Любящий Вин

Глава 10

Прошло три мучительных недели, прежде чем Вин, наконец, сказал, что они едут домой. Мия ухитрялась продолжать работать на своей новой работе в бухгалтерии, куда Дом устроил ее после возвращения своей помощницы, но это было нелегко. Ее интервью было опубликовано на следующий день после отъезда Вина, и средства массовой информации стали еще более настойчивыми в ее поисках. Они все еще не смогли отследить ее до дома Вина, но только потому, что Дом тщательно спланировал, как незаметно проводить ее в офисное здание и выводить из него.

Не раз он отправлял ее с кем-нибудь из своих сотрудников, в то время как Дом отвлекал прессу заявлениями о том, что ему ничего не известно о ее местонахождении. Было несколько случаев, когда он даже чувствовал себя достаточно неуютно, чтобы вернуться в дом Вина, опасаясь, что приведет туда прессу, поэтому именно она и Логан, вместе с другими телохранителями, проводили вечера, патрулируя территорию вместе с собаками.

Ночные звонки Вину помогали ей справляться со всем этим хаосом, и когда вчера вечером он, наконец, сказал ей, что они возвращаются домой, она была вне себя от радости. Физическое состояние Рена улучшилось настолько, что он мог путешествовать, но нежелание Вина говорить об эмоциональном состоянии своего брата заставило ее предположить, что оно, вероятно, было довольно плохим. К счастью, Дому и Вину, каким-то образом, удалось сохранить новость о Рене в секрете, и прессе еще предстояло узнать, что пропавший солдат найден. Но, очевидно, хакер, укравший информацию о ней, все еще существовал, и Дом и Вин больше всего беспокоились о том, чтобы следующим не было раскрыто спасение Рена.

— Мия, они здесь, — услышала она голос Логана, доносившийся снизу.

— Хорошо, — сказала она, закончив готовить третью гостевую комнату для Рена.

Хотя после отъезда Вина она не пользовалась своей комнатой, Перси и котята все еще были там, поэтому она решила устроить Рена в комнате, которую занимали Дом и Логан.

— Давайте, ребята, — сказала она Бейну и Бриего, которые послушно остались на месте, услышав шум подъезжающей машины.

Она отвела собак в комнату Вина и заперла их там, подозревая, что бедный Рен, вероятно, будет слишком подавлен, чтобы справиться со всем сразу. Она поспешила вниз по лестнице как раз в тот момент, когда открылась входная дверь, и ее сердце остановилось при виде Вина. Он встретился с ней взглядом, и ей больше всего на свете хотелось броситься в его объятия, но вид молодого человека, стоявшего прямо за ним, заставил ее остаться на месте.

Рен выглядел в сто раз хуже, чем она могла себе представить. Она видела его фотографии по всему дому Вина, а также более старые снимки, на которых четверо братьев были моложе. Рен был такого же роста, как Дом, но более худощавого телосложения, как Вин. На фотографиях он всегда улыбался или как-то дурачился, а его глаза были полны жизни. Мужчина, вошедший в дом, даже отдаленно не походил на молодого человека с фотографий.

Пустые, безжизненные глаза смотрели прямо перед собой, а его фигура, напоминавшая скелет, была слегка сгорблена, как будто ему больно ходить. Шрамы, которые она могла видеть, покрывали кожу, в том числе и его лицо, выглядевшее осунувшимся и бледным.

— Рен? — услышала она шепот Дома с дальнего конца гостиной, а затем мужчина притянул Рена к себе. Рен не отреагировал и не произнес ни слова, но его руки поднялись, чтобы на мгновение обнять брата в ответ.

Вин воспользовался моментом, чтобы быстро подняться по лестнице и запечатлеть поцелуй на ее губах.

— Привет, — тихо сказал он, и его глаза стали светлее, чем она когда-либо видела.

— Привет, — ответила она.

— Он сейчас очень подавлен. Как думаешь, вы с Логаном могли бы... - начал Вин.

