Между этажами у стены стоял деревянный ящик.
Кира наклонилась, вдохнула и сладко выдохнула.
– Это картофель. Как же я его люблю.
Её тонкие пальчики гладили шершавые доски, провалились в огромную щель.
– Не трогай!
Кира одернула руку и облизала большой палец.
– Какая свежая. Пахнет крахмалом и полем.
Девушка медленно, медленно приподняла крышку.
– Нельзя, это чужое, – грозно закричала бабка, но было поздно. Кира выбрала самую идеально круглую картофелину с тонкой нежной кожицей и с наслаждением откусила.
Резко открылась дверь на этаже, на площадку выбежала толстая женщина в спортивном костюме с надписью во всю грудь «АДИДАЦ» и заорала.
– Воры!
Кира бросила картофель в ящик и захлопнула крышку.
– Тётенька-спортсмен, мы не воры. Всё вернём морковкой.
– Да что ж это делается, люди добрые, последнее отбирают, – женщина вскинула руки вверх.
– Тетенька…….
Кира в голос заплакала, закрыла руками лицо.
Вдруг бабка крикнула: «Эх»! Махнула рукой, топнула ногой, и начался танец Амстердамской Чумы. Тетка с Кирой застыли, забыв про обкусанный картофель и слёзы.
Бабка никогда не танцевала так вдохновенно.