Метод подчинения

Глава 3

Как бы мне не было обидно и горько, в одном мой муж абсолютно прав – если уж я что-то решила, никакие уговоры и доводы не свернут меня с выбранного пути. Особенно, что касается моих родных. Тут вообще никаких компромиссов. Так уж повелось, что у нас в семье я – мужик, и решать проблемы родственников – моя непосредственная задача.

Хотя, признаю, сомнения меня все же обуревают. Ох, как сильно.

Полдня я расхаживаю по квартире с задумчивым видом, то и дело, косясь на визитку, которую в сердцах вытащила из сумки, но позвонить так и не решаюсь.

Да, в конце концов! Моя внутренняя скромность отходит на задний план.

Ладно, Сашка. Это все ради тебя.

Не поминайте лихом…

Сажусь на диван, разглаживаю несуществующие складки на домашних вытянутых трениках, прочищаю голос.

Почему-то не решаюсь звонить на мобильный.

Набираю номер офиса, указанный на визитке.

Волнение захлестывает меня с неимоверной силой.

Несколько долгих гудков ожидания прерывает приятный женский голос.

– Компания «СтройХолл». Приемная Удальцова. Чем могу помочь?

Ох ты ж, Ёжкин кот…

– Алло! Не молчите!.. Алло!

– А… Здравствуйте, девушка… Могу я узнать, когда Сергей… Викторович будет на месте?

– А вы по какому вопросу?

– По личному.

– Одну минуту. – В трубке начинает играть затасканная мелодия, видимо меня переключили на режим ожидания. Я уже сгрызла все ногти, пока эта краля снова мне отвечает. – К сожалению, у Сергея Викторовича очень плотный график. Могу записать вас на встречу на следующей неделе.

Ну конечно…

Кто бы мог подумать…

– Нет, спасибо. – Отвечаю наиграно вежливым тоном. – Я уже передумала.

Отключаюсь, с остервенением тыча в телефон.

Минут пять не могу придти в себя от злости и обиды на саму себя.

Потом вспоминаю вчерашнюю Лёшкину тираду, и сердце охватывает тоска.

И в самом деле, мне что, больше всех надо?

С мужем рассорилась из-за своей упёртости. Мне бы борщи по-тихому варить, а не искать деньги для безответственного брата.

Только кто ему поможет, кроме меня?

Вот именно.

Поэтому треники летят долой, вслед за мыслями, как на все это отреагирует Лёшка.

Ольга Алексеева так просто не сдается.

Всегда есть план «Б».

Где там моя косметичка?

Огромное офисное здание в центре города поражает своей зеркальностью. Как шар для дискотеки, только прямоугольный.

От волнения чувствую, что ладошки вспотели.

Ладно. Нужно набрать воздуха в легкие, и войти в этот омут бизнеса с гордо поднятой головой.

Для встречи с Удальцовым я выбрала самое подходящее, что было в моем шкафу: платье – обтягивающее, темно-зелёное, до колен, закрытое, под горло, но с молнией на спине по всей длине. Туфли на высоком каблуке. Старые ботинки не прошли отбор по понятным причинам. Из-за непрактичности наряда пришлось раскошелиться на такси. Ну, это вынужденная мера.

Мысль о том, что сейчас я могла бы быть не здесь, а в каком-нибудь банке, оформляя кредит, немного меня смущает. Только вот на это уйдет гораздо больше времени. И у меня уже есть ипотека.

Ладно, оставим банк на крайний случай.

Блин… Полмилиона…

Что же там за машина такая?

Офис встречает меня вышколенной охраной, гулом работающей техники и щебетанием разношерстных работников.

После того, как я с придыханием объясняю охранникам цель своего визита, меня провожают на самые верхние этажи, куда добираюсь в таком же, как и само здание, зеркальном лифте.

Моя и без того хлипкая уверенность и самообладание теряются где-то у приемной, хочется развернуться и бежать без оглядки, когда на вопрос секретарши я не могу вымолвить ни слова, ведь в дверях появляется здоровенная фигура начальника фирмы, на лице которого явное удивление.

