Мечты женщины (СИ)

– Венера в Центре восстановительного лечения для детей… – тихо прошептала я, стараясь не разреветься. – Я нужна ей сейчас... Ты же знаешь, что там закрытый доступ, и меня туда не пустят без мужа. Он не дал мне возможности выбирать... Понимаешь?

– Вот же… Черт. Как она там оказалась? Ведь там только дети для экспериментов, никто оттуда никогда не выписывается... Что за чертовщина творится?

– Я не знаю, Влада. Я ничего не знаю… Я сейчас поеду с Виргусом, и он все расскажет. Выхода другого нет. Мне нужно поскорее к ней…

– Бедная малышка... Что же с ней? Ты мне сразу позвони, а я у отца спрошу. Кстати, когда отец звонил, то поведал, что у них там чрезвычайные ситуации произошли, поэтому настоятельно попросил меня приехать на базу.

– А Владислав?

– Он едет со мной. По дороге решим, как нам быть. Но в любом случае нужно вернуться в силовой центр и переговорить с отцом. Поэтому мы поедем за вами. Скажу честно: у меня плохие предчувствия. Твой муж явно задумал какую-то подлянку. Со мной-то он ничего не сделает, отец не позволит, а вот с моей парой…

– Это из-за того, что вы помогли мне? О господи, простите меня…

– Дура! Я бы и сейчас тебе помогла! Ничего бы не изменила, если бы была такая возможность. На мои опасения Владислав рычит, заявил, что меня одну и на шаг не отпустит. Упертый медведь.

Тут нас прервали звуком громко хлопнувшей двери машины. Виргус с недовольным выражением лица направился к нам. Когда подошел, он выхватил из моей руки ручку от сумки, а другой рукой крепко обхватил за талию.

– Щебетания закончены, нам нужно спешить. Вы свободны, Влада… – процедил он и потащил меня в сторону машины.

Виргус грубо усадил меня на переднее пассажирское сидение, а сам сел за руль. Мы тронулись с места и поехали по основной дороге. Он недовольно морщил губы и скрипел зубами.

– Значит, у твоей бабки была вторая сущность? – проворчал муж.

– Да… – прошептала я, стараясь угомонить свою тигрицу, которая рычала и царапалась.

– Это же надо... Вот же дерьмо! – недовольно прошипел он.

– Что с моей сестрой? – спросила я, сверля глазами его лицо.

– Не знаю, что с ней. Она стала агрессивна.

– Как агрессивна? – с удивлением спросила я.

– А вот так! Стала кричать на Лилю, когда она приехала за ней два дня тому назад.

– А зачем она поехала за ней к Виворе? Ведь Венера должна была там находиться целую неделю, пока я на конференции.

– У нас на оружейной базе произошли взрывы, которые уничтожили шестьдесят процентов боевого оружия.

– Злоумышленников нашли?

– В том то и дело, что НЕТ! Я не могу понять, зачем они это сделали. Но база находится неподалеку от городка Виворы, поэтому я принял решение вывезти оттуда твою сестру. Но когда за ней приехали, она повела себя, как истеричка. Стала кричать и царапаться, поэтому пришлось ее отвезти в центр.

– Что?! Ты поместил мою сестру в психушку, потому что маленькая девочка не хотела ехать с твоей сестрой-стервой?! Да как ты посмел? – заорала я в шоке от его поступка.

Он резко остановил машину и со злостью в глазах процедил сквозь зубы:

– Заткнись и не смей кричать на меня, а то посажу к сестренке. И будешь своего выродка там вынашивать, а когда родишь, возможно, я буду добрым и приму тебя назад. Если будешь хорошо себя вести, то сохраню им жизнь.

– Труп примешь назад! Перережу себе горло, если посмеешь тронуть моего ребенка и сестру. А перед этим постараюсь тебе горло перегрызть… – прошипела я.

– Ах ты, сука! Да как ты смеешь так относиться к своему благодетелю?! – заорал он, хватая меня за волосы, почти выдирая их.

На глазах выступили слезы, но мне было все равно. Мой стоп-сигнал сломался, и я свирепо зарычала, от чего Виргус дернулся назад, отцепляясь от моих волос.

– Тогда давай сейчас! Чего ты ждешь? Без них ты меня не удержишь и ты это прекрасно знаешь! Я ненавижу тебя! Ненавижу! Крутым мужиком себя чувствуешь, когда обижаешь и шантажируешь? Так я тебя огорчу. Мужчина, который обижает женщин и детей, это не мужчина, а НИЧТОЖЕСТВО! – заорала я.

Мою щеку обожгла сильная боль. Я рефлекторно накрыла ее своей ладонью и посмотрела на него с пренебрежением и отвращением.

– Никогда не смей меня оскорблять! – проорал он, часто дыша. – А то я действительно это сделаю. И да, я знаю, что тебя только это держит. Так что, дорогая, если у меня не будет покорной жены, ты лишишься сестры и ребенка! Поняла? Поэтому будь паинькой, и сделаем вид, что все как прежде. Я даже согласен терпеть твою вторую сущность, пока ты беременна, но не стоит меня лишний раз дразнить. Я и так на пределе. Поняла?

– Да… – прошептала я, понимая, что лучше замолчать и не пробуждать в этой мрази все его «лучшие» черты. Еще неизвестно, что с моей сестрой и как нам теперь жить.

Больше часа мы ехали молча. Я даже не стала спрашивать, куда мы направляемся, так как муж вел машину в противоположную сторону от нашей базы. Если честно признаться, то могу сказать, что я вообще с территории силовиков никогда не выходила. Мы сразу были пленниками, а потом Виргус начал, как помешанный, ходить по моим следам, требуя от отца, чтобы тот дал запрет на все мои прошения на выезд из их касты.

Естественно, я знала всю нашу местность, но по картам. Я изучила все уголочки нашей планеты в надежде когда-нибудь убежать от своего мужа. Но вы видите, что все мои труды были напрасны. Разговорный язык у нас сейчас один, кастовый. Ведь когда была большая смертность, которая впоследствии привела к кастам, «новые» дети не могли говорить на старых языках, и для них разработали другую систему обучения, основанную на их восприятии и понимании. Теперь у нас совершенно новый язык, который полностью отличается от предыдущих наречий.

Господи, что же с моей сестрой? Она никогда не вела себя агрессивно. Я даже поражалась такому поведению. Венера в любой ситуации была спокойна, как удав. Даже на оскорбления детей в садике, куда я попервости водила ее, она просто улыбалась и молчала. На душевные разговоры она шла, поверхностно обсуждая возникшие проблемы. Но она никогда не говорила, что творится у нее в душе и голове. По полочкам разбирала конфликт и не понимала человеческой жестокости, особенно от детей. Она не рассказывала, что именно ей сказали или сделали при конфликте. Всегда только анализ, а когда вывод получался уже столько лет один и тот же, она совсем перестала общаться с детьми своего возраста.

За своими размышлениями я не заметила, как мы приехали в маленький аэропорт. Виргус остановил машину и посмотрел на меня предвкушающим взглядом.

– Сейчас полетим в Центр, там сможешь увидеться со своей сестрой. Но не забудь, что я тебе говорил про последствия.

– Я помню. Мы заберем ее? – с надеждой спросила я.

– Ты должна ее увидеть, а потом будешь задавать мне вопросы.

Я в шоке уставилась на него, слова застыли на губах.

– Выходи! Или ты передумала к ней ехать? – со злостью рявкнул муж.

– Нет.

Я моментально собралась и открыла дверцу, чтобы выйти на улицу. Виргус подошел к багажнику и вытащил мою сумку. Я не стала задавать лишних вопросов, хотя они так и прыгали у меня в голове, требуя выхода.

Очень странно вел себя Виргус! Что-то задумал? А что именно?

Когда мы сели в самолет, тревожное чувство стало беспокоить мое сердце. Виргус вел себя так, как будто хотел получить «Оскар» за лучшую роль мужа. Подлец. Ладно, посмотрю, что дальше будет.

И вот сейчас мы находились перед Центром восстановительного лечения для детей. Охранники стояли через метр. На окнах пятиэтажного здания решетки. Такое ощущение, что тюрьму посетить решили. Моя сестренка находилась в этом ужасе?

Тигрица стала громко рычать. Меня же и так трясло после перелета, а теперь еще и голова начала раскалываться от ее неадекватного поведения. Постаралась успокоиться, с настороженностью пошла за Виргусом.

Мы шли по коридору четвертого этажа, и мне казалось, что тут не больница, а военный исследовательский центр. Остановились перед железными дверями, где стояли два силовика. Они нас пропустили, и я вслед за мужем зашла в закрытое помещение, которое можно было назвать продолжением коридора. Но с двух сторон были не палаты, а большие стеклянные клетки.

Не веря своим глазам, стала смотреть по сторонам, с ужасом понимая, куда меня привел Виргус. Мразь. Подонок. Ублюдок. Это была лаборатория экспериментов над оборотнями. Какого черта? Я развернулась к нему лицом, ища в его глазах подтверждение своих выводов.

На меня смотрели ядовитые глаза змеи, в которых были злость и злорадство. Он захватил мою руку в кулак и, прижав к себе, прошипел:

– Что такое, милая? Ты не хочешь увидеть свою сестренку?

– Зачем мы здесь? – крикнула я. – Где Венера?

– Венера... Венера там, где ей и положено быть! В клетке! Она дикий оборотень!

И он потащил меня к коробу, где металась маленькая черная пантера. О господи, Венера!

Я опустилась на колени и всем телом навалилась на стекло. Когда маленькая пантера увидела меня, она бросилась ко мне. Преграда, разделяющая нас, при приближении животного стала нагреваться, и когда Венера подошла к стеклу вплотную, от него пошли электрические импульсы. Пантеру начало трясти, потом она упала на пол.

Не веря своим глазам, я стала кричать и звать сестру, стуча по стеклу. Но малышка меня не слышала, тихо скуля. Слезы вырвались из глаз, и бешенство стало подниматься во мне. Я повернулась к этому ничтожеству Виргусу и зарычала.

– Сволочь! Ублюдок! ВЫПУСТИ ЕЕ!!!

На мои слова он лишь рассмеялся. Я еле сдерживалась, чтобы не кинуться к нему и не расцарапать эту наглую морду. Моя тигрица рычала и бесилась, как заведенная прыгала и царапалась. Если я сейчас наброшусь на него, то мы отсюда никогда не сможем выйти.

Но черт, как же сложно ничего не делать, когда перед тобой мучают ребенка!

– Выпусти мою сестру! Сейчас же! Ей больно!!! Мразь!!! – заскулила я.

– Все? Наоралась? – с усмешкой спросил он. – Так и быть, прощу тебе эти слова, так как знаю, как ты относишься к своей сестре. Но советую рот закрыть и больше ничего не говорить, пока не выслушаешь меня. Поняла?

– Говори! – процедила я.

– Твоя сестра – пантера. Опасный оборотень, который законно является угрозой населению. Шансов таким тварям мы не даем. Опыты и смерть.

– Нет! Нет! Пожалуйста! Это же моя сестра! – прошептала я, давясь слезами.

– Она пантера! – заорал он.

– А я тигрица!!! – закричала я.

– Кто?! Ты же клялась – кошка! – с яростью закричал Виргус.

– Я сказала – дикая кошка! Так что, муженек, мы обе такие!

– Ты когда забеременела, стала такой, а она в восемь лет.

– Прости. Я немного скрыла правду. Так сложилось, что я… с трех лет тигрица, только препарат пила, чтобы моя хищница спала.

– Я не верю. Почему я не знал? Почему ты не предупредила?

– Ой, правда, что ли? Прийти к тебе и сказать: «Виргус, хочешь прекрасную новость? Твоя жена – тигрица, так что много не выпендривайся, чтобы голову тебе ночью не откусила!» Так, да?!

– Молчи! Молчи! Я ХОЧУ ПОДУМАТЬ!

– Мозг не треснет от того, что напрягать его будешь? У меня сестра в клетке с током, а он думать будет. Выпусти ее!!!

– Я хочу, чтобы ты опять пила этот препарат, чтобы твой зверь уснул.

– Сам пей! Я беременна, это убьет ребенка.

– Прекрасно, это выход. Мне не нужен этот оборотень-ребенок, я хочу вернуть свою жену.

– Нет!!! – вновь закричала я.

– Отлично, любимая. А теперь слушай внимательно! Выбирай: либо жить будет твоя сестра, либо ребенок. Но ты в любом случае будешь со мной. Если выберешь сестру, значит, обе пьете средство, и все как прежде. Если ребенок, то сестру на опыты, а ты ее видишь в последний раз. Мы едем домой и будем растить ребенка. Но после твоих родов вы с ним пьете свою микстуру. Выбирай, любимая! Третьего не дано.

– Нет! Прошу тебя! – осознавая весь ужас моего положения, умоляла я.

– Либо сестра, либо ребенок. Решай. Но ты при любом раскладе будешь жить со мной. Я никогда тебя не отпущу. Ты моя!!! Скорее убью, но не отпущу.

– Подожди, ведь так нельзя! Это же наш ребенок, – в надежде на чудо я решила пойти другим путем.

– Мне не нужен ребенок-оборотень! – категорично ответил Виргус.

– Но я ведь тоже оборотень!

– Нет, ты моя жена! Я проклинаю себя за слабость к тебе, но я с ума по тебе схожу. Я дышу тобой... Не могу без тебя… – прорычал он в бешенстве.

– Тогда зачем так издеваешься надо мной? Почему так жесток к нашему ребенку и к моей сестре?

– Потому что их ты любишь, а меня презираешь. Ты даже это отродье уже защищаешь, а он еще не живой. Я готов убить их, чтобы ты только на меня так смотрела, как смотришь на них. Только мне дарила свою любовь и нежность.

– Ты псих! – в ужасе прошептала я. – Это ненормально.

– Мне плевать, как это выглядит! Меня никто не остановит! Ты моя! И заметь, любимая, я терпел даже твою сестру ради тебя. Не дал ее убить, а ты не ценила меня. Но сейчас я не готов двоих терпеть, тем более я теперь знаю, что они оборотни. Так что выбирай!

– Я не могу выбирать! – прокричала я.

– Значит, выберу я! Доктор Пидворд, приступайте! – крикнул он кому-то за моей спиной.

Я резко развернулась и увидела мужчину в белом халате. Он смотрел на меня с довольной улыбкой на губах, а в глазах было злорадство и предвкушение.

У него в руке был чемоданчик, который он положил на специальный стол у стеклянной стены. И через несколько секунд достал ампулу с синей жидкостью и шприц.

