Глава 1 Печальный Белый Рыцарь

Дождливым июльским вечером Марина Симонова возвращалась домой с работы в подавленном настроении. А ведь следовало бы от радости прыгать вдоль грязных луж – впереди долгожданный отпуск.

Ровно четыре года отработала Марина воспитателем в детском саду, а своих деток до сих пор нет. И даже мужа настоящего нет, а Слава, с которым они живут вместе уже порядочное время, не предлагает зарегистрировать отношения, не просит о продолжении рода.

Поначалу, когда Марина только устроилась на работу, и они со Славой стали вместе снимать квартиру, только одного хотелось – перестать зависеть от родителей.

Но теперь у молодой пары есть стабильный доход, кое-что даже откладывается на постройку будущего семейного "гнездышка". Слава всегда мечтал жить в загородном коттедже: большой двор, зеленый подстриженный газончик, рядом просторная деревянная банька, солидные мангалы, на выходные можно собираться с друзьями, пить пиво, обсуждать спорт и политику…

"Неужели эти дружеские пирушки – обязательная часть мужских фантазий?" – размышляла Марина.

Она тоже думала о своем доме, только во дворе видела качели и песочницу, различные детские аттракционы, батут и даже маленький бассейн. Детям лучше расти на свежем воздухе, когда рядом сад или настоящий лес, не очень шустрая речка, где можно искупаться летом, а может, озеро с пологим бережком. Такие славные картинки Марина чуть не каждый день представляла, но вот реальнее они от этого не становились.

Милый друг Слава был непреклонен:

– Нам еще рано иметь детей! Надо накопить денег, взять кредит и присмотреть участок, потом еще столько мороки со строительством, ты хоть понимаешь, в какую копеечку влетит? А еще хочу обновить машину, взять нормальную «Газель», подержанную, конечно, по нынешним-то доходам. Сама должна понимать, я без машины никуда, – это же мой хлеб, да и твой тоже, между прочим.

Слава работал водителем, перевозил разные грузы в небольшой торговой компании. Платили там неплохо, но домой добытчик приходил сильно уставший и часто за полночь. Вяло оправдывался перед Мариной:

– Я же еще разгружаю товар, за любое дело хватаюсь, у меня есть цель и я своего добьюсь! А тебе лишь бы «окуклиться» и сидеть потом дома три года. А я один, что ли, на вас пахать должен?

– Слав, так ведь время идет! – робко убеждала Марина. – Ты, конечно, можешь и на пенсии заиметь детей, а я-то не молодею. Вон, Иришке чуть-чуть за тридцать, а даже не получается забеременеть, они уже который год с Костей мучаются, всех врачей обошли, вроде, здоровы оба, а лялечку сделать не могут. Я так не хочу. Ну, не вижу смысла жить только для себя.

– Марин… у нас нет своего жилья, а копошиться потом на одну мою зарплату, копейки считать, на фига?

– Родители мои помогут, мама мне обещала, она любит малышей – нас в семье было трое и ничего, пережили даже суровые девяностые, никто не голодал, не ходил босым, всех мама выучила, жили всегда очень дружно. Даже в войну рожали…

– И даже в тюрьме, там хоть кормят бесплатно.

– Слава, ты думаешь, что говоришь! – возмутилась Марина и после короткой паузы тихо добавила:

– Меня еще один момент беспокоит. Мы с тобой официально не женаты. Вдруг ты построишь дом на наши общие деньги, встретишь другую женщину, с ней создашь семью… Мне тревожно, Слав. Давай просто поговорим…

– Все, вопрос закрыт, я устал!

И так раз за разом, день за днем. Марина тоже не бездельница и работу свою любит, а как приласкаешь малышей в группе, так сердечко и заходится.

«Когда ж у меня такой будет, родненький, самый любимый?»

В тот вечер Марина хотела Славку побаловать, накупила всяких вкусностей в честь отпуска: колбаску подороже, сало домашнее на рынке, рыбку соленую, хорошее пиво. Даже успела любимый Славкин пирог испечь – с молодой картошечкой и капустой.

За ужином не утерпела, начала рассказывать о том, как детишки ее на каникулы провожали, расчувствовалась и не заметила, что гражданский муж уткнулся в телефон и, не забывая пивцо отхлебывать, рассматривает девичьи тела, едва прикрытые купальниками.

