Неукротимый босс

Глава 14

— Алина! Ну все, прекращай! Тёма отлично меня знает. Все нормально. Если возникнут проблемы, я тебе сразу позвоню.

Мы договорились с Мирой, что она заберёт Артёма из сада и побудет с ним до вечера. А потом я приеду за сыном и мы встретимся с няней. В общем, вечер обещает быть насыщенным.

— Мир, мне так неудобно. Ну правда. У Дамира сейчас такой возраст, глаз да глаз нужен.

— Не беспокойся за нас. Мы повеселимся, поиграем. Тёмик кушает хорошо. Проблем не возникнет. Я уверена.

— Спасибо тебе огромное! Ты моя спасительница.

— Считай, что ты уже рассчиталась.

— Я-аа? — тяну удивленно.

— Ну а кто учил меня готовить говядину? А баранину? А рыбу? Если б не ты, сидел бы Мариб сейчас на отварной куриной грудке, — подруга прыскает в трубку, а мои губы растягивает счастливая улыбка.

Да, было дело, когда Мира звонила и спрашивала рецепты и тонкости приготовления любого мяса, кроме свинины.

Кстати, Камиль вроде не такой привереда! Так, стоп, а мне-то что?

— Ну всё, я убежала! А то дел ещё куча! — обрубает Мира.

— Пока-пока.

Я как на иголках. Нервничаю страшно.

Мама звонила утром, уточняя, во сколько приходить. И была несколько огорошена тем, что вчерашние слова были сказаны на полном серьезе.

Ну и естественно подлила масла в огонь. Я и так боюсь Тёмку оставлять на малознакомую няню! Ну вот что она еще капает, а?! Как будто у меня, блин, выход другой есть!

— Попалась!

Камиль крепко прижимает к себе и целует в губы. А я ошарашенно смотрю на него, как только он отстраняется.

— С ума сошёл? Нас же увидеть могут.

— Да никого тут нет. Успокойся.

— Ты ненормальный.

— Я очень даже нормальный, — обдаёт тёплом своей улыбки и предлагает, — хочешь, вместе пообедаем сегодня?

— Камиль, у меня дел до одного места…

— А ты чего такая дёрганная с утра?

— Да-и, — машу рукой отстраненно, бултыхаясь в своих мыслях. — Не бери в голову.

— Алин. Случилось что-то?

— Нет, нормально всё. Я пойду, ладно?

— Ну погоди, — удерживает меня за талию и прячет за ухо прядь волос. — Почему не рассказываешь? С поставками проблемы?

— Нет конечно. Всё хорошо у нас.

— А знаешь, — настойчиво влечёт в свой кабинет, — что хорошо снимает стресс? Вот прямо на пять с плюсом?

— Могу себе представить, — смело цепляю пальчиком пряжку его ремня и чуть тяну на себя, отмечая, как темнеют искристые глаза. — Ты поэтому такой бодрый уже?

Камиль мгновенно настораживается и прищуривается. Вот аукнутся мне эти слова. Ох, аукнутся! Сколько раз я себе говорила! Держать язык за зубами!

— Алина. Это несмешная шутка, — я мгновенно скисаю. Такое чувство, что я везде лажаю сегодня. — Зайди ко мне.

— У меня дел ещё много.

— Я сказал, ко мне зайди. Прямо сейчас.

Тяжело выдыхаю, не в состоянии отстраниться и переключиться с личных проблем.

— Рассказывай, — слышу жёсткое замечание в свою сторону. От мягкости и нежности мужского тона не осталось и следа.

— Поставки в норме. Всё по плану. С новым залом тоже полный порядок. У меня возникла пара идей по скидочным акциям, так что я их оформлю и пришлю…

— Я сказал. Рассказывай. Что у тебя стряслось.

— Да ничего такого. С мамой вчера повздорили. Поэтому Артём сегодня с Мирой, а вечером мы поедем знакомиться с няней.

