ПРИЛОЖЕНИЕ

Глоссарий

А

АВАНК (AFANK)

В валлийском фольклоре свирепое водяное существо, похожее, по одним источникам, на громадного крокодила, по другим — на исполинских размеров бобра.

Существует легенда об аванке, который время от времени появлялся в заводи Ллин-ир-Аванк. Он утаскивал под воду коров, лошадей, овец и даже людей. Избавиться от него удалось только хитростью. Девушка, которую он любил, убаюкала аванка своими песнями, и тот заснул. Сонного, его заковали в цепи, и два быка поволокли кровожадное существо прочь от воды. Аванк начал вырываться, но не смог пересилить быков и горестно воскликнул:

«Эх, когда бы не быки,

Только б вы меня видали!»

Еще бытует предание о том, что один из рыцарей короля Артура отправился на бой с Адданком — то бишь с аванком. Возлюбленная дала ему с собой камень, благодаря которому он мог видеть аванка, сам оставаясь невидимым. Рыцарь проник в пещеру аванка, «взял в левую руку камень, что дала ему дама, а в правую — меч. И когда он вошел, то увидел Адданка и тут же срубил ему голову мечом».

АГИСКИ (AUGHISKY)

В ирландском фольклоре водяные лошадки, которых можно обнаружить едва ли не в каждом морском заливе. Чаще всего они выбираются на берег в ноябре; если поймать агиски и оседлать, из него выйдет замечательный конь. Но тот, кто захочет держать у себя агиски, должен помнить: его ни в коем случае нельзя подпускать к воде (и даже допускать, чтобы он учуял запах моря), иначе агиски утащит своего седока на дно и там разорвет на кусочки. Рассказывают также, что дикие агиски порой нападают на домашний скот. Обычно они принимают обличье жеребят с пышной гривой.

АДСКИЕПСЫ (WISH-HOUNDS)

В английском фольклоре свора жутких безголовых псов. Они охотятся и за людьми, и за демонами. Рассказывают, что псы служат дьяволу; однако в одном предании говорится, что они как-то появились в Плимуте следом за призраком великого мореплавателя и пирата сэра Фрэнсиса Дрейка, которого признавали своим повелителем.

АНКУ (ANKOU)

В фольклоре жителей полуострова Бретань предвестник смерти. Обычно анку становится человек, умерший в том или ином поселении последним в году. Является анку в облике высокого человека с длинными белыми волосами; этот человек везет похоронную повозку. Иногда анку принимает облик скелета.

АРТУР (ARTHUR)

В кельтской мифологии, западноевропейском фольклоре и средневековой литературной традиции величайший из рыцарей, правитель страны под названием Логр или Логрис. По территории она приблизительно совпадала с нынешней Британией и частично вдавалась в Волшебную Страну (см. ФЕЙРИ). Легенды «артуровского цикла» тесно переплетаются с преданиями о рыцарях Круглого Стола. Этот стол стоял в Камелоте, замке короля Артура. Его когда-то соорудил чародей Мерлин для отца Артура, короля Утера. За этим столом все были в равном положении и никто не испытывал обиды от того, что кто-то сидит на более почетном месте. Рыцари короля Артура и он сам отважно бились с людоедами и чудовищами, которыми кишел Логрис, освобождали узников, спасали прекрасных дам. Племянник Артура, сэр Мордред, смертельно ранил своего дядю, но на самом деле Артур не умер: его забрали на остров вечной юности Аваллон, где он покоится в ожидании того часа, когда снова понадобится Британии. Тогда он поднимется вместе со своими рыцарями и сокрушит врагов отчизны.

Томас Мэлори в «Смерти Артура» рассказывает, что в одной из церквей против главного алтаря появился вдруг камень — «о четырех углах, подобный мраморному надгробью, посредине на нем — будто стальная наковальня, а под ней — чудный меч обнаженный и вкруг него золотые письмена: «Кто вытащит меч сей из-под наковальни, тот и есть по праву рождения король над всей землей английской». Сколько рыцарей ни пыталось извлечь этот меч, ни у кого не получалось. А однажды «случилось так, что приехал на турнир сэр Эктор, а с ним его сын сэр Кэй и юный Артур, приходившийся тому молочным братом. Когда направлялись они на турнирное поле, хватился сэр Кэй своего меча — он оставил его в отчем доме, — и просил он юного Артура съездить за его мечом.

— Хорошо, я поеду с превеликой охотою, — сказал Артур и во весь опор поскакал за мечом.

Когда же прискакал он домой, оказалось, что госпожа со всей челядью отправилась смотреть турнир. Разгневался тогда Артур и сказал себе: «Поскачу на церковный двор и возьму меч, что застрял между камнем и наковальней, не допущу, чтобы брат мой сэр Кэй был без меча в такой день».

Артур легко вытащил меч, потом проделал это еще раз по просьбе сэра Эктора, и все опустились перед ними на колени и признали Артура королем Британии.

АСРАИ (ASRAI)

В шотландском фольклоре водяные фейри. Робкие, застенчивые, они обитают на дне моря и в глубоких озерах. На поверхность асраи поднимаются раз в сто лет, чтобы полюбоваться лунным светом. На солнце они испаряются, от них остается лишь крохотная лужица. Главный враг асраи — человек; эти маленькие существа в женском облике настолько прекрасны, что люди не могут удержаться от искушения схватить их.

Несмотря на весьма почтенный возраст, роста асраи небольшого, от двух до четырех футов. У них длинные зеленые волосы, а между пальцами ног — перепонки. Одежды они не носят.

Существует такая легенда. Один человек рыбачил в полнолуние на озере и вдруг почувствовал, как затрепыхалась сеть. Вытащив сеть, рыбак увидел девушку несказанной красоты. То была асраи. Она настолько полюбилась рыбаку, что тот ни в какую не желал ее отпустить: усадил на дно лодки, укрыл камышом. Девушка была холодной как лед, и рыбак даже обжег об нее руку.

Не обращая внимания на плач девушки, он повел лодку к дальнему берегу. Встало солнце. В тот же миг асраи вскрикнула. Рыбак обернулся и увидел, что в лодке никого нет. О ночной гостье напоминала лишь лужица воды на дне лодки да обожженная рука.

Б

БААВАН ШИ (BAOBHAN SITH)

В шотландском фольклоре злобные, кровожадные фейри. Если к человеку подлетел ворон и вдруг превратился в златовласую красавицу в длинном зеленом платье — значит, перед ним бааван ши. Длинные платья они носят недаром, скрывая под ними оленьи копыта, которые у бааван ши вместо ступней. Эти фейри завлекают к себе в жилища мужчин и выпивают их кровь.

Существует легенда о том, как однажды четверо молодых людей отправились на охоту, задержались до наступления темноты и решили заночевать в пустой пастушеской хижине. Чтобы развлечься, один начал играть на дудке, а остальные стали танцевать, сожалея вслух, что у них нет партнерш. Внезапно появились четыре женщины. Трое сразу пошли в пляс, а четвертая встала рядом с музыкантом. Тот еще некоторое время дул в свою дудку, и вдруг ему бросилось в глаза, что его друзья, словно израненные в жестокой сече, истекают кровью. Он бросился вон из хижины, спрятался за спинами лошадей, и бааван ши его не нашли, ибо железо конских подков защищает от фейри. На рассвете женщины исчезли. Музыкант вернулся в хижину и увидел там бездыханные тела своих друзей, в которых не осталось ни капли крови.

БАГ (BUG)

В английском фольклоре разновидность боуги. Это один из так называемых «детских боуги», которыми пугают непослушных детей. У многих багов есть собственные имена — Кожада-Кости, Том Погляди-в-Щелку, Лентяй Лоренс (он охраняет фруктовые сады), Дженни Зеленые Зубы и так далее. Косматые чудовища, похожие на медведей, баги проникают в детские комнаты через печную трубу. Впрочем, внешность обманчива: на деле они почти безвредны, поскольку у них нет ни когтей, ни зубов, и всего-то и могут, что корчить рожи.

БАГАБУ (BUG-A-BOO)

См. БАГ.

БАГГЕЙН (BUGGANE)

В фольклоре жителей острова Мэн злокозненный оборотень. Людей он ненавидит и всячески изводит. Баггейн способен вырастать до исполинских размеров и принимать какое угодно обличье. Он может притвориться человеком, но, если присмотреться повнимательнее, можно заметить заостренные кверху уши и лошадиные копыта, которые все равно выдадут баггейна.

Существует предание, что один баггейн жил неподалеку от водопада. Обычно он являлся в облике крупного черного теленка, перебегал дорогу путникам и прыгал в воду, причем раздавался такой звук, словно кто-то бряцает цепями. Однажды, приняв облик, более или менее схожий с человеческим, он явился в деревню, похитил девушку и потащил ее к себе в логово. Но девушка оказалась не промах: у самого логова она исхитрилась достать из кармана ножик, разрезала фартук, за который тащил ее баггейн, вырвалась и убежала.

БАННЫЕ ФЕЙРИ (BATHING FAIRIES)

В английском фольклоре опекуны бань и купален. Они следят за порядком, за тем, чтобы банщики не обманывали посетителей, и охотно купаются сами.

Существует история о том, как некий банщик решил заглянуть в свое заведение в выходной. Несколько раз он пытался открыть дверь, а та чуть подавалась — и тут же захлопывалась перед его носом. Наконец банщик рассердился и поднажал так, что дверь распахнулась. И тут оторопевший банщик увидел крохотных человечков в зеленых одеждах, которые, похоже, банились, не снимая нарядов. Он окликнул их; человечки переполошились, принялись, точно белки, скакать по стенам и кричать. А потом все неожиданно стихло, человечки словно растворились в воздухе. Впоследствии банщик не раз и не два пытался вновь застать фейри врасплох, но у него так ничего и не вышло.

БАРГЕСТ (BARGUEST)

В английском фольклоре рогатое существо с острыми клыками и не менее острыми когтями, состоящее в дальнем родстве с боуги и хобгоблинами. Баргест может по желанию менять обличье, чаще всего принимает вид косматого черного пса с глазами-плошками, которые пышут пламенем.

Встреча с баргестом обычно предвещает несчастье и даже смерть. Чаще всего баргесты пугают капризных детей; ребенок, который не балуется, их не интересует. Ночами они носятся по улицам городов и деревень, своими истошными воплями мешая спать добрым людям.

Существует предание о том, что баргест однажды увязался за матросом, поздно вечером возвращавшимся из бара домой. По дороге он долго пытался напугать матроса лязганьем цепей, но у него ничего не вышло. Тогда он побежал вперед и стал поджидать матроса на крыльце его дома. Поднявшись на крыльцо, матрос увидел перед собой огромного черного барана, глаза которого светились попеременно красным, голубым и белым. Матрос попытался прогнать животное, но то не слушалось. Вдруг дверь распахнулась, и на пороге появилась жена матроса, известная всей округе своим крутым норовом. Баргест так испугался женщины, что мгновенно исчез и больше не показывался.

БЕЛЬТАЙН (BELTANE)

Бельтайн или Белтан — один из древнейших праздников, отмечаемый 1 мая. На Бельтайн среди людей появляются фейри: они пируют со смертными и похищают красивых девушек, на которых впоследствии женятся. Чтобы уберечься от проказ фейри, люди в этот день носят с собой и развешивают в домах веточки рябины. Главное же событие Бельтайна — большой костер, который разжигают на вершине холма. Пламя костра уничтожает все злые чары и отпугивает фейри. Что любопытно, Бельтайн по времени совпадает со знаменитой Вальпургиевой ночью. В ночь с 30 апреля на 1 мая проходит ежегодный шабаш ведьм, которые слетаются на гору Брокен в Германии вместе с другой нечистью. В эту ночь люди во многих местностях устраивают изгнание нечистой силы (заодно с которой достается и фейри).

БЕН ВАРРА (BEN BHEARRA)

В фольклоре жителей острова Мэн русалки, схожие своими повадками с германскими ундинами и европейскими морскими девами. Считается, что Бен Варра дружелюбнее других русалок и часто помогают людям.

БЕНДИТ-И-МАМАЙ (BENDITH YMAMAU)

В фольклоре жителей острова Мэн фейри. Они похищают детей, катаются на лошадях, которых также воруют у смертных, случается, навещают дома людей, чтобы получить угощение — чашку молока. Свой род бендит-и-мамай ведут от Слей Бегги, исконных обитателей острова Мэн. Поскольку они обладают чрезвычайно острым слухом и слышат все, о чем говорят люди, в разговорах следует соблюдать осторожность и ни в коем случае не говорить о фейри плохо: не случайно их прозвание переводится как «матушкино благословение» — чем лучше о них отзываться, тем меньше они будут досаждать.

Есть легенда, что в один год фейри похитили много детей. У женщины-вдовы был единственный ребенок, писаный красавец; соседи уверяли, что фейри давно положили на него глаз. Однажды женщина услышала испуганное мычание коровы, и отправилась в хлев — посмотреть, в чем дело, а когда вернулась, то увидела, что детская кроватка пуста. Она обшарила весь дом и наконец наткнулась на седовласого коротышку, который назвал ее «мамой». Год спустя некий мудрый человек научил ее, как испытать малыша. Женщина взяла сырое яйцо, наполовину очистила от скорлупы, взболтала содержимое, а когда малыш спросил, что она делает, ответила, что варит суп. Ребенок воскликнул: «Я слыхивал от отца — а он от деда, — что желудь появился раньше дуба, но никогда не видел, чтобы суп варили в скорлупе».

Так выяснилось, что это — подменыш. Теперь надо было вернуть ребенка, похищенного фейри. Женщина пошла к перекрестку дорог через четыре дня после полнолуния и стала ждать полуночи. В полночь показалась кавалькада бендит-и-мамай; женщина хранила молчание, хотя увидела среди фейри собственного сына. На следующий день она вновь обратилась к мудрецу. Тот посоветовал взять черную курицу, свернуть ей шею и поджарить на костре, не ощипывая. Женщина так и поступила: подменыш тут же исчез, а с улицы донесся голос ее сына. Мальчик, худой и изможденный, ничего не помнил, лишь твердил, что заснул под звуки чудесной музыки.

БЕННИ (BEAN NIGHE)

В фольклоре жителей горной Шотландии близкая родственница бэнши. Иначе ее называют «маленькой прачкой у ручья». Прозвище объясняется тем, что бенни можно встретить у лесных речушек, в которых она стирает окровавленные одежды тех, кому суждено умереть. Одета она обычно в зеленое платье, ноги у нее красные и с перепонками, как у гусей или уток. Если человек заметит бенни до того, как она увидит его, и встанет между нею и водой, она выполнит три желания. Бенни ответит на три вопроса, но и сама задаст столько же, причем лукавить с ней ни в коем случае не следует. Того, кто наберется храбрости и припадет ртом к ее отвислым грудям, она может признать своим пасынком и будет ему помогать. Впрочем, если рассердить бенни, она принимается хлестать человека бельем, и у несчастного начинают отваливаться руки и ноги.

По некоторым источникам, бенни — духи смертных женщин, которые умерли при родах, а покой обретут, лишь когда подойдет срок покинуть сей мир (то есть в тот день, в который они бы почили от старости).

БИСТ ВИЛАХ (BIASD BHEULACH)

В фольклоре жителей горной Шотландии страшное чудовище. Порой оно принимает облик одноногого калеки, порой является в обличье собаки, издавая жуткие вопли, заслышав которые люди в ужасе прячутся по домам. Появляется бист вилах только по ночам. Нападая на людей, он высасывает из них кровь.

БЛАГИЙ ДВОР (SEELIE COURT)

В шотландском фольклоре фейри делятся на два рода — Благий Двор и Неблагий Двор. Фейри Благого Двора весьма дружелюбны к людям. Они дарят беднякам хлеб и зерно, помогают тем, кто оказывает им какие-либо услуги. Впрочем, безнаказанно себя оскорблять они не позволяют. Смертных, которые выбрасывают мусор на волшебные холмы, поначалу предупреждают, а если они не внимают, наказывают, уничтожая их дома. Правда, без причины Благий Двор никого не карает.

БОГГАРТ (BOGGART)

В английском фольклоре проказливые фейри. К тем людям, в доме которых живут, относятся, как правило, довольно дружелюбно, однако способны на злые проделки и тогда ведут себя точь-в-точь как стуканцы. Боггарты предпочитают бродяжить в одиночку, поскольку между собой не очень-то ладят. Косматые, с длинными желтыми зубами, не слишком далекие, боггарты не пользуются популярностью даже среди фейри. Их любимая проделка такова: прокрасться ночью в спальню, провести холодной, мокрой лапой по лицу человека и сдернуть на пол одеяло.

По преданию, боггарт донимал некоего фермера. Особенно от него доставалось детям. Он крал у них хлеб с маслом, прятал тарелки с кашей, и его никак не могли поймать. Но однажды младший сын фермера наткнулся на дырку в глубине шкафа и сунул туда старую подкову. Та вылетела обратно и стукнула мальчика по лбу. С того дня уже дети начали изводить боггарта, засовывая в дырку всякий мусор. Вскоре между ними разгорелась настоящая война, и фермер решил переехать, от греха подальше. В день переезда сосед спросил:

— Уезжаете?

— Да уж. Этот чертов боггарт надоел хуже горькой редьки. Знаешь, он чуть было не прикончил мою хозяйку.

И тут из груды вещей донесся утробный голос:

— Да уж, да уж!

— Боггарт! — воскликнул фермер. — И как он туда забрался? Придется оставаться, на новом месте он нас будет изводить ничуть не меньше.

Они остались в старом доме, и боггарт мучил их до тех пор, пока ему самому не надоело.

БОГЛ (BOGLE)

В английском фольклоре близкие родичи гоблинов. Это существа злокозненные и проказливые, но иногда способны и на добрые поступки. От них достается прежде всего преступникам, тем, кто обманывает вдов и сирот, и прочим негодяям. Прогнать богла можно, показав ему Библию.

Есть легенда, что у одной вдовы сосед украл подсвечники. Вскоре после этого он увидел ночью в своем саду черную фигуру и выстрелил в нее из ружья. На следующую ночь фигура появилась вновь и сказала: «Во мне нет ни плоти, ни крови, твоя пуля меня не убьет. Отдай подсвечники». Забрав требуемое, богл вырвал у мужчины ресничку и исчез. С той поры у человека до конца его дней подергивался глаз.

БОДАХ (BODACH)

В шотландском фольклоре призрак, появление которого предвещает близкую смерть тому, кто его увидит. Поэт Уильям Хендерсон в своих «Народных суевериях Северных графств» упоминает о том, что бодах (Бодах Глас, т. е. Темный Человек) явился некоему лорду Э., когда тот играл в гольф. В ту же ночь лорд скончался. О бодахе рассказывает и Вальтер Скотт в романе «Уэверли».

БОУГИ (BOGEY)

В английском фольклоре проказливые, весьма зловредные хобгоблины. Обычно боуги селятся поодиночке, однако порой собираются в компании. Все они обладают способностью к оборотничеству, у многих холодные и мокрые пальцы и желтые глаза, которые светятся в темноте. Иногда боуги принимают облик громадных черных псов и бегают по дорогам. Чаще всего от них достается убийцам, ворам и обманщикам, поскольку боуги не терпят несправедливости. У них есть любимая проказа: они прыгают на человека сзади и зажимают ему руками глаза. Воров они освобождают от добычи. У славян есть сказка про вершки и корешки — как крестьянин обманул медведя. В Англии ту же самую сказку рассказывают про крестьянина и боуги.

Пожалуй, самый знаменитый боуги — хедлийский оборотень. Рассказывают, что хедлийский оборотень по прозванию Коровчик был настоящей чумой для служанок: он то подражал голосам ухажеров, заставляя девушек среди ночи вскакивать с постелей и выглядывать в окна, то опрокидывал ведра со сливками, распускал вязанье и путал пряжу. Или принимал облик лучшей в стаде коровы и носился по лугу, а когда его наконец ловили, он с громким мычанием выскальзывал из привязи и сбрасывал хвост. Однажды некая пожилая женщина возвращалась по проселочной дороге домой и вдруг заметила в канаве большой черный горшок. Заглянув внутрь, она увидела, что горшок полон золота. Нести его в руках женщине было не под силу. Тогда она привязала к нему один конец своего платка и поволокла за собой, как тележку. Какое-то время спустя женщина решила передохнуть, обернулась и увидела, что тащит не горшок с золотом, а серебряный слиток. Этот слиток затем превратился в кусок железа, а тот, в свою очередь, — в камень. У самого дома женщина отвязала платок, и тут камень подпрыгнул, в мгновение ока стал размером со стог сена, у него появились четыре ноги и длинные уши; взмахнув невесть откуда взявшимся хвостом, он помчался прочь, хохоча точно озорной мальчишка. Это, разумеется, был Коровчик.

БОУГИ-ЗВЕРЬ (BOGEY-BEAST)

В английском фольклоре близкий родич боуги. Этот проказливый хобгоблин досаждает капризным детям и одновременно спасает их от неприятностей — не подпускает к омутам, в которых они могут утонуть, не дает залезать в чужие сады и топтать клумбы. На острове Уайт боуги-зверь в обличье огромной волосатой гусеницы стережет кусты крыжовника. Он способен причинить вред, лишь когда на него обращают внимание. Поэтому чтобы обезопасить себя от боуги-зверя, нужно думать не о нем, а о чем-то постороннем.

БОХАН (BAUCHAN)

В фольклоре жителей горной Шотландии проказливый хобгоблин. Иногда он выкидывает достаточно жестокие шутки, но порой и помогает людям.

Есть история о том, что в доме одного шотландца поселился бохан. Он сильно досаждал хозяину, однако никогда не отказывался помочь в работе по дому. Они даже частенько дрались — например, когда бохан похитил у фермера лучший носовой платок. Фермер пошел разыскивать бохана. Тот сидел у дороги и тер платок камнем. «Здорово, хозяин. Хорошо, что ты пришел. Если бы я протер дырку в платке, ты бы помер. Но так просто ты его не получишь. Придется драться». В драке фермер отобрал платок. Потом в доме кончились дрова, а снегу выпало столько, что до леса не дойти. Вдруг раздался глухой удар, и к порогу дома рухнула срубленная боханом береза.

Со временем шотландец решил переселиться в Америку. Когда он вошел в свой новый дом, его встретил бохан. «Привет! — сказал он. — А я уже тут!»

БРАВНИ (BROWNEY)

В фольклоре жителей полуострова Корнуолл фейри — покровители пчел. Когда пчелы начинают роиться, нужно позвать бравни, и те поспешат на помощь — оставаясь невидимыми, они соберут рой. Некоторые утверждают, что бравни — это сами пчелы.

БРАУНИ (BROWNIE)

В фольклоре народов Британских островов существа, живущие в людских домах и во многом сходные со славянскими домовыми. Ростом с ребенка, они одеты в лохмотья коричневого цвета. Облик брауни своеобычен: у многих нет носа, точнее, переносицы — только две ноздри, у некоторых отсутствуют пальцы рук и ног, у других пальцы есть, но сращенные между собой, отставлен лишь большой. Брауни появляются по ночам и выполняют ту работу по дому, которую недоделала прислуга, рассчитывая на награду — миску сливок и коврижку с медом. В горной Шотландии брауни помогают крестьянам варить пиво. Есть даже камень, называемый камнем брауни; он ускоряет процесс варки. Они не прочь поозорничать, а если их рассердить, могут погубить хозяев дома. Стоит предложить брауни новую одежду или какое-либо угощение кроме сливок, как он тут же покидает дом и уже не возвращается, ибо считает, что его пытаются подкупить. Разгневанный брауни превращается в боггарта.

Брауни очень легко обидеть. Достаточно покритиковать работу, которую он сделал. Если же обращаться с ним доброжелательно, он готов на все — может даже сбегать за врачом, если у хозяйки начались роды.

БРОДЯЧИЙ ОГОНЕК (IGNIS FATUUS)

В фольклоре различных народов название болотных огней. В буквальном переводе с латыни выражение «ignis fatuus», которым обозначают бродячие огоньки западноевропейцы, означает «огонек глупцов». У бродячего огонька множество прозвищ: Уилл-Струйка Дыма, Хобби-Фонарик, Джил-Паленый Хвост, Дженни с фонариком, Кийт со свечкой. По одним источникам, бродячий огонек — разновидность боггарта; по другим, это — неприкаянная, не знающая покоя душа. Чаще всего бродячий огонек является запоздалым путникам, которых сбивает с дороги и заводит в болото или к обрыву.

Также считается, будто бродячие огоньки указывают границу Волшебной Страны. А носят их фейри, которых не пускают домой. Эти фейри настолько тревожатся о своем будущем, что постоянно пристают с расспросами о нем ко всем подряд и, увлекаясь, сбивают с дороги людей.

На море бродячие огоньки называют огнями святого Эльма: они появляются на мачтах кораблей перед штормом. Северное сияние — тоже проказы бродячих огоньков или, как их называют в Шотландии, Ловких Ребят и Веселых Плясунов.

Есть история о том, как некий пастух взял себе в подпаски молодого парня. А парень, считая своего наставника старым олухом, и слушать не хотел, что тот ему говорил. У пастуха же был хороший приятель — Джеки-Огонек. Как-то, когда парень в очередной раз не послушался старшего, Джеки решил его проучить: сбил с дороги и завел в реку. Парень вымок до нитки, а Джеки злобно расхохотался и исчез. Домой подпасок вернулся присмиревшим. Джеки же сидел на крыше пастушеской хижины, посмеивался и уплетал овсянку, которую положил ему в тарелку старый пастух.

БРОЛЛАХАН (BROLLACHAN)

В фольклоре жителей горной Шотландии так называют всех фейри, лишенных постоянного облика. Броллаханы злобны и жестоки. Правда, по некоторым источникам, броллахан — это шотландский брауни, с темными волосами, длинными руками до колен и бесформенным волосатым телом. Говорит он крайне редко, а когда пугается, блеет по-козлиному (правда, напугать броллахана не так-то просто; скорее это он напугает кого угодно). Иногда у него видны козлиные копыта.

БРЭГ (BRAG)

В английском фольклоре проказливый и довольно жестокий оборотень. Чаще всего он является людям в лошадином обличье, а также способен перекидываться в теленка с повязанным на шее белым платком, в ослика, в безголового обнаженного юношу и так далее. Людей он недолюбливает и нередко устраивает им всякие пакости.

Существует предание о человеке, у которого был белый костюм, приносивший владельцу одни неприятности. Когда он надел его в первый раз, то встретился с брэгом; вторая встреча состоялась, когда он в этом костюме возвращался из церкви. Брэг у него на глазах превратился в лошадь, человек не испугался и вскочил на коня. Тот встал на дыбы, затем помчался вскачь и наконец сбросил седока в пруд, после чего ускакал, довольно посмеиваясь.

