Неукротимый босс

Глава 28

Алина

Зажав под мышкой стопку бумаг, на ходу карандашом делая пометки в блокноте, медленно направляюсь к ксероксу размножить документы: мой сломался, а этот вынесен в коридор: здесь можно использовать формат А3 при необходимости, поэтому он общий.

Только я располагаю бумаги, как на телефон приходит смс:

Камиль: «Зайдёшь?»

Я нажимаю цифру 4 — именно столько необходимо копий, — запускаю процесс и отправляю ответ:

Я: «Срочно? Занята пока».

Камиль: «Очень:)».

По неофициальной скобочке я понимаю, к чему он клонит. Улыбаюсь, но отправляю строгое:

Я: «Камиль, мне сейчас некогда, правда».

Камиль: «Где ты?».

Я: «На третьем этаже, копии документов делаю, у меня принтер сломался».

Камиль: «Окей».

Меняю листы и вновь нажимаю на цифру 4.

В блокноте торопливо царапаю короткие записи.

«Беговая дорожка чудит

Настя в отпуске с понедельника

Добрать потерянные номерки

Вода заканчивается!!!».

Последнее обвожу в кружочек и вновь меняю документы.

Обычно этим аппаратом мало кто пользуется — те, кто работает с бумагами, имеют персональные машины в кабинетах — и коридор здесь безлюдный. Прямо по курсу кабинет кадров и бухгалтерия. Камиль как-то обмолвился, что не стал арендовать для них дополнительное здание и расположил отделы на третьем этаже клуба.

Я быстро прокручиваю в голове все, что нужно успеть до моих выходных, как вижу направляющегося в мою сторону хозяина центра.

Он вальяжно шагает, деловито отвечая кому-то по телефону.

— Да, я гляну, что там. Но пока занят. Перезвони через часик.

Отнимает трубку от уха и убирает мобильный в карман.

— Я тебя вечером домой отвезу. Заедем поужинать куда-нибудь.

— Сегодня никак. Извини, — он же сам понимает, что мне некогда, я с работы всегда к сыну спешу.

Отворачиваясь, вновь меняю бумаги.

— Ты любовника, что ли, себе завела? Третий раз уже отказываешься, — роняет недовольно.

Его фраза вызывает улыбку, и я весело замечаю:

— Неужто Камиль Абдулаевич вдруг испытывает муки ревности?

— Не дерзи. У тебя вообще на меня времени нет, ты что, не можешь час после работы выкроить?! — зрачки его расширяются, а я только сейчас замечаю, какими глазами он на меня смотрит. Мысленно уже обслюнявил моё декольте. Вот ненасытный!

— Камиль, на машине ехать долго, мы все пробки соберём. Недавно няня заболела, у мамы все вечера расписаны, она по врачам ходит. Поэтому мне надо успеть Тёмку перехватить. Извини, я правда не могу. В другой раз, ладно?

Я, тайком оглянувшись, отмечаю, что коридор, как всегда, пуст, кладу руку на затылок босса и прижимаюсь губами к его рту. Всего на мгновение, и вновь меняю бумаги, тепло смотря на начальника. А он пилит меня темным взглядом.

— Алин, ну меня это вообще не устраивает. Ты постоянно занята.

— Да, что поделать. А ты, я смотрю, скучаешь, бездельник, — подначиваю его, да. Я в курсе, что Камиль очень много работает, включая работу над открытием филиала в другом конце города.

Мужчина кладёт руку мне на поясницу и уверенно движется вниз, сжимая ягодицу и комкая в ладони подол.

— А ты, я смотрю, снова чулки надела, — его взгляд жадно скользит по моей фигуре, и это окрыляет. Я почти физически ощущаю его тяжёлую ласку, голова кругом идёт, когда Камиль так на меня смотрит. Будь мы в его кабинете, он бы уже касался выреза на моем платье, спустил его вниз и жадно приник к груди. Но сейчас мы не в его кабинете…

— Платье мне не помни, вечно голодный.

