Неидеальный

51 глава

ДАВИД

Ева просто достала, и это ещё слабо сказано. Но совесть по-прежнему не позволяет послать ее на х*й. Поэтому я стойко терплю все ее закидоны. Она превратила меня в курьера, и, наверное, я бы бросил это всё к чертям, но Ева манипулирует своим положением, а что ещё противней, переходит на шантаж, обещая трепать Лине нервы. Вот и сегодня, сцепив зубы я еду в магазин покупаю долбанное мороженное и везу его ей.

— Привет, дорогой, — улыбается она, когда я захожу в палату. Отхожу в сторону, пропускаю медсестру, которая мерила ей давление. И когда за ней закрывается дверь, обращаюсь к бывшей любовнице.

— Тебе не надоело ломать комедию? — ставлю на стол пакет.

— Ну, наконец-то, — Ева довольная, достаёт из него коробку мороженого и тут же открывает, полностью игнорируя мой вопрос. — Оооо, как же я его ждала, — она достаёт ложку и кладет в рот первый кусочек, а затем аж глаза прикрывает от удовольствия, — Ты знаешь, я всегда считала, что это полный бред, когда беременным хочется какой-нибудь фигни, прям до одури. Оказывается, это не бред. Поужинай со мной, мне скоро доставку принесут, — и, видимо, замечая мое хмурое лицо, тут же начинает. — Ну, пожалуйста, ну что тебе стоит, я здесь почти месяц. Одна, почти все время, я же немного прошу. Просто составь мне компанию.

Скрипя зубными, соглашаюсь. Пока мы ждём заказ, звонит Лина и говорит, что едет к родителям, голос взволнованный, но рассказывать, что случилось не хочет. Ужин в горло не лезет, вкуса не чувствую. Все мое существо рвется к моему Ангелу. Без десяти девять, я с удовольствием покидаю палату Евы.

Пока добираюсь до дома родителей, на часах почти десять. Лина расстроенная встречает меня с красными от слез глазами. Что в этот миг творится в моей душе, словами не передать. И все, что я могу из себя выдавить это "что?".

Я готов был услышать что угодно, но не то, что объявился отец Тиграна. Больше всего в этой ситуации меня пугало, что Лина может к нему что-то чувствовать и, если он приехал ее вернуть, у него может получиться. Но мой Ангел уверяет меня, что это не так. Не могу сказать, что совершенно успокоился, но когда-то Лина просила доверять ей, и я не подведу. Тем более, я не в том положении, чтоб что-то требовать. Ведь я почти каждый день езжу к Еве, и она это терпит, не упрекает.

Утром заезжает на квартиру переодеться, и вместе едем в офис. Я уже привык приходить на работу к восьми, зато теперь раньше могу уйти. Сегодня у меня встреча, прошу Лину меня дождаться в офисе, чтоб вместе вернуться домой.

В офис я возвращаюсь в начале шестого, а стоит мне зайти в приемную, как все внутри закипает. Кто сидит на диване в приемной, догадаться несложно.

ЛИНА

На следующий день на работу мы пришли с Давидом вместе. После обеда у него была встреча, и он попросил дождаться его, чтоб вместе вернуться домой. Я занималась текучкой, когда в приемную зашёл Маис.

— Привет.

— Уходи, или я вызову охрану.

— Ангел, — я стрельнула в него глазами, и он тут же исправился. — Прости, я всегда называл тебя только так.

— Вот только не надо ностальгировать.

— Почему? Я всегда вспоминал о тебе с нежностью.

Он подходит ближе и упирается кулаками в поверхность стола, нависая надо мной, и заглядывая в глаза. Я поднимаюсь с кресла, и отступаю, хочу быть подальше от него.

— Мне совершенно не интересно, — пытаюсь быть строгой и безразличной, но понимаю, что проигрываю.

Руки бьёт мелкая дрожь, а сердце, оно отбивает сумасшедший ритм. Во мне сейчас столько эмоций. Когда-то я мечтала, что встречу его, и пройду мимо с гордо поднятой головой, ведь у меня все хорошо, а он… Он никто… Но моя голова, хоть и гордо поднята, я так же чувствую, что этот мужчина навсегда занимает часть моего сердца. Нет, это не любовь, и, наверное, даже не ненависть… Он просто там живёт. Жил все эти годы, за маленькой закрытой дверцей, а сейчас зачем-то вышел. И путает мои мысли и чувства. Это как незакрытый гештальт, мы ведь не попрощались тогда. Он собирался вернуться. А сам просто пропал…

— Уходи, — снова прошу я, а сама не могу оторвать взгляд от его лица.

— Давай поговорим, я ведь немного прошу.

— Ответь честно, зачем ты появился?

— Я приехал за сыном, — спокойно, глаза в глаза. А мне кажется, из приемной весь воздух выкачали, я начинаю как рыба открывать и закрывать рот, но не могу издать и звука. Это ведь бред, страшный сон. Он сейчас скажет, что пошутил. Но он по-прежнему смотрит серьезно, и ждёт, когда я приду в себя.

— Воды? — спрашивает меня, видимо ждать надоело.

— Убирайся, — шиплю как змея. — Прочь, из моей жизни. Нет у тебя сына! Понятно! Нет! Это мой сын, не твой. Убирайся.

— Успокойся. Ты спросила — я ответил. Не устраивай истерик. Выслушай и сама всё поймёшь, — он отходит от стола и устраивается на диван. — Тигран мой единственный сын. У Лилианы, моей жены… В общем, она не может иметь детей. Я не буду вдаваться в подробности, это сейчас неважно. Этот брак — сделка, Ангел, я честно даже не знал, что они все решили. Первым делом я рассказал родителям о нас. Про Тиграна, показал фото и ждал, что они обрадуются, — он горько усмехается, а я делаю шаг вперёд и опускаюсь в кресло.

Ноги дрожат. Воспоминания травят душу. Мы ведь любили друг друга, у нас было столько счастливых моментов. Мы так ждали Тигренка. И он любил его, иначе не вставал бы по ночам, и не менял ему подгузники, пока я готовлюсь к экзамену. Все это было недолго, но было. Глаза начинает щипать, и я моргаю, чтоб прогнать эти чувства. А затем дверь открывается и заходит Давид.

— Что он здесь делает? Я же просил, не встречаться с ним без меня.

— А ты вообще кто? — спрашивает Маис, за что получает убийственный взгляд от Давида.

— А я, вообще, ее муж.