— Прекрасно, а я чем заслужил кривой оскал?

— Я просто нервничаю. Извини. Не хотела…

— Алин, давай как-то иначе. У тебя если проблемы — так ты скажи. А на мне срываться не надо, договор?

Я тяжело вздыхаю. День начался не ахти.

— Из-за меня повздорили?

Ну почему он такой проницательный? Что я скажу? Что он для мамы национальностью не вышел? Арабские или турецкие корни — это табу?

— Просто она тяжелый человек.

— Просто она тебе высказала, что с маленьким ребёнком нехрен домой мужиков водить.

Скольжу глазами по его лицу, отмечая припухлость. И запекшуюся кровь на брови.

— Может быть, в её словах и есть смысл, — я округляю глаза, не веря в то, что он произносит, — но ты не любишь, если тебя по носу щёлкают.

Я тяжело сглатываю, когда он наступает и приближает своё лицо. И его дыхание уже согревает мои губы.

— Суббота. Вечер. Часов семь. Только ты и я, — ласково обводит костяшкой пальца овал моего лица, и звучит чуть с хрипотцой. Если бы он сейчас настоял, не уверена, что смогла бы оттолкнуть его. — А ещё твой голос в трубке телефона сегодня. Я ведь могу позвонить вечером?

Конечно, он может позвонить. А я даже постараюсь ответить.

В итоге Артём отлично провёл день с Мирой и Дамиром.

От няни я, если честно, в полном восторге: мне она показалась потрясающей. Четкая дикция, добрые глаза, с Тёмкой общается очень хорошо, он потянулся к ней сразу. Вот видимо кому-то свыше дано работать с детьми. У неё сейчас не очень со временем, но через неделю должна освободиться! Как я надеюсь, что она та, кого я ищу!

— Мама, — сынок раскрывает полки на кухне и вытаскивает с них пустые контейнеры и кастрюли под оглушительный лязг металла.

— Артём, зайчик, поздно уже. Давай не будем так шуметь?

Сын слишком увлечён, а я пытаюсь аккуратно отвлечь его от интересного дела, иначе истерики не миновать.

В таком формате я пропускаю звонок от Камиля, а потом и следующий. Когда мы с Артёмом выбрали книжку и улеглись в кровать, мой телефон вновь ожил, а я, глянув на экран, торопливо отвечаю:

— Не могу сейчас.

— Ты хоть перезвонишь сегодня? — слышу в ответ недовольный мужской голос.

— Да, я постараюсь.

В трубке раздаются короткие гудки. Камиль не сказал ничего дурного, но его раздражение чувствуется, даже когда он молчит. Как у него это получается?

Камиль: «Я очень надеюсь, что ты не специально пропускаешь мои звонки».

«Сейчас подожду, пока Тёмочка покрепче уснёт, и сразу перезвоню своему жутко любвеобильному начальнику», — думаю я, подавляя зевок, и глажу малыша по спинке, прислушиваясь к его дыханию…

А проснулась я только утром, оттого что сын под оглушительный вой будильника гладил меня по голове.

Вот же чёрт, а!

— Зайди, пожалуйста, — коротко бросает в трубку Алиев и тут же отключается. Всё. Мне крышка. Каюк!

Ну откуда мне было знать, что я вырублюсь вечером, пропустив ещё один звонок от Камиля? Я ведь не специально! Но это ещё ладно, я даже на смс не ответила! Он меня сейчас загрызёт, ну точно.

А помимо всего прочего, наше и так висевшее на волоске субботнее свидание придётся отложить.

Говорю же, крышка мне!

Уверенно стучу кулачком по темной панели и захожу в кабинет к начальству.

Тут же чувствую на себе суровый взгляд. Глаза горят праведным гневом, челюсти воинственно сжаты, напряжённая поза. Ой-ой-ой! Камиль, когда сердится, выглядит умопомрачительно. Но, похоже, отхвачу я сейчас по полной.