БУБАХ (BWBACH)

В валлийском фольклоре дружелюбные и трудолюбивые фейри, которые помогают людям по хозяйству. Чтобы заручиться благосклонностью бубахов, следует вымести кухню, развести на ночь в камине огонь и поставить на каминную полку блюдце со сливками. Если наутро окажется, что сливки исчезли, значит, бубахи приняли подарок и обязательно его отработают.

Подобно эллилам, бубахи терпеть не могут ханжей и трезвенников. И тем и другим от бубахов изрядно достается.

Есть история о том, как бубах изводил нападками одного священника, который отличался большой набожностью и кружке доброго эля предпочитал молитву. Как-то вечером бубах выдернул из-под него стул, и добрый священник повалился на пол; на следующий вечер загремел каминными щипцами, потом устроил так, что во время молитвы завыли собаки… Под конец он настолько обнаглел, что осмелился напасть на священника. Тот описывал свое состояние так: «Шел я через поле, читая молитвенник, и вдруг меня охватил страх, и ноги буквально подкосились. Со спины наползла тень. Я обернулся и увидел самого себя — в такой же сутане, с тем же молитвенником — и потерял сознание». После этого священник решил уехать. Соседский мальчишка утверждал, что видел, как за спиной священника на лошадь вскочил бубах. Глаза у лошади сделались точно огненные шары, и она понеслась вскачь, а бубах ухмылялся во весь рот.

БУБРИ (BOOBRIE)

В фольклоре жителей горной Шотландии гигантская водяная птица. Она питается домашним скотом, который ворует у людей. Те, кто видел бубри, утверждают, что шея у нее длиной около трех футов, а клюв — около семнадцати дюймов и крючковатый, как у орла. Голос у птицы громкий и хриплый, похожий на рев быка; лапы — короткие, с перепонками и длинными когтями. Ее следы можно увидеть на берегах многих шотландских озер.

БУКА (BWCA)

В валлийском фольклоре фейри, местная разновидность брауни. Если к буке относиться уважительно и каждый вечер выставлять ему блюдце со сливками, он не откажется помочь. Но если над ним потешаться или, того паче, оскорбить, он рассердится. За оскорбление бука мстит весьма сурово: переставляет мебель, подбрасывает людей в воздух, щиплет спящих, рвет в клочья одежду, рассказывает во всеуслышание семейные тайны и даже бьет своих обидчиков. В таких случаях необходимо заставить его покинуть дом, ибо прежним добродушным букой он уже не станет. В качестве защиты от буки рекомендуют железо, святую воду или крест из рябинового дерева. Если самим справиться с разошедшимся букой не удается, следует вызывать чародея — или священника.

Есть история о том, как один бука подружился со служанкой. Он помогал ей прибираться в доме, а она каждый вечер оставляла ему блюдце молока. Но однажды девушка, на свою беду, решила подшутить над букой и вместо молока налила в блюдце мочу (такое вот у нее было извращенное чувство юмора).

Бука страшно рассердился. Он выволок девушку из кровати и принялся гонять бедняжку по дому. Тут проснулись остальные слуги, бука испугался и сбежал.

Впрочем, убежал он недалеко — поселился по соседству. Он прекрасно ладил с новым хозяином. Но того забрали в армию, буке стало скучно, и он принялся развлекаться — пугал людей громкими завываниями, бил посуду, мучил домашних животных. Его выходки обозлили фермеров, и те вызвали чародея, который схватил буку за нос и швырнул его в Красное море.

БУККА (BUCCA)

В фольклоре жителей полуострова Корнуолл злой дух. Ему приносят разнообразные жертвы: рыбаки оставляют на песке рыбу, фермеры во время жатвы бросают через левое плечо ломоть хлеба и выливают на землю кружку пива. По всей видимости, бука состоит в дальнем родстве с гоблинами. Им пугают непослушных детей: мол, если не перестанешь капризничать и плакать, придет букка и заберет тебя к себе (ср. с русским букой).

БЭНШИ (BANSHEE)

В ирландском фольклоре и у жителей горной Шотландии особая разновидность фейри. У бэнши длинные распущенные волосы, серые плащи поверх зеленых платьев, красные от слез глаза. Бэнши опекают старинные человеческие роды, издают душераздирающие вопли, оплакивая смерть кого-либо из членов семьи. Когда несколько бэнши собираются вместе, это предвещает смерть кого-либо из великих людей. Увидеть бэнши — к скорой смерти. Плачет бэнши на языке, которого никто не понимает; в ее воплях будто сливаются воедино крики диких гусей, рыдания брошенного ребенка и волчий вой.

Порой бэнши принимает облик уродливой старухи со спутанными черными волосами, одной-единственной ноздрей и выпирающими передними зубами. Порой становится бледнокожей красавицей в сером плаще или в саване. А иногда является в образе рано умершей невинной девы из числа членов рода. Она то крадется среди деревьев, то летает вокруг дома, оглашая воздух пронзительными воплями.

Есть история о том, как некая женщина увидела в своем окне бэнши. Та сидела снаружи, на каменном выступе; у нее были рыжие волосы, которые казались охваченными пламенем на фоне белого платья и мертвенно-бледной кожи. Она что-то монотонно напевала, а потом вдруг исчезла, словно растаяла в воздухе. Наутро выяснилось, что у женщины в эту ночь умер брат.

Есть также история о том, как некий фермер встретился с бэнши у моста. Он увидел сидящую на перилах старуху, поздоровался и только тогда заметил, что у старухи очень длинные волосы, рыжие с багровым отливом. Старуха сидела понурившись, словно чем-то опечаленная. Когда она повернулась к фермеру лицом, у того внутри все замерло: кожа бледная, как у трупа, лицо в пятнах, как индюшиное яйцо… Старуха выпрямилась в полный рост, и оказалось, что она втрое выше самого высокого человека. Фермер мысленно попрощался с жизнью, но тут старуха шагнула с моста прямо в воду и исчезла. Наутро фермер узнал, что ночью умер старик-сосед, последний в древнем роду.

В

ВЕДЬМИНЫ КОЛЬЦА (FAIRY RINGS)

Ведьмиными или волшебными кольцами называются круги вытоптанной травы на лугах. Эти кольца — следы хороводов, которые водят фейри. Похожие кольца остаются на лугах и после того, как пикси целую ночь гоняют по кругу жеребят. Современная теория гласит, что ведьмины кольца — следы посадки инопланетных звездолетов. Вокруг ведьминых колец растут поганки, которые называют ведьмиными или эльфийскими грибами.

ВОДЯНЫЕ ЛОШАДКИ (WATER HORSES)

В фольклоре жителей Британских островов чудесные животные, которые обитают в воде, а выходя на берег, принимают обличье лошади, — келпи и ракушники, кабилл-ушти и эх-ушки, аванки и брэги… Нрав у каждой лошадки свой, но объединяет их одно — привычка заманивать людей и прыгать вместе с седоками в воду. Заканчиваются эти прыжки для людей по-разному: кто отделывается купанием, а кого и съедают.

ВОЛШЕБНЫЕ ДЕРЕВЬЯ И РАСТЕНИЯ (FAIRY TREES & PLANTS)

Во всех без исключения мифологических системах, равно как и в фольклоре любого народа, присутствуют чудесные деревья и растения, а также травы. Эти деревья и растения можно условно разделить на две категории — на те, на которых обитают сверхъестественные существа и которые сами являются средоточием магических сил, и на те, которые служат защитой от этих существ.

К первой категории прежде всего относится мировое древо во всех своих «ипостасях», будь то скандинавский ясень Иггдрасиль, шумерское дерево Хулуппу или библейское древо познания (кстати сказать, древо познания и древо жизни, а также небесное древо, шаманское древо и т. д. являются особыми «разновидностями» мирового древа). В ветвях дерева Хулуппу сидит птица Анзуд, в корнях обитает змея, а в стволе — Лилит. Ясень Иггдрасиль связывает между собой девять миров, на его вершине сидит мудрый орел, корни дерева гложут змеи и дракон Нидхегг. Три корня Иггдрасиля уходят в подземный мир; под ними расположены источники, и среди них тот, у которого живут норны. В «Младшей Эдде» сказано, что он «больше и прекраснее всех деревьев. Сучья его простерты над миром и поднимаются выше неба. Три корня поддерживают дерево, и далеко расходятся эти корни. Один корень — у асов, другой — у инеистых великанов, там, где прежде была Мировая Бездна. Третий же тянется к Нифльхейму…». А «Старшая Эдда» описывает Иггдрасиль так:

Тремя корнями

тот ясень-древо

на три страны пророс:

Хель — под первым,

Хримтурсам — второй,

под третьим род человеков.

Белка по имени

мысь Вострозубка

снует по Иггдрасиль-древу,

сверху она

слово орла

вниз темному Нидхеггу носит.

Две пары оленей

вершину древа

гложут, вытянув выи:

Туротрор, Умерший,

Мешкий и Чуткий.

И змей немало

под Иггдрасиль-древом —

больше, чем думают дурни иные:

Пустожил и Подземельник —

волкодлачьи чада,

тоже Серый и Скрытень,

Снотворец и Витень;

мне же ведомо: ветви

Древа им вечно грызть.

Иггдрасиль-ясень

терпит страсти,

коих не знают люди:

олень объедает,

ствол подгнивает,

Нидхегг терзает снизу[69].

Из «обычных» деревьев магическими свойствами отличаются в первую очередь терновник, тис и дуб. Терновник считается любимым деревом фейри, в особенности это относится к тем деревьям, которые растут вблизи эльфийских холмов или к купам из трех-четырех деревьев, растущих под острым углом к земле. Особую опасность таят в себе группы из двух терновников и куста бузины. Принести в дом цветущую ветку терновника означает навлечь смерть на кого-либо из родственников. Ясень тоже считается чудесным деревом. Прежде чем срубить его, нужно попросить разрешения: «Старушка, старушка, дай мне твое дерево, а я поделюсь с тобой своим, когда оно у меня будет». Кроме того, считается, что ясени — это преображенные тела ведьм и колдуний, и если подступить к такому дереву с топором, из ствола потечет кровь. В дубах обитают злобные дубовики. Они предлагают прохожим яства, которые ни в коем случае нельзя пробовать, ибо те яства отравлены. А ночами дубовики выходят на охоту, поэтому нельзя ни в коем случае проходить ночью мимо срубленного дуба — или случится беда.

Бузину также не следует рубить без спроса (необходимо произнести ту же фразу, с какой обращаются к ясеню). Младенцев нельзя класть в колыбели из бузины, потому что иначе их могут до смерти защипать. Жечь бузину в камине — значит накликать на дом несчастье. Англичане верят, что в березе живет фейри по прозвищу Белая Рука: если он коснется этой рукой чьей-либо головы, на лице человека останется белая метка, а сам несчастный обезумеет. Если же Белая Рука коснется сердца, человек умрет.

Особыми магическими свойствами отличаются яблоня и орех. Когда поспевают орехи, в лесу начинают бесчинствовать разные духи. Форель или лосось, проглотившие орех, приобретают великую мудрость; если кто-либо поймает рыбу, которая проглотила орех, и съест ее, эта мудрость перейдет к нему. Яблоневый сад охраняет «яблочник» — фейри, живущий в самой старой и корявой яблоне. От него зависит урожай; чтобы яблоки уродились и на следующий год, последний плод из урожая нынешнего следует оставить яблочнику.

Валлийский фольклор сохранил легенду, согласно которой однажды деревья сошлись на битву с войсками Аннона (так называется преисподняя в валлийском фольклоре):

На битву первыми шли деревья, старшие в роде,

А юные ива с рябиной процессию замыкали;

От запаха крови пьян, шагал терновник колючий;

Ольха устремлялась в бой, подняв могучие ветви;

И розы свои шипы к врагу простирали в гневе;

Кусты малины пришли, покинув лесную чащу;

И жимолость ради битвы презрела свою ограду,

И плющ вместе с ней, и вишня, что шла на битву со смехом;

Последней береза шла, мудрейшая из деревьев,

Отстав не трусости ради, а гордость свою сберегая;

Их строй по бокам ограждал золотарник цветущий,

Ель шла впереди, полководцем средь них величаясь;

А королем был тис, что первым в Британии правил;

Мохом обросший вяз не в силах был сдвинуть корни

И плелся в хвосте, пугая врагов кряхтеньем и скрипом;

Орешник оружье острил в преддверии грозной битвы,

И бирючина, как бык, стремилась за стройной елью.

Падуб зеленый пришел, не отставая от прочих;

За ним и боярышник дивный, чей сок исцеляет раны;

Лоза, извиваясь, ползла на бой за деревьями следом.

Нерадостно трусам пришлось: был папоротник загублен,

Ракитник пришлось срубить и выкорчевать утесник.

Но храбр, хоть и ростом мал, оказался медовый вереск,

Что в первых войска рядах врагу наносил удары.

О поступи мощного дуба дрожали земля и небо,

Он втаптывал в землю врагов, разя их без счета,

А рядом с ним царственный тис отражал атаки

Врагов, что шли на него, как волны на берег моря;

И груша сражалась там же, обильно кровь проливая;

Каштан состязался с елью в свершенье подвигов ратных[70].

Древнекитайская мифология знает чудесное дерево цзяньму. Юань Кэ говорит: «Дерево цзяньму росло посередине сада, находившегося… в центре неба и земли. В полдень, когда солнце освещало его вершину, от дерева не было никакой тени. Если около этого дерева громко кричали, то звуки терялись в пустоте и эхо не повторяло их. Дерево цзяньму было очень странным на вид: его тонкий длинный ствол врезался прямо в облака, на нем не было ветвей и только на верхушке имелось несколько изогнутых и кривых веток наподобие каркаса зонта; корни дерева были тоже изогнутыми и переплетались между собой. Это дерево обладало еще одной особенностью: его эластичная и прочная кора отделялась, как женский пояс или кожа желтой змеи». Кроме того, китайцам были известны деревья саньсан — высокое и начисто лишенное ветвей; жому — на вершине которого десять солнц, освещающих землю; суйму — закрывавшее собой солнце; цюнсан — плодоносившее раз в десять тысяч лет и дававшее плоды, которые продляли человеческую жизнь, и многие другие.

Среди растений и цветов выделяется незабудка. Фейри частенько используют чашечки незабудок как перчатки. Другое название этого цветка — «наперсток гоблина». Считается, что гоблины пьют из незабудок их сок, который веселит не хуже спиртного. Примулы позволяют увидеть «соседушек»: для этого достаточно съесть хотя бы один цветок. Если прикоснуться к склону эльфийского холма букетом примул (цветов должно быть строго определенное количество), откроется путь внутрь. Но тот, кто ошибется с количеством цветков, заболеет и даже может умереть. На крестовнике и райграсе фейри летают.

Если сварить и съесть похлебку из вершков дикого тимьяна, собранного у эльфийского холма, и травы со склона этого холма, можно увидеть фейри. Но варить похлебку нужно на свежем воздухе, ибо дикий тимьян в доме приносит несчастье. Первоцвет — один из любимых цветков фейри. Они тщательно его стерегут, ибо он позволяет находить клады. Еще можно упомянуть колокольчики, услышать перезвон которых означает узнать о своей близкой смерти. Лес, в котором растут колокольчики, таит в себе угрозу для человека, ибо он полон чар и наваждений.

Что касается грибов, недаром многие из них носят такие названия — «шапка эльфа», «колпачок пикси», «дубинка фейри». Самые известные из волшебных грибов — мухоморы. В Скандинавии считают, что мухоморы возникли из пены, летевшей из пасти восьминогого коня Слейпнира, на котором скакал бог Один. Викинги нарочно ели мухоморы перед битвой и превращались в берсерков — свирепых воинов, которых не брало никакое оружие.

Что касается чудесных трав, в английском фольклоре под названием «иоаннова трава» известны сразу два растения — зверобой (это одно из действенных средств защиты от фейри) и папоротник. В Иоаннову ночь папоротник расцветает, но всего лишь на миг. Чтобы отправиться за ним, нужно обладать немалым мужеством, ибо фейри зорко стерегут цветущие папоротники. Тот, кому удастся найти и сорвать цветок, станет невидимым и может ночь напролет наблюдать за развлечениями фейри. Еще есть весенняя трава — это растение, наделенное необыкновенными свойствами. Чтобы добыть ее, следует найти дупло, в котором живет дятел и заткнуть отверстие; обнаружив, что домой не попасть, дятел улетит и вскоре вернется с весенней травой, которая, в частности, отпирает закрытые двери.

ВУЛВЕР (WULVER)

В фольклоре жителей Шетландских островов чудовище. Несмотря на свой устрашающий вид, оно совершенно безобидно и к людям относится вполне дружелюбно. Выглядит вулвер как человек с волчьей головой и весь покрыт короткой бурой шерстью. Живет это существо в пещере. Если ему не докучать, само оно никого не тронет. Больше всего на свете вулвер любит рыбачить. На островах даже есть заводь, которая так и называется — Заводь Вулвера. Время от времени вулвер оставляет свой улов на крыльце или на подоконнике какого-нибудь бедняка.

ВУХ ФРЕХ (VOUGH FREACH)

В валлийском фольклоре чудесная корова, которая является людям, впавшим в глубочайшую нужду, наполняет своим молоком самое большое ведро в доме, а затем исчезает. По легенде, эту корову посылают на выручку людям фейри — и они же отзывают животное, когда дело сделано.

Г

ГАНКОНЕР (GANCONER)

В английском фольклоре фейри, которого еще называют «ласковый любовник». Ганконер обычно принимает облик весьма представительного, симпатичного мужчины с короткой трубкой в зубах. Он бродит по укромным лощинам и наигрывает на своей флейте разные мелодии. Девушки, которые слышат его флейту, не могут устоять перед музыкой. Ганконер их обольщает — и бесследно потом исчезает. Девушка, встретившая ганконера, будет тосковать по нему до самой смерти, исхудает и зачахнет от тоски. Чтобы избежать подобной участи, не следует в одиночку ходить по лощинам, где растут колокольчики или анютины глазки. Опаснее всего заросли терновника.

ГВИЛЛИОНЫ (GWYLLION)

В валлийском фольклоре горные фейри. Это весьма кровожадные, зловещие существа. Они появляются лишь с заходом солнца, а их любимое занятие — прятаться в тенях у горной тропы. Идущих по тропе путников они намеренно сбивают с дороги, нагромождая перед ними каменные завалы. В дождливую погоду гвиллионы нередко заглядывают в гости к людям, и хозяева из страха перед ними стараются в таких случаях проявить все свое радушие. Чтобы отогнать гвиллионов, следует показать им раскрытую Библию или нож либо другой режущий инструмент.

Есть история о том, что один человек возвращался поздно вечером домой по горному проходу и вдруг увидел впереди гвиллионов. До него донесся звук охотничьего рога, по небу словно промчались невидимые всадники. Он испугался, но, по счастью, вспомнил, что гвиллионов можно отогнать с помощью ножа. Человек обнажил свой кинжал, и фейри мгновенно исчезли.

Также существует предание о некоем фермере, который ночью вышел в дорогу, чтобы к утру добраться до цели. Вскоре он услышал позади себя чей-то крик. Потом крик повторился, но уже ближе. Фермера охватил страх, ибо он заподозрил, что кричит вовсе не человек. Затем крик раздался впереди, и тут фермер понял, что его сбивает с пути самая вредная из гвиллионов — Горная Старуха: у нее диковинная четырехугольная шляпа, одежда пепельных тонов, фартук переброшен через плечо, а в руках то ли горшок, то ли деревянный чан. Не помня себя от страха, фермер бросился бежать, свернул с тропы и спрятался в зарослях вереска. К его великому облегчению, до рассвета оставалось всего ничего; с первыми лучами солнца Горная Старуха исчезла.

ГИЛЛИ ДУ (GHILLIE DHU)

В шотландском фольклоре добродушные и робкие лесные фейри. У них черные волосы, одежда скроена изо мха и палой листвы. Они заботятся о детях и помогают заплутавшим вернуться домой, а голодным показывают съедобные ягоды и орехи.

Рассказывают, что маленькая девочка как-то поздно вечером заблудилась в лесу. Гилли ду всю ночь не давал ей испугаться, а утром вывел к дому. Несколько лет спустя, когда девочка выросла, она вышла замуж за одного из местных лордов. И однажды лорду в компании с приятелями вздумалось поохотиться на гилли ду. Девушка не сумела отговорить его от этой затеи, но как же она обрадовалась, когда вернувшийся с охоты муж признался, что гилли ду они так и не нашли.

ГЛАШАНЫ (GLASHANS)

В фольклоре жителей острова Мэн фейри, дальние родственники гремлинов. Их любимое занятие намагничивать камни на обочинах дорог. Машины, которые проезжают мимо таких камней, съезжают на обочины, несмотря на все усилия водителей. Довольные глашаны разражаются смехом и убегают.

ГЛЕЙСТИГ (GLAISTIG)

В шотландском фольклоре фейри, наполовину женщины, наполовину козы. Глейстиги бывают как добрыми, так и злыми. Добрые глейстиги заботятся о детях и стариках, присматривают за домашними животными; чтобы отблагодарить глейстига, достаточно вечером выставить на порог блюдце с молоком. Злые глейстиги кровожадны и смертельно опасны для людей. У них женские головы и туловища, а вместо ног — козлиные копыта, скрытые длинными зелеными платьями. Эти платья расшиты золотыми нитями, а сами женщины настолько красивы, что редкий смертный сумеет устоять и не поддаться, когда его пригласят потанцевать. Тот, кто принимает приглашение от глейстига, уже не жилец на этом свете: из него выпьют всю кровь.

Все глейстиги, и добрые, и злые, умеют летать и способны передвигаться по воде как по суше.

ГЛЭСТИН (GLASTYN)

В фольклоре жителей острова Мэн фейри. Чаще всего глэстин является в обличье привлекательного, хорошо одетого молодого человека с пышными кудрями; его нетрудно узнать по остроконечным, как у лошади, ушам. В любой момент он способен превратиться в коня и утащить свою ничего не подозревающую жертву в море. Добрые глэстины, подобно брауни, помогают людям в домашней работе. Но если глэстина обидеть, он становится невыносим — бьет и крушит все подряд, вытаптывает поля, может даже насиловать женщин. Поэтому перед тем как затевать какое-либо дело, следует попросить у глэстина разрешения.

Существует предание о том, как некая девушка осталась дома одна: ее отец-рыбак отправился на рынок продавать улов. Дочери он велел запереться и не открывать, пока в дверь не постучат три раза. Вечером разразился шторм, а отец все не возвращался, и девушка забеспокоилась. Наконец в дверь трижды постучали. Она открыла, и в дом вошел насквозь промокший незнакомец. Он говорил на диковинном языке, но девушка поняла, что он просит позволения обогреться у огня. Когда незнакомец заснул, девушка пригляделась к нему повнимательнее и заметила заостренные кверху уши. То был злобный глэстин, в любое мгновение способный обернуться лошадью, утащить ее на дно моря и там разорвать на куски. Оставалось лишь надеяться, что он не проснется до рассвета. Девушка сидела неподвижно. Вдруг в очаге стрельнул уголек, и незнакомец проснулся. Он вытащил жемчужное ожерелье и помахал им перед девушкой. Та оттолкнула глэстина, но он схватил ее за рукав. Девушка закричала, ее крик разбудил петуха, который закукарекал. Незнакомец мгновенно исчез — только простучали по двору копыта, а с первыми лучами солнца вернулся домой и отец девушки.

ГОБЛИНЫ (GOBLINS)

В фольклоре жителей Британских островов злокозненные существа крохотного роста, темнокожие, сгорбленные, с громадными ручищами. Они селятся в людских домах или в дуплах деревьев. Ходят гоблины в надвинутых на глаза колпаках. На Хэллоуин они, как правило, принимают обличье уродливых животных и пугают людей.

Хэллоуин — древний языческий праздник у кельтов, отмечаемый 31 октября. В этот день, по народным поверьям, фейри устраивают грандиозное переселение, переезжают из одних холмов в другие под звон бубенцов и охотничьих рогов. По некоторым источникам, смертных, похищенных фейри, можно освободить ровно через год и один день после похищения, но заклинание подействует лишь в том случае, если этот срок придется на Хэллоуин. В этот день все обитатели Волшебной Страны, даже самые добродушные, становятся жестокими и кровожадными, и горе тому человеку, который с ними столкнется! Вальтер Скотт советовал в ночь на Хэллоуин перекрестить постель, прежде чем ложиться, и произнести молитву, ибо в эту ночь нет иного способа спастись от Дикой Охоты.

ГРАМП (GRAMPUS)

В английском фольклоре чудовище. Оно обитает в озерах и время от времени, плескаясь в теплой воде, выбрасывает из себя целые фонтаны. Голова у грампа как у дельфина, а рыло тупое, как у свиньи.

ГРАНТ (GRANT)

В английском фольклоре оборотень, который чаще всего является смертным под видом лошади. При этом ходит он на задних ногах, а его глаза пышут пламенем. Грант — городской фейри, его часто можно увидеть на улице, в полдень или ближе к закату. Встреча с грантом предвещает несчастье — пожар или что-нибудь еще в том же роде.

ГРЕМЛИНЫ (GREMLINS)

В современном европейском фольклоре (впрочем, по некоторым источникам, сведения о гремлинах можно найти еще в средневековых хрониках) зловредные существа, ненавистники техники. С Первой мировой войны все неполадки в технике, начиная от велосипедов и кончая космическими кораблями, приписывают гремлинам. Гремлины ненавидят технику и всячески вредят людям, которые ею пользуются.

Внешне они сильнее всего напоминают помесь кролика с бультерьером; ростом около 20 дюймов, одеты обычно в зеленые брюки и красные куртки. У них перепончатые лапы, которыми они ступают очень тихо, почти неслышно. К людям гремлины относятся достаточно дружелюбно, устраивают пакости скорее из озорства, чем из желания досадить.

ГРЕНДЕЛЬ (GRENDEL)

В англосаксонском героическом эпосе «Беовульф» чудовище. Грендель повадился ночами проникать в княжеский дворец Хеорот и похищать дружинников. С ним никак не могли справиться, потому что он был заговорен от железных мечей и копий. Это продолжалось несколько лет, пока витязь Беовульф не заманил Гренделя в ловушку и не оторвал ему руку:

Враг нечестивый, противный Богу, предавший смерти несметное множество землерожденных, теперь и сам он изведал смертную немощь плоти, изнемогавший в руках благостойкого дружинника Хигелакова; непримиримы они под небом.

Неисцелимая в плече нечистого кровоточащая зияла язва — сустав разъялся, лопнули жилы; стяжал в сражении победу Беовульф, а Грендель бегством в нору болотную упасся, гибнущий, в берлогу смрадную бежал, предчуя смерть близкую; земная жизнь его уже закончилась.[71]

Мать Гренделя, которую эпос называет «женочудищем», вознамерилась отомстить за гибель сына, но Беовульф спустился в ее логово на морском дне и ударом меча отсек ей голову.

