Тебе так страшно вразумить
себя. Как полон ты тревоги,
что подкосились ноги,
когда художник вздумал кисть молить.
Взмахом руки небрежно так казнить,
чтоб позабыли боги
тебя смешной в дороге,
в которой не с кем говорить.
И некуда теперь спешить
тебе. Ты отразишься в некрологе,
в таком пустом, в сплошном упрёке,
что будет мастера дразнить.