Моя несвободная

Глава 8

Я понимаю, что удача сегодня явно не на моей стороне, когда непонятно откуда налетает ветер и к большому удовольствию этого чудо-любовника задирает мою юбку и демонстрирует белье и чулки.

– Ваууу, – восхищенный выдох на некоторое время сбивает меня с толку, потому что звучит очень правдоподобно. Муж никогда так на меня не реагирует, – а я вижу ты готовилась к встрече.

– Это не для тебя, – отчаянно краснею и крепче цепляюсь за подол.

– А для кого? – его брови в изумлении ползут вверх так натурально, будто такого в принципе никогда не может быть. Еще один самоуверенный баран.

– Для мужа, – вылетает из меня прежде, чем я успеваю прикусить себе язык. Черт.

– Я не верю тебе. Ты так самозабвенно стонала подо мной, что никакого мужа и близко быть не может, – мои щеки вспыхивают от напоминания о моем грехопадении, и я пячусь назад.

– Это твои проблемы, – стараюсь равнодушно пожать плечами, – то, что произошло было ошибкой. Каждый человек может ошибаться. Давай сделаем вид, что ничего не было. Я тебя не знаю, ты меня тоже. Прощай.

– Так. Стоп. Таких ошибок не бывает, – хватает меня за плечи и прижимает к себе, а я чувствую, как у меня подгибаются ноги от его близости.

О, боже. Эта реакция еще хлеще того, что я чувствую к Роме. Может я какая-то неправильная озабоченная самка?

– Ну, как видишь, вполне себе бывает.

– Тебе же было очень хорошо со мной. Я даже уверен, что настолько хорошо тебе не было ни с кем. Я прав?

– Мне было нормально, – выдавливаю из себя с трудом, потому что голос садится до непонятных хрипов.

– Врунишка, – резко прижимает меня еще ближе, опаляет горячим дыханием шею и кусает за мочку уха. Мамочки. Мое белье стремительно намокает, более того, уверена, я в пяти минутах от оргазма.

– Отпусти, – получается почти шепотом и так, будто я настаиваю на обратном.

– Ты же не хочешь этого, – продолжает вливать мне в уши сладким голосом, резко хватает за талию и усаживает на капот своей машины.

Сказать что-нибудь, а тем более возмутиться у меня не получается, потому что следом он нагло втискивается между моими ногами и своими наглыми ручищами лезет под юбку. Дыхание перехватывает, во рту мгновенно пересыхает, а тело пробивает мелкая дрожь предвкушения.

Своей мутной головой понимаю, что если я прямо сейчас что-нибудь не придумаю, то через несколько секунд я позволю ему все.

– Ну, что? Отпустить? – спрашивает этот демон искуситель и пальцем скользит по кружеву трусиков.

Черт. Спасибо тебе подруга за такую удобную юбку.

Только я открываю рот, чтобы послать его куда подальше, он нажимает на самую чувствительную точку прямо через белье. Его пальцы такие горячие и нежные, что у меня моментально темнеет в глазах, а ноги сами по себе раздвигаются еще шире.

– Ммм… да, – вырывается из меня сплошным стоном, а этот придурок усиливает давление пальцев.

– Мне кажется, ты не расслышала вопроса, – шепчет в ухо и медленно скользит по мочке языком.

– Пожалуйста, – выдыхаю ему в губы, а он тут же затыкает их своими. Сразу бесстыдно проталкивает язык мне в рот и такое начинает вытворять, что я вместо того, чтобы вырываться, выгибаю спину ему навстречу и ногами обнимаю за талию.

Этот безумный напор внизу и вверху делает свое дело и через несколько секунд я содрогаюсь в его руках от оглушительного оргазма. Прямо на парковке университета! На капоте его машины!

– Еще нужны аргументы? Или ты уже созрела сесть в машину и поехать ко мне дальше получать удовольствие?

Его вопрос окончательно рассеивает туман в голове и первое, что я чувствую, когда прихожу в себя, жуткий стыд. На улице, посреди бела дня, так себя вести! Господи!

– Что ты натворил? – сквозь зубы выдавливаю.

– Помог принять тебе решение.

– Здесь же куча народу, – нервно сокрушаюсь и чувствую, как в глазах закипают слезы.

– Нет здесь никого. Во-первых, если ты не заметила, машина стоит в тени деревьев, во-вторых, я полностью закрыл тебя собой. Так что можешь выдохнуть и расслабиться. Твои красивые мокрые трусики видел только я.

