Маятник времени (СИ)

Глава 14. В сердце вражеского логова

Кому играть роль арестанта? Выбор невелик: точно не Джеку и Адриану, мужская сила и умение держать в руках оружие пригодятся в другом деле, и точно не Аманда — та, подлатанная Кэт, уже вовсю занималась попытками создать вакцину. Сделать пленным Патрика? Да он же будет как потерявшийся ребенок, к тому же не хотелось подвергать его опасности. Оружие юного алхимика — знания, и вряд ли они ему чем-то могут помочь за решеткой.

Томас добровольно и отчаянно рвался в бой, несмотря на болезненную бледность при одном только упоминании вооруженных гвардейцев, притаившихся за стенами поместья. Нет, его Аманда точно не желала втягивать в их разборки и уже успела договориться, чтобы ведьмочка отправила его обратно в свой мир. Том и так задержался в Эридане непростительно надолго.

Методом исключения жребий был брошен между Кэтрин и Таминой, но в силу способностей, первая имела больше шансов на успех и возможные пути отступления. С другой стороны, вещунья права: алхимикам лучше лишний раз не светиться, и в этом случае она более выгодный кандидат. И все же выбор пал именно на Кэт. Глупо отрицать — магия не самый плохой союзник.

На том и порешили, разойдясь по разным комнатам и готовясь к началу операции. Томас отправился вслед за подругой, пытаясь отговорить отправлять его домой, Кэтрин побежала искать магистра Николаса, а Тамина постаралась как можно более незаметно ускользнуть в свою временную спальню, не попадая на глаза Райану. Бранд хотел закончить прерванный разговор, она это знала и старательно искала способа его избежать.

То, что между ними происходило — пугало и настораживало, а в случае с Таминой не нужны были и откровения — вещунья и так знала, что происходило в его голове. Сомнения, непонимание, готовность поддаться эмоциям. Последнее особенно сильно пугало, память ещеё не стерла воспоминания прошлой попытки наладить личную жизнь.

А теперь, когда она окончательно застряла в Эридане без шанса на возвращение в родные края, всё стало только запутанней. Что делать и как поступить? По совести или следовать инстинктам? Но рушить чужие жизни, снова и снова… нет, к такому она не готова.

В дверь постучались. Разумеется, Райан. Когда не нужно, он умел быть настырным.

— Не думаю, что эту тему стоит снова поднимать… — не оборачиваясь, ответила Тамина, замерев у окна и нервно накручивая на палец медную прядь.

— Это несправедливо. Могу я хоть какие-то мысли оставить при себе?

— Сомневаюсь, — легкая улыбка тронула тонкие губы. — Для этого ты выбрал неправильного собеседника.

Тишина за спиной. Тамина обернулась. Райан стоял у туалетного столика и без особого интереса разглядывал женский гребень, украшенный изумрудными вставками.

— Может, всё же попробуем? — не поднимая головы, спросил он.

— А есть смысл?

— Считаешь, нет? — отложив гребень, Бранд приблизился к вещунье. Та же пристально всматривалась в его лицо.

— Как себя чувствуешь?

— Нормально. Слабость не уходит, но нормально.

— Это лишь первые симптомы.

— И когда ждать ухудшения?

— День, два… не знаю. По этому вопросу лучше обратиться к Аманде.

— Ей не до того. Будем надеяться, что времени хватит.

— А потом?

— Ты мне скажи.

Райан взял её за руку.

— Ты бы хоть постарался скрывать мысли, — покачала головой Тамина, не пытаясь отстраниться.

Порой это не так уж и хорошо — знать наперед скрытые человеческие желания. И зачастую не только желания, но и внутренние споры. Споры, что не должны становиться известны ещё кому-то. Зачастую это настолько личное, что вещунья неоднократно жалела, что не способна отключать свой дар. Порой неведение — добродетель.

Бранд безразлично пожал плечами.

— Я всегда делал то, что от меня ждали. “Будь лучше, Райан. Не позорь имя семьи, Райан. Посмотри, чего добился твой брат, мы так им гордимся”. Меня учили сражаться за короля, быть преданным ему, а теперь…

— А теперь ты идешь против него. Но ты ведь знаешь, что это правильно.

— Кто может сказать наверняка, правильно ли?

— Ты. Ты увидел и узнал достаточно, чтобы больше не повиноваться слепым обязательствам. Сейчас выбор делаешь только ты.