— Ты специально игнорируешь меня? Или вчера как-то случайно получилось?

Начальник сидит за столом, скрестив руки на груди и откинувшись на спинку кресла.

— Прости, я случайно вырубилась, когда малого укладывала.

— Алин…

— Я планировала перезвонить! Честно!

— Можно было бы хоть утром черкануть строчку. Неужели это так сложно?

— Я сегодня собиралась впопыхах. Не до смс было.

Вот у него нет детей, оно и видно! А пока Тёмочку соберёшь, накрасишься, доведёшь, посчитаешь птичек… вот правда не до него!

— Алин, я все понимаю. У меня тоже всегда много дел! — тут Камиль делает над собой заметное усилие и укладывает ладонь на стол. — Хорошо. В какое время ты бываешь свободна?

Я подавляю тяжелый вздох. Ночью. Или пока домой еду. Но в метро сеть не ловит… а так… мне действительно некогда по телефону болтать. Сынок всегда требует к себе много внимания.

— Около десяти вечера.

— Если ты не вырубаешься? — он постукивает пальцами по столешнице и буравит меня уже насмешливым взглядом. — Ладно. Буду иметь в виду. Ты подумала насчёт субботы? Чего бы тебе хотелось?

Тишины и спокойствия!

— Камиль, ты прости, но… — отвечаю извиняющимся взглядом. — Я не смогу увидеться… В эти выходные.

К маме гости приезжают, и я сына не оставлю у нее. А няня занята.

Мужчина не успевает подавить вздох разочарования. Ну вот чего он? Я ж не специально! Обстоятельства…

— Я ведь предупреждала честно, что у меня времени свободного очень мало…

Он встаёт и обходит меня. Проворачивает ключ в замке. Подходит и притягивает к себе. А я замираю в его руках. Не понимаю, чего ожидать. Он ведь не собирается…

— Не хочешь время искать на меня, так хоть поздоровайся, как положено, — и уверенно кладет ладонь на мою талию.

Его улыбка из холодной и ехидной превращается в мягкую и лучезарную, как только я касаюсь затылка и нежно притягиваю к себе, вставая на носочки. Льну к мужчине, дотрагиваясь до сомкнутых губ. Касаюсь языком сначала правого уголка, затем левого. Раскрываю их языком, ласкаю грудь, пробираясь под пиджак, пальчиками играю с пуговицами.

Камиль сначала стоит спокойно, наслаждаясь нежными касаниями, но уже через минуту его срывает с тормозов и мужской бешеный напор и неудержимость обрушиваются на меня.

Он касается бёдер, задирает платье, целует сумбурно, тяжело дыша. А у меня отключаются мозги, когда я чувствую, с какой бешеной страстью он впивается пальцами мне в ягодицы.

Налегает, заставляя пятиться к столу. Рывком усаживает сверху, вклиниваясь между ног. Зажимаю его коленями, с трудом переводя дыхание.

— Мы ж на работе, Камиль…

— Когда ты перестанешь отказываться искать для меня место вне её, вот тогда я и задумаюсь над этим.

Чувствую мужские зубы на шее. И то, как плавно он спускается губами, лаская плечо.

Я прерывисто хватаю ртом воздух, обнимаю мужчину за плечи, прижимаюсь крепче. Кого я обманываю? Хочу его так, что наплевать на всё. Что не надо, что работа, что потом хуже будет, что будет обидно, когда это закончится. Пофигу!

— Я полночи ждал твоего звонка, — вжимает в себя, упираясь в меня каменным членом, — какая в жопу работа?! И так хрен от тебя чего дождёшься!

Налегает сильнее, заставляет улечься на стол и наваливается сверху. Отодвигает трусики, касаясь тёплой влаги, и тут же улыбается мне в губы, всё понимая. Легко прикусывает нижнюю, а я втягиваю его язык в себя, посасывая. И тихонько стону, потому что Камиль резко ударяет бёдрами.

