Его волчье лицо оставалось бесстрастным.

– По опыту знаю, – холодным, равнодушным голосом начал он, – что самый жестокий метод является самым быстрым. Времени на долгие беседы у меня нет. Что бы ни случилось, эта женщина из Бейнтриза не уйдет. – Он посмотрел на Корридона. – Я собираюсь ее истязать. Потом спрошу твое имя, и если она скажет… А если знает-скажет. Через мои руки в прошлом прошло немало людей, и все они говорили. Этот метод никогда не подводил.

Корридон почувствовал, что бледнеет. Эмис подошел к Марион, и в ее глазах появился ужас.

– В последний раз спрашиваю – ты знаешь его имя? – проговорил Эмис, наклонясь над ней. – Ты слышала мои слова. Это не шутка.

– Я не знаю, кто он, – ответила Марион. – Не прикасайтесь ко мне.

Эмис улыбнулся.

– Все будет сделано быстро, но, к несчастью, больно. – Он вцепился ей в волосы.

Она вскрикнула.

– Подождите! – резко сказал Корридон.

– Ну?

– Оставьте ее в покое, – улыбнулся Корридон. – Конечно, она меня знает. Я всегда был человеком Ричи. Кара права, я обманывал вас.

Эмис неподвижно стоял рядом с Марион.

– Что ты имеешь в виду? – спокойно спросил он.

– Уж не думаешь ли ты, что я мог бы позволить существовать такой организации, как ваша? Если бы не эта девушка, через несколько дней вы бы все сидели за решеткой. Жаль… Пока удача на вашей стороне. Но ненадолго.

Эмис подошел к Корридону.

– Значит, ты обманывал меня? – проговорил он.

И замахнулся.

Глава 32

Никогда Корридон не представлял себе, что обладает такой силой. Он перехватил руку Эмиса, с хрустом завернул ее за спину и толкнул его на Кару.

Едва он сделал первое движение, как Кара подняла пистолет и выстрелила. Но пытающийся удержаться на ногах Эмис качнулся в сторону, и пуля, предназначенная Корридону, угодила ему прямо в лоб. Однако и мертвое его тело продолжало защищать Корридона. Оно обрушилось на Кару и сбило ее с ног.

Все произошло так быстро, что Евский от удивления лишь раскрыл рот. Прыжок Корридона через всю комнату еще больше ошеломил его, а Корридон тем временем ударил каблуком по пальцам Кары, которая пыталась дотянуться до пистолета. Удар ребром ладони по шее заставил ее растянуться на полу.

Корридон успел подняться, чтобы встретить Евского. Сильный удар ногой в пах, и Евский, не успев опомниться, тихо сполз по стене вниз.

Тяжело дыша и потирая костяшки пальцев, Корридон улыбнулся девушке.

– Теперь удача на нашей стороне, – сказал он, подбирая пистолет Кары.. Распутав веревки, он помог Марион подняться, – Как вы себя чувствуете?

Девушка прижалась к нему, дрожа от пережитого страха.

– Я знала, что вы спасете меня, – произнесла она, пытаясь улыбнуться.

– Это надо было сделать раньше. Где Роулинс?

– С минуты на минуту будет здесь. Я предупредила его, что иду к вам.

Корридон перешагнул через труп Эмиса и подошел к Евскому. Найдя в его кармане пистолет, он забрал его и вручил Марион.

– Пошли. Я хочу поговорить с Хомером, пока не появился Роулинс. Вас я отведу в свою комнату. Там вы будете в безопасности.

Он открыл дверь и выглянул наружу.

– Все в порядке. Придется им здесь немного посидеть. Никто их не услышит, – сказал он, запирая дверь за собой на задвижку. – Если случится что-нибудь непредвиденное, не раздумывайте. Стреляйте первой, извиняться будем потом.

Никого не встретив, они благополучно достигли холла.

– Теперь к лестнице, – тихо велел Корридон. – Моя комната на втором этаже слева.

Марион кивнула, а он неожиданно улыбнулся.

– Вы выглядите чересчур бесстрастной, – заметил он. – Я полагаю, вам надо радоваться.

– Этот человек до смерти напугал меня…

До второго этажа они дошли без происшествий.

– Сидите в комнате. В случае чего – стреляйте.

– А вы?

– Есть одно пустяковое дельце… – сказал Корридон и подтолкнул девушку к двери в комнату. А сам, сжимая в руке пистолет Кары, спустился в холл и направился в кабинет Хомера.