Еще и комментирует сквозь зубы:

– Ух, на море бы сейчас! Какие тут дети, если сам еще ничего интересного в жизни не видел! Ну, поздравляю с отпуском. К маме, наверно, поедешь на недельку? Потом обсудим, я устал страшно, в душ и спать завалюсь. Мне завтра вставать в пять утра, ехать на базу… Это ты можешь теперь до обеда валяться.

Вроде бы даже укорил. Марина молчком проглотила слезы какой-то давней глухой обиды и принялась мыть посуду, оставшуюся от торжественного ужина. Противень замочить пришлось, пирог с краешку подгорел, все сегодня из рук валится.

«Может, в чем-то Слава и прав, нужно подождать еще год-другой-третий… может, мне о своих детях вообще лучше забыть, в сентябре получу новую группу малышей, буду им сопли вытирать да менять памперсы, нынче таких деток приводят, что и к трем годам от горшка бегают».

Марина управилась с домашними делами, для полного успокоения побарахталась в ванной с маслом шалфея и прошла в темную спальню. Сейчас бы устроить на разложенном диване игривую возню, как в первый месяц совместной жизни, расслабиться, друг дружку нежностями порадовать.

– Славик, ты спишь? Хочешь, я тебе спинку поглажу? Или животик?

– М-м-му… устал, все… не лезь…

Марина разочарованно вздохнула, накинула на соблазнительную шелковую сорочку будничный халатик и вернулась на кухню, а там включила ноутбук, чтобы найти знакомый сайт самиздата, пестрящий яркими обложками любовных романов. Верное средство развеять грусть, если собственная жизнь мало похожа на сказку.‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

А уж в книгах какое раздолье воображению: храбрые, отчаянные мужчины готовы на все ради своих возлюбленных, рыцари на конях всевозможных мастей спасают своих Дам из любых передряг…

«Интересно, им нужны потом дети или они тоже просят подождать, пока не обзаведутся вместительным замком или, на худой конец, уютной хижиной в чаще леса?»

Отогнав сомнения, Марина начала читать продолжение полюбившейся истории в средневековом антураже и скоро наткнулась на слово «конец», набранное издевательски жирным шрифтом.

«Что это значит? Замечательная любовная сцена, слезы умиления у героини, искренние заверения в вечной любви и мечты о детишках, которые скоро огласят стены замка своими звонкими воплями, совместный завтрак, плавно переходящий в обед, встреча друзей и всеобщее примирение, веселая вечеринка с музыкой и танцами, подготовка к свадьбе…

И тут вдруг «конец».

– Вот бестолковый автор! – вздохнула Марина. – Как можно было так безбожно скомкать финал! Нет, я просто возмущена… хотела перед сном окунуться в любимый сюжет, насладиться остроумными диалогами и борьбой характеров, собиралась душой отдохнуть в этой истории, а ее уже прикрыли, даже не описав подвенечное платье героини! И где справедливость?

Марина гневно скрестила руки на груди и возвела глаза к серому потолку, где давно следовало бы подклеить отваливающуюся плитку.

"Наверно, придется делать ремонт самой, от Славки одни обещания. А тут отпуск подоспел, может, успею хотя бы обои в спальне переклеить, говорят, свежая обстановка оживляет интимные отношения".

Исподволь в душе поднималась буря протеста. Настроение весь вечер прыгает, от Славки никакого внимания, отпускные придется оставить в строительном магазине, потому что Марина любила все делать основательно, так еще и любимый автор подвел.

– Эх, меня бы в тот древний замок отправили, уж я бы там навела порядок! Я тоже хочу себе рыцаря на белом коне. И отпуск на природе, среди зеленых холмов и могучих дубов. Дайте мне личную сказку с замком! И чтобы хозяин в меня непременно влюбился. И родила бы я богатыря, и на весь мир устроила бы пир, только пустите в кладовку и дайте как следует поскрести по сусекам!

Марина с возмущением захлопнула ноутбук и вдруг с удивлением обнаружила, что стена кухни будто бы плывет перед ней, покрываясь голубовато-серебристой дымкой.

«Что такое? Я же ни капли пива в рот не взяла, Слава даже из вежливости не предложил…».