— Да, конечно, — без колебаний ответила она. — Мы собирались приготовить что-нибудь на ужин, — сказала она, взглянув на Логана, державшегося в стороне от группы. Он, похоже, тоже почувствовал, что для младшего Барретти это было слишком.

Вин кивнул и украдкой поцеловал ее еще раз. Она проскользнула мимо него и поспешила туда, где стоял Логан, но не успела, как ее глаза внезапно встретились с глазами Рена. Холодок пробежал у нее по спине от мрачного взгляда, который он на нее бросил, но заставила себя не обращать на это внимания и последовала за Логаном на кухню.

Вин вздохнул, когда, наконец, погрузился в Мию так глубоко, как только мог. Он целовал ее, пока ее тело приспосабливалось к нему, но когда почувствовал, как напряглись ее мышцы, давление стало слишком сильным, он начал двигаться.

— Такая красивая, — пробормотал он между поцелуями. — Такая охуенно идеальна.

— Я скучала по тебе, — прошептала Мия, обхватив его ногами.

Ее руки скользили по его спине, ногти царапали его разгоряченную кожу, а бедра приподнимались навстречу каждому его толчку.

Вин прижался к Мии всем телом, так что они соприкасались повсюду, а его бедра прижались к ее бедрам. Его потребность в ней была слишком велика, и он просунул руку между их телами, чтобы потереть пальцами ее клитор. Она застонала от этого прикосновения, и ее тело сжалось вокруг него еще сильнее.

— Кончи для меня, — сказал он, меняя угол наклона бедер. От этого движения ее охватил оргазм, и ему удалось заглушить ее крик удовольствия ртом, пока долго и сильно кончал в нее. Он довольствовался тем, что просто целовал ее, пока удовольствие медленно покидало его тело, и ему пришлось заставить себя отпустить ее достаточно надолго, чтобы избавиться от презерватива. Но в ту секунду, когда он снова забрался в постель рядом с ней, она прижалась к его груди, обхватив пальцами его бок, словно не давая ему снова покинуть ее.

С тех пор как пришло неожиданное электронное письмо с информацией о предполагаемом местонахождении Рена, Вин был на взводе. В прошлом, когда появлялись подобные зацепки, он был более чем готов сесть в самолет, но на этот раз испытывал лишь легкое нежелание. И не только из-за страха, что эта зацепка окажется в очередной раз ложной, как и многие другие. Нет, он не решался оставить Мию с таким количеством вопросов, на которые у них не было ответов. Ее безопасность также была для него на первом плане, потому что знал, что ее интервью взбудоражит средства массовой информации, не говоря уже о слишком молчаливом сообщнике ее отца. Тот факт, что она с такой готовностью отпустила его, а также ее молчаливое согласие на то, чтобы Дом и Логан остались с ней, придали Вину решимости, необходимой для того, чтобы сесть в этот самолет.

Поездка была долгой и изнурительной, но он и его команда были ошеломлены, обнаружив, что зацепка действительно подтвердилась. Эвакуация прошла гораздо легче, чем он думал, поскольку у них был элемент неожиданности, и семеро террористов, охранявших Рена, были убиты прежде, чем кто-либо из них успел хотя бы выстрелить. Когда они, наконец, нашли дыру глубиной десять футов и шириной шесть футов в темной пещере, Вин подумал о самом худшем, особенно когда один из его людей посветил фонариком в дыру и все, что они увидели — распростертое на земле тело. Спускаться в ту дыру было самым трудным делом в жизни Вина, и когда он перевернул тело и узнал некогда красивые черты своего брата, изуродованные грязью и кровью, Вин был уверен, что они опоздали. Но потом он почувствовал слабый пульс на тощей шее брата, и когда прошептал имя Рена, его брат открыл глаза. Все, что произошло после этого, было как в ускоренной перемотке.

