Мы что, рожаем? Или то, что вы боялись спросить у акушера-гинеколога

4. Сколько нас будет и кто мы такие

В родах всегда есть, просто должен быть, элемент слаженности, для красоты и успеха. Роды – это командная работа, роли распределены четко, иногда даже слов не нужно, все друг друга понимают по взгляду. Так кто же все эти участники и каков максимальный-минимальный состав присутствующих?

Главная роль, безусловно, у рожающей. Более главная у рождающегося. В переводе на медицинский: будущая мама и малыш – примы. Все действо развернется вокруг них, для них. И в зависимости от их изменений – на ходу, мгновенно, – мы будем переписывать сценарий родов сколько угодно раз.

Со стороны невесты, то бишь роженицы (так по-умному называется, по-акушерски, а когда родит, родильница), могут подойти главные болельщики и соучастники:

– муж, тут без градаций для простоты мы не подразделяем на гражданский брак, молодого человека, бойфренда; вы привели и сказали – муж, – свято верим. Хотя один из роддомов Москвы возглавляет наша легендарная коллега, так вот она настойчиво предлагает оформиться для начала, а потом уж на роды идти, вот такой купидон наших дней, на стыке любви и акушерства работает. А чего, правда, тянуть-то!

– мама;

– папа (да-а, бывало пару раз; мать у них был Новосельцев);

– подруга;

– сестра;

– брат (не было ни разу, врать не стану);

– одноклассники (были, и то в послеродовом);

– дети (у меня единожды на родах присутствовал восьмилетний сын, а также муж, сестра и свекровь).

Даже не думайте поднимать бровь, в роддомах Израиля есть чудесные палаты, где роды происходят, не обеспокоив семью от повседневных забот. Прямо тут рожают, что-то жарят, варят, едят, громко говорят, хохочут. Рождение ребенка – абсолютно закономерный праздник для семьи. Процесс никто не торопит. Чудесная данность: появился новый член семьи – ура, сели за стол поплотнее.

Скажу больше, если девочка приходит в такой роддом одна, то чуть ли не опеку вызывают. Дают сигнал, обратите, мол, внимание, в самый важный момент жизни с ней никого не было рядом. А как же дальше? Есть ли кому помочь?

Вот в такой же дружной семье я и принимала роды. Нет-нет, не выездные, все как положено, в родном госпитале, в традиционном боксе. Еду, конечно, не готовили, но время провели незабываемо.

Свекрови, иногда бывают незамужние юные племянницы, сестры. У некоторых народов принято так передавать опыт, они потом едут все вместе домой, и там помогают с малышом. А через пару лет возвращаются к нам за собственным. Вроде никого не забыла. А… как же… еще был муфтий, по телефону, по видеосвязи – в течение всех родов. Как я могла забыть-то такое, причем не я одна, многие сейчас вздрогнули. Иногда забегают остеопаты, ну, чаще чем муфтии, но сильно реже, чем все остальные. Сложно им у нас в драйве-то.

Есть большой, я бы сказала мощный пласт помощников и для вас, и для нас – это доулы и психологи – иногда это совмещает один человек. Потому что доула не имеет медицинского образования (любое другое, да), но плотно занимается родами, иногда на постоянной основе, может быть даже оформлена в штат.

Доула оказывает психологическую помощь, помогает своим присутствием, знанием, насмотренностью родов. С ней легче расслабиться, не бояться, может выступать переводчиком между медицинским персоналом и рожающей. Не всегда роды происходят по контракту, не у всех есть индивидуальный врач и акушерка, тогда помощь доулы бесценна. Просто объяснить, что это нормально и это хорошо, а впереди еще вот чего будет и вот так бывает.

Доула работает все время родов с пациенткой, соответственно в тесном общении ей легче вывести из страха и непонимания. Она не выполняет никаких медицинских манипуляций, типа влагалищных осмотров, инъекций. Массаж, поглаживания и дыхание в эту когорту не входят – этими познаниями пользуются с лихвой. Доула не строит прогнозов, но настраивает на нужную волну и позитив, это правда бывает крайне необходимый мощный аккорд.

Врач может быть дежурным, сменившимся, подменяющим, немногословным. Акушерка занята, выполняет назначения врача, контролирует малыша, но тоже поговорить не может. А хочется все узнать, хочется рассеянный свет и маленькие женские радости в заботе – звук, аромат, костюмчик детский разложить и поговорить о чем угодно, только бы не дрожать от криков в соседнем боксе. Вот как раз прекрасный компаньон.

