Необычные странности и странные необычности

Откровения Кота

Нет покоя от мышей,

От хозяев и бомжей!

Эти жуткие плебеи

мне ужасно надоели!

Только лапки замарать

Да ещё мешают спать.

Мир для нас был сотворён,

Так устроено уж в нём.

Самый главный — человек?

Не смешите! Сущий бред!

Да, полезен он бывает:

И покормит, и погладит,

Поиграет, уберёт,

Службу верную несёт.

Ну а мы для поощренья

Им поднимем настроенье:

Помурлычем, носом ткнёмся,

Тёплым шарфиком свернёмся,

Согревая их во сне.

Бедолаги спят в тепле.

Хоть ворчат, спихнуть пытаясь,

Я на них не обижаюсь.

Потом сладко потянуться,

На другой бок повернуться,

Покататься на спине,

Лапой дрыгая во сне.

Бесполезно ожидать,

Что оценят нашу стать

Неуклюжие созданья.

Им, конечно, в наказанье

Не оставили хвоста.

Без него ходить нельзя.

А их лапы — один смех!

Шерсть облезла, вида нет.

Когти сточены под ноль.

Как же драться за любовь?

Нашу речь не понимают,

Только звукам подражают.

Их потуги так смешны,

Им до нас как до Луны.

И в древнейшие века

Почитали все Кота!

Поклонялись как Богам!

Что за жизнь, скажу я вам!

И почтительность была.

Эх, какие времена!

Да, испортились они…

Царь природы! Как же! Жди!

Без присмотра их оставил —

Валерьянку лишь истратил.

Что за глупости творит

Нами покорённый вид!

Так что мы за них в ответе,

Ведь они как малы дети.

Им без нас нельзя прожить,

Давай лапу, так и быть!

Визит

Стук... шорох и стон.

Нет, это не он!

Пожалуйста, сгинь, пропади!

И сердце немеет в груди.

Тихо. Лишь сердца стук.

Пропал? Ну хоть как-нибудь

Дай знак, что исчез...

И вот... кажется... я идиот.

Улыбка от уха до уха:

"Ты что, не признал, Петруха?

Вот дали боги родню!

Здорово! Дай руку пожму!

Заважничал, чёрт городской!

А бледный-то, бледный какой!

Ну, это легко поправимо!"

Забулькал бутылкой игриво.

"Наливочка — чисто слеза,

Огурчики, хлеб, колбаса.

Ведь я не с пустыми руками,

Сейчас здоровье поправим!"

Каких я монстров боялся?!

Не тех мне надо пугаться.

Ведь после визита родни

Кричала печень: "Умри!"

А мозг выдавал картины

Безвременной жуткой кончины.

Из темноты забвенья

Доносится жуткое пенье.

Не может быть! Это я?!

Последствия сверхпития.

Зловоние дух вышибает

И жижа в рот заползает.

Очнулся — мохом покрыт,

А тело в трясине сидит.

В пупырышках морда и хвост

И гребень игольчатый рос.

А в лапах гадюка дрожала,

Шипела и ядом плевала.

Утопленник рядом сидел,

С ухмылкой на это смотрел.

Племянником весело звал,

Зубами добычу терзал.

Потом призвал подлечиться

И тухлой водицы напиться.

Теперь болото — наш дом

И мы приспособились в нём.

Волнует один лишь вопрос:

Красиво, в пупырышках нос?

Ссора

"Постыдись, — сказал паук, -

Наловил с избытком мух

И не поделился,

Отцу не поклонился!"

"Вот ещё! — в ответ ему, -

Одного я не пойму:

Как с вашим аппетитом

Прожить без динамита?"

Долго спорили, ругались,

Чуть при этом не подрались.

А соседка под шумок

Утащила в уголок

Всю добычу, что собрали,

Только лапки замелькали.

Наоравшись всласть. семья

Побрела домой, грустя:

Сети порваны, пусты,

И желудки без еды.

А разбойница-соседка

Подхихикивает едко.

Дружно сын с отцом вздохнули,

Погрозили и уснули.

И во сне злодейку бьют,

Отвоёвывая мух.