Мирослава и ее Гекатонхейры

Глава 20 Остался год

Герд купил себе однокомнатную квартиру на окраине, обменяв свои драгоценности в ломбарде на Гекате02. Он поделился со мной, что обмен на станции был выгоднее, но даже ради выгоды я бы уже не рискнула еще раз появиться там.

К тому же операция с камнем луарин была на пределе моих возможностей. Как бы я ни старалась и ни говорила, что хочу другой жизни, себя не обманешь. Это для меня слишком. Последний год я только и живу от задания к заданию. Весь смысл жизни расплывается под натиском новых задач, которые на самом деле меня в принципе не касаются. А я, как и любая женщина, хочу любви и тепла. Вокруг столько мужчин, но только с Гердом, на его планете, я это поняла. Я поняла, что мне нужен тот, кто бы заботился обо мне, а я — о нём. Ведь даже рискуя жизнью и получая немыслимое удовольствие от адреналина, это не сравнится с внутренним теплом, которое может подарить только любимый человек.

Мои мысли привели меня к тому, что я хочу оставить свою работу в прошлом. С последнего задания мне должен прийти хороший гонорар, которого должно хватить на домик с собственными кусочком земли. Даже хватит на пару эксклюзивных растений, чтобы я могла их там выращивать, а в будущем и размножать для продажи. Да! Так и сделаю! Осталось только сказать об этом Дею!

Передача камня луарин прошла спокойно. Дей передал, что ученые были в полном восторге от его уникальности.

С Деем об уходе я решила поговорить уже дома. Сейчас мне как минимум нужно привести себя в порядок и выспаться. Все то время, что мы провели в космосе, я всего лишь часок вздремнула, и сейчас держусь только на одном упрямстве. В салоне местного автомобиля у меня даже пошла кровь из носа, что меня немало удивило, ведь я никогда не страдала от подобного. Да и общее недомогание усилилось после того, как я вышла от начальства. Но я все это списала на банальную усталость.

Как и следовало ожидать, разговор с Деем прошел напряженно. Ему категорически не понравилось мое решение об уходе.

— Ты устала. Тебе нужно отдохнуть, и у тебя появятся новые силы. Дам тебе неделю на отдых, а потом поговорим о твоем увольнении, — твердил он, совсем меня не слушая.

Я же для себя все решила, и неделя моего мнения не изменит. Но так уж и быть, я дам это время моему пока еще капитану. Пусть свыкнется с мыслью, что меня больше в этой сфере не будет.

— Мирослава, через месяц состоится важное мероприятие, на котором будут все значимые личности. Даже если ты все-таки решишь уйти, прошу тебя, пойди на него в моем сопровождении. То, что тебе удалось заполучить камень луарин, — большая победа для всех гекатонхейров. Честно говоря, я не питал больших надежд на успех этого задания. Но признаюсь, ты меня очень удивила.

— Хорошо. Надеюсь, это единственная просьба? — согласилась я без особых споров, так как последние пару дней мне не дали особого отдыха. С каждым днем я чувствовала себя только хуже. У меня было ощущение, что я хочу заболеть гриппом, но чип молчал — обычно он предупреждал о возможных заболеваниях. Мне все же стоит сходить в клинику, мало ли что я подхватила по пути домой. Странно, что я уже считаю Гекату своим домом. Только нужно посетить клинику неофициально — с недавнего времени я стараюсь избегать врачей и всего, что с ними связано.

В клинике подтвердились все мои самые худшие ожидания.

— Это естественный процесс в ваши годы. К сожалению, людям старость даётся нелегко, — прокомментировал мои симптомы после кучи анализов подпольный доктор.

А в голове вновь всплыли слова старушки на планете Гер. Значит ли это, что, отдав свой брачный камень, я обрекла себя на погибель? Сейчас я не совсем понимала, правда это или нет. Что стоит делать в такой ситуации?

Память доктору я стерла сразу после того, как удалила о себе все данные в базе. Вот тебе и подпольная клиника. Все же хотел сохранить данные, руководствуясь соображениями безопасности. Вот гад. Знаю, что это за безопасность. Потом могут начать шантажировать! Но моё колечко меня спасло, словно срослось со мной, никуда без него.

Выходя из клиники, пыталась дословно вспомнить слова старухи, но в голове был сумбур.

Руки начали потряхиваться от попыток разложить все по полочкам. Мои полочки разъезжались в разные стороны. Слезы собрались в уголках глаз. Мне нужно успокоиться и только потом подумать о том, что делать дальше.