Полет в Ландштуль, Германию, был самым долгим в жизни Вина, и он держал холодную руку Рена, пока один из его людей ставил капельницу и, как мог, оказывал первую помощь изувеченному телу Рена. Он умолял Рена проснуться, просто чтобы услышать его голос, но Рен был без сознания весь полет и пришел в себя только после того, как его начали лечить в военном госпитале. И в этот момент его брат стал похож на сумасшедшего и бросался на каждую медсестру и врача, работающих с ним. Вину удалось удерживать его достаточно долго, чтобы ввести успокоительное, и Рен, наконец, прошептал его имя как раз перед тем, как потерять сознание от действия лекарств. Только после этого он позвонил Дому, чтобы сообщить ему новости, хотя и не сказал об истинной природе состояния Рена.

В последующие дни Рен почти ничего не говорил, но расспрашивал о Доме, а также о новостях о Рафе, что дало Вину надежду, в которой он нуждался, на то, что часть его брата все еще существует в искалеченном теле. Раны Рена были обширными, включая бесчисленные переломы и шрамы — доказательства того, что его неоднократно пытали. Вину не разрешили присутствовать при разборе полетов, которому подвергся Рен, но, судя по взглядам офицеров, после этого покинувших больничную палату, то, что произошло, выходило за рамки самых страшных кошмаров Вина. Даже когда Рен, наконец, поправится физически, его психическое выздоровление будет долгой и мучительной борьбой, в которой Вин не был уверен, что даже такой сильный человек, как Рен, сможет победить.

— Ты беспокоишься о нем, — услышал он слова Мии.

Вин вздохнул и провел пальцами по ее спине.

— Он мало говорит, — сказал Вин. — А его глаза...

— Ты больше не видишь в них своего младшего брата, — заметила Мия.

— Я знаю, на это нужно время — логическая часть меня продолжает напоминать об этом. Но я думал, что смогу увидеть, каким человеком он стал к настоящему времени. Он не позволяет мне прикоснуться к нему. Когда Дом обнял его внизу, я подумал, что он вот-вот взорвется.

— Он сильный, Вин. Возможно, он уже никогда не будет таким, как прежде, но он вернется к тебе.

Боже, он надеялся, что она права. Потому что было бы величайшей жестокостью, наконец-то, спася Рена, потерять его для самого себя.

Мия осторожно отвела Джорджи в сарай на вечер и накормила ужином. Она заперла калитку, которую садовник Вина установил для содержания свиньи в задней части небольшого здания, но оставила открытой входную дверь, чтобы Бейн и Бриего могли использовать сарай в качестве укрытия на случай, если ночью пойдет дождь. Это была идея Вина — держать собак на улице с тех пор, как Рен появился здесь три дня назад. Хотя собаки не проявляли явной агрессии по отношению к Рену в те несколько раз, когда он выходил из своей комнаты, Вин заметил, что обе собаки держались на расстоянии от тихого человека. Сам Рен, похоже, не испытывал к ним особой симпатии и не предпринимал никаких попыток взаимодействовать с ними. Конечно, он ни с кем не общался, включая своих братьев. Дошло до того, что убитый горем Дом согласился оставить Рена в покое и не навещать до тех пор, пока Рен не даст понять, что готов к большему.

Мия вышла из сарая и направилась к дому, ее взгляд автоматически метнулся к окну Рена. По телу пробежала дрожь, когда она увидела, что он снова наблюдает за ней. Издалека она не могла разглядеть выражение его лица, но что-то в том, как он наблюдал за ней, заставило ее почувствовать себя неуютно. Каждый раз, когда она выходила на улицу с собаками или Джорджи, Рен, в какой-то момент, появлялся в своем окне. Она предполагала, что он мог просто наблюдать за проделками животных, но что-то в глубине души заставляло ее подозревать обратное. Они не разговаривали, за исключением краткого представления, которое сделал Вин на следующее утро после того, как привел Рена домой. И это нельзя было считать разговором, поскольку она была единственной, кто произнес хоть слово.

