Напарники поневоле

Глава 42. Я тебя прощаю...

Я испуганно зажмурилась, на секунду поверив в то, что пуля предназначается мне…

И лишь когда очутилась на полу, поняла, что совсем не дышала.

Но мое сердце продолжало стучать.

Я с трудом открыла глаза и взглянула на мужчину, которого любила всем сердцем.

Иллюзия рядом со мной рассеялась, а Кайл снова исчез.

Глаза Лайона были обращены на то место, где только что стоял демон… И только потом он перевел взгляд на меня, и грустно улыбнулся.

– Я не знаю, что ты задумала, М.Брукс, но действуй, пожалуйста, быст…

Лайон не успел договорить, потому что отлетел к полуразрушенному синему дивану так стремительно, что я вздрогнула.

Перекошенные деревянные ножки от удара разъехались, и старинная мебель, вместе с моим напарником, оказалась лежащей на полу.

Кажется, кто-то уже наигрался с обликами...

– Милая, – Кайл подскочил к Эстри, поднимая ее на ноги.

И в голубых глазах девушки отразился страх. Ещё бы… Ведь Бейкер провел над ней ритуал, который, вероятно, провел и мой дедушка над Ви и ее родителями.

Все, что он внушил Эстри – исчезло. Она не помнила этого демона. И теперь она испытывала лишь неподдельный ужас.

Зато теперь стало понятно, почему Ви ничего не рассказала Лайону. Она не помнила об артефакте.

И не знала, кем на самом деле является ее брат. Потому что мой дедушка лишил ее любых воспоминаний о нем. Избавил ее от внушения Кайла. Сделал это заранее, потому что думал, что той ночью он убьет демона– вторую ипостась Кайла Сальтеро. И сделал бы это, будь у него был артефакт времени.

Но теперь стала ясна и истинная причина того, зачем ему так необходим этот артефакт. Боги.

Вечная война Богов и Дьявола, которая должна была состояться здесь, на земле.

Часы нагрелись в моих руках так сильно, что мне пришлось отбросить их в сторону Лайона. На моей ладони остался ожог.

Кайл смотрел на меня, сощурив глаза, и крепко обнимал свою демоницу. Он и бровью не повел, увидев, как я выбросила часы.

– Боги не ответили тебе... – протянул он, улыбнувшись. – Ты слишком слаба?

– Держи, – прошипел Лайон, обращая к себе внимание Кайла, и бросил ему часы, которые демон словил на лету.

Я с удивлением взглянула на своего напарника.

Зачем он сделал это? Неужели предал?

– Спасибо за подарок, Лайон. Я знал, что ты не сможешь без Ви...

Крышка часов щелкнула и открылась в мужской ладони…

Кайл перевел туда взгляд, и в глазах его отразился страх…

Мое секундное удовольствие.

Сияние, вспыхнувшее совсем внезапно, ослепило и заставило зажмуриться, спрятать лицо в ладонях от страха ослепнуть.

Теплый поток воздуха приятно прошёлся по коже, словно забирал с собой весь ужас.

И все прекратилось так же резко, как и началось.

Я продолжала закрывать лицо ладонями, но раздвинув пальцы, взглянула туда, где мгновение назад стояли Кайл и Эстри.

И увидела лишь одинокую испуганную девушку, которая со страхом взирала на золотые часы, лежащие на полу.

– Где Кайл? – спросила я севшим голосом.

Эстри с ужасом показала на часы, и, не медля ни секунды, помчалась прочь из гостиной со слезами на глазах.

Я посмотрела на Лайона. Он продолжал стоять у разбитого синего дивана и глядел на меня.

Пристально... Внимательно… Мне казалось, что он хочет мне что-то сказать, или же услышать.

Но оба молчали.

Возможно, слишком долго…

– Ты не хочешь отдать мне силы и стать законником? – раздался голос Бейкера под окном.

– И довольствоваться одной руной? – фыркнул Эйвари.

И было без труда понятно, что битва завершилась. Боги уничтожили не только Кайла, но и забрали остальных демонов, отправив их за своим предводителем. И теперь Бейкер предложил Грэйду окончательно перейти на сторону добра.