Эта фраза окончательно спускает меня с небес на землю. Внутри закипает вулкан из злости и негодования. А этот придурок все еще держит меня в своих руках. И тут я вспоминаю про свои жутко неудобные туфли на шпильке, которые заставила надеть меня Вика. Вот правда, сначала не оценила, а сейчас чувствую просто огромную благодарность и признательность.

Откидываюсь на капот машины, опираясь на руки, отвожу ногу в сторону, отвлекая тем самым своего безумного любовника, потому что его взгляд, как по приказу стекает вниз, как раз мне между ног, и пользуясь случаем вонзаю шпильку ему прямо в голень. Тот с диким воплем и трехэтажным матом отскакивает от меня, а я сразу срываюсь с места, выбегаю за ворота университета и сажусь в первое попавшееся такси.

В голове звучит его нецензурная брань, в ушах звенит от резкого выброса адреналина, а внизу живота, несмотря на недавний оргазм, все ноет от дикого возбуждения. Черт. Черт. Черт. Кажется, меня заводит то, как он матерится. И голос его мне нравится. А еще смех. Все тело покрывается мурашками, а лицо горит от стыда и похоти. Я точно ненормальная, озабоченная самка.

– Хочу, – отвечаю с протяжным стоном, а он начинает тихонько смеяться. Какой приятный у него смех. Господи. Все тело моментально покрывается мурашками.

Я трясу головой и отталкиваю его от себя. С трудом, но отталкиваю, потому что его запах, это мой личный наркотик.

– Пожалуйста, оставь меня в покое. Я не легкомысленная девка, готовая пустится с тобой во все тяжкие.

– Ты опоздала с раскаянием, сладкая. Уже пустилась. И пустишься еще не раз. Но только со мной. Спорим?

– Я замужем. Я люблю своего мужа. А тебя я видеть больше не хочу. Никогда, – повторяю со злостью и резко срываюсь с места.

Пока он переваривает мои слова и сажусь в первое попавшееся такси. Мне даже кажется, что незнакомец успел сказать что-то типа. «Охренеть расклад», но скорее всего мне послышалось.

Приезжаю в квартиру к Вике и сразу иду в душ. Нужно смыть с себя этот дурацкий день, запах чужого мужчины и дикое возбуждение, если это вообще будет возможным. Нужно все забыть и жить только для себя. Так надежнее. Так спокойнее.

Залезаю в ванну и понимаю, что низ живота до сих пор ноет от неудовлетворенного желания. Сдаюсь во власть своей похоти, настраиваю воду и направляю душевую лейку себе прямо между ног. Закрываю глаза и представляю, что это его руки трогают меня там. Тело почти сразу наполняется жидким огнем, а низ живота сводит тягучими спазмами. Ложусь на спину, запрокидываю голову и усиливаю напор. Закусываю нижнюю губу, что не стонать в голос и разлетаюсь на части от порочного удовольствия. Как только прихожу в себя, ко мне сама по себе приходит мысль, что с ним это делать намного приятнее, но я быстро удаляю ее из своей головы. Пошел к черту!

Когда, спустя тридцать минут вылезаю из ванной, нахожу на кухне Вику. Она протягивает мне телефон и сочувственно улыбается.

– Уже полчаса надрывается. Твой благоверный, наверно, никак не может угомониться.

Я открываю сообщения и давлюсь чаем.

«За то, что сбежала от меня и оставила со стояком, будешь наказана. За то, что шпильки используешь не по назначению, будешь наказана вдвойне. До скорой встречи. До очень скорой».

К сообщению прикреплена картинка откровенной позы мужчины и женщины без лиц, но с вполне понятным содержанием.

«Я помню, как тебе понравилась эта поза. Обязательно повторим».

«Спорим, я знаю, что ты сейчас делала в душе?»

Я давлюсь еще раз и начинаю кашлять как припадочная. Вика выхватывает мой телефон, и вылупив глаза читает сообщения.

– Ох… охренеть, – выдыхает судорожно и поднимает на меня ошарашенный взгляд.

– Даша, – одергивает меня строгим голосом, – а ты ничего не хочешь мне рассказать?

Ну, скрывать уже никакого смысла нет. Да я и не собиралась, потому что, если я не поделюсь с кем-нибудь своим грехопадением в ближайшее время, я свихнусь.

– Хочу, – сдаюсь на милость подруги.

– Слушаю, – со смешком выдавливает подруга, – я уже заранее знаю, что охренею. Ну, давай. Не разочаруй меня.

– Я изменила Роме в тот день, когда застукала его с секретаршей. С ним, – киваю с опаской на свой телефон и морщусь, – мы провели вместе ночь, а на утро я сбежала от него. Но он как-то нашел меня и вот…

– Охренеть, – повторяется подруга.