Отбросив свои опасения, Мия вошла в дом и обнаружила, что Вин накрывает на стол. Было накрыто два места, а не три.

— Он не присоединится к нам? — спросила она, закрывая дверь во внутренний дворик.

Вин покачал головой. Продолжающаяся замкнутость брата сказывалась на Вине, хотя он и не признавался в этом.

— Я принесу ему что-нибудь позже, — тихо сказал он.

Из-за того, что в доме у них с Реном было так напряженно, Мия неохотно пыталась разобраться в своих отношениях с Вином. С одной стороны, они вели семейную жизнь, как любая другая влюбленная пара, и Вин был внимательнее, чем когда-либо, но между ними все еще ощущалось скрытое напряжение, которое она просто не могла понять. Она не говорила ему, что любит его, с той ночи, когда он ушел, и он до сих пор не сказал ей того же. Интуиция подсказывала ей, что он действительно любит ее, хотя тихий голосок в голове продолжал спрашивать, почему он никогда не говорил ей об этом.

Ужин прошел в спокойной обстановке, и вместо того, чтобы посмотреть фильм, после того как Вин угостит Рена чем-нибудь вкусненьким, они решили, что на сегодня хватит, и отправились спать. Ранее днем Вин удивил Мию, переместив Перси в свою спальню. Он догадывался, что ей не хватало присутствия в доме Бейна и Бриего, и потеря котят, которых ранее на этой неделе отправили обратно в группу спасения, чтобы их можно было пристроить, не помогла. Злобная птица даже начала привыкать к Вину и только тихонько называла его «мудаком», когда он был рядом, вместо того, чтобы выкрикивать вслух.

Еще долго после того, как Вин заснул после интенсивных занятий любовью, Мия лежала без сна и размышляла о будущем. Как только с Реном все будет улажено, ей нужно будет выяснить, на каком этапе находятся их отношения с Вином. Будет ужасно, если он не хотел того же, что и она, но ей нужно было спланировать, что она будет делать в любом случае.

— Не можешь уснуть? — Пробормотал Вин, нежно притянул ее к себе так, что она оказалась лежащей на нем сверху.

Она покачала головой.

— Хочешь поговорить? — спросил он, запустив пальцы в ее волосы, чтобы откинуть их с лица.

Она снова покачала головой, и Вин улыбнулся.

— Хочешь сделать что-нибудь еще? — спросил он с намеком, подчеркнуто изогнув бровь. Это глупое движение возымело желаемый эффект, она рассмеялась и запечатлела поцелуй на его губах.

— Через минуту, — наконец, сказала она со смешком, высвободилась из его объятий и встала с кровати. — Мне нужно подкрепиться. Ты чего-нибудь хочешь? — спросила она, натягивая одну из его футболок. Ее охватило вожделение, когда его взгляд прошелся по ее телу.

— У нас есть взбитые сливки или шоколадный соус? — размышлял он, жадно наблюдая за ней.

Боже, этот мужчина был для нее смертелен, потому что даже сейчас она чувствовала, как все внутри сжимается от желания. Она наклонилась, чтобы лизнуть его в губы, и прошептала:

— Посмотрю, что смогу найти, — а затем поспешила из комнаты, прежде чем он успел схватить ее.

Она шла тихо, проходя мимо комнаты Рена, хотя его дверь была закрыта. Пол под ее ногами был холодным, пока она поспешила на кухню. Выглянув наружу, она увидела, что ночь была ясная, с яркой полной луной. Когда она потянулась к ручке холодильника, ей показалось, что она услышала какой-то звук, но прежде чем успела обернуться, кто-то грубо схватил ее за руку, развернул и прижал спиной к дверце холодильника. Чья-то рука сомкнулась у нее на горле, и ее крик оборвался, когда пальцы безжалостно сдавили ей дыхательное горло.

Пустые глаза Рена встретились с ее глазами, когда она обхватила его запястье в отчаянной попытке ослабить его хватку.