ГРИМ (GRIM)

В фольклоре народов Западной Европы существа, которые чаще всего селятся на церковных кладбищах, поэтому их еще называют церковными гримами. Обычно грим принимает обличье черного пса (а в Швеции рассказывают, что он предпочитает перекидываться в теленка), пугает людей, воет под окнами больных, предвещая тем скорый конец. Грима можно увидеть в дождливую погоду. Иногда он звонит среди ночи в колокола, а во время похорон смотрит с колокольни, и по его виду можно узнать, куда отправится душа умершего — в ад или в рай. Как сказано в средневековом трактате «Жизнь Робина Доброго Малого», грим «пугает молодежь, которая собирается вместе, чтобы повеселиться, а когда юноши и девушки разбегаются, доедает то, что они бросили. Но мудрый грима не испугается, потому что знает — причинить человеку вред грим не способен».

ГРОГАН (GROGAN)

В фольклоре жителей Ирландии и горной Шотландии широкоплечий и косматый фейри. Говорят, что в теле грогана нет костей, однако он наделен огромной силой. Он присматривает за скотом, ходит обычно голышом, а если ему дарят одежду, тут же с плачем покидает дома, в которых жил.

Существует предание о том, что у некоего фермера было в обычае оставлять в амбаре несколько снопов — для грогана, чтобы тот за ночь обмолотил зерно. Как-то раз фермер забыл отложить снопы, и гроган решил, что ему нужно обмолотить все, что есть в амбаре. Бедняга так старался, что к утру умер от изнеможения. Фермер устроил грогану пышные похороны, и о нем на этой ферме помнили долгие годы.

ГРУАГАХ (GRUAGACH)

В фольклоре жителей горной Шотландии и Ирландии фейри, которых условно можно разделить на три рода. Первый — женщины с длинными золотистыми волосами, порой красивые, а порой уродливые, облаченные в зеленые платья, которые расшиты золотом и серебром. Эти груагахи бродят от деревни к деревне, стерегут домашний скот и следят за порядком в людских домах. Нередко они заходят в дома к людям и просят разрешения погреться у огня.

Второй род — мужчины, молодые и красивые; они иногда носят зеленые с красным наряды, но чаще ходят нагишом. Эти груагахи тоже помогают людям по хозяйству. К третьему роду относятся ирландские груагахи — злобные великаны.

ГУАРАГГЕД АННОН (GWRAGGED ANNWN)

В валлийском фольклоре озерные девы, обитающие в роскошных дворцах на дне горных озер. Это писаные красавицы: высокие, стройные, с роскошными золотистыми волосами до талии и чудесной молочно-белой кожей. Вместе с ними живут их родственники по мужской линии — седовласые, с длинными бородами, крепкие и сильные, несмотря на возраст. Дворцы озерных дев окружены волшебными садами; гостя там накормят изысканнейшими яствами под аккомпанемент непередаваемо прекрасной музыки. Но если сорвать в таком саду одну-единственную былинку, все исчезнет, гость окажется на берегу и больше в подводный дворец не попадет.

На сушу озерные девы выходят, чтобы порезвиться, потанцевать или поохотиться. В полнолуние они появляются из воды за минуту до полуночи и танцуют на лугах до первого крика петуха. Как правило, озерные девы расположены к людям и часто выходят замуж за смертных, приводя с собой в дом мужа волшебных животных. Обычно озерная дева ставит мужу условие — не нарушать того или иного запрета, а когда муж трижды нарушает это условие, возвращается к себе в озеро и уводит за собой волшебный скот.

Отличить гуараггед аннон от обыкновенных женщин очень просто: ни одна женщина не сравнится с ними красотой; вдобавок считать они умеют лишь до пяти.

Валлийская сказка гласит, что простой смертный, молодой парень, полюбил озерную деву. Она ответила ему взаимностью. Сыграли свадьбу. В приданое за озерной девой ее отец дал стадо гуартегиллин — коров и быков, овец, лошадей и свиней. Девушка поставила одно условие: если муж трижды поднимет на нее руку, она вернется к отцу. Парень поклялся, что никогда не тронет ее даже пальцем. Все шло хорошо, у них родились дети. Но однажды муж, забывшись, ударил жену — за то, что она посмела закапризничать. Во второй раз озерная дева заплакала на чьей-то свадьбе («Я плачу, ибо этим двоим суждены сплошные мучения — они не подходят друг другу», — так она объяснила), и мужу это не понравилось, а в третий — засмеялась на похоронах («мертвые счастливее живых — им не о чем беспокоиться»). Муж ее просто толкнул, но этого было достаточно. Женщина вернулась в озеро вместе со скотом, оставив мужу троих сыновей. Сыновьям она помогла стать знаменитыми целителями, а с мужем больше не встречалась.

ГУАРТЕГИ-ЛЛИН (GWARTHEG Y LLYN)

В валлийском фольклоре волшебные домашние животные. Обычно все они молочно-белые, хотя иногда среди них встречаются пестрые и черные. Как правило, часть стада гуартегиллин отходит в качестве приданого озерным девам — гуараггед аннон, — когда те выходят замуж. Волшебные быки нередко покрывают обычных коров, после чего фермеры не могут нарадоваться на своих животных, — порода улучшается буквально на глазах.

Сказка гласит, что к стаду одного фермера прибилась бродячая корова. Родившиеся от нее телята были на загляденье крепкими, а с молоком, которое она давала, не шло в сравнение никакое другое. Фермер быстро разбогател. Но с годами он стал забывать, кому обязан своим достатком. Однажды ему показалось, что корова уже не та и пора ее откормить на мясо. Он так и сделал, а осенью отвел на бойню, что стояла на берегу озера. Но едва мясник занес над коровой нож, как у него отнялась рука. Нож выпал, раздался душераздирающий крик, и из озера вдруг возникла женщина, которая позвала корову к себе. Животное устремилось к озеру, следом помчалось все потомство коровы. Остановить их фермеру не удалось, и вскоре от его богатства не осталось и следа.

ГУННА (GUNNA)

В шотландском фольклоре фейри, главное занятие которых — не давать домашнему скоту поедать всходы на полях. Гунна обычно кутаются в лисьи шкуры, другой одежды у них нет, но если им подарить новые наряды, они, как и брауни, которым приходятся родственниками, обижаются и тут уже исчезают в неизвестном направлении. Как сказано в балладе:

Смотри, смотри, он весь продрог!

Впусти его скорей,

Не то бедняга дуба даст

У самых у дверей.

Лишь шкурка — весь его наряд.

Он ходит так всегда.

Еще бы не заледенеть

В такие холода!

ГУРАХИ-РИБИН (GWRACH Y RHIBYN)

В валлийском фольклоре дальняя родственница бэнши. Она незримо сопровождает того человека, которого хочет предостеречь, до перекрестка дорог или до реки, а затем кричит: «Муж мой! Муж мой» — если это мужчина — и «Жена моя! Жена моя!» — если это женщина. Или «Дитя мое!» — если хочет предупредить о близкой смерти ребенка. Если же крика гурахи-рибин не разобрать, значит, умрет не тот, кого она сопровождает, а тот, кому довелось оказаться поблизости. Выглядит она ужасно: у нее спутанные волосы и костлявые руки до колен, а изо рта торчат длинные черные клыки.

Д

ДАНДО И ЕГО ПСЫ (DANDO & HIS DOGS)

В корнуоллском фольклоре Дикая Охота, о которой рассказывают такое предание.

Жил когда-то в Корнуолле священник по имени Дандо, который, несмотря на сан, посвятил жизнь погоне за мирскими удовольствиями. Однажды он со своими собаками, громадными черными мастифами, отправился на охоту. Забава растянулась до вечера; Дандо захотелось пить, и тут он обнаружил, что его фляжка пуста. У спутников воды тоже не оказалось. Тогда священник воскликнул: «Что же мне теперь, в преисподнюю бежать за водой?» Откуда ни возьмись появился незнакомец, протянувший Дандо полную фляжку. Пока священник пил, незнакомец собирал подстреленную дичь. Дандо потребовал, чтобы тот не зарился на чужое; незнакомец ответил: «Я беру то, что принадлежит мне». Священник бросился на него с кулаками. Тогда незнакомец схватил Дандо за шкирку, усадил перед собой на своего коня и вонзил животному шпоры в бока. Конь прыгнул в реку, спутников Дандо ослепила вспышка пламени. Когда к ним вернулась способность видеть, они обнаружили, что незнакомец и Дандо исчезли, а вместе с ними пропали и собаки священника.

С тех пор время от времени над лесами и лугами разносится лай собак: это Дандо, отпущенный на короткий срок из преисподней, продолжает свою охоту. Иногда его псов путают со сворой Дикого Охотника.

ДАННИ (DUNNIE)

В английском фольклоре проказливый оборотень. Чаще всего он принимает обличье лошади, но порой перекидывается и в осла. Еще данни может притвориться человеком. Ему доставляет громадное удовольствие подшучивать над путниками, которые принимают его за обыкновенную лошадь: тот, кто сел на данни, рискует оказаться в луже или в навозной куче. Впрочем, данни довольно добродушен и может помочь — он отводит домой заблудившихся малышей и заботится о больных или попавших в капканы животных.

По некоторым источникам, данни — дух деревенского воришки, застигнутого и убитого на месте преступления. До того воришка изрядно поживился в других местах и припрятал награбленное, но поведать о том, где схоронил свое богатство, не успел, поэтому и не может никак обрести покой.

Есть история о фермере, который запряг лошадь в плуг, не подозревая о том, что это — данни. Едва он провел первую борозду, как лошадь выскользнула из упряжи и с хохотом помчалась прочь, а потом с разбега нырнула в реку.

Сказка гласит, что у жены одного фермера начались схватки. Надо было ехать за повитухой, а лошадь, как назло, захромала. Тут со двора донеслось ржание. Выбежав из дома, фермер увидел крепкую лошадку, которая призывно била копытом. Он вскочил на нее и поскакал за повитухой. Все обошлось: фермер привез повитуху, его жена благополучно разрешилась от бремени. Но когда повитуха поехала на той самой крепкой лошадке к себе домой, животное с громким ржанием выскользнуло из-под женщины, и та плюхнулась в лужу. А данни — это, естественно, был он — расхохотался и скрылся в ночной темноте.

ДАНТЕРЫ (DUNTERS)

В английском фольклоре фейри, обитающие в древних развалинах. Они производят такой шум, словно отбивают лен. Если шум становится громче, следует ждать беды. Считается, что дантеры — духи тех людей, которых предки нынешних людей приносили в жертву, когда строили свои сооружения, а также духи животных, чьей кровью окроплен фундамент.

ДЕРРИКИ (DERRICKS)

В английском фольклоре крохотные фейри, облаченные в зеленые наряды. Встречаются деррики добрые и злые — одни выводят к дому сбившихся с дороги путников, другие, наоборот, заставляют людей плутать до изнеможения.

ДЕТСКИЕ БОУГИ (NURSERY BOGIES)

В английском фольклоре фейри, которых смело можно назвать лучшими друзьями родителей, ибо они отваживают непослушных детей от запретных мест, да и вообще не позволяют слишком сильно баловаться. Самые известные из детских боуги — баги.

ДЖЕННИ ЗЕЛЕНЫЕ ЗУБЫ (JENNY GREENTEETH)

В английском фольклоре зловредные водяные фейри. Ими пугают непослушных детей. У них распущенные волосы, длинные зеленые клыки и острые когти, которыми они хватают детей, стоящих у самой воды. О том, что Дженни близко, можно догадаться по зеленой пене на поверхности реки или пруда. Особенно часто они утаскивают тех, кто ходит босиком.

Самая знаменитая из Дженни — Пег Паулер, обитающая в реке Тиз. Она ворует детей, играющих на берегу, несмотря на запреты родителей, и особенно опасна по воскресеньям.

ДИКАЯ ОХОТА (WILD HUNT)

В фольклоре народов Западной Европы процессия мертвецов, которая мчится по небу. Когда с неба доносится чудовищный рев, в лесу начинают гнуться и падать наземь деревья, с домов срывает крыши — значит, началась Дикая Охота. По небу мчится кавалькада призрачных существ со сворой собак; возглавляет кавалькаду Дикий Охотник — его нередко отождествляют со скандинавским богом Одином. Дикий Охотник известен также под именем Черного Всадника и под многими другими именами. А.Н. Афанасьев говорит: «Часто бывает… что в светлую, тихую ночь внезапно раздается страшный гул, свет месяца померкает, вихри подымают свист, деревья ломаются и падают с треском, и в разрушительной буре несется по воздуху Дикий Охотник — один или в сопровождении большого поезда духов… На статном, белом как молоко коне, извергающем из ноздрей и рта пламя, скачет древний бог во главе огромной свиты; голова его покрыта шляпою с широкими полями; плащ, накинутый на плечи, далеко развевается по ветру… Иногда дикий охотник выезжает не верхом, а в огненной колеснице на выдыхающих пламя лошадях; колесницей управляет возничий, он громко хлопает бичом и после каждого удара сыплются молниеносные искры». Встреча с Дикой Охотой предвещает несчастье и даже смерть.

Рассказывают, что многие жители английского городка Питерборо видели, как по небу пронеслась толпа охотников на черных лошадях; следом мчались черные псы с горящими глазами. Всю ночь с неба доносилось конское ржание, лай собак, крики и звуки рога. Охотников было не меньше двадцати. Лишь к утру они покинули небеса над охваченным ужасом городком.

ДИНИ ШИ (DAOINE SIDHE)

В ирландском фольклоре существа, которые, по преданиям, когда-то были богами, потом стали витязями, которые ни в одной битве не потерпели поражения, а под конец превратились в фейри. Дини ши — типичные героические фейри: они ведут образ жизни средневековых рыцарей, проводят время в пирах и сражениях. Эти фейри могут по желанию менять облик — порой становятся ростом с взрослого человека и даже выше, а порой словно превращаются в детей. Обитают они под землей или под водой. Между прочим, по свидетельству К. Бриггс, подводные дини ши считаются падшими ангелами, которые слишком хороши для ада: «Некоторые пали на сушу и остались на ней, задолго до появления человека, как первые земные боги, а другие рухнули в море».

Сказка гласит, что один юноша вышел как-то в море на лодке и тут увидел дини ши, летевших над водой так низко, что вода под ними расступалась, обнажая дно. Они подлетели к лодке и принялись кружить над ней, явно получая удовольствие от происходящего. Юноша слышал их серебристый смех. Между тем лодка опасно раскачивалась, кренилась все сильнее. Наконец фейри надоело мучить рыбака: огромным облаком они взмыли в небеса. Юноша лишь успел заметить, что облако состоит из громадного количества ухмыляющихся, ежесекундно меняющих свой цвет лиц.

ДОБИ (DOBIE)

В английском и шотландском фольклоре глуповатые фейри, состоящие в родстве с брауни. Их тупость вошла в поговорки и присловья. По преданиям, в старину существовал обычай зарывать сокровища в землю и доверять их охрану брауни. Если брауни поблизости не оказывалось, приходилось полагаться на доби: те никогда не отказывались, но им ничего не стоило зазеваться и упустить воришек. А то, по доброте душевной, они могли отдать сокровища первому встречному.

Еще доби берутся за любую домашнюю работу, но портят все, что только можно: бьют яйца, проливают молоко и так далее. По некоторым источникам, доби — не столько фейри, сколько духи отвергнутых женщин, которые бродят по людским домам, стараясь доказать, что еще на что-то годятся.

ДОБРЯЧКИ (HYTER SPRITES)

В английском фольклоре болотные фейри. Они невысокого роста, у них светло-коричневая кожа и зеленые глаза. Чаще всего добрячки являются людям под видом песчаных ласточек. На добро отвечают добром, но терпеть не могут невеж и грубиянов. Подобно гилли ду, добрячки приводят домой заблудившихся детей.

Сказка гласит, что бродячий торговец по имени Добрый Джон подобрал как-то выпавшего из норы птенца песчаной ласточки и посадил обратно. Тем он завоевал расположение добрячков. А когда его сосед, Хитрюга Борли, бросил другого птенца в реку, Добрый Джон, проходивший мимо, спас малыша, и за это добрячки его сполна вознаградили.

Случилось так, что Джона по дороге ограбили — украли бочонки с ромом и кошель с деньгами, которые он вез местному лорду. Джон честно признался во всем лорду и пообещал, что отработает потерянные деньги. Он сдержал свое слово, а на следующую ночь после того, как была выплачена последняя монетка из долга, Джон услышал птичий щебет, который вдруг сложился в слова:

Добрый Джон,

Добрый Джон,

Загляни в нору.

Будешь, как король,

богат Поутру.

Джон послушался и обнаружил в птичьей норе свои пропавшие бочонки. И тут появился Хитрюга Борли, который пришел перепрятывать краденое — это он, оказывается, стащил кошелек и бочонки. «Деньги все равно мои!» — закричал он, размахивая кошельком. Неожиданно на него налетела стая ласточек; он не устоял на ногах и плюхнулся в лужу. Стоило ему выбраться, как Джон снова окунул его в воду и забрал свои деньги. А Хитрюгу Борли, который, весь в грязи, поковылял домой, провожали насмешками крохотные человечки с зелеными глазами.

ДРАКИ (DRACAE)

В английском фольклоре водяные фейри, которые завлекают смертных женщин, представляясь им в образе плывущих по воде деревянных блюд. Стоит какой-либо женщине ухватиться за такое блюдо, как драк немедленно обретает свое истинное, безобразное обличье и утаскивает несчастную на дно, чтобы она там ухаживала за его детьми.

То же прозвание носят и славянские домашние духи — еще их называют кратами, — которые передвигаются по воздуху в виде огненных лент, доставляя своим хозяевам молоко, зерно и яйца. Чаще всего драк становится другом хозяина дома, иногда их союз скрепляется кровью. Драку вменяется в обязанность заботиться о домашнем скоте и следить за тем, чтобы в доме было всего вдоволь. А человек должен кормить драка и относиться к нему с уважением. Всякий, кто обидит драка, подвергает опасности дом, в котором тот обитает.

Если по небу летят огненные ленты с огромными головами или громадные огненные шары — это драки. В долю секунды они способны покрывать немыслимые расстояния. Сказки советуют тем, кто и впрямь увидел драка, бежать во все лопатки. Дело в том, что за ним тянется запах серы, настолько сильный, что буквально валит человека с ног. Тот, кто вовремя спохватится, может разжиться у драка товаром: нужно лишь крикнуть: «Пополам!» — или кинуть в драка нож. А если его заметят двое, да еще с повозки, им следует молча снять с повозки четвертое колесо, сесть на землю и скрестить ноги. Если все будет проделано правильно, драк поделится с людьми своей добычей.

ДРАКОН (DRAGON)

В мифах и фольклоре различных народов гигантский крылатый змей. Обычно у дракона голова (или несколько голов) и туловище пресмыкающегося и крылья птицы или летучей мыши. Изрядное количество драконов, особенно кельтской мифологии, относится к разряду ползучих — они без крыльев, тело у них по-змеиному длинное (недаром таких драконов нередко именуют змеями):

Клад незарытый стал достоянием старого змея, гада голого, гладкочешуйного…[72], дыхание же не огненное, а ядовитое. Впрочем, у крылатых и ползучих драконов много общего: те и другие покрыты чешуей, живут в пещерах или водоемах, похищают девушек, в особенности принцесс, и стерегут несметные сокровища. Как правило, убить дракона чрезвычайно сложно: необходимо отыскать на его теле — обыкновенно на брюхе — одно-един-ственное уязвимое местечко и попасть точно в цель. Считается, что первые драконы появились на востоке, в Китае и в Японии, а уже потом переселились в Европу.

В китайской мифологии дракон — символ величия и власти, тогда как в европейской традиции (а впоследствии в геральдике) он считался порождением зла. По замечанию В.В. Похлебкина, «в русской эмблематике дракон полностью отождествлялся со змеем как эмблемой сил, противостоящих Руси… Такая теологическая трактовка оказала глубокое влияние на применение эмблемы дракона как в средневековом, так и в современном европейском искусстве… и даже в современных представлениях людей».

Европейских драконов принято разделять на огнедышащих (англ. firedrake), вивернов (змееподобных и крылатых, с колючкой на хвосте) и линдвурмов (это бескрылые виверны). Следует также отметить, что вивернами называют и геральдических драконов, то есть тех, которых изображали на щитах и гербах. Виверны символизируют зависть, злобу и воинственность, а линдвурмы — войну и разрушение.

Рассказывают, что жил-был дракон по прозвищу Хватала. Он воровал у смертных лошадей и коров, которыми кормился, не брезговал и людьми — сядет у берега и слизывает прохожих, как лягушка комаров. Один паренек решил победить дракона. Он попросил кузнеца выковать громадный котел, дровосекам велел развести на площади большой костер, потом взял у мельника муки и испек громадный пудинг — сверху румяный, а внутри сырой. Потом он сел в лодку и поплыл к дракону, который разлегся посреди реки. Хватала учуял пудинг и спросил, чем это пахнет. Паренек предложил ему попробовать. Дракон не заставил себя упрашивать — проглотил пудинг вместе с лодкой. А парнишка тем временем убежал домой. Ночью у дракона начались колики. Он так мучился, что решил для облегчения страданий проглотить и паренька, но тот не растерялся — когда дракон сунул голову в его окно, он выхватил топор и одним ударом перерубил ему шею..

ДУБОВИКИ (OAKMEN)

В английском фольклоре фейри, живущие в дубах. Они маленькие, коренастые, носят красные шапки из поганок; узнать дубовиков можно по этим шапкам и по лиловым носам. Всем проходящим мимо они предлагают отведать яства из грибов. Тот, кто поддастся на уговоры, заболеет и может умереть.

ДУНИ (DOONIE)

В шотландском фольклоре оборотень, который чаще всего принимает обличье пони, но не прочь перекинуться и в человека. Он гораздо более добродушен, нежели его родич данни.

Сказка гласит, что один мальчик, забравшись на скалу за птичьими яйцами, не удержался и сорвался вниз. По счастью, ему удалось уцепиться за росший над обрывом куст, но под тяжестью тела корни стали выдираться из земли. У подножия скалы текла река — мальчику предстояло либо утонуть, либо разбиться о камни. Вдруг он увидел под собой старуху; та растянула свой фартук и махнула рукой: дескать, прыгай. Он прыгнул; фартук порвался, и мальчик полетел в воду. Когда он вынырнул, старуха схватила его за шкирку и вытащила на берег. Потом велела отправляться домой и больше не лазить за яйцами. «А то дуни рассердится», — прибавила она и исчезла.

ДУЭРГАР (DUERGAR)

В английском фольклоре наиболее злобные и жестокие изо всех одиноких фейри. Они живут в холмах, славятся своей силой, познаниями в магии и искусством обращения с металлами. Подобно цвергам, которым они приходятся родичами, дуэргары возникли из личинок, пожиравших плоть великана Имира; когда появился дневной свет, они спрятались под землю.

Есть история о том, что одного заплутавшего путника дуэргар пригласил к себе — отдохнуть и обогреться у огня. Когда огонь догорел, дуэргар сунул в очаг новое поленце, лежавшее справа, а когда и то сгорело, попросил гостя принести следующее, лежавшее слева. Почуяв неладное, путник отказался, в ту же секунду дуэргар исчез вместе с очагом. Путник увидел, что сидит на краю обрыва; если бы он послушался дуэргара, то сорвался бы вниз и разбился насмерть.

ДЬЯВОЛЬСКИЕ ПСЫ (DEVIL’S DANDY DOGS)

В фольклоре жителей полуострова Корнуолл самые грозные среди всех волшебных свор, будь то Дикая Охота, Дан-до и его псы или кон аннон. Дьявольских псов обычно двое, из пастей у них вырывается пламя, они готовы разорвать в клочья любого человека, который им встретится. Впрочем, если успеть помолиться, псы не тронут. Как правило, охотятся они в основном за ведьмами.

Сказка гласит, что некий фермер поздно ночью возвращался домой по болотам и вдруг услышал вдалеке собачий лай и трубные звуки рога. До дома оставалось мили три-че-тыре, он заторопился, насколько позволяла зыбкая почва под ногами. Однако лай собак и звуки рога неумолимо приближались. Оглянувшись, фермер увидел охотника и псов. Охотник выглядел просто ужасно: черный, с рогами и хвостом и с длинным копьем в руке. Собак было несколько — все черные как сама ночь, с глазами-плошками, из пастей у них вырывалось пламя. Укрыться было негде, оставалось лишь отдаться на милость своры. Внезапно фермера как осенило: он упал на колени и принялся молиться. Собаки мгновенно попятились и тоскливо завыли, а охотник крикнул: «Проклятие! «В следующий миг все исчезло, и фермер без помех добрался до дома.

ДЭНХЕМСКИЕ СПИСКИ (DENHAM TRACTS)

Средневековый манускрипт за авторством некоего Майкла Дэнхема. В рукописи перечисляется множество фейри. «На Рождество… избранные могут увидеть духов, которыми кишит земля! Они узрят призраков, боглов, демонов, бродячих огоньков, брауни, багберов, черных псов, ведьм и колдунов, баргестов, паков, хобгоблинов, боуги, доби, фетчей, келпи, урчинов, сатиров, панов, фавнов, сирен, тритонов, кентавров, нимф, бесов, инкубов, дубовиков, драков, ларов, стуканцов, эльфов, пикси, великанов, карликов, спанки, турсов, подменышей, красных шапок, боггартов, космачей, багов, брэгов, фей, троллей, шелковинок, гоблинов, никси, сильфов, двойников, портунов, данни, манникинов, фоллети, корред, клураканов, кобольдов, лепрехунов, мар, корриган, сильванов, суккубов, бэнши, ланнан ши, трау, гномов и прочих… В каждом доме, замке или поместье есть свой богл, призрак или стуканец. Фейри обитают в церквях, на кладбищах и на перекрестках дорог. Они бдят ночью на придорожных камнях, водят хороводы на полях и по-всякому пугают смертных».

Ж

ЖИРНИ (BUTTERY SPIRITS)

В английском фольклоре фейри, падкие до человеческой пищи. Считается, что фейри могут употреблять в пищу любую человеческую еду, если она не помечена крестом. Но есть и такие фейри, которые поедают то, что люди получили неправедным путем — воровством, вымогательством и тому подобным. Такие фейри зовутся жирнями. В близком родстве с ними состоят церковные шмыгуны, которые обитают в тех монастырях, где монахи забыли о своих обязанностях и предались чревоугодию.