— Не совершить бы главную ошибку. Ты доверяешь алхимикам?

Тамина задумчиво разглядывала их сцепленные руки.

— Я доверяю Кэтрин. И Аманде… мне этого достаточно. А остальные алхимики… помогая принцу, они, конечно, преследуют и свои цели, но я не считаю, что это настолько уж плохо. Вероятно, пришло время для перемен. А что из этого получится мы так или иначе узнаем. Только позже.

Райан подозрительно нахмурился.

— Ты что-то знаешь, да?

— Я много чего знаю, — увильнула та от ответа, чуть виновато отводя глаза. — То, чего лучше было бы и не знать.

— Нет-нет, — Бранд притянул Тамину к себе, приподнимая ей лицо за подбородок. — Ты что-то недоговариваешь. В чём дело?

Ответа не последовало, так как за дверью послышался громкий треск и чей-то вскрик. Переглянувшись, они одновременно кинулись из комнаты к лестнице.

— О, господи… — Тамина кинулась на помощь, но её бесцеремонно смели в сторону. Джек уже несся к распластанной у подножия ступеней Кэтрин. Ведьмочка, вероятно, спускалась вниз, когда оступилась и кубарем слетела.

— Кэт, Кэт… — Картер схватил её в охапку, приводя в чувство.

На крики и шум сбежались Патрик с Адрианом. Моро с трудом разлепила глаза, морщась и потирая лицо. Вроде цела. Слава небесам!

— Что случилось?

— Не знаю… — она осторожно приподнялась на локтях, придерживаясь за Картера. — В ушах звенит.

Тамина эфемерной птичкой подпорхнула к ним, оглядывая Кэтрин. Коснулась её раз, затем второй, после чего с широко раскрытыми глазами тряхнула копной волос.

— Заканчивай. Пора оборвать эту вашу связь с северянкой.

— Да я просто оступилась… — покачала головой та. — Всё нормально.

— Не нормально, — вещунья с укором уставилась на Джека. — Заставь её, иначе будет хуже. Шаманка тянет силы не только из неё. И как я раньше не заметила?

— В каком смысле? — не понял Картер. — Чего не заметила?

— Того… — она многозначительно посмотрела на живот ведьмочки.

— Не поняла… — обомлела та. — Ты на что намекаешь?

— То самое, — Тамина дружелюбно похлопала озадаченного Джека по плечу. — Если не хочешь подвергать опасности ребенка, ей придется остаться в поместье. Так что меняем планы — приманкой буду я. А тебе, — она требовательно воззрилась на Кэтрин. — Лучше пойти полежать.

— Я не поняла, она что… намекает, что… — Моро непонимающе посмотрела сначала на Картера, затем на свой живот. — Да быть не может…

Вещунья едва не закатила глаза.

— Может. И теперь понятно, почему северянка смогла пробиться через защиту алхимиков. Она не твою силу увидела, а его…

— Тогда уж её, — влез дотошный Патрик, перевесившись через перила настолько, что сам был готов свалиться следом. — Магия наследуется лишь по женской линии.

— Поздравляю, — лишь всплеснула руками Тамина. — Значит, будет девочка. И если никто не хочет, чтобы из неё выкачали способности ещё в утробе — пора заканчивать со своими играми. И как можно скорее.

— Девочка… — чуть ли не пискнула ошеломленная Кэтрин, присаживаясь на ступеньку. Ноги её не держали. Ребенок… что? Это звучало нелепо, ужасающе… и невероятно. С другой стороны, сомнения и так начинали закрадываться, просто среди происходящего сумбура уделить этому должного времени не удавалось. Но как же… она ведь не готова.

— Ты останешься с Амандой и займешься заклинанием, — Картер решительно поднялся на ноги. — И будешь ждать нас.

— Что? — ведьмочка сердито нахмурилась. — Остаться?

— И только попробуй возразить.

Суровый взгляд отметал любые попытки спорить. Да уж, Джек далеко не был таким послушным пушистым кроликом, каким казался порой.

Звон ключей, тяжелые шаги, спертый запах сырости — это всё, что могла почувствовать Тамина, на глаза которой нацепили повязку, а руки заковали за спиной в кандалы. Лязг и её без излишней вежливости толкнули вперед. Руки почувствовали долгожданное облегчение.

