Никто не уйдёт

Глава 2. Мёртвый учёный.

Мария долго сидела в опустевшей столовой, обдумывая полученную информацию. За окном арктическая тьма сгущалась с каждой минутой, превращая белый мир в чёрную бездну. Только тусклые огни станции пробивались сквозь непроглядную мглу, создавая иллюзию уюта в этой ледяной пустыне.

Первые интервью дали пищу для размышлений. Дмитрий Волков явно наткнулся на что-то серьёзное – настолько серьёзное, что кто-то решил его убить. Связь с корпорацией Арктик Петролеум выглядела многообещающе, но пока это были лишь предположения.

Мария поднялась и направилась обратно в медицинский блок. Ей нужно было провести более тщательный осмотр тела, пока труп не начал разлагаться. В арктических условиях это происходило медленнее, но всё же время работало против неё.

Медицинский блок был пуст. Мария включила все лампы и извлекла тело Волкова из холодильной камеры. При ярком свете детали, упущенные во время первого осмотра, стали более заметными.

Российский гляциолог был мужчиной средних лет в хорошей физической форме. Тёмные волосы с проседью, аккуратно подстриженная борода, мозолистые руки человека, привыкшего к физическому труду. На левой руке обручальное кольцо – значит, дома его ждала семья.

Мария внимательно осмотрела руки покойного. Под ногтями правой руки она обнаружила странные тёмные частицы. Соскоблив их в пробирку, она пометила находку как улику номер один.

Одежда Волкова – джинсы, шерстяной свитер, толстые носки – была обычной и чистой. Но при осмотре карманов Мария нашла кое-что интересное: мятую салфетку с красноватыми пятнами и небольшой ключ, который не похож на стандартные ключи станции.

Красноватые пятна могли быть кровью – возможно, у Волкова шла носом кровь перед смертью, что также характерно для отравления цианидом. Мария аккуратно упаковала салфетку.

Ключ был маленьким, латунным, с номером "47" выгравированным на головке. Где-то она уже видела подобные ключи Ящики! В лаборатории были металлические ящики для хранения образцов, и некоторые из них были заперты.

Оставив тело, Мария поспешила обратно в лабораторию гляциологии. Действительно, вдоль одной стены стояли ряды небольших металлических ящичков, каждый с номером. Ящик номер 47 был заперт.

Ключ подошёл идеально. Внутри ящика лежала папка с документами и небольшая флешка. Документы были на русском языке, но некоторые страницы содержали таблицы с данными на английском. Мария фотографировала каждую страницу своим телефоном.

Особенно интересным показался документ с заголовком "Анализ образцов кернов 47-52. Аномальные показатели." В тексте часто встречались слова "фальсификация", "промышленное загрязнение" и "корпоративное влияние".

Флешка могла содержать ещё более важную информацию, но Марии нужен был компьютер для её изучения. Она спрятала находки в свой рюкзак и решила продолжить интервью с членами команды.

Следующим на очереди был Томас Грин, геолог. Мария нашла его в его собственной лаборатории, где он изучал образцы горных пород под микроскопом.

«Мистер Грин, у меня есть несколько дополнительных вопросов.».

Томас поднял голову от микроскопа. Это был крепкий мужчина лет сорока, с загорелым лицом и мозолистыми руками. Его глаза были ясными и прямыми – но Мария заметила лёгкое напряжение в его голосе.

«Конечно, детектив. Чем могу помочь?».

«Расскажите мне подробнее о вашем разговоре с Волковым два дня назад. Что именно его беспокоило?».

Томас отложил инструменты и облокотился на стол. «Дмитрий пришёл ко мне очень взволнованный. Сказал, что его результаты не укладываются в существующие теории. В образцах льда возрастом пятьдесят тысяч лет он обнаружил химические соединения, которые появились только в двадцатом веке.».

«И что вы ему ответили?».

«Я предположил, что могла произойти путаница с образцами. Или контаминация – загрязнение современными веществами во время бурения или хранения.».

«Но он не согласился с этим объяснением?».