Яростный гнев вырвался из груди, и я стала звать тигрицу. Мне было плевать уже на все. Подонок! За что?! Это маленький ребенок. Моя маленькая любимая сестренка.

Но хищница лишь скулила, не желая выходить на волю. С дикой яростью я стала давить на нее, призывая и моля. Тигрица зарычала, злобно сверкая глазами.

Ничего не понимаю. Что с ней?

Тогда нужно идти другим путем: просьбами и мольбами.

Я повернулась к Виргусу и спросила:

– Что это? Для чего?

– Для пантеры. Видишь ли, дорогая, за три дня, которые она здесь провела, ученые сделали вывод, что она очень слабый подопытный. На ней невозможно ставить опыты. Она нестабильна и слаба. И лучше будет сразу убить будущего хищника.

– Убить?! Ты что, совсем спятил? Это моя сестра! Не смей!

– Ты же не можешь определиться, а твой муж тебе поможет. Даже можешь считать меня убийцей, если тебе станет легче. Ведь поэтому ты так сопротивляешься, да? Не хочешь брать на себя груз вины?

– Ты бредишь! Я не могу определиться, так как моя душа и сердце разрывается от боли за них. Я не понимаю, почему ты к ним так жесток. Я тебя умоляю. Пожалуйста.

Тут я услышала, как что-то зажужжало. Повернулась и увидела, как врач зашел в клетку к Венере и направился к ней. Меня сковали ужас и страх. Я бросилась к Виргусу, трясущимися руками дергая его одежду.

– НЕТ! Пожалуйста! Умоляю! Пожалуйста! – меня трясло крупной дрожью, слезы текли из глаз, а мозг лихорадочно работал.

Тигрица оскалилась и встала на дыбы, злобно рыча, понимая, куда ведут мои мысли. Потом стала метаться и скулить. Что она хочет мне сказать? Что она против моего решения? Недовольна тем, что я закрою ее? Но у меня нет выбора. Нет! Мою сестру убьют через секунды, поэтому у меня нет вариантов. Прости, тигрица…

– Сестру! Я выбираю сестру… – с ужасом в голосе произнесла я, оседая на белоснежный пол.

Виргус ухмыльнулся и махнул доктору, давая тому понять, что он свободен.

– Умница! Я и не ожидал другого. Можешь зайти к сестре, после тока у нее спящий режим…

От этих слов я разревелась в голос, заглатывая слезы. Виргус взял меня за руку и поднял, прижимая к себе. Мне стало так противно, что хотелось заорать.

– У тебя есть час, а мне нужно отойти. Ты под охраной, так что без глупостей. Не расстраивай меня. Мое терпение давным-давно на пределе... Иди к ней.

Как в тумане, я вошла в клетку и села рядом со скулящей пантерой. Дверь закрылась, но мне было все равно. Стала гладить сестренку, ласково напевая ее любимые песенки.

ГЛАВА 14

Влада смотрела в окно, закусив губу от плохого предчувствия.

– Перестань переживать! – рявкнул медведь.

– Не нужно было тебе ехать! – рыкнула ему в ответ девушка.

– Я бы тебя одну не отпустил. Да и разговор уже бесполезен, мы заезжаем на территорию главной силовой базы.

Влада с отчаяньем посмотрела на ворота, к которым они так стремительно приближались.

– Малышка, перестань. Все будет хорошо… – ласково пробубнил Владислав.

– Владик, у меня такое плохое предчувствие, что слов нет. Зря ты поехал, я бы сама съездила, а потом к тебе.

Медведь зарычал, но Влада даже не обратила на это внимания.

– Мне очень приятно осознавать, что ты переживаешь и заботишься обо мне. Но запомни: я никогда тебя одну не отпущу.

– Боишься, что передумаю и убегу? – с улыбкой поинтересовалась девушка.

– Я тебе убегу!!! Догоню и наручниками к себе прикую…

– О-о-о, какой злой мишка! – сладко пропела Влада.

– Милая, ты бы лучше не дразнила меня. Мне-то плевать, что я на вражеской территории, что мне тут не рады. Посажу на себя и буду утверждать свои права.

– Молчу, молчу! Даже не сомневаюсь в твоей дикости.

В ответ мужчина ухмыльнулся и положил свою огромную лапу ей на коленку, чуть сжимая ее.

– Э-э-э, хватит! А то с такими темпами я ходить не смогу. Совести у тебя нет, жена же беременна!

Медведь что-то пробурчал про себя, но руку не убрал.

На посту Влада предъявила свои документы и поговорила с отцом, так как ее мужа не хотели пускать.

Их пригласили пройти в главный корпус, в отдел информационной связи, которым теперь заведовал отец Влады. Сидя в огромном зале, где во всю стену размером висел огромный экран связи, они с подозрением озирались на пятерых охранников, которые стояли по разным углам.

Дедир вошел в зал и сразу направился к дочери. В глазах у него читались страх и непонимание. Он подошел к Владе и обнял ее. Девушка, не понимая такой заботы, уставилась на отца с немым вопросом. Первый раз за все их знакомство он обнял свою родную дочь.

– Извини, родная. Просто очень сильно переживал за тебя.

– Здравствуй, отец… – прошептала Влада, отходя в сторону Владислава, который тихо рычал, недовольный объятиями с его женой. – Познакомься, Дедир, это моя истинная пара, Владислав.

Владислав вышел вперед, подавая свою руку для приветствия. Дедир принял ее, пожимая в ответ.

– Очень приятно! – произнес старый мужчина. – И какие у вас планы?

– Я забираю свою беременную жену к себе домой. У меня есть приличное поместье в Кражанских лесах, там мы и будем жить.

– А почему не здесь? – с недовольством спросил Дедир.

– Потому что там моя территория, где никто не посмеет пойти против меня и причинить вред моей семье.

– Я тоже могу защитить свою дочь! – злобно прошипел Дедир.

– Отец! – возмущенно произнесла Влада.

– Вы ее защищали до брака, теперь она под защитой мужа по законам оборотней.

– Но ты же, как и она, наполовину силовик. Можете жить и здесь!

– Нет! – категорично зарычал медведь.

– Я сама решаю, где мне жить! – недовольно произнесла девушка. – Отец, я пришла за помощью. Милана…

В эту секунду в зал ворвались еще шестеро силовиков, а за ними шел Мираний.

Дедир непонимающе посмотрел на него и произнес:

– У вас ко мне какие-то вопросы, Мираний?

– Нет, Дедир. Я пришел согласно приказу предводителя силовой касты. Прошу, – он повернулся в сторону экрана и направил руку на монитор. Экран загорелся, и все присутствующие увидели Виргуса, который сидел в кресле и с ненавистью в глазах смотрел на всех в помещении.

– Приветствую, Дедир. Извините, что прерываю ваш семейный разговор, но Владислав Мемаев в Дарикаре нанес мне личное оскорбление, которое карается смертью. Поэтому я требую, чтобы он добровольно сдался, завтра над ним будет суд.

– Нет! – закричала Влада. – Ты не посмеешь! Мы прояснили ситуацию. Мы были на территории Дарикара, и это не считается личным оскорблением предводителя силовой касты. Он защищал женщину.

– Виргус, моя дочь беременна от Мемаева. Я предлагаю… – проговорил Дедир, но его прервал грозный крик с экрана:

– Нет! Я не прощаю такого отношения к себе. Схватить его!

Восемь силовиков в боевой форме набросились на Владислава, который стал разбрасывать их в стороны. Он отчаянно дрался, но силы были неравны.

Влада кричала, умоляла, но никто ее не слушал. Резкое сжатие руки заставило ее отвлечься от ужаса происходящей картины. Она посмотрела на руку, а потом на захватчика.

Мираний с вызовом в глазах глядел на нее, как будто ожидал, что она набросится на него с истерикой. Влада улыбнулась ему и плюнула в лицо.

– Всегда считала тебя дерьмом. А теперь знаю, что ошибалась. Гнида и мразь! – прошипела она.

Бешеная злость загорелась в темных глазах мужчины.

– Сука! – закричал он и замахнулся, чтобы ударить девушку.

Но тут его остановил властный голос Дедира:

– Если ты тронешь ее, я убью тебя, Мираний.

– Но, старейший, это же женщина! – с возмущением ответил тот.

– Это моя дочь! – громко отчеканил пожилой мужчина. – Так что убери от нее свои руки и отойди.

Мираний с ненавистью посмотрел на Владу и, скрипнув зубами, отошел в сторону.

– Подонок! – крикнула девушка ему в след. Владу трясло от переживаний за мужа и из-за конфликта с командиром оперативных групп.

– Влада! – укоризненно произнес отец.

– Что Влада?! Моего мужа избивают и хотят завтра убить, а суд будет решать, каким способом! И ты мне морали будешь читать? – завопила она. – Виргус, ты свинья! Скотина!

– Влада! – грозно закричал отец.

– Я советую тебе заткнуться! – выдавил со злостью Виргус.

– Сам затыкайся, заяц трусливый! Сидит он там! Задницу подними, да как мужик доказывай свою правоту на честном поединке. А то толпой на одного. Ублюдки! – закричала девушка со слезами на глазах, уже не контролируя себя.

– Успокой свою дочь, Дедир! А то тебе не понравится, как это сделаю я.

– Сын! Так нельзя! Нужно быть справедливым…

– Я не хочу слышать поучений. Твое время прошло. Ты слаб и стар. В последний раз говорю тебе успокоить женщину, либо она будет в камере.

Дедир с осуждением посмотрел на сына, а потом кивнул своим верным силовикам. Они стояли у стены, наблюдая за происходящим. Получив молчаливый приказ, охранники подошли к Владе и осторожно перехватили девушке руки. Она стала сопротивляться, сопровождая этот процесс проклятиями и криками.

Владислав, который уже на последнем издыхании боролся с силовиками, услышав крик сопротивления своей пары, зарычал и полностью перекинулся в медведя.

Он с бешенством откидывал нападающих силовиков, добираясь до своей женщины. Но тут раздались выстрелы, и медведь рухнул на пол.

Влада с ужасом смотрела на лежащего мужа, из спины которого торчали дротики. Девушка завыла и стала ужасно кричать, проклиная силовиков, выражая свои мысли отборным матом.

Дедир попробовал ее успокоить, но крики переросли в истерику.

– Закройте ее где-нибудь до вечера! – с удовольствием процедил Виргус. – Завтра утром буду на месте. Отбой.

Экран выключился, и Дедир со вздохом и обреченностью во взгляде произнес:

– Это, возможно, твои последние часы с ним. Может, ты хочешь провести это время без истерик?

Влада резко перестала вырываться и посмотрела долгим взглядом на отца.

– Тогда я буду с ним, куда бы его ни потащили.

– Не положено! – с ядовитым восторгом ответил Мираний, отдавая пистолет с дротиками подчиненному солдату.

Влада с отвращением проследила за ним и спокойно выдавила:

– Тогда тебе придется и меня расстрелять дротиками.

– С удовольствием! – выплюнул Мираний.

– Оставьте мою дочь вместе с мужем в камере.

– Но…

– Мираний, я приказал, чтобы вы их вместе оставили в камере. Вы перечите мне?

– Нет! Будет выполнено.

***

Джон

Сидел на траве, сжимая руки в кулаки. Меня переполняли гнев, разочарование и предвкушение.

Да как она посмела уехать со своим мужем? Я теперь ее муж! Я заявил на нее права, отметил. Милана моя пара. Так какого черта она уехала с силовиком?

Когда рано утром она ушла, я пошел к своей группе. Сегодня у нас важная операция, из-за которой мы здесь. Я поставил всех в известность, что теперь у меня есть пара и мне совершенно плевать на мнение других. Первым меня поздравил друг Дидар, а потом и другие. Кроме Пинара, который стал давить на мою советь по поводу жены и ребенка. Пришлось объяснить ему в вежливой форме, что свою пару тигр не отпустит, а с Витарой и Лотой я разберусь в прайде на нашей территории. Брат замолчал, но в глазах его я видел злость и ненависть. Пришлось промолчать, чтобы не спугнуть этого предателя. Ничего, он еще ответит за все!

Когда мы направились на базу силовиков в форме тигров, то оставили Ворха охранять Милану. Ведь я переживал за свою пару! Через два часа Ворх позвонил и попросил присоединиться к нам, объясняя свое предложение тем, что ему теперь защищать некого, ведь моя пара добровольно уехала с силовиком. Это был удар. В форме тигра я чуть не растерзал своих же людей, которые стали говорить об изменчивости женщин. Вмешался Дидар, который посоветовал мне успокоиться и не делать поспешных выводов.

И сейчас мы находились в двух километрах от главной силовой базы. Теперь у меня два задания. Первое, зачем мы явились сюда изначально, это вывести отсюда пленных хищников. А второе – забрать свою женщину! И мне плевать, если она против. Она поклялась мне и признала своей парой, а остальное неважно.

Друг действительно прав. Я ведь не знаю, почему она так сделала, но обязательно спрошу ее об этом. Да, и еще о маленькой сестре Миланы нужно не забывать. Она очень много значит для нее. И какие бы у нас ни произошли размолвки и недопонимания, свое обещание я выполню. И не дам забыть своей женщине о ее клятвах, напомню и востребую.

– Наши действия, Джон? – спросил Дидар.

– Делимся на две команды. Нас десять, значит, с тобой в тюремное крыло пойдут шестеро. Со мной двое. Здесь не ожидают увидеть гостей в главном корпусе, а всю охрану направили на оставшиеся базы с оружием, которые мы специально не подорвали. Меня не жди, без своей женщины я не уйду. По рации держим связь, но только по делу, или если что-то пойдет не по плану.

– Уже идет не по плану, но я бы сделал то же самое, друг.

– Спасибо, Дидар, – с благодарностью ответил я на его поддержку.

– Значит, еще раз: мы освобождаем заключенных и переводим их в условленное место, где завтра в десять утра нас забирают вертолеты.

– Все верно.

– А если ты не найдешь свою пару и ее сестру? Или не успеешь привести ее к условленному времени к вертолетам? Больше такого шанса с транспортом не будет. Первый раз это неожиданность, а второй уже не пройдет.

– Тогда вы летите без нас. Я что-нибудь придумаю.

– Проклятье! Если что, будь на связи.

– Хорошо, друг. Береги себя и людей.

– Ты тоже. Скорее ищи свою тигрицу с сестрой, и к нам! – с ухмылкой произнес Дидар и пошел к остальным оборотням.

Еще несколько секунд смотрел в сторону базы, продумывая свои действия, а потом перекинулся в тигра, тем самым подавая всем знак действовать.

Разделившись на две команды, мы разошлись в разные стороны. Дидар и его люди пошли в сторону главной базы, на территории которой находились тюремные помещения. Мы двинулись дальше, туда, где находились жилые дома сотрудников подразделений главной силовой базы и их семей.