Предание гласит, что некий священник решил как-то навестить своего племянника, который владел таверной. За столом священник спросил у племянника, как обстоят дела. Тот принялся жаловаться: мол, у него все идет шиворот-навыворот, прибыли никакой, хотя он старается изо всех сил — в пирожки запекает собачье мясо, а эль разбавляет водой. Священник укорил его и попросил разрешения заглянуть в погреб. На дне погреба лежал толстый парень, пожиравший все подряд. Хозяин таверны возмутился и стал требовать у парня ответа, как он забрался в погреб. Священник объяснил, что это жирень и что если племянник хочет от него избавиться, ему следует забыть о вредных привычках. С этими словами он ушел.

Несколько лет спустя священник вновь навестил племянника. Тот разбогател и пользовался таким уважением в городе, что его вот-вот должны были избрать бургомистром. В погребе таверны по-прежнему сидел жирень — тощий, кожа да кости. Он с тоской поглядывал на съестные припасы вокруг, но прикоснуться к ним не мог, потому что хозяин таверны больше никого не обманывал.

Что любопытно, в славянском фольклоре имеются схожие персонажи — а именно жировики, или лизуны. Они обычно живут за печкой и воруют только что приготовленные блины, а также вылизывают по ночам посуду.

ЖИТЕЛИ ХОЛМОВ (HILLMEN)

В фольклоре обитателей острова Мэн злобные фейри, едва ли не самые зловещие изо всех. Жители холмов — иначе их называют холмовиками или хогменами — живут в пещерах или внутри холмов; основное занятие холмовиков — пасти домашних животных, которые у них все голубого цвета. Хогмены — великолепные кузнецы и непревзойденные толкователи рунических письмен. Они не выносят солнечного света и показываются лишь с наступлением ночи. Холмо-вики похищают женщин и детей, поджигают амбары и выкидывают прочие пакости. Правда, если относиться к ним уважительно, они станут вести себя прилично: если у соседа-смертного родился ребенок, хогмен обязательно подарит малышу кошель с золотыми монетами. Впрочем, считается, что в ночь на Холлан-тайд (11 ноября) из дома лучше не выходить, какими бы ни были отношения с хогменами. В эту ночь хогмены переселяются из одной пещеры в другую, из холма в холм, и любого, кого они заметят, ожидают серьезные неприятности.

З

ЗВЕРЬ РЫКАЮЩИЙ (QUESTING BEAST)

В легендах артуровского цикла чудесный зверь, облик которого у Т. Мэлори описан так: «… с виду был головой — как змея, телом — как леопард, лядвеями — как лев и голенями — как олень. А из чрева у него исходил рев, точно сорок псов гончих заключены были в нем, и этот рев исходил от него, где бы зверь ни очутился».

ЗЕЛЕНУШКИ (GREENIES)

В английском фольклоре фейри, которые получили свое прозвище оттого, что носят зеленые наряды, красные у них только шапки. Эти крохотные фейри живут в лесу и на полях, а время проводят в пирушках за столами из грибных шляпок.

ЗЕЛЕНЫЕ ДАМЫ (GREEN LADIES)

В английском фольклоре древесные фейри; чаще всего они селятся в дубах, вязах, ивах и тисе, иногда также выбирают сосны, ясени, остролист и яблоню. Нрав у зеленых дам довольно суровый, они ни за что не упустят возможности напугать припозднившихся путников. Обижать зеленых дам ни в коем случае не следует. Считается, что, прежде чем отломить ветку с дерева, в котором обитает зеленая дама (а что она там живет, обязательно скажут, если вы этого сами не знаете), нужно попросить у нее разрешения. Некоторые даже сажают у подножия таких деревьев примулы, чтобы заручиться благоволением зеленых дам.

Сказка гласит, что на одном холме росли три дерева, и в этих деревьях обитали зеленые дамы, танцевавшие в ночи полной луны. Недалеко от холма стоял дом, в котором жил старик с тремя сыновьями. Когда старик умер, хозяйство поделили на три части: старший сын взял самый большой кусок земли, средний — надел поменьше, а младшему досталась узкая полоска у подножия холма. Он выполнял наказ отца: каждую весну клал к подножию деревьев на холме венки из жимолости, поэтому у него всего было в достатке. Братья отчаянно завидовали младшему. Наконец старший решил срубить деревья на холме и тем самым отобрать у меньшого удачу. Для своего черного дела он выбрал день летнего солнцеворота. Едва он занес топор, дерево вскрикнуло. Но старший брат не отступался и продолжал рубить. И вдруг дерево упало ему прямо на голову. Средний брат прибрал к рукам земли старшего и тоже вознамерился срубить деревья. От первого оставался только пенек; второе он срубил без помех, но последнее из деревьев ударило его по голове своей веткой и убило на месте. После этого наделы обоих братьев перешли к младшему, который по-прежнему носил на холм венки из жимолости, и дела его шли все лучше и лучше.

К

КАБИЛЛ-УШТИ (CABYLL-USHTEY)

В фольклоре жителей острова Мэн водяная лошадка. Шкура у кабилл-ушти пегая. Это существо весьма злонравное и прожорливое.

Сказка гласит, что кабилл-ушти однажды похитила теленка с выпаса на берегу реки. На следующий день фермер увидел, как на реке поднялась громадная волна, схватила другого теленка и разорвала в клочья. Испугавшись, что так у него скоро не останется ни одной коровы, не говоря уж о телятах, он стал пасти скот подальше от реки. Несколько дней спустя пропала единственная дочь. Ее долго искали, но все было тщетно. А кабилл-ушти неожиданно успокоилась и больше фермеру не докучала.

КАЙТ ШИ (CAIT SITH)

В шотландском фольклоре громадный черный кот ростом с овчарку; на груди у него белое пятно, спина выгнута дугой, а усы стоят торчком. Многие верят, что кайт ши — это вовсе не фейри, а сменившие обличье ведьмы. Самый крупный из кайт ши появляется во время тагейрма (taghairm): это зловещее заклинание, которое состоит в том, чтобы на протяжении четырех суток поджаривать заживо кошек, пока не появится главный кот по прозвищу Большие Уши и не выполнит желание мучителя. Считается, что кайт ши лучше не дразнить и тем более не сердить, иначе не избежать неприятностей.

Тагейрм прекрасно описан в романе Г. Майринка «Ангел Западного окна»: «… со мной была тележка с пятьюдесятью черными кошками… Я развел костер и произнес ритуальные проклятия, обращенные к полной луне… Выхватил из клетки первую кошку, насадил ее на вертел и приступил к тагейрму. Медленно вращая вертел, я готовил инфернальное жаркое, а жуткий кошачий визг раздирал мои барабанные перепонки в течение получаса, но мне казалось, что прошли многие месяцы, время превратилось для меня в невыносимую пытку. А ведь этот ужас надо было повторить еще сорок девять раз!.. Предощущая свою судьбу, кошки, сидевшие в клетке, тоже завыли, и их крики слились в такой кошмарный хор, что я почувствовал, как демоны безумия, спящие в укромном уголке мозга каждого человека, пробудились и теперь рвут мою душу в клочья… смысл тагейрма состоит в том, чтобы изгнать этих демонов, ведь они-то и есть скрытые корни страха и боли — и их пятьдесят!.. Две ночи и один день длился тагейрм, я перестал, разучился ощущать ход времени, вокруг, насколько хватало глаз, — выжженная пустошь, даже вереск не выдержал такого кошмара — почернел и поник…»

КЕЛПИ (KELPIE)

В шотландском фольклоре самая известная из водяных лошадок. В отличие от других лошадок келпи селится в реках, избегая озер и морей. Это оборотень, способный превращаться в животных и в человека (как правило, келпи перекидывается в молодого мужчину с всклокоченными волосами).

У него есть привычка пугать путников — он то выскакивает из-за спины, то неожиданно прыгает на плечи. Перед штормом многие слышат, как келпи воет. Гораздо чаще, чем человеческое, келпи принимает обличье лошади; бывает, он смахивает на помесь коня с быком (тогда у него на лбу вырастают два длинных рога). Всем своим видом келпи как бы приглашает прохожего сесть на себя, а когда тот поддается на уловку, — прыгает вместе с седоком в реку. Человек мгновенно вымокает до нитки, а келпи исчезает, причем его исчезновение сопровождается грохотом и ослепительной вспышкой. Но порой, когда келпи чем-то рассержен, он разрывает свою жертву на кусочки и пожирает.

Следы келпи легко узнать, ибо они ставят копыта задом наперед. Келпи способен растягиваться в длину на сколько угодно, человек к его телу просто-напросто прилипает. С помощью волшебной уздечки келпи можно на какое-то время приручить, но когда действие чар закончится, он станет еще опаснее.

Еще келпи может являться в обличье прекрасного принца и соблазнять девушек. Узнать его можно по волосам — мокрым и кишмя кишащим ракушками или водорослями.

Предание гласит, что некий человек сумел набросить на келпи волшебную уздечку. Келпи стал служить ему — возил камни на строительство нового замка. Когда замок был достроен, человек снял с келпи уздечку, и тот кинулся к реке, а на берегу остановился и произнес:

«Тебе не знать ни радости, ни счастья,

Пока я жив».

И проклятье исполнилось: ни этот человек, ни его потомки не знали счастья и покоя.

КЕРГЕРАЙТ (CYHYRAETH)

В валлийском фольклоре дух-плакальщица. Ее рыдания слышатся накануне эпидемий или катастроф — словом, событий, в которых суждено погибнуть многим. По свидетельству У. Сайкса, ее голос напоминает «стон находящегося при смерти; сперва доносится как бы издалека, потом становится все громче. Затем трижды звучит крик: первый раз громко и отчетливо, второй — слабее, третий — совсем тихо. Это предвестье смерти». На побережье она появляется перед кораблекрушением, причем ее сопровождает бродячий огонек.

КИЛЛМУЛИС (KILLMOULIS)

В английском фольклоре забавный фейри. Он живет на мельнице; считается, что каждая мельница имеет своего киллмулиса. Рта у него нет, зато есть громадный нос, которым он вынюхивает пищу. Киллмулис всячески заботится о благополучии мельника и, подобно бэнши, горько плачет в канун какого-либо несчастья. Впрочем, он не прочь и пошалить: ему ничего не стоит засыпать зерно пеплом. Призвать его к порядку может только мельник, который должен произнести такую фразу: «Киллмулис, старина, где же ты был, когда я зарезал свинью? Теперь ты остался без угощения». Киллмулис тут же появится и попросит прощения за свои проступки. Он настолько привязывается к своему хозяину, что может отправиться за повитухой, если жене мельника пришел срок рожать, а в Хэллоуин помогает гадать. Живет киллмулис обычно в печи или в камине.

В Голландии и Дании живут родственники киллмулисов — каботеры. Они такие же работящие, но немножко глуповатые. Это не мешает им быть замечательными плотниками: они вырезают из дерева игрушки для детей и трубки и ложки для взрослых.

КИРЕЙН КРОЙН (CYREIN CROIN)

В шотландском фольклоре огромный морской змей, величайший из всех живых существ на Земле. Чтобы утолить голод, ему необходимо съесть не меньше семи китов.

КИСК (CEASG)

В фольклоре жителей острова Мэн дева волн. У нее голова и грудь женщины, а вместо ног — хвост лосося. В воде ее волосы темно-зеленые, а на воздухе они становятся золотистыми. В них вплетены украшения из подводных чертогов киск. От союзов киск со смертными мужчинами рождаются замечательные моряки — лоцманы и рулевые. Если поймать киск, она исполнит три желания, но с ней следует держать ухо востро: она ни за что не упустит случая отомстить тому, кто ее поймал. Если киск голодна, она может проглотить человека целиком. Убить ее можно, только уничтожив душу (которая, как у Кощея Бессмертного, спрятана в недоступном месте).

КЛАБАУТЕРМАННЫ (KLABAUTERMANNS)

В фольклоре народов Западной Европы духи, обитающие в носовых фигурах парусных кораблей. Вообще-то они живут в деревьях, но настолько к ним привязаны, что когда те срубают и вырезают из них носовые фигуры, клабаутерманны забираются внутрь и так попадают на корабли. Моряки их и любят, и побаиваются. Чаще всего клабаутерманны помогают корабельным плотникам; вообще они обожают шуметь и стучать своими молоточками. Перед людьми они появляются, как правило, в человеческом обличье, иногда также принимают облик собаки, белки или кошки. Клабаутерманны, говоря на человеческом языке, пытаются помыкать экипажем, дразнятся и потешаются над людьми. Им известно все, что происходит на корабле; вдобавок они предвидят будущее и не терпят на борту преступников и бунтовщиков, мстят тем, кто крадет их пищу, и всячески изводят сквернословов и пьяниц. Нрав у клабаутерманнов довольно сварливый, и они постоянно ссорятся между собой.

Обычно клабаутерманны появляются лишь в минуты опасности — перед штормом или кораблекрушением. Некоторые утверждают, что у клабаутерманна есть забавная привычка: едва появившись на корабле, он идет в каюту капитана, и тот наливает ему вина.

Пока клабаутерманн находится на корабле, ни самому кораблю, ни экипажу ничего не грозит: плавание будет недолгим и безопасным. Правда, по некоторым источникам, присутствие клабаутерманна на корабле, наоборот, сулит всяческие неприятности.

Клабаутерманнам приходятся родственниками киллмулисы и каботеры. Точнее сказать, каботеры — потомки клабаутерманнов. Нельзя не признать, что старшее поколение куда крепче молодежи: там, где раньше хватало одного клабаутерманна, нынче требуется трое каботеров. У них вызывает затруднения буквально все, даже процесс курения: пока один каботер держит трубку, второй подносит огонь, а третий затягивается.

Ростом клабаутерманны около трех футов. Они обычно носят красные куртки размера на два меньше, чем следовало бы, и круглые красные шляпы. Иногда надевают белые или желтые матросские штаны, которые заправляют в сапоги с высокими голенищами.

КЛУРАКАН (CLURICAUNE)

В ирландском фольклоре старички, обитающие в винных погребах; они следят за сохранностью вина и пива и, если хозяин дома — пьяница, не отказывают себе в удовольствии промочить при случае горло. Клураканы также пугают бесчестных слуг, если те повадятся воровать вино. Иногда клуракан становится весьма настырным в своих притязаниях, а если от него решают избавиться, переехав в другой дом, он просто-напросто забирается в какую-нибудь бочку с вином и сопровождает хозяев. Обычно клураканы расхаживают в красных курточках, поскольку принадлежат к одиноким фейри, которые, в отличие от бродячих, предпочитают в одежде именно красный цвет. Если подружиться с клураканом, он может подсказать, где зарыт клад.

Клураканы любят выпить и, когда навеселе, катаются на овцах, подбрасывают в воздух шляпы и вопят от радости.

КОБЛИНАЙ (COBLYNAU)

В валлийском фольклоре фейри, родственники кобольдов и стуканцов. Маленькие и коренастые (впрочем, они могут быть ростом и со взрослого человека, однако все равно будут смахивать на карликов), коблинай одеты как рудокопы, а головы повязывают красно-желтыми носовыми платками. Они дружелюбно относятся к людям и всегда готовы помочь. Встреча с коблинай обещает удачу — скорее всего, неожиданно отыщется богатая жила (также ее можно найти, прислушиваясь к стуку их молоточков). Несмотря на свое дружелюбие, коблинай не терпят, когда над ними насмехаются, и начинают швыряться камнями, которые, впрочем, никогда не попадают в цель. Они ходят с молотками и кирками, но сами руду не добывают, предпочитая работе веселье и танцы. Если коблинай открыли человеку, где проходит жила, их обязательно надо поблагодарить, иначе в следующий раз они устроят в шахте обвал.

КОБОЛЬДЫ (KOBOLDS)

В немецком фольклоре дальние родственники английских стуканцов. Они живут в шахтах и штольнях, отличаются гораздо более злобным нравом, чем их родичи. Обожают устраивать камнепады и завалы, перерезают веревки, гасят лампы на шлемах шахтеров. Что любопытно, минерал кобальт получил свое название именно от кобольдов: по слухам, он почему-то напоминал рудокопам о зловредных духах — видимо потому, что попадался часто, а ценности не имел никакой. У кобольдов рыжие волосы и бороды, они малы, как дети, но сильны и крепки, по желанию могут становиться невидимыми, а когда захотят — появляются перед людьми под видом коротышек в красных шапках.

КОН АННОН (CWNANNWN)

В валлийском фольклоре жуткие псы, «свора Аннона» или «псы из преисподней». Встреча с ними предвещает смерть. Сами они, однако, на людей не нападают. Вой кон аннон издалека кажется невыразимо скорбным, а вблизи напоминает тявканье бигля. Тот, кто услышит этот вой, наверняка умрет.

Предание гласит, что однажды король Пуйл отправился на охоту и увидел свору диковинных собак: «И он выехал на лесную поляну и увидел там не своих собак, а чужих, преследовавших большого оленя. На середине поляны они настигли его и повалили наземь. Тогда Пуйл смог разглядеть этих собак, подобных которым он не видел никогда в жизни. Они были белы как снег, а их уши — красны; и белое и красное сверкало и переливалось». Вскоре показался хозяин своры, и выяснилось, что это Араун, правитель Аннона, а его свора — кон аннон. По приглашению Арауна Пуйл провел в Анноне целый год, и впоследствии его стали называть Государем Аннона. Аннон в валлийском фольклоре — потусторонний мир.

КОРОЛЬ ХЕРЛА И КАРЛИК (KING HERLA & A DWARF)

Эта легенда — одно из преданий «мифической поры» Британских островов.

Рассказывают, что Херла правил древними бриттами. Как-то раз он встретил диковинного карлика ростом по пояс взрослому человеку. Этот карлик прискакал на громадном козле; его красное лицо обрамляла огненно-рыжая борода, а волосатые ноги оканчивались козлиными копытами. Он сказал Херле: «Имя славного короля Херлы известно всем и каждому. Обо мне ты ничего не знаешь, но я повелеваю многими народами и ничуть не уступаю тебе в благородстве происхождения. Посему я решил оказать тебе честь и хочу присутствовать на твоей свадьбе. Ведь король франков выдает за тебя свою дочь. Скоро прибудет посольство с предложением ее руки. Давай договоримся: я приду на твою свадьбу, а ты — на мою, которая состоится ровно через год». Херла согласился, и карлик исчез.

Какое-то время спустя к Херле и вправду прибыли послы франков.

Он согласился взять в жены дочь франкского короля. Едва начался свадебный пир, как появился карлик в сопровождении своих собратьев. Они заняли все свободные места за столами, а те, кому мест не досталось, разбили шатры у стен дворца. Из этих шатров повалили слуги с чудесными кувшинами из драгоценных камней, с мебелью из золота и самоцветов. Мясо подавалось только на золоте, причем королевские припасы остались нетронутыми: карлики все принесли с собой. Их яства были восхитительны на вкус.

Когда пир окончился, король карликов сказал: «Славный Херла, я, как и обещал, пришел на твою свадьбу. Если тебе нужно что-то еще, я с радостью выполню любую просьбу, но с одним условием: ты точно так же выполнишь мое желание, каким бы оно ни было». С этими словами он покинул залу и на рассвете исчез. А через год появился вновь и потребовал от Херлы, чтобы тот почтил своим присутствием его свадьбу. Херла не стал отказываться. Карлик привел короля к пещере на вершине высокой горы. Пещера уводила в глубь горы; пройдя по ней, они очутились в великолепных чертогах.

Сыграли свадьбу. Карлик одарил Херлу лошадьми, собаками, соколами и охотничьими принадлежностями, проводил до выхода из пещеры, на прощание вручил королю гончую собаку и предупредил, что ее следует держать на руках: лишь когда она сама спрыгнет наземь, можно будет спешиться и людям. Королевский отряд покинул пещеру. Херла окликнул встречного пастуха и осведомился у него, как поживает молодая супруга короля. Пастух изумился. «Господин, — проговорил он, — я с трудом понимаю твою речь. Ты, верно, разумеешь жену короля Херлы, который давным-давно поднялся на эту гору, чтобы никогда не вернуться? Старики уверяют, что король сгинул двести лет назад».

Король несказанно удивился: ведь он был уверен, что прошло всего три дня. Некоторые из его спутников спешились, хотя гончая еще не спрыгнула наземь, — и тут же превратились в горстки праха. Потрясенный случившимся, Херла велел всем оставаться в седле.

Собака не спрыгнула на землю до сих пор, и Херла со своей свитой по-прежнему блуждает по земле (однако некоторые утверждают, что он в конце концов утонул в реке Уай).

КОРРЕД (KORRED)

В испанском фольклоре и фольклоре жителей полуостровов Корнуолл и Бретань духи. У них красные, светящиеся в темноте глаза и темная кожа. Они наделены даром пророчества, умеют творить волшбу и знают местонахождение всех кладов в округе. Корред очень любят танцевать, причем предаются этому занятию с таким азартом, что у них под ногами начинает гореть трава. Тем людям, которые мешают им веселиться, корред жестоко мстят: женщины рожают детей, похожих на кого-либо из соседей, а мужчин они заставляют плясать до изнеможения — некоторые, бывает, даже падают замертво.

Впрочем, корред не всегда столь суровы, хотя особым расположением к людям и не отличаются. За небольшую плату они могут одолжить крестьянам своих быков, кухонные приборы и инструменты, а также заточить оставленные на ночь на особой формы камнях ножи и серпы. Случается даже, что корред приглядывают за свиньями — если им пообещают свиного сала.

Ростом корред около трех футов — горбатые, с кошачьими когтями вместо пальцев рук и козлиными копытами вместо ног. Голоса у них хриплые и негромкие, зато смех слышен издалека. Мужчины-корред всегда носят при себе кожаные кошельки, в которых лежат ножницы и остриженные волосы. Живут они в пещерах и норах, причем всегда выбирают такие, которые расположены ниже уровня моря.

Говорят, что именно корред установили в незапамятные времена дольмены — стоящие вертикально камни, которых так много в Бретани и Корнуолле.

Сказка гласит, что некий фермер-горбун однажды положил в карман железный гвоздь и пошел плясать вместе с корред, которые пообещали не причинять ему вреда. Они танцевали под незатейливую мелодию, припевая: «Понедельник, вторник». Фермер прибавил: «И среда». Корред очень понравился новый припев и в знак благодарности они избавили фермера от горба. А в деревне жил еще один горбун, который тоже решил попытать счастья. К сожалению, он запнулся, когда начал подпевать. У него получилось что-то вроде: «И че-че-четверг». Корред рассердились настолько, что привесили ему второй горб — тот самый, от которого избавили его предшественника.

КОРРИГАНЫ (KORRIGANS)

В фольклоре жителей полуострова Бретань хранительницы родников и источников. Они живут под землей. Зачастую рядом с родниками можно обнаружить дольмены. Когда наступает полнолуние, корриганы принимаются расчесывать свои длинные волосы золотыми гребнями, медленно и неторопливо, словно в такт течению воды, которая в такие ночи приобретает целительные свойства. Причесавшись, они купаются и поют. Если смертный мужчина услышит песню корриган, он обречен — либо он женится на корриган в течение трех дней, либо умрет.

Вполне возможно, что корриганы состоят в родстве с корред. Они не выносят даже упоминания о Христе; сутана священника приводит их в ярость, а имя Девы Марии звучит как ругательство. Каждую весну у них бывает праздник, на котором они по очереди пьют из хрустального кубка, приобщаясь к тайнам поэзии и земной мудрости.

Ростом корриганы около двух футов и прекрасно сложены. Они носят развевающиеся белые одежды, могут по желанию менять обличье, становятся то пауками, то угрями или змеями. Ночью корриганы кажутся невыразимо прекрасными, их золотистые волосы светятся собственным светом. Днем же волосы тускнеют, глаза наливаются кровью, а кожа высыхает, словно у древних старух.

В бретонской балладе «Сеньор Нанн и фея» (речь идет именно о корриган. — К. К.) рассказывается, что жена некоего рыцаря родила ему двойню. Желая сделать ей подарок, рыцарь отправился на охоту. До самого вечера он преследовал белую лань и наконец остановился попить воды из родника. А родник принадлежал корриган, которая сидела на берегу, расчесывая волосы.

— Ключей моих ты мутишь влагу,

Но проклянешь свою отвагу.

Ты в жены должен взять меня

Иль проживешь всего три дня,

Иль чахнуть будешь до кончины

Семь лет подряд, как от кручины.

Рыцарь ответил:

— Твоих не замутил я вод.

Притом женат я целый год.

Чем брачный свой обет нарушу,

Скорей отдам я богу душу!

Три дня спустя проклятие корриган исполнилось — рыцарь умер. Жене его о том не сказали, но по дороге в церковь она увидела свеженасыпанную могилу:

Подходит к церкви госпожа.

Земля разрыхлена, свежа,

И холм на родовом кладбище

Скрывает новое жилище.

— Кто спит здесь, господи помилуй? —

Она глядит на холм унылый.

— Дитя мое, супруг твой милый

Сегодня ночью взят могилой![73]

Проклятие корриган продолжало действовать, и несколько дней спустя жена рыцаря отошла в мир иной следом за мужем.

КОСМАЧ (SHAG-FOAL)

В английском фольклоре оборотень, состоящий в родстве с боуги. У него множество личин, однако чаще всего он появляется под видом косматого жеребца или осла с горящими глазами. Космач подстерегает у трактира припозднившихся посетителей, везет их домой и по дороге сбрасывает наземь. Еще он любит пугать прохожих, выскакивая ночью из-под моста.

КРАСНЫЕ ШАПКИ (RED CAPS)

В английском фольклоре едва ли не самые злобные из гоблинов. Они живут в развалинах древних башен и крепостей вдоль шотландской границы, на которой бушевали когда-то жестокие битвы. Чем кровопролитнее было сражение, тем сильнее радовались гоблины — ведь они красят свои шапки человеческой кровью. У Красных Шапок длинные, торчащие изо рта клыки, костлявые пальцы, которые заканчиваются когтями, огромные налитые кровью глаза, спутанные грязные волосы, ниспадающие на плечи; они носят железные башмаки, а в руках обычно держат посохи. Силой с Красной Шапкой не совладать, его можно отогнать только крестом или распятием. Если показать ему крест, он издаст жуткий вопль, исполненный разочарования, и исчезнет, оставив на земле один из своих клыков.

КРИОНЫ (CRIONS)

В фольклоре жителей полуострова Бретань духи, состоящие в родстве с корред. Они еще более жестоки, чем их родичи. Когда человек, которого они заманили в свой хоровод, падает от изнеможения и умирает, крионы весело хохочут — настолько им смешно.

КРО МАРА (CRODH MARA)

В шотландском фольклоре волшебный домашний скот, обитающий в море. Быки и коровы кро мара лишены рогов, шкуры у них у всех черные или темно-коричневые (правда, иногда попадаются рыжие и пегие), уши круглые. Быки порой сходятся с обычными коровами, и это ведет к улучшению породы; иногда они уводят смертных коров за собой в море. Морские фейри, случается, дарят животных из стада кро мара людям. В таком случае следует крепче запирать животных на ночь, иначе они убегут и нырнут в ближайшую реку. Если с ними хорошо обращаются, кро мара остаются верны своим новым хозяевам и даже их защищают.

