Мария Монтессори. Дорога победительницы. В одиннадцати действиях с прологом и эпилогом

Действующие лица (Предисловие № 2)

Что за спектакль без списка действующих лиц, не правда ли?

Кто же действует в нашей истории? Кто ведет не только сюжет этой книги, но, самое главное, сюжет жизни нашей героини?

Познакомимся?

А кто будет нас с ними знакомить?

Автор?

Отчасти.

Но, главное, сама Мария Монтессори. Ее взгляд на детей, родителей, учителей, да подчас и на себя саму столь необычен и парадоксален, что, раскрывая кого-то, она неожиданно и интересно раскрывается сама.

Итак, начнем с первого и, безусловно, главного действующего лица нашей истории.

МАРИЯ МОНТЕССОРИ

Дорогой читатель! Должен честно признаться: я довольно долго искал некое знаковое высказывание, которое – знамя! Которое – образ! Которое – вывод! Которое поможет сразу узнать нечто поразительное о нашей героине!

Говоря на чисто французском языке: закопался. Потому что практически любое ее высказывание – и знамя, и образ, и вывод.

Вы не позабыли, что мы в театре?

Перед закрытым занавесом выходит великий педагог.

Мария Монтессори. «В настоящее время мы томим детей в школах, стесняя их предметами, унизительными для тела и духа: партами и материальными наградами, и наказаниями. Все это нужно для достижения нашей цели – привести их в состояние неподвижности и безгласности, чтобы вести их… куда?

Обычно воспитание детей заключается в механическом усвоении ими содержания школьных программ. А эти программы составляются в департаментах и навязываются циркулярами. Мы можем лишь со стыдом потупить головы и закрыть лицо руками в столь явном игнорировании реальной жизни, расцветающей в наших детях.

‹…› Ныне перед обществом встала неотложная потребность – перестроить приемы воспитания и обучения, и тот, кто ратует за это дело, ратует за возрождение человечества (курсив мой. – А. М.)»[3].

Чем поразительна героиня нашей истории? Многим… В данном случае важно: если внимательно прочесть практически любое ее высказывание, то нужно непременно остановить дальнейшее чтение и задуматься.

Не торопиться.

Каждая мысль Монтессори – свеча, которая непременно зажигает другую мысль-свечу.

Большинство работ и большая часть деятельности Марии Монтессори посвящены воспитанию именно маленьких детей, то есть тому возрасту, когда закладывается основы будущего человека. Как говорила одна мудрая русская женщина: воспитывать детей надо, пока может лечь поперек кровати, когда вдоль – уже поздно.

Мария Текла Артемизия Монтессори родилась 31 августа 1870 года в городе Кьяравалле, провинция Аскона, Италия.

Скончалась 6 мая 1952 года от кровоизлияния в мозг в городе Нордвейке-ан-Зе, Голландия, где и похоронена.

По знаку Зодиака – Дева. Под этим же знаком родились: Лев Толстой, Александр Куприн, Софья Перовская, Майкл Джексон, Фаина Раневская, Софи Лорен, Евгений Леонов, Иосиф Кобзон, Ричард Гир и много других знаменитостей. Вам судить: насколько родившиеся под одним знаком друг на друга похожи.

Единственная дочь в семье служащего Алессандро Монтессори и его супруги Ренильде Стоппани.

Окончив Медицинскую школу при Римском университете Сапиенца, Мария Монтессори стала первой в Италии женщиной – дипломированным врачом.

Также обучалась психологии, антропологии и педагогике.

Трижды номинировалась на Нобелевскую премию.

Единственная великий педагог – женщина.

По сути, являлась гражданкой мира, легко меняя страны пребывания: Италия, Испания, Голландия, Индия, США, Англия… И везде открывала собственные школы и детские сады.

Некоторое время участвовала в феминистском движении, что, однако, сильно ее не увлекло.

Создала свою систему, перевернув все прошлые преставления о воспитании и образовании. Метод, изложенный в ее книгах, продолжает активно работать и после ее смерти.

Книги, посвященные методу, переведены более чем на двадцать языков.

Исследователи считают ее типичным интровертом.

Никогда не была замужем. Имела незаконнорожденного сына – Марио.

Это – если в общих чертах. Подробности: далее.