На своем пути нам пришлось устранить семь силовиков, которых мы сразу прятали в неприметные места. На расстоянии трехсот метров от дома, в котором по нашим данным должна была проживать Милана с предводителем силовой касты, я понял, что она тут не появлялась. Я не чувствовал запаха своей женщины, только давние отголоски. Дав своей команде понять, что мы возвращаемся назад, я вместе со всеми осторожно направился к группе Дидара.

Меня раздирали злость и ревность. Дикая, неконтролируемая ревность, которая резала изнутри все мое тело медленно и на мелкие кусочки. Где она? Куда он увез мою женщину? Убью! Не оставлю в живых того, кто прикасался к моей женщине. И мне все равно, что он предводитель силовой касты. Для меня это не имеет никакого значения.

Когда Тимур доложил мне о семье Миланы, я не мог поверить, что моя пара являлась женой Виргуса Варлея. Этого скота, который вот уже два года усиленно травил всех хищников, которые ушли на территории Минайской тайги. Их вытравливали оттуда всевозможными способами, не исключая огнестрельного оружия и различных удушливых газов.

Мы же ушли за пределы этой территории, где силовикам не выжить. Чунайская долина только для свирепых хищников, ведь она убивала своими красотами слабых зверей и людей.

Я и не думал, что мне уготована судьба растерзать этого выродка, ведь наша цель иная. Но теперь это вопрос чести. Да и выхода другого нет, зная паскудную славу Варлея. Он не отпустит то, что считает своим, как и я. Законы зверей против законов силовиков. Но наши законы они не считали нормой, только те законы, которые утвердили слабые оборотни на их территории. Поэтому для них мы мятежники, которых нужно истреблять. Поединок неизбежен и чертовски необходим для нас обоих. Но только где эта тварь и моя женщина?

Леопард по рации передал сообщение, что мы движемся к основной группе. Когда уже подходили к звену шесть, где находились свирепые хищники, за которыми мы и пришли, я почувствовал запах женщины, на которой сохранился аромат Миланы. Посмотрел по электронной карте и понял, что девушка, которая сможет мне подсказать, где моя пара, находится в тюремном звене номер четыре. Звено, насколько я понял, для смертников.

Остановил движением руки тигра и леопарда и показал на звено четыре. Они молча кивнули, и мы пошли по запаху к нужному месту.

На пути встречалось очень много видеокамер, но это не проблема для нас. В нашей группе был Тимур, который мог творить чудеса в сети: изменить, удалить и создать все, что угодно. Гений, за голову которого обещали несметные богатства силовые и научные касты. Поэтому сейчас охрана видела картинки месячной давности.

Запах усиливался, значит, мы почти на месте. Когда подошел к нужной камере, я увидел подругу Миланы. Не знаю, как ее зовут, но это точно она. Девушка гладила по голове обнаженного мужчину, который лежал без сознания на полу. Она подняла грязное, опухшее от слез лицо и с изумлением тихо прошептала:

– Тигр…

– Где Милана? – прорычал я и указал леопарду на клетку, которая открывалась автоматически через пульт управления. Но нам некогда было его искать, а значит, будем действовать грубо, но тихо.

Леопард подошел близко к клетке, где находилось отверстие для доступа по сканированию пальцев, и установил мизерный чип.

– Прикройте глаза… – гортанно проговорил леопард и отошел в сторону.

Чип стал издавать щелчки, и на пятый раз стена взорвалась, в ней образовалось отверстие. Мужчина подошел и нажал в нем на какой-то клапан, после чего клетка поднялась вверх.

Девушка от радости улыбнулась сквозь слезы и прошептала:

– Спасибо за помощь. Виргус увез Милану в Центр восстановительного лечения. У нее сестра сейчас там находится.

– Почему она меня не дождалась?

– У нее не было выбора. Виргус всегда шантажирует Милу сестрой. Но сейчас случилось что-то плохое. Я чувствую и знаю. Она не отвечает на мои звонки и сама не звонит. Спаси Милану и ее сестру…

– Она моя пара! Я сделаю все необходимое, чтобы спасти их, – прорычал я, а потом повернулся к своим людям и, указав на мужчину, приказал: – Помогите ему.

Леопард и тигр подхватили оборотня, осторожно повели на выход из звена четыре. Девушка шла рядом с ними, постоянно проверяя своего мужа, судя по запаху, медведя. Волчица и медведь? Как странно.

– Почему вы здесь? – спросил я девушку.

– Моего мужа хотят убить завтра за помощь моей подруге… – тихо сообщила девушка.

Резко остановился, повернул голову и злобно прошипел:

– Какой подруге и как он помог?

– Ну, Милане, естественно. Кому еще? После того как вы там метки утверждали, она пришла в номер, а там муж. Набросился на нее в боевой форме, а потом Владислав и я пришли на помощь… Мужчины сцепились, в результате Владислав сильно потрепал его. Когда приехали сюда, эта скотина, Виргус, отдал приказ своим солдатам схватить моего мужа. А завтра его собирались убить… – произнесла девушка, сдерживая слезы.

Зарычал от бешеной злости и отчаяния. Проклятье, моя пара была в беде, а меня рядом не было! Твою мать! Это ж надо! Не нужно было ее никуда отпускать. Нужно было спрятать у себя и поставить охрану. А теперь... Переверну каждый уголок силовой территории, но найду ее. И никуда больше не отпущу! Моя женщина должна быть в безопасности, а значит рядом со мной.

ГЛАВА 15

Мы шли по длинному коридору, который соединял все звенья тюремных отделений. И тут услышали три тонких сигнала, которые выдавала рация. Я взял ее и ответил на позывные Дидара.

– Слушаю, – рявкнул я.

– С кем имею честь говорить? – грубым басом процедили у меня по связи.

– Джон Регарис. С кем разговариваю?

– О, даже так! Будущий предводитель прайда в наших краях. Какая радость.

– Рад за вас! Еще раз спрашиваю, с кем я разговариваю?

– Ой, я не представился?! Мираний Альтер. Я вас так ждал, что даже на ужин не пошел. Правда, по моим достоверным наводкам вы должны были прибыть сегодня в обед, а вы опоздали. Как невежливо с вашей стороны быть таким непунктуальным.

В груди все взревело от бешенства. Нас предали, притом кто-то из моих верных друзей. Всю информацию об операции передали силовикам в надежде, что нас убьют. Черта с два!

– Где мои люди? – прорычал я.

– Ваши люди? Они под током в звене номер шесть, где для вас специально приготовили клетки. Знаете, мы очень любим встречать с почестями своих гостей. Поэтому лучшие клетки только для вас.

– Смотри, не подавись слюной от радости. А то сдохнешь от удовольствия! – злобно гаркнул я.

– Ну что ты, Джон! Мне еще рано туда. Я очень великодушный силовик. Пропускаю вне очереди на тот свет всю мразь в виде оборотней.

В ответ я свирепо зарычал. В голове стали лихорадочно формироваться возможные выходы из положения, но, анализируя и сканируя всю имеющуюся информацию о силовиках и главной силовой базе, сделал неутешительные выводы, что вариантов очень мало. Их почти нет. Но это неважно. Достаточно и одного варианта. Главное – четко поставленные действия, которые могут привести к хорошему результату.

– Перебесился, тигр? Ну, так вот... Жду тебя здесь в ближайшее время. По камере проследить не могу, так как ваш умник бросил вирус нам в систему. Теперь нам остается только выкинуть ко всем чертям собачьим эту электронную херь и растерзать ублюдка. Про вас мы тоже не забудем. Не переживай, зверек. Если не будешь здесь в скором времени, начну рвать твоих солдатиков. В час по одному. Так что скорее неси сюда свою тигриную задницу. Жду.

Эта тварь отключилась, самодовольно похрюкивая от триумфа.

Я несколько минут стоял молча, обдумывая нашу стратегию. Посмотрел на оборотней, которые ждали от меня действий. Ведь звери отлично слышат, и теперь все в курсе моего разговора с этим выродком.

Медведь стал подавать признаки жизни. Мужчина оттолкнул своих помощников и попытался встать самостоятельно. Когда у него это получилось, он посмотрел по сторонам в поисках своей женщины, тихо рыча: «Влада».

Девушка бросилась в его объятия, нежно шепча ласковые слова.

– Очухался? – спросил я.

– Ты думаешь, что два дротика снотворного могут положить огромного медведя на лопатки?

– Когда я тебя увидел в первый раз, ты так и валялся… – с подколкой ответил я.

– Я отдыхал в обществе своей женщины, – недовольно буркнул он.

– Понятно. Сможешь идти сам?

– Смогу, правда, пока ноги ходуном ходят. Но через полчаса мой зверь восстановится полностью, а малая доля силовика уже в полном порядке.

– Да… экземплярчик ты огромный и выносливый. Спасибо, что защитил мою женщину.

– Плохо охраняешь свою пару, тигр! – рыкнул медведь, прижимая сильнее к себе Владу.

– Будь уверен, больше такого не повторится! – прорычал я.

– Какие действия? – спросил он.

– Вам нужно скрыться. Мы справимся сами.

– Вас мало.

– Защищай свою жену. Направляйтесь в сторону Дарикара. На сто десятом километре от взрывных болот находится поляна, куда в десять часов утра прилетят вертолеты. Другой возможности скрыться не будет, когда начнется заварушка. Главное, ночь переждать.

– А если самолеты не прилетят? Ведь ваши планы кто-то сдал.

– Я понял тебя. Но нет! Это вертолеты родного брата Дидара, Стислава. А он своего брата не подставит. Мы в последнюю минуту поменяли время и место, так что кроме троих, его никто не знает.

– Хорошо. Спасибо! – с уважением ответил медведь.

– Только не наследите. Камеры не работают, как ты уже понял. Но силовики в засаде.

– Понятно. Не волнуйся. Пока мы будем выходить отсюда, я восстановлюсь полностью.

– Может, стоит подождать? Ведь ты сейчас слаб! – с беспокойством спросила девушка.

– Нет. Уходите сейчас. Времени нет, – категорично заявил я.

– А Милана? – спросила Влада.

– Я вытащу ее. Обещаю, – я свирепо зарычал, беспокоясь за свою женщину.

Медведь на полусогнутых ногах подошел ко мне и протянул руку. Я пожал ее, и он с Владой пошел на выход дальше по коридору.

– Тимур, сможешь отключить все их оборудование на базе?

– Что именно? – ответил белый тигр с усмешкой.

– Все машины, приборы, аппараты вывести из строя, но таким образом, чтобы электричество работало. Силовая база полностью на автоматизированной системе. Нужно отключить все имеющиеся в тюремных звеньях машины и приборы. Особенно удели внимание звену номер шесть, Чтобы там работали только свет и двери. Остальное выводи из строя.

– Минут пятнадцать потребуется, – ответил Тимур.

– Хорошо, действуй! – отчеканил я тигру и повернулся к леопарду. – Нужно за пятнадцать минут поставить минивизды (взрывчатку) по всему коридору, а на выходе заминировать дверь.

Детон повел челюстью, прикидывая время, и сухо ответил:

– Какое расстояние между взрывчатыми бомбами?

– Четыре метра.

– Хорошо. Постараюсь за десять минут управиться.

– Начинай с выхода. Я вас прикрываю.

– Понял, – подтвердил наш взрыватель и полез в свой походный рюкзак.

Через пятнадцать минут все было готово. Мы направились к шестому звену. Детон по пути устанавливал минивизды, так как мы решили не делать лишних движений за короткое время. Уже подходя к нужной огромной двери в звено, я напомнил своим оборотням про наш план и действия.

Дверь автоматически разошлась в разные стороны.

Мы оказались в длинном огромном блоке, по левую и правую стороны были клетки. В каждой клетке находился хищник.

Окинув быстрым взглядом все пространство, я понял, что тут произошла жестокая схватка. На полу лежал наш человек-пантера. По положению тела я понял, что он мертв. Скоты. Расстреляли его.

В ближайшей клетке на полу лицом вниз лежал Дидар. Если в клетке, значит не убит.

По всему блоку стояли силовики, вооруженные ружьями.

– Ну, здравствуй, Джон! – с ухмылкой выдавил силовик, который разговаривал со мной по рации. – Оперативно, молодцы! Но, к сожалению, оборотни такие недисциплинированные, что пришлось преподать урок самым буйным.

– От такой мрази другого и не ожидал, – прорычал я, направляя мощь альфы на своих людей. Давая хищникам понять, чтобы они были готовы.

– Да как ты смеешь? Кошак драный! Но ничего, скоро будешь молчать, как твой дружок после тока.

Сжал кулаки, стараясь не сорваться. Время. Еще десять минут, и я смогу поквитаться с этим дерьмом.

Тут раздались шаркающие шаги, и к Миранию подошел Пинар. Мой двоюродный брат. Он с ненавистью и злорадством посмотрел на меня, прошипев:

– Вот и все, братец. Наконец-то ты получишь то, что заслуживаешь.

– И что же я заслуживаю? – спокойно спросил я.

– Жизнь подопытного кролика. И в конечном счете смерть.

– Очень интересно. И кто такой умный, что организовал это? У кого ты гоняешь на побегушках, как последняя шавка?

– Это ты никто! А я будущий помощник своего…

Договорить он не смог, так как Мираний прострелил ему голову, выстрелив в висок. А потом еще добавил три пули в лоб с ухмылкой на губах.

– Ты никем не будешь! Дерьмо. От твоего босса тебе большой привет. Он лично меня просил тебе его передать, – силовик грубо засмеялся, – что я с великим удовольствием и сделал. Шавка!

Время подошло. Нужно начинать действовать.

– Ты ничем не отличаешься от него. Шакал! – прошипел я, выводя Мирания из себя. – Таких, как ты, я разрываю когтями, а потом выбрасываю на съедение воронам. Они любят падаль.

– Сдохнешь у меня! Ток! – заорал силовик. Он повернулся к мужику, который стоял у огромного электронного аппарата. Подчиненный быстрыми движениями рук стал вводить комбинацию цифр на панели, приводя в действие машину.

Устройство заурчало и через секунду светодиоды потухли.

– Какого черта? – громко крикнул Мираний, в полном непонимании глядя на машину-токатор.

Я повернул голову к Тимуру, и тот молчаливо мне кивнул.

– Сюрприз! – рыкнул я главному силовику и стал перекидываться в тигра.

Тимур резко кинулся в сторону управления звеном номер шесть, а Детон стал закрывать его от нападающих силовиков.

Мираний принял боевую форму, с ужасным криком кидаясь мне навстречу. Сильный противник. Но не такой сильный, как я.