Обычно, когда называют допустимое число сопровождающих, – традиционно один, где-то бывает и два, и три, то доулу не имеют в виду, идет особняком. Во многих европейских, да и наших роддомах доулы – прекрасные предтечи акушерки. И не бывает проблем, когда доула не страдает от своей ступенечки в иерархии и является чудесным винтиком в механизме родов. Как правило, все они крайне душевные, добрые и даже волшебные, способные сгладить любые углы.

Акушерка, она же повитуха. Ну, пошла артиллерия потяжелее, помаститее. Сейчас невольно вспомнила тех, с кем столкнула судьба, и знаете в чем штука? Обожаю и помню каждую. Многих из них в глаза и за спиной мы зовем доктор такая-то. Традиционно в России – это профессия женская, в Англии видела мужчину-акушерку.

Акушерка – сочетание всего, что есть в доуле, плюс невероятный жизненный, он же профессиональный, опыт. Все акушерки имеют не просто медицинское, а специальное медицинское образование. По большому счету, неосложненную беременность, физиологические роды акушерки способны провести сами, после родов осмотреть пациентку и восстановить, как говорили встарь, порывы.

В России на сегодняшний день так происходит только там, где физически нет доктора, поэтому и беременность, и роды, обязательно, ведет врач. Что же делает акушерка?

Во-первых, написала и подумала, что тут, что ни назови, все будет во-первых, поэтому, просто перечислю:

– все назначения врача: анализы, инъекции;

– занимается рожающей до, во время и после родов. Все кроме осмотра влагалищного, кстати, умеют. Допустим, в селе нет врача, тогда акушерки осмотрят, открытие шейки матки диагностируют, продвижение головки и даже разрывы зашьют. Но там, где есть врачи, этого не делают. Операцию кесарева сечения, тазовое предлежание – везде и всегда только врач.

– акушерки и утешить могут, и настроить, перестелить, посидеть на мяче, поплавать в ванной, пережить схватки, научить тужиться, ну и так далее, так далее;

– принимает роды, то есть оказывает защиту промежности от разрывов, зачастую это очень четко зависит от их золотых рук;

– принимает ребенка – огромная наука, крайне жизненно важная, правильное, бережное выведение головки, плечиков, всего малыша.

Когда-то работала акушеркой, пока училась в институте. Поэтому если уж цейтнот, смогу встать и принять роды. Ощущения невероятные, незабытые, руки помнят. Но мастерство, конечно, надо оттачивать ежедневно, тут уж ни с кем даже думать равняться не стану, они все виртуозы. Акушерки не принимают роды в тазовом предлежании – это только врач, равно как и операцию кесарева сечения.

После родов акушерка обрабатывает малыша, пуповину. Взвешивает, измеряет, греет, кутает, прикладывает к груди. Приговаривает, пришептывает, дает прогнозы: «Ой, глянь какой, прям дилеХтор»/«Девчушка востроглазая, бойкая», «Ну надо же, губы бантом, красотка», «О, пожалуйста, смотрите, он уже пополз», «Певицей будет», «Хороший мужик, хороший, тут такой паспорт, не стыдно и показать…» Ну и самое пророческое, как оплот: «Вылитый отец!»

Мы очень часто снимаем, все что происходит с момента рождения. Сами родители, профессиональный фотограф на родах, – технологии позволяют. Снимали даже когда камеру на подставку ставили, с магнием[1] не было, врать не стану, но на плече у отца аппарат был, а сейчас-то телефон достал – трогательность и неповторимость момента.

Акушерки очень часто попадают в кадр, и это всегда удивительный диалог, такой симбиоз. Они обрабатывают малыша, обкручивают мягкой линеечкой, заходя во все складочки и изгибы, измеряя малышей. И обязательно разговаривают, не обращая внимания ни на кого, там всегда что-то свое. Никогда они не бывают равнодушными, грубыми, ну я не встречала, поэтому любой ребенок сразу с момента рождения погружается в пучину любви и тепла – и вашего, и нашего!

Также акушерки оказывают психологическую помощь и вам, и нам. Многие из них помнят нас девочками и мальчиками, и сколько бы мы ни работали, их стаж всегда больше. Очень многие обладают потрясающим чутьем, это помимо деликатности. Ничего зазорного нет, врачу посоветоваться с акушеркой, с которой ведет роды. По сути, эту историю мы на четверых и пишем: мама, малыш, врач, акушерка. Поэтому очень удобно бывает, когда приходим на роды такой сработанной командой.

Как часто, глядя в наши истерзанные тяжелыми родами и бессонными ночами глаза, они мягко клали руку на плечо и говорили: «Родит, помните вот ту девочку, как хорошо родили!» Или также робко: «Конечно, пойдемте [в операционную], всем нужен здоровый ребенок!»