Тот, бледный и взволнованный, перебирал бумаги на столе.

– Не двигаться, – скомандовал Корридон и поднял пистолет.

Хомер замер как изваяние. Только по судорожно вздымающейся груди можно было определить, что он жив. Корридон закрыл за собой дверь.

– Ваша игра проиграна.

– Что вы хотите? – пробормотал Хомер.

– Сядьте и положите руки на стол. Мне нужно имя лидера.

Хомер сел.

– Я не знаю, – дрожащим голосом выдавил он. – Откуда же мне знать?

Корридон улыбнулся.

– Через несколько минут здесь будет полиция. У вас есть два пути: десять лет тюрьмы или пуля в живот. Что вас устраивает больше?

Губы Хомера задрожали.

– Такова ситуация, – продолжал Корридон. – Если вы не скажете мне, кто лидер, я пущу вам пулю в живот. Если скажете, отдам вас Роулинсу.

Хомер с ужасом смотрел на него.

– Но я не знаю, – пролепетал он. – Я не знаю!

– Что ж, придется вас убить. – Корридон подбросил пистолет в руке. – Начинаю считать. Если к моменту, когда я досчитаю до десяти, вы не откроете мне имя лидера, я застрелю вас.

– Но я не знаю! Я никогда не знал…

– … пять, шесть, семь…

Его палец лег на спусковой крючок.

– Стойте! – заорал Хомер. – Я скажу. Это Джордж Мэйнворт.

Корридон усмехнулся.

– Так я и думал. Его вышвырнули из армии, и он начал мстить.

– Они убьют меня! – завизжал Хомер. – Они убьют любого, и вас тоже!

– Не надо истерик, – поморщился Корридон. – Никого они больше не убьют.

Он услышал, как за спиной скрипнула дверь, и резко обернулся.

– Ты здесь… А я-то собрался искать тебя по всему дому.

На пороге стоял улыбающийся Роулинс. Трое мужчин в штатском вошли в комнату и окружили Хомера.

– Странное дело, – хмыкнул инспектор. – Наше появление здесь, похоже, никого не удивило.

– Уберите его отсюда. – Корридон кивнул в сторону Хомера. – Это один из местных боссов. У Марион все в порядке?

– Да. А вот и она сама.

В комнату вошла Марион.

– Вы не представляете себе – Мартин был великолепен! – сказала она Роулинсу. – Если бы вы только видели, как он в одиночку расправился с теми, что в подвале.

– Как раз представляю. – Роулинс улыбнулся Кор-ридону. – Он просто бесподобен.

Детективы увели Хомера. Тот явно был рад, что находится в окружении полиции.

– Диестла нашли? – спросил Корридон.

– Пока ищем, – ответил Роулинс. – На сегодня с тебя достаточно. Иди, остальное мы сделаем сами.

– Есть еще немало важных дел. Я хочу, чтобы ты поехал со мной в «Насест». Хомер назвал имя лидера – Мэйнворт.

Роулинс кивнул.

– Меня это не удивляет. Ричи подозревал, что именно он стоит за спиной этих подонков. Подожди еще пять минут.

Он торопливо вышел из комнаты.

– Есть какие-нибудь новости от дяди? – спросил Корридон, закурив сигарету.

– У него все в порядке, – ответила девушка. – Он даже не лег в постель. – Она помолчала и продолжила: – Вы Молодец, Мартин. Отличная работа!

– Да. – Корридон задумчиво посмотрел на нее. – Но пока мы еще не поймали Мэйнворта.

Он подошел к двери и вышел в холл. По лестнице в сопровождении эскорта полицейских спускался Диестл.

Появился Роулинс.

– В подвале пара опасных типов, – предупредил его Корридон. – Кара и Евский. Эмиса ты тоже найдешь там, но мертвого. Его убила Кара.

– Неплохой улов, но пора ехать к Мэйнворту, – отозвался инспектор.

– Поедете с нами? – спросил Корридон у девушки.

– О да. Я ничего не хочу упускать. Кроме того, дяде важны мельчайшие подробности.

Они вышли на улицу и сели в полицейскую машину.

– Думаешь, он там? – спросил Роулинс.

– Буду удивлен, если Хомер не предупредил его. Но может быть, нам повезет.

Им не повезло. Когда они добрались до «Тепленького насеста», Бретт с саркастической усмешкой сообщил, что Мэйнворт покинул клуб полчаса назад.