Пройдя несколько кварталов, погруженная в некую прострацию, я остановилась у уютного кафе. Взяла капучино и устроилась за маленьким круглым столиком на улице. Закрыв глаза, сделав пару глотков, я сосредоточилась на вкусе и звуках вокруг. Капучино еще горячий, обжигает язык, совсем чуть-чуть сладкий с миндальным сиропом, густая пенка. Вкусный! Нужно будет запомнить это место. Рядом слышу звук пения птиц, похожих на канареек. Открыв глаза, поворачиваю голову в сторону звука и, к своему удивлению, вижу несколько клеток с канарейками. Вот так диковина.

Я успокоилась на максимум, на тот максимум, который сейчас возможен. Старушка сказала, что я нарушила законы природы и за это мне придется расплатиться. Что мне останется всего год, если не одумаюсь. Год. Я рассмеялась истерическим смехом. Господи! Как так? Ради чего я оказалась там, с чего всё это начиналось? Я смеялась, а в глазах стояли не пролиты́е слёзы. Боялась моргнуть, чтобы не заплакать. Нет! Я плакать не буду! Год так год.

Я хотела другой жизни? Она у меня есть! Точнее, была. Жаль, конечно, что её так мало, но и на том спасибо. Размечталась, что буду жить вечно! Новая волна истерического смеха… Нужно ценить то, что есть! Незачем жалеть о том, чего не было! — подбадривала себя, но внутри сердце беспокойно колотилось.

Знать, сколько осталось времени — это одно, а совсем другое — стареть и жить, не задумываясь о том, когда этот день наступит. Я посмотрела на свое отражение в окне, понимая, что внешне я осталась такой же молодой и красивой. Надеюсь, хоть это останется со мной.

В разбитом состоянии я вернулась в дом Дея и сразу направилась в свою комнату. Мне было так тяжело, что ничего не хотелось. Было только одно желание — лечь и заснуть, посреди дня! Но даже в этом простом желании мне было отказано.

— Мирослава! Подойди! У меня есть разговор! — максимально серьезно и без единой нотки человечности прогремел голос Дея. Нет, не Дея, а капитана Лира.

Что могло случиться, что он на столько не в духе? Я ведь ничего не натворила?

— Что случилось? — вяло отозвалась я. Не было сил выяснять что-либо, но, видимо, я зря. Взгляд капитана потемнел, и воздух рядом с ним стал словно тяжелее.

— Ты еще числишься в моих подчиненных! — гаркнул капитан. — Откуда столько небрежности? Приветствие по уставу!

Ух… Таким я его еще никогда не видела. Дома, если мы обсуждали работу, он не придирался к подобным вещам. А в прочем, это меня не касается!

Разве я буду в последний год своей жизни заморачиваться тем, почему у капитана критические дни?

Дей увидел в моих глазах, то что подчиняться я не намерена! Да, это глупо. Он сильнее, быстрее и так далее, но мне было так плохо на душе, что хотелось всё крушить до последнего!

— Говори, что хотел! У меня нет настроения! — Ух, а он тоже может быть в бешенстве. Я видела, как Дей превращается в боевую машину, и скажу, это зрелище не для слабонервных.

Так вот, сейчас на его скулах поблескивала броня, то появляясь, то исчезая. Инстинкты кричали: подчинитесь! Успокойте зверя! Но было уже поздно.

— Как ты смеешь не подчиняться? — у Дея едва ли не слюна капала от злости. Он быстро подошел ко мне и схватил за руку так сильно, что на ней точно останутся синяки!

— Ты сошел с ума! Отпусти! Мне больно!

— Решила меня предать? Говори! Сейчас же! — хватка на моей руке усилилась.

— О чем ты? Я тебя не понимаю! — прокричала я в панике; храбрость вместе с желанием дерзить моментально испарилась.

— Ты еще будешь строить из себя невинную, — боль в руке усилилась; он точно сошел с ума! — Я видел твой космолет! Что ты пыталась скрыть?

Понимание накрыло меня лавиной. Он понял, что я замела следы, но не понял для чего! Но как? Мы ведь всё продумали! В такой ситуации вся моя выдержка исчезла, и все мои чувства, мысли вновь отразились в моей мимике. Вот же черт!

— Все-таки предала! — хруст костей оглушил всего на миг, но этого хватило, чтобы активировать кольцо.

— Обездвиживание!

И сразу же меня охватила чудовищная боль.

— Ааааа! — слезы хлынули сами по себе, заслоняя взор. — Ты больной? Ты сломал мне руку! — Сквозь всхлипы я пыталась справиться с болью, но у меня это плохо получалось.

Инстинкты кричали: бежать! Он меня убьет, даже не разбираясь в чем дело! Он уже все решил для себя!