Никогда мудрый врач не позволит себе не послушать акушерку, когда она предлагает подождать и попозже попробовать потужиться. Мы прожили с ними бок о бок огромную интересную профессиональную жизнь. Мы стали соучастниками огромного количества баек и интересных историй. У нас всегда в загашнике новости и смех друг для друга. Были и беды, мы помним всех, если малыш заболеет, обязательно знает акушерка, на каком он этапе. Не встретились в родблоке, позвонит спросит: «Как наш-то? Ну дай Бог, я же говорю, все будет хорошо».

Думаю, что не преувеличу, сказав, что все акушеры молятся на акушерок, анестезиологов, неонатологов и операционных сестер. Милые мои бабицы и пупорезки, не старейте, пожалуйста, никогда и потерпите нас как можно дольше. Акушерки приемного и послеродового отделения, смело поднимайте голову, мой спич касается и вас напрямую.

Существуют духовные акушерки, домашние, в разное время разные названия, это те акушерки, которые в штате нескольких роддомов. Их приводите вы с собой, заключая контракт на родовое сопровождение в том центре, к которому они прикреплены. Знакомство с такими акушерками происходит зачастую до родов. Они параллельно с врачом ведут беременность, готовя психологически, а в родах практически выполняют то, что было намечено. Они с лихвой берут роль акушерки и доулы, а также с удовольствием работают в паре (с доулой).

Роды всегда непредсказуемы, могут длиться долго, для отдыха акушерку может сменить доула. В своих познаниях не скованны никаким роддомовским бытом, что позволяет рожающей вне зависимости от роддома максимально приблизить свою мечту об именно таких родах, ну каких уж вы себе наметили. Очень профессиональны, подвижны, мобильны, легки, свободно ориентируются в роддомовской документации и знают принципы. Учитывая высокую пытливость, могут владеть различными техниками массажа, иглорефлексотерапии, дыхания. При кажущемся многообразии круг революционеров узок, поэтому мы все друг друга знаем или наслышаны, и есть у каждой акушерки излюбленные врачи и у каждого врача предпочтительные акушерки, либо персоны нон грата с обеих сторон. Прислушайтесь к этому, если выбор падет на сработанную бригаду, то будет сразу очень легко и здорово.

Анестезиолог – тот самый волшебный доктор, иногда спасатель, благодаря которому мы можем и сейчас говорить не под женский крик-вой от схваток. Персоны величественные, как правило, мужчины, но в любом случае никто из нас им не ровня. В отдельно стоящих роддомах специализируются только на акушерстве, но таковых почти не осталось. Поэтому все анестезиологи крайне универсальны. То есть им что роды обезболить, что операцию кесарева сечения, что младенца в утробе или уже родившегося, что нейрооперацию с пробуждением пациента во время оной, что травма, что кардиология – не счесть их заслуг, отсюда и законное величие. Немногословны, сосредоточены, профессиональны. Утверждают, что все делают одинаково, но мы-то точно знаем, что каждый колдует по-своему. Высоко эмпатичны, как правило, симпатичны, веселы и снисходительны. Ведут свое летоисчисление до Рождества Христова, свято веря, что Господь, прежде чем взял ребро у Адама, обезболил его.

Редко кто помнит своего анестезиолога, так что еще иногда они могут незаслуженно забыты, но уж точно не нами. Приходя на любые роды, звоню анестезиологу для проверки связи и начинаю ворковать, хохотать, обольщать. Потому что неизвестно, понадобиться ли нам анестезия в родах (или после родов) или в случае перехода на кесарево сечение, кровотечения или еще какого происшествия. Как гласит народная мудрость: «Плохому хирургу анестезиолог не поможет, а хороший всегда договорится».

Данный врач всегда приходит с анестезисткой, она первейший помощник, кстати, может быть и анестезист. Он или она набирает сложные лекарственные схемы, входит даже в несуществующие вены, мгновенно реагирует и все умеет на самый непредвиденный случай. Также высокопрофессиональны и универсальны, заботятся о всех пациентах и пациентках в палате интенсивной терапии: от тяжелых лежачих больных до послеоперационных наших пичужках с мужьями, не менее любимыми нами, все на перечет. Умницы небывалые.

В момент родов, когда уже собрано кресло или не собрано, вы в ванной или просто в кровати, или на стуле для вертикальных родов, в момент настоящих, не тренировочных потуг, вызывается неонатолог – детский доктор, первый врач вашего малыша.

