Нарисуй любовь. Лучший друг старшего брата (СИ)

Глава 18

Достаю из чемодана любимую черную толстовку с надписью mermaids don't do homework. Карина подарила мне её в десятом классе. Мы с девочками участвовали в новогодней школьной постановке в роли русалок. Потом всей большой дружной компанией отмечали успешное выступление на дискотеке, после которой я впервые в жизни забыла про важную домашнюю работу и получила двойку.

Я тогда так расстроилась, что несколько дней не выходила гулять, пока подруга не пришла в гости и не вручила кофту с необычной надписью.

Улыбаясь воспоминаниям, натягиваю джинсы, майку, толстовку и судорожно мечусь взглядом по комнате, пытаясь вспомнить, куда положила зарядку от телефона.

— Быстрее, Полли, опоздаем! — орёт Денис из коридора. Он уже собрался и ждет меня у входной двери.

— Еще минуточку. Не могу найти зарядку, — да где же она?

— Видел ее на кухне, — долетает до меня ответ Дениса.

Точно, я же вчера заряжала там телефон, и оставила зарядку на диване.

Мы с Денисом едем на выходные домой. Сегодня у мамы день рождения и я не могу пропустить этот день. Брат едет со мной, он сам вызвался, поставив меня перед фактом, хотя предыдущие два года не появлялся на празднике, поздравляя маму исключительно видеозвонком и заказанным шикарным букетом.

Я приготовила для мамы подарки, хотя обычно она просит ничего ей не дарить, утверждая, что наше внимание и есть главная ценность. А для подарков у нее есть папа. Но я все равно везу с собой рисунок в красивой рамке и её любимые духи. Надеюсь, они будут напоминать ей обо мне, потому что знаю, что мама очень скучает.

Отъезд Дениса прошёл достаточно безболезненно, ведь дома еще оставалась я, было на кого направить свою заботу и внимание. Когда уехали мы оба, стало сложнее. Родителям тяжело отпускать своих детей во взрослую свободную жизнь. Они скучают, беспокоятся, переживают. Важно не обрывать связь насовсем, пусть издалека, но поддерживать друг друга, помогать словом и советом. С мамой мы регулярно созваниваемся, обсуждаем мою учебу, ее работу и миллион других тем. Иногда достаточно просто слышать родной голос и знать, что дома все хорошо.

В поезде пытаюсь расспросить Дениса про Карину. Раз уж подруга ничего не рассказывает, может брат поделится случившимся. Но он отмахивается и просит не капать ему на мозги. Вот как с ним разговаривать?

Праздничный ужин проходит дома в тёплой семейной обстановке. Мама не стала приглашать никого, кроме нас, сославшись на то, что с подругами еще успеет отметить, а мы приехали всего на два дня и ей хочется как можно больше времени провести со своими детьми.

Спать ложусь в своей комнате. Устроившись на кровати, осматриваюсь. Все такое знакомое, родное. Письменный стол, за которым я делала уроки одиннадцать школьных лет. Стул, с которого один раз упала, разбив верхнюю губу. А нечего было крутиться до головокружения. Шкаф, на котором когда-то висели плакаты моих любимых исполнителей. Полка с сувенирами и фотографиями. Не верится, что я больше здесь не живу.

В воскресенье возвращаюсь в Москву одна. Денис остался еще на пару дней дома. На третьем курсе не так строго с посещаемостью, а у них с отцом накопились нерешенные рабочие вопросы, которые желательно обсудить при личном присутствии.

Максим встречает меня у метро. Замечаю его сразу. В черной куртке (наконец-то он утеплился и надел что-то поверх толстовки) и белых кроссовках он выглядит слишком стильно и аккуратно для промозглого осеннего вечера. Хорошо еще, что дождя нет. Мы не договаривались о встрече, видимо Денис попросил. Это всё из-за того, что уезжала я к родителям с одним рюкзаком, а возвращаюсь с рюкзаком, сумкой и двумя пакетами. По словам мамы, она не могла отпустить меня с пустыми руками.

— Привет, Русалочка! — Максим ухмыляется, бросив взгляд на надпись на моей толстовке. — Крутая кофта.

— Ты всегда придумаешь мне прозвище по одежде, да? — отвечаю со смешком.

— Конечно, встречают по одёжке, слышала такое? — он забирает у меня пакеты, сумку и протягивает руку за рюкзаком.

— Он не тяжёлый, — останавливаю, — сама донесу.

Движемся в сторону дома по пустынной улице. В такую погоду в воскресенье вечером прохожих в нашем районе практически нет. Невысокий парень спешит мимо нас к метро, обходя лужи, пожилой мужчина в сквере выгуливает собаку и больше никого.

— Денис попросил встретить? — решаю уточнить.

— Ага. Он переживает за тебя.

— Я уже не маленькая, — во мне снова поднимается протест.

— Ну и что. Теперь нельзя переживать и заботиться? — Максим ускоряет шаг. — Ты навсегда останешься его младшей сестрой, сколько бы лет вам ни было.

Молчу, несколько мгновений пытаясь успокоиться и сдержать рвущиеся наружу слова, но не выдерживаю.

— Ага, для тебя, видимо, тоже. Хотя, вообще-то, ты мне не брат, — повышаю тон. Как же меня достало такое отношение.

— Думаешь, я этого не знаю? — Макс неожиданно зло смотрит на меня, пока открываю дверь подъезда домофонным ключом.

— Без понятия, знаешь ты или нет! — парирую, продолжая заводиться.

— На сестрёнку не реагируют возбуждением и вставшим членом! — напряжённо выговаривает Максим.

Сверлим друг друга взглядами, пока заходим в лифт и поднимаемся наверх. Я задыхаюсь от его признания. Кровь несётся по венам с такой скоростью, что слышу шум в ушах и ощущаю толчки участившегося пульса.

Макс опускает взгляд на мои губы. Не сдержавшись, облизываю их, проводя языком сначала по верхней, потом по нижней губе.

Писк лифта, возвещающий о прибытии на наш этаж, немного отрезвляет.

Дышу. Пытаюсь успокоиться. Но не могу попасть ключом в резьбу замка.

С третьей попытки открываю дверь, Макс следом за мной влетает в квартиру, скидывает сумку и пакеты у двери, не разуваясь, пролетает в свою комнату.

Снимаю кроссовки и на волне злости и адреналина иду за ним.

— Обувь сними! — выкрикиваю, открыв дверь в его комнату. — Я вообще-то…

Не успеваю договорить, Макс хватает меня за руку, дёргает на себя и впивается горячими губами в мой рот. Целует быстро, и в тоже время нежно.

Кладёт руку на затылок, не давая отстраниться, да я и не собиралась.

Обхватываю его шею руками, притягивая ближе.

Ошеломительные по своей силе ощущения взрывают моё тело, заставляя прижаться ещё плотнее, когда он углубляет поцелуй, делая его уже не нежным, а взрослым и глубоким.

Его вкус нравится мне до дрожи. Плавлюсь от удовольствия. Не хочу, чтобы это заканчивалось.

Макс отрывается от моих губ.

— Этого ты хотела? — моргаю, пытаясь прийти в себя. — Больше не повторится! — скрывается в своей комнате, хлопнув дверью с такой силой, что соседи подпрыгнули на диванах.