И я побежала!

Одной рукой открывая дверь дома, я бегу на площадку для взлетов и запрыгиваю в наземный летательный транспорт.

Скорость на максимуме, и я еще не знаю, где мне от него скрыться, но сейчас главное — подальше от него!

Только сейчас я смотрю на свою руку и вижу кучу крови, кости торчат наружу. Открытый перелом! Вот же черт! Он серьезно хочет меня убить? Стараюсь не задевать пострадавшую руку, включаю автопилот и тянусь к аптечке. Там должно быть обезболивающее!

Нашла!

Делаю укол рядом с переломом, чтобы действие было быстрее, так как боль адская, и она мешает здраво мыслить! Облегчение приходит моментально, но кажется, я переборщила с дозировкой, потому что не чувствую пальцев, но сейчас это не главное. Дей скоро очнется, у меня есть минут десять, и он найдет меня отовсюду! Что же делать?

В панике набираю Герда, только он может защитить меня от бешеного гекатонхейра! А Дей действительно очень злой. Неужели его так вывела из себя мысль о предательстве? Да нет! Не может быть! Он всегда сдерживал себя! Не мог же он озвереть в доли секунды! Или мог?

Герд поднимает трубку, перед ним на видеосвязи я, такая, какая есть: заплаканная, в крови. Ему не нужны слова, он понимает всё сам.

— Лети ко мне!

— Но он найдет тебя, я не могу! Что мне делать? — я описываю ситуацию, но ответ Герда не изменился.

— Лети ко мне! Я тебя встречу!

Кто я такая, чтобы сейчас отказаться? Я сама понимаю, что нет безопаснее места, чем рядом с Гердом. Душа радуется от его ответа. Мы оба знаем, что в такой ситуации Герд тоже может пострадать, но он принимает риски, чтобы защитить меня! В этот момент я так благодарна ему за это, что слезы вновь потекли с новой силой. Я сразу вспомнила своего земного мужа. Если бы вместо Герда в этой ситуации оказался он, то ответ, скорее всего, был бы не в мою пользу.

Не знаю, зачем я об этом подумала, не знаю, зачем восхваляю Герда. Но… Мне ведь осталось недолго! Может, и не стоило убегать? Какая разница, когда умереть: днем раньше или днем позже?

Герд встретил меня на взлетной площадке. Он подхватил меня на руки, не дав спуститься даже с первой ступеньки.

— Ты как? — обеспокоенный взгляд, глаза в глаза.

— Сойдет, я вколола обезболивающее. Но это сейчас не главное, он…

— Ничего главнее тебя нет. Я подлечу тебя! — зачем он так говорит? Это ведь не правда! Главнее его отряд, который остался на его планете. Зачем он меня утешает? Почему? Как бы то ни было, но это черт подери, как бальзам на душу! Я расплылась в улыбке, как дура, но счастье было недолгим.

— Так вот ради чего всё? Предала меня ради лучшего *уя? — слова Дея оглушили хуже пощечины. Я почувствовала себя такой грязной.

— Не смей так говорить с моей женой! — голос Герда вмиг стал не менее грозным, чем у Дея, хотя только что он звучал заботливо.

— Жена? Ха-ха! — Дей разозлился еще больше. Я же сжалась на руках Герда.

— Успокойся! — вместе с этими словами из Герда вырвался сиреневый импульс, накрывая Дея, как вторая кожа.

Трансформация капитана Лира начала спадать, а в его глазах появилось понимание и сожаление.

— Мира, прости, — Дей хотел подойти, но Герд не дал.

— Не прикасайся к моей жене! За её страдания ты ответишь потом! А сейчас — к сути дела!

Мы стояли на взлетной площадке в двух метрах друг от друга. Чтобы не привлекать внимания, Дей активировал над нами троими полог невидимости и беззвучия одним взмахом руки, показывая, на сколько он силен.

Герд сразу понял, что это демонстрация силы, но не поддался на провокацию и начал лечить меня.

Разве можно ещё больше умиляться доброте Герда?

Разговор был коротким. Герд сам рассказал суть того, как прошло мое задание. Без него я бы не смогла получить камень, и именно поэтому мы теперь муж и жена. Никто никого не предавал.

Дей, кажется, понял, но все равно оставался хмурым.

— Мирославе нужна специализированная помощь! Она поедет со мной!

Герд взглянул на меня, ища в моем взгляде ответ. Но, услышав, что мне вновь нужно остаться с Деем наедине, меня пробрал озноб. Хотя сейчас капитан выглядел адекватно, я не забуду его выражение лица, когда он ломал мне руку.