Откинул его на клетку, разрывая когтями тело. Толчок, и меня откинуло от него. Я посмотрел в сторону и увидел нападающих на меня силовиков. Мираний тем временем начал отползать в сторону.

Краем глаза заметил, что Тимур быстрым движением рук сломал шею мужчине за пультом и вставил кодер-ключ в систему запирания тюремных клеток.

Раздался резкий, громкий писк, и все клетки автоматически открылись. Оборотни стали выбегать из клеток, с диким бешенством накидываясь на захватчиков.

Откидывая в сторону силовиков, я шел к своей цели. Мираний потянулся к рутосоту на руке, чтобы нажать сигнал о помощи.

Резкий прыжок, и мои когти разорвали ему руку и живот. Мужчина ужасно закричал от боли, но это не имело никакого значения для меня. Он не заслуживал жизни, когда столько лет был правой рукой убийцы моих сородичей.

Они считают нас бешеными зверями и неразумными тварями?! Так пусть будет так!

Зубы хищника вгрызлись в плоть, разрывая шею силовика. Стеклянный взгляд ужаса навсегда застыл на лице побежденного.

Вот и все! Можешь теперь присоединиться к тем, кого великодушно пропускал на тот свет. Тварь!

В блоке шла ожесточенная схватка. В пользу хищников.

Даже мне стало не по себе от того, с каким остервенением звери рвали силовиков. Беспощадно. Яростно.

Когда все закончилось, я подошел к своему другу. Он лежал в клетке, почти не двигаясь.

Приняв человеческий облик, я прикоснулся к его плечу. Он вздрогнул.

– Дидар! – окликнул я его. – Ты как?

– Хреново. Кроме удара током, мне еще вкололи неизвестный препарат… – он тяжело сглотнул и продолжил: – Меня трясет, я не могу перекинуться.

– Понял. Давай помогу. Нужно спешить.

– Куда? Ведь мы выполнили миссию!

– Да. Но моя женщина не здесь. И я иду за ней! – прорычал я.

– Черт. Я с тобой.

– Нет. Ты тащишь свою задницу на вертолет и контролируешь дальнейшую операцию, – я помог ему встать и придерживал, пока он, медленно переминаясь с ноги на ногу, пробовал делать шаги. – А я направляюсь в Центр. Тимур дал мне координаты и данные.

– Ты не успеешь. Скоро рассвет. Я чувствую своей звериной половиной.

– Тут имеется превосходная боевая техника. В том числе и вертолеты СВО-7.

– Ого! Это, конечно, хорошо. Но ты же в курсе, что там датчики… Вертолеты взрывают себя сами, если нет допуска с главной базы.

– Временный допуск будет. Тимур вызвался помочь.

– Хм. Смотри, будь осторожнее.

– Не беспокойся. Будь на связи.

– Ты с кем идешь? – с беспокойством спросил друг.

– Четверых беру с собой. Трое моих людей и один твой. Надеюсь, ты не против? – Дидар кивнул головой, молча соглашаясь. – Там у них сейчас военный центр для экспериментов над оборотнями. Охрана на каждом углу. Ну и естественно, боевики предводителя силовой касты.

– Ну и бабу ты себе выбрал… – с ужасом выдал мужчина.

– Моя женщина! – зарычал я. – Как появится своя, так и рассуждать будешь!

– Я пошутил. Бешеный тигр. Шуруй давай!

Довольно усмехнулся и хлопнул друга по плечу.

– Восстанавливайся! Справишься со всеми? – осведомился я, окидывая бывших заключенных встревоженным взглядом.

– Конечно, даже не сомневайся, справлюсь. Не переживай.

– Тогда до встречи!

– До встречи! Удачи, Джон!

Резко развернулся и, кивая своим сородичам в сторону двери, направился на выход.

Через двадцать минут мы были на взлетной площадке силовиков. Не обошлось без жертв. Ну что поделать? Либо мы, либо нас. Других вариантов нет.

Тимур подключился к своему волшебному нотору (ноутбуку) и стал что-то печатать. Мы ждали.

Черт. Знаю, что этого психа нельзя дергать, когда он работает. Но как же хотелось поторопить его. Проклятье!

Плохое предчувствие сковывало душу и сжимало все внутренности. Знаю, что Милане сейчас очень плохо. Видно, эмоциональная связь истинной пары включилась на полную мощность. Главное – не сорваться! Терпение на волоске от бесконтрольности и сумасшествия. Хочется крушить и ломать, рвать и уничтожать. Мне плевать, что я не добрый и положительный герой. Мне совершенно плевать! Я хочу видеть свою девочку! И если с ней что-то случится, не прощу себе никогда.

Тимур довольно замурлыкал и потер ладони.

– Все. Боевой вертолет СВО-7-63 имеет временный доступ от главной силовой базы. Мы можем садиться и взлетать. Подача топлива уже осуществлена. Прошу на взлет.

– Наверное, тяжело быть до жути умным? – спросил я, выдвигаясь вперед.

– Джон, я всегда рад похвале и почестям! – оскалился Тимур.

– Ты и так самая богатая и умная кошка на планете. Если верить слухам. Зачем тебе это?

– Ну как сказать? Я стремлюсь к новым рекордам.

– Даже не удивлен. Кто пилотирует?

– Могу я, если вариантов нет.

– Ты все можешь, что связано с техникой. Поэтому доверяю тебе, – произнес я.

– Всегда считал тебя заносчивым мужланом.

– Какой есть! Вперед, гений!

Тимур повел нас к нужному вертолету, который был готов для длительного полета к центру восстановительного лечения. Правильнее сказать, мы направлялись к военной лаборатории силовиков, где, по их мнению, самое место для нас.

Вертолет взлетел в небо, и через десять минут мы увидели взрывы вдалеке.

– Как мне нравится эта красота! – с гордостью заметил Детон, с восхищением глядя на огонь, столбами поднимающийся от тюремных блоков.

– Никто не пострадает в других звеньях? – спросил лев, закусывая губу.

– Нет. Я создал вирус и внес его в кодер-ключ. Затем поместил его в ключевую систему тюремных клеток. Вирус при первом же запускании программы откроет клетки во всех тюремных звеньях.

– Молодец! Значит, им сейчас точно не до наших беглецов, – со злорадством рыкнул оборотень-пантера.

– Нет. Они сейчас очень заняты сбежавшими заключенными из семи тюремных блоков, – произнес белый тигр и улыбнулся во весь рот.

– Все. Хватит зубоскалить. Отдыхайте. Через полтора часа будет не до этого, – гаркнул я, и все расселись по местам.

С тоской смотрел на небо и думал о Милане. Я верю, что еще не поздно. Моя пара умная девочка. Она обязательно что-нибудь придумает до моего прихода. Я очень на это надеюсь. А иначе я не вижу смысла…

Но чувство сильной боли и горечи с каждой минутой увеличивалось в моей душе, заставляя переживать сильнее. Что с ней? Почему ей так плохо?

С яростью сжал руки в кулаки, когтями разрывая ладони. Твою мать! Кровь стала стекать на черные брюки. Бешенство и ярость бушевали в груди. Тигр рвал и метал, требуя свободы. И крови. Разорву в клочья всех, кто посмел обидеть Милану!

ГЛАВА 16

Не помню, сколько я просидела, держа на своих коленях маленькую пантеру. Время пролетело незаметно. Единственное, что я понимала, это то, что мою сестренку мучили три дня. Сволочи. Их бы на опыты!

Венера перестала скулить и заснула. Как человек. Кто бы мог подумать, что моя сестра – пантера?

Просто невероятно! Скорее всего, родители, как и мне, ввели ей в организм клетки хищника. Но почему мне не сказали? Почему? Ни одного слова. Конечно, они не могли подумать, что умрут, но все же... Ведь это моя родная сестра. Родители должны были мне сказать.

Ладно, проблема не в этом. А в том, как нам выжить.

Сильное головокружение заставило меня наклонить голову вниз. Дышать стало тяжело. Тошнота подкатывала к горлу. Какого черта?

Горькая слюна появилась во рту, давая сигнал, что сейчас меня будет рвать. Я оглянулась по сторонам в поисках туалетной зоны и бросилась к ней.

Когда мой организм перестал выворачивать меня изнутри, я поплелась к умывальнику. Ополоснув лицо, уселась на пол, не отходя от раковины. Сил не было. Совсем. Как будто меня выжали, как лимон.

Усталость. Дикая усталость накатила на мое тело. И меня стало трясти. Причем конкретно трясти. Да что же это такое?

Я улеглась на грязный пол. Закрыла глаза в надежде почувствовать холод и успокоиться. Но нет! Было так душно, что хотелось раздеться.

Вонь. Какая вонь стояла в помещении! Тут, видно, совсем не убирали. Черт, меня по ходу сейчас вновь вывернет. Сил не было даже встать, чтобы быть ближе к туалету.

Где-то в глубине своего сознания я услышала шум. Но мне было не до этого. Лишь когда черные ботинки оказались рядом с моим носом, я поняла, что кто-то надо мной стоит.

Принюхалась. Точно, Виргус. От него несло каким-то приторно-противным запахом. Боже, да неужели от него всегда так несет?

Моя тигрица стала громко рычать, готовясь напасть.

Но мне стало еще хуже. Из последних сил я сорвалась к туалету.

Когда меня перестало рвать, я все так же продолжала сидеть на коленях, обнявшись с унитазом. О, вроде бы лучше.

Приторный запах стал сильнее бить в нос, и я застонала, как от боли.

– Не подходи… – прошептала я.

– Любимая, что с тобой? – заботливо спросил этот вонючий скунс.

– О-о-о, не знаю... только не подходи… – взмолилась я.

– Я же хочу тебе помочь, родная. Скажи, что я могу сделать?

– Повеситься… – ляпнула я не подумав.

Мужчина недовольно заскрипел зубами и сжал кулаки.

– Милана, если ты не хочешь, чтобы я перестал быть добрым, то закрой свой рот. Эти слова я прощу тебе, так как вижу, что тебе плохо.

Я промолчала. А что мне еще сказать? Извиняться за правду противно. Лучше пусть считает, что мне так паршиво, что я проглотила свой язык.

– Это ребенок? Этот выродок творит с тобой такое безобразие?

Ребенок? Ребенок?! Ну конечно! Ребенок! Я беременна. О Боже!

Тигрица зарычала на слова Виргуса, но мой мозг работал совсем в другом направлении.

Я стану мамой. Я беременна от своего мужчины. Сильного, храброго мужчины. У нас будет малыш. Оборотень.

Сумасшедшая радость поселилась в груди, срывая все затворы надежд.

Но четкий ультиматум разорвал мою радость. Согласие на прерывание вымышленной беременности в пользу жизни моей сестры повергло меня в неописуемый ужас.

Ох, Боже мой, на что я согласилась? Как такое допустила? Это ведь мой малыш. Мое желанное чудо. Что я натворила?

Но… моя сестра… моя маленькая сестренка не будет жить, если я соглашусь на ребенка.

Моя тигрица намекала мне. Поступками и эмоциями. Она передавала мне свои чувства. Вот почему мне было так плохо, когда Виргус поставил меня перед выбором между моей сестрой и несуществующим ребенком. Моя реакция, слезы – это было подсознательной реакцией понимающего организма.

Как быть? Что за выбор?! Это не выбор! Это убийство души и сердца. Я не смогу нормально жить, если лишусь одного из них. Что же делать?

Где тигр? Где он, когда так нужен мне?

Господи, как же мне плохо! Не оттого, что меня полоскало и здесь душно. Нет. Мне отвратительна сама ситуация. Мне до ужаса омерзителен этот мужчина, который поставил меня в безвыходное положение. Мне противна я сама.

Нужно что-то делать. Что-то предпринимать. Нельзя соглашаться. Нельзя ждать чуда. Нужно бороться.

Но встать я не могла. Сил не было.

– Любимая, как ты себя чувствуешь? – с ядовитой заботой спросил Виргус.

От этих слов стало противно и захотелось заорать.

– Я чувствую себя не очень.

– Может, тогда к врачу? Он точно поможет! – с потайной радостью предложил мужчина.

– Чем? – промычала я, чувствуя, что мое тело стало гореть, как в лихорадке.

– Понимаешь, сегодня мы не сможем отсюда выехать из-за чрезвычайной ситуации на силовой базе. У нас там вторжение оборотней. Но не волнуйся, Мираний все взял под свой контроль. Я сейчас с ним созванивался, и он сказал, что не хватает только несколько котов, и полный набор кошек для экспериментов будет готов.

Как будто я переживаю! Смешной! Да я была бы счастлива, чтобы эти «коты» перегрызли горло всем силовикам на этой проклятой базе, а особенно этому ублюдку Миранию!

– Ну и вот… Мы сможем туда поехать только завтра утром. Сейчас двенадцать часов ночи, поэтому заночуем здесь. И я подумал, что если тебе так плохо, то, может, наши гинекологи помогут тебе? Обойдемся без твоего препарата.

Мои глаза стали расширяться от страха. Мозг лихорадочно соображал. Даже в таком безвольном состоянии я была на грани ужаса. Вот же чудовище заботливое! Его бы кастрировать, чтобы ничто в брюках не мешало думать голове.

– Нет! Я не хочу вакуумную аспирацию! Нет! Пожалуйста, не нужно.

– Милая, но тебе же плохо. Я хочу как лучше. Тебе удалят зародыш, и ты успеешь отдохнуть до полета.

– Нет! – с ужасом прошептала я.

Зная это дерьмо, я уверена, что он не только удаление зародыша планирует, но и гистерэктомию обеспечит. Чтобы окончательно лишить меня возможности зачатия ребенка.

– Да пойми ты, так будет лучше. Наркоз, сон и вновь прежняя жена, – уже с давлением стал кричать мой муж.

– Нет. Пожалуйста. Мне сейчас и так плохо. Дай мне время. И я сделаю то, что обещала. Я выпью свою микстуру, и все закончится.

– Обещаешь? – как-то подозрительно спокойно спросил он.

– Да. Завтра микстура, и ты больше о ребенке не услышишь.

Мужчина посмотрел на меня долгим взглядом, что-то обмозговывая в голове. Хотя какой там мозг? Его давно мышечная вакцина проела.

А по поводу обещания… Я обязательно его выполню. Половину. Вторую часть обещания. Он не только малыша, но и меня с сестрой никогда не увидит. Ради этого я готова на все. Пусть простит меня Боженька, но даже от убийства меня никто не удержит. Мне все равно, что кто-то осудит мои мысли и планы. Мое терпение исчерпано. Я больше не хочу так жить. Я не могу так жить.