«Нет. Дмитрий был очень опытным исследователем, он учёл все возможные источники ошибок. Более того, он показал мне документы, которые заставили меня задуматься.».

Мария насторожилась. «Какие документы?».

Томас замялся. «Он принёс копии отчётов других исследовательских станций, финансируемых Арктик Петролеум. Во всех отчётах данные о древних климатических изменениях были скажем так, интерпретированы в пользу определённой точки зрения.».

«Какой именно?».

«Что современное глобальное потепление является естественным процессом, а не результатом человеческой деятельности. Все данные, которые могли бы свидетельствовать об обратном, либо замалчивались, либо искажались.».

Мария почувствовала, что дело приобретает поистине глобальные масштабы. Если крупная нефтяная корпорация действительно покупала учёных и фальсифицировала климатические данные, то ставки в этой игре были огромными.

«Мистер Грин, а ваши собственные исследования финансируются Арктик Петролеум?».

Лицо геолога помрачнело. «Частично, да. Они предоставили оборудование для геологической разведки и оплачивают часть моей зарплаты.».

«И это влияет на ваши выводы?».

«Я стараюсь оставаться объективным,» – ответил он после паузы. – «Но понимаете если твоя зарплата зависит от определённых результатов, становится трудно сохранять полную независимость.».

«Волков знал об этом конфликте интересов?».

«Да. И именно поэтому он так взволновался. Дмитрий понял, что мы все можем быть вовлечены в схему, масштабы которой даже не осознаём.».

Мария записала эти показания. Картина становилась всё более ясной: Волков обнаружил системную фальсификацию научных данных, поддерживаемую крупной корпорацией, и попытался обнародовать свои находки. Но кто-то остановил его.

«Скажите, кто из членов команды имеет наиболее тесные связи с Арктик Петролеум?».

Томас задумался. «Роберт Хьюз, конечно – он руководитель станции и отвечает за связи с финансирующими организациями. Сара Митчелл получила грант на исследование влияния климата на арктические экосистемы. А ещё».

«Да?».

«Лиам О'Коннор. Наш техник. До работы здесь он пять лет трудился в инженерном подразделении Арктик Петролеум. Официально его уволили из-за сокращения штатов, но».

«Но?».

«Но мне всегда казалось странным, что такого опытного специалиста так легко отпустили. И ещё страннее, что он почти сразу получил место здесь.».

Это была новая информация, которую Хьюз предпочёл утаить. Мария почувствовала, что руководитель станции не всё рассказал о команде.

«Где сейчас О'Коннор?».

«Вероятно, в техническом блоке. Он часто работает там до поздна.».

Мария поблагодарила Томаса и направилась на поиски техника. Технический блок находился в отдельном модуле, соединённом с основным зданием крытым переходом. Здесь размещались генераторы, системы вентиляции, водоочистки и связи.

Она нашла Лиама в машинном отделении, где он возился с одним из дизельных генераторов. Это был худощавый нервный человек лет тридцати пяти, с постоянно бегающими глазами и дёргающимися руками.

«Мистер О'Коннор? Детектив Каллен. Мне нужно с вами поговорить.».

Лиам вздрогнул и уронил гаечный ключ. «О, детектив! Вы напугали меня. Думал, это один из ребят.».

«Извините. У меня несколько вопросов о Дмитрии Волкове.».

«Конечно, конечно. Ужасная история. Не могу поверить, что кто-то его убил.» Лиам говорил слишком быстро, и его руки продолжали дрожать.

«Расскажите мне о ваших отношениях с покойным.».

«Ну, мы особо не общались. Дмитрий работал с ледяными кернами, а я обслуживаю оборудование. Иногда он просил отрегулировать температуру в его лаборатории или починить что-то.».

«А в личном плане?».

«Не очень. Языковой барьер, знаете ли. Мой русский плохой, его английский тоже не идеальный.».

Мария заметила, что Лиам избегает прямого взгляда. «Мистер О'Коннор, я знаю, что вы раньше работали в Арктик Петролеум.».

Лицо техника побледнело. «Кто вам сказал?».

«Неважно. Расскажите мне об этой работе.».