— Думала, что победила, да? — Огрызнулся Рен. — Сказала все правильные слова, сделала все правильные вещи. Ты его совсем одурачила.

Мия покачала головой, стараясь сохранять спокойствие. Его хватка не была нежной, но она все же смогла вдохнуть достаточно воздуха, чтобы не потерять сознание.

— Я знаю, что эта сука с ним сделала. То же, что и ты собираешься сделать с ним... — Рен плюнул в нее.

Услышав внезапный шум за дверями внутреннего дворика, Рен ослабил хватку, но не настолько, чтобы она могла надеяться на освобождение. Бросив быстрый взгляд в сторону, она увидела, что Бейн и Бриего скребутся в двери и дико лают. Она также не упустила из виду пистолет, который Рен поднял, услышав лай обеих собак, но затем медленно опустил, уперши в ногу, когда понял, что собаки не смогут проникнуть внутрь. Она знала, что у нее есть секунды, чтобы попытаться достучаться до него.

— Я знаю, каково это, — прошептала она.

Ее ответ возымел желаемый эффект, но давление пальцев Рена осталось прежним.

— Я знаю, каково это — быть живым и мертвым одновременно, — быстро сказала она.

Кухню внезапно залил свет, и Мия едва сдержала крик, когда пистолет снова взметнулся вверх, на этот раз направленный в Вина, стоявшего в ошеломленном молчании в одних спортивных штанах и явно пытающегося понять, что происходит. Мия мгновенно все поняла, и когда он сделал несколько шагов вперед, чтобы прийти ей на помощь, она закричала:

— Вин, не надо! Пожалуйста!

Она не была уверена, что Вин расслышал в ее голосе, но он остановился, сверкнув глазами на брата, опустившего пистолет, как только понял, в кого целился.

— Рен... - тихо произнес Вин, умоляюще раскрыв руки. — Рен, пожалуйста, не делай ей больно.

— Она играет с тобой, Винни! Разве ты этого не видишь? Она такая же, как все! — Его глаза внезапно потемнели от боли. — Я нашел открытку, которую прислала тебе Элиза... и фотографию.

Мия заметила удивление на лице Вина, и он покачал головой.

— Я выбросил их, — сказал он в замешательстве.

— В те выходные я приехал домой в отпуск, — пробормотал Рен. — Ты пригласил меня погостить у тебя, помнишь?

Мия заметила, как Вин вспомнил, и его удивленный взгляд сменился сожалением. Было очевидно, что он не хотел, чтобы об этом узнали те, кто его любил.

— Я случайно уронил кое-что в мусорное ведро. Вот как я их нашел. Я никогда не видел тебя таким, Винни, — прошептал Рен. — Но я не знал, что делать... что сказать, поэтому ничего не сказал. Я должен был быть тебе лучшим братом.

— Рен, — тихо произнесла Мия, дождавшись, пока он снова обратит на нее внимание. — Я бы никогда не причинила ему такой боли, — сказала она, медленно разжимая левую руку, сжимавшую его запястье.

Ее пальцы скользнули по его руке, а затем она осторожно развела два его пальца в стороны, чтобы он мог увидеть шрамы на ее шее.

— Два года я была пленницей, — прошептала она. — Два года я каждый день боролась за жизнь, хотя часть меня хотела умереть. — Она почувствовала, как пальцы Рена сдвинулись, чтобы он мог лучше видеть ее горло. — Даже после того, как стала свободной, я все еще чувствовала, что нахожусь там — в том же самом месте. Дом предоставил мне безопасное убежище, но именно Вин по-настоящему освободил меня.

— Рен, я люблю ее, — тихо сказал Вин.

Рен впился в нее взглядом, словно что-то искал.

— Она предаст тебя, Вин. Они все так поступают, — холодно сказал Рен. Но, к удивлению Мии, отпустил ее и отступил назад. Вин мгновенно оказался рядом и заключил ее в объятия.