Виргус не оставил мне выбора. Сам подвел меня к этой черте. И я бы не советовала ему ложиться рядом со мной в постель или питаться едой, которую приготовлю ему я. Главное – добраться домой. В мою маленькую лабораторию, где у меня хранятся очень нужные вакцины. Важно теперь протянуть время. Пойти на грешный поступок ради жизней родных людей я готова.

Возможно, раньше бы я не осмелилась. Но тигрица не только стала моей второй сущностью, она повлияла на меня. В сильную сторону. Убийство своего мужа я не считала жестокостью, когда нарушены законы оборотней. А я – оборотень. Сильный хищник. Или меня, или я. В моем случае результат – две жизни, которые зависят от меня. Так почему я должна кусать кулаки и реветь, когда мой палач уготовил для моих родных смерть? И для него это норма.

– Милана, если ты думаешь, что я изменю свое мнение, то ты ошибаешься. Я поставил тебя перед выбором. Я не потерплю двух зверей. Мне и одной мрази достаточно.

– Ты говоришь о моей сестре и нашем ребенке! – с возмущением прошептала я.

– Нет, я говорю об оборотнях, которых нужно держать в клетке. Если бы ты знала, как я их ненавижу! Я ненавижу весь этот сброд! Если бы у нас была возможность рождаться чистокровными силовиками без умственных отклонений, то я бы их всех передавил. Уничтожил. Они – грязь, которую я презираю.

– Но я тоже оборотень. Я тоже грязь!

– Мне плевать на это! Плевать! Ты моя жена. Даже такая, как сейчас. Зареванная, после блевотины… но моя! Называй это как хочешь! Мне все равно. Я многое сделал, чтобы быть с тобой. Даже убийство для меня не предел, когда на кону ты.

– О чем ты говоришь? – с ужасом прошептала я, не понимая его.

Моя тошнота понемногу стала проходить, оставив после себя сильную головную боль. И возможно, именно поэтому я совсем не понимала, о чем он говорит.

Виргус истерически рассмеялся.

– Глупая моя женушка! Я говорю о том, что я убил, чтобы быть с тобой. Я…

Его прервал сигнал громкой связи:

«Внимание! Виргус Варлей, вас срочно вызывают в центральный отдел. Вас срочно вызывают в центральный отдел. Срочно!!!»

Виргус щелкнул зубами и с недовольством прошипел:

– Какого черта там случилось? – потом посмотрел на меня и с усмешкой продолжил: – Милая, я отлучусь, но наш разговор мы продолжим позже. И подумай над моим предложением.

Не успела я ответить на его слова, как он схватил меня и впился своими мерзкими губами в мой рот. Мое сопротивление для него не имело значения.

Ком подступил к горлу, заставляя прекратить борьбу и медленно оседать на пол. И только благодаря тому, что Виргус крепко держал меня в руках, я не упала.

Было так противно, что меня стало передергивать от этого лобзания. Мужчина прекратил свой жесткий поцелуй и прошептал на ухо:

– Нам приготовили комнату для отдыха.

– Можно я буду здесь? – с надеждой тихо прошептала я.

– Нет! И это не обсуждается. Твою сестру больше не тронут. Обещаю.

– Я не верю тебе…

– Малышка, не беси меня… Тебе плохо, а в комнате ты сможешь отлежаться и привести себя в порядок. Так что перестань отвратительно себя вести и пойдем со мной. Я тебя доведу.

– Куда? – слабым голосом прошептала я.

– На пятый этаж. Там находится главное управленческое отделение Центра и гостевые помещения. Пока я буду решать дела, ты будешь в соседней комнате отдыхать.

– А как же Венера? Я не хочу, чтобы она оставалась здесь. Не хочу!

– Она будет здесь! И точка! Не заставляй меня силой принуждать тебя идти. Мне некогда. Или ты добровольно идешь со мной, или… укол и сон.

Данная перспектива ужаснула. Еще неизвестно, что он сделает со мной в бесчувственном состоянии. Нужно пересилить себя и последовать за ним.

– Хорошо. Я пойду с тобой. Может, после душа и хорошего отдыха мне станет легче.

– Конечно, родная. Конечно.

– А Венера?

– Она останется тут, и это не обсуждается. Либо так, либо – как я уже говорил.

– Хорошо. Пойдем.

Я хотела пойти сама, но ноги подвели меня. Виргус скрипнул зубами и подхватил меня на руки.

– Милана, потерпи. Все будет как прежде. Больше не будет этих мучений.

Я хотела возразить, но от запаха мужчины меня вновь стало мутить. Я закрыла рот и стала равномерно дышать.

– Плохо? Терпи. Сейчас я быстро тебя донесу до нашего номера. Не смей меня пачкать!

О Господи, да я бы с удовольствием! Но не хочется терпеть его присутствие в комнате, пока он будет принимать душ. Пусть направляется в центральный отдел и занимается своими делами. А меня оставит в покое.

О черт, какой же у него отвратительный запах!

***

Просыпалась я очень тяжело. Тошнота пропала, но мне было как-то не по себе. Плохое предчувствие ныло в груди, заставляя тело бурно реагировать.

Такое ощущение, что внутри все сжималось в тугой узел. Раздражение рвалось на выход, делая меня агрессивной и импульсивной.

Но вместе с этими ощущениями я чувствовала сильную потребность. Хотела идти туда, где меня ждут. Где я необходима.

Встала с кровати и подошла к сумке с моей одеждой, которую мне любезно доставили сюда, пока я мылась. Достала черные джинсы и тонкую клетчатую рубашку голубого цвета. Из нижнего отделения сумки вытащила спортивную обувь. Когда я полностью оделась и заплела волосы, почувствовала себя комфортней.

Посмотрела на часы: половина шестого утра. Значит, я спала пять часов.

После того как Виргус доставил меня сюда, я приняла душ и пошла полежать, не заметив, как заснула. С одной стороны – дура, а с другой – сил совсем не было.

Самое главное, что я отдохнула, тошнота прошла. Хотя предчувствие просто кричало об опасности. Может, с моей сестрой что-то случилось? А если над ней опять издевались? Нужно пойти к Венере… на проверку.

Знаю, что это тупо, но казалось, что стоит попробовать. Ведь Виргус не пришел, а значит, у них там серьезные неприятности. Поэтому нужно проверить обстановку и идти к сестре.

Я вышла из комнаты и посмотрела по сторонам. Дальше по коридору стояли два охранника, которые о чем-то усердно разговаривали, смотря в противоположную сторону от меня. Скорее всего, там находился центральный отдел.

На цыпочках я прошмыгнула за угол и пошла в направлении выхода. У лифта стояли еще двое силовиков, которые из-за угла меня не видели.

Черт. И что делать? Нужно представиться полной идиоткой и пойти гулять по Центру? Нет. Не пройдет. Пойду напролом. Нагло заявлю им, что беспокоюсь за сестру и хочу немедленно пойти к ней, а мой муж очень занят. Глупо? А других вариантов нет! Я же не ниндзя! А тигрица не может мне теперь помочь. Невидимости у меня нет и, к моему сожалению, охрана не спит.

Расправила плечи и пошла вперед. Нацепив вежливую улыбочку, близко подошла к охранникам.

– Здравствуйте. Милана Варлей. Хочу пойти к сестре, чтобы убедиться, все ли у нее в порядке. Муж дал добро.

– Здравствуйте. У нас нет указаний вас выпускать, – заявил грозный амбал.

– А у меня нет настроения, чтобы спорить. Муж, к сожалению, сейчас занят. Если боитесь, то идите следом за мной. Но мне обязательно нужно ее увидеть. Я сильно беспокоюсь за нее.

– У нас нет указаний! – упрямо промычал тот же силовик.

– Да мне совершенно наплевать, чего у вас нет, – все с той же милой улыбочкой проговорила несвойственные для себя прежней слова. Силовики переглянулись, а я продолжила: – Свою позицию я вам высказала. А посмеете тронуть руками жену предводителя, муж вас точно по головке не погладит.

Видя изумленные лица охранников, я смело нажала кнопку лифта. Когда он через три секунды открылся, я зашла в белоснежную кабину. Следом за мной вошел второй охранник. Он повернулся ко мне спиной и рявкнул упертому амбалу, что поедет со мной. Потом уверенно нажал кнопку четвертого этажа.

Ну вот, и что теперь? Увижу Венеру, а потом уже буду думать, как объясняться с мужем. Но сейчас мне на руку ситуация, а этот силовик избавит меня от лишних объяснений с охраной четвертого этажа.

Когда мы вышли из лифта и пошли к огромной железной двери, на входе нас ожидали два охранника.

Мой провожатый рыкнул, что жена предводителя хочет посмотреть на сестру, и силовики расступились.

Когда я зашла в помещение, то просто ужаснулась. Все звери в клетках метались и рычали. Кое-кто из взрослых особей кидался на прутья, но, получая удар током, падал и скулил, лежа на полу. Через какое-то время они поднимались на лапы и вновь кидались на клетки.

Люди в белых халатах бегали по коридору, щелкая по панелям, добавляя ток, а некоторым добавляли пар, который сразу же подавался в стеклянные коробки, и животные засыпали. Надеюсь, засыпали... Но плохое предчувствие и дикий страх зверей говорили мне, что сном тут и не пахнет.

Сволочи! Скоты! Нужно еще посмотреть, кто из нас животные, а кто разумные существа!

Приказав силовику ждать меня у входа, я бросилась к клетке своей сестры, которая металась из угла в угол. Посмотрев по сторонам и увидев, что все заняты своими делами, я потянулась к кнопке на панели у клетки, где была нарисована дверь.

Мою руку накрыла женская ладонь, резким движением отодвигая в сторону.

– Эта кнопка дает сигнал о взломе. А синяя открывает клетку.

Я повернулась и уставилась на светловолосую симпатичную девушку в белом халате.

– Я…

– Не бойся! Я не выдам тебя. Даже помогу…

– Почему?

– Потому что я ненавижу все это... Презираю, но не могу не делать свою работу, – с грустью выдавила она.

– Ты поможешь мне освободить сестру? – тихо прошептала я.

– Да! Но нужно торопиться, а то нападение оборотней в ближайшие минуты спровоцирует блокировку всего здания. И никто не сможет выйти.

– Нападение? – с удивлением спросила я.

– Да. Первые два этажа захватили оборотни.

– Какие оборотни?

– Не знаю точно, но не те, которые в клетках. Знаю, что силовики на первом и втором этажах уничтожены. Слышала, как охранники переговаривались об этом.

– Джон! Это Джон пришел за мной. Я уверена, что это он.

– Кто он? – с интересом спросила она.

– Мой муж! Вернее, мой муж по звериным законам. А Виргус… это долго объяснять. Помоги мне, пожалуйста! Нужно вытащить Венеру из клетки и спуститься на нижние этажи. Там мы будем спасены.

– Мне не нужно спасение. Но я помогу тебе… – с сожалением твердо заявила она.

– Почему не нужно? Что тебя здесь держит? Ты же сильный наук и… слабый оборотень? – с непониманием спросила я.

– Во мне сидит очень слабый каракал. Я не могу превращаться. По нормам кастовых законов это допустимо, но науки отвергли меня. Зато приняли здесь. Хотя моя работа просто ужасна... У меня нет других вариантов. Здесь же у меня есть обязательства. Я не могу их нарушить. Поэтому я останусь тут. А тебе нужно спешить…

Резкий сигнал боевой тревоги раздался в помещении. Врачи стали бросать свои дела и выбегать в сторону выхода, направляясь к лестнице.

Девушка быстрым движением руки нажала синюю кнопку, и дверь открылась. Я бросилась к Венере в клетку. Пантера подбежала ко мне, и я взяла ее на руки. Так будет быстрее.

Только собралась выйти из клетки, как резкий крик остановил меня:

– Подожди, я отключу ток.

– Спасибо. А как тебя зовут? А то даже не знаю, как обращаться к тебе.

– Юливия. Выходи.

– Милана. Спасибо!

Я выбежала из клетки, и мы направились в сторону выхода к лестнице. Только все наверх бежали, а мы стали спускаться вниз.

Резкий захват в плече левой руки заставил меня вскрикнуть. Посмотрела на нападавшего и ужаснулась увиденному.

– Виргус…

– Да, любимая. Куда-то собралась?

ГЛАВА 17

С диким ужасом я смотрела на мужчину, который превратил мою жизнь в существование. Я твердо понимала, что если сейчас мы не сбежим, то другого шанса не будет. Он мстительная сволочь. Можно будет попрощаться не только с ребенком и сестрой, но и со своей жизнью. Буду сидеть в клетке для развлечения господина.

Нет, если пошла на риск, значит, нужно идти до конца.

Превратиться полностью в тигрицу я не могу, но частично трансформировать руку в лапу с когтями можно.

Резким движением рук сбросила с себя пантеру и стала концентрироваться. Сестра бросилась по лестнице вниз. Правая рука на ладони превратилась в мягкую лапу с огромными когтями.

Размахнулась и изо всех сил заехала Виргусу когтями по физиономии, захватывая его руку, которая держала мое плечо. Мужчина закричал, закрывая свое лицо.

Я с диким восторгом рыкнула, а потом прошипела:

– Я развожусь с тобой, ублюдок!

И побежала вниз, перескакивая через ступеньки. Юливия бежала впереди меня, держась за перила. А Венера уже скрылась из поля моей видимости.

Когда я добежала до площадки третьего этажа, то упала от удара в спину. Сильно ударилась коленкой и локтями, когда всем телом распласталась на лестничной площадке. Черт.

Видя, что Юливия останавливается, чтобы помочь мне, я закричала изо всех сил:

– Беги! Беги! Выведи мою сестру!

Тут мне резко закрыли рот огромной ладонью и подняли на ноги. Виргус в боевой форме. Сволочь.

Мужчина крепко прижимал меня к себе, передавливая мое тело. Он зарычал, как сумасшедший, а потом потащил меня на третий этаж к лифту.

Сопротивляться было бесполезно. Силовик в боевой форме – просто стальная стена, только сама поранишься от усилий.

Пока мы поднимались в лифте на пятый этаж и шли по коридору, Виргус все время громко дышал.

Мы пришли в громадную комнату, где было множество огромных электронных приборов, половина которых показывали видеозаписи с третьего, четвертого и пятого этажей.

Вот черт, Виргус прекрасно видел, как я уходила из комнаты. Он наблюдал за моими действиями на четвертом этаже.

Пока я размышляла, он успокоился, приходя в нормальное состояние. Силовик со злостью посмотрел на меня, а потом стал громко кричать... В который раз уже?

– Сука! Как ты посмела уйти от меня? Я твой муж! Как ты посмела ослушаться меня?

– Я ненавижу тебя! Отпусти меня! – выкрикнула в ответ.