В кабинете майора царил разгром; разбросанные по полу бумаги, опустошенные шкафы, перевернутые ящики…

Корридон задумчиво смотрел на сейф. Похоже, Мэйнворт очень спешил.

Роулинс сел за стол.

– Мы поймаем его. Я привел в движение всю полицейскую машину. А сейчас поедем на Страдфорд-роуд. Полковник Ричи будет рад тебя видеть.

Корридон не отрывал глаз от сейфа. Роулинс нахмурил брови.

– Что с тобой? Сейф впервые видишь?

Корридон усмехнулся.

– Я думаю о твоем ломаном гроше, – отозвался он. – Кара-то ведь от тебя все-таки ушла… Лучше отдай его мне, пока не потратил.

Глава 33

Ричи с перевязанной рукой сидел в кресле в своем кабинете. Корридон прислонился к камину.

– Не считая Мэйнворта, с организацией покончено, – сказал он. – уРоулинс уверен, что схватит его.

Ричи кивнул.

– Не сомневаюсь. Дело времени, из страны eмy не уйти.

– Почему? Если у него есть деньги, он может нанять лодку или самолет…

– Ничего у него сейчас не выйдет. Вы проделали большую работу, Мартин. Марион сообщила мне подробности. Кстати, вы рисковали жизнью ради нее. Благодарю вас.

Корридон молчал. Он не любил, когда его очень хвалили.

– Чепуха… Жаль, что вас подстрелили. Мне бы следовало предположить, что Кара нарушит приказ.

– Это чертовски неудобно, но могло быть и хуже. Через несколько недель и следа не останется. – Ричи отхлебнул виски. – Послушайте, Мартин, военное министерство увеличивает штаты. Мне нужен помощник. Он получит чин майора и специальный оклад. Как вы на это смотрите?

Корридон замялся. Он не хотел обижать Ричи, но знал, что эта работа не для него.

– У меня другие планы. Терпеть не могу армейской дисциплины.

– Полезное и важное дело! – продолжал полковник. – Вам пора твердо встать, на ноги. Разве вы не думаете жениться?

– Я?! – изумился Корридон. – Что вы, зачем мне приносить кому-то несчастье? Я не создан для семейной жизни.

– Это зависит от девушки, – начал Ричи. – Марион…

Корридон перебил его.

– Я уезжаю в Париж.

Ричи внимательно посмотрел на него и, поняв, что уговоры бесполезны, улыбнулся.

– Конечно, вы должны отдохнуть, но подумайте, Мартин. Пора остепениться. Вы уже не мальчик.

– Мне тридцать восемь, – уязвленно сказал Корридон. – Я обещал себе, что к сорока буду иметь в банке десять тысяч фунтов. Служба этого не даст.

В дверь постучали, и вошел Роулинс.

– Сети расставлены, остается только ждать, – если, конечно, он не выберется из страны каким-нибудь непредвиденным способом. На всякий случай я предупредил континентальную полицию.

– Деньги у него есть? – спросил Ричи.

– Думаю, да. Хомер сказал, что у них было пятнадцать тысяч на всякие расходы, но мы ничего не нашли.

– Надеюсь, он не успеет их растратить, – усмехнулся Корридон, – Недурной подарок для казны.

Роулинс закурил.

– Хомер оказался очень полезным и многое нам рассказал. Бретта мы также арестовали – по словам Хомера, он их человек. Взяли женщину, которая убила Листренжа. Она призналась. – Инспектор посмотрел на Корридона. – Так что ты чист как стеклышко.

– Ну и отлично. А что с Лорин Фейдак?

– Мы ее отпустили, намекнув, что ей лучше покинуть страну. Пока она в отеле «Мейфэр».

– Вы, кажется, все продумали. – Корридон перевел взгляд на Ричи. – Теперь я снова в отставке и завтра надеюсь быть в Париже. – Он протянул руку, – Берегите себя, полковник… И в следующий раз не выбирайте меня, хорошо?

Ричи пожал его руку.

– Может, передумаете? – спросил он. – Париж вам быстро надоест.

– Вы же сами не верите в это. – Корридон подошел к двери. – Но, впрочем, кто знает, вдруг в Париже действительно станет скучно… – Он улыбнулся Роулинсу. – Прощай, фараон. Думай, прежде чем арестовывать.

– Мне кажется, что у него что-то на уме, – сказал инспектор, когда Корридон вышел. – Он слишком быстро потерял интерес к Мэйнворту. Полагаю, за ним следует понаблюдать.

