Любовник

Глава 58.

- Егор, чего ты там застыл? – шепчу хриплым ото сна голосом.

Проснулась от пугающей пустоты рядом, но оказалось, что он снова разглядывает спящего Богдана. Сидит на корточках у кроватки и смотрит на него сквозь белые прутья.

- Он чмокает во сне. Проголодался?

- Он ел час назад… - зеваю я, - чмокать во сне для малышей нормально.

- Может, его с нами положим?

- Егор!

- Ладно…

Поднявшись на ноги, он вытягивается на кровати рядом со мной. Я поворачиваюсь на бок и утыкаюсь лицом в его грудь. Его шумно выдыхает и, обвив меня одной рукой, второй стягивает с бедер трусики.

В животе вихрем закручивается желание. Становится жарко и душно. Собирая губами его вкус, я покрываю поцелуями горячую кожу.

- Вика, бл*дь… я когда-нибудь смогу насытиться тобой?..

Я перекатываюсь на спину и гостеприимно распахиваю бедра. Егор, встав между ними на колени, подтягивает меня к себе и принимается водить головкой вдоль скользких складок. Знает, что от этой ласки меня уносит на второй секунде.

Зародившееся в крестце желание быстро заполняет собой все участки моего тела. Внутреннюю поверхность бедер схватывает сладкими микроспазмами.

- Божжжеее… - выстанываю, прогибаясь в пояснице.

- Тшшш… ни звука, милая… сына разбудишь… - глядя на меня из-под тяжелых век, шепчет Егор интимно.

- Ммм…

Откинув голову на подушку, закусываю свой кулак. От охватившего меня жара выкручивает кости. Упираюсь пятками в постель и подаюсь к нему тазом. Пусть он уже возьмет меня по-настоящему!

Губы Егора изгибаются в порочной улыбке. Пусть смеется. Пусть. Да, я признаю собственное поражение и сдаюсь на милость победителя. Хочу своего наказания!

О, Да!..

Издевательства прекращаются. Раздвигая вибрирующие от притока крови стенки влагалища, в него медленно проталкивается каменный член.

Мы оба смотри на то, как он исчезает внутри меня. А потом наши взгляды встречаются, и в этот же самый миг Егор делает первый выпад.

- Ммм…

- Тшш… - шипит он, при этом сам на пределе.

В свете тусклого ночника, лоснится его влажная кожа. Литые мышцы перекатываются под кожей буграми. Соски съеживаются до размера маленьких камушков.

Продолжая методично выбивать из меня глухие стоны, Егор уверенно ведет нас обоих к финалу.

Удар – и свет меркнет перед глазами, второй – по венам растекается жидкий огонь. Третий – самый мощный – я проваливаюсь в пучину чистейшего кайфа.

Наверное, кричу, потому что мой рот затыкает сухая сильная ладонь. А потом ее заменяют жесткие губы, в то время как толчки становятся чаще и мощнее. И вскоре наше шумное дыхание разбавляет хриплый рык Егора.

Снова в меня.

- Егор, - шепчу сбито, - я могу забеременеть.

- Я мечтаю об этом… пусть будут погодки…

- С ума сошел? Знаешь, как это сложно!

- У тебя есть я. Чего тебе бояться? Няню наймем или мать мою у себя поселим. Она будет счастлива.

- Твоя мама? – о ней мы раньше никогда не говорили.

Все, что я о ней знаю – то, что он несколько лет назад перевез ее сюда из другого города.

- Да. Хочу вас завтра с ней познакомить.

Я испуганно замолкаю. С прежней свекровью наши отношения близкими не были. А тут, учитывая, что я прятала от ее сына ребенка, велика вероятность, что она затаит на меня обиду.

Перевернувшись на спину, Егор укладывает мою голову на своем плече.

- Мама уже плешь проела, каждый раз требуя от меня внуков.

- Думаешь, она обрадуется?

- Завтра сама увидишь, – хмыкает Егор.