Все дни пока вы будете в роддоме неонатолог будет ежедневно осматривать ребенка, вести его, назначать УЗИ, прививки. Мягко, любя, исследовать, переводить с детского кричащего на вам понятный, учить, как дальше совместно жить. Сразу после родов также бережно, с невероятной нежностью встречают человечка, всегда все понимают, жутко переживают, если малышу внутри плохо, и очень за него ратуют.

Никогда не видела неонатологов в плохом настроении, даже скверном. Всех нас воспринимают снисходительно, как больших детей, потакая капризам. Они волшебны другими флюидами, но там всегда свет и немного тревоги. Если посмотреть на них во время родов, то как заправские болельщики в очень напряженной игре, они громко выдыхают, когда малыш рождается, свято верят в то, что любовь, тепло и мамина грудь творят чудеса. Никогда не осуждают, по-моему, просто не способны, но иногда тихонько так: «Ой, эти ваши прошлые роды в ручку…»

Это были максимально приближенные к естественной среде роды, пациентка очень хотела родить малыша себе в руки, поэтому так и назвала «роды в ручку». В вертикальном положении вприсядку она подставила руки, и под нашим контролем принимала, ощущала первой голову своего малыша.

В этот момент и вошла милейшая врач-неонатолог. Ее взору предстала поистине странная картина: спина женщины, которая сильно согнувшись, зачем-то шарит руками внизу. А вокруг все ей в этом помогают. Неонатолог сделала вид, что все в порядке, что у нас тут всегда так, то есть не раскололась. Но ошеломление свое запомнила надолго и каждый раз, когда звонила и звала на роды, спрашивала со смехом только одно: «В ручку?», но и то не злобливо. Ангелы-хранители и малыша, и врача.

Если ситуация после родов требует постоянного наблюдения или вмешательства детского доктора, лечения, выхаживания, вынашивания, обеспечения жизнью, то сии доктора называются детские реаниматологи.

Высочайшая каста из всех существующих. Как правило, скупы на слова. Общение специфическое, профессиональное, без щебетания и длительных прогнозов, коротко сообщают, что все будет хорошо, и молча продолжают борьбу. Они не видят здоровых полных толстячков, все их пациенты имеют массу проблем, очень непредсказуемы, страдают так, что не всем нам то и понять возможно.

Реаниматологи владеют совершенно нечеловеческими умениями, одни эти катетеры, датчики, параметры вентиляций, гипотермии чего стоят. Они умеют все то же, что и взрослые анестезиологи-реаниматологи, но только работают от пятисотграммового пациента. Спасали, спасают и будут спасать каждого из нас и наших малышей много раз. Выгрызают, буквально отстаивая каждого ребетенка. Не знаю, на каких морально-волевых работают, но стоят прямо рядом с Богом. Мы, собственно, так и возносим мольбы им, а потом Создателю. Храни их небо и всех нас заодно.

В помощь к маме и новорожденному для быстрого определения состояния прибегает лаборант. У мамы берет кровь из пальчика, у малыша из пуповины, вестник счастья или же наоборот. С момента взятия анализа до момента, пока этот незаметный скороход, там, кстати, милейшие женщины. Лаборантки – они всю смену на ногах, прибегают из лаборатории взять кровь в любом отделении, операционной и быстро бегут в лабораторию обратно с кровью, чтобы сделать анализ и сообщить результат. Они очень быстро бегают, скороходы. Добежит до лаборатории и выдаст результат, мы все забываем, как дышать, и через пару минут после звонка и объявления результата раскручиваем динамо с дальнейшими действиями в нужную сторону.

Операционная сестра приходит на осмотр родовых путей после отделения плаценты. Главная в операционной при кесаревом сечении. Их очень мало, они уникальны, неповторимы. По сути, могут легко ассистировать любому доктору, советчики, помощники, отрада, невероятные профи. Всех студентов, ординаторов, хорошо оперировать и шить учат операционные сестры, у старших коллег нервов не хватает. Ночью разбуди, я отвечу без запинки имена, отчества и фамилии всех операционных сестер, которых встречала на профессиональном пути. Любимейшие уникумы – тут всегда без промаха.

Если вы рожаете в роддоме с научной кафедрой, то могут быть ординаторы, студенты, но все-таки в любом случае о таком предупреждают, спрашивают разрешения. Очень смешно (ну для нас), когда приводят студентов, при том что они же еще с профилем не определились. Идут роды, операции, по стеночке стоят мальчишечки и девчоночки в большеватых халатиках, шапки, с челками на глазах, в студенчестве не до форса и лоска, там все страшно и ничего не понятно. Стоят себе, в какой-то момент поворачиваешь голову на определенном кульминационном этапе родов или операции, а мальчики-то и не стоят вовсе, лежат, а девчоночки покрепче в сторону за ноги их волокут.