От удивления она привстала с табурета и протянула руку, желая убедиться, что стена на месте, но внезапно почувствовала, как ее запястье ухватили чьи-то сильные, теплые ладони и резко потащили вперед.

Кружилась голова, в ушах свистел ветер и раздавались веселые птичьи голоса, по лицу хлопали листья деревьев, огромные, как лопухи, пахло лесом после дождя…

Потом Марина оказалась на жесткой лавке перед большим столом, а напротив нее восседал незнакомый мужчина с длинными светлыми волосами, что свободно спадали вдоль его удлиненного, худого лица.

– Неужели получилось? Не могу поверить в чудо. Милая госпожа, вы откуда?

Приоткрыв рот и часто хлопая ресницами, Марина огляделась по сторонам: огромное полупустое помещение, сводчатые потолки, темные занавеси на высоких окнах… отчетливый запашок плесени и старого тряпья, потухший камин… пара канделябров – толстые свечи вперемешку с огарками… высокий бокал, окованный в тусклый металл… "гм, а стеклышко мутновато".

– Простите, где я нахожусь?

Мужчина выбрался из-за стола и ковыляющей походкой приблизился к ней. При этом он почему-то держал перед собой вытянутые руки с раскрытыми ладонями, словно собираясь ими кого-то оттолкнуть:

– Вы только не бойтесь меня, леди. Вас никто здесь не обидит, никто не причинит зла. Я – хозяин поместья Тарлей, мое имя Никос де Альба, да… пока еще я здесь хозяин. Прошу простить, что причинил вам некоторое беспокойство. Понимаете, я даже не верил, что древние духи меня услышат. Это был стон отчаяния с моей стороны… Мне неловко и совестно, если я потревожил вас.

– Да что тут происходит? – крикнула Марина – Лучше скажите, как я из своей квартиры, пусть даже и съемной, оказалась у вас дома? По воздуху меня перенесли? Думаете, я начиталась сказок и всему поверю?

– Умоляю, пожалуйста, не волнуйтесь! Я все объясню, с самого начала, если позволите… мой отец…

– Нет, уж – увольте! – Марина вскочила с места, больно ударившись большим пальцем голой ступни о деревянную ножку стола. – Ой, мамочки! Что вам от меня нужно? Отпустите!

Незнакомец оправил мятую рубашку на груди с видом крайнего замешательства.

– Разве я не сказал свое имя? Да, я – Никос Альба – Белый Рыцарь… так меня тоже называли.

– Рыцарь? Ага! – злорадно ухмыльнулась Марина, поджимая под себя ушибленную правую ногу. – Я, наверно, сплю и вы – мой чудесный сон! Надо же, до чего реальный, а можно мне вас потрогать?

– Это зачем же? – искренне удивился мужчина. – Ну, если это вас подбодрит – прошу, располагайте мной.

Деятельная Марина в два шага оказалась перед "рыцарем" и дернула его за широкий рукав распахнутого халата или камзола, ожидая что наваждение тут же развеется. Но толстая полосатая ткань ощущалась самой настоящей, вроде панбархата или парчи. Правда, не мешало ее освежить, странно, что с таким дорогим материалом небрежно обращаются.

Теперь Марина принялась внимательно разглядывать мужчину, который назвался хозяином: выше ее почти на целую голову, правильные черты лица, лет ему, пожалуй, немного за тридцать, бледноват, худощав и абсолютно не агрессивен с первого взгляда, хотя, похоже, натура нервная, может оказаться маньяком – извращенцем… тьфу… тьфу… тьфу…

– Слушайте, а вы кажетесь реальным, вы вообще… – у Марины даже дыхание перехватило от подобной догадки, – вы хотя бы человек?

«Прав был Славка, не надо было мне увлекаться любовными книжками, взяла моду перед сном эротику читать, а там стоит открыть страничку – глаза разбегаются: оборотни, эльфы, вампиры, мускулистые красавчики с других планет…

А что же мне делать, если гражданский муж выматывается на работе и меня трогает только, чтобы передвинуть с места, когда спешит выйти из дома, – прихожая у нас тесновата, конечно.

Я уже и забыла, когда мы целовались-то в последний раз, а интимные отношения… пару раз в месяц второпях под одеялом. Остается только сладкими сказочками и спасаться, а они вот куда заносят, оказывается!