– Сергей Викторович! Вам звонил Абрамов, просил перенести встречу на более раннее время, у него там какая-то уважительная причина…

– Все потом, Юль. Я занят.

Я в полнейшем ступоре пялюсь на него, а этот «Бог всея конторы» бросает небрежный взгляд в мою сторону и говорит куда-то в пустоту:

– Пошли.

Не сразу понимаю, что это мне.

Только после того, как огромный силуэт исчезает, оставив дверь приоткрытой.

– Извините. – Шепчу оторопевшей секретарше и на трясущихся ногах бросаюсь навстречу неизвестности, а точнее в кабинет.

Когда прохожу внутрь, челюсть моя отпадает.

Сколько же этот мужик зарабатывает?

Могу подобрать местному убранству только одно определение: дорого-богато.

Сразу видно, дизайнеры постарались.

И, что греха таить, интерьер очень подходит этому мужчине.

Хотя, «подлецу – все к лицу», так вроде говорят…

– Проходи, садись.

Голос низкий, обволакивает с головы до ног…

Принимаю приглашение, плюхаюсь в предложенное кресло не очень грациозно.

– Пришла забрать пальто?

Сергей садится напротив меня, внимательно изучая при этом мою фигуру.

– Я думал, ты сначала позвонишь.

Замечательно, значит, сомнений по поводу нашей встречи у него не было.

– Я… В общем… У меня к вам дело.

– Вот как? – Он складывает руки в замок и опирается на них щетинистым подбородком. Серые глаза продолжают меня изучать. – С чего бы нам иметь с тобой дела? Мне это не интересно.

Открываю рот от удивления.

– Вы же даже не выслушали…

Обреченно выдыхает и поднимается. Обходит стол, приближаясь ко мне на совсем не безопасное расстояние.

– Девочка моя, если бы я выслушивал все просьбы и «деловые предложения», с которыми ко мне приходят каждый день, мне просто некогда было бы вести бизнес… – Затем наклоняется ко мне и заговорщически произносит: – Вдобавок, я бы разорился.

Я задыхаюсь от возмущения. Он будто видит меня насквозь. Как и причину моего визита.

Хотя, на что я рассчитывала…

– Тогда почему вы со мной разговариваете? – решаю бросить вызов. Смотрю прямо в глаза.

Удальцов подходит ко мне вплотную, так, что его ширинка находится на уровне моего лица. Проводит ладонью по моей щеке и берет за подбородок. От его прикосновения меня будто бьет током.

– Ты можешь предложить мне кое-что другое…

Недвусмысленный намек. Да он что, совсем обалдел?!

Мои ноздри раздуваются от негодования. Пытаюсь встать, но его рука останавливает меня и грубо усаживает на место.

– Не так быстро. Мы еще не договорили. Могу предложить взамен щедрую награду. – Его пальцы зарываются мне в волосы и с силой тянут их назад.

Ну это уже ни в какие ворота…

– Я не сплю с мужчинами за деньги! Отпустите меня немедленно! – Пытаюсь ослабить захват, вся эта затея уже не кажется мне адекватной.

– Не артачься девочка. Хочешь поиграть – поиграем.

– Я вам не шлюха какая-нибудь! Урод ненормальный!

Задыхаюсь в панике.

– Я не плачу шлюхам за секс, милая… – Его лицо непозволительно близко от моего. В голосе слышны снисходительные нотки. – Обычно они сами с удовольствием раздвигают передо мной ноги. – Взгляд падает на мои колени. – Прямо, как ты сейчас.

Я не успеваю даже издать звук возмущения, как его пальцы проводят по открытому участку шеи, отправляя по моему телу сигнал тревоги в виде мурашек.

Это очень хреново…

А особенно, когда понимаю, что действительно умудрилась впустить его между своих колен и сижу тут в позе на все готовой проститутки.

Мать твою, что происходит?

Осмыслить до конца ситуацию мне не позволяет распахнувшаяся дверь и появившийся на пороге кабинета молодой человек лет двадцати с хвостиком.

На его лице вопросительное выражение.