Лиам замялся, затем сел на ящик с инструментами. «Я работал в инженерном отделе пять лет. Обслуживал буровые установки, системы связи на удалённых объектах. Хорошая работа, хорошая зарплата.».

«И почему вы ушли?».

«Сокращение штатов. Компания оптимизировала расходы, много людей уволили.».

«Но вы почти сразу нашли место здесь.».

«Мне повезло. Роберт знал о моём опыте и предложил работу.».

Мария чувствовала, что он что-то скрывает. «Лиам, вы поддерживаете связь со своими бывшими коллегами?».

«Иногда. А что?».

«Волков подозревал, что кто-то из команды станции передаёт информацию в Арктик Петролеум. Вы знали об этом?».

Лиам резко встал, опрокинув ящик с инструментами. «Я не понимаю, о чём вы говорите! Я просто техник, я чиню генераторы и чищу вентиляторы!».

«Тогда почему вы так нервничаете?».

«Потому что здесь произошло убийство! Потому что мы все под подозрением! Потому что я не хочу, чтобы меня обвинили в том, чего я не делал!».

В его голосе слышалась истерика. Мария решила не давить пока – она получила достаточно информации для размышлений.

«Хорошо, мистер О'Коннор. На сегодня всё. Но я вернусь к этому разговору.».

Выходя из технического блока, Мария услышала, как за её спиной что-то упало и разбилось, а затем послышались приглушённые звуки, похожие на рыдания.

Пора было поговорить с самой главной свидетельницей – Сарой Митчелл, которая нашла тело. Мария направилась к её лаборатории, но по пути заметила свет в радиорубке. Решив проверить, кто там находится, она заглянула внутрь.

За пультом сидел молодой рыжеволосый парень – Карл Андерсен, радиооператор. Он что-то быстро печатал на клавиатуре, время от времени поглядывая на экраны.

«Добрый вечер, Карл.».

Парень вздрогнул и быстро закрыл окно на компьютере. «О, детектив! Не слышал, как вы вошли.».

«Работаете допоздна?».

«Да, проверяю системы связи. После той пурги некоторые антенны разладились.».

Мария подошла ближе и заметила, что на экране была открыта программа шифрования. «А это что?».

«Ничего особенного. Стандартное программное обеспечение для защищённой связи. Мы используем его для передачи научных данных.».

«Кто имеет доступ к этой системе?».

«Ну технически все могут ею пользоваться. Но пароль знаю только я и Роберт.».

«А Волков знал пароль?».

Карл замялся. «Может быть. Пару дней назад он просил меня помочь ему отправить файлы в Москву. Я дал ему временный доступ.».

«И он воспользовался им?».

«Да, в ночь перед смертью. Отправил несколько больших файлов. Я видел это в логах.».

Значит, Волков всё-таки успел передать часть информации! Мария почувствовала прилив надежды.

«Вы можете посмотреть, что именно он отправил?».

«Файлы были зашифрованы, так что их содержимое увидеть нельзя. Но я знаю адрес получателя.».

«И?».

«Московский государственный университет, факультет географии. Адрес профессора Александра Петрова.».

Мария записала эту информацию. Возможно, у неё появился союзник в России – учёный, который получил доказательства глобальной фальсификации.

«Карл, а после смерти Волкова кто-нибудь пытался получить доступ к системе связи?».

Парень задумался. «Да, как раз сегодня утром. Лиам спрашивал, можно ли восстановить удалённые файлы. Сказал, что это для расследования.».

«И что вы ответили?».

«Что технически это возможно, но нужно время. А ещё странное дело, вчера ночью я заметил, что кто-то заходил в серверную. Замки были сломаны.».

«Показывайте.».

Карл провёл её в соседнее помещение, где стояли серверные стойки и сетевое оборудование. Действительно, замок на одном из шкафов был аккуратно вскрыт – работа профессионала.

«Что хранилось в этом шкафу?».

«Резервные копии всех файлов станции за последние два года. Включая исследования Дмитрия.».

«И что теперь?».