– Не то слово, – киваю ей.

– Ну и как? – в ее глазах загорается бешеный блеск, и я ежусь.

– Что как?

– Даша, блин. Не тупи. Как он тебе? Лучше, чем Рома?

– Вика, – осуждающе одергиваю подругу, но ей пофиг.

– Так, отвечай мне честно. Как он трахается?

– Как бог, – невольно сознаюсь.

– Вот это я понимаю сравнение, – ржет подруга, – значит, понравилось…

– Да, – нехотя киваю и отчаянно краснею.

– Ооо, – тянет подруга, – тебе очень понравилось. Сколько раз?

– Что? – не то, чтобы я не поняла вопроса, но блин… это как бы личное.

– Сколько раз за ночь? – терпеливо уточняет.

– Я… не знаю. Я сбилась после пятого, – тихо признаюсь, а Вика восторженно хлопает в ладоши.

– Так, все решено. Разводишься на хрен с Ромой и начинаешь встречаться с этим мачо. Кстати, я очень хочу с ним познакомиться.

– Вика, тормозни, – рявкаю на нее, – не нужен мне никто.

– Ну, это мы еще посмотрим, – довольно так нараспев произносит и достает из холодильника бутылку шампанского.

Боже, ну за что мне это все.

***

С самого утра у меня было стойкое предчувствие, что не надо мне сегодня идти в университет. Так какого черта я его проигнорировала? Слишком много пропускаю в последнее время? Да и плевать. В конце концов, деньги решают все.

В итоге неприятности настигают меня уже на первой паре. Сижу себе спокойно, никого не трогаю, изо всех сил пытаюсь ответить на вопросы теста, к которому не подготовилась заранее. Неожиданно дверь в аудиторию открывается и на пороге появляется мой почти уже бывший муж.

Женская половина курса томно вздыхает, потому что этот чертов придурок явился сюда во всей красе. Светлые потертые джинсы, белоснежная футболка и кожанка нараспашку. Ах, да, еще темные очки. Мачо, блин, недоделанный.

– Здравствуйте. Мне срочно нужна Даша Миронова, – заявляет уверенным голосом.

– Молодой человек, – строго обращается к нему профессор, – все свои личные проблемы нужно решать на перемене, а у нас сейчас идет контрольное тестирование.

– У нас нет личных проблем, – еще наглее отвечает, – Даша моя жена. И ее нужно срочно показать врачу. У нее тяжелая форма этого…, как его… токсикоза.

У профессора очки падают на пол от всего услышанного. Женская часть аудитории выдает разочарованный стон, а я вся красная и злая просто закрываю лицо ладонями. Ну что за придурок, а? Мало того, что у него язык, как помело, еще и на лицо явное отсутствие мозга. Он хоть значение этого слова знает?

Кто его просил сообщать всему университету о том, что мы муж и жена? Надеюсь, меня теперь не прихлопнут где-нибудь за углом от зависти и ревности.

Едва я выхожу в коридор и разворачиваюсь к Роме, чтобы устроить скандал, он слегка наклоняется, перехватывает меня под коленями и закидывает себе на плечо. Почему меня в последнее время все таскают как бездомного котенка? Хотя, если разобраться, я и есть бездомная.

– Ты что творишь, придурок, – ору на весь университет и плевать мне сейчас, что обо мне подумают люди.

– Я же сказал, что нам нужно поговорить и мы поговорим.

Я затихаю и жду его дальнейших действий. Какой смысл трепыхаться? Пусть уже все скажет и отстанет от меня наконец.

Рома запихивает меня в свою машину, сам пристегивает и куда-то везет. Ничего не спрашиваю, но спустя минут двадцать понимаю, что мы едем к нему в офис. Очень не хочется снова оказаться в той обстановке, где застукала его на измене, но сейчас уже поздно сопротивляться.

Мы заходим в приемную, и я сразу обращаю внимание, что место секретарши пустует. Специально отправил ее попить кофейку? И пока ее нет, будет пудрить мозги, что мне все это приснилось?

Рома почти силой усаживает меня в кресло и резко поворачивает к экрану ноутбука. Включает какую-то запись и следит, чтобы я смотрела строго на экран.

– Это запись с камер наблюдения. Посмотри, пожалуйста, внимательно.

И я смотрю. Не потому, что я ему вдруг резко поверила. Нет. Просто то, что я вижу на экране захватывает меня с первых кадров.