– Ты занят? – Спрашивает он просто, будто не застал нас в недвусмысленной позе – рука Удальцова все так же в моих волосах, а мои глаза – на уровне его паха.

– Сам не видишь?

Я вдруг отмираю и, пользуясь секундным замешательством, вырываюсь из стальной хватки. Бросаюсь к выходу. Одариваю парня в дверях красноречивым взглядом и бросаю напоследок:

– Ну и козёл же вы!

Ретируюсь, пока не огребла по полной. В приемной, не реагируя на что-то моросящую секретаршу, хватаю свое пальто и вылетаю из этого логова порока, пытаясь на ходу его надеть.

В какой-то момент мои ноги заплетаются в ненавистных туфлях, и я шмякаюсь на пол прямо у лифта, изображая в полете дохлого фламинго.

Блин. Блин. Блин!

Вот же идиотка! Придурошная! Имбицилка!

Даром, что замужем пять лет. Ума не прибавилось.

От обиды на весь белый свет и на себя в первую очередь, душу и глотаю подступающие слёзы. Пытаюсь подняться, как вдруг чувствую на себе чьи-то руки.

Да сколько можно!

Оборачиваюсь.

Встречаюсь взглядом с серыми пронзительными глазами под черными бровями. Черт, как же они похожи…

– Что ж вы так не аккуратно, девушка. Разобьетесь же.

Мягкая улыбка на губах обезоруживает. Парень легко поднимает меня и помогает поправить одежду.

– Спасибо. – Выдавливаю сквозь слёзы.

Чувствую, болит коленка. Смотрю и вижу, что колготки порваны и под дырой внушительная ссадина, украшающая теперь мою ногу.

Молодой человек тоже её замечает и даже присвистывает.

– Так, дорогуша, пойдем-ка со мной. Идти сможешь?

Я вымученно вздыхаю.

– Нет уж, я лучше домой.

– Это не обсуждается. Рану нужно обработать. У меня в кабинете аптечка. Там что-нибудь найдется.

Его тон такой по-деловому серьезный, что я почему-то подчиняюсь.

Ковыляю потихонечку, повиснув на его руке для поддержки. Мы спускаемся на этаж ниже, на лифте, и доходим до его кабинета. Там он усаживает меня на мягкий диван и уходит через смежную дверь, возвращаясь с небольшой коробкой в руках.

– Надо промыть. – Демонстрирует мне флакон с перекисью, а я пытаюсь его перехватить.

– Может я сама лучше?

– Сиди уж… Сама она… – Он поддевает тонкий капрон колготки пальцами и разрывает его, освобождая доступ к ране. – Как зовут-то тебя?

– Ольга. – Почему-то сразу отвечаю я.

– Так что у вас с моим отцом, Ольга? – Мужчина поднимает на меня взгляд, и я только теперь понимаю, что сходство у них колоссальное. Большие серые глаза, темные брови, волевой подбородок. Только этот молодой совсем, и черты лица у него мягче.

Сынок, значит…

– У меня с вашим отцом «Ничего». – Сознательно выделяю это слово, чтобы показать, что не хочу лишних вопросов.

– Понял. – Он лучезарно улыбается. – И зачем ты сюда приходила, не скажешь…

– Не скажу.

– Ну как знаешь…

Он заканчивает с обработкой моей раны, но рукой поглаживает кожу под коленкой, вызывая во мне противоречивые чувства.

– Мне деньги нужны. Много. – Сама от себя не ожидая, говорю я.

– Много – это сколько? – Он склоняет голову и прищуривает глаза.

– Полмиллиона.

Брови парня ползут вверх.

– И зачем девушке понадобилось столько денег? На новую сумочку?

Его ухмылка настолько самодовольная, что хочется стереть её рукой. Грубо.

– Спасибо за помощь. Мне пора.

Пытаюсь подняться, наступать больно. Непроизвольно морщусь.

– Да ладно тебе. Не обижайся. Поехали, отвезу тебя, раненую, домой.

– Это совсем не обязательно. – Говорю, как можно увереннее. – Я вызову такси.

