На седьмой день: рассказы

В тот вечер они решили лечь спать пораньше, и Мила заснула, как всегда, мгновенно, а он долго ворочался на узкой и скрипучей кровати, пока не провалился в полудрему. Там он увидел осеннюю пожухшую тропинку и пошел по ней. Вокруг блестели мокрые качающиеся листья, успокаивающе пахло хвоей. Тропинка вывела его на поляну, где стоял шатер. Негромкая музыка доносилась из-за белого шелкового занавеса. Вдруг ее заглушила барабанная дробь, и он очнулся. Так и есть – снова пошел дождь.

Когда-то ливень, барабанивший по карнизу, был для него лучшим снотворным. Сейчас он мешал. Он неслышно оделся и, осторожно ступая по прохладному паркету, вышел из номера. Портье, попивая кофе, сидел у компьютера.

– Простите, который час? – спросил он.

– Без пятнадцати одиннадцать, – быстро ответил портье. – Что вам угодно, сеньор?

– Мне угодно поужинать.

– К сожалению, кухня закрылась в десять часов, сеньор. Но прямо напротив отеля есть ресторанчик. Там вполне достойное меню.

– Спасибо за совет.

– Возьмите зонт, сеньор, – сказал портье. – Иначе вы вмиг промокнете до нитки. Вот он висит, на вешалке...

– Спасибо, – сказал он. – У вас хороший английский.

– Я учился в Калифорнии.

«Интересно, – думал он, – переходя дорогу, – для чего он учился в Калифорнии? Для того, чтобы стать портье в скромном барселонском отеле?»

А ресторан назывался, кажется, «El Rebujito de Moncho’s». Это был обыкновенный портовый кабачок, каких полным-полно в Барселонетте. В витрине, в россыпи ракушек, между якорем, морским буем и небольшим валуном, на брошенной рыболовной сети в неправдободобно огромных тарелках лежали образцы блюд. Прошла, наверное, минута с момента, когда затих колокольчик на дверях, но никто не появлялся. Внутри было тепло.

Наконец к нему вышел пожилой официант.

– Добрый вечер, вы открыты? – спросил он.

– Сеньор один?

– Один.

– Заходите.

– А если бы я был не один?

– Простите?

– Ничего...

– Я не очень хорошо говорю по-английски, сеньор. Вас будет обслуживать Хосе.

– Никаких проблем. Кстати, ваш английский, быть может, всего лишь чуть хуже моего.

– Сеньор разве не американец?

– Американец. С плохим английским.

– Ну, если вас устраивает, я с удовольствием обслужу вас сам. Меня зовут Эмилио.

– Мою жену зовут Эмили.

– И где ваша жена, сеньор?

– Спит в отеле напротив. Она устала с дороги, и мне было жаль ее будить.

– Ну и правильно. Если сеньору у нас понравится, он придет сюда как-нибудь потом со своей женой.

– Непременно.

– У нас здесь два маленьких зала. В одном сидит компания из четырех человек. Другой пуст.

– Не хочу быть один.

Было сумрачно и тепло. На столиках, покрытых белыми скатертями в крупную красную клетку, стояли стеклянные бочонки с приправами и корзинки с печеньем. На стенах висели произведения местных маринистов и целая коллекция часов с маятником.

В противоположном углу зала в полнейшем молчании ужинали две пары. Ему показалось, что они затихли, едва он вошел. Эмилио принес меню.

– Я забыл в гостинице очки, так что принесите мне просто сыр, бутылку домашнего вина и чуть попозже – кофе, – попросил он.

– Какой сыр? – спросил официант.

– Мончего, – сказал он. – Постарше.

Эмилио вернулся через пять минут и поставил на стол бутылку.

– Это – от сеньоров, которые сидят вон за тем столиком.

Он обернулся: мужчины – один совершенно седой, другой лысый – смотрели на него, женщины не оборачивались. Он приветственно помахал незнакомцам рукой.

– И еще они просили передать, что если вы не против составить им компанию, то они приглашают вас за свой стол.

– Спасибо, Эмилио, – сказал он.

Он немного посидел, разглядывая этикетку присланной бутылки. Ну конечно, это они. Он понял, что за столько лет так и не подготовился к одному из самых важных разговоров в своей жизни, несмотря на бессчетное количество репетиций. В то, что эта встреча обязательно состоится, он всегда верил, только в последнее время стал немного сомневаться. Он решил, что, пожалуй, стоит пойти разбудить жену, но передумал.

И это были они.

– Вот так встреча, – сказал Он, присаживаясь на свободный стул.

– Может быть, по такому случаю закажем водки? – предложил Седой.

– Я – с удовольствием, – сказал он.

– И я, – сказал Лысый.

– И я, – сказала одна из женщин. – Только с соком.

А другая женщина сначала промолчала, а потом, глядя на него во все глаза, сказала, недоверчиво улыбаясь:

– Этого не может быть...

Официант принял дополнительный заказ и спросил:

– Как вам наш город?

– Погода – отличная, – пошутила Женщина, которая хотела пить водку с соком.