— Отзови собак, Вин. Я не хочу, чтобы мне пришлось стрелять в них, — сказал Рен, и Мия, подняв глаза, увидела, что он стоит в дверях внутреннего дворика и наблюдает за Бейном и Бриего, рычащих на него.

— Рен... - начал Вин.

— Отзови их, — еще раз приказал Рен, его глаза снова опустели, когда он оглянулся через плечо.

Вин обхватил Мию рукой и, держа ее за спиной, подошел ближе к двери и выкрикнул команду. Обе собаки спрыгнули на землю и затихли. Рен, не колеблясь, открыл дверь и прошел мимо них. Его быстро поглотила чернильная тьма снаружи.

— С тобой все в порядке? — Спросил Вин, прижимая ее к своей груди.

Мия подавила рыдание, которое грозило вырваться наружу.

— Я в порядке, — сумела выдавить она.

— Боже, Мия, прости, — прошептал он ей на ухо. И на этих словах Мия не выдержала и расплакалась.

Вин прижимал Мию к груди, пока Дом расхаживал перед диванчиком в гостиной, прижимая к уху мобильный телефон. Логан сидел в кресле в углу, его обеспокоенный взгляд метался между Домом и Мией. Вин не обращал внимания на то, что говорил Дом. Его мысли были только о Мии, которая все еще оставалась в его объятиях. После встречи с Реном она почти ничего не говорила, и как только он позвонил Дому, то отвел Мию в кабинет и держал ее, пока они ждали прихода Дома.

Непрерывный лай собак предупредил его о том, что что-то не так, и, прежде чем поспешить вниз по лестнице, он быстро проверил комнату Рена, но обнаружил, что она пуста. Он ожидал, что Рен вышел на улицу и собаки загнали его в угол. Его охватил страх за брата, и он пошел на кухню, чтобы сказать Мии, что собирается проверить, как там собаки. Зрелище, открывшееся его взору, когда он включил свет, поначалу было слишком сильным, чтобы он мог его переварить. И когда он, наконец, осознал, что происходит, мужчина, причинивший боль Мии, перестал быть его братом, и его единственной мыслью было добраться до нее. Явная мольба в голосе Мии, каким-то образом, дошла до него и остановила. Он понятия не имел, боялась ли она за него или за Рена, но то, что она умоляла его остановиться, заставил его предположить, что второе, потому что его брат не целился в него из пистолета, как только узнал Вина, так что жизни Вина в этот момент ничего не угрожало.

— Деклан даст нам знать, если поступят какие-либо сообщения, — сказал Дом, присаживаясь на кофейный столик напротив них. — Как дела, милая? — спросил он Мию, похлопав ее по колену.

— Все в порядке, — тихо сказала она, хотя ее голос все еще дрожал.

— Ты сказал Деклану, что он вооружен? — Спросил Вин. Его охватил ужас от осознания того, что его брат теперь представлял очень серьезную угрозу для любого, с кем столкнётся.

— Сказал, — ответил Дом. — Ты не знаешь, взял ли он какие-нибудь дополнительные патроны?

Вин покачал головой.

— Я так не думаю. Это мой запасной, что я храню в ящике стола. Хотя обойма была полная. Он нашел и ключи от своего GTO. Я сказал ему, сохранил машину для него.

Дом кивнул.

— Я прослежу, чтобы Деклан узнал номер машины.

— Ты бы его видел, Дом. Там его не было, — сказал он.

— Он был там, Вин, — сказала Мия, переплетая их пальцы. — Это длилось всего секунду, но я видела. Он просто пытался защитить тебя.

Вин крепче прижал ее к себе.

— Он мог убить тебя. — Дрожь пробежала по его телу, когда он произносил эти слова.

— Мы найдем его, Вин. Мы окажем ему необходимую помощь, — твердо сказал Дом.

Вин кивнул, но не был уверен, что это будет иметь значение. Возможно, он никогда больше не сможет доверять своему брату.