Неожиданно Камиль вытаскивает из моих пальцев карандаш и блокнот, откладывая их в сторону, и оттесняет меня к машине. Его руки уже гладят бёдра, а дыхание тяжёлое, с присвистом.

Секунда, и я уже сижу мягким местом на ксероксе, платье задирается, а мужчина вклинивается между ног.

— Камиль, мы в коридоре.

— И что?

Бормочет мне в шею. Он прижимается пахом, а я шутливо его отталкиваю.

— Какой ты темпераментный. Но не на глазах ведь у посторонних, — обнимаю его за шею, лаская затылок. — Отойдите, господин директор.

Камиль дотрагивается губами до кожи за ушком и спускается вниз, оставляя влажную дорожку на шее, крепко сжимает пальцы на ягодицах.

Я думала, он шутит, а он отодвигает в сторону белье и пальцем проталкивается внутрь. Конечно я начинаю паниковать! Он серьезно? Кто угодно может войти!

— Камиль, нас могут увидеть.

— Здесь нет никого.

Сквозь одежду прикусывает грудь, а у меня от его властных касаний тягучее напряжение опускается вниз живота.

Я понимаю, что он серьёзен, когда его движения становятся глубокими, соблазняющими. Дышу, часто хватая ртом воздух, стараясь сопротивляться.

— Ты хочешь меня трахнуть прямо на ксероксе?

Я, расставив ноги и выгнув спину, сижу на копировальном аппарате, а владелец всего этого добра сдержанно толкается у меня между ног и приспускает вниз вырез платья, как я и предвидела. В любую минуту сюда может кто-то войти, и это придаёт остроты. У меня таких запретных сцен раньше никогда не было. Это безрассудство, но именно оно ударяет в голову, одурманивая сознание.

Раздается шелест молнии, и в меня упирается набухший член.

— Камиль, ты с ума сошёл! — громко шепчу, но эффекта ноль.

— Это мой клуб. И я буду тебя трахать, где захочу.

Рывок, господи, и он во мне. Движется резко, неудержимо. Наверняка в очередной останутся следы на коже. Каблуками упираюсь в корпус копировальной машины, неудержимо двигаясь навстречу, подмахивая бёдрами.

Я вцепилась в мужские плечи, закусывая губу. От каждого удара я стону, хоть и тихо, пытаясь сдерживаться.

Камиль рычит мне в шею. У меня соски ноют, а когда он втягивает в рот набухшую вершинку, меня просто сносит убойной волной. Какой он жадный до меня и горячий!

Прямо в коридоре! Он трахает меня прямо на ксероксе! Сумасшедший! Ах… Боже… он такой горячий и пылкий любовник… с силой толкается в меня, отрываясь от груди, и что-то шепчет на ухо, а я ничего не слышу абсолютно, могу только чувствовать, как его член с силой входит меня, доводя до безумия. Адреналин смешался с кровью, декольте приспущено. А Камиль вновь целует мою грудь, сосок прикусывает и растирает во рту языком, распространяя дрожь в пояснице.

Хочется молить его не останавливаться. Никогда у меня так неудержимо и порочно не было.

— Ты ненормальный… Камиль… Да, еще… пожалуйста… еще… — сбивчиво шепчу в пустоту, зарываясь пальцами в его шевелюру, притягивая к себе его голову в неудержимом порыве.

Ещё немного, и он доведёт меня до оргазма.

Не могу сдержать громких стонов, они вдруг вырываются из груди, а Камиль накрывает ладонью мой рот и, вновь резко входя в меня и замирая, хрипло произносит:

— Вот этого не надо, Алин. Потише.

Неожиданно отстраняется, торопливо натягивая обратно вырез платья. И поправляет подол, быстро стаскивая меня с аппарата. Легонько отворачивает от себя, толкая к ксероксу. Хватает пачку бумаг, прикрывая обнаженный член, а один листок подносит к глазам, будто погружён в изучение документа. И прислоняется к стене.

Я, с трудом стараясь отдышаться и испытывая чувство великой досады, резко подбираюсь, улавливая приближающиеся голоса.