Сказка гласит, что в стаде фермера однажды родился теленок с круглыми ушами. Мудрая женщина, сказала, что из этого теленка вырастет водяной бык и что надо семь лет не подпускать его к другим телятам и поить молоком трех коров. Фермер послушался. И теленок вырос и превратился в статного красавца-быка. Как-то раз дочь фермера отправилась пасти стадо на берег озера, и там к ней подсел незнакомый молодой человек. Он положил ей голову на колени, и девушка с ужасом увидела в его волосах морские водоросли. То был страшный эх-ушка! Девушке удалось убаюкать злобного фейри, и тот заснул. Тогда она осторожно высвободилась и побежала домой. Уже у самого дома она услышала за спиной топот копыт, обернулась и увидела, что эх-ушка нагоняет. И тут на помощь девушке подоспел бык с круглыми ушами. Он схватился с эх-ушкой, и они оба упали в озеро. На следующее утро к берегу прибило изуродованное тело быка, а эх-ушка исчез без следа.

КУТАХ (CUGHTACH)

В фольклоре жителей острова Мэн чудовище, которое живет в пещере и почти не показывается на свет. Кое-кто утверждает, что это великан. Другие заявляют, что он состоит в родстве с баггейном, который также обитает на острове Мэн.

КУ ШИ (CU SITH)

В шотландском фольклоре волшебный пес. Он огромного роста, косматый, с шерстью темно-зеленого цвета. Его лапы оставляют следы размером с человеческие, а хвост ку ши заплетен в косичку и лежит у зверя на спине. Передвигается ку ши бесшумно, однако, настигая жертву, трижды громко лает. Он похищает смертных женщин и уносит их в эльфийский холм, где они становятся няньками малышей-фейри.

Л

ЛАННАН ШИ (LHIANNAN SHEE)

В фольклоре жителей острова Мэн «прекрасная возлюбленная» — кровожадный дух в женском обличье. Обычно она является какому-либо мужчине в образе писаной красавицы, незримой для всех остальных. Если человек поддастся на обольщение, он погиб: ланнан ши выпьет его кровь. Живет она близ родников и источников.

ЛАНОН ШИ (LEANAN SIDHE)

В ирландском фольклоре «чудесная возлюбленная» — фейри, состоящая в дальнем родстве с мэнской ланнан ши. Она жестока и своенравна, и горе тому, кто соблазнится ею. Впрочем, ланон ши ласкова с теми, кому благоволит, ее чудесный голос и музыка, которую она наигрывает, вдохновляют поэтов и певцов. Они жертвуют жизнью, ради того чтобы на краткий миг испытать прилив вдохновения и познать славу.

ЛЕПРЕХУН (LEPRACHAUN)

В ирландском фольклоре маленькие башмачники, которые постоянно тачают один и тот же башмак. Известно, что лепрехуны не прочь выпить, поэтому их частенько можно встретить в винных погребах. Еще они обожают табак и не выпускают изо рта трубки. Лепрехуны стерегут запрятанные сокровища, местонахождение которых можно выведать, если поймать лепрехуна и подробно обо всем у него выспросить, не спуская с пленника глаз. Но еще никому и никогда не удавалось обмануть лепрехуна: он всегда найдет способ вывернуться и удрать.

Вид у лепрехуна весьма экзотический — светлая кожа, морщинистое личико, ярко-красный нос. Наряд составляют треуголка, зеленые штаны и жилет с громадными блестящими пуговицами, кожаный фартук, длинные голубые чулки и высокие башмаки с серебряными пряжками размером немногим меньше башмаков.

Сказка гласит, что некая женщина увидела в поле лепрехуна. Не растерявшись, она схватила его и потребовала денег. Лепрехун начал отнекиваться, тогда женщина достала из кармана нож и пригрозила отрезать ему нос. Он испугался и обещал показать место, где зарыт клад. Вдруг за спиной женщины что-то зажужжало.

— Вон! — воскликнул лепрехун. — У тебя улетел рой!

Женщина обернулась и ничего не увидела. А лепрехун, только от него отвели взгляд, был таков.

ЛЛАМХИГИНИ-ДУР (LLAMHIGYN Y DWR)

В валлийском фольклоре водяные фейри, прозвище которых означает «прыгуны в воду». Они рвут рыбацкие сети, пожирают овец, которые случайно падают в воду; еще они испускают душераздирающие вопли, пугая рыбаков, которые застывают в оцепенении: тогда прыгуны хватают их и тащат на дно. Выглядят прыгуны как огромные жабы с крыльями и хвостом.

ЛОБЫ И ХОБЫ (LOBS & HOBS)

В английском фольклоре добродушные фейри. Это довольно высокие, физически крепкие хвостатые существа, всегда готовые помочь по хозяйству — скажем, смолотить зерно или что-нибудь еще в том же духе. Подобно брауни, работать они предпочитают по ночам, а днем посапывают себе в укромных местечках; вознаграждение принимают только одно — блюдце со сливками. Наиболее простоватым из лобов — их называют лабберкины — следует доверять лишь самую простую работу, настолько они неуклюжи и непонятливы. Один из лобов — Лоб-Полежи-у-огня — ухитрился оставить след в большой литературе. Английский поэт-романтик Джон Мильтон упомянул его в своем стихотворении «L’Allegro»:

…Гоблин к ним забрался в дом,

Взял кринку сливок и за это

Так много им зерна до света

Успел намолотить один,

Что впору дюжине мужчин.

Затем косматый гость наелся,

У очага чуть-чуть погрелся,

Шмыгнул за дверь и был таков

Еще до первых петухов[74].

ЛУРИДАН (LURIDAN)

В фольклоре жителей Оркнейских островов фейри-помощ-ник, во многом схожий с брауни. Он честно и верно служит людям — подметает комнаты, моет посуду, затапливает утром камин. Считается, что когда-то эти фейри правили Оркнейскими островами, потом им боги поручили управлять Уэльсом, учить валлийских бардов поэзии и мудрости, а затем вновь вернули на острова, где они остаются и по сей день.

ЛУЭ (LOOE)

В корнуоллском фольклоре огромный заяц. Ночами в полнолуние он скачет по вершинам холмов. В некоторых легендах утверждается, что это дух девушки, которая ищет бросившего ее парня, или дух утонувшего рыбака. По другим источникам луэ — сбежавший от ведьмы «дружок» (фамильяр).

М

МАБ (MAB)

В английском фольклоре королева фей, ведущая свой род от ирландской Медб, героини эпического цикла об уладах. У. Шекспир в «Сне в летнюю ночь» описывал Маб так:

Она родоприемница у фей,

А по размерам — с камушек агата

В кольце у мэра. По ночам она

На шестерне пылинок цугом ездит

Вдоль по носам у нас, пока мы спим.

В колесах — спицы из паучьих лапок,

Каретный верх — из крыльев саранчи,

Ремни гужей — из ниток паутины,

И хомуты — из капелек росы.

На кость сверчка накручен хлыст из ленты,

Комар на козлах — ростом с червячка,

Из тех, которые от сонной лени

Заводятся в ногтях у мастериц.

Ее возок — пустой лесной орешек.

Ей смастерили этот экипаж

Каретники волшебниц — жук и белка…

Она в конюшнях гривы заплетает

И волосы сбивает колтуном,

Который расплетать небезопасно… [75]

Со временем Маб «низложили» и она стала первой фрейлиной при новой королеве — Титании.

МАЛЕКИН (MALEKIN)

Рассказывают, что в одном из рыцарских замков старой доброй Англии обитал фейри по прозвищу Малекин, говоривший тоненьким детским голоском. Малекин утверждал, что он вовсе не фейри, а девочка, похищенная фейри: мать пошла с ней в поле и оставила младенца без присмотра, а фейри оказались тут как тут. Малекин любила поговорить, но на глаза никому не показывалась. Жена хозяина замка и его семья поначалу опасались Малекин, но постепенно привыкли и даже скучали, если она надолго замолкала и не выкидывала никаких штучек. Со слугами Малекин говорила по-английски, со священником общалась на латыни и даже обсуждала с ним Евангелия. Каждый вечер для нее оставляли еду. Одна из служанок, с которой Малекин особенно сдружилась, уговорила ее показаться, пообещав, что не притронется к ней. Малекин появилась в обличье маленькой девочки в белом платьице и сказала, что с того дня, как ее похитили, прошло семь лет и что еще через семь она сможет вернуться домой. Это стало возможным потому, что Малекин ела человеческую пищу: ведь пища фейри превращает смертного в вечного пленника Волшебной Страны.

МАРУЛ (MAROOL)

В фольклоре жителей Шетландских островов злобный и кровожадный зверь марул. Это морское чудовище, обычно оно принимает обличье рыбы. На макушке у него огненный гребень, а глаза покрывают всю голову. Марул часто поднимается на поверхность в клочьях светящейся пены. Ему нравятся штормы; существует легенда, будто некоторые люди слышали, как чудовище распевало дикие песни, под которые терпели крушение корабли.

МЕРЛИН (MERLIN)

В фольклоре народов Западной Европы великий чародей, долгие годы помогавший королю Артуру. Родился он не от смертного отца. В хронике Гальфрида Монмутского сказано: «И когда их привели перед королевские очи, государь принял мать Мерлина с должной почтительностью, так как знал, что она происходит от знатных родителей. Затем он начал ее расспрашивать, от кого зачала она Мерлина. Та ответила: “У тебя живая душа и живая душа у меня, владыка, мой король, но я, и вправду, не знаю, от кого я его понесла. Мне ведомо только то, что однажды, когда я находилась вместе со своими приближенными в спальном покое, предо мной предстал некто в облике прелестного юноши и, сжимая в цепких объятиях, осыпал меня поцелуями; пробыв со мною совсем недолго, он внезапно изник, точно его вовсе и не было. И он долгое время посещал меня таким образом, как я рассказала, и часто сочетался со мною, словно человек во плоти и крови, и покинул меня с бременем во чреве”».

Еще до рождения Артура Мерлин своим волшебством перенес в Британию громадные камни, известные ныне как Стоунхендж. Он помог Артуру добыть чудесный меч Эска-либур, учредил Круглый Стол и совершил немало других подвигов. Его пророчества стоят в одном ряду с предсказаниями Нострадамуса.

Зачарованный своей подругой и помощницей Вивиан, он спит внутри холма, дожидаясь урочного срока. Когда же Мерлин пробудится, тогда проснется и Артур, и на Земле наступит золотой век.

МЕРРОУ (MERROW)

В ирландском фольклоре водяные фейри. Женщины-мер-роу, дальние родственницы морских дев — настоящие красавицы, но с рыбьими хвостами вместо ног и перепонками между пальцев рук. Мерроу боятся, ибо их появление предвещает шторм, однако они куда благосклоннее других фейри относятся к людям и часто влюбляются в смертных. Дети от таких браков рождаются с рыбьей чешуей вместо кожи. Порой мерроу выходят на берег в облике маленьких лошадок, а под водой им позволяют жить красные шапочки с перьями. Если украсть такую шапочку, мерроу уже не сможет вернуться в море.

Мужчины-мерроу — настоящие уроды, у них зеленая кожа, красные орлиные носы и свиные глазки. Впрочем, они не менее дружелюбны, чем женщины.

Сказка гласит, что человек по имени Джек Доггерти с детства хотел повидать мерроу, тем паче что дед Джека был с ними на дружеской ноге. Однажды его желание исполнилось: он шел по берегу и вдруг увидел диковинное существо — чешуйчатое, с рыбьим хвостом, руки зеленые, зубы длинные и тоже зеленые. Существо поздоровалось, назвав Джека по имени, и пригласило к себе в гости, пообещав напоить как следует. Через неделю мерроу дожидался Джека на условленном месте: в руках у него были две красные шапочки. Джек надел шапочку, и они спустились на самое дно, где стоял домик мерроу. За столом было много съедено и выпито; опьяневший мерроу показал Джеку свои сокровища. Среди прочих там были клетки, в которых томились души утонувших моряков. Джеку захотелось их освободить.

Он пригласил мерроу к себе, напоил его самогоном, стащил шапочку и отправился на дно. Выпустил души, потом выбрался на берег, разбудил мерроу и отправил того восвояси. Как ни странно, мерроу не хватился душ — видимо, от самогона ему отшибло память. Они с Джеком оставались лучшими друзьями. Но в одно прекрасное утро мерроу не появился — то ли погиб, то ли уплыл из тех краев.

МЕСТЕР СТУРВОРМ (MESTER STOORWORM)

В фольклоре жителей Оркнейских островов огромный змей. Дыхание его ядовитое, а крыльев у него нет, поскольку он живет в море. От дыхания змея сохнет трава и опадает с деревьев листва, а люди и животные валятся как подкошенные. Глаз у него один-единственный и пышет огнем. Язык стурворма в сотни миль длиной. Он обрушивает им в море горы и города. Раздвоенным же кончиком языка змей хватает своих жертв. Самый большой и крепкий корабль тут же разваливается, стоит стурворму стиснуть его языком.

МОДЕ ДУ (MODDEYDHOO)

В фольклоре жителей острова черный спаниель. Это предвестник близкой смерти. Он появляется с наступлением темноты, а на рассвете исчезает. В присутствии моде ду ни в коем случае нельзя ругаться. Некий солдат как-то забыл об этом правиле и выругался, когда моде ду пробегал мимо. Бедняга тут же онемел, а на третий день умер.

Рассказывают, что однажды моде ду явился путнику в обличье большого черного лохматого пса с горящими глазами-плошками. Путник испугался, но пес молча дал ему пройти. А вскоре после этой встречи умер отец путника.

МОРАГ (MORAG)

В шотландском фольклоре змей, обитающий в озере Лох-Морар, схожий наружностью со знаменитой Несси. Людей он не трогает, однако его опасаются, ибо у него устрашающий вид. Чего стоит одна голова — огромная, с оскаленной пастью. Вдобавок мораг издает жуткие стоны, от которых бросает в дрожь, поэтому люди стараются близко к озеру не подходить.

МОРГЕНЫ (MORGEN)

В бретонском фольклоре морские жители. Они довольно дружелюбно относятся к людям, однако не прочь пошалить, а еще — частенько крадут капризных и непослушных детей.

МОРСКИЕ ВЕДЬМЫ (SEA HAGS)

В фольклоре жителей Британских островов призрачные существа, обладающие властью над морскими водами и судьбами тех, кто вверяет себя этим водам. По преданию, они бродят вдоль побережья, ожидая случая поднять бурю и потопить оказавшиеся поблизости корабли. Легенда гласит, что знаменитый пират Фрэнсис Дрейк продал душу дьяволу, чтобы стать искусным моряком; дьявол приставил к нему морских ведьм, которые, в частности, своим колдовством потопили в 1588 г. испанскую Непобедимую Армаду.

МОРСКИЕ ДЕВЫ (MERMAIDS)

В фольклоре народов Западной Европы демонические существа, обитающие в соленой воде. Это настоящие красавицы, только вместо ног у них рыбьи хвосты. В сказках и преданиях часто описывается, как они, сидя на берегу, расчесывают свои чудесные волосы золотыми гребнями и поют чарующие песни. Люди, которые слышат эти песни, совершенно утрачивают волю, и морские девы увлекают их на дно, где убивают и пожирают. Поэтому среди людей считается, что увидеть морскую деву — к несчастью.

Как уже было сказано, морские девы живут в соленой воде, но, в отличие, скажем, от накилеви, они не испытывают ни малейшего предубеждения против пресной. Они нередко заплывают в озера и поднимаются вверх по течению рек.

Кожа морских дев почти прозрачная, свои длинные груди они закидывают за плечи, волосы у них меняют цвет от темно-зеленого до ослепительно-золотого. Они обладают способностью к оборотничеству, могут превращаться в кошек, тюленей и рыб.

Если поймать морскую деву, она, чтобы освободиться, поделится древней мудростью или пообещает выполнить какое-либо желание. Свои обещания морские девы выполняют честно и никогда не обманывают. Правда, желания исполняются весьма своеобразно.

Так, предание гласит, что один юноша поймал морскую деву и попросил у нее сделать его замечательным дудочником (то была его заветная мечта). Морская дева спросила:

— Ты хочешь радовать музыкой только себя или всех вокруг?

— Себя, — ответил юноша.

— Будь по-твоему, — сказала она. — Твоя музыка будет радовать лишь тебя.

Так и вышло. Юноша стал волынщиком, но когда он начинал играть, соседи зажимали руками уши, ибо им казалось, что это вопит сотня голодных котов.

Есть еще история о том, что один рыбак встретил как-то на берегу морскую деву. Был отлив, вода отступила, и рыбак поднял деву на руки, чтобы донести до воды. В награду она пообещала исполнить три его желания. Рыбак сказал, что хотел бы делать добро ближним, разрушать колдовские чары и излечивать болезни. Дева принялась рассказывать ему о жизни под водой; он так увлекся, что и не заметил, как зашел в воду по колени. Хорошо, что тут залаял его пес; очнувшись, рыбак пригрозил деве ножом и потребовал, чтобы она его отпустила. Та покорилась, но пообещала вернуться через девять лет. Прошло время, рыбак забыл о встрече. Но когда, девять лет спустя, он в спокойную лунную ночь отправился с приятелями в море ловить рыбу, вода вдруг забурлила, и показалась морская дева. Рыбак бросился в воду, поплыл к ней, и они оба исчезли в волнах. Так продолжается и по сей день: раз в девять лет кто-то из потомков того рыбака пропадает в море.

МОРСКИЕ МУЖИ (MERMEN)

В фольклоре народов Западной Европы обитатели моря, супруги морских дев. Выглядят они куда менее привлекательно и гораздо меньше интересуются делами людей. У них длинные волосы и бороды, острые зеленые клыки, все они — глубокие старцы. Мужья они суровые и даже, если проголодаются, могут проглотить собственных детей. Именно морские мужи насылают шторма, поднимают бури и разбивают корабли, если кто-то посмел обидеть их жен. Капитаны всех кораблей и судов обладают необходимыми знаниями для того, чтобы умилостивить морских мужей. Им приносят жертвы, их попечению вверяются тела усопших в море. Лишь тот капитан, у кого хорошие отношения с морскими мужами, в целости и сохранности приведет свое судно в порт. Обладая способностью к оборотничеству, морские мужи часто превращаются в быков, рыб, лошадей и даже людей.

МУЛИАРТЕХ (MUILEARTEACH)

В шотландском фольклоре морской змей-оборотень, иногда выходящий на сушу в обличье дряхлой старухи. Он стучится в дома и просит, чтобы его пустили погреться. Но, едва очутившись внутри, мулиартех начинает стремительно увеличиваться в размерах и набрасывается на людей. В людском облике у него черное с синеватым отливом лицо и один-единственный глаз.

МУРИАНЫ (MURIANS)

В корнуоллском фольклоре фейри. Считается, что это бывшие небожители, которые оказались не слишком хороши для рая и недостаточно дурны для ада, посему они остались на земле. Мурианы постепенно уменьшаются в размерах до муравьев, после чего исчезают неведомо куда. Вот почему корнуоллцы полагают, что раздавить муравья — к беде. Существует и другая версия: мурианы — оборотни, способные перекидываться в животных и птиц. Однако они столь часто прибегали к превращениям, что нарушили некий физический закон, а потому теперь с каждым превращением становятся все меньше.

У мурианов очень красивые наряды — чудесные яркозеленые рубашки, небесно-голубые куртки, треуголки на головах мужчин и шапочки на головах женщин, одежды расшиты кружевами и увешаны бубенцами. Мурианы помогают тем людям, к которым благоволят, часто заглядывают в дома бедняков, веселят шутками прикованных к постели. Стоит им появиться, как в воздухе разливается цветочный аромат и слышится чудесная мелодия.

Известна история некоего Уильяма Ноя, зажиточного фермера, проживавшего близ Селенских болот в Корнуолле. Однажды вечером Уильям Ной вышел из трактира, сел на коня, выехал за околицу — и пропал. Соседи искали Ноя три дня; на третий день они услышали лай собак и конское ржание. В густых зарослях вереска была привязана лошадь Ноя, подле которой лежали на траве его собаки. Лошадь привела соседей к полуразрушенному сараю, где они наткнулись на крепко спящего Ноя. И вот что он поведал, когда проснулся. Ему не хотелось объезжать болота, и он решил ехать напрямик, но заплутал; неожиданно вдалеке замелькали огоньки и послышалась музыка. Лошадь ни в какую не желала идти на свет, а собаки жались к ее ногам. Пришлось спешиться. Привязав лошадь к кусту, Ной смело направился в ту сторону, откуда доносилась музыка. Он миновал чудесный сад и увидел дворец, на лужайке перед которым были расставлены столы. За столами пировали сотни крохотных людей в богатых одеждах.

Ной хотел было подсесть к ним, но его остановила девушка, в которой он узнал свою возлюбленную, Грейс Хатчинс, умершую три года тому назад. Она отвела Ноя в укромный уголок и сказала: «Хвала небесам, милый Уильям, что я успела тебя задержать. Не то ты превратился бы в такого же коротышку. Если хочешь вернуться домой, не прикасайся ко мне, не ешь плодов, что растут на деревьях, и не рви цветов. Соседи верят, будто я умерла; на самом деле вместо меня похоронили подменыша».

Выяснилось, что три года назад Грейс тоже заблудилась на болотах и попала в чудесный сад, где играла музыка. Устав блуждать, девушка сорвала золотистую сливу, которая мгновенно растаяла у нее во рту, и она упала без чувств. А когда пришла в себя, то увидела, что вокруг стоят и смеются крохотные существа. Это были мурианы, которые страшно обрадовались: еще бы, ведь нечасто удается залучить к себе смертную женщину.

Ной решил спасти возлюбленную. Вспомнив дедовский способ, он вывернул наизнанку свои рукавицы и кинул их прямо на стол. В мгновение ока все исчезло: мурианы пропали, но пропала и Грейс, а Ной очутился в полуразрушенном сарае. Потом что-то ударило его по голове, и он рухнул навзничь.

Как и многие другие из тех, кому довелось побывать в Волшебной Стране, Уильям Ной утратил всякий интерес к жизни. Такова цена, которую платит за проникновение в потусторонний мир большинство смертных.

МШАНКИ (MOSS MAIDENS)

В английском фольклоре фейри. Они строго придерживаются старинного уклада и настаивают на том, что люди должны жить по обычаям предков: не сдирать кору с деревьев, не запекать в хлеб зерна тмина и не рассказывать своих снов. Те, кто следует этим правилам, могут рассчитывать на помощь мшанок: если их подкармливать, они принесут удачу.

Мшанки не только помогают по дому, но и делятся тайными знаниями. Им ведомы все целебные травы и растения. В частности, им известно, где растет чудесный цветок «неболи», который помогает роженицам. Мшанки излечивают даже тех, от кого отступаются врачи. Они превращают листья деревьев в золото и дарят смертным нескончаемые мотки шерсти.

Ростом они от двух до трех футов. Одеты в наряды из мха, благодаря чему их часто можно спутать с деревьями. Лица у них морщинистые, тела волосатые, кожа серая. Правит мшанками «бабушка», седовласая старуха, древняя, как сама земля.

Сказка гласит, что однажды некий плотник шел через лес и увидел мшанку со сломанной тачкой. Он никуда не спешил, а потому устранил поломку. В награду мшанка подарила ему несколько щепок. Плотник изумился, но чтобы не обидеть мшанку, сунул щепки в карман, а едва старушка с тачкой скрылась из вида, бросил их на траву.

На следующее утро, сунув руку в карман, он нащупал щепку, которая за что-то зацепилась, а когда вынул, увидел, что та из чистого золота. Он побежал в лес, но сколько ни рыскал, других щепок так и не нашел.

Н

НАКИЛЕВИ (NUCKELAVEE)

В фольклоре жителей Оркнейских островов злобное морское чудовище, похожее на греческого кентавра: у него человеческий торс и плавники вместо ног. Пасть у накилеви огромная, как у кита, а дыхание ядовитое. Глаз у него один-единственный и пышет пламенем. Голова клонится то на одно плечо, то на другое, словно вот-вот свалится. Кожи у накилеви нет, и отчетливо видны внутренности. Когда накилеви выходит на сушу, ему навстречу лучше не попадаться: он убивает всех встречных, пожирает скот и губит своим ядовитым дыханием посевы. Спастись от него можно только одним способом — перебежать на другой берег реки: пресной, тем более проточной воды накилеви не выносит.

Сказка гласит, что один старик поздно ночью шел по песчаной косе между морем и озером с пресной водой и вдруг увидел, как из моря показался накилеви. Старик оцепенел от ужаса, но тут вспомнил, что накилеви не терпит пресной воды, и сделал шаг к кромке озера. Тем временем чудовище подобралось вплотную и протянуло руки, чтобы схватить человека. Старик отшатнулся, угодил одной ногой в озеро. Пресная вода плеснула на накилеви, тот заржал и отпрыгнул в сторону. Тогда старик кинулся бежать, а накилеви помчался за ним. На пути возник ручей, по которому вода из озера вытекала в море. Тут накилеви вновь чуть было не схватил человека. Собрав последние силы, старик перепрыгнул через ручей. Накилеви издал жуткий вопль, сжевал шляпу, сорванную с головы старика, и поскакал прочь, а старик в беспамятстве рухнул наземь.

НЕБЛАГИЙ ДВОР (UNSEELIE COURT)

В шотландском фольклоре фейри делятся на Благий и Неблагий Дворы. С фейри, которые принадлежат к Неблагому Двору, договориться невозможно, не стоит и пытаться. Самые жестокие среди них — слуа, мертвецы, которые скитаются по земле, похищая смертных. А похищенных они заставляют портить скот и метить людей эльфийскими метками. Встреча с фейри из Неблагого Двора всегда предвещает смерть.

НЕССИ (NESSIE)

Чудовище, якобы обитающее в шотландском озере Лох-Несс. У него длинное тело и не менее длинная шея, три горба на спине и шершавая шкура. Ведет оно себя довольно дружелюбно и до сих пор ни на кого не нападало. Несси — существо робкое; вдобавок его изрядно напугали любители сенсаций, которыми буквально кишат окрестности озера: еще бы, всем хочется увидеть это существо. Поэтому оно предпочитает не показываться на поверхности. Питается Несси в основном домашним скотом.

Само озеро Лох-Несс пользуется дурной славой. Рассказывают, что на нем раз в двадцать лет появляется корабль-призрак: он скользит ночью по воде с поднятыми парусами. Кроме того, когда-то в доме на берегу озера жил магистр оккультных наук Алистер Кроули. Говорят, в доме Кроули поселились демоны, которые свели с ума его эконома, пытавшегося убить свою жену и детей.