– Это будет напрасной тратой времени, – заметил Ричи. – Он слишком умен, чтобы позволить следить за собой. Но, пожалуй, вы правы: он что-то замыслил. Так что если хотите получить Мэйнворта и деньги, спешите, пока до них не добрался Корридон.

Марион поджидала на лестнице.

– Вы приняли предложение дяди, Мартин? – спросила она.

Он посмотрел в ее серьезные серые глаза и покачал головой.

– Нет, это не по моей части. Не люблю бумажную работу. Кроме того, я уезжаю в Париж.

Она побледнела.

– Вам лучше знать… Жаль…

– Я сообщу вам, где остановился, – сказал Корридон и взял ее за руку. – Может, у вас появится желание посетить Париж.

Марион выдернула руку.

– Вряд ли. Но я буду думать о вас, Мартин.

Корридон неожиданно почувствовал себя подавленным.

– Многие мчатся за позолотой, когда чистое золото находится прямо перед глазами… Я из таких людей. Пока, Марион. Мы еще встретимся.

Он обнял ее и поцеловал. Потом, когда она начала что-то говорить, он потрепал ее по руке и торопливо выбежал на улицу.

Глава 34

Стрелки часов показывали без двадцати три. Большая холодная луна освещала ровную дорогу, ведущую через Робертс-бридж в Балдслоу и Гастингс.

Корридон зевнул. Дьявольски хотелось спать, но дело не терпело отлагательств… Он нажал на акселератор, и машина резко увеличила скорость.

Временами Корридон поглядывал назад, чтобы убедиться в отсутствии слежки. Роулинс не дурак, наверняка они с Ричи догадались.

Да, это последний шанс. Если не повезет, придется пересматривать планы… Едва узнав, что Мэйнворт скрылся, Корридон напряг свою память и вспомнил, что Эрни упоминал бунгало возле Гастингса.

– Прекрасное местечко, – рассказывал Эрни с усмешкой. – Среди скал, с видом на море. Кругом ни души.

Если Мэйнворт попытается бежать морем, то именно оттуда.

Мысли Корридона вернулись к Марион. Ричи намекал, что не будет возражать против их союза… Корридон нахмурился и покачал головой. Такая жизнь не для него. Он не хочет каждое утро ходить на службу в министерство. Ему не нравится жить по шаблону. По крайней мере, он честен с собой… А вообще-то, жаль. Марион привлекает его… Привлекает, не больше.

Корридон проехал мимо городской башни, часы на которой показывали три. Одинокий полисмен проводил машину глазами и остался стоять в тени.

«Еще двадцать минут езды, – подумал Корридон, – и час на поиски бунгало. Потом либо повезет, либо нет».

Дорога вилась между скал. Наконец Мартин остановил машину и вышел. Внизу плескалось море, у причала стояла большая моторная лодка. Значит, еще не поздно.

Чуть поодаль виднелся одинокий коттедж. Корридон быстро зашагал к нему и вдруг в ярко освещенном окне первого этажа заметил силуэт мужчины.

Мэйнворт?

У открытой калитки в сад Корридон остановился и прислушался, затем по тропинке направился к дому. Он шел вперед осторожно и беззвучно, помня систему охраны в Бейнтризе и ожидая здесь чего-либо подобного. Лунный свет освещал открытую дверь и маленькую кухню.

Корридон переступил через порог и закрыл за собой дверь. Он вытащил из кармана пистолет, прошел через большую, роскошно обставленную комнату и у следующей двери прислушался – какое-то движение, что-то скрипнуло, откашлялся мужчина…

Корридон повернул ручку и увидел перед собой заставленный книжными шкафами кабинет. У стола, спиной к двери, стоял Мэйнворт в пальто и шляпе.

Корридон шагнул вперед.

– Не двигайтесь, – спокойно сказал он.

Мэйнворт вздрогнул. Медленно-медленно он повернул голову и, тяжело дыша, лихорадочным взглядом уставился на Корридона.

– Простите, что напугал вас… Садитесь. Нам надо поговорить.

Мэйнворт замер, пытаясь прикрыть что-то своим телом.

Корридон подошел ближе.

– Уберите руки, – приказал он.

– Вы не имеете права, – пробормотал майор.

– Имею, – улыбнулся Корридон. – Не имеют только дураки… Решили сматываться?

Мэйнворт долго смотрел на него, потом убрал руку. На столе сверкала небольшая кучка бриллиантов.

– Садитесь, – любезно предложил Корридон. – У нас мало времени.