— Нет. Мирослава моя жена! Было ошибкой отпускать ее в твой дом. Я смогу о ней позаботиться! — категорично ответил Герд. В этот момент меня переполнила гордость за него. Словно он и в самом деле мой муж. А что, если все можно изменить? Забрать камень и пройти до конца ритуал новобрачных. Стать настоящими мужем и женой? Тогда я не умру? Нужно узнать, что сам Герд думает по этому поводу.

— У меня еще много вопросов. Но, так и быть, я вас оставлю. Но только сейчас! — сказал Дей.

Герд больше ничего ему не ответил, он развернулся со мной на руках и понес в свою квартиру.

В квартире был только небольшой диван, туда меня и уложил Герд. Сразу принялся долечивать мой перелом.

— Нужно вправить. Может быть, больно, — предупредил Герд, но я ведь ввела такую дозу, что это вряд ли. Поэтому кивнула в знак понимания.

Касания Герда я действительно не чувствовала, а чтобы не поддаться панике, смотрела на его лицо. Красивое. Скулы словно высечены из камня, нос с небольшой горбинкой и пухлые губы. На голове небольшие кудряшки, такие милые, что хочется накрутить их на палец.

— Сколько тебе лет? — раньше я не спрашивала Герда о его возрасте или предпочтениях. Сейчас же вопрос вырвался сам собой.

— 38. — Герд полностью сосредоточен на руке, но мой вопрос все же удивил его.

— А вы там у себя долго живете? — раз я начала задавать вопросы, почему бы не продолжить? Мне нужно как-то подойти к теме его мнения о настоящем заключении брака, желательно со мной.

— Те, кто обладают магией, — 140–150 лет. Обычные люди — максимум сто.

На несколько минут воцарилась тишина. Но я решилась.

— Ты бы хотел пройти до конца наш брачный ритуал?

Герд не сразу ответил. Он поднял на меня внимательный взгляд. Создавалось ощущение, что он заглядывает внутрь меня. Стало не по себе, неловкость от вопроса накрыла с головой.

— Ты же знаешь, что я хочу спасти свой отряд и изменить жизнь мужчин на своей планете. То, что я сказал твоему капитану, было только ради твоей безопасности. Так просто он бы не оставил тебя.

Теперь от его ответа стало еще более некомфортно. Мы, женщины, любим придумывать то, чего нет.

Герд

Мирослава уснула под воздействием магии. Это хорошо, так она быстрее поправится.

Женщине не место на такой работе. Почему мужчины не оберегают своих женщин? Они ведь единственные, кто может принести новую жизнь в наши миры. Где хоть один мужчина, который будет заботиться о Мире? Отец, брат или муж? Почему она одна? Почему нет никого, кто бы о ней заботился? Мире не пришлось бы работать с такими чудовищами.

Когда я увидел её по видеосвязи… В тот момент всё внутри у меня перевернулось. Она ещё не сказала ни слова, а я уже понял, что это из-за меня!

Там, в моем доме на Гере, я осознал, как сильно прикипел к Мирославе. Меня чертовски злил её капитан. Так не поступают со своими подчинёнными! Здесь что-то иное! Рядом с ним всё моё мужское эго кричало, что Мира моя, и отдавать её я не намерен. Если бы не моя магия усмирения, не уверен, что смог бы одолеть такого зверя.

Мира упоминала, что гекатонхейры имеют вторую ипостась, но я даже не представлял, что она имела в виду.

А что сейчас? Я сам сказал Мире такие жестокие слова! Она меня не простит! Вот я дурак! Нужно что-то приготовить, пока она спит. Хоть так заглажу свой поступок.

Мирослава

После перелома я проспала двое суток, ещё сутки приходила в себя, и неделю Герд рекомендовал не нагружать руку. Было приятно видеть его заботу, но те его слова…

Дей позвонил на следующий день после моего «предательства», требуя встречи. К счастью, я тогда еще была в отключке, и с ним говорил Герд. У меня нет желания с ним встречаться, но… Я все еще его подчиненная!

Впрочем, я не желала возвращаться в дом Дея и пока оставалась у Герда.

Я стала присматривать домик для себя, но, проверив счета, поняла, что вознаграждение за последнюю операцию так и не пришло.

Я тут, значит, лишилась второго шанса на жизнь, а этот кретин даже не перевел мне мою законную зарплату! Как же он меня бесит!

Именно вопрос с зарплатой стал последней каплей, после чего я сама набрала Дею. Встречу назначила в людном месте — мало ли, он опять озвереет, а так хоть есть надежда на его адекватность.