Любовь до гроба

Семнадцать справили обое —

Мария и двадцатый век,

Когда в поместье под горою

Пришёл жестокий человек.

Отец слабеющей рукою

Достал из ножен свой клинок.

Под Шипкой молодым героем

С тремя врагами сладить смог.

Дочь, защищая от смутьяна,

Он рухнул замертво с крыльца.

Она досталась атаману

Без обручального кольца.

Мирясь с тяжёлой горькой долей,

Свою судьбину не кляня,

Она на лошади по полю

Носилась, шпорами звеня.

Пришлось недолго атаману

Гулять весеннею порой.

В пыли могильного кургана

Укрылся он землёй сырой.

Мария — юная девчонка,

Став атамановой вдовой,

Сменив на галифе юбчонку,

Вела бандитов на разбой.

Разбойник чтит закон нагана,

А поддержал её Семён.

Силач, подручный атамана,

Что тайно был в неё влюблён.

Её прозвали «Ураганом».

Сметая всё как ураган,

На жеребце своём буланом

Неслась по скошенным лугам.

Дрожала в страхе вся округа —

Великий Новгород и Псков.

Но хаос откатился к югу.

Окрепла власть большевиков.

Чтоб навсегда пресечь разбои,

Пришёл из города отряд.

Четыре сотни, ровным строем,

Проверенных в боях солдат.

Кто может сладить с этой силой?

Бежала шайка наутёк.

Сама Мария угодила

В холодный погреб под замок.

Чтоб дело завершить скорее

Ей на рассвете мужики,

На тонкую девичью шею

Надели галстук из пеньки.

Ждала заслуженная кара.

Безмолвствовал солдатский строй.

Она напротив комиссара

Стояла с гордой головой.

Они смотрели друг на друга,

И вспоминали первый бал.

Как он, танцуя в центре круга,

Её за талию обнял.

Потом прогулки под луною.

Валежника сухого хруст.

Шуршанье листьев под луною.

Соединенье нежных уст.

Их пропасть размела по свету.

Они неслись по жизни вскачь.

И вот итоги скачки этой —

Она преступник, он палач.

Свою судьбу мы строим сами,

Но к прошлому возврата нет.

И он, играя желваками,

Ногой ударил табурет.

Вдруг комиссару под лопатку

Семён, подкравшись, нож вонзил.

Воткнув его под рукоятку,

За смерть Марии отомстил.

О судьбах говорят недаром.

Свёл, дав двум грешникам покой,

Злой рок, Марию с комиссаром

Неумолимою рукой.

Их схоронили близ дубравы,

Насыпав небольшой курган.

А их могильщик — век кровавый

И дальше мчал как ураган.