30

Мы с Ленкой едем в такси к Мите на дачу встречать новый год. Все предновогодние дни я провела, как на иголках. Каждый раз, выходя на улицу, собиралась, как в последний раз, но Кирилла там больше не было. Самой себе я могу признаться в том, что мне бы очень хотелось его увидеть. Дома находиться мне тяжело, мама с папой будто отмечают второй медовый месяц. Вот так заходишь в гостиную, а они там смотрят какой-нибудь романтический фильм и держатся за ручки, заходишь на кухню, а они ужинают, спасибо, что не при свечах. Не могли уехать в Европу, на крайний случай в Питер? Но нет, все должно происходить у меня на глазах. Моё настроение меняется по несколько раз за день, я, то смеюсь, то плачу.

Я люблю Кирилла, и не переставала любить его все это время. Вот такая я, неправильная. Видимо, у нас с мамой не так мало общего. Мы обе прощаем там, где не нужно прощать. Маленькая девочка внутри меня верит, что Кирилл действительно говорит мне правду, но мне страшно. Сейчас я те одна, нас двое, я не хочу снова переживать предательство, я несу ответственность за еще одну крохотную жизнь. Если бы он только появился еще раз, я бы обязательно ему все рассказала. Но Кирилл не пришел, скорее всего, он сейчас отмечает новый год в компании своих друзей, возможно, там есть и Вика, и Кира. Я скажу ему, обязательно, после рождения дочки.

Мы подъезжаем к дачному поселку. Неожиданно Митин дом оказывается самым большим, я даже не думала, что он не такой простой парень. За забором, да и внутри припарковано машин десять.

— Лена, ты не говорила, что будет столько народа.

— Я и сама не знала. Так даже веселее, — я беру ее под руку, и мы вместе идем по дорожке. У меня теперь появился новый страх поскользнуться и упасть.

Мы попадаем в небольшую прихожую, я раздеваюсь и достаю из сумки белые пушистые тапочки, больше похожие на носки.

— Я смотрю, ты подготовилась, — Ленка шутит надо мной. Она в отличие от меня переобувается в туфли на шпильке.

— Вот будут у тебя отекать ноги, тогда я посмотрю, как ты запоешь, — я перебрала кучу вариантов дома перед зеркалом и решила, что объемное черное платье-свитер лучше всего гармонирует с моими прикольными носочками-тапочками.

— Я пошутила. Ты прямо секси в таком виде. В следующем году я рассмотрю такой вариант.

Она заходит в гостиную вслед за мной. Тут толпа народа, никто даже не обращает на нас внимания. В первую секунду я немного теряюсь, а потом утыкаюсь в знакомое лицо и у чувствую, как сердце начинает бешено стучать от волнения.

— Лена, — я зову подругу. — Ты не знаешь, как Кирилл здесь оказался?

— Немного знаю, — она совсем не выглядит смущенной. — После того как ты ушла из ресторана, оставшееся время мы провели вместе. Он очень неплохой парень. Я даже тебе завидую, если бы не ты, замутила бы с ним еще тогда.

— А почему ты рассказываешь об этом только сейчас? — я даже не знаю на кого злиться больше.

— Ну, он попросил не говорить. И я решила вам немного помочь.

— Вот спасибо, удружила.

Меня всю трясет. Я выхожу в коридор и открываю дверь в первую попавшуюся комнату. Ею оказывается небольшая спальня. Мне нужно побыть одной, не могу сейчас находиться в толпе. Еще час назад я сожалела, что он уехал, а теперь мечтаю, чтобы его здесь не было. Не понимаю саму себя. Меня штормит из стороны в сторону.

Я сажусь на стул напротив небольшого трюмо, смотрю на себя в зеркало. Пытаюсь успокоиться и обдумать, что делать дальше. Только времени у меня нет, Кирилл заходит следом.

— Привет, — он прислоняется к двери и смотрит на меня. На нем простой белый свитер и джинсы, видимо решил так же, как и я, не заморачиваться с выбором одежды.

— Что ты здесь делаешь?

— Встречаю новый год, как и ты, — он улыбается и двигается в мою сторону, гипнотизируя меня своим приближением.

— Один из нас должен уйти. Выбирай ты, или я.

— А почему мы не можем оба остаться? Места хватит.