– Ну перестань! – Он трогает меня за руку. – Ты же, вроде как, пострадала из-за моего отца. Считай – компенсация.

Не знаю почему, но я все-таки соглашаюсь.

Пока добираемся до парковки, я думаю, зачем вообще рассказала ему про деньги? Им вообще на все похрен, этим мажорам. Просаживают за вечер годовые зарплаты обычных людей, и срать им на мнение общества.

А мне, чтобы заработать такие деньги года полтора надо без продыха батрачить, ни есть, ни спать…

Настроение упало ниже плинтуса.

Как же я помогу тебе, Сашка?

Мысль о том, что придется обо всем рассказать матери, да еще, можно сказать, выставить её на улицу, меня просто убивает.

Ох… Еще Лёшке объяснять, откуда такая нарядная, да с травмой.

В общем, мой день. Ничего не скажешь.

У отпрыска главного ублюдка оказывается авто спортивного типа. Вроде ауди, или что-то в этом духе. Ну, никто не сомневался. Самовлюбленные нарциссы…

Сама не знаю почему, но внутри машины мне нравится. Может запах ароматизатора подобран идеально, или тихая приятная музыка оказывает свое успокаивающее действие, но к середине пути меня отпускает напряжение, и я потихоньку расслабляюсь.

Вдобавок к этому, «спаситель» мой больше не донимает вопросами, а что – то мило шутит про нерасторопных пешеходов и вон тех бомжей, что идут за ручку, потряхивая пакетом с горючкой.

Мне становится уютно. Бред, конечно. Но даже нога меньше болит.

Когда же машина плавно подруливает к моему подъезду, мне уже не все равно, увидит ли меня Лёшка или бабки во дворе, которые обязательно ему расскажут. Я скомкано благодарю парня за помощь и уже собираюсь выйти, но меня останавливает его мягкая ладонь.

– Подожди. – Оборачиваюсь. – Я ведь, кажется, не представился даже. Меня зовут Даниил.

– Очень приятно, Даниил. Спасибо ещё раз, но мне, правда, пора.

– Я могу решить твою проблему. – Говорит он внезапно серьезным тоном. – Точнее, у меня будет к тебе предложение.

Мои брови взмывают вверх.

– Не подумай ничего такого. – Сразу исправляется он. – Мне нужна помощница. Ответственная девушка с хорошими манерами, грамотная и пунктуальная.

– А причем тут я?

– Ты мне подходишь.

– Вы даже не знаете меня. И как мне это поможет?

– Я дам тебе деньги сейчас, а ты отработаешь их за год. Сработаемся – останешься. Нет – разойдемся.

– Что-то слишком заманчиво…

– Оклад – сто тысяч. На руки будешь получать пятьдесят. Два месяца – в счет процентов. Но решить нужно сейчас. Даю тебе время подумать до вечера.

Протягивает мне визитку. Я дрожащей рукой беру её и киваю в ответ.

– Хорошо.

– Позвони мне в любом случае. Даже если откажешься.

Его тон – немного строгий, начальственный, выбивает меня из колеи.

Я прощаюсь ещё раз и вываливаюсь из машины амебой.

Сейчас мне нужна ванна.

И хорошенько подумать.

А потом поговорить с Лёшкой.

И что-то подсказывает мне, что разговор будет не из легких.

Ванна определенно помогает в принятии важных решений.

По крайней мере, точно позволяет мозгу расслабиться и расставить все по местам.

По истечению сорока минут приятных водных процедур, я сделала несколько уверенных выводов.

Во-первых, как бы не отнесся к этому мой любимый муж, я собираюсь принять предложение Даниила. По нескольким причинам. Самая первоочередная из которых та, что мне до смерти надоело корячиться на складе за копейки, а тут вроде как приличная работа за нормальные по моим меркам деньги. По крайней мере, за ипотеку хватит заплатить, и еще даже чуть – чуть останется.

Во-вторых, сын Удальцова, в отличие от него самого (бррр!..), вроде не такой уж и озабоченный индюк, а вполне себе адекватный парень. Может и сработаемся.