– Мне плевать, что ты ненавидишь меня. Мне все равно. Главное то, что я люблю тебя. Я уже говорил, что убью тебя, если ты вздумаешь уйти от меня.

– Какой герой! Чего ты этим добьешься?

– Ты принадлежишь только мне! И теперь, милая, не суди строго. Ты сама себе подписала приговор. Ты будешь сидеть взаперти. В четырех голых стенах. И твоим единственным развлечением буду я. Я буду для тебя всем.

– Виргус, ты больной! Ты что несешь?

– Нет, я не больной. Просто перестал быть добрым. А теперь твоя сестра присоединится к родителям, которые тоже перешли мне дорогу. Но я устранил это препятствие.

– Не поняла?! Ты о чем говоришь? Какое препятствие? Как ты устранил препятствие?

Мужчина громко засмеялся и с превосходством проговорил:

– Я говорю о том, что твои родители подали прошение моему отцу на освобождение своих дочерей, ссылаясь на договоренность по силовым законам.

– Они заключили сделку? – с удивлением спросила я.

– Да. Когда мой отец пленил их, твои родители согласись добровольно работать в научной сфере на силовиков... Но они поставили условие, что если они найдут средство рождаемости чистых силовиков без умственной отсталости, не применяя другие касты, то после твоей учебы ты уезжаешь отсюда… в любой уголок планеты, забирая с собой свою маленькую сестренку.

– И они нашли такую возможность?

– Да. Два года назад они нашли средство, но отказались его представить, пока вы с сестрой не уедете с силовой территории.

– Но сейчас проблема так же существует!!! Где их средство? – не понимая, закричала я.

– Средство есть, но оно сожжено заживо с твоими родителями! – закричал он и, видя, что до меня доходит весь ужас ситуации, оскалился, после чего продолжил: – Да! Да! Это я убил твоих родителей. Это сделал я! Я попробовал договориться с ними: сообщил, что люблю тебя и хочу взять тебя в жены. А они заявили, что их дочь достойна лучшего. Лучшего! Это они сказали мне, будущему предводителю. Мерзкие червяки! Но я не прощаю такой обиды! Я Виргус Варлей!

Я опустилась на колени, так как не могла стоять. Ком застрял в горле. Я не могла произнести ни слова. Мой мозг не мог, не понимал, как этот мужчина мог совершить такое зверство с моими родителями. Моими! Ведь я его жена. В голове не укладывалось это признание. Мои родители заживо сгорели по приказу этой мрази?! Боже, как такое возможно?

Руки затряслись от ужаса всей ситуации. По моей вине моих родителей убили!

Меня трясло крупной дрожью, из глаз покатились слезы. Хотелось выть. Громко и страшно. Сильная боль сковала горло, не давая сделать и маленького звука.

– Ублюдок! Какой же ты ублюдок! Как ты посмел убить моих родителей? – заорала я диким, животным воплем.

– Я не люблю пачкать руки. Это сделал Мираний. Убийство доставило ему огромное удовольствие. Он почему-то считает тебя и твоих родителей выскочками, и я теперь понял, почему. Ты такая же, как они. Наглая и упертая дура. Эти глупцы не хотели делиться своими научными результатами. Поэтому пришлось их наказать пытками, а потом сжечь эту лабораторию, чтобы ты не увидела крови и разгрома.

Последние слова взорвали мой мозг, и я с диким бешенством кинулась в сторону Виргуса. Я кричала, орала, нанося удары по этому чудовищу, а он смеялся. Да, смеялся. Истерический смех вырвал из моего сознания чувство контроля, и руки начали превращаться в лапы с когтями.

Я стала непрерывно наносить удары руками, разрывая когтями все участки, где была оголена кожа. Мой бешеный вой превратился в истерику. Я не соображала, что делала. Мне хотелось убить. Я жаждала справедливости и мести.

Мои руки каким-то образом перехватили с разных сторон, и я в непонимании уставилась на порезанное кровавое лицо. В глазах мужчины была неконтролируемая ярость.

С двух сторон меня держали силовики, не давая двигаться. Я посмотрела на Виргуса и плюнула ему в лицо.

В следующую минуту мою щеку обожгло сильным ударом мужского кулака.

– Сука! Дрянь! Я убью тебя! – заревел мужчина.

– Убей, ничтожество! Ты больше ни на что не способен!

– О! В этом я мастер. И тебе не дам забыть, когда тебя будут выворачивать внутри без наркоза, а я буду с удовольствием наблюдать за твоими мучениями. И да, я не оставлю тебе ни одной возможности быть беременной. Врачи уж постараются. А потом… ты будешь моей куклой, которую я стану насиловать каждый день. Ведь ты не знаешь, каким жестоким я могу быть с женщиной! Я оберегал тебя! А теперь ты познаешь меня настоящего. Ты тысячу раз пожалеешь, что пошла наперекор мне, милая. Ты будешь умолять на коленях, чтобы я дал тебе жить прежней жизнью. И может быть, когда-нибудь потом я позволю себе быть добрым.

– Да пошел ты со своей добротой! Ублюдок! Лучше сдохнуть, чем быть с тобой! – прошипела я.

– Даже так? Ну, ты, видно, не понимаешь, что тебя ждет! Я бы с радостью тебе показал это наглядно. Сейчас. Здесь. При своих солдатах, перед которыми ты на меня напала, тем самым унизив. Но боюсь, у меня важные дела. А ты меня отвлекаешь! Мешаешь работать, – потом Виргус посмотрел на своих солдат и злобно выдавил: – Посадить ее в клетку, на шею – цепь для животных, чтобы знала, что не стоит злить мужа.

Я закричала, когда меня грубо потащили к клетке, которая находилась в углу этого помещения. Яростно сопротивлялась ногами, сопровождая проклятиями всех силовиков.

Резкий гул заставил их повернуться в сторону огромной железной двери, откуда раздавался шум. Но двери не было, лишь огромная дыра, из которой стали выходить громадные хищники.

Огромный тигр свирепо зарычал в мою сторону и бросился на меня. Вернее, не на меня, а на боевика с левой стороны, держащего в захвате мою руку. Оборотень одним движением в прыжке настиг силовика, разорвав шею когтями. Потом он накинулся на второго мужчину, беспощадно раздирая его на куски.

Я стояла, как парализованная, и смотрела на сражение своего свирепого оборотня с моими бывшими конвоирами. Схватка была очень агрессивной.

Отведя глаза в сторону от тигра, я посмотрела по сторонам.

Звери рвали силовиков с такой свирепой жестокостью, что казалось, что это не оборотни, а настоящие животные, у которых работают только инстинкты.

Виргус стоял в стороне, с ужасом наблюдая за сражением оборотней и его людей. Потом он полез в карман и достал лазерный минидинайвер.

Это современная улучшенная модель лазерного пистолета с динамическим ударом, который сочетал приемлемую разрушающую мощность и габариты как ручного, так мобильного оружия. Данное оружие полностью поражало организм человека, испепеляя его.

Мой шок не знал границ, когда Виргус направил минидинайвер на меня. Я не могла сдвинуться с места. Что это за мужчина такой? Он не боролся, не защищался... стоял в стороне... наблюдал. А когда понял, что победой тут не светит, захотел пристрелить... меня! Скотина!

Тут раздался дикий рев, и все обернулись в сторону хищника, издававшего это рычание. Тигр в бешенстве стал надвигаться на Виргуса, не оставляя никаких вариантов, кого он рассчитывал растерзать.

Виргус непонимающе посмотрел на меня, а потом на тигра. И тут же направил минидинайвер на оборотня. Раздался характерный звук стреляющего оружия и рычание животных.

Я закричала и закрыла глаза, понимая весь ужас происходящего. А потом раздался ужасный вой и злобное рычание, которое пронизывало до костей.

Я открыла глаза и в шоке уставилась на тигра, который рвал Виргуса. По схватке можно было понять, что тигру было совсем без разницы, что его противник в боевой форме, которая поражала своей огромной мощью и силой. Хищник рвал силовика так, что не оставалось никаких сомнений в том, что тому недолго осталось сопротивляться когтям и зубам оборотня.

На полу лежал обожженный труп зверя, и невозможно было понять, кто это. В помещении стоял удушливый запах горящего мяса.

Я подошла к погибшему защитнику, который своим телом защитил Джона. В который раз за этот день из глаз брызнули слезы. Я была очень благодарна ему за то, что он спас моего мужчину. Отца моего ребенка. Но мне до боли было жаль самого оборотня, что добровольно отдал свою жизнь.

Резкое движение, и мое тело оказалось в крепких руках моего мужчины. Я уткнулась носом ему в грудь и дала волю чувствам. Разревелась, находя утешение в этом сильном оборотне.

Джон крепко обнимал меня, вдыхая мой запах. Я чувствовала его боль, сожаление, грусть и злость. Но вместе с этими эмоциями бурлили и другие: страсть, желание и счастье.

– Все, малышка! Все закончилось… – шептал он мне.

– Тот оборотень… он… – тихо прохрипела я.

– Пантера, Ураш, был отличным другом и охотником. Я благодарен ему за верность и отвагу.

Любимый сильнее прижал меня к себе. Я чувствовала кровь, пот и необыкновенный мускусный запах своего мужчины. Потом он немного отстранился от меня и громко сказал:

– Вывести всех и уничтожить здание. Детон, ты знаешь, что нужно сделать.

– Да, Джон! – проговорил леопард и направился к панели управления.

– Отлично. Всех желающих оборотней, которых мы освободили, погрузить в вертолеты, приготовленные Тимуром. Наша остановка – территория Минайской тайги. А дальше… все идут своим путем.

– Нужно торопиться, с силовой базы постоянно поступают сигналы. И если мы не ответим, то они пришлют боевиков в Центр. Мы разворошили осиное гнездо силовиков. Неожиданности нападения больше нет. Но нас мало. Нужно спешить, – проговорил лев.

– Понимаю. Все на выход. Детон, поторапливайся!

– Минут семь, и я иду за вами.

Все стали выходить из помещения. А я все так же стояла, уткнувшись в своего мужчину. Конечно, не смотреть же мне на голые задницы мужиков. Когда все вышли, Джон взял меня на руки и направился к выходу.

– Я сама могу ходить.

– Я отлично это знаю. Но так мне спокойнее. И будь уверена, милая, больше я тебя и на шаг не отпущу.

– У меня не было выбора. Моя сестра… – стала оправдываться я.

– Я понимаю, но меня это ужасно взбесило. Я…

– Венера! Моя сестренка-пантера спустилась к вам… с третьего этажа. Ты видел ее?

– Да, с ней все в порядке. С ней девушка-доктор.

– Господи, слава Богу!

Мужчина резко остановился и поставил меня на ноги. Я посмотрела по сторонам и поняла, что мы стоим на лестничной площадке четвертого этажа. Я старалась не глядеть вниз, хотя ужасно хотелось. Ведь я чувствовала возбуждение своего мужчины.

Джон стал принюхиваться и резко рыкнул.

– Ты мне ничего не хочешь сказать, женщина?

– Нет. Не хочу… – спокойно ответила я, догадываясь, о чем он говорит. Вернее, о ком…

– А как же обрадовать меня тем, что у нас будет малыш? – рыкнул он.

– Это я себя порадовала. А у тебя уже есть ребенок! – упрямо выставив подбородок, заявила я.

Он зарычал, а потом пошел на меня, напирая так, что я уткнулась в стену. Положив руки по обеим сторонам от меня, Джон навис надо мной.

– Девочка моя, ты не представляешь, как я рад, что ты носишь моего сына…

– Дочь! У меня будет дочь, – упрямо возразила я.

– Я альфа, я чувствую сына.

Он положил руку мне на живот и издал звук, похожий на мурлыкание.

– И еще… я точно знаю, что Лота не мой ребенок, но я полюбил девочку, в отличие от ее матери, которая ненавидит свое дитя. И когда мы приедем домой, будь уверена, что я разберусь во всем.

– Боже... Как можно ненавидеть свое дитя? – в ужасе прошептала я.

– Вот черт, как же ты сводишь меня с ума… – невпопад прорычал мне в губы Джон и накинулся на мой рот.

Не знаю, сколько творилось это сумасшествие под названием поцелуй, но точно знаю, что мой мозг перестал работать на это время.

Безумный, страстный, дикий поцелуй сводил меня с ума. Выбивал почву из-под ног. Только руки, которые не знали границ. Губы, утверждавшие свое законное право. Когда в дело вступил язык, я совсем потерялась от непередаваемого трепета внизу живота.

Пришла в себя в тот момент, когда сидела на своем мужчине. А мои ноги обвивали его талию. Хорошо, хоть одежда на мне!

– Эй, сумасшедшие! Вы хоть бы людей постеснялись, – с ухмылкой застыдил нас леопард, проходя мимо нас по лестнице.

Тигр зарычал, а мне стало не по себе. Да что же это такое? Никогда не была такой распущенной, а теперь…

– Что ты со мной творишь, девочка?! – прошептал мне на ухо тигр, все так же придерживая меня своим телом. – Если бы мой тигр не услышал приближающиеся шаги, я бы взял тебя прямо здесь. Ты сводишь меня с ума. Я безумно хочу тебя!

– Это только похоть... И она неправильна. Мне стыдно…

Джон закрыл мне рот мгновенным поцелуем и отстранился.

– Никогда, слышишь, никогда не стыдись нашей страсти! Я готов рычать от восторга, что моя пара такая страстная женщина!

– Мне непривычно, ведь я была замужем за снобом, который презирал…

Мужчина зло зарычал и сильнее вдавил меня в стену.

– Никогда не говори о нем. Я не хочу слышать об этом ничтожестве. Главное, что ты со мной. И я никогда тебя не отпущу. Буду твоей тенью. Ты моя женщина. Моя жизнь. Все для меня. И я никогда тебя не обижу. Ни тебя, ни нашего ребенка, ни твою сестру. Я клянусь, ты больше не узнаешь, что такое шантаж и насилие!

– Какие слова, тигр…

– Это клятва. А ты знаешь, что мы держим свои клятвы.

– Знаю…

Джон опустил меня на пол, а потом, не дав и шага ступить, подхватил на руки. Затем стал быстро спускаться по лестнице.

На втором этаже он неожиданно остановился, отпустил меня и подошел к черному рюкзаку, который лежал в сторонке. Достал оттуда джинсы и футболку, быстро оделся.

Через пять минут мы вышли на улицу. Джон с рюкзаком на одном плече продолжал нести меня, а я смотрела по сторонам. Мы двигались в сторону площадки, где находились вертолеты.

ГЛАВА 18

Когда мы подошли к транспорту, любимый поставил меня на ноги и с ухмылкой спросил:

– Ну что, Милана, летим домой?