НИМУЭ (NIMUE)

Дева Озера, королева острова посреди волшебного озера. На этом острове воспитывался сэр Ланселот. Нимуэ подарила королю Артуру чудесный меч Эскалибур. Томас Мэлори рассказывал:

«В пути говорит король Артур:

— У меня нет меча.

— Не беда, — отвечал Мерлин, — тут поблизости есть меч, и, если я захочу, он достанется вам.

Едут они дальше и видят озеро, широкое и чистое. А посреди озера, видит Артур, торчит из воды рука в рукаве богатого белого шелка, и сжимает она в длани своей добрый меч.

— Глядите, — сказал Мерлин, — вон меч, о котором говорил я вам.

Тут видят они вдруг деву, по водам к ним идущую.

— Кто эта дева? — спросил Артур.

— Это Владычица Озера, — отвечал Мерлин. — Есть на озере большая скала, а на скале той стоит прекраснейший из замков, богато убранный. Сейчас дева эта приблизится к вам, и вам надлежит говорить с нею любезно, дабы она отдала вам тот меч.

Вот приблизилась дева к Артуру и приветствовала его, а он ее.

— О дева, — сказал Артур, — что это за меч держит вон та рука над водой? Хотелось бы мне, чтобы он был мой, ибо у меня нет меча.

— Сэр Артур, — отвечала девица, — меч этот мой, и если вы отдадите мне в дар то, что я у вас попрошу, вы его получите.

— Клянусь, — сказал Артур, — что подарю вам, что бы вы ни попросили.

— Хорошо, — согласилась дева, — войдите вон в ту барку и подгребите к мечу, и можете взять его себе вместе с ножнами. А я попрошу у вас обещанный дар, когда придет срок.

Спешились король Артур с Мерлином и привязали коней к дереву; и вошли они в барку. А когда поравнялись они с мечом, что держала рука, вынул Артур из руки рукоять меча и взял его себе. А рука скрылась под водой».

Когда короля Артура смертельно ранили, он велел одному из своих рыцарей, сэру Бедиверу, взять Эскалибур и бросить его в воды озера.

«И отправился сэр Бедивер на берег. А по пути рассмотрел он благородный меч, увидел, что рукоять с перекладиной вся усажена драгоценными камнями. И тогда сказал он себе: “Если я заброшу этот богатый меч в воду, от того никакого не будет добра, но лишь урон и ущерб”. И потому Бедивер спрятал Эскалибур под корнями дерева, а сам поспешил воротиться к королю и сказал, что будто бы дошел до берега и зашвырнул меч в воду.

— Что же ты там видел? — спросил король.

— Сэр, — он отвечал, — я не видел ничего, но лишь волны да ветер.

— Неправду ты говоришь, — сказал король. — А потому отправляйся туда снова и выполни мое повеление. Как мил ты мне и дорог, прошу тебя, не жалей, забрось его в воду.

И пошел сэр Бедивер назад, и вынул меч, и взял его в руку, и снова подумалось ему, что грех и позор бросать такой добрый меч. И тогда он опять спрятал его и воротился назад и опять сказал королю, будто бы… исполнил его повеление.

— Что же ты там видел? — спросил король.

— Сэр, — он отвечал, — я не видел ничего, но лишь колыханье волн и плеск прибоя.

— А, обманщик и предатель своего короля! — воскликнул король Артур. — Дважды ты меня предал… Смотри же, отправляйся снова, да поспеши, промедление твое грозит мне гибелью… И если ты и на этот раз не сделаешь, как я тебе сказал, я убью тебя моими руками, как только увижу…

И снова ушел сэр Бедивер, пришел туда, где лежал меч, вытащил его поспешно и принес на берег. И там намотал он перевязь на рукоять и зашвырнул меч в воду, как только смог далеко. В тот же миг поднялась из волн рука, поймала меч, сжала пальцами, трижды им потрясла и взмахнула и исчезла вместе с мечом под водою».

Когда Бедивер наконец исполнил повеление короля, к берегу пристала барка, на которой находилось четыре женщины. Правила баркой сестра короля Фея Моргана. Как сказано в старинной книге: «…на корабле, его увезшем, были три королевы: одна была сестра короля Артура королева Фея Моргана, другая королева Северного Уэльса, а третья — королева Опустошенных Земель. (И еще была там дама Нинева, главная Владычица Озера… она немало сделала когда-то для короля Артура.) Артура перенесли на эту барку, и под женский плач она отчалила от берега и двинулась к острову Авалон.

НОГГЛ (NOGGLE)

В фольклоре жителей Шетландских островов водяная лошадка. Как правило, ноггл появляется на суше под видом чудесной гнедой лошадки, оседланной и взнузданной. Ноггл не такой опасный, как келпи, но никогда не отказывается выкинуть ту или другую из двух своих излюбленных шуток. Если по ночам он видит, что на водяной мельнице кипит работа, то хватается за колесо и останавливает. Отогнать его можно, показав нож или высунув в окно горящую ветку. Еще он любит приставать к путникам. Стоит кому-то сесть на него, как ноггл бросается в воду. Впрочем, кроме купания, седоку ничто не грозит: очутившись в воде, ноггл исчезает со вспышкой синего пламени. Чтобы не перепутать ноггла с лошадью, следует смотреть на хвост: у ноггла хвост загибается на спину.

О

ОБЕРОН И ТИТАНИЯ (OBERON & TITANIA)

В английском фольклоре король и королева фейри. В рыцарском романе «Гюон из Бордо» приводится родословная Оберона — весьма, надо признать, внушительная: королева Тайного Острова Кефалония когда-то влюбилась в Непта-неба, правителя Египта, и вышла за него замуж. У них родился сын, который впоследствии стал Александром Македонским. Семьсот лет спустя в ту же даму влюбился Юлий Цезарь. Она родила ему сына — это и был Оберон. Фрейлины Кефалонии наделили его чудесными дарами — способностью читать мысли людей, перемещаться куда угодно в мгновение ока… А одна злобная дама прокляла Оберона; из-за этого он ростом всего-навсего с трехлетнего младенца. Большой любитель женской красоты, Оберон не упускает случая поухаживать за смертными. Что касается Титании, та гораздо более величественна, нежели ее супруг или королева Маб. Когда супруги ссорятся, это немедленно сказывается на природе и на делах человеческих. У Шекспира Титания упрекает Оберона такими словами:

«Уж с середины лета мы не можем

Сойтись в лугах, в лесу, у шумной речки,

У Камнем обнесенного ключа,

На золотом песке, омытом морем,

Водить круги под свист и песни ветра,

Чтоб криком не мешал ты нашим играм!

И ветры нам напрасно пели песни.

В отместку подняли они из моря

Зловредные туманы. Те дождем

На землю пали. Реки рассердились

И вышли, возгордись, из берегов.

С тех пор напрасно тянет вол ярмо,

Напрасно пахарь льет свой пот: хлеба

Сгнивают, усиков не отрастив.

Пусты загоны в залитых полях,

От падали вороны разжирели…

Грязь занесла следы веселых игр;

Тропинок нет в зеленых лабиринтах:

Зарос их след, и не найти его!

Уж смертные зимы скорее просят;

Не слышно песен по ночам у них…

И вот луна, властительница вод,

Бледна от гнева, воздух весь омыла

И ревматизм повсюду развела.

Мешаются все времена в смятенье:

И падает седоголовый иней

К пунцовой розе в свежие объятья;

Зато к короне ледяной зимы

Венок душистый из бутонов летних

В насмешку прикреплен. Весна и лето,

Рождающая осень, и зима

Меняются нарядом, и не может

Мир изумленный различить времен!

Все из-за наших ссор и несогласий:

Мы — их причина, мы их создаем»[76].

Разозленный очередной ссорой с Титанией Оберон велел своему шуту, Робину Доброму Малому, найти некий цветок и сбрызнуть его соком глаза королевы. Тот, кого она увидит первым, проснувшись, покажется ей милее всех на свете. Робин так и поступает, и Титания влюбляется в деревенского ткача, которого проказник Робин наделил ослиной головой. В конце концов Оберон сжалился над супругой и снял с нее наваждение.

П

ПАК (PUCK)

В английском фольклоре самый известный из хобгоблинов. Как и все прочие хобгоблины, паки обладают способностью к оборотничеству; кроме того, они охотно помогают людям, выполняя ту же работу, что и брауни. Тем не менее паков нередко отождествляли с бесами: так, например, Уильям Лэнгленд, автор «Видения Петра Пахаря», называет преисподнюю «паков загон», разумея, по-видимому, что дьявол сгоняет туда как овец души грешников. Любимая забава паков — сбивать с дороги путников. Характер пака замечательно описан Шекспиром:

То перед сытым жеребцом заржу,

Как кобылица; то еще дурачусь:

Вдруг яблоком печеным в кружку спрячусь,

И лишь сберется кумушка хлебнуть,

Оттуда я к ней в губы — скок!

И грудь Обвислую всю окачу ей пивом.

Иль тетке, что рассказ ведет плаксиво,

Трехногим стулом покажусь в углу:

Вдруг выскользну — трах! — тетка на полу.

Ну кашлять, ну вопить! Пойдет потеха!..[77]

Подобно другим хобгоблинам, паки не терпят неверных влюбленных. Как и брауни, пака можно прогнать, предложив ему в дар новую одежду (а сделать такой подарок, что называется, подмывает — ведь паки, как утверждается в сказках, расхаживают обнаженными).

ПЕРИТОН (PERYTON)

В средневековых бестиариях чудесный зверь, у которого орлиные крылья и рога — стоит их сломать, как они отрастают сами собой. Считается, что в перитона переселяется дух недавно умершего, ибо тень, которую отбрасывает перитон, пролетая над землей, — человеческая. Чаще всего это дух человека, умершего далеко от дома; поэтому жены моряков и солдат, завидев перитона, сразу начинают бояться за своих благоверных. Да и путники поглядывают на него искоса, ибо известно, что перитон не прочь подловить неосторожного человека, вознести его высоко в небо и оттуда сбросить наземь.

ПЕХИ (PECHS)

В шотландском фольклоре загадочные существа, которые построили круглые каменные башни (таких башен очень много на равнинах). Пехами — или пиктами — называли крохотных существ с рыжими волосами и длинными руками; ноги у них были такие широкие, что они ступнями закрывались от дождя. Дневного света пехи не выносили, а потому на рассвете всегда скрывались в своих холмах. Башни они строили так: вытягивались цепочкой от каменоломни до места стройки и возводили башню за одну ночь.

Куда пехи подевались, никто не знает, хотя гипотез относительно их происхождения и дальнейшей судьбы выдвигалось очень много.

ПИАСТ (PIAST)

В ирландском фольклоре чудовище, обитающее в озере Лох-Ри. Это водяной змей длиной около десяти футов, у него крупная голова и длинная шея с гривой, из которой торчат морские водоросли. Пиаст очень робок и на сушу выбирается крайне редко. Передвигается он с помощью похожих на весла плавников. По преданиям, рыбаки, чтобы пиаст не перевернул их лодки, время от времени выливают ему в глотку по целому бочонку бренди.

ПИКСИ (PIXY)

В английском фольклоре фейри. Рост у пикси может быть каким угодно — от пяди до нормального человеческого. У типичного пикси рыжие волосы и курносый нос; он ходит в зеленой куртке, а на голове носит громадный островерхий колпак, который закрывает прищуренные, боящиеся солнечного света глаза. Утверждают, что днем пикси перекидываются в ежей и в таком виде бродят среди смертных. Их любимая забава — сбивать с дороги путников: не случайно о заплутавших говорят: «Пикси попутали». Еще они подбрасывают на дороги куски дерна — человек, наступивший на такой кусок, словно попадает в неведомую страну, все вокруг кажется ему незнакомым, хотя бы он находился в двух шагах от своего дома (в ирландском фольклоре для таких кусков существует свое название — заклятый дерн). Кроме того, пикси крадут лошадей, особенно жеребят, и до изнеможения гоняют их ночами по полям. После этого на полях остаются круги, похожие на ведьмины кольца. Если человек ступит в такой круг, он попадет в Волшебную Страну и останется в ней до конца своих дней. (Впрочем, если ступить в круг одной ногой, ничего страшного не случится: человек увидит танцующих фейри, но повредить ему или залучить его к себе они не смогут.)

Самый надежный способ прогнать пикси — это вывернуть наизнанку куртку или показать железный крест.

Впрочем, пикси довольно дружелюбны. Они ухаживают за заброшенными могилами, оставляют на них цветы, помогают по дому, выполняя ту же работу, что и брауни. Правда, домашняя работа им быстро надоедает и они бросают ее при первом же удобном случае. Если пикси подарить новую одежду, он тут же ее натянет и заявит, что больше работать не будет.

По некоторым источникам, пикси — духи детей, умерших до крещения; по другим — это духи друидов или язычников, отошедших в мир иной до пришествия Христа, а потому не попавших ни в рай, ни в ад (рая они не заслуживают, потому как язычники, а чтобы отправиться в ад, недостаточно много грешили).

Сказка гласит, что один пьяница изводил свою жену и детей. Он вел себя настолько безобразно, что пикси решили вмешаться и наказать его. Однажды пьяница возвращался домой из трактира на своем пони и вдруг увидел в тумане огонек. Он направил пони на свет. Животное заупрямилось — оно-то ясно видело, что огонек держит пикси и что впереди мрачная трясина. Но пьяница все понукал его. А когда понял, что пони с места не сойдет — спешился и сам побрел на свет. Не сделал он и двух шагов, как провалился в болото и ушел под воду с головой. А пони поскакал домой.

Соседи увидели, что его копыта все в тине, и догадались, что случилось с пьяницей, и так обрадовались, что пустились в пляс. А жена пьяницы с тех пор каждый вечер выставляла на порог ведро чистой воды и мела очаг, и у нее все шло замечательно, а пони заботами фейри толстел с каждым днем.

ПИШОГ (PISHOGUE)

В ирландском фольклоре заклинание. Человек, на которого оно направлено, потеряет ориентацию и увидит совсем не то, что есть на самом деле.

Чаще всего пишог насылают фир дарриг. По сути это заклинание весьма похоже на наваждение, которое насылают английские фейри.

ПЛАНТ АННОН (PLANT ANNWN)

В валлийском фольклоре подземные фейри, которые выходят в верхний мир через горные озера. Короля их зовут Гвинн ап Нудд (согласно «Мабиногион», так же зовут и правителя Аннона — валлийской преисподней). К плант аннон принадлежат озерные девы (гуараггед аннон), волшебный скот (гуартег-иллин) и свора Аннона (кон аннон).

ПЛАНТ РИС ТУВН (PLANT RHYS DWFEN)

В валлийском фольклоре фейри, населяющие незримый край, в котором круглый год цветет некое чудесное растение, придающее этой земле невидимость. Миловидные и добродушные существа, ростом чуть ниже среднего, плант рис тувн любят бывать на людских рынках и платят за ничем не примечательные товары такие деньги, что с ними никто не может соперничать. Торговлю они ведут честно и помогают людям, которые отвечают им тем же.

Рассказывают, что один человек по имени Груффид всегда вел себя честно, поэтому фейри однажды пригласили его в гости и наделили богатыми дарами. Перед тем как расстаться, Груффид спросил, как же они охраняют свои сокровища. Фейри ответили, что охранять сокровища нет нужды: никто из них на богатства не покусится. С этими словами они выпроводили Груффида из холма, и больше он в ту страну уже не попадал.

ПЛЕННИКИ ВОЛШЕБНОЙ СТРАНЫ (CAPTED IN FAIRYLAND)

В мифах и фольклоре различных народов сюжет о людях, оказавшихся пленниками потустороннего мира, встречается довольно часто. В европейском фольклоре люди обычно становятся пленниками эльфов, которые насильно удерживают их в Волшебной стране. Фейри похищают не только детей, но и взрослых. Они заманивают к себе юношей, которые умеют играть на музыкальных инструментах и хорошо поют, а самые красивые из этих юношей становятся любовниками принцесс-чародеек. Впрочем, для мужчин опасность быть похищенными не столь велика; а вот женщинам, как утверждают сказки и предания, она угрожает буквально на каждом шагу. Молодых матерей выкрадывают, чтобы они выкармливали грудью младенцев-фейри (дело в том, что у фейри материнское молоко не слишком питательное); поэтому с рождения ребенка и до свершения над женщиной очистительного обряда необходимо принимать всевозможные меры предосторожности. Короли и принцы фейри частенько женятся на смертных женщинах, причем свадьбе почти всегда предшествует похищение.

Предание гласит, что Финварра, король ирландских фейри, хотя и был женат, не упускал случая поухаживать за приглянувшимися ему смертными женщинами. Неподалеку от холма, под которым находились чертоги Финварры, стоял замок. Хозяин замка недавно женился на прекрасной Этне и каждый день устраивал праздники в ее честь. Финварры он не боялся, ибо дружил с королем фейри. Как-то вечером, на балу, Этна, танцевавшая с мужем, вдруг потеряла сознание. Ее отнесли наверх, в спальню. К утру она очнулась, но на все вопросы отвечала рассказами о чудесной стране, в которой побывала ночью и куда хотела бы вернуться. На следующую ночь Этна исчезла. Хозяин замка, догадываясь, что здесь не обошлось без фейри, решил посоветоваться со своим другом Финваррой. Едва он ступил на склон холма, как услышал голоса. «Финварра счастлив, — произнес один. — Он залучил к себе во дворец прекрасную Этну. Муж ее никогда больше не увидит». «Ошибаешься, — ответил другой. — Если он выроет на вершине этого холма глубокую яму, чтобы дневной свет проник в недра земли, Этна к нему вернется». Молодой рыцарь тотчас послал за землекопами. К вечеру они прокопали половину намеченного и отправились отдыхать с хорошим настроением, ибо надеялись на следующий день закончить работу. Однако наутро оказалось, что ямы нет и в помине. Так повторялось три дня подряд, и молодой рыцарь пришел в отчаяние, но внезапно услышал голос, возвестивший: «Посыпь землю солью, и все будет в порядке». После этого работа шла без помех; землекопы подобрались столь близко к чертогам Финварры, что, приложив ухо к земле, можно было расслышать звуки музыки и голоса. «Финварра печален, — изрек один голос. — Он знает: что когда лопата смертного коснется стены его дворца, тот рассыплется в пыль». «Но если король отправит Этну обратно к мужу, мы спасены», — ответил второй. А сам Финварра воскликнул: «Отложите лопаты, люди, и на закате Этна вернется к своему мужу!» На закате молодой рыцарь встретил супругу у входа в глубокое ущелье, посадил на коня и отвез в замок. Но вскоре выяснилось, что Финварра его обманул — Этна не отвечала на расспросы, глядела в одну точку, словом, вела себя как человек, душа которого осталась в Волшебной Стране. Минул год, и молодой рыцарь услышал знакомые голоса. «Этна молчит до сих пор, ибо Финварра оставил у себя ее душу», — сказал один. «Муж может ее спасти, — ответил второй. — Нужно лишь развязать поясок и вынуть из него булавку, потом сжечь поясок, пеплом посыпать дверь в ее покои, а булавку закопать. Тогда Этна вновь обретет душу». Рыцарь стрелой помчался обратно в замок. С великим трудом он развязал поясок, вынул булавку, сжег поясок и посыпал пеплом дверь в покои Этны. Однако девушка по-прежнему не шевелилась. Рыцарь закопал булавку под кустом шиповника. Когда он вернулся, жена с улыбкой протянула к нему руки. Она помнила все, вот только год, проведенный в Волшебной Стране, мнился ей одним днем.

Пожалуй, самый знаменитый из пленников Волшебной Страны — Томас из Эрсилдуна, или Томас Рифмач, о котором сложено немало баллад. Одна из них гласит, что уставший Томас прилег отдохнуть над быстрой речкой и тут увидел прекрасную незнакомку:

Зеленый шелк — ее наряд,

А сверху плащ красней огня,

И колокольчики звенят

На прядках гривы у коня.

Ее чудесной красотой,

Как солнцем, Том был ослеплен…

Он завел с благородной дамой разговор, и та призналась ему, что она — королева эльфов и давно в него влюблена.

Побудь часок со мной вдвоем,

Да не робей, вставай с колен,

Но не целуй меня, мой Том,

Иль попадешь надолго в плен.

— Ну, будь что будет! — он сказал. —

Я не боюсь твоих угроз.

И верный Том поцеловал

Ее в уста краснее роз.

Королева промолвила:

— Тебя, мой рыцарь, на семь лет

К себе на службу я беру!

Что б не увидел ты вокруг,

Молчать ты должен, как немой,

А проболтаешься, мой друг,

Так не воротишься домой.

И они отправились в путь:

Они неслись во весь опор.

Казалось, конь летит стрелой.

Пред ними был пустой простор,

А за плечами — край жилой.

Через потоки в темноте

Несется конь то вплавь, то вброд,

Ни звезд, ни солнца в высоте,

И только слышен рокот вод.

Несется конь в кромешной мгле,

Густая кровь коню по грудь.

Вся кровь, что льется на земле,

В тот мрачный край находит путь.

Как и говорила королева, Томас провел в Волшебной Стране целых семь лет. Тем временем подошел срок платить подать дьяволу (по некоторым источникам, фейри каждые семь лет должны приносить дьяволу жертву. Опасаясь, что жертвой изберут Тома, королева вернула своего возлюбленного в мир смертных и на прощание наделила его даром говорить только правду:

Но вот пред ними сад встает,

И фея, ветку наклонив,

Сказала: — Съешь румяный плод —

И будешь ты всегда правдив!

— Благодарю, — ответил Том, —

Мне ни к чему подарок ваш.

С таким правдивым языком

У нас не купишь — не продашь.

Не скажешь правды напрямик

Ни женщине, ни королю…

— Попридержи, мой Том, язык,

И делай то, что я велю![78]

Вернувшись из Волшебной Страны, Томас-Рифмач многие годы жил в Эрсилдуне и прославился своими пророчествами. Но королева о нем не забыла. Однажды, когда он пировал в своем замке, слуга доложил, что на замковый двор пришли из леса две лани. Томас выбежал во двор, и лани увели его в лес, откуда он больше не возвратился. Правда, в ряде легенд утверждается, что Рифмач состоит в советниках у королевы эльфов.

ПЛЕНТИН НЬЮИД (PLENTYN-NEWID)

В валлийском фольклоре подменыши. Поначалу плентин ньюид выглядит точь-в-точь как тот младенец, которого он подменил, но быстро меняется: становится уродливым и раздражительным, постоянно капризничает. Он кусается, щиплется — словом, несчастна та мать, которой его подсунули. Порой он ведет себя как слабоумный, но порой выказывает сверхъестественную мудрость.

Способов избавиться от подменыша и вернуть свое дитя довольно много: можно сунуть его в натопленную печь или выкупать в настое наперстянки, а также сварить похлебку из яичной скорлупы или запечь в тесте дрозда.

Рассказывают, что у одной женщины фейри похитили детей-близнецов. Поначалу женщина ничего не заподозрила, но вскоре ей бросилось в глаза, что ее дети не растут. Она обратилась за советом к мудрому старику, и тот сказал:

— Возьми куриное яйцо, выплесни содержимое, а в скорлупе свари похлебку. Потом прикрой дверь, будто ушла, а варево оставь на столе и прислушайся. Если твои дети будут говорить как взрослые — утопи обоих в озере.

Женщина сварила похлебку в скорлупе и вышла из комнаты. Один близнец тут же сказал другому:

— Сколько лет живу на свете, никогда не видел, чтобы похлебку варили в яйце.

Женщина поняла, что это подменыши, схватила их в охапку и побежала к озеру. Только она успела бросить обоих в воду, как вдруг откуда ни возьмись появились фейри: вытащили подменышей из озера и были таковы. А женщина, вернувшись домой, увидела своих детей, целых и невредимых.

ПОДЗЕМНЫЕ ЖИТЕЛИ (SUBTERRANEANS)

В шотландском фольклоре фейри, которые обитают в холмах и раз в две недели меняют место жительства, переселяясь из одного холма в другой. Больше о них ничего не известно — настолько замкнутый образ жизни они ведут.

ПОДМЕНЫШИ (CHANGELING)

В фольклоре народов Западной Европы существа, которых фейри (или нечистая сила) оставляют взамен похищенных человеческих детей. Фейри готовы почти на все, чтобы похитить у зазевавшейся матери младенца. Это связано с тем, что либо, как утверждают одни, человеческими детьми фейри платят подать дьяволу, либо, как полагают другие, фейри стремятся улучшить свою породу и влить в нее свежую кровь. Чаще всего они крадут некрещеных детей, а вместо них оставляют подменышей. Подменыши бывают разные: к примеру, дубовые колоды, вырезанные в форме человеческого тела; такой колоде с помощью чар придается видимость жизни. Правда, чары быстро рассеиваются, а людям кажется, что ребенок умер, и его хоронят, не подозревая о том, что погребают обыкновенную деревяшку. Впрочем, гораздо чаще вместо младенца оставляют юного или наоборот, совсем уже дряхлого фейри, от которого его родичам уже ни малейшего толку. Он изводит своих «родителей» постоянными капризами, хнычет, требует есть, а сам не растет и не вылезает из колыбели.

Чтобы вернуть младенца, существует несколько способов. Правда, если вместо ребенка подложили колоду, надежд вернуть дитя практически нет. Но если фейри подсунули своего отпрыска, его можно щипать, бить — словом, мучить, пока настоящие родители не сжалятся и не заберут подменыша обратно. Правда, этот метод себя не оправдывает: многих детей (которые лишь самую малость были не такими, как все) замучили по подозрению в том, что они — подменыши. Их колотили, пороли, одного даже сожгли в печи, так как предполагали, что он — ведь подменыш же! — должен вылететь в трубу. Что касается пожилых подменышей, с ними главное — хитростью заставить признать свой истинный возраст. Способ такой: взять две дюжины пустых яичных скорлупок, положить в очаг и сделать вид, что варишь похлебку. Подменыш постепенно прекратит хныкать, приподнимется в колыбели и пронзительно воскликнет: «Я видел желудь, из которого вырос дуб, но никогда не видел, чтобы из скорлупы варили похлебку»! Тогда его нужно схватить и швырнуть в огонь: он с хохотом вылетит в печную трубу, а похищенный ребенок постучится в дверь.

Фейри — гораздо реже, чем детей — похищают и взрослых, вместо которых обычно оставляют оживленную колоду.

Предание гласит, что одна женщина только-только успела родить, как из-под земли раздался стук. Фермер поспешил к жене и вдруг, проходя мимо сарая, услышал чей-то голос: «Остерегайся скрюченного пальца!» А у его жены как раз был такой палец, и фермер догадался, что фейри замыслили недоброе. Он зажег свечу, взял в руки нож и раскрыл Библию. В ту же секунду из сарая донесся вопль. Фермер стиснул нож зубами и, держа в одной руке свечу, а в другой — Библию, двинулся к сараю. Распахнул дверь, кинул внутрь Библию. Крики стали громче; внезапно мимо фермера промчалась целая толпа фейри. Они так торопились, что бросили деревянную колоду, как две капли воды похожую на фермерскую жену. Фермер подобрал колоду и долгие годы рубил на ней дрова, а фейри к его дому больше и близко не подходили.