Вещунья стянула повязку и, поджав губы, наблюдала, как закрывается темница. Двое мужчин в королевском обмундировании заперли замок и, лязгнув на прощание ключами, скрылись за каменной лестницей, ведущей из подземных катакомб наружу.

Сырое подземелье королевского дворца — именно туда её привели, и, судя по тому, что завязали глаза — хотели этот факт скрыть. Однако никто, конечно, не подразумевал, что Тамина уже прекрасно сориентировалась, считывая мысли тюремщиков. И теперь лишь думала над тем, как именно ей провести друзей через устье и массивную подъемную решетку, отделяющую подвалы от раскинувшегося вокруг столицы моря.

Райану, что сопровождал её от поместья алхимиков, пришлось покинуть Тамину по приказу короля. Ему надлежало предстать перед Его Величеством с отчётом. Если всё пойдет гладко, Бранд сможет окончательно отвести от себя подозрения, а если нет… тогда у них появится дополнительная проблема.

Тамина нацепила на лицо беззаботную улыбку и огляделась. Несколько камер в ряд, отгороженных всё теми же решетками. Мягкий полумрак горящих на стенах факелов, сено под ногами. Не так уж и плохо, вполне миленько.

И, как оказалось, вещунья находилась в поддворцовой тюрьме не одна. Слева, поджав под себя ноги, сидел молодой человек. Видимо, он спал, но проснулся от шума, недоуменно приподняв голову и щурясь.

— Привет, — поздоровался он, смахивая с глаз светлые грязные волосы.

Тамина приветливо помахала ему. Пленный сонно потянулся, поднялся и неспешно подошёл к разделяющей их перегородке, просунув руки через прутья. Слишком расслабленное поведение для заключенного.

— Сочувствую. Попала так попала.

— Считаешь? — вещунья нисколько не расстроилась, беспечно поигрывая кончиками волос и разглядывая капельки влаги на выпуклых каменных стенах. Познакомившись с ней ближе, становилось ясно, что подобное легкомыслие лишь завеса, чтобы скрыть затаенную неуверенность. И сейчас именно этим она и занималась — прятала страх за притворным спокойствием.

— Сюда не приводят кого попало. Только тех, кого король желает вырезать из мира. Тут тебе не Вермут, даже церковь ничего не знает о местных узниках. Поверь, уж я-то знаю, — молодой человек протянул ей руку. — Я Колин.

— Приятно познакомиться, Колин, — Тамина дружелюбно пожала его ладонь, одновременно удивленно вскидывая бровь. — Интересно, интересно…

— Что интересно?

— Нет, ничего, — отмахнулась вещунья. — Признаться, я до последнего не могла поверить, что под сводами дворца скрывается острог. За что тебя сюда упекли?

Тут Тамина лукавила, разумеется, она уже знала причину. И даже больше.

— Как обычно, не умею контролировать язык. Правитель потерял терпение, вот и решил избавиться от назойливой мухи. А с тобой что?

Ослепительная улыбка.

— Будем считать, я решила немного повеселиться и сменить обстановку.

— В таком случае ты выбрала неподходящее место.

— Ничего, — Тамина обвела взглядом своё новое пристанище. — Мне в целом нравится.

Колин с любопытством оглядел собеседницу.

— Ты странная. Немного.

— О, поверь: тут ты заблуждаешься. Далеко не немного.

Тамина покрутилась на месте, выбирая место посимпатичнее, и плавно, аки коша, приземлилась на сено, поджав по себя ноги. Подняла прилипшую к юбке соломину и покрутила между пальцев.

— Нет, тут правда не так плохо, — вынесла она окончательный вердикт.

Колин озадаченно почесал затылок.

— Посмотрим, как запоешь через недельку. Выбраться отсюда мало кому удавалось.

— Но ты ведь ещё надеешься. Так почему же мне нельзя?

— Скажи это ему…

Кивок головы указывал на соседнюю камеру. Тамина, признаться, сначала подумала, что та пустовала, но нет. В дальнем углу, свернувшись калачиком, лежал темный силуэт.

— Кто это? — вещунья пыталась всмотреться, но кроме разъеденной годами одежды и спутанных волос разглядеть что-то было сложно.

Колин с сочувствием покачал головой.

— Бедолага, застрявший здесь так давно, что становится не по себе даже мне.