А там та самая секретарша разбрасывает свое белье и одежду по приемной. Потом возвращается в кабинет, где я застукала их обоих. В этот момент видео переключается на другое, которое было снято как раз в этой самое комнате.

Эта девка выливает на себя чашку кофе и орет, как резанная. Не верю, что она могла ошпарить себя кипятком, скорее всего, это показательное выступление. Естественно, на ее пронзительный крик прибегает Рома и увидев, что она скинула блузку и машет руками на свою почти полностью просвечивающую из-под лифчика грудь, столбенеет на месте.

– Что происходит? – рявкает на нее, но я замечаю, как у него в этот момент просел голос. Значит, несмотря ни на что, он на нее отреагировал. Неприятно, конечно, но я смотрю дальше.

– Я ошпарилась, – ноет эта брюнетистая шлюха, стаскивает с себя юбку и следом собирается снять мокрый лифчик.

Рома внезапно отмирает, стягивает с себя рубаху и швыряет ей.

– Прикройся, – сипит не своим голосом.

И в этот момент в кабинет забегаю я.

Дальше можно не смотреть, я и так все прекрасно помню. Рома выключает запись и поворачивает меня прямо в кресле к себе.

– Даш, – пристально смотрит в глаза, – я не изменял тебе. Ни разу в нашем браке. Не стану врать, что у меня не было возможностей. Были. И девки сами вешались. Но я не изменял. А в последнее время мне вообще не до этого. Открытие фирмы, постоянные встречи, еще и на объект нужно ездить постоянно, чтобы контролировать все лично. Устаю как собака.

У меня внутри все скручивается от боли, а из глаз брызгают слезы, потому что он не изменял. Теперь я верю, что не изменял. Но я-то изменяла. И еще как. Боже. Боже мой. Чувствую себя последней дрянью. Грязной, отвратительной шлюхой. Не знаю куда деть глаза и закрываю их руками. Я должна все ему рассказать, признаться в измене и все равно развестись. Стыдно. Больно. Отвратительно. Но я должна.

– Даш, ну не плачь, пожалуйста.

Я, наоборот, скатываюсь в настоящую истерику и не могу сдвинуться с места. Рома обнимает меня, пересаживает к себе на колени и начинает укачивать, как маленькую.

Я мотаю головой и утыкаюсь в его футболку, только чтобы не смотреть в глаза. Боже, как мне стыдно.

– Даш, я же люблю тебя, – шепчет мне в висок, – пожалуйста, прости, что тебе пришлось все это пережить. Я не смогу без тебя, ты же знаешь.

– Зачем я тебе, ты не видишь меня целыми днями и явно не страдаешь от этого.

– Я работаю, Даш. Пока по-другому не получается. Но я всегда помню, что, когда бы ни пришел с работы, дома меня всегда ждешь ты, – обнимает крепче и целует мокрые щеки.

– Я не знаю, Рома, я не могу так больше.

– Хочешь, в отпуск поедем? – вдруг резко прерывает мои сомнения, – вот прямо в ближайшее время. Куда бы ты хотела? Выбирай.

Я растерянно смотрю на Рому и не могу поверить. Он серьезно сейчас? Он готов все бросить и поехать со мной?

– Две недели, Даша. Только я и ты. Можешь бронировать билеты, ближе к выходным я раскидаю все дела, и вылетаем.

– Ром, я не уверена, что нам это поможет, – начинаю сомневаться. Ведь я еще должна ему как-то о своей измене рассказать.

– Конечно, поможет. Я докажу тебе, что мы по-прежнему любим друг друга и не сможем врозь. Собирай чемоданы.

Неподвижно замираю в его руках и стараюсь придумать как мне выкрутиться из всего этого.

– Подожди! Что у тебя с лицом? Ты мне так и не рассказал, – переключаюсь на другую тему, потому что поверить-то я ему поверила, но помириться пока не готова. Тем более теперь, когда получается, что это я изменила и разрушила наш брак.

– Я нашел Женю и избил его, он сейчас в больнице, – спокойно отвечает без малейшего сожаления, – кто-то вызвал полицию и меня забрали за драку. Этот придурок еще и заявление на меня грозился написать. Я его в порошок сотру.

Честно говоря, я в легком шоке, не ожидала от него такого. Думала будет что-то типа «ай-яй-яй. Нехорошо». Обычно у Ромы с друзьями всегда была полная идиллия и взаимопонимание. У меня даже была мысль, что он не поверит моим словам и в итоге скажет, что я сама во всем виновата. Или, что неправильно все поняла, а его друг на самом деле хотел мне посочувствовать и подставить свою жилетку, чтобы успокоить.

