Ирина Овсянникова Ну и сказочка!

История первая Из жизни привидений

Давным-давно, где-то в Тридевятом царстве жила-была… Нет, обойдемся без формальностей! Приветик! Я — самая настоящая Баба-Яга! Ну ладно, вру… Я ее внучка, Маша. Вы, наверное, думаете, что я живу в избушке на курьих ножках и развлекаюсь тем, что заманиваю зазевавшихся царевичей в свои сети? А вот и нет. Я уже целый год живу в городе! И бабулю звала с собой, но она уперлась, и ни в какую. Привыкла так, что метлой не выгонишь из леса дремучего. И чего ей там делать? Пакостей-то бабуля давно не творит, возраст не тот. Сидит себе, с сороками беседы ведет, а по праздникам в ступе летает да распугивает жителей деревень соседних. Так себе развлечение. Впрочем, я рада, что сразу не перевезла бабушку в город, иначе вообще бы не успела по-человечески пожить.

Как стукнуло семнадцать лет, пошла я служить магичкой в городскую стражу. Бабуля ведь меня всяческим штучкам обучила. Могу лечить, могу и порчу наслать. Но как-то тянет все же на добрые дела. Вот и стала я город патрулировать да преступников вылавливать. Эх, веселая была жизнь! Днем поколдую, а вечером — на гулянья. Главное, никакого контроля, воля вольная! Жили мы с Пусей припеваючи… Кстати, Пуся — это мой домовенок. Я его так зову, потому что он хорошенький, пухленький, кудрявенький. Конечно, домовенок очень недоволен таким прозвищем и вечно орет, что он — Кузьма Петрович. Да ну, глупости! Какой же он Кузьма Петрович, когда он Пуся.

Развеселая жизнь закончилась в тот день, когда к нам в гости приехала любимая Бабуся-Ягуся. Надо было мне по такому знаменательному поводу с работы-то отпроситься, но все мы сильны задним умом. В тот день мы с ребятами отправились разгонять умрунов на городском погосте. Глупость конечно, но один из них меня цапнул. Не иначе от радости зазевалась. Царапина — ерунда, никаких последствий, но бабушка завелась ни на шутку. Будто ей мое бездыханное тело приволокли, не иначе. Ягуся с несвойственной ей прытью забралась в ступу и полетела разбираться с моим начальником. Жуткий скандал устроила! Мол, не умеете вы своим подчиненным должную безопасность обеспечить!

Н-да, позор на мою голову. Ей-то как с гуся вода. Вернулась к сорокам своим, да и в ус не дует. А мне начальник тут же все грехи припомнил, все опоздания на службу пересчитал, да и сослал в глухомань. Ты, говорит, Марья, такая бесценная магичка! Мы, говорит, тебя отправим на самую почетную службу, которой еще никто из стражей не удостаивался…

Сидим теперь мы с Пусей в глухой деревне с поэтичным названием «Старые дубы». Примечательно, что ни одного дуба в округе не наблюдается. Не иначе кто-то пошутил. Я тут вместо охранительницы: за порядком слежу, проблемы решаю. С городом не сравнишь, но есть в этой ситуации один единственный большой плюс — моя обожаемая бабуля очень-очень далеко. Этим и утешаюсь.

Мое рабочее место находится в полуразвалившейся сторожевой избе на окраине деревне. Есть и помощник — бывший витязь, дед Кузьмич. Он не забывает о своем героическом прошлом, а потому постоянно щеголяет в кольчуге и шлеме. Помощи от него, по правде говоря, никакой. Кузьмич с утра напивается рябиновой настойки прямо из собственного шлема, а потом дрыхнет весь день. А мы с Пусей работаем. Конечно, заботы в деревушке мелкие, с городскими не сравнятся. Ни тебе колдунов безумных, ни волколаков, ни убийц. Бывает, дворовая нечисть расшалится, бывает, с домовым ссора произойдет или русалки сети рыбачьи порвут для забавы. Вот и бегаю, разбираюсь. Еще посетителей принимаю. Не избушка, а проходной двор. Бывает, пойдут селяне по грибы, да не тех насобирают. А потом жалуются, что кикиморы за ними гоняются. Глупость какая! Кикимор-то в наших местах отродясь не бывало. Как говорится, сначала я ходил за грибами, а потом грибы ходили за мной…

А сегодня у меня, любимой, день рождения. Целых восемнадцать лет, ура! Думала с утра, станут ко мне как всегда селяне с проблемами ходить, а я, как бы невзначай, буду о празднике сообщать. И понесут благодарные люди разные полезные дары… Но не тут то было! Как назло, в деревне сегодня царили тишина и покой. Селяне даже не думали приставать к своей охранительнице. Да что ж такое? Неужели я всю нечисть в деревне повывела? Хоть объявление вешай: «У меня день рождения! Требую подарков!»

Кузьмич с утра, конечно, поздравил меня, пожелал долгих лет жизни и тут же выпил за мое здоровье, отчего захрапел раньше, чем обычно. Только Пуся дорогой поздравил, а теперь сидит вон за столом, из огурцов фигуры разные затейливые вырезает. Красиво, хоть на ярмарку тащи. А я пялюсь в окно, прислушиваясь к богатырскому храпу, который уже начал казаться мелодичным.

— Скукотища, — заключил домовенок.

— Скукотища, — согласилась я