Валентина Михайловна перевела усталый взгляд с мерцавшего монитора на окно, за которым виднелись начинавшие желтеть липы.
Скоро осень. Листья, которые сейчас еще такие живые и лишь чуть тронуты увяданием, упадут на асфальт, останутся только голые ветки да морщинистые стволы. А там и зимние праздники не за горами. Наступит следующий год, но ничего в ее жизни не изменится.
В дверь постучали, и в кабинет заглянул новичок из маркетингового отдела.
— Можно?
Не успела ответить, а он уже зашел.
— Валентина Михайловна, я сейчас новое коммерческое предложение готовлю. Короче, очень нужен последний прайс. Там исправления от руки, красным маркером.
— Спросите у Семенова.
— Семенов сказал, что у вас.
— А, точно…
Валентина Михайловна выдвинула ящик стола, подхватила лежавший сверху листок, протянула менеджеру.
— Потом не забудьте вернуть, он мне может понадобиться.
— Спасибо огромное.
Он взял прайс.
— Я могу отсканировать. Или набрать с изменениями, чтобы вам было удобнее работать.
— Да, спасибо…
Тут Валентина Михайловна собиралась вставить его имя (она неизменно была вежлива и доброжелательна с сотрудниками), но запнулась.
— Меня Тимур зовут, — подсказал парень.
— Спасибо, Тимур. Просто я еще не всех новых сотрудников по именам запомнила.
— Я здесь уже полгода работаю, — обиженно уточнил он, но Валентина Михайловна снова углубилась в отчет.
Домой ее совершенно не тянуло. Там было уныло и пусто, даже если Вадим Сергеевич удостаивал родное пепелище своим присутствием. Валентина Михайловна больше не отслеживала развитие очередного магазинного романа, молча ждала, когда ситуация разрешится сама собой.
Рабочий день истек, и она, похоже, снова осталась одна в офисе. Ей нравились молчаливые вечерние часы, наполненные гудением системного блока, шуршанием шин за окном и благоуханием черного кофе.
Однако сегодня не только она трудилась сверхурочно.
На пороге кабинета вновь возник молодой менеджер.
— Ну как, подготовили коммерческое…
— Нет, не успел.
Он сделал всего шаг вперед и вдруг оказался совсем близко. Кабинет у Валентины Михайловны был не слишком просторным.
— Знаете, почему я ничего не успеваю? Потому что целый день думаю о вас. Или таскаюсь за вами по отделам. А вы даже не замечаете.
— Какая ерунда! Давайте сюда прайс и можете идти домой.
— Я не уйду.
Схватил за запястье и поднес ее сопротивляющуюся, сжатую ладонь к губам. В следующую секунду жаркое дыхание обожгло ей шею. Легко поднял хозяйку кабинета, посадил на стол, уткнулся лицом в вырез блузки. Неужели нахальный мальчишка попытается ее изнасиловать? Это было бы совсем уж нелепо…
Каким образом они вдвоем оказались на кожаном диване, Валентина Михайловна даже не поняла. Абсолютный провал в памяти, помутнение, полный отрыв от реальности. Такое впечатление, что пуговки на блузке и молния на юбке расстегивались сами собой. Хотя, конечно, это было делом горячих рук Тимура. Да он и сам был весь горячим, буквально обжигающим. Валентина Михайловна чувствовала себя так… странно. Будто внутри загорался яркий огонь, и ничего нельзя было с этим поделать, как бы она не возмущалась. Сопротивление бесполезно?
— Пусти меня сейчас же! Слышишь⁈ — из последних сил воскликнула она.
Вместо ответа Тимур завернул ее юбку на талию и одним рывком стащил с Валентины Михайловны колготки. Заодно и туфли, конечно, упали на пол. Классные были колготки, дорогие, итальянские. Можно было надеяться, что они не порвутся от такого грубого обращения. Зато без них оказалось гораздо лучше и свободней. Оставалась последняя преграда в виде кружевных трусиков. Откровенно говоря, они смотрелись слишком легкомысленно для такой серьезной деловой дамы. Недавняя спонтанная покупка в торговом центре… Валентина Михайловна и сама тогда недоумевала, с какой стати их купила. Обычно она предпочитала удобное нижнее белье безо всяких лишних кружавчиков, бантиков и прочей ерунды. И почему именно их она надела сегодня утром?
Горячая рука коснулась ее обнажившегося бедра, потом скользнула к лобку. Ничего не было особенного в этих легких и неожиданно нежных прикосновениях, однако Валентина Михайловна внезапно ощутила, что кровь приливает к низу живота, а сама она буквально наполняется влагой. Да-да, именно там… Вот ведь позорище! Требовалось срочно вскочить с дивана, одеться и сбежать домой, пока еще не поздно. Хорошо, что ее возбуждение было незаметно со стороны… Незаметно, но только не для Тимура. Нет, хороший мальчик не полез нестерильными пальцами во влагалище деловой дамы. Это сделал его не в меру пытливый и любопытный язык. И опять Валентина Михайловна не заметила, как все произошло. Хотя, вроде бы с вниманием и умением концентрироваться у нее до сих пор все было в порядке. Она чуть ли не с ужасом смотрела, как нахальный мальчишка хозяйничает там, куда она бы не допустила никого постороннего по доброй воле. И где теперь гуляла ее добрая воля?..
Но вот он и сам отстранился. Его рубашка уже давно была расстегнута, а вот молния на джинсах пока нет. Нужно было срочно исправить это досадное упущение. Молния разъехалась… А потом на свет показался член, который уже давно был готов на любые постельные подвиги. Правда, вместо постели тут имелся лишь кожаный офисный диван, но какая теперь разница…
В последний момент Валентина Михайловна вдруг похолодела и вся сжалась. Тимур внезапно растеряв собственную уверенность и напор замер, не решаясь продолжить. Валентина Михайловна накрепко зажмурила глаза.
Тишину и темноту разрушил отчетливый тройной стук. Это, оказывается, Тимур поднял руку и постучал костяшками пальцев по стене.
— Я вхожу? — то ли предупредил, то ли спросил разрешения.
— Идиотская шутка!
— Прости, я, правда, идиот…
А потом была настоящая буря. Как в фильмах, которые сто лет назад смотрела на видеокассетах вместе с приятельницами. Тогда она смущенно отворачивалась, а сейчас… Сейчас ей нужно было даже больше. Улетала в темные небеса и падала вниз, впивалась ногтями в спину парня и стискивала зубы, чтобы не кричать. Закричи она в полный голос, как хотелось, снизу наверняка прибежал бы охранник, решив, что в офисе кого-то убивают. Впрочем, все и так было волшебно…
Приподнялась на диване, попыталась застегнуть блузку. Уши горели, пальцы слегка дрожали.
— Куда ты? Я тебя не отпущу.
Тимур прижался к ней, потерся головой о ее плечо, будто ласковый котенок.
— Скажи, что тоже любишь меня… Ну скажи: я люблю тебя, Тима…
Она упорно молчала.
— А как я теперь буду тебя называть? — неожиданно поинтересовался он.
— Так же как и все: «Валентина Михайловна»!
— Нет, я теперь не «все». Буду звать тебя «Тина»! Правда, классно?
Вопросительно посмотрел на нее.
— Повторим?
Может быть, хватит одного раза? Однако Валентина Михайловна уже точно не смогла бы отказать неожиданному партнеру, который так быстро приобрел власть над ней. Теперь все произошло без внутреннего страха, без сопротивления, без коротких провалов в памяти. Она расслабилась и получала удовольствие, не проявляя инициативы, просто подчиняясь желаниям партнера…