Мэйнворт упал в кресло. Рука его оставалась на столе в нескольких сантиметрах от драгоценностей.

– Они мои, – прошипел он. – Мы можем договориться, Корридон.

– Вот как? О чем?

– Эти камни стоят пятнадцать тысяч. Я даю вам половину – мне нужен всего час времени.

Корридон сел за стол и положил правую руку с пистолетом так, чтобы ствол был направлен в лицо Мэйнвор-та, а левой рукой отодвинул от майора пресс-папье.

– Ваша жизнь кончается здесь, – сказал он.

– Пока я жив, бриллиантов вам не видать!.. – Мэйн-ворт сжал кулаки. – Я все расскажу в полиции. Я знаю вас, Корридон, знаю ваши фокусы. Хотите обобрать меня? Ничего не выйдет!

Корридон улыбнулся.

– Разумеется, бриллианты я заберу. Лодку, кстати, тоже, и вы останетесь в безвыходном положении. Полиция уже едет сюда. Возможно, вам удастся скрыться от них, но очень ненадолго, разве что до утра. Вас все равно найдут. Допускаю, что они поверят вашему рассказу, но поверить и доказать – это разные вещи. А я к тому времени буду уже во Франции. Бриллиантов нет, меня нет – что тут делать?.. Картина ясна?

Мэйнворт молча наблюдал, как Корридон подгребает к себе драгоценности.

– Пока я не хочу быть слишком грубым с вами, – продолжал Корридон. – Вам дадут лет двадцать как минимум, но я сомневаюсь, что вы столько протянете. Вы не привыкли жить за решеткой, Мэйнворт. – Корридон сунул бриллианты в карман и встал. – Могу кое-что предложить. Возможно, вы видели такие штучки… – Он положил на стол белую капсулу. – У них большое преимущество – действуют быстро и безболезненно. Можете воспользоваться. Только долго не думайте – через полчаса полиция будет здесь. – Корридон начал медленно отступать к двери/– Прощайте, Мэйнворт. Не стоит расстраиваться. Вы играли и проиграли, теперь пришла пора платить.

Мэйнворт не повернул головы; он смотрел на капсулу, и губы его. дрожали.

Корридон выскочил из коттеджа, пробежал по садовой дорожке, перепрыгнул через забор и бросился к морю.

Лодка была готова к отплытию. Громкий рокот мотора должен был подействовать на Мэйнворта.

Корридон вел лодку по прямой. Когда земля скрылась из виду, он описал большой круг, через полчаса вновь пристал к берегу и прокрался к коттеджу.

Окна первого этажа по-прежнему светились. Мэйнворт, как загипнотизированный, все еще смотрел на белую капсулу.

– Откройте! – не своим голосом заорал Корридон. – Полиция!

Мэйнворт вздрогнул, схватил капсулу и сунул ее в рот.

С пистолетом в руке Корридон вошел в комнату, осмотрел труп и взял со стола бумажник. Потом вышел из коттеджа, сел в машину и помчался в Лондон.

Глава 35

Корридон, весело насвистывая, укладывал в чемодан вещи, когда в дверь постучали. Он спустился вниз и, к своему удивлению, увидел смущенное лицо Роулинса.

– Вечно ты приходишь не вовремя. Что тебе нужно?

– Позволь, во всяком случае, войти. Я хочу тебе кое-что сказать.

– Входи, но через час я отплываю.

– Надеешься уехать? – Роулинс был явно раздражен.

– Что с тобой? – Корридон продолжал упаковывать вещи. – У тебя плохой цвет лица. Печень шалит?

– Мы нашли Мэйнворта.

– Так надо радоваться!

– Он умер. Отравился.

– Тем более. Не придется тратить время на судебное разбирательство.

– Хомер показал, что у Мэйнворта было с собой пятнадцать тысяч фунтов, – мрачно отчеканил Роулинс. – Мы их не обнаружили.

– Он мог и соврать. – Корридон оглядел комнату, проверяя, все ли взял, и подхватил со стола серебряный портсигар. – Это мне подарили в полку, когда я уходил в отставку.

– Перестань болтать о своем полку! – взорвался Роулинс. – У меня есть основания думать, что ночью ты посетил Мэйнворта в его коттедже на побережье.

– У тебя иногда бывают дикие идеи.

Роулинс тяжело вздохнул.

– Ты ездил к нему?

– Упаси господь!

Роулинс сел.

– Мэйнворт собирался бежать, приготовил лодку… Потом вдруг передумал и покончил с собой. Почему?