А Другая женщина сказала:

– Барселона – мой город. Когда я приехала сюда впервые, то осталась очень довольна, потому что увиденное сошлось с моими представлениями. То есть, город оказался таким, каким нужно и я его сразу узнала.

– Спасибо, – искренне сказал Эмилио. – Вы хорошо сказали. Я сейчас все принесу...

Они помолчали, разглядывая друг друга.

– Я рад вас видеть, – сказал Он. – Правда, ни черта не вижу без очков. А очки в отеле. Отель – напротив.

– Старость – не радость, – хихикнул Седой.

– Так может, сходишь, возьмешь очки? – сказала Другая женщина. – А то не увидишь, как мы прекрасно сохранились.

– Я схожу. Я очень хочу вас хорошенько разглядеть. Подождите меня, хорошо?

– Конечно, подождем.

Он перешел улицу. Портье оторвался от компьютера:

– Что, не понравилось?

– Нет, я все-таки решил разбудить жену. Она проснется и станет беспокоиться.

Он подошел к лифту.

– Сеньор, – позвал портье.

– Что?

– Наш зонт...

– Он остался там. Не волнуйтесь, его никто не тронет.

– Я не волнуюсь, просто напомнил.

– Спасибо.

Он открыл двери тяжелым металлическим ключом, подошел к жене, сел на кровать.

– Что случилось? – она испуганно заозиралась.

– Понимаешь, я решил выпить кофе в ресторане напротив, а там сидят... Короче, там сидят они.

– Кто они.

– Они.

– Не может быть.

– Они. Я сказал, что забыл очки и пошел за тобой.

Она закрыла глаза и сказала:

– Я не хочу...

– Почему?

– Боюсь...

– Пойдем, они очень теплые.

– Правда?

– Правда.

– Мне нужно одеться и накраситься.

– Ну, это понятно.

– Как ты себя чувствуешь?

– Взволнован немного, но – нормально.

– Лекарства при себе?

– Сейчас возьму.

– А который час?

– Наверное, четверть двенадцатого. Поторопись.

– Мне немного не по себе.

– Мне тоже.

– А как вы встретились?

– Они прислали бутылку за мой столик.

– Ты не пил?

– Не успел... Но выпью бокал...

– И думать не смей!

– Хорошо, поторопись, пожалуйста.

– Я сейчас.

Минут через двадцать они вышли из отеля, взявшись за руки.

– Не нервничай, хорошо? – попросил он.

Она не ответила.

Они подошли к ресторану. Он толкнул дверь. Она не поддавалась. Он толкнул сильнее.

– Ничего не понимаю, – пробормотал он.

– Саш, ресторан закрыт, – сказала она.

– Этого не может быть, – растерянно сказал он.

– Смотри, – сказала она, – вот написано, ресторан работает с шести до одиннадцати вечера.

Он посмотрел через витрину. В фойе царил полумрак, в залах – темнота.

– Что с тобой? – она погладила его по щеке. – Идем, ты просто устал.

– Ты думаешь, я сумасшедший? – вдруг крикнул он.

– Нет, я думаю, ты просто устал. Идем в отель. Тебе нужно поспать. И мы оба промокли насквозь...

– Зонт! – вспомнил он и забарабанил в дверь.

– Тише, кто-нибудь вызовет полицию.

– Там мой зонт! – закричал Он.

– У тебя не было зонта, – мягко сказала она. – Идем, пожалуйста.

Но тут зажегся свет и откуда-то выплыл Эмилио. Он долго открывал дверь. Наконец они очутились в фойе.

– Я уже уходил через черный ход, но услышал стук, – сказал он. – Что случилось, сеньор? Добрый вечер, сеньора!

– Я был тут у вас, заказал сыр и вино, так? – взволнованно сказал он.

– Не волнуйтесь, эти сеньоры заплатили за вас, – сказал официант.

– А что случилось?

– Я не знаю, сеньор. После того, как вы ушли, они немного поговорили, потом одна из женщин встала и вышла. За ней ушел ее спутник. А те, что остались, заплатили за себя и за вас и тоже ушли. И я решил закрыть ресторан, потому что в такой дождь все равно никто не придет. Тем более что официально мы работаем до одиннадцати.

– Они оставили записку?

– Сожалею, но нет, – сказал он.

– А вот мой зонт, – зло сказал он и посмотрел на жену. – Вот он висит!

– Пойдем, – сказала она.

– Доброй ночи! – сказал Эмилио.

– Доброй ночи.

Они вошли в номер, не зажигая света. Она неслышно разделась и легла. Он подошел к окну. Очертания дома напротив едва обозначились в серо-коричневой тьме. Струи дождя ударялись в карниз с такой силой, что над ним постоянно стоял ореол из стеклянных брызг.

– Они правильно сделали, – тихо сказала она.

– Да и сам понимаю, – соврал он. – А как ты думаешь, какая из женщин вышла из ресторана первой?

– Какая разница? – устало прошептала она.

– Действительно, никакой...