«Несколько дисков пропало. Именно те, на которых были записаны файлы Дмитрия за последний месяц.».

Мария почувствовала, как дело усложняется. Убийца не только отравил Волкова, но и пытался уничтожить все следы его исследований. Однако кое-что он упустил – флешку из секретного ящика и файлы, отправленные в Москву.

«Карл, вы можете связаться с этим профессором Петровым?».

«Попробую, но связь со спутником сейчас нестабильная. Геомагнитная буря началась.».

Как по заказу, в этот момент зашумели динамики, а экраны начали мерцать. Карл забегал между пультами, пытаясь восстановить связь.

«Чёрт! Мы полностью отрезаны от внешнего мира,» – сказал он через несколько минут. – «Буря может продлиться несколько дней.».

Мария ощутила, как стены станции словно сдвинулись ближе. Они оказались заперты в этом ледяном мире вместе с убийцей, который уже начал заметать следы. А теперь у него появилось идеальное оправдание для любых действий – полная изоляция от внешнего мира.

Она вернулась в свою комнату, которую ей выделил Хьюз, и разложила на столе все собранные улики. Флешка Волкова, записки на русском языке, фотографии лаборатории, показания свидетелей. Картина постепенно складывалась, но многие детали оставались неясными.

Одно было очевидно: Дмитрий Волков обнаружил доказательства крупномасштабной коррупции и фальсификации научных данных. Он попытался обнародовать свои находки, но кто-то из команды станции – человек, связанный с Арктик Петролеум – убил его и уничтожил улики.

Подозреваемых было несколько. Лиам О'Коннор, бывший сотрудник корпорации, который вёл себя крайне нервозно. Роберт Хьюз, руководитель станции, который скрывал информацию о связях команды с корпорацией. Сара Митчелл, получившая грант от Арктик Петролеум. Даже Томас Грин не был вне подозрений – его исследования также финансировались корпорацией.

А что если убийца вовсе не один? Что если несколько человек действовали сообща?

Мария вставила флешку Волкова в свой ноутбук. Файлы были частично зашифрованы, но некоторые документы она смогла прочесть. Среди них была переписка с российскими коллегами, фотографии ледяных кернов с аномальными включениями и, самое интересное, – список сотрудников различных арктических станций, которые могли быть причастны к фальсификации данных.

В этом списке фигурировало несколько имён из команды "Авроры".

Внезапно свет в комнате мигнул и погас. Мария услышала, как замолкли генераторы. Через несколько секунд включилось аварийное освещение, заливая всё красноватым светом.

В коридоре послышались шаги и встревоженные голоса. Мария быстро спрятала флешку и вышла из комнаты.

«Что происходит?».

«Главный генератор отключился,» – сказал появившийся Лиам. Его лицо в красном свете выглядело зловеще. – «Нужно запустить резервный, иначе системы отопления перестанут работать.».

«Это серьёзно?».

«Очень. При такой температуре мы не продержимся без отопления и суток.».

Все поспешили в технический блок. Лиам возился с резервным генератором, но тот не хотел запускаться.

«В чём дело?» – спросил Хьюз.

«Похоже, кто-то повредил топливную систему,» – ответил техник, подсвечивая фонариком под капотом. – «Трубка перерезана.».

Все переглянулись. Саботаж. Убийца начал новую игру.

«Это можно починить?» – спросила Мария.

«Да, но понадобится время. Несколько часов.».

«У нас есть несколько часов?».

Хьюз посмотрел на термометр. «Температура в жилых блоках уже начала падать. У нас есть максимум до утра.».

Мария понимала: убийца загнал их в угол. Теперь все будут заняты спасением жизни, а не расследованием. А он получил идеальное прикрытие для своих действий.

Но у неё было нехорошее предчувствие. Саботаж генератора – это не просто попытка отвлечь внимание. Это начало охоты. И жертвой может стать любой из них.

Полярная ночь только началась, а им предстояло провести её в компании убийцы, который был готов на всё, чтобы скрыть свои преступления.

Мария проверила пистолет в кобуре. Чувство тревоги нарастало с каждой минутой.