– Что за вопрос? Может, ему не нравится французская кухня. Или начала мучить совесть. Или просто захотелось побыстрее встретиться со своими предками… Откуда мне знать?

– Считаю так. Внезапно лишившись своих денег, он решил покончить самоубийством…

– Ну и дурак… Все, старина, я тороплюсь.

– Ты не будешь возражать, если я обыщу твой чемодан? – спросил Роулинс. – Уверен, что деньги взял ты.

– Пожалуйста, обыскивай сколько хочешь, если у тебя есть на то ордер.

– У меня его нет, – мрачно ответил Роулинс. – Но полиции нужно помогать.

– Сегодня что-то неохота. – Корридон взял пальто и шляпу. – Ты никому не доверяешь, стыдись. Это даже некрасиво!

– Ничего-ничего, встретимся на таможне. Там мы тебя обыщем хорошенько!

– Ладно, – согласился Корридон. – Ну, пока. Полагаю, в ближайшие два года мы с тобой не увидимся.

Роулинс последовал за ним к лестнице.

– К черту эту конуру! – сказал Корридон, распахивая перед инспектором дверь. – Глубоко убежден, что человека должен окружать уют. Когда вернусь, привезу из Парижа деньги и заживу на широкую ногу.

– Пока у тебя нет ни гроша, – огрызнулся Роулинс. – Надеюсь увидеть тебя в квартире с решетками на окнах.

– Такое впечатление, будто ты накурился опиума… Иди выпей чаю, это обойдется тебе всего в шесть пенсов.

Роулинс покраснел. Корридон похлопал его по плечу, закрыл за ним дверь и, насвистывая веселую мелодию, поднялся к себе.

В таможне Ньюхейвена его ждали три сотрудника „спецслужбы. Корридон беспечно поздоровался с ними и предложил обыскать вещи и себя.

– Боюсь, бедняга Роулинс ошибся, – сказал он и начал раздеваться. – Пора ему в отставку.

Детективы во время обыска молчали. А когда Корридон поднялся по трапу на корабль и помахал им рукой, – переглянулись. Они понимали, что он одурачил их; понимали, что он одурачит и французскую полицию в Дьепе.

Садясь в Дьепе на поезд, Корридон облегченно вздохнул и, когда мимо проходила Лорин Фейдак, просто не обратил на нее внимания. Французские таможенники тоже доставили ему несколько неприятных минут, но Роулинс не мог предусмотреть всего.

На вокзале в Париже его тоже ждали детективы. Пока он с ними разбирался, Лорин покинула вокзал.

Полтора часа спустя Корридон расплатился с шофером такси возле современного отеля на улице Бальзака, осведомился у портье о мадемуазель Фейдак и с радостью обнаружил, что не совсем еще забыл язык.

Лорин открыла дверь.

– Никаких неприятностей? – спросил он, бросив в кресло пальто и шляпу.

– Они были слишком заняты тобой, – засмеялась Лорин. – Подожди пять минут, сейчас достану. Я спрятала их в подвязках.

– Не торопись, – махнул Корридон, любуясь ее красотой. – Семь тысяч принадлежат тебе-хоть что-то для начала.

– Спасибо, дорогой. Я боялась, что ты так скажешь. Полагаю, ты хочешь уйти отсюда… один?

– Да, – ответил Корридон и взял ее за руку. – Не расстраивайся. Ты не долго будешь одинока. В Париже тебя ждет большой успех.

Лорин быстро взглянула на него.

– А может, проведем неделю вместе? Потом я постараюсь утешиться… Видишь, я совсем бесстыжая…

– Ты однажды сказала, что я не из тех мужчин, в кого можно влюбляться. Ты сказала, что со мной девушка будет несчастна. Не волнуйся, Лорин, как только я продам бриллианты, мы расстанемся. Мне ведь придется работать…

– Я думаю, что ты любишь Марион Говард, – произнесла она, не поднимая головы. – Это так?

– Не знаю, – хмуро проговорил Корридон. – Во всяком случае, она в Лондоне, а я в Париже. Достань бриллианты.

Он подтолкнул ее к спальне.

– Хоть неделю… – попросила она. – И простимся… Я не буду устраивать сцен.

Корридон ждал и смотрел на залитую солнцем улицу. Весна-все женщины кажутся красивыми. Но даже в Париже, как и в Лондоне, можно чувствовать себя одиноким. Надо развеяться… Он решительно выбросил из головы Марион Говард и прошел в спальню, где его с надеждой ждала Лорин.