Как он их услышал? Через три секунды в коридоре появляются Елена — та девушка, что проводила тестирование при моем устройстве — и ее помощница. У них обед закончился.

— Здравствуйте, Камиль Абдулаевич. А… вы к нам?

— Нет. Я Тамару Алексеевну жду, — это наш бухгалтер. — Она в ПФР с утра уехала.

Девушки удивленно переводят взгляд на меня, а я с каменной физиономией как ни в чем не бывало проверяю бумагу в лотке.

— Лена, я жду список сотрудников. Как продвигается поиск тренеров на новый объект?

Вот как он это делает? Девчонки мигом переключились с вопросительного созерцания нас и быстренько стали оправдываться.

— Эм… я… в процессе. Инструктор по йоге приедет в понедельник. С рукопашкой пока проблемы… но я ищу. Камиль Абдулаевич, к открытию все будут на местах.

— Надеюсь на вас, девушки. Но список наших тренеров жду: возможно, кого-то переставим. Минут через двадцать.

Человек из любой ситуации может выпутаться. Наверное, поэтому он успешный руководитель, который может многое себе позволить. В том числе и оттрахать свою сотрудницу прямо в коридоре.

Лена меняется в лице, бросает волнительное «угу», и девчонки почти убегают в кабинет, чтобы требовательный руководитель не придумал на ходу новые задания.

Как только за ними закрывается дверь, Камиль хватает меня за плечи и заводит за ксерокс.

— Сюда иди.

Бережно толкает меня к аппарату, позволяя упереться ладонями, и давит на спину, а я прогибаюсь в пояснице. Спускает трусы. Упирается напряженной головкой. Входит так резко, что я подаюсь вперёд.

— Ты в курсе, что бумаги вверх ногами держал?

— Неа, — слышу, он улыбается, мягко продолжая, — ничего перед собой не вижу. Как же ты заводишь меня. Ведьма.

Я встречаю эмоциональное замечание с улыбкой на губах. Подаваясь назад и подстраиваясь под заданный темп. Расставляю ноги немного шире — так на каблуках стоять удобнее. Мужские пальцы крепко фиксируют бёдра. Камиль продолжает вколачиваться в меня, а я прикрываю глаза и облизываю губы, ловя каждое движение. В следующий раз хочу почувствовать вкус его члена. Он большой и гладкий. И дарит райские ощущения.

Аппарат у нас массивный и высокий. Если девчонки внезапно высунут носы, то они, конечно, могут догадаться, чем мы занимаемся. Но в целом я всегда успею одернуть подол.

Внезапно Камиль меняет темп: обрушивая каждый новый удар, задерживается во мне на несколько секунд. Он подтягивает меня к себе и кладёт ладонь на горло, чуть сдавливая пальцы. И именно от этого острого движения, а может, от тихого шепота: «Давай, малыш, дааа…» меня укрывает с головой тёплая волна неги. Я неконтролируемо ритмично сжимаю напряжённый член интимными мышцами, а слабость плавно распространяется по всему телу.

Камиль толкается ещё три раза, отстраняется с тяжёлым глухим выдохом и изливает семя в свою ладонь.

Стараясь отдышаться, я выпрямляюсь, поправляю одежду, прислушиваясь к звукам тишины, и стеснительно улыбаюсь. Это было ОХРЕНЕННО!

Начальник чмокает меня в висок, сдавленно замечая:

— Охуеть. Блядь. Просто космос.

Сердце до сих пор бешено колотится, но на душе так светло и тепло.

— Ты точно извращенец, Алиев.

— Сейчас руки ополосну и вернусь. И если ты всё ещё будешь здесь, я тебя трахну второй раз.

Я и забыла, что тут туалет на этаже. Уверена, что Камиль шутит, но проверять не хочется. Лучше я как-нибудь в другой раз «случайно» загляну к нему в кабинет. И надо будет в очередной раз чулки невзначай продемонстрировать! Вот же у человека от взгляда на них башню рвёт! Карандашик, что ли, обронить…