Сказка гласит, что однажды ночью в дом к некоему фермеру вошел высокий мужчина в черном плаще. Следом шагала старуха с волосатым, уродливым младенцем на руках. В доме погас свет. Когда его зажгли, родители увидели, что их ребенок пропал, а уродливый младенец лежит в колыбели. Не успели они еще опамятоваться, как в дверь постучали, и вошла женщина в красном платке. Она спросила, почему у них такой ошеломленный вид, а когда узнала, в чем дело, посоветовала не грустить: мол, волосатый младенец — ее ребенок, и если его ей вернут, она подскажет, что нужно предпринять. По совету этой женщины фермер и его жена пришли на волшебный холм, сожгли три вязанки хвороста и пригрозили спалить все, что росло на холме, если фейри не отдадут им ребенка. Фейри испугались и тут же вернули похищенного.

По некоторым источникам, угроза сжечь терновник на волшебном холме иногда помогает вызволить и взрослых.

ПОРТУНЫ (PORTUNES)

В английском фольклоре маленькие фейри, о которых упоминает в своей хронике Жерве из Тилбюри. Они трудятся на полях, а по ночам разводят костры и поджаривают на огне лягушек, которых потом едят. Выглядят портуны как старички со сморщенными личиками и носят куртки в заплатах. Если нужно что-либо втащить в дом или выполнить другую тяжелую работу, они охотно за нее возьмутся. Любимое развлечение у них такое: подстеречь поздно вечером одинокого путника, схватить его лошадь за уздечку, завести в озеро и с громким хохотом исчезнуть.

ПРОЗВИЩА ФЕЙРИ (FAIRYNAMES)

Во многих традициях, в том числе и на Британских островах, принято называть фейри разного рода описательными именами. Это объясняется тем, что называть фейри настоящим именем небезопасно: они могут появиться и устроить какую-нибудь пакость. Среди наиболее распространенных прозвищ фейри следующие

Добрый Народец,

Малый Народец,

Земляной Народец,

Господа,

Чудесная Семейка,

Чудесный Народ,

Славный Народец,

Серые Соседи,

Добрые Соседи,

Загадочный Народец,

Народ Холмов,

Почтенный Народец,

Малыши,

Крошки,

Мирный Народец,

Ватага,

Древний Народец,

Чужаки,

Те,

Те Самые,

Крошечный Народец.

В народной песенке поется:

Если фейри назовешь —

От меня ни с чем уйдешь.

Если крикнешь: «Эй, сосед!» —

Подмигну тебе в ответ.

Ну а молвишь: «Друг» — тогда

Стану другом навсегда.

ПУКА (POOKA)

В валлийском и ирландском фольклоре оборотень, родич английского пака. Он во всем схож со своим родственником — и привычками, и повадками; разнятся они только обликом. У ирландского пуки козлиные рога и копыта, у валлийского — птичья голова, а фигурой он смахивает на головастика. Ирландский пука может перекидываться в осла и летучую мышь, в козла и в орла; в этом обличье он ради шутки похищает людей, поднимается с ними в небо и сбрасывает наземь. Чаще всего он превращается в лошадку, на которую так и хочется сесть. Но горе всаднику — лошадка с довольным ржанием пускается вскачь по холмам и оврагам, а под конец скидывает седока в канаву или в реку. Еще у пуки есть обыкновение притворяться бродячим огоньком: он заводит путников в болота и буераки и с громким хохотом исчезает.

Рассказывают, что одна девушка каждый вечер оставляла для пуки кринку молока и ломоть хлеба. Но однажды из озорства она сама выпила молоко и съела почти весь хлеб, так что пуке пришлось довольствоваться водой. На следующий день девушку вдруг схватил кто-то невидимый и как следует отшлепал по мягкому месту, а потом посоветовал больше так не делать.

Р

РАКУШНИК (SHELLYCOAT)

В шотландском фольклоре злокозненный зверь. Обитает он в проточной воде и весь покрыт ракушками, которые бренчат, когда ракушник шевелится. Он обожает потешаться над путниками: устраивает на берегу переполох, зовет на помощь и гремит ракушками как кастаньетами, а когда путник бросается на выручку, ракушник окатывает его водой и исчезает с громким смехом.

РОАНЫ (ROANE)

В шотландском фольклоре фейри, которые живут в воде и лишь время от времени выходят на сушу. В море они плавают под видом тюленей, а выходя на сушу, сбрасывают с себя тюленьи шкуры. Живут они в подводных дворцах из перламутра и жемчуга.

Роаны — самые добродушные и робкие изо всех фейри.

Сказка гласит, что однажды некий охотник пытался ножом убить самца-тюленя, но лишь ранил его и вдобавок уронил нож в море. Вечером в его дверь постучали. На пороге, держа в поводу лошадь, стоял незнакомец, который сказал, что его послали заключить сделку: мол, если охотник добудет столько-то шкур, ему хорошо заплатят. Если он согласен, то вот конь, а заказчик ждет неподалеку. Они сели на коня; тот помчался вскачь и вскоре поравнялся с торчавшей из моря скалой. Тут незнакомец схватил охотника и прыгнул вместе с ним в море. Они опустились на самое дно, и их окружили тюлени. Охотнику, который тоже превратился в тюленя, протянули нож и спросили: «Это твой?» Он признался. Тогда его провожатый сказал: «Ты ранил моего отца и лишь ты можешь его исцелить». Охотник в точности выполнил то, что ему говорили, и рана зажила на глазах. После этого от охотника потребовали клятвы, что он перестанет убивать тюленей, и отпустили домой. А у порога своего дома он нашел мешок с золотом.

РОБИН ГУД (ROBINHOOD)

В английском фольклоре персонаж, благородный разбойник, который грабил знатных людей и всю добычу раздавал бедным. Вместе со своим отрядом вольных стрелков Робин Гуд обитал в Шервудском лесу. Фольклорная традиция отождествляет Робин Гуда с Робином Добрым Малым; пуритане же считали его бесом. Кстати сказать, по преданиям, вольные стрелки часто заключали договор с дьяволом. По этому договору стрелок вручал дьяволу свою душу, а тот взамен направлял все стрелы, выпущенные человеком, точно в цель.

РОБИН ДОБРЫЙ МАЛЫЙ (ROBIN GOODFELLOW)

В английском фольклоре самый известный из хобгоблинов. Он прославился благодаря Шекспиру, который вывел его в своей пьесе «Сон в летнюю ночь». Фея, с которой беседует Робин, говорит:

«Да ты… не ошибаюсь я, пожалуй:

Повадки, вид… ты — Робин Добрый Малый?

Тот, что пугает сельских рукодельниц,

Ломает им и портит ручки мельниц,

Мешает масло сбить исподтишка,

То сливки поснимает с молока,

То забродить дрожжам мешает в браге,

То ночью водит путников в овраге;

Но если кто зовет его дружком, —

Тем помогает, носит счастье в дом»[79].

Существует книга, которая называется «Робин Добрый Малый, его безумные шутки и веселые проказы». Если верить автору этой книги, Робин — полукровка, сын короля фейри Оберона и деревенской женщины. В нежном шестилетнем возрасте он сбежал из дома, и до тех пор никаких чудесных способностей у него не было. Однажды он заснул в лесу, а пробудившись, увидел рядом золотой свиток с текстами заклинаний; то был подарок Оберона. Отец наделил его даром оборотничества и наказал использовать свои таланты во зло неправедным людям и во благо добрым. Ему было обещано, что, если он исполнит наказ, его со временем приведут в Волшебную Страну.

С

САМАЙН (SAMHAIN)

Древний кельтский праздник, отмечается каждый год 31 октября. Точнее, отмечался раньше, ибо ныне ему на смену пришел Хэллоуин.

СЕЛКИ (SELKIES)

В фольклоре жителей Оркнейских и Шетландских островов морские фейри, родичи шотландских роанов. Это тюлений народ, добрые существа с карими глазами. Тюленьи шкуры позволяют им жить в море, однако они время от времени должны выныривать, чтобы глотнуть воздуха. По некоторым источникам, селки — потомки людей, изгнанных в море за свои преступления. Вот почему их так тянет на сушу. Когда селки выходят на берег, то сбрасывают шкуры и превращаются в писаных красавиц. Если шкуру украсть, селки останется на суше. Если она выйдет замуж, у ее детей будут маленькие рожки между пальцами; вдобавок они приобретут целительские способности. В отличие от роанов селки сурово мстят за обиды: насылают шторма, переворачивают рыбацкие лодки, рвут сети и выпускают на волю рыбу. Селки можно призвать: для этого следует во время прилива сесть на камень у воды и уронить в море семь слезинок.

Сказка гласит, что некий рыбак шел по берегу и вдруг услышал звонкий смех. Он подкрался поближе и увидел купающихся в море молодых людей. Неподалеку на песке лежали тюленьи шкуры. Рыбак стащил одну из них. Когда все остальные перекинулись в тюленей и уплыли, на берегу осталась одна прелестная девушка. Она умоляла рыбака отдать шкуру, но тот полюбил девушку с первого взгляда и взял ее в жены. Они стали жить вместе и были счастливы, но жену рыбака словно что-то тяготило: она порой с тоской поглядывала на море. Как-то младшая дочка спросила ее, что такое лежит в каменном сарае — такое серебристое, с коричневыми полосками. Женщина бросилась в сарай, схватила шкуру и устремилась к морю. Когда она отплывала от берега, навстречу ей попалась лодка, в которой сидел рыбак. Он поглядел на тюленя и узнал взгляд жены, но было уже поздно.

СИДЫ (SIDHE)

В ирландском и шотландском фольклоре героические фейри. Сиды — правильно «ши» — аристократы Волшебной Страны. Они ведут свой род от Туата Де Дананн. Сиды высоки ростом и красивы настолько, что людям ни в коем случае нельзя смотреть на них. Одного их прикосновения достаточно, чтобы свести человека с ума; стрелы сидов, с пропитанными ядом наконечниками, убивают на месте. Правит сидами королева Медб — красавица в белой шелковой мантии, с голубыми глазами и длинными волосами. Тот, кому доведется увидеть ее, умрет от любви и тоски.

Если сидам не докучать, они не обратят на людей ни малейшего внимания. У них своя жизнь, свои заботы — они пасут стада, попивают виски, музицируют. Сиды не отказываются от подношений, но эти подношения лучше оставлять на определенном расстоянии от холмов, в которых они живут. Ибо известно, что сиды похищают неосторожных и превращают их в своих рабов. Те, кому в конце концов удается вырваться, до конца дней не могут оправиться от пережитого потрясения; такие люди становятся безумцами, пророками или целителями.

Пуще всего следует избегать сидов в кануны Белтейна и Хэллоуина (1 мая и 31 октября), когда они переселяются с «летних квартир» на «зимние» и наоборот, а также весь месяц май — в сумерках, перед рассветом и в полдень.

В ирландской саге «Исчезновение Кондлы Прекрасного, сына Конда Ста Битв» рассказывается, что девушка из сидов долго соблазняла одного юношу. Она говорила ему:

«— Я пришла из страны живых, из страны, где нет ни смерти, ни невзгод. Там у нас длится беспрерывный пир, которого не надо готовить. В большом сиде (холме. — К. К.) обитаем мы, и потому племенем сидов зовемся мы.

Пойдем со мной, мой возлюбленный.

Золотой венец покроет твой пурпурный лик,

Чтоб почтить твой царственный облик.

Пожелай лишь — и никогда не увянут

Ни юность, ни красота твоих черт,

Пленительных до скончания века».

Дважды друидам удавалось рассеять чары сидов, но на третий раз, когда девушка спела:

«— Давно влечет тебя сладкое желание,

Со мной за волну унестись ты хочешь,

Если войдешь в мою стеклянную ладью,

Мы достигнем царства Победоносного.

Есть иная страна, далекая,

Мила она тому, кто отыщет ее.

Хоть, вижу я, садится уж солнце,

Мы ее, далекой, достигнем до ночи»[80], —

юноша прыгнул в стеклянную ладью и уплыл вместе с девушкой, и больше его среди людей не встречали.

СЛЕЙ БЕГГИ (SLEIGH BEGGEY)

В фольклоре жителей острова Мэн исконные обитатели Мэна, появившиеся там задолго до прихода людей. Живут они под землей, причем чтобы попасть в их жилище, нужно преодолеть подземный водоем или реку. Ходы в жилища Слей Бегги открываются раз в году, в канун Белтейна. Говорить об этих фейри следует только ласково, ибо они слышат все разговоры людей.

Слей Бегги — отъявленные воришки, особое предпочтение они отдают лошадям. У них хватает своих коней, но они попросту не могут удержаться, когда видят рослых и стройных человеческих скакунов. Узнать, что на лошади ездили Слей Бегги, можно по взмыленным бокам животного.

Бегги ходят только по дорожкам, которые сами себе отвели. Они ненавидят соль, искусственное освещение, подковы, серебро и все желтые цветы, кроме ракитника. Если на снегу остались отпечатки, похожие на птичьи следы, — значит, тут проходили Слей Бегги.

СЛУА (SLUAGH)

В шотландском фольклоре фейри, еще более злобные, чем Неблагий Двор. Это воинство неупокоенных мертвецов. Они стаями носятся по небу и сражаются, не ведая отдыха. Их крики и лязг оружия разносятся далеко окрест в студеные зимние ночи. Кровь слуа пятнает скалы и валуны. Они убивают кошек, собак и домашний скот, безжалостно поражают животных дротами. Людей они призывают под свои знамена, и те подчиняются, ибо просто не могут ослушаться.

СПАНКИ (SPUNKY)

В шотландском фольклоре бродячий огонек. Эти фейри сбивают с дороги путников, топят в море лодки, кормчие которых принимают спанки за огни маяка. По некоторым источникам, спанки — духи некрещеных младенцев, обреченные скитаться по земле до Страшного Суда. В ночь летнего солнцеворота спанки собираются в церквях, чтобы встретить приветом недавно умерших.

СПРИГГАНЫ (SPRIGGANS)

В английском фольклоре уродливые фейри, из которых правители Волшебной Страны чаще всего набирают себе телохранителей. Их можно встретить на развалинах древних крепостей и замков, где они стерегут сокровища. Они крадут человеческих детей, вместо которых оставляют подменышей, насылают ненастье и устраивают другие пакости.

По некоторым источникам, спригганы — потомки древних великанов, а потому могут, если захотят, вырастать чуть ли не до небес. В отличие от боуги, они не столько зловредны, сколько склонны поозорничать, хотя иногда такое озорство кажется худшей из напастей.

Предание гласит, что спригганы собирались по ночам в доме одной старухи и делили добычу, а старухе всегда оставляли серебряную монетку. Но старуха была жадиной и однажды, когда спригганы в очередной раз вернулись с награбленным добром, она вывернула наизнанку кофту, но не успела надеть, чтобы прогнать фейри и забрать все себе. Спригганы ей отомстили: с тех пор, стоило старухе надеть эту кофту, ее тут же начинало корчить.

Еще рассказывают, что однажды несколько контрабандистов пристали к берегу. Двое отправились искать покупателей на товары, а остальные улеглись вздремнуть. Но заснуть им не дали пронзительные звуки дудок. Один из мужчин решил проверить, кто там расшумелся. Между холмами он увидел скопище крошечных человечков в разноцветных одеждах. Человечки танцевали под музыку. Человек дважды окликнул их, и вдруг спригганы — а это были они, — развернувшись к нему, выстроились клином. Откуда ни возьмись появились луки со стрелами и копья, и вся толпа двинулась на человека. Он бросился бежать, поднял своих товарищей. Они запрыгнули в лодку и погребли прочь от берега. А спригганы приближались, причем с каждым шагом становились все выше. Контрабандисты провели в море всю ночь, лишь на рассвете спригганы исчезли, и люди смогли вновь пристать к берегу.

СПЯЩИЕ ВИТЯЗИ (SLEEPING WARRIORS)

В европейском фольклоре легендарные воины, спящие под холмами и курганами в ожидании своего часа. Среди этих героев Карл Великий и Фридрих Барбаросса, Хольгер Датский и король Артур. В большинстве преданий утверждается, что воин и его дружина очнутся, когда кто-либо протрубит в рог, висящий рядом с витязем.

Легенда гласит, что некий король вместе со своей королевой и дружиной спал в подземелье замка, куда невозможно было попасть, ибо вход был засыпан. Однажды деревенский пастух провалился в дыру и очутился в подземелье. Он на ощупь двинулся вперед и вскоре увидел свет, а затем очутился в сводчатом зале, где и вправду увидел короля с королевой и воинов. Рядом с королем стоял столик, на котором лежали большой рог, подвязка и каменный меч. Пастух взял меч — рыцари зашевелились — и перерубил подвязку. Спящие уселись на своих ложах, но тут пастух вложил меч обратно в ножны, и тогда король, перед тем как снова лечь, произнес:

«На горе нам, на горе всем Проклятый трус рожден!

Меч обнажил, но не посмел Коснуться рога он».

СТУКАНЦЫ (KNOCKERS)

В корнуоллском фольклоре горные фейри, искусные рудокопы, которым известно местонахождение каждой жилы в толще скал. Порой можно слышать, как они стучат своими молоточками в заброшенных штольнях. Если кто-то из людей придется стуканцам по нраву, они подскажут, где стоит копать. По преданиям, с помощью стуканцов многие рудокопы и впрямь находили богатые жилы. Кроме того, стуканцы предупреждают об опасности — принимаются стучать дробно, вразнобой, или же кто-то из них садится у входа в штольню и принимается громко стонать. В награду за то, что они приносят удачу, их следует подкармливать и раз или два в год шить им новую одежду. Стуканцы терпеть не могут, когда в шахте свистят или ругаются. Зато очень любят смех и веселье, а свист доводит их до безумия и они даже могут свернуть свистуну шею. По некоторым источникам, стуканцы — духи евреев, трудившихся когда-то в шахтах (этих евреев отправили под землю в наказание за то, что они принимали участие в распятии Христа).

Ростом стуканцы от одного до трех футов, одеты как рудокопы, в кожаных фартуках и с палками в руках. Стуканцов не следует путать со стукачишками, которые относятся к суматошникам и живут не в шахтах, а в людских домах.

Предание гласит, что однажды на троих рудокопов, трудившихся в шахте, обрушился град камней. Они отбежали на безопасное расстояние и вдруг увидели перед собой маленького человечка с камнем в руке. Не говоря ни слова, он показал рудокопам за спину. Те обернулись — и увидели, как потолок штольни, в которой они работали, медленно осел, ломая крепеж.

СУМАТОШНИКИ (POLTERSPRITES)

В английском фольклоре демонические существа, которых русский язык именует «барабашками» или «полтергейстом». Эти существа — потомки кобольдов, расселившиеся по всему миру. Суматошники — оборотни, любимое занятие которых — греметь и стучать. Они бегают по дому в обличье белок или кошек, устраивая такой тарарам, что подпрыгивают блюдца в буфете и чашки на столе. Они колотят по полу, громыхают на чердаке, кидают камни на крышу, скрипят мебелью. Когда кому-либо из членов семьи, живущей в доме, приходит срок умереть, шум становится еще громче — суматошники как бы предупреждают о грядущей беде.

Они носят зеленые или серые куртки и красные шапки-невидимки. А.Н. Афанасьев говорит: «Они колотят по стенам, стучат по лестницам, хлопают дверьми, бросают в проходящих кирпичи и камни, возятся, прыгают и кричат в ночное время, стаскивают с сонных постельные покровы, гасят у слуг свечи, опрокидывают у коровницы подойник и, разливая молоко, смеются злым смехом… они являются домашними мучителями, пугалами детей и взрослых».

Т

ТАГЕЙРМ (TAGHAIRM)

Магический ритуал, суть которого состоит в том, чтобы заживо поджаривать кошек, пока не появится громадный кот по прозванию Большие Уши, который выполнит желание заклинателя. Вот как описывает церемонию магистр книжной и оккультной магий Густав Майринк:

«…Со мной была тележка с пятьюдесятью черными кошками… Я развел костер и произнес ритуальные проклятия, обращенные к полной луне… Выхватил из клетки первую кошку, насадил ее на вертел и приступил к тагейрму. Медленно вращая вертел, я готовил инфернальное жаркое, а жуткий кошачий визг раздирал мои барабанные перепонки в течение получаса, но мне казалось, что прошли многие месяцы, время превратилось для меня в невыносимую пытку. А ведь этот ужас надо было повторить еще сорок девять раз!.. Предощущая свою судьбу, кошки, сидевшие в клетке, тоже завыли, и их крики слились в такой кошмарный хор, что я почувствовал, как демоны безумия, спящие в укромном уголке мозга каждого человека, пробудились и теперь рвут мою душу в клочья… Смысл тагейрма состоит в том, чтобы изгнать этих демонов, ведь они-то и есть скрытые корни страха и боли — и их пятьдесят!.. Две ночи и один день длился тагейрм, я перестал, разучился ощущать ход времени, вокруг, насколько хватало глаз, — выжженная пустошь, даже вереск не выдержал такого кошмара — почернел и поник…»

ТАРУ-УШТИ (TARROO-USHTEY)

В фольклоре жителей острова Мэн водяной бык. Он менее злобен, чем кабилл-ушти, но это не означает, что с тару-ушти можно шутить. Узнать его можно по круглым ушам и дикому блеску в глазах.

Предание гласит, что некий фермер заметил тару-ушти, который пасся вместе с его стадом. Он ударил быка палкой, и тот прыгнул в море, а у фермера полегла пшеница. В следующий раз фермер попытался изловить быка, но тот ускользнул, а у фермера сгнил на корню картофель. На третий раз, по совету мудрого старика, фермер огрел тару-ушти палкой из рябины. Это подействовало — тару-ушти спокойно вошел в загон. Какое-то время спустя фермер повел быка на ярмарку. Некий человек согласился купить животное при условии, что фермер на нем прокатится. Тот сел, стукнул быка рябиновой палкой, но палка вдруг выскользнула у него из руки, а бык помчался вскачь и прыгнул в море. Лишь в последний миг фермеру удалось соскочить, и он едва живой добрался до дома.

ТИЛВИТ ТЕГ (TYLWITH TEG)

В валлийском фольклоре златовласые фейри. Волосы у них золотистые потому, что они часто женятся на гуараггед аннон. Жилища тилвит тег находятся под землей, а чтобы добраться до них, нужно сначала нырнуть в реку или в озеро. Тилвит тег дружелюбны к тем, кто им нравится, впрочем, этим людям тоже грозит опасность — они могут попросту исчезнуть из мира смертных или пропасть и вернуться безумцами. Главный порок тилвит тег — они не могут удержаться, чтобы не украсть златовласого младенца или молодую девушку.

Порой прозвище тилвит тег употребляют применительно лишь к тем фейри, что высоки ростом, одеты в белое и живут на невидимом острове, а порой — к тем, что носят одежду желто-зеленых тонов, отличаются хитростью и проказливостью, воруют молоко и похищают детей. Впрочем, всех этих фейри объединяет одна черта: у них золотистые кудри, и являются они только тем людям, которые могут похвастаться такими же волосами. Тилвит тег пасут коз, расчесывают козлам бороды, охотятся, а также проводят время за танцами и прочими развлечениями.

ТОПОТУН (SKRIKER)

В английском фольклоре фейри, встреча с которым предвещает несчастье и даже смерть. Порой слышно, как он разгуливает по лесу, издавая душераздирающие вопли. Обычно топотун невидим, но иногда появляется среди людей под видом большого черного пса с глазами-плошками и длинным густым мехом.

Сказка гласит, что некий путник услышал позади тихое «шлеп-шлеп». Обернувшись, он увидел громадного белого пса и огрел его палкой. Палка прошла насквозь, а пес лишь пристально посмотрел на человека, но тот так испугался, что опрометью кинулся домой, слег в постель и через несколько дней умер.

ТРАУ (TROW)

В фольклоре жителей Оркнейских и Шетландских островов фейри, которые, подобно карликам и троллям, боятся солнечного света. Правда, в отличие от тролля, трау, которого застал рассвет, не превращается в камень, а всего лишь теряет способность передвигаться, и вынужден, чтобы сойти с места, дожидаться вечера. Среди трау нет ни единой женщины, поэтому они женятся на смертных, причем всякая женщина, у которой рождается ребенок от трау, умирает сразу после родов. Потому трау женятся один-единствен-ный раз в жизни. Существуют как трау морские, так и «наземные». По ночам трау играют на скрипках и танцуют (их любимый танец — хенкинг). Некоторые утверждают, что трау — искусные кузнецы. В частности, об этом писал Вальтер Скотт: «Я повесил себе на шею цепочку, которую, как известно всем на островах, выковали не смертные кузнецы, а трау в глубине своих загадочных пещер…»

Трау умирают, когда их сыновья становятся взрослыми. Некоторые отказываются жениться, надеясь таким образом достичь бессмертия. Но у трау есть закон, по которому упорствующих холостяков изгоняют, и вернуться они могут лишь с женами.

Подслушать разговор трау — к удаче, но увидеть трау — к большой беде. Одеваются трау обычно в серое и ходят задом наперед.

ТУАТА ДЕ ДАНАНН (TUATHA DE DANANN)

В ирландской мифологии и фольклоре божества, рожденные богиней Дану (отсюда их прозвище — Племена богини Дану). Они в незапамятные времена сошли с небес на землю и принесли с собой многие умения и искусства. Они спустились наземь в Ирландии, победили фирболгов и стали править островом, но потом потерпели поражение от милезов и бежали за океан. Туата Де Дананн — величайшие чародеи Волшебной страны (см. ФЕЙРИ). Они вечно молоды и прекрасны, у них замечательные кони — быстроногие, как ветер, спины дугой, широкая грудь, глаза пышут пламенем. Конюшни этих животных, уздечки которых — сплошь из золота и серебра, находятся в тех же холмах, где живут Туата. На выезд Туата стоит посмотреть: семь коней шагают в ряд, на лбу у каждого сверкает самоцвет, всадники все в зеленых плащах и золотых шлемах, с золотыми копьями в руках… К потомкам Туата Де Дананн принадлежат сиды и дини ши.

Вот что говорится о Туата Де Дананн и их сокровищах в саге «Битва при Маг Туиред»: «На северных островах земли были Племена Богини Дану и там постигали премудрость, магию, знание друидов, чары и прочие тайны, покуда не превзошли искусников со всего света.

В четырех городах постигали они премудрость, тайное знание и дьявольское ремесло — в Фалиасе и Гориасе, Муриасе и Финдиасе.