Притягиваю его к себе ещё плотнее, плавлюсь не только от жадных прикосновений, но и от резких слов.

— У меня уже скоро резьбу сорвёт, я точно прибью каждого, кто на тебя слюни пускает!

Зарывается пальцами в мои волосы и сжимает кулак, заставляя выгнуться ему навстречу.

Напряжение уже давно сковало низ живота. Томное ощущение между бёдрами поглощает и заставляет отойти в сторону посторонние мысли.

Мужской взор затуманен. Я плавно скольжу ладошками по крепкой груди, на ходу расстёгивая пуговицы, дотягиваюсь до пояса и наощупь дергаю пряжку. Тяну вниз собачку, раскрывая молнию.

Ныряю под брюки, лаская напряжённый член сквозь тонкую ткань белья, а Камиль вновь прикусывает мою нижнюю губу.

Где-то играет его мобильный, но никто из нас не обращает ни малейшего внимания. Мы целиком и полностью поглощены друг другом.

Мужчина перехватывает мою ладонь и притягивает ко рту, целуя по очереди каждый пальчик.

— Не торопись. Я не железный.

Укладывает мои руки на свою шею и тянется вниз. Подносит ко рту плоский серый квадратик, закусывает уголок зубами, и я слышу тихий шелест надорванной упаковки презерватива.

— Первый пошёл в расход.

Я раскованно улыбаюсь и тихонько шучу в ответ:

— У нас с тобой лимит на двенадцать штук?

— Смеешься? Их при желании за два дня можно использовать.

В ответ я лишь весело посмеиваюсь:

— Это ж какое стойкое желание должно быть?

Чуть отстраняется и тут же вновь впивается пальцами в мои бёдра. А я просто кайфую от уверенных прикосновений, мужской харизмы и темперамента.

Камиль накрывает ртом мои губы и сразу касается меня членом. Резкий рывок, и он во мне. Я закрываю глаза, концентрируясь на таких желанных ощущениях. Откидываюсь на стол и прогибаюсь в пояснице. Воздуха начинает не хватать.

Он вколачивается нетерпеливо, резко, даже немного грубо, но это возбуждает ещё больше. Мне кажется, на коже останутся следы. Ну и пусть, только бы это безумие продлилось подольше.

Камиль склоняется надо мной и сбивчиво дышит мне в шею. Я ласкаю ладонями его спину, наполовину стягивая с мощных плеч рубашку. С трудом сдерживаю стоны, надеясь, что звук влажных шлепков не выходит за пределы кабинета.

Ещё несколько мощных толчков, и все эмоции смывает волной чувственной неги. Тепло разносится по организму, а интимные мышцы конвульсивно сжимают напряжённый член. Камиль выпрямляется, резко входит на всю длину и замирает, чуть размыкая губы. Старается отдышаться так же, как и я, а потом притягивает к себе за руку.

— Ты нормально? — шепчет в губы.

— Просто прекрасно, — утопаю в обволакивающей ласке его глаз и утыкаюсь носом в крепкую шею. Втягиваю мужской запах. Реально крышу рвёт. Душу словно тянет что-то неизведанное, маленькое и беззащитное. А мне не хочется это чувствовать. Слишком трепетно. Слишком нежно.

Внезапно на весь кабинет снова раздаётся громкая трель мужского мобильного, и мы с Камилем отодвигаемся друг от друга.

Он приводит себя в порядок. Я спохватываюсь и поправляю подол платья, а мужчина торопливо заправляет рубашку в брюки.

Под шумок я пытаюсь скрыться с его глаз, но Камиль сбрасывает звонок, настигает и притягивает меня к себе.

Горячие губы ласкают висок, а я все ещё пытаюсь выровнять дыхание. И понятия не имею, куда теперь смогу деться от мыслей об этом мужчине.

— Ну с добрым утром, что ли, — произносит охрипшим голосом.

— С добрым, — искренне улыбаюсь и целую строгого руководителя, ласково оттягивая его нижнюю губу.