РЕБЕНОК

Ребенок – маленький человек – безусловно, еще один главный герой и нашей книги, и жизни Марии Монтессори.

Ее отношение к детям казалось воистину революционным. Она ломала не просто привычные установки, но те, которые на протяжении веков считались единственно возможными.

Что это за установки?

Мы привыкли к тому, что дети должны идти по нашим следам. Причем буквально: след в след. Наследовать наши нормы, а не претендовать на собственные.

Получается порочный круг: каждое поколение повторяет ошибки предыдущего. И по каким-то неясным законам бытия еще и увеличивает количество и, что самое печальное – качество этих бесконечных ошибок.

В результате мы пришли к тому, что имеем: к той картине бытия, которая все больше наполняет нас тревогой.

Монтессори считала: дети – первооткрыватели мира. Они не должны повторять опыта взрослых, но нарабатывать собственный. Дети – не просто наши ученики, они еще и наши учителя. Необходимо не только их учить, у них стоит многому учиться.

Вот – взгляд Монтессори.

Некоторые исследователи неслучайно сравнивали ее с Колумбом – тот открывал новые земли, она открывала новый взгляд на детей.

Чтобы не быть голословным, приведу один, с моей точки зрения, поразительный пример, представляющий нам ребенка совершенно по-новому.

Мы убеждены: дети – это такие существа, которые любят играть и терпеть не могут работать. Подобным взглядом взрослые часто оправдывают собственную лень: мол, человек от природы создан ленивым, что же тут поделать?

Мария Монтессори считала: у человека – совсем иные природные инстинкты. Она была убеждена: у ребенка – очень сильный инстинкт к работе. Более того: ребенок нормализует свое психическое состояние не с помощью игры, но с помощью работы.

У замечательного русского поэта Юрия Левитанского есть известное стихотворение, суть и смысл которого мы никогда не относим к детям.

А зря…

Согласимся: трудно представить себе, что эти слова произносит ребенок. Но ведь это мы отобрали у детей право любить работу, бросив им высокомерно:

– Мал еще!

Эдвин Мортимер Стэндинг – друг, ученик, и биограф Марии Монтессори – делает вывод, который, по большому счету, вызывает оторопь, но наша героиня всей своей деятельностью доказала его правоту.

Мария Монтессори настолько была уверена: работа – наша естественная потребность, что безо всякой иронии предлагала называть человека не Homo Sapiens (человек разумный), а Homo laborans (Человек трудящийся).

Какой именно работой занят ребенок?

Он формирует себя. Может быть, важнейший и сложнейший труд на земле, к которому, увы, мы редко относимся с почтением.

Все, что в деле формирования самого себя важно, – это работа. А что не важно – напрасная трата времени.

И тут Монтессори приходит к выводу, я бы сказал, предельно парадоксальному: игрушки в жизни ребенка совершенно не важны, они играют роль второстепенную. Дети занимают себя игрушками, когда в их жизни не находится чего-то более серьезного и важного.

Тут надо непременно заметить: под игрушками Монтессори имеет в виду те предметы, которые никак не влияют на формирование человека, а служат только для развлечения, то есть отвлечения ребенка от основного занятия своей жизни.

Придуманный ей дидактический материал (о котором мы еще поговорим подробно) – тоже своего рода игрушки, но сколько в них смысла и пользы!

Вот ведь странная история… Нам кажется ненормальным, если взрослый человек все время играет. Мы даже придумали такую болезнь: игромания, и считаем это видом психического расстройства.

Но почему-то, когда все время играют дети, нам это кажется абсолютно нормальным и не вызывает беспокойства.

Это, к слову сказать, еще одно доказательство того, что мы считаем детей не совсем людьми или, может быть, даже «недолюдьми».

Мария Монтессори выступала категорически против подобного подхода: «Игрушки являются отображением бесполезного мира, которое не ведет к духовной концентрации и не преследует никакой цели… – утверждала она. – Игрушки – едва ли не то единственное, что создал взрослый для ребенка, существа духовного… Фактически взрослый оставляет ребенку свободу лишь в игре или, лучше сказать, свободу, ограниченную игрушкой: он убежден, что мир игрушек становится миром счастья для ребенка. Такой взгляд остается непоколебимым, несмотря на то что игрушки быстро надоедают ребенку, и он часто ломает их»[4].