Из Фалиаса принесли они камень Лиа Фаил, что был потом в Таре. Вскрикивал он под каждым королем, кому суждено было править Эрином.

Из Гориаса принесли они копье, которым владел Луг. Ничто не могло устоять пред ним или пред тем, в чьей руке оно было.

Из Финдиаса принесли они меч Нуаду. Стоило вынуть его из боевых ножен, как никто уже не мог от него уклониться, и был он воистину неотразим.

Из Муриаса принесли они котел Дагда. Не случалось людям уйти от него голодными».

У

УРИСК (URISK)

В шотландском фольклоре фейри, похожие отчасти на человека, отчасти на козла. Уриск приносит счастье тому дому, в котором селится, он присматривает за скотом и за хозяйством. Иногда он предпочитает жить не в доме, а в пещере близ водопада, однако постоянно скучает по человеческому обществу, а потому частенько преследует ночами запоздалых путников, не причиняя тем, впрочем, ни малейшего вреда. В определенный заранее день все уриски собираются на своего рода торжественную встречу.

УРЧИН (URCHIN)

В английском фольклоре прозвище фейри, связанное с тем, что некоторые боуги и пикси имеют привычку превращаться в ежей («urchin» переводится как «еж»). В пьесе Шекспира «Буря» волшебник Просперо насылает на Калибана именно урчинов:

«Всю ночь — попомни это — будут духи

Тебя колоть и судорогой корчить.

От их щипков ты станешь ноздреватым,

Как сот пчелиный, и щипки их будут

Еще больнее, чем укусы пчел»[81].

Ф

ФАХАН (FACHAN)

В шотландском фольклоре уродливый фейри, одного взгляда на которого порой достаточно, чтобы умереть от страха. У него одна рука, растущая из груди, одна нога и один глаз посреди лица. По некоторым источникам, из темечка у фахана торчит пук темно-синих перьев, смахивающих на петушиный гребень. Когда фахан собирается нападать, эти перья становятся дыбом. В руке он обычно держит железную цепь или кожаный хлыст, орудуя которыми, может уничтожить за ночь целый сад. По описаниям, это весьма своеобразная цепь — в ней двадцать звеньев, на каждом звене по пятьдесят яблок, каждое из яблок пропитано отравой.

ФЕИ (FAYS)

В фольклоре народов Западной Европы воздушные существа в снежно-белых нарядах. Они живут близ потоков, в которых каждый вечер стирают свои платья. Чтобы просушить платья, феи надевают их на себя и пускаются в пляс на берегу. Тем, кто будет в этот миг проходить мимо, грозит серьезная опасность: если они согласятся потанцевать, их ждет могила на дне реки. Очень немногие из людей могут противиться очарованию фей. У них миловидные личики и гипнотический взор, а отличить их можно по змеиному хвосту или по птичьим лапкам вместо ног. Они способны по желанию превращаться в облако и в пелену тумана, в камень и в мох. На деревенских ярмарках феи торгуют самоцветами и отрезами тканей — ради забавы, ибо когда покупатель наклоняется, чтобы рассмотреть товар, фея выворачивает ему руку и со смешком исчезает.

К феям, как и ко всем прочим фейри, следует относиться с уважением, нельзя обижать их, а уж тем более оскорблять. Нельзя мешать им брать то, что они хотят, ибо они всегда возвращают то, что берут, в целости и сохранности.

Если фея дает совет, ему надо следовать в точности, каким бы странным и невразумительным он ни казался. О дарах фей ни в коем случае нельзя никому рассказывать.

У фей множество прозваний и обличий: марты — темнокожие волосатые женщины с грудями до колен и огненными глазами; соважоны; файеты, обожающие превращаться в мотыльков; хады и фады, бланкеты, файюли и даже горные феи, появляющиеся в образе языков пламени.

ФЕРРИШИН (FERRISHIN)

В фольклоре жителей острова Мэн бродячие фейри, менее аристократичные в своих повадках, нежели валлийские и ирландские фейри, у них нет ни короля, ни королевы. Ростом они около трех футов, занимаются тем, что крадут человеческих детей и оставляют вместо них подменышей, частенько заглядывают в дома и мастерские людей, когда хозяева ложатся спать, и тащат все, что подворачивается под руку. Любимое развлечение ферришин — охота; собаки у них то белые с красными ушами, то разноцветные, как радуга. Ферришин улавливают малейшее дуновение ветерка и слышат все, о чем говорят люди, вот почему о них надо говорить только ласково.

ФЕТЧ (FETCH)

В английском фольклоре двойник. Встреча с ним после заката солнца сулит смерть, а в другое время суток — серьезные неприятности. По преданию, королева Елизавета Первая умерла после того, как увидела своего фетча — бледного, сморщенного и ссохшегося.

ФИНОДИРИ (FENODEREE)

В фольклоре жителей острова Мэн высокие, косматые фейри с уродливыми чертами лица. По некоторым источникам, первый финодири был принцем ферришин. Уродство его потомков — наказание за то, что он влюбился в смертную женщину и ради нее отказался присутствовать на каком-то из праздников Волшебной страны.

Финодири обладают недюжинной физической силой и помогают крестьянам, выполняя тяжелую работу — в частности, замечательно быстро и ловко убирают урожай; им ничего не стоит обмолотить за ночь зерно, собранное с целого поля. Любимое развлечение финодири — пожимать руки, ведь их рукопожатие настолько крепкое, что они ломают кости своим «соперникам». Правда, ума им не хватает, поэтому люди, желающие отмстить за синяки или сломанные кости, посылают финодири принести воду в решете или загнать зайца с помощью овец.

Финодири ни в коем случае не следует благодарить за помощь или дарить им одежду, иначе они обидятся и сбегут. Еще они терпеть не могут критики.

Сказка гласит, что некий фермер отругал финодири за то, что тот не слишком чисто выкосил траву, оставив ее довольно высокой. В отместку финодири перестал помогать фермеру и с тех пор повсюду следовал за ним, выдергивая траву с корнем прямо из-под ног фермера, и чуть было не оторвал тому шнурки.

Есть также история о том, что некий лорд решил построить замок. Материалы сложили на песке, а среди них — громадный кусок белого мрамора, который было не под силу поднять никому. Финодири за одну ночь перетащил его на нужное место. Лорд оставил для него новый наряд. Увидев одежду, финодири воскликнул:

«Шапка на голову — бедная голова!

Куртка на плечи — бедные плечи!

Штаны на ноги — бедные ноги!

Это все твое, но тебе здесь не место!»

Потом жалобно заскулил и пропал.

ФИР БОЛГ (FIR BOLG)

В ирландской псевдоисторической традиции первые жители острова, в неравной борьбе уступившие Туата Де Дананн. Это высокие и уродливые фейри. При них Ирландию поделили на пять областей. После поражения в битве при Маг Туиред они уплыли на запад.

Вот что сказано в саге «Битва при Маг Туиред»: «В первой битве при Маг Туиред сразились Племена Дану с Фир Болг и обратили их в бегство и поразили сто тысяч воинов вместе с королем Эохайдом, сыном Эрка. В этой-то битве и отрубили руку Нуаду и совершил это Сренг, сын Сенгана. Тогда Диан Кехт, врачеватель, приставил ему руку из серебра, что двигалась словно живая… Те из Фир Болг, что спаслись с поля битвы, отправились прямо к фоморам…»

ФИР ДАРРИГ (FIR DARRIG)

В ирландском фольклоре крошечные фейри с голубыми носами. Ходят они в красных куртках. За глоток виски фир дарриг позволяют людям, попавшим в плен к фейри, бежать из Волшебной страны, а также учат заклинаниям против чар и дают амулеты. Впрочем, особо им доверять не следует, ибо они не прочь созорничать, а шутки их порой граничат с жестокостью. Фир дарриг — великие искусники насылать пишог, своими чарами они могут день превратить в ночь, женщину — в мужчину, пищу в пыль, и так далее.

Пишог — такое заклинание, что человек, на которого оно направлено, потеряет ориентацию и увидит совсем не то, что есть на самом деле.

ФОМОРЫ (FOMORI)

В ирландском фольклоре злобные существа, против которых сражалось большинство ирландских фейри. Свидетельств о том, как они попали в Ирландию, не сохранилось. Первыми с ними сразились сыновья Партолона, но были побеждены. Людей Немеда они поработили, и каждый ноябрь те платили им подать — отдавали две трети своих детей и две трети скота. В решающей битве, правда, люди Немеда одолели фоморов и убили их короля, но их самих осталось так мало, что они покинули Эрин. Фир Болг заключили с фоморами союз и вместе бились против Туата Де Дананн. В конечном итоге фоморы уступили Племенам Дану.

В саге «Битва при Маг Туиред» о сражении фоморов с Туата Де Дананн рассказывается так:

«Каждый день бились фоморы и Племена Богини, но короли и вожди до поры не вступали в сражение рядом с простым и незнатным народом.

И не могли надивиться фоморы на то, что открылось им в схватке: все их оружие, мечи или копья, что было повержено в битве, и люди, убитые днем, наутро не возвращались обратно. Не так было у Племен Богини, ибо все их притупленное и треснувшее оружие на другой день оборачивалось целым, оттого что кузнец Гоибниу без устали выделывал копья, мечи и дротики… А сраженные насмерть бойцы погружались в заклятый источник и выходили из него невредимыми. Возвращались они к жизни благодаря могуществу заклинаний, что пели вокруг источника четыре врачевателя…

В день великого сражения выступили фоморы из лагеря и встали могучими несокрушимыми полчищами, и не было среди них вождя иль героя, что не носил бы кольчуги на теле, шлема на голове, тяжелого разящего меча на поясе, крепкого щита на плече да не держал в правой руке могучего звонкого копья. Воистину, биться в тот день с фоморами было, что пробивать головой стену, держать руку в змеином гнезде или подставлять лицо пламени…

Против них поднялись Племена Богини Дану… и двинулись к полю сражения… Громкий клич испустили воины, двигаясь в битву, и сошлись и принялись разить друг друга.

Немало благородных мужей пало сраженными насмерть. Была там великая битва и великое погребение. Позор сходился бок о бок с отвагой, гневом и бешенством. Потоками лилась кровь по белым телам храбрых воинов, изрубленных руками стойких героев, что спасались от смертной напасти…

Тогда сошлись в битве Луг и Балор с Губительным Глазом. Дурной глаз был у Балора и открывался только на поле брани, когда четверо воинов поднимали его веко проходившей сквозь него гладкой палкой… Когда же подняли веко Балора, метнул Луг камень из пращи и вышиб глаз через голову наружу… Пал этот глаз на фоморов, и трижды девять из них полегли рядом…

Бегством фоморов закончилась битва, и прогнали их к самому морю… Что до вождей, королей, благородных фоморов, детей королевских, героев, пять тысяч, трижды по двадцать и трое погибли; две тысячи и трижды по пятьдесят, четырежды двадцать тысяч и девять раз по пять, восемь раз по двадцать и восемь, четырежды двадцать и семь, четырежды двадцать и шесть, восемь раз двадцать и пять, сорок и два… погибли в сражении — вот сколько было убито великих вождей и первейших фоморов. Что же до черни… всех их не счесть… не сосчитать никогда, как не узнать, сколько звезд в небесах, песка в море, капель росы на лугах, травы под копытами стад…»

ФОРМОРЫ (FORMORIANS)

В шотландском фольклоре великаны, дальние родичи ирландских фоморов и мэнских фуаров. Они часто ссорятся между собою; эти ссоры нередко заканчиваются тем, что противники принимаются швырять друг в друга громадные валуны. В отличие от своих собратьев, к людям форморы относятся достаточно терпимо.

ФРИДЫ (FRIDEAN)

В шотландском фольклоре существа, которые обитают под камнями, мгновенно съедают просыпанные наземь хлебные крошки и выпивают пролитое молоко.

ФУА (FUATH)

В шотландском фольклоре зловредные, опасные для людей фейри, которые обитают в реках, озерах и прибрежных морских водах. Они могут превращаться в жеребцов и выходят в таком облике на сушу, высматривая себе жертв. К фуа, в частности, относятся уриски и накилеви.

ФУАР (FOAWR)

В фольклоре жителей острова Мэн великаны, которые любят швыряться огромными камнями, воруют у людей скот, но людоедами как будто не являются.

Х

ХОББИТЫ (HOBBITS)

В английском фольклоре фейри. Многие считают, что хоббиты — существа вымышленные, что их придумал английский писатель Джон Р. Р. Толкин. На самом деле о хоббитах было известно давным-давно. Майкл Дэнхем, автор «Дэнхемских списков», дает, к примеру, следующий перечень сверхъестественных существ: «… двойники, боуги, портуны, гранты, ХОББИТЫ (выделено мной. — К. К.), хобгоблины, данни…».

Во «Властелине Колец» хоббиты описаны так:

«Хоббиты — скромный и очень древний народец, в прошлом более многочисленный, нежели в наши дни. Они любят мир и покой и тянутся к возделанной земле, предпочитая селиться в благоустроенной и процветающей сельской местности. Они никогда не понимали и не восхищались машинами сложнее кузнечных мехов, водяной мельницы или ручного ткацкого станка; не понимают и теперь, хотя ловко обращаются со всякими инструментами… У них зоркие глаза и острый слух, они склонны к полноте и не желают суетиться по пустякам, однако быстры и сноровисты в движениях…

Они — малый народец, ниже ростом, чем даже гномы — впрочем, ненамного, — и не такие коренастые. Если мерить нашими мерками, их рост колеблется между двумя и четырьмя футами. Ныне они редко дорастают до трех футов, но утверждают, что раньше были выше…

Одеваются они в одежду ярких цветов; больше всего их привлекают желтый и зеленый. Однако башмаков хоббиты почти не носят — ведь кожа у них на ступнях грубая и жесткая, а стопы покрыты густыми вьющимися волосами, похожими на те, что растут на головах…

Лица хоббитов, как правило, скорее добродушные, чем красивые, губы всегда готовы растянуться в улыбке, а рты так и норовят раскрыться пошире — мол, неплохо бы выпить да подзакусить… Они — радушные хозяева, им нравятся праздники и подарки, которые они охотно дарят и с удовольствием принимают.

Не приходится сомневаться, что, пускай хоббиты сторонятся нас, они — наши родственники; они гораздо ближе к нам, чем эльфы и гномы. В старину они говорили на языках людей, искажая слова, как им было удобнее, любили и ненавидели почти то же самое, что любили и ненавидели люди».

ХОБГОБЛИНЫ (HOBGOBLINS)

В английском фольклоре добродушные домашние фейри, похожие своими повадками на брауни. Они редко выходят из дома, предпочитая греться у огня. Правда, они очень обидчивы, и если уж обижаются, то хозяевам достается по первое число — молоко скисает, одежда рвется словно сама собой, чисто выметенный пол тут же вновь оказывается грязным. Один обиженный хобгоблин утащил с собой все ключи и отказывался их возвращать до тех пор, пока ему не испекли его любимых лепешек.

Ростом они около двух футов, у них смуглая кожа, ходят они либо нагишом, либо в темных одеждах.

Несмотря на свое добродушие и готовность помочь людям, хобгоблины удостоились сомнительной чести: их нередко путали, а то и намеренно отождествляли с бесами. К примеру, у Джона Беньяна в «Пути паломника» можно найти такую фразу: «и мерзкий демон хобгоблин».

ХОБИИ (HOBYAHS)

В английском фольклоре жестокие гоблины, людоеды и похитители детей. Перед тем как съесть похищенных, хобии заставляют их трудиться в подземных копях, добывая золото. Хобии не боятся ничего и никого кроме собак. Правда, ныне их почти не осталось, ибо большинство хобиев проглотил однажды большой черный пес.

ХРОМУШКИ (HENKIES)

В фольклоре жителей Шетландских островов фейри, близкие родичи трау. Их можно узнать по тому, что они, когда пляшут, припадают на одну ногу. О них поют такую песенку:

Эй, спросила Китти,

Танцевать хотите?

Нет? Ну, дело ваше —

Я поковыляла.

Ч

ЧИВЕФАС (CHIVEFACE)

В английском фольклоре чудесное животное, издалека напоминающее корову. Оно питается исключительно скромными и во всем покорными мужьям женщинами, а поскольку те встречаются крайне редко, чивефас всегда голоден — иными словами, кожа да кости. О нем упоминает в своих «Кентерберийских рассказах» Джеффри Чосер, советуя женщинам остерегаться чудовища.

Ш

ШЕЛКОВИНКИ (SILKIES)

В английском фольклоре женщины-брауни, которых называют шелковинки, потому что они носят шелковые платья. Шелковинки выполняют домашнюю работу и наказывают нерадивых слуг. Живут они не в домах, а на деревьях, и стерегут жилища своих хозяев. Когда на них находит настроение попроказничать, они принимаются разбрасывать то, что сами недавно убирали. Если шелковинку обидеть, она, как и остальные брауни, превращается в боггарта. Справиться с разбушевавшейся шелковинкой можно, лишь пригрозив ей крестом из рябины.

ШИФРА (SIOFRA)

В ирландском фольклоре крошечные бродячие фейри. Они носят шапки, напоминающие формой цветки наперстянки. Чаще всего о шифра рассказывают, что они похищают молодых девушек и детей, вместо которых оставляют подменышей. По некоторым источникам, шифра стремятся получить бессмертную душу и потому даже склоняются к вере в Христа.

ШУПИЛТИ (SHOOPILTEE)

В фольклоре жителей Шетландских островов крошечные водяные лошадки. Как и у других водяных лошадок, их любимая проказа — прыгнуть вместе с седоком в воду. Нельзя сказать, что шупилти жестоки и кровожадны, однако они пьют кровь утопленников.

Э

ЭЛЛИЛЛДАН (ELLYLLDAN)

В валлийском фольклоре бродячие огоньки. Как и их сородичи, они обожают сбивать путников с дороги и заводить их в болота и овраги.

ЭЛЛИЛЛЫ (ELLYLLON)

В валлийском фольклоре крошечные фейри, пища которых — поганки и «волшебное масло» — то вещество, которое можно найти в корнях старых деревьев.

Предание гласит, что некий фермер был ходячим несчастьем: если у других животные росли — у него вымирало все стадо, если шел град — он попадал только на его поле. Жена фермера была прикована к постели. Бедняга так измучился, что решил все бросить, но тут вдруг появился эллилл и сказал, что отныне ему не о чем беспокоиться: пусть жена выметет очаг и зажжет свечу, а об остальном они позаботятся. Фермер послушался; и каждую ночь в его доме звучали голоса, раздавался смех, а поутру все оказывалось убрано. Фермер начал богатеть, но однажды ночью жена фермера решила посмотреть на эллиллов: она прокралась на кухню и заглянула в щелку. Эллиллы смеялись так заразительно, что женщина не выдержала и тоже расхохоталась. В тот же миг свеча погасла, и все разбежались. Больше эллиллы не возвращались, однако фермер, благодаря прежней их заботе, продолжал преуспевать.

ЭЛЬФЫ (ELVES)

В мифологии и фольклоре германских народов духи. Это потомки скандинавских альвов и ирландских сидов, унаследовавшие проказливость первых и величественность и красоту вторых. Подобно альвам, эльфы делятся на светлых, веселых и озорных, и темных — суровых и даже жестоких. У светлых эльфов золотистые волосы, чудесные мелодичные голоса, они частенько играют на волшебных арфах. Они ничуть не боятся солнечного света, но увидеть их может только ребенок, родившийся в воскресенье и ставший одной ногой в ведьмино кольцо. К темным эльфам относятся, к примеру, шотландские, которые похищают людей, насылают порчу на скот и жестоко мстят за причиненные им обиды.

Сказки утверждают, что не так давно — разумеется, по меркам обитателей Волшебной страны — эльфы были другими: высокими, стройными, статными. Но их то ли подкосила какая-то хворь, то ли они стали жертвами колдовства… В общем, эльфы постепенно стали уменьшаться в росте (вот откуда на страницах сочинений Шекспира появились эльфы-малютки). Ныне таких эльфов совсем уже не осталось: они все ушли в Волшебную страну.

ЭХ-УШКА (EACH-UISGE)

В шотландском фольклоре водяные лошадки, коварные и опасные. Порой они оборачиваются прекрасными юношами или гигантскими птицами. Эх-ушку в облике человека можно узнать по водорослям в волосах. Представляясь лошадью, эх-ушка словно приглашает сесть на себя, но того, кто на это осмелится, ожидает трагический конец: лошадь прыгает в воду и пожирает своего седока, а потом волны выбрасывают на берег печень жертвы. В отличие от келпи, которые живут в проточной воде, эх-ушки обитают в морях и озерах.

Предание гласит, что у одного человека пропала дочь. Наутро на берегу озера, в котором, по слухам, обитал эх-ушка, нашли ее тело. Человек решил отомстить. Он выковал громадные железные крючья и раскалил их добела, а его сын тем временем зажарил овцу, и запах поплыл над озером. Тут из воды возник эх-ушка и схватил было овцу, но отец с сыном накинулись на него с крючьями и убили. А наутро на берегу не оказалось ни трупа, ни даже костей — только желеобразное вещество, похожее на растаявшую медузу.

Я

ЯРТКИНЫ (YARTHKINS)

В английском фольклоре фейри, которые помогают людям, повышая плодородие земли. В награду они ждут сливок и молока, а если о том забывают, становятся опасны.

Предание гласит, что в одной местности долго шли дожди, вода в реке начала стремительно прибывать и затопила несколько деревень. И тогда в ночь на новолуние все люди вышли из своих домов, встали на берегу реки и обратились за помощью к ярткинам. В ответ раздался крик чибиса — это означало, что просьба услышана; а поутру все увидели, что вода спала.

Библиография

Археологический словарь. М., 1990.

Беда Достопочтенный. Церковная история народа англов. СПб., 2001.

Беовульф // Беовульф. Старшая Эдда. Песнь о Нибелунгах. М., 1975.

Вагнер, Рихард. Кольцо Нибелунга. М., 1910.

Гальфрид Монмутский. История бриттов. М., 1984.

Демонология эпохи Возрождения. М., 1996.

Джонг, Эрика. Ведьмы // Иностранная литература, 1992, № 3.

Древнеанглийская поэзия. М., 1982.

Записки Юлия Цезаря. М., 1993.

Исландские саги. Ирландский эпос. М., 1973.

Календарные обычаи и обряды в странах зарубежной Европы: весенние праздники. М., 1977.

Календарные обычаи и обряды в странах зарубежной Европы: летне-осенние праздники. М., 1978.

Королев К.М. Мифические существа. Энциклопедия. М.; СПб., 1997.

Королев К.М. Соседи по планете // Если. 1994. № 9.

Королев К.М. Энциклопедия сверхъестественных существ. М.; СПб., 2003.

Котерелл Артур. Мифология. Энциклопедический справочник. М., 2000.

Лукан, Марк Анней. Фарсалия. М., 1993;

Мабиногион: Волшебные легенды Уэльса. М., 1995.

Майринк, Густав. Ангел Западного окна. СПб., 1992.

Маколей Т. Англия и Европа. СПб., 2002.

Михайлов А.Д. Артуровские легенды и их эволюция // Мэлори, Томас. Смерть Артура. М., 1993.

Михайлов А.Д. Книга Гальфрида Монмутского и ее судьба // Гальфрид Монмутский. История бриттов. М., 1984.

Мифологический словарь. М., 1990.

Мифы народов мира: В 2 т. М., 1982.

Младшая Эдда. М., 1994.

Мортон А. Л. Артуровский цикл и развитие феодального общества // Мэлори, Томас. Смерть Артура. М., 1993.

Мэлори, Томас. Смерть Артура. М., 1993.

Похищение быка из Куальнге. М., 1985.

Рис Алан, Рис Бринли. Наследие кельтов. М., 1999.

Сказки Биг Бена. М., 1993.

Сказки Британских островов. М., 1992.

Сказки народов Европы. М., 1988.

Старшая Эдда: Избранные песни о богах. М., 1989.

Тацит, Корнелий. Жизнеописание Юлия Агриколы // Тацит. Сочинения в двух томах. Том 1. Анналы. Малые произведения. М., 1993.

Фрэзер, Д. Золотая ветвь. М., 1983.

Холл, Мэнли П. Энциклопедическое изложение масонской, герметической, кабалистической и розенкрейцеровской символической философии. Новосибирск, 1992.

Чосер, Джеффри. Кентерберийские рассказы. М., 1973.

Чудесный рог: Народные баллады. М., 1985.

Шекспир, Уильям. Собрание сочинений в 14 томах. М., 1993–1996.

Широкова Н.С. Культура кельтов и нордическая традиция античности. СПб., 2000.

Шотландские баллады // Бернс, Роберт. Стихотворения. Шотландские баллады. М., 1976.

Энциклопедия демонологии и колдовства. М., 1995.

Allardice, Pamela. Myths, Gods and Fantasy. Lnd., 1990. Arrowsmith, Nancy & Moorse, George. A Field Guide to the Little People. Lnd., 1977.

Bett, Henry. English Myths and Traditions. Lnd., 1952. Branston, Brian. The Lost Gods of England. Lnd., 1957. Briggs, Katharine. A Dictionary of Fairies. Lnd., 1976. Briggs, Katharine. The Fairies in Tradition and Literature. Lnd., 1967.

Briggs, Katharine. The Anatomy of Puck. Lnd., 1959.

Buss, Reinhard J. The Klabautermann of the Northern Seas. Berkeley, 1973.

Campbell, J. G. Popular Tales of the West Highlands. Lnd., 1890–1893.

Companion to Literature in English. Cambridge, 1988. Croker, T. Crofton. Fairy Legend and Traditions of the South of Ireland. Lnd., 1825–1828.

Dictionary of Mythology. Edinburgh, 1991.

Folktales of the British Isles. Moscow, 1987.

Keightley, Thomas. The Fairy Mythology, Illustrative of Romance and Superstition of Various Countries. Lnd., 1750. Kipling, Rudyard. Puck of Pook’s Hill. Lnd., 1961.

Mac Manus, D. A. The Middle Kingdom. Lnd., 1959. McNeill, Marian F. Hallowe’en. Edinburgh, 1970.

Mother Goose Rhymes. Moscow, 1988.

Spence, Lewis. British Fairy Origins. Lnd., 1946.

Scott, Walter. Letters on Demonology and Witchcraft. Lnd., 1830.

Sikes, Wirt. British Goblins. Yorkshire, 1880.

Treharne, R. F. The Glastonbury Legend. Lnd., 1971. Wainwright, F. T. (ed.). The Problem of the Picts. Lnd., 1955. Wilde, Lady. Ancient Legends, Mystic Charms and Superstitions of Ireland. Lnd., 1887.

Yeats, William B. The Celtic Twilight: Men and Women, Ghouls and Faeries. Lnd., 1893.

Загрузка...