глава 4

Виктор

― А я смотрю, у тебя всё хорошо, Виктор! ― разнёсся эхом по катку голос Ани Елисеевой., в тот момент, когда я прокатывал один из элементов своей программы на будущий сезон.

Катаясь, я умудрялся поглядывать за своей теперешней ученицей Аней Шерман.

Пришлось прерваться из-за внезапного появления постороннего на нашей с Аней тренировке. Подъехав чуть ближе поинтересовался:

― А ты, что здесь делаешь Елисеева?

Она только возмущённо фыркнула в ответ.

― Не вериться, что Яков, так легко отпустил тебя в Лондон.

― Он и не отпускал. Я уехала тайком, ― проворчала она, ― а всё из-за тебя…

― Меня?! ― ясно, ― так значит, Яков не знает где ты сейчас, да?

― Выходит, что не знает…

В этот момент у моей землячки зазвонил телефон, а следом пришло смс-сообщение от Якова Силина с фото, на котором была запечатлена его ученица с хаштегом "Лондон".

― Упс, кажется, я спалилась, случайно отправив ему фото и теперь он знает где я, ― ворчала Анна, и без особого желания принимая входящий вызов от своего тренера.

Стоило ей ответить, как в трубке грозно прогремело:

― Аня, какого чёрта, ты делаешь в Лондоне! Ты же сама знаешь, как важно время перед твоим дебютом во взрослой лиге!

― Я же сказала! Я ни за что не вернусь в Россию, пока Виктор не выполнит своё обещание!

"Вот же крикливый старикашка, у меня как бы свой план есть," ― проворчала моя землячка сбрасывая вызов.

― Обещание?! ― произнёс, я задумчиво.

― А ты, что забыл? Ты обещал, что, если я стану золотым призёром гран-при среди юниоров. Ты создашь для меня программу, с которой я смогу дебютировать во взрослой лиге. А главное победить в финале-гран-при в этом сезоне.

― Победить?! ― тихо воскликнула моя ученица и умолкла.

― Я такое обещал?! ― ответил, хитро усмехнувшись, ― прости забыл. Ты же знаешь какой я забывчивый… ― ответил я. От чего-то мне нравилось поддразнивать эту самоуверенную девчонку. Её реакция веселила меня. Вот, как сейчас…

― Да, ты издеваешься, Виктор! ― кричала она на весь каток, свирепо зыркая на меня.

Видимо она это делала специально, чтобы соперница тоже узнала о чём речь. Поэтому выкрикивала свои фразы на чистом английском.

Аня Шерман, сначала молча слушала наш с Елисеевой обмен любезностями, так скажем. А потом просто уехала на середину катка оттачивать пластику движений и прыжки.

Только вот её грустно-задумчивое выражение лица меня почему-то обеспокоило. Она, явно о чём-то интенсивно размышляла, либо пыталась упорядочить свои мысли, потому что каждый второй прыжок заканчивался падением.

― Шерман… идиотка… соберись… ― рыкнула на весь каток Елисеева, ― не заставляй Виктора пожалеть о своём решении ― тренировать тебя!

Аня остановилась и серьёзно посмотрела на мою орущую землячку.

― Чего уставилась, ― я всё ещё считаю тебя своей единственной соперницей во взрослой лиге и собираюсь в честном соревновании победить тебя!

Шерман, слегка улыбнулась в ответ.

― Но глядя на твоё катание уверена на все сто победа уже у меня в кармане, ясно тебе? ― распиналась Елисеева.

Аня только кивнула. И тут же чисто выполнила тройной аксель с прекрасным выездом.

Вот, что значит мотивация от будущей соперницы, пусть и негативная.

― Ну, что Виктор, обещание есть обещание. Ты создашь мне эту программу, так что, бросай эту бездарность и возвращаемся в Россию.

От слов Елисеевой на лице Шерман отразилась целая гамма всевозможных эмоций: от удивления до испуга.

Видно было, как сильно Анна взволнована в ожидании моего ответа её возможной сопернице.

― Ладно… решено. Завтра я создам программу для вас обоих на ту же музыку, которую я использовал для своей короткой программы…

Моё предложение обеими девушками было воспринято в штыки:

― На ту же музыку, что и у неё?! ― указав друг на друга ответили обе одновременно.

― Нет, у этой части есть несколько разных установок. Я пытался решить какую использовать. Разумеется, для каждой из вас я придумаю свою программу. А раскрою я программу через неделю, ― воскликнул я восторженно, ― Будете соревноваться в том, кто больше сможет удивить публику.

― Так, давайте успокоимся, ― громко воскликнула моя ученица, ― я не хочу наказания за поражение…

― Виктор, сделает то, что скажет ему победитель! ― воскликнула моя землячка, ― если так, то я за

― Великолепно, ― ответил я, ― условия приняты…

― Погодите минутку, ― вклинилась подруга моей ученицы работающая на этом катке, вместе со своей младшей сестрой и своим супругом, ― позволите ли нам договориться с администрацией катка и организовать это событие. Соревнование между Анной из России и Анной из Великобритании?

― Конечно, ― ответил спокойно.

― Отлично, за дело, ― воскликнули они воодушевлённо и умчались в неизвестном направлении.

На следующий день во всех СМИ трубили о предстоящем через неделю соревновании между Шерман и Елисеевой.

Закончив тренировку все вместе отправились домой к Шерман, на ночь глядя Елисеева вряд ли сможет так просто забронировать свободный номер в гостиницах Лондона.

Едва ли не с порога Аня Елисеева заявила:

― Где моя комната?

― Ты, остаёшься здесь?! ― удивлённо воскликнула Шерман, когда Елисеева спокойно уселась на кровать в её комнате.

― Конечно! Ведь будет не честно, если ты заграбастаешь Виктора себе на всё время. Я останусь тут, поняла?

― Моё мнение, как я поняла, тебя мало интересует. Да, и к слову, свободных комнат нет, так что тебе придётся делить одну постель на двоих, ― коварно улыбнувшись, ответила Аня Шерман, указывая на ту кровать, где сидела её соперница.

― Ладно, ― вздохнула разочарованно Елисеева, ― и не плохо бы поесть. С утра маковой росинки во рту не было.

― Пошли, накормлю тебя, горе-соперница, ― ответила Анна, рассмеявшись, покидая свою комнату, ― не хочу, чтобы ты упала в голодный обморок на нашем поединке, ― и обернувшись ко мне стоящему у двери, добавила:

― Виктор, тебя это тоже касается…

Кажется, моя ученица, оживилась, с внезапным появлением своей соперницы в её жизни. Это хорошо. Не могу спокойно смотреть на её грустную мордашку. Улыбка ей больше к лицу. Прикрыв дверь, отправился следом за девушками на кухню.

Загрузка...