Нам кажется, что ребенок ломает игрушку из любопытства: хочет, мол, узнать, что там у нее внутри. Мы даже радуемся: наш-то мир познает!

Но почему же никогда не будет вскрыт любимый плюшевый мишка или слоненок?

Потому что мишка – это товарищ и, если у него оторвется ухо, – надо попросить маму пришить. А самому стоит ломать ненужное, лишнее, то, что отвлекает от интересной, важной, главной работы: строительства себя.

Сегодня к нашим детям пришли другие игрушки – компьютерные. Как быть с ними? Здесь действуют законы, выведенные Монтессори задолго до компьютерной эры, или нет?

Действуют точно так же.

Компьютерные игрушки, как и любые иные, отвлекают человека от создания самого себя, если, опять же, они не способствуют строительству личности. Только все эти компьютерные развлечения еще более вредны потому, что ребенок попадает в серьезную зависимость от них.

Ну и как же быть?

Искать и находить призвание. Это единственный способ оторвать молодого человека от гаджета. Поиск призвания – если он правильно поставлен – это всегда интересная работа. Такой поиск непременно оторвет ребенка от компьютера[5].

Призвание – это желание, то, что человек хочет делать более всего. Только страстное желание заниматься каким-либо делом может победить стремление сидеть за компьютером. И ничто иное.

В нашем отношении к детям властвует будущее. Мы всегда думаем: какими они будут? Какими вырастут? Все, что мы делаем для них сейчас, для нас необходимо постольку, поскольку отразится на будущем ребенка.

Это, конечно, важно. Но дети – это люди, которые, как и всякие «человеки», сами живут здесь и сейчас, в настоящем.

Вслед за Янушем Корчаком Мария Монтессори настаивала на том, что дети не готовятся к некоей будущей жизни, но существуют сейчас и занимаются не бездельем или постоянным развлечением самих себя, а главным делом на земле – строительством собственной личности.

В конце представления очередного героя, как всегда, – реплика перед закрытым занавесом.

Мария Монтессори. «Да, любовь ребенка неизмеримо важна для нас. Отец и мать могут проспать всю свою жизнь. Им необходимо это маленькое существо, которое разбудит их и оживит своей свежей, живой энергией, которой они сами же не имеют. Ребенок – это существо, которое ведет себя по-другому и зовет их по утрам: «Пробуждайтесь к другой жизни! Учитесь жить лучше!»

РОДИТЕЛЬ

И тут же, будьте любезны, новая реплика, открывающая представление очередного героя.

Мария Монтессори. «Мы можем использовать мышление, которое подготовил для нас ребенок; волю, которую он закалил для нас; мускулы, которые он наполнил силой. Мы ориентируемся в мире, потому что ребенок привнес для нас необходимые навыки… Мы потому богаты, что являемся наследниками ребенка, и основы нашего существа привнесены им из пустоты. Ребенок совершает неслыханный первый шаг от этой пустоты на путь познания… (курсив мой. – А. М.)»[6].

Понимаете, что важно и о чем мы, родители, часто забываем?

Родители сделаны из того же материала, что и дети. Иногда взрослым всерьез представляется, будто они – какие-то другие люди, едва ли не пришельцы с иной планеты под названием Истина, и сейчас начнут они этой самой истиной кормить неразумных своих чад.

Ничего подобного! Нам, взрослым, неплохо бы помнить: это только нам наивно представляется, будто мы растим детей, на самом деле – мы воспитываем родителей.

Наши дети будут воспитывать своих чад либо по нашему примеру, либо по нашему антипримеру.

С точки зрения Монтессори, главная задача родителей – охранять природу ребенка. Она неслучайно сравнивает папу и маму с ангелами-хранителями, у которых есть только одно «оружие»: любовь.

Обратили внимание: не просто охранять ребенка, а помочь сохранить именно его природу, то есть Божественную (Природную) суть человека?

Понимаете? Не воспитывать, не наказывать, а помочь своему дитя отыскать истинную суть, а потом охранять ее от посягательств мира.

Во время своих разговоров с родителями, на лекциях я не устаю повторять: папа-мама должны идти как бы позади ребенка и, если он оступится, начнет падать – подхватить.