Я улыбнулась ему и вдохнула полной грудью огромный глоток свободы. Боже, как это замечательно! Как это восхитительно, когда твои мечты сбываются! Эйфория разливалась по венам, вызывая в душе неподдельную радость.

Раздвижная дверь вертолета открылась, и по откидному трапу ко мне понеслась маленькая пантера, а за ней Юливия. Увидев меня, девушка улыбнулась и пошла назад в вертолет.

Венера бросилась ко мне, прижимаясь, как маленький котенок. Я гладила ее по голове и спине, от чего она жмурилась и закрывала глаза.

Джон сел на корточки рядом со мной и загадочно смотрел на меня. Я не обращала на него внимания, тиская свою сестренку. Он еще посидел немного и с сожалением произнес:

– Милана, пошли в вертолет. Венера с нами полетит. Нам опасно здесь находиться, и Детон уже установил взрыватели. Через пятнадцать минут будет взрыв. Нам нужно подняться в воздух.

– Ой, конечно, полетели, – согласилась я, а потом встала и пошла за ним к боевому вертолету.

Мой мужчина шел впереди, а мы за ним. Джон помог нам взобраться по трапу и усадил на откидное сидение левого борта, после чего сел рядом. Пантера легла у меня в ногах, прижимая ушки, вжимаясь своим телом в мое. Я шептала ей ласковые слова, чтобы она не боялась, когда мы стали взлетать.

Мы были на приличном расстоянии, когда наш вертолет встряхнуло сильной ударной волной, которая шла от центральной лаборатории силовиков. Никакой реакции от оборотней не последовало. Ни восторга, ни сожаления. Странные они…

Венера очень быстро уснула. Бедная малышка! Измучили маленькую девочку эти изверги. Я очень надеялась, что она перекинется в человека.

– Не переживай… – произнес Джон, заметив мои душевные метания. – У нас есть хорошая исследовательская лаборатория в диагностическом медицинском центре, где самое новое оборудование. Правда, у нас ученых и сотрудников очень мало, но все же…

– Это замечательно! Я помогу Венере… возьму образцы и посмотрю, в чем проблема. Надеюсь, она не примет меня в штыки... когда я буду брать у нее анализы.

– Думаю, что нет. Скорее всего, она поможет тебе в этом.

– Хорошо бы… – и, немного подумав, я произнесла: – Скажи, а можно мне будет работать в вашем диагностическом центре? И Юливия тоже может там работать. Только нужно спросить у нее…

– Если захочешь, то пожалуйста. Но вначале нужно разобраться с Витарой, ведь она тоже работает в нашем центре. Но ты не беспокойся, она тебя не будет беспокоить. Ей будет точно не до этого, когда мы начнем проводить проверку. Только в первую очередь нужно будет опросить всех заключенных оборотней. Ведь они попали в этот силовой центр с подачи сильного оборотня в нашем окружении, который точно является альфой.

– Да уж… Мне немного не по себе от предстоящей встречи с твоей семьей и стаей…

– Прайдом. Мы называем свои семейные группы прайдами. Это больше подходит для хищных кошек. И не переживай: что бы ни случилось, ты под моей защитой. А неприятности обязательно случатся, пока мы будем вычислять змею. Ты и твоя сестра будете под охраной и моим постоянным присмотром. Я не дам вас в обиду!

– Я тоже себя не дам в обиду! – отметила я.

Мужчина засмеялся, обхватил своими ручищами мое лицо и поцеловал. Когда поцелуй закончился, я дрожала всем телом от возрастающего возбуждения. Джон смотрел на меня диким взглядом, который кричал о его безумном желании.

Он прочистил горло и охрипшим голосом выдавил:

– Отдыхай, малышка! А когда будем дома... мы поговорим…

О-о-о… я чувствовала, как мы дома «поговорим». Его горячее желание, которое витало по вертолету, просто кричало о чувственной, безудержной, темной страсти, которая много чего кому-то обещала. То есть мне. А глаза мужчины пылали огнем горячей неудовлетворенности.

Да-а-а… кажется, темпераментный мне достался тигрик!

Я посмотрела по сторонам в ожидании, что все уставились на нас и смеются, но нет, все были заняты своими делами. Кто спал, кто просто разговаривал с кем-то.

– Неужели ты думаешь, что кто-то смело станет подглядывать за своим будущим альфой? – тихо прошептал мне мужчина с ухмылкой на лице.

– Ну не знаю, а почему нет?

– Потому что это неуважение ко мне. И если они его проявят, то я брошу им вызов. И разорву их…

– Какой ты добрый! – я оскалилась.

– Нет, я не добрый. Мы живем по нашим законам. Может, они и суровые, но среди свирепых хищников иного быть не может.

– Понятно. Да уж… из огня да в полымя… – беззлобно проворчала я.

Джон громко зарычал.

Он резко поднял вверх мой подбородок, и я уставилась на очень разъяренного тигра.

– Нет, не в полымя! У хищников суровые законы, но к своим парам мы относимся очень трепетно и заботимся о них. А если это истинная пара, то каждый оборотень, кому так посчастливится, разорвет любого, кто посмеет обидеть его суженую. Вы – наша слабость. Я готов на все, чтобы ты была только со мной. И не позволю уйти или забыть обо мне. Я не смогу жить без тебя. В конечном итоге мой зверь сойдет с ума без тебя. Еще раз повторю: ты для меня все! Я дам тебе все, что ты захочешь. Моя женщина достойна этого! Если бы ты родилась и воспитывалась на диких территориях, ты бы поняла нашу жизнь и законы. Мы не бездушные монстры, мы ОБОРОТНИ-ХИЩНИКИ. На нас охотятся все касты, безжалостно убивая. И им без разницы, кто перед ними: дети, женщины или сильные мужчины. Они издеваются над нами, исследуют и убивают. А чем мы заслужили такое отношение? Чем? Тем, что после пробных экспериментов, проводимых над детьми, получились сильные оборотни?! А что они хотели получить? Ведь других вариантов и не должно было получиться. Ведь правда?

Я кивнула, полностью соглашаясь с ним. Действительно, как я могу осуждать их жестокие законы, если не знаю об этом совершенно ничего.

– Так вот... Скажи мне, моя желанная девочка, как выжить хищникам, когда их преследуют и уничтожают? Наших детенышей и самок запирают в клетки и издеваются над ними. Считают честью убить диких оборотней. А ведь мы такие же, как все. Только наши сущности сильнее и не принимают кандалов. Это против нашей природы…

– Джон! Извини. Я действительно была не права. Только сейчас я начинаю понимать то, в каком ежедневном напряжении, страхе вы живете…

– Нет, малышка! Мы уже не боимся. Мы даем жестокий отпор и не скупимся на ответ... Мы защищаем свои семьи, родных и близких. Но это стало возможным только благодаря суровой дисциплине, жесткой иерархии, сплоченности и мудрым поступкам.

Я промолчала, лишь протянула руку и погладила Джона по небритой щеке. Он резким движением схватил мою кисть и поцеловал в ладонь.

– Отдыхай, красавица. Очень советую… – видя мое непонимание, нагло хмыкнул и продолжил: – Ночью я тебе не дам уснуть ни секундочки. Так что отдыхай, девочка…

Я с возмущением вырвала из его захвата свою руку, недовольно бурча себе под нос:

– Хам! Да я…

– Пусть хам! Главное, что твой хам! – самодовольно выдал мне Джон, а потом нежно, но непреклонно наклонил мою голову на свое плечо.

Я закрыла глаза… и не стала сопротивляться. Не хочу! Все потом. А пока… так уютно и хорошо, что не хочется делать лишних движений.

Гул вертолета пел свою песню, отчего хотелось отдохнуть. Странно, ведь я летела в вертолете к своей новой жизни, а вместо бурных реакций одно лишь неопределимое желание спать. Спать…

Последней мыслью, перед тем как сознание взяло отдых, было, что, скорее всего, мне не будут рады в прайде моего мужчины. Особенно сильно беспокоила реакция его мнимой жены. Хотя… плевать. Буду решать проблемы по мере их поступления.

***

И вот мы приземлились на площадке, которая представляла собой вырубленную поляну в тайге. Как я поняла, мы сейчас находились на Минайской территории, которая являлась границей между цивилизованными кастами и территориями диких хищников. После этой тайги шли непроходимые леса, огромные болота, засушливые степи и неприступные горы с озерами. После гор начиналась тайга, где по всей громадной территории раскиданы горные системы с подземными каменными ямами.

Эта часть планеты считалась неприемлемой для жизни. Называлась она Тургандой. Если говорить о материках по их старым названиям, то Турганда являлась сегодняшней версией старой Евразии. Да, вот так кардинально изменился крупный материк за тысячу лет. Он считался заброшенным местом, где цивилизованное кастовое население не сможет жить. Да что там жить, даже существовать не получится.

Здесь обитало невероятное количество разнообразных огромных змей, ящериц, крокодилов и других пресмыкающихся животных. Но тут жили не только опасные хищные животные, но и копытные, млекопитающие из отряда парнокопытных (кабаны, свиньи) и грызуны. То есть полный набор диких животных, которые существовали рядом с оборотнями. И если оборотни в этом видели выгоду, то животные такого счастья не испытывали.

Об этом мне поведал Джон, когда я проснулась. Мне хотелось больше узнать об этом месте, которое теперь будет нашим с сестрой домом.

И к тому же нужно было отвлечь своего дикого тигра от моей скромной персоны. Потому что мой сон был нагло прерван нежными поглаживаниями по голове и телу. Эти ласки стали отзываться сладкой истомой. Она, как горячая лава, стала наполнять меня желанием и предвкушением. Я посмотрела на соблазнителя, который сам не понял, как довел нас до такого состояния нежными движениями рук.

Мужчина был растерян и сильно возбужден, можно сказать, что находился на пределе. Поэтому я сразу стала засыпать его вопросами о Турганде. Но даже после десяти минут его развернутых ответов я чувствовала, что хищник держит меня на прицеле своими черными глазами, в которых горел страстный огонь желания.

Тигр готов был броситься в любую секунду на свою аппетитную добычу, которой сейчас являлась я. Поэтому я старалась не делать лишних движений, чтобы не провоцировать его. И последние полчаса нашего полета прошли в разговорах об их материке.

Когда мы вышли из вертолета, я обратила внимание на то, что из второго транспорта выводили полуголых, измученных женщин, детей и мужчин. Некоторые были без сознания, их несли на руках оборотни.

На душе стало больно и противно.

Над заключенными оборотнями издевались и мучили только за то, что они стали ошибкой ученых. Вернее, не ошибкой, а колоссальным результатом без патологий, в отличие от силовиков и науков.

Да что таить, они во много раз превосходили силой и мощью цивилизованных оборотней. Разве можно сравнить собаку, волка, кошку с тигром или львом? Нельзя сравнивать этих оборотней, так как диких хищников невозможно контролировать слабым людям различных каст.

Когда ученые поняли, что создали неконтролируемых лидеров, которые подчинялись только сильнейшим, то стали травить их различными силами и средствами. И столько веков шла кровавая война, которой нет конца! Самые сильные хищники смогли выжить здесь, где для каст нет нормальных жизненных условий, постепенно создавая свои семьи, которые объединили в прайды. Вся территория Турганды поделена на участки прайдов. И альфы этих территорий создали общинный совет, где главной целью является выживание на этом жестоком материке, а также есть цель не дать уничтожить своих сородичей.

Эх… можно сколько угодно говорить об этом, но ситуация не изменится. Все боятся диких хищников и ни за что на свете не допустят их к власти. Ведь, если такое произойдет, кастовое общество полетит в тартарары. Да, и я совершенно не преувеличиваю. Возможно, это привело бы нас к сильному обществу, которое не давит и не запугивает людей, а помогает и заботится о них.

Мои ноги обхватил тонкий хвост пантеры. Она, как ласковый котенок, терлась об меня и играла со своим хвостом. Я погладила ее по спинке и подошла к Юливии. Девушка стояла со слезами на глазах, но делала вид, что все нормально.

– Что случилось? – обеспокоенно спросила я.

– Ничего… – прошептала она, шмыгнув носом.

– Когда все хорошо, слезы не текут.

– Ох... даже не знаю, как тебе сказать... Понимаешь, я хотела помочь больным с того вертолета... Подошла к ним… А они на меня накинулись, как на врага.

– Кто накинулся? – в шоке спросила я.

– Бывшие подопытные... Понимаешь… Черт. Я ведь работала там парапсихологом. Видно, от того, что я не могу оборачиваться в животное, у меня очень сильно развито внутреннее восприятие. То есть я обладаю способностью к экстрасенсорному восприятию и воздействию – экстрасенс и духовный целитель в одном лице. Поэтому меня и приняли на работу в этот центр. Мои клиенты – измученные, полуживые подопытные, которых я восстанавливала после экспериментов над ними и выуживала у них информацию. А там… почти каждый оборотень был у меня на реабилитации. Они ненавидят меня. Я не давала им умереть, и они вновь существовали в этом ужасе. И... наверное, теперь мне тут не место. Мне некуда идти. Но мне нужна работа... чтобы хоть как-то помогать своей сестре. Она находится в научной касте, но мы не можем быть вместе. Она чистый наук. Я оборотень, который не может перекидываться. Ей еще осталось год проучиться, а кроме меня, ей никто не поможет. Ведь там таких, как она, очень много…

– Понимаю. Но… Я разговаривала с Джоном. У них есть медицинский центр, и мы можем там работать. Если хочешь…

– Правда? Мне можно будет жить и работать на их территории? Но я ведь… работала на силовою касту...

– А я не только работала, но и была женой представителя силовой касты. Конечно, каждой из нас будет тяжело попервости, но я не думаю, что это должно нас останавливать. Нужно идти к желаемой цели, – с улыбкой проговорила я.

– Спасибо! Я очень рада, что встретила такую интересную и добрую девушку на своем пути, – с благодарностью ответила Юливия.

– И я!

– Ты не знаешь, как мы дальше…

И тут мы услышали радостные крики и верещание моей подруги Влады. Девушка бежала со стороны леса и визжала от радости. Я бросилась к ней навстречу. После обниманий и радостных воплей мы успокоились. Я познакомила ее с Юливией, а потом Влада предложила нам поесть. И мы все пошли в сторону леса, откуда она явилась.

Когда мы перекусили сыром, хлебом, копченым куском мяса и запили еду чаем, я поделилась с подругой своей трагедией и всем, что произошло со мной с нашей последней встречи. Влада была в бешенстве, материла и проклинала всех силовиков. После того как успокоилась, она рассказала мне о событиях со встречи с отцом вплоть до приезда в Минайскую тайгу.