Врач акушер-гинеколог – ваш соратник, собрат, на долгие роды почти родственник, все-таки совместный ребенок или дети, ко многому обязывает, ваш фанат и основной проводник. Помимо того, что четко всех различает, регулирует, координирует, так еще и отвечает за все и за всех и физически, и морально.

План на роды, реакция на малейшие изменения в родах, общение, согласование с родителями, принятие волевых решений, о тех или иных манипуляциях. Операция, зашивание, профилактика кровотечений, спасение от самого кровотечения. Дородовый, родовый, послеродовый догляд и прямое воздействие. Без врача вся эта махина не закрутится.

Акушер-гинеколог не все роды присутствует в боксе, тем более, что роды могут длится и 16–18–20 и более часов. У меня были вторые: роды 25 часов, выполнила необходимые влагалищные исследования, амниотомию, назначила необходимые лекарства.

Даже если вы не видите врача, то он вас все это время видит и слышит, даже малыша при помощи КТГ. Немного более собран, абсолютно в любых родах, очный или незаметный, но перестраховщик. В каждых родах готов ко всему. Именно физически и ситуационно, к сожалению, видел все. Если вас интересует, то не спит, не только все ваши роды, а уже с момента, когда вы первый раз позвонили и сказали: «Я не знаю оно не оно, но что-то тянет».

Выезжая из дома на любые роды, даже на четвертые, у пациентки, которую хорошо знает и трижды рожал, берет еды и сменного белья на 2–3 суток, на всякий. Задает тон на роды, в том числе и настроенческий и всю свою жизнь нервничает не о себе. Обожает это ремесло, не считает работой, энергетически подпитывается от ваших улыбок, доверия, сотрудничества. Не спит несколько ночей подряд на адреналине еще от тех родов, верит в чудо, считает нерожденного ребенка наиглавнейшим пациентом.

Обожает красивые роды, без вмешательств, здоровых мам и детей. Терпеть не может разрез промежности и кесарево сечение, – сделает все, чтобы этого избежать. Принадлежит к огромной акушерской семье, как правило, забросив свою и запустив хозяйство. Никогда не забывает, что роды – это командная работа. Гордится своей жизнью, не ссорится никогда с коллегами, потому как все они приезжали ко мне ночью и спасали, и ко всем ним я также приезжала и приезжать буду.

Гордо носит звание врача, но ни при каких условиях не сознается ни соседям, ни малознакомым, лихо ездит, верит в лучшее, готов к худшему. Боль от неудачных родов несет в себе всю жизнь. Как правило, верующий, ну еще бы. Но также четко чтит поговорку: каков поп, таков приход. Ничему не удивляется, рано седеет.

Ну и самый главный человек в этом списке – санитарка, почти никто так не произносит, всегда – санитарочка. Если за глаза мы зовем акушерок доктор такая-то, то эти уж не менее профессоров.

Сначала подготавливают, потом сопровождают, затем убирают все то, что мы с вами тут и там натворили. Незаметные трудяги с глубокой поперечной морщиной на лбу, зорко следящие за каждой падающей каплей крови, четко разбирающиеся в классах мусора, имеющие твердую жизненную философию. Почти все – легенды. Большинство из них могут перебить настроение в боксе одной фразой. Когда идут на работу, я, если встречаю, не выхожу из авто. Жду пока пройдут, потому что там всегда стиль, зачастую шляпка, а я в чем-то на скорую руку и растянутом.

Если выдать схематично, то при родах без ЭДА[2] вы увидите:

– своего сопровождающего;

– врача;

– акушерку;

– доулу (если привели);

– санитарочку;

– детского доктора;

– операционную сестру.

В родах с анестезией прибавятся анестезиолог и анестезистка, они сделают свое дело и уйдут.

Если есть некие опасения со стороны малыша, то к неонатологу прибавятся детский реаниматолог и лаборант, после родов и их совместного осмотра станет понятно, где будут наблюдать ребенка: в обычном детском отделении или палате интенсивной терапии.

В операционной состав участников тот же, только прибавятся два ассистента врача-акушера для вашего врача.

В течение родов поприветствовать вас, а также при необходимости второго мнения или консилиума, будут заглядывать заведующий отделением, ответственный дежурный врач или даже главный врач – от них всех обычно веет спокойствием и мудростью за версту. Они всегда особенно, по-королевски, по-хозяйски, мгновенно включаются в ситуацию.

Нас много и все в тельняшках, вернее в халатах. Надеюсь, теперь мы все знакомые, понятные и чуточку родные, потому что делаем одно большое и самое любимое дело.