Утром я просыпаюсь от густого цветочного запаха. Лежу какое-то время, не желая прощаться с прекрасным сном. Этот запах, он ведь оттуда?

Потянувшись, улыбаюсь и слышу, как гулит Богдан.

Распахнув глаза, резко сажусь в кровати. Прямо передо мной стоит Егор с сыном на руках, а поверх одеяла целый ворох красных роз.

Громко охнув, прячу лицо в ладонях. Горло стягивает спазмом, а глаза за секунду наполняются слезами.

А кто бы не разревелся на моем месте?

- Эй, Вик, ты чего? – доносится до меня обеспокоенный голос Егора.

У меня даже слова вымолвить не получается. Всхлипывая, лишь мотаю головой из стороны в сторону.

- Тебе не нравится? Розы не любишь?

- Нра-нравится-а-а… люблю-у-у…

- А ревешь тогда почему? – голос уже гораздо ближе.

- Эта так… мило, Его-о-о-р!.. – рыдаю я.

- Дурочка… Кис, посмотри на меня.

Я хватаюсь за угол одеяла, тщательно вытираю лицо, а только после этого поднимаю на Егора взгляд. Выглядит он офигенно. Взъерошенный, в одних лишь низко сидящих трико и со своей неизменной усмешкой на лице.

Опустившись на колени перед кроватью, он кладет Богдана на мои колени, а затем вынимает из кармана красную бархатную коробочку.

- Боже…

Удерживая ее пальцами одной руки, открывает ногтем большого пальца. А внутри…кольцо…

- Вика, ты выйдешь за меня?

- Ой, мамочки… Егор…

- Выйдешь, Вика? – тихо, но очень настойчиво.

- Да-а-а… Господи, конечно, да! Я выйду за тебя.

Мне кажется или он, правда, облегченно выдыхает. А потом сам надевает кольцо на мой безымянный палец.

- Я люблю тебя.

- И я тебя, Егор. Так сильно люблю!

Торжественность момента оказывается под угрозой, потому что Богдан, почуяв запах молока, нагло тянет лиф сорочки вниз, а когда грудь оголяется, впивается в острый сосок.

Я тихо смеюсь, а Егор жадно впитывает глазами эту картину. Никак не может спокойно смотреть на то, как я кормлю его сына грудью. Делает это каждый раз со смесью восторга и благоговения.

- Я люблю тебя, - повторяет снова.

Вытянув перед собой правую руку, любуюсь колечком с бриллиантом. У меня гора украшений от брака с Костей, которая лежит сейчас в шкатулке на антресолях. Есть там и золото и серебро и даже платина. И самоцветов разных, что не счесть.

А это кольцо – самое желанное, самое дорогое для меня.

- И я люблю тебя, Егор.

После завтрака, пока Богдан, лежа в люльке на кухне, грызет прорезыватель, мы с его отцом пытаемся пристроить цветы в воду. Мужчины, делая такие подарки, редко задумываются о вазах для них.

- Давай просто положим их в воду ванне.

- Ну, нет, Егор. Ты что? Бутоны испортятся.

- Давай поставим в твою вазу те, что влезут, а остальные выбросим.

- С ума сошел?!

Как он себе это представляет? Унести на помойку целый ворох свежих роз! Я никогда в жизни себе этого не прощу.

Выразительно закатив глаза, Егор куда-то исчезает, а через полчаса появляется с пятью вазами из белого матового стекла. Мы расставляем в них цветы, а из оставшихся я собираю букет для будущей свекрови.

Представляя наше с ней знакомство, не могу сдержать волнительной дрожи. Мне так хочется понравиться ей!

Пока мы собираемся, я расспрашиваю Егора о его маме.

Зовут ее Людмила Николаевна. И она бывший преподаватель вуза по педагогике.

Ого!

Сейчас, конечно, на пенсии. Все свободное время тратит на дачу и ожидание внуков.

Что ж, я еду знакомиться не с пустыми руками. Надеюсь, ее мой подарок порадует.