Может, я спятила на почве сексуальной неудовлетворенности? М-да, подруга была права, надо было плюнуть на стыд и купить себе такую интересную штучку… вместе с Аленкой зашли бы в секс-шоп, или проще поменять мужчину? Я к Славке уже привыкла, хотя любовь, кажется, остыла, но где гарантия, что новый кавалер будет лучше».

Пока Марину одолевали сумбурные мысли, новый знакомый придвинул свой стул поближе, предлагая на него сесть, а когда она подчинилась, повел медленную и вполне разумную речь:

– Уверяю, я – обычный человек! И глубоко убежден, что вас мне послали Боги в ответ на горячие просьбы о помощи. Недаром я отчаянно взываю к Небесам уже второй месяц, с тех пор как дядя по материнской линии Брайан де Верта торопит передать ему все права на Тарлей.

– Семейные ссоры? – спросила Марина, решив вникнуть в суть дела, чтобы вовремя подыграть странному собеседнику, может, оставит в живых.

– Понимаете, леди, – терпеливо объяснял Никос, – если до конца года я не обзаведусь семьей и не произведу на свет наследника или наследницу, то вынужден буду покинуть дом предков, родовое гнездо Белых Рыцарей. Но тогда я нарушу извечную клятву рода Альба – умереть в стенах Тарлей, пусть даже от ран, полученных в бою.

По завещанию предков лишь те, кто умрут в родовом поместье, смогут встретиться со своими ушедшими во тьму родичами. А я так бы хотел снова увидеть отца, пусть даже в образе парящего духа. И мою благословенную матушку Исабель… и бабку Римму… маленького братика, который не прожил и пары дней…

Марина слушала этот горестный монолог, стиснув у груди ладошки, и невольно проникалась симпатией: «Вот же бедняга, из родного дома его гонят, похоже, строго у них тут с официальными отношениями. Законы суровые: вырос – женись, рожай детей, улучшай демографию, а собственно, где это у них?"

– Скажите, а где мы сейчас находимся? Это какой город, простите? Случайно не Рига? У вас интересный акцент и прибалтийская внешность, простите.

– Мне так неловко вас разочаровывать, леди, но указанное вами место мне неизвестно, вас перенесли в Дэриланд.

– Куда-а? – ахнула Марина. – Это санаторий такой? И кто меня перенес?

– Боги Локмора, полагаю, – невозмутимо ответил Никос, – я обращался именно к ним, и они прислали мне именно вас. Вот же… смотрите сами – дубовые листья, папоротник и мох. Без хранителей священной рощи не обошлось.

– Вы в своем уме?

Марина растерянно смотрела на то, как Никос схватил в руки охапку зеленых веток, что были разбросаны по всему столу, и зачем-то протянул их ей в виде доказательства божественного вмешательства.

Марина сдержанно кашлянула, чувствуя острое желание выпить водички или чего покрепче для прояснения ума.

– Ладно, переживем… значит, Боги… Ага! И что вам от меня нужно в итоге?

Никос отвернулся и небрежно бросил отвергнутую Мариной листву на пол и без того устланный грязной соломой.

– Даже не знаю… я хотел бы назвать вас своей супругой и хозяйкой Тарлей, но не имею права, поскольку не могу быть вам настоящим мужем, не могу подарить дитя. Я… хм… меня лишили такой возможности несколько лет назад.

«Приехали!»

Марина нащупала сбоку скамейку и рухнула на нее, не сводя изумленного взгляда с нечаянного собеседника.

– Так. Давайте начистоту и с самого начала. Вы утверждаете, что я не в своем родном городе и даже не в России… чудненько! Получается, я в сказке… тарлим-пам-пам… Правильно говорят, бойтесь мечтать и желать, все в любой момент может осуществиться и потом не жалуйтесь. Остался один вопрос, как мне вернуться обратно?

Никос только виновато вздохнул и смущенно потупился:

– Простите, но я даже не знаю. Меня учили с самого детства, что Боги ничего не делают просто так и всегда идут навстречу чаяниям людей, к сожалению, как хороших, так и плохих, ведь нам не ведом их замысел. Но в этом случае ясно одно, раз именно вас решили послать в ответ на мои мольбы, значит, вы каким-то образом можете мне помочь и в то же время – исполнятся все ваши просьбы. Возможно, вы недавно тоже о чем-то взывали к Богам?