— Давно, это сколько?

— Настолько, что уже и потерял счет… — послышался тихий хрипящий голос. Силуэт зашевелился, и перед Таминой предстало заросшее нечто.

Нет, определенно когда-то это было человеком и вероятней всего мужчиной, но годы заточения сделали своё дело. Старик, а судя по всему, именно им он и был, представлял собой унылую картину.

Косматые волосы паклями свисали, закрывая половину лица, в бороде притаилась солома и многолетняя грязь. Редкие участки кожи из-за отсутствия солнечного света приобрели серый оттенок, болезненные вздутые ногти на руках слоились, а одежда, когда-то не самого дурного качества, норовила рассыпаться на плечах. Зрелище печальное и пугающее.

— За что тебя? — Тамина с жалостью оглядела пленника.

— За то же, за что и вы двое оказались здесь. За измену.

— Это как же нужно было насолить королю.

Колин только что не отмахнулся.

— Тут много ума не надо. Ты сама-то за что?

— Со мной всё сложнее… но если кратко — меня обвиняют в связях с алхимиками.

— А это так? — старик заинтересованно вскинул голову.

— Ну… — вещунья замялась. Она как-то не была уверена, что стоит распространяться о таких вещах. Если у них всё получится, то это уже и не так важно, а если нет… С другой стороны, сильно ли ей насолит этот с трудом передвигающий труп? Да и Колин особой угрозы не представляет. — Давайте будем считать, что по стечению сложившихся обстоятельств, я действительно могла водить с ними… дружбу.

Старик отрицательно покачал головой.

— Сомневаюсь, у алхимиков нет друзей. Лишь горстка посвященных, сотрудничество с которыми может принести пользу.

— Да, — согласно кивнула вещунья. — Так звучит лучше. Думаю, можно приписать к этим посвященным и меня.

Не ложь же ведь? Не ложь.

— Сложно представить, — Колин во все глаза разглядывал Тамину. — Ты в самом деле знакома с алхимиками?

— Ну…

Неловкий вопрос сменился ещё более неловким. И пришёл из соседней темницы.

— Николас всё ещё заправляет поместьем? Как поживает Кэролл?

Тамина ошарашено уставилась на старика.

— Откуда вы…?

— Мне известно многое. Другой вопрос: известно ли что-то тебе? Или ты очередная несчастная, попавшая под слепящую Его Величество ненависть?

Вещунья оскорблено вздернула нос. На том и погорела.

— Я знаю достаточно. И да, магистр по-прежнему главенствует, а Елена ещё не вернулась из Нестора.

— Как увлекательно… а на моё место кого-нибудь нашли?

— На ваше место? — вещунья чувствовала, как закипали её мозги. — Что-то я уже ничего не понимаю.

— Я знаю, что маятник много лет назад выбрал девушку из другого измерения. Вступила ли она в свои права?

— Аманда…? — имя выскользнуло раньше, чем Тамина успела подумать.

— Аманда? — напрягся Колин.

— Да, да… Ты её знаешь, — сердито отмахнулась от него та, переползая ближе к старику и вглядываясь в его черты лица. — Кто вы? Мне кажется, мы уже встречались прежде.

Тот в ответ стянул с плеча разорванную рубаху, выставляя на обозрение отвратительный криво зарубцевавшийся шрам. Будто кто-то вырезал кусок плоти и даже не удосужился заняться его лечением.

— Уже никто, но когда-то имел неограниченную власть.

— Погодите… — до Тамины начинало доходить. Эх, если бы она могла дотянуться до пленника, то и вопросы были бы ни к чему. — Нет, я точно вас знаю…

— Узнала всё же? — за косматой бородой мелькнула улыбка. — Знаешь, верно. Ты ведь когда-то предсказала мою смерть. И не ошиблась, я уже много лет как нежилец. Только остаточная защита алхимиков и позволяет мне не сломаться… Что стало с тем мужчиной, что был с тобой тогда? В Харите?

— Он умер… — отозвалась та эхом, побледнев.

— А я ведь говорил. Такие как ты не способны ужиться с обычными людьми. Вы уничтожаете их без шанса на спасение.

Тамина непроизвольно схватилась за голову. Её словно озарило. Ясно же как день. Теперь одичалый вид уже не мешал узнать старика.

— Я поняла… Но разве так может быть? Вы же ведь… Молукс?