– Мы здесь уже пять часов, но не стали уходить. Владислав хотел поблагодарить Джона, а я – увидеть тебя. Потом мы поедем к нему на территорию Кражанских лесов. Надеюсь, что у этих дикарей есть инсети, чтобы мы могли с тобой общаться.

– Я думаю, что есть… – неуверенно предположила я.

– Эх. Нужно будет спросить... Ну а что там с женой Джона?

– Сказал, что будет разбираться. Ой, чувствую, что так просто разобраться не получится, – с грустью сказала я.

– Шакалы всегда были паскудными тварями, – констатируя неприглядную истину, заметила Влада.

– И не только шакалы. У них предатель – альфа одного из прайдов, как они думают, или бета. Он всех сливает силовикам, чтобы черную работу за него делали. А те и рады... Еще тут на территории убивать стали, скидывая вину на диких медведей.

– А я думала, что там только кошки-оборотни… – удивленно прошептала девушка.

– Ну ты, подруга, даешь... Не только медведи, но и орлы с ястребами!

– Так их же истребили двести лет назад! – с возмущением произнесла Влада.

– Я тоже так считала, но Джон сообщил, что они не только живут в Тарганде, птицы просто жируют здесь. Обитают высоко в снежных горах. Там, где вертолетам не добраться, про живых существ даже речи не идет. Эти пернатые оборотни очень мудрые и хитрые, поэтому у них есть все необходимое для нормальной жизни. Единственный минус для птиц – у них всегда холод, хотя с их оперением…

– Офигеть! – с восхищением пропела подруга.

– Вот бы увидеть их! – с улыбкой прошептала Юливия.

– Не советую. Они очень сильно изменились внешне.

– В каком плане? – с удивлением спросила Влада.

– Из-за внедрения в организм клеток пернатого хищника дети стали мутировать. И не только в человеческой ипостаси, но и в птичьей. В форме людей у них появляется оперение, когда они испытывают агрессию. Но оно слабое, как тонкий волосяной покров, только перьевой. Птицами они сохраняют рост человека, поэтому это не просто птички, это гигантские вертолеты. Они очень нелюдимы, живут и общаются только со своими семьями. Пернатые хищники не выносят всех оборотней…

– Да уж... Какие страсти ты рассказываешь! – с ужасом воскликнула Юливия.

– Она такая! – с улыбкой сказала Влада, обнимая двумя руками пантеру. – Наелась, моя кошечка?

– Я думаю, ей достаточно. А то неизвестно, как она на сыр и копченое мясо отреагирует. Скоро уже полетим в Чунайскую долину, там прайд Джона.

– Переживаешь? – утвердительно спросила Влада.

– Есть такое.

– Не переживай! Ты у меня крепкая, сможешь постоять за себя. И мужик у тебя что надо. Тигрище! В обиду тебя с Венерой не даст! – с уважением произнесла волчица.

Наш разговор прервал парень, которого послали за нами, чтобы мы собирались в дорогу. Оказывается, все готовы к полету.

Когда мы убрали за собой и пошли навстречу нашим мужчинам, я резко остановилась и обняла Владу.

– Мои мечты сбылись, подружка! – с радостью прошептала я.

– Ты свободна от тирана, нашла свою пару и знаешь, что твоя сестра не больна?

– Да! И не только… – я посмотрела на подругу с улыбкой, она взвизгнула и сжала меня в объятиях.

– Поздравляю, Миланка! Теперь мы обе беременные, хотя конкретно я этого не хотела…

– Зато медведь – ой как рад!

– Да! Старался на славу!!! – во весь рот улыбнулась Влада, и мы рассмеялись.

ГЛАВА 19

Мы летели в вертолетах, на которых прилетели Влада и заключенные. А те два транспорта, которые оборотни позаимствовали на силовой базе, направились в разные стороны.

Один полетел на дальнюю территорию цивилизованных оборотней, а именно на территорию Кражанских лесов.

Второй вертолет ушел на Дыранские болота, которые находились на нашем материке. Там расположен второй медицинский центр, куда направились спасенные подопытные для прохождения реабилитации.

В наших двух вертолетах находились заключенные, которых освободили из главной силовой базы. В основном они были во втором вертолете, а тут те, кто не влез, и боевые солдаты.

Джон периодически интересовался здоровьем Дидара, который чувствовал себя не очень хорошо. Но не показывал вида. Лишь краем глаза посматривал в сторону Юливии.

Девушка чувствовала его взгляды, но полностью игнорировала. Лишь один раз с невозмутимым видом поинтересовалась, сможет ли она чем-то ему помочь, но он недовольно засопел и буркнул, что нет.

Когда по истечению часа мы начали плавно снижаться, Джон стал рассуждать вслух:

– Меня все волнует, почему за нами не было погони? Никакой! Вообще!

– А может, из-за других заключенных они не могли освободиться? Тимур же датчик слежения определил и заблокировал, поэтому они не смогли кинуться за нами… – тяжело выдал Дидар.

– Их очень много там было. Скорее всего, они быстро справились с изможденными заключенными. И датчик… всегда можно засечь вертолет, хоть Тимур его профессионально заблокировал. Спутник, радары... Тут другое… Нам позволили улететь.

– Дедир Варлей! – громко выдохнула я. – Отец Влады. Она его незаконнорожденная дочь.

– Ты хочешь сказать, что твоя подруга – сестра этой мрази? – проревел Джон.

– Не кричи! – громко рявкнула я. – Она с ним была в таких же отношениях, как кошка с собакой. Он сводный брат, который презирал ее. А отец любит Владу, тем более он хотел извиниться перед ней за то, что вчера произошло у него в зале.

– Понятно. Милая, мы почти на месте. Смотри за Венерой, а то у нас тут не парк отдыха. Слишком опасно для жизни бегать по неизвестным местам.

Я взяла на руки пантеру, которая жалобно скулила.

– Потерпи, сестренка. Уже недолго осталось, – успокаивала я Венеру.

Наше приземление прошло нормально, и теперь нам предстояло дойти до территории прайда. Джон взял у меня Венеру, и мы спустились по трапу. Потом попрощались с Дидаром и пошли по дороге за всеми.

Немного погодя вертолет взлетел и направился к Тажайским лесам примерно в ста километрах отсюда.

Когда уже показались домики в лесах рядом с огромными горами, все радостно прибавили шаг. И вот мы зашли в деревню, где нас встретили оборотни, которые радостно выходили из домов, побросав все свои дела.

Джон попросил обхватить его плечо и стал пробиваться вперед, ведь мы двигались последними, чтобы никто не потерялся. Когда мы вышли, то оказались на огромной поляне, к которой стали подтягиваться все люди. Из толпы выдвинулся приятный мужчина в возрасте и жестом руки приказал всем молчать. Отец моей пары.

– Приветствую тебя, Джон! Приветствую всех прибывших на нашу территорию. Сегодня мы разместим всех вас в удобном гостевом доме, который находится на горе. Там есть комнаты, где вы сможете отдохнуть. Вам в скором времени принесут еду. Также вы можете помыться в горной реке или сходить в сауну. Добро пожаловать в нашу семью!

Все дружно стали благодарить и издавать счастливые возгласы.

– Я понимаю, что вам сейчас не до наших вопросов, поэтому мой бета, Ширан, проведет вас до гостевого дома и все подробно расскажет. А сейчас прошу извинить меня, я бы хотел поговорить с сыном…

Но тут раздались счастливые вопли и визг, и из толпы выбежала Витара. Она с довольной улыбкой подошла к Джону и томно произнесла:

– Здравствуй, муж! Ты припозднился. Я уже три дня как дома. Очень соскучилась по своему мужчине.

– Познакомишь нас, чтобы я знал его в лицо? – нагло спросил тигр.

Девушка зашипела, но сдержала порыв возмущения. Она улыбнулась ему и ласково продолжила как ни в чем не бывало:

– Какой ты шутник у меня. Наша дочь так скучала по тебе. Лота! – крикнула она.

Из-за дерева выглянула маленькая черная головка, и девочка радостно бросилась к тигру.

– Папа! Папочка! Я скучала! Наконец-то ты приехал, – тараторила она.

Джон радостно подхватил девчушку и покружил ее в воздухе, а потом посадил на плечо.

– Привет, красавица. Папа тоже очень скучал по своей малявке! – с нежностью в голосе произнес Джон.

Было странно видеть такого огромного, сильного мужчину с такой маленькой, хорошенькой девочкой на плечах. Она визжала от радости так забавно, что хотелось самой смеяться.

Может, я все же неправильно что-то понимаю и мне не нужно лезть в эту семью? А если тигр Джона не прав? Но тогда что делать моей тигрице, которая сходит с ума по своему тигру и признала его своей парой?

И тут эта паршивка Витара сказала то, что выбило меня из колеи.

– Ты привез любовницу в наш прайд? Я совершенно не против! Главное, чтобы тебе было хорошо, любимый! Я не жадная. Ты же такой темпераментный тигр! – злорадно проскулила она, с превосходством глядя на меня.

«Вот сука! Сейчас она у меня получит… Тварь!»

Зарычала и с бешеным оскалом пошла на эту шавку, надеясь выдрать волосы и потрепать за шкуру.

Громкий тигриный рев Джона окатил территорию прайда, и все зеваки, которые стояли и смотрели на представление, стали быстро расходиться. Откуда ни возьмись подошла пожилая женщина и взяла ребенка на руки, торопливо уходя в сторону домов.

– Милана – моя истинная пара. И если ты еще раз неуважительно скажешь о ней хоть слово, я сделаю так, что ты вообще никогда свой рот не откроешь. Поняла меня? – рычал тигр.

– Я твоя пара! – завизжала «шакалиха» (теперь буду называть ее только так). – У нас есть дочь!

– Ты не моя пара! Мой тигр готов растерзать твоего зверя. Советую подальше держаться от меня! – громко заявил мужчина. – И завтра мы будем разбираться, как же так получилось, что ты посмела выдавать себя за мою пару.

– Твой зверь ошибается! – мерзко прошипела Витара.

– Мой хищник прав! И я знал это с самого начала, но хотел посмотреть, к чему приведет твоя игра. А завтра все выяснится! После разговора с бывшими заключенными и после доскональной проверки расшифровок твоих рутосотных разговоров и сообщений.

– Ты не имел никакого права! Я… я… – возмущалась Витара, захлебываясь слюной.

– Стража! – злобно рыкнул тигр в сторону мужчин, которые стояли у деревьев. – В темницу, чтобы не сбежала.

Девушку схватили, но она стала вырываться, проклиная Джона и всех мужчин на планете.

– Я это просто так не оставлю. Я отомщу! – кричала девушка.

Но никто не обращал на нее внимания, так как Джон сразу же сграбастал меня в охапку и мы подошли на три шага ближе к его отцу.

– Отец, позволь представить тебе мою жену. Милана Регарис! – довольно произнес мой тигр, мгновенно успокаиваясь и обнимая меня за плечи.

Мужчина по-доброму улыбнулся и поцеловал мою руку.

– Джеймс Регарис, прелестная тигрица!

– Мне очень приятно с вами познакомиться! – с ласковой улыбкой произнесла я.

– Очень рад, что у моего сына такая красавица жена. М-м-м… ох… так я скоро буду дедушкой!? Какая радость! Ну что же стоим? Пойдемте в дом ужинать и заодно поговорим. А это кто? – поинтересовался он, показывая на пантеру.

– Это сестра Миланы, Венера. Завтра нужно будет сходить с ними в центр, там Милана проведет необходимые анализы, чтобы вернуть Венере человеческий облик, – сообщил Джон.

– Бедное дитя! – с горечью произнес альфа и взял пантеру на руки.

Мужчина пошел вперед, что-то рассказывая моей сестренке, а Джон повел меня за ним, сильно обнимая за талию.

Пока мы шли, я чуть замедлилась и твердо заявила:

– Я не буду спать в кровати, где ты был с Витарой.

– Я никогда не был с ней. Это бред моих друзей! – недовольно зарычал он.

– Все равно, в вашей спальне все будет пропитано ей, – пробурчала я.

– Милана, я ни за что бы тебя туда не повел. После ужина и разговора с отцом мы пойдем ко мне в дом! Правда, он находится одной частью в скале, а другой на деревьях.

– Хорошо! – буркнула я, а потом, подумав, незамедлительно спросила: – А ты туда водил женщин?

– Слов нет, какая у меня ревнивая жена! – усмехнулся муж.

– Ты ответь, а потом посмотрим, кто усмехаться будет.

– Это дом был только моим. Там даже моих друзей не было. Я постоянно в заботах и, когда прихожу туда, хочу уединения, а не шума и посторонних неприятных запахов.

– Может, я тогда в гостевой дом пойду, а ты в своем доме останешься, будешь отдыхать от всех?

Я даже не заметила, как Джон прижал меня к дереву и навис надо мной, перекрывая пути к отступлению.

– И не мечтай, малышка. Мне плевать, где спать, но я точно знаю, что в любом месте, где будет мой ночлег, со мной будешь лежать ты! И просто лежать ты будешь после того, как я тебе наглядно покажу, что не стоит тигра дергать за хвост!

– А разве я дразнила тебя? – хрипло проговорила я, начиная возбуждаться от его прикосновений и голоса.

– По мне, так ты только своими движениями дразнишь. У меня непреодолимое желание кинуть тебя на землю и войти до упора. Чтобы ты орала от страсти и желания и просила пощады. А твой нежный голос рвет моего тигра на части. Он голоден и желает свою пару.

– Какой наглый тигр… – сладко прошептала я ему на ухо, нежно прикусывая мочку уха, а рукой смело сжимая твердую выпуклость, которая упиралась мне в живот.

Мужчина рыкнул сквозь зубы, тяжело дыша. Он еле себя сдерживал, чтобы не наказать соблазнительницу на виду у сородичей.

– Нужно его покормить… – прошептала я, а потом оттолкнула тигра и, сверкая глазами, прорычала: – И меня тоже... а то съем тебя! Я голодна!

Джон захватил меня в свои крепкие руки, прижимая к телу.

– Что ты со мной делаешь... – тихо прорычал он. – Сильно хочешь есть?

– Безумно. Готова съесть мамонта! – оживленно выдала я в предвкушении ужина.

Ничего страшного! Он потерпит, а беременная жена должна поесть.

– Черт. И как с таким… идти ужинать с отцом? Эх, ладно, ночью посмотрю, как тебе будет весело… – хищно предупредил мой тигр, с диким голодом осматривая меня с ног до головы.

– Ой, боюсь, боюсь! – улыбнулась я и, выбравшись из крепких объятий, побрела вперед, куда ушли альфа и пантера.