– Резонно… – вздохнула Марина. – Я пять минут назад думала о том, что хочу настоящую семью, большой дом и парочку детишек. Давайте по порядку: дом у вас, кажется, большой, сам вы – человек симпатичный, но вдруг сообщаете, что замуж идти за вас смысла нет, если я все правильно поняла.

Никос снова вздохнул, отвернулся и подошел к окну, которое представляло собой узкий витраж в рассохшейся деревянной раме.

– Ничего не поделать, придется оставаться здесь, пока ваше предназначение не прояснится. Я продолжаю считать, что наша встреча предопределена, леди… как позволите вас называть?

– Я – Марина, и вовсе не против немножечко погостить в сказке, хотя есть у меня подозрения, что это всего лишь сон моей дурной головы, но как долго он может продлиться, вот вопрос?!

– Известно лишь Богам.

– Да, что вы заладили: Боги – Боги! – вспылила Марина. – Сами хоть что-нибудь можете? Мужчина… не моей мечты. Подумаешь, Никос – Белый Рыцарь! А, кстати, вы живете один? У вас много слуг? А это самый настоящий замок? А что вокруг находится? Как вы назвали свою страну – Дыреляндия? А вы можете мне дать какую-нибудь одежду, неловко перед вами в ночной рубашке сидеть.

Прошло два часа. Много было душевных разговоров, провокационных вопросов и спокойных, вежливых ответов, рыцарь Альба производил впечатление воспитанного человека. Потом Марина пила что-то вроде ягодного морса, отщипывая время от времени кусочек черствой лепешечки – кушанья принесла в залу немолодая женщина с добродушным лицом. В голове у Марины постепенно все прояснилось и настроение улучшилось.

«Ничего, поживу здесь немного, когда еще выпадет шанс побывать в сказочном параллельном мире. Я и за границей-то всего один раз отдыхала, – ездили со Славой в Турцию, уже на десятый день не знала, куда деться от скуки, сидишь на территории отельчика, как индеец в резервации, захотелось нормального чая заварить, а не ту дрянь, что в пакетиках, даже найти не могли крупнолистовой, говорят, надо везти из города. Это Славка виноват, выбрал самый недорогой «все включено»… жмот…»

Насчет гражданского мужа Марина не волновалась, как-то во время ссоры пригрозила, что уедет к родителям в поселок Радужный, а это довольно далеко от их городка, к тому же ни телефоном, ни адресом потенциальной тещи Слава никогда не интересовался. А сейчас и вовсе есть повод сбежать – отпуск на целый месяц!

Так пусть благоверный себе работает, копит денежки на коттедж к пенсии, а Марина из сказки вернется, соберет вещички и подыщет другое жилье. Хватит ждать у моря попутного ветра, пора самой браться за весла!

«Уж лучше голодать, чем что попало есть и лучше быть одной…» Нет, Славка, конечно, не «кто попало», были у Марины с ним приятные дни и даже ночи, но ей нужен рядом человек, который хотя бы не против детей, и при этом сможет поддержать ее на период декрета.

«Чего долго думать – рожу для себя! Не хотят мужики – не надо, сама воспитаю, руки-ноги есть, голова на месте, мама поможет, сестры тоже, мне бы вот только пару годиков продержаться, а потом снова буду работать, заберу в свою группу в детском саду, наша директриса поймет. Переживем… Зато будет у меня малыш, будут обнимать меня родные маленькие ручки.

Эх, видел бы Славка, как детки радуются, когда их родители вечером забирают, какие у них мордашки восторженные: «Мамочка! Ура, за мной мамочка пришла! Папа, смотрите – это мой папа!»

Вот если бы этот самый Белый Рыцарь был способен… м-м-м… я бы даже от него родила, даже в этом сказочном мире. Мужчина вроде приличный, вежливый, при доме опять же, правда, тут надо бы еще порядочек навести, видно, что служанки все запустили в холостяцком жилище, никто ими толком не руководит… ничего, осмотрюсь, торопиться некуда, у меня же отпуск".

Загрузка...