– Я убивал людей, – сознался Эйвари. – Я – преступник.

– Я хочу сделать для министерства доклад. Пусть они решают твою судьбу, – раздался голос Хранителя.

За окном решалась судьба раскаявшегося чернокнижника, а мы продолжали с Лайоном смотреть друг другу в глаза.

И когда он двинулся к часам, сердце, казалось, разорвалось на части.

Дело было завершено.

Я добилась своих целей, а он – своих.

Но теперь холоднокровный сыщик во мне уснул, и осталась лишь влюбленная женщина. И моя рука сама потянулась к оружию…

– Лайон, отдай мне артефакт, – мой голос сорвался, а слезы сами хлынули из глаз.

Рука, держащая направленный на него пистолет, дрогнула.

Он поднял с пола артефакт времени и повернулся ко мне.

– Мэйлин… Опусти оружие.

– Отдай мне его, черт возьми! – закричала громко, глотая слезы. – Я не могу тебе позволить… Не могу.

В черных глазах отразилась жгучая боль, а губы дрогнули в грустной усмешке… Он сжимал в руке часы, а я следила за каждым его движением, словно ожидала удара…

Смотрела на него и ненавидела себя. Презирала, и была готова умереть только от одного его взгляда.

Я рушила мечты человека, который стал для меня целым миром. Лишала его крохотной надежды на счастье, к которому он стремился столько лет…

Пыталась украсть чужого мужчину у той, которой обещала этого не делать…

Рука с пистолетом плавно начала опускаться… Я понимала, что больше не могу бороться…Только не с ним…

Я отбросила в сторону оружие и заплакала навзрыд.

– Я не могу, Лайон… Не могу... – шептала надломленным голосом, глотая слезы. – Уходи. Бери артефакт и уходи.

– Мэйлин…

Он оказался возле меня, и мужские ладони обхватили мое лицо. Лайон заглянул в глаза, и встретились две бури, сотканные из боли.

И у каждого из нас была своя боль…

– Уходи, Лайон, – прошептала, изучая каждую черту любимого лица. – Слышишь?!

Но он прижал меня к себе.

И это стало последней каплей.

Я рыдала у него на груди, понимая, что не могу забрать счастье у того, кого полюбила. Должна отпустить его… Подарить ему этот крохотный шанс.

Ведь теперь мы знали, как работает артефакт.

Он отдаст его Бейкеру, и тот обратится за помощью к Богам. Но какова будет цена за то, что Лайон нарушит равновесие – оставалось неизвестным.

– Уходи, Лайон, прошу… Я уеду. Дилижанс через несколько часов, – я стерла со своих щек слезы и набрала в лёгкие побольше воздуха, пытаясь взять себя в руки.

– Прости меня…

Его «прости» не просто резануло по сердцу, оно вырвало его из груди…

И самое сложное было в этот момент – это улыбнуться ему.

Улыбнуться, когда внутри все выворачивает от боли расставания. Сдержать новый поток слез, чтобы казаться рассудительной и холодной. Промолчать, когда хочется столько сказать. Я постаралась запомнить каждую черту красивого лица.

Проклятая гордость.

Его.

Свою бы я смогла послать к черту, если бы он сделал шаг навстречу. Но ползать у него в ногах и выпрашивать любовь – это было подло и нечестно по отношению к тому, в чьем сердце нет места для настоящего и будущего.Там намертво поселилось прошлое.

И, ко всему прочему, я же знала… Знала, что не имею на него никакого права… Но я не думала, что моя боль будет настолько сильной.

Каждый его шаг оглушал… И лишал возможности дышать…

Лайон Уэйд уходил, а я ненавидела себя за то, что не сказала ему о том, что люблю его. Не призналась, потому что не хотела поселить в его сердце смятение и ещё одно чувство вины.

Он оставлял настоящее и возвращался к прошлому.

– Прощаю... – тихо прошептала, смотря ему вслед. – Я тебя прощаю… А вот себя – нет.