Мой сосед – девственник. Он хочет меня

Глава 10

Рома

Я иду домой, но мысли о ней не отпускают.

Каждое ее слово, каждый взгляд — я прокручиваю их снова и снова, как фильм, который никак не надоедает.

Она боится. Я вижу это. Не меня, не того, что между нами может быть, а чего-то внутри себя.

Но это лишь заставляет меня хотеть быть рядом еще больше.

Дома все идет своим чередом. Родители едва замечают мое отсутствие. Мать снова увлеченно пересаживает цветы, отец читает газету. Их спокойствие меня не трогает — я слишком сильно поглощен своими мыслями.

Ночью мне не спится. Ее голос, ее улыбка… Мне кажется, я схожу с ума.

Наутро я понимаю, что просто не могу сидеть сложа руки.

Взяв рюкзак, я отправляюсь обратно к ее дому. Но на этот раз не собираюсь просто предлагать помощь.

Я хочу узнать ее лучше.

Когда я прихожу, она сидит на крыльце с чашкой чая. Ее волосы собраны в небрежный пучок, она кажется спокойной, почти безмятежной.

— Привет, — говорю я и подхожу ближе.

Она поднимает глаза, и я вижу, как что-то мелькает в ее взгляде.

— Ты снова здесь?

— Конечно.

— И чем на этот раз хочешь заняться?

— Ничем. Сегодня я хочу поговорить.

Она удивляется, но не прогоняет меня.

— Говорить? О чем?

— О вас.

— Рома, ты слишком много хочешь знать.

— Может, вы слишком мало рассказываете.

Она тяжело вздыхает, будто обдумывает, стоит ли отвечать. Но потом все же жестом приглашает меня сесть рядом.

— Хорошо. Что ты хочешь узнать?

— Все.

Она смеется, но в этом смехе нет прежнего напряжения.

— Это слишком большая задача для одного разговора.

— Тогда начнем с простого. Почему вы так любите сад?

Ее взгляд теплеет, и она начинает рассказывать.

Оказывается, сад для нее — это место, где она может быть сама собой. Где нет шума, суеты, только природа и ее мысли.

Она говорит о том, как в детстве бабушка учила ее ухаживать за цветами. Как она могла часами сидеть в огороде, слушая рассказы старших.

Я ловлю себя на том, что ее голос завораживает меня.

— А ты? — вдруг спрашивает она. — Почему тебе это интересно?

— Потому что вы интересны, — отвечаю без тени смущения.

Ее глаза чуть расширяются, но она быстро берет себя в руки.

— Рома, я не понимаю, зачем ты это делаешь.

— Потому что вы для меня не просто женщина из соседнего дома.

Она молчит, но я вижу, как ее пальцы сжимают чашку чуть сильнее.

— Это неправильно, — говорит она тихо, почти шепотом.

— А если это неважно?

Между нами повисает тишина. Я чувствую, как ее дыхание учащается, но она не смотрит на меня.

— Рома… ты еще ничего не знаешь о жизни.

— Тогда научите меня, — отвечаю я, и в моих словах больше, чем просто желание.

Она поднимает взгляд, но ничего не говорит.

Эта тишина становится громче слов.

Я знаю, что еще не победил. Но в ее глазах я вижу, что она уже начинает сдаваться.

Глава 11

Лена

Я смотрю на него и чувствую, как земля уходит из-под ног.

Его слова звучат слишком уверенно, слишком честно, чтобы я могла их просто проигнорировать.

— Рома… — начинаю я, но не знаю, что сказать.

Как объяснить ему, что все это глупо? Что он еще мальчишка, что ничего из этого не выйдет?

Но он смотрит на меня так, будто знает больше, чем я готова признать.

Я отворачиваюсь, чтобы он не видел моего смятения, и делаю глоток уже остывшего чая.

— Ты слишком упрямый, — говорю я, чтобы заполнить неловкое молчание.

— Вы это уже говорили, — отвечает он и улыбается.

— Видимо, я повторяюсь, — вздыхаю и поднимаюсь с крыльца.

— Почему вы все время пытаетесь убежать?

Его вопрос застает меня врасплох. Я оборачиваюсь и вижу, что он тоже встал. Его взгляд цепкий, как будто он пытается разглядеть что-то внутри меня.

— Я не убегаю.

— Тогда что?

Я хочу отмахнуться, сменить тему, но не могу.

— Потому что я знаю, чем это закончится, Рома.

— Чем?

Я молчу, потому что ответить правду — значит признать то, что я так долго скрывала даже от себя.

Он делает шаг ко мне, и я чувствую, как что-то внутри меня сжимается.

— Вы боитесь?

Я не выдерживаю и с раздражением отвечаю:

— Да, боюсь! Доволен?

Он не отступает.

— Нет.

Его голос твердый, но в нем нет ни капли агрессии. Только решимость.

— Я не хочу, чтобы вы боялись меня или того, что между нами.

— Ты ничего не понимаешь.

— Тогда объясните мне.

Я снова молчу. Слова застревают в горле, потому что у меня нет сил произнести их вслух.

Я боюсь, что могу потерять то, что у меня есть. Но еще больше я боюсь того, что могу потерять себя.

Я отворачиваюсь и снова иду в сад. За спиной слышу его шаги. Он не уходит.

— Лена, — его голос мягкий, но настойчивый. — Почему вы считаете, что это неправильно?

— Потому что так нельзя! Ты слишком молод, я слишком стара…

— Это не аргумент, — перебивает он, и я злюсь на его наглость, но в глубине души знаю, что он прав.

— Это аргумент для всех вокруг. Для моих детей. Для твоих родителей.

— А для вас?

Я замираю, потому что этот вопрос бьет прямо в сердце.

Я не знаю, как ответить.

Вместо этого я поворачиваюсь к нему:

— Рома, тебе нужно уйти.

Он долго смотрит на меня, словно пытается что-то разглядеть в моем лице, но в итоге кивает.

— Хорошо. Я уйду. Но вы знаете, что я вернусь.

Он разворачивается и уходит, оставляет меня в одиночестве.

Но это одиночество уже не то, что раньше.

Теперь оно кажется пустотой, которую ничто не сможет заполнить.