— Потому, что между нами все кончено. И я не могу находиться рядом с тобой, — я встаю, чтобы уйти, только слишком поздно. Он уже навис надо мной в опасной близости.

— Я понял. Тогда почему ты не снимаешь мое кольцо?

Вдвоем мы смотрим на мою правую руку. Не могу же я сказать, что просто не хочу его снимать, оно дорого мне как его подарок.

— Я пробовала его снять. Я немного поправилась и оно не снимается, — мои оправдания выглядят жалкими. Но ничего другого я придумать не могу.

— Давай я помогу, — я он берет мою руку и пытается снять кольцо. К моему облегчению, у него не получается. Палец на самом деле распух.

— Видишь, я тебя не обманула, — я бросаю на него торжествующий взгляд.

— Значит нужно намочить палец, тогда все получится, — Кирилл загадочно улыбается.

Я даже не сразу понимаю, что он собирается сделать, а он облизывает мой палец. От такого интимного момента у меня даже мурашки бегут по спине. Я вообще не думала, что беременные могут хотеть секса, оказывается еще как могут, и очень даже хотят. Кольцо легко снимается, а я чувствую пустоту на пальце.

— Теперь все. Мы не вместе, как ты и хотела, — он убирает кольцо в передний карман джинсов. — Но если ты вдруг захочешь все вернуть, ты знаешь, где оно лежит.

— Оставь себе, — мой голос дрожит, то ли от желания, то ли от обиды.

— Пойдем? — ну это уже настоящее издевательство. После того, что между нами было он так легко уходит. — Теперь ты сможешь спокойно уехать, потому что я остаюсь здесь праздновать новый год.

— Конечно, — мы выходим в коридор и натыкаемся на толпу парней вместе с Митей.

— Алиса, привет. Кир, мы идем играть в бильярд, ты с нами?

— Да, — Кирилл присоединяется к ним, а я остаюсь в коридоре одна. Это что вообще такое? Как он может вот так легко и просто развернуться и уйти. И никуда я не уеду, не доставлю ему такого удовольствия.

Я возвращаюсь в гостиную, мне нужно поднять себе настроение. Еда, вот что мне сейчас необходимо. Я чувствую себя беременной Иркой, хотя я же и есть беременная. И почему я решила, что он должен знать про нашу общую дочь?

На столе полно всяких салатов и закусок. В обычной жизни я не люблю майонезные салаты, но сейчас это то, что доктор прописал. Я начинаю накладывать себе в тарелку побольше всего, когда низ живота пронзает боль. Она не резкая, наоборот, ноющая и тупая. Кажется, я перенервничала и неплохо бы мне отдохнуть. Я возвращаюсь в ту самую спальню, чтобы немного полежать.

Я успокоюсь, полежу, и все пройдет. Когда лежишь, и правда, становится легче. Неплохо бы и поспать. До нового года еще есть несколько часов. Проснусь и буду, как огурчик.

Когда я открываю глаза, на часах уже половина двенадцатого. Мне действительно стало легче, я сажусь на кровати. Боль немного притупилась, но не ушла до конца.

— Проснулась? — Ленкина голова торчит в двери. — Я заходила несколько раз, ты так сладко спала. Как у тебя дела?

— Никак. Мы с Кириллом окончательно расстались. Он даже забрал свое кольцо, — я показываю ей свою пустую руку.

— Вижу. Ты сказала ему про ребенка?

— Нет.

— Собираешься?

— Теперь нет. Скажу после родов. Возможно.

— Ой, Алиса, смотри, потом не пожалей. Он имеет право знать. Подумай, что будет, когда он узнает, что ты могла сказать, но не сказала, — я смотрю на нее, ведь в ее словах есть доля правды. У него уже есть один ребенок, о котором он узнал слишком поздно. Я не такая, как Вика, не могу поступить с ним так же.

— Ладно. Пойдем. А то скоро новый год.

Мы выходим в гостиную, от суматохи и мельтешения у меня кружится голова. Ребята заняты тем, что раздают бокалы и достают шампанское. Я встаю у самого края, алкоголь мне все равно нельзя, буду пить сок. Живот пронизывает новая болевая волна. Теперь она чувствуется гораздо острее. Я пытаюсь вдохнуть кислород, мне нужен Кирилл, я должна ему сказать, пока еще не стало слишком поздно.

Загрузка...