Вспоминаю еще кое-что важное и никак не дающее мне покоя.

– Мне пришло сообщение, – достаю телефон и поворачиваю экран, чтоб он оценил.

– Я перекину себе этот номер и узнаю, чей он, – спокойно берет мой телефон и копирует данные, – уверен, что это тоже ее рук дело. Кстати, секретаршу я уволил неделю назад, за то, что так крупно подставила меня перед тобой. С тех пор ее замещают сотрудники из разных отделов, постоянную я пока не нашел. Уверяю тебя, теперь в моей приемной будет сидеть милая старушка в почтенном возрасте, имеющая кучу детей и внуков.

– Такие старушки обычно сидят дома и вяжет внукам носки, а не по приемным бегают.

– Ну, можно еще рассмотреть вариант с секретарем мужчиной, – на полном серьезе заявляет.

– Думаю, главное, чтобы деловые качества не подкачали, а в остальном делай, как считаешь нужным.

– У тебя еще остались ко мне какие-нибудь вопросы по поводу произошедшего?

– Куда ты дел белье, которое валялось в приемной? – более идиотского вопроса наверно придумать было нельзя. Но я как представлю, что Рома мог к нему прикасаться, меня передергивает от отвращения.

А еще я до сих пор очень хорошо помню, что творилось на его концертах и куда на этих самых концертов чаще всего девалось женское белье.

– Оставил для привлечения новых клиентов? – ехидно уточняю.

– Я обязательно передам твою идею в рекламный отдел, думаю, она неплохо приживется у нас, – отвечает мне со смешком.

– Мне не смешно, Рома, – строго одергиваю его веселье.

– Даш, я был занят под завязку с самого утра, потом произошла эта нелепая ситуация и я рванул следом за тобой. Когда нигде тебя не нашел, вернулся в офис, но все уже было прибрано. Уборщица, наверно, выкинула его. Ну или забрала себе. Я места себе не находил, поэтому, когда ты позвонила несколько часов спустя и рассказала про Женю, я сорвался. Нашел его и избил. Но поверь мне, на этом я не остановлюсь. За то, что он посмел прикоснуться к тебе, он поплатится не только разбитой рожей. В моих силах навредить ему по-крупному. У меня работу он уже потерял и никуда больше по специальности устроиться не сможет.

Рома обнимает меня за плечи, я тут же пытаюсь вырваться, но он не отпускает. Уже открываю рот, чтобы во всем признаться, но он меня опережает.

– Даш, ну хочешь, мы станем настоящей семьей? Родим ребенка. Ты ведь так мечтала. Хочешь? Я уже готов. Подумал хорошенько и понял, что готов.

Я неожиданно замираю в его руках и пытаюсь понять, послышалось мне или он на самом деле это сказал? Отрываю голову от его плеча и смотрю в глаза.

– Что? – едва слышно переспрашиваю.

– Давай родим ребеночка? – повторяет на полном серьезе.

– Но… ты же не хотел, у тебя много работы. У меня учеба.

– Ну и что. Поищем надежных заместителей и справимся. Если у нас все получится, переведешься на заочное и спокойно доучишься. Ну так что? Я бронирую билеты?

– Какие билеты? – моя голова сейчас лопнет от потока новой информации.

– Ты чего, забыла уже? Мы в отпуск едем. Отдохнем, как следует. Возможно, и ребеночка там сделаем.

От его слов веет такой теплотой и уютом, что я прикрываю глаза от накативших эмоций. Ну и как мне теперь признаваться в измене? Я семью хочу настоящую и ребенка. Но с другой стороны и обманывать его долго не смогу. Буду постоянно изводить себя чувством вины и страдать. Что же мне со всем этим делать?

Рома обнимает меня за талию и носом зарывается в волосы. Так крепко держит, так надежно, что мои тяжелые мысли сами по себе улетучиваются. Может, стоит попробовать? Съездим в отпуск и посмотрим, получится ли склеить то, что давно трещит по швам. Что я теряю, если попробую. Женю он наказал, насчет его измены тоже вроде разобрались. Моя вот только осталась висеть над головой огромным грузом вины.

Рома обнимает меня, не позволяя себе ничего лишнего, просто гладит волосы, целует нежно в макушку и шепчет ласковые слова. Он еще никогда не проявлял столько чувств ко мне, столько нежности, у нас всегда все сводилось только к сексу. Но сейчас я чувствую себя любимой. Первый раз рядом с ним я это чувствую. Мы однозначно должны попробовать еще раз. Я буду жалеть, если не попробую.

– Хорошо, – наконец соглашаюсь, – давай попробуем.