Но ни в коем случае не впереди – указывая направление и торя путь.

Пусть шагает сам, наша задача: подстраховать.

Когда я говорю «защищать», я имею в виду не только охрану от внешних вызовов, но и защиту того самого подлинного, Божественного внутреннего мира ребенка, защиту подчас и от него самого.

Родитель – защитник, а не воспитатель. Эта позиция в корне меняет отношение к собственному дитя.

Монтессори очень раздражало и даже злило подчиненное положение ребенка в отношении родителей. И то, что это подчинение нередко вынуждает его прятать собственные способности с единственной целью: понравиться взрослым. Таким образом, желая лучше адаптироваться ко взрослой жизни, ребенок забывает о самом себе, о своих талантах, своих желаниях и живет, подчиняясь руководству старших.

Тут есть вот ведь еще какая история (о ней родители, увы, часто забывают): долгое время дети верят маме и папе больше, нежели самим себе. И родители должны защищать детей еще и от этого чувства неуверенности и несамостоятельности. Человек, который не доверяет собственным чувствам и ощущениям, мало того что слаб, он еще и обречен быть несчастным.

Поэтому под воспитанием Монтессори имела в виду в первую очередь – поддержку духовного развития ребенка. А ведь это именно то, о чем мы, родители, столь часто забываем.

Взрослые всегда сконцентрированы на том, как ребенок меняется физически: его взвешивают; измеряют рост; обязательно – особенно мальчиков – отдают в спортивные кружки и секции, чтобы развивали мускулы и вообще свое тело.

А вот что происходит с его душой, нас волнует как-то меньше.

К тому же то, как дитя развито физически, понять гораздо проще, нежели оценить его духовное развитие.

Монтессори советует родителям обращать внимание на развитие души ребенка с раннего детства, буквально с самых первых дней жизни.

Например, думать: а что, кроме белого, пустого потолка видит над собой лежащий в кроватке младенец? Может быть, нужно чаще гулять с ним на улице не только для того, чтобы он дышал воздухом (который мы даже в городе почему-то называем чистым), но и чтобы он рассматривал небо, птиц, людей…

Все это влияет на его душу. Более того, это и есть начало духовного развития крошечного человека.

А закончим мы представление этого, тоже очень важного действующего лица нашего повествования словами все того же Эдвина Мортимера Стэндинга. Вчитайтесь в них, ведь они имеют прямое отношение ко всем родителям, а значит, и к вам.

Эдвин Мортимер Стэндинг. «Большинство взрослых, включая родителей ребенка, не осознают его гигантской работы по освоению внешнего мира и его неустанного труда по сотворению самого себя, поскольку ребенок не говорит об этом, так же как Природа не кричит о своих великих творениях. Но освоение внешнего мира и внутреннее развитие всегда происходят взаимосвязанно, в сущности, это две стороны одного и того же процесса. Каждый ребенок, если он может говорить, имеет право сказать, как еще один первооткрыватель Улисс: “Я стал частью всего того, что увидел”»[7].

Понимаете, какая история? Ребенок жаждет стать частью мира. И от нас, родителей, в немалой степени зависит то, какой частью он захочет стать: доброй и светлой или злой и темной?

УЧИТЕЛЬ

Наша героиня успела переодеться и вновь выйти перед закрытым занавесом (кстати, одевалась Монтессори всегда модно и со вкусом), чтобы сказать о тех, без кого не было бы ее школ: о педагогах.

Мария Монтессори. «Педагогика ставит своей задачей не измерение ощущений, а воспитание чувств… Цель воспитания – развивать силы (курсив мой. – А. М.)»[8].

Воспитать учителя, который мог бы преподавать в ее школе – это очень серьезная проблема. Мало того что Монтессори требовала с педагогов весьма строго, так еще и запросы эти были совершенно необычны.

Дабы не быть голословным, расскажу только один случай.

Однажды Мария читала в Лондоне лекцию. На итальянском языке. Переводчица-синхронистка переводила на английский.

Все шло хорошо, привычно. Но вдруг возникла заминка.

Монтессори произносит фразу: учителя всегда должны «insegnare insegnando», что в переводе означает «обучать обучая».

Какое-то странное, чтобы не сказать нелепое, выражение: обучать обучая… Все равно, что «бегать бегая» или «готовить готовя».

Переводчица запнулась и посмотрела на Монтессори с удивлением: нет ли ошибки?

Мария улыбнулась и повторила: «Insegnare insegnando».

Переводчице ничего не оставалось, как перевести: «Обучать обучая».

И снова с улыбкой Монтессори добавила: «Non corrigendo» – «не поправляя».

Значит, мысль целиком звучала так: «Мы должны обучать обучая, а не поправляя».

Понятно?

Да как-то не очень…

Чтобы объяснить сказанное, Монтессори приводит такой пример. Предположим, ученик неправильно передает учителю ножницы. Учитель ни в коей мере не должен делать ему замечания, потому что ничего, кроме агрессии, это не вызовет. А если у ученика на любое действие учителя рождается агрессия, значит, педагогический эффект – ноль.

Учитель должен сделать иначе. А именно: запомнить этот случай. И через несколько дней передать ребенку ножницы так, как положено. Сказав при этом:

– Вот так надо передавать ножницы.

Но ни в коем случае не вспоминая о том случае, когда маленький человек сделал это неверно, потому что это воспоминание унизит ребенка.

Мы, родители, по собственному опыту знаем, как это трудно: не заметить ошибку, которую делает собственный ребенок.

Так мало того что необходимо сдержаться. Так еще ошибку надо запомнить, чтобы впоследствии показать, как делать правильно то, в чем ошиблось дитя: «Обучать обучая, а не поправляя».

Заметим: речь идет не об одном ребенке, а о целом классе, в котором обучаются дети разных возрастов.

Однако должен же быть какой-нибудь критерий при отборе преподавателей?

Разумеется.

У того, кто хотел преподавать в Монтессори-школе, ни на йоту не могло возникать пренебрежительного отношения к детям. Попросту говоря, педагог должен любить детей, и они не должны его раздражать.

Трудно понять и осознать: Монтессори требовала практически равных отношений между учителем и учеником. Никакого подобострастия, с одной стороны, и чувства собственного превосходства – с другой.

Учитель и ученик – два человека, которые призваны общаться с взаимной пользой друг для друга.

Мы привыкли к тому, что педагог – это в первую очередь власть. Для Монтессори такая точка зрения была категорически неприемлема.

Педагог – это собеседник, который – как всякий хороший собеседник – умеет не столько говорить, сколько – слушать. Не только учить, но и учиться у своих учеников. Не требовать уважения к самому себе лишь по той причине, что он – учитель, но уважать своих учеников – потому что они люди! – никогда их не унижая.

Более того, Монтессори считала: ребенок – это высшая инстанция, требованиям которой взрослый должен соответствовать.

Дети – это существа, которые еще не успели испачкаться жизнью. Они ближе к Богу. Им известно и для них абсолютно понятно то, что взрослые уже позабыли. Поэтому, если взрослый человек – в том числе учитель – хочет измениться к лучшему и тем самым изменить мир, он должен уметь слышать ребенка.

В революционности любых идей (в том числе педагогических) легче разобраться, если рассматривать их не абстрактно, а применительно лично к себе.

Задайте себе простой вопрос, но ответьте на него честно: «Как изменилось бы ваше отношение к собственному ребенку, если бы вы были настроены не на то, чтобы его учить, а на то, чтобы у него учиться?»

Ребенок учится у нас, глядя на нас. Отчего же мы так не делаем, глядя на него?

По традиции закончим представление важнейшего действующего лица нашей книги словами Марии Монтессори, которые она произносит перед закрытым еще занавесом.

Мария Монтессори. «Настоящим учителем делает любовь к маленькому человеку, потому что именно эта любовь превращает общественный долг педагога в высокое сознание миссии»[9].

Кланяется. Уходит.

Пройдет совсем немного времени, занавес откроется, и начнется наш литературный театр, посвященный великой Марии Монтессори.

Ну что же, необходимые слова в прологе сказаны, основные действующие лица нашей истории представлены, – теперь можем перейти к судьбе Марии Монтессори и, разумеется, к более детальной расшифровке ее метода, который, если вдуматься, и есть ее судьба.

Итак, XIX век потихонечку идет к своему финишу, а мы оказываемся в небольшом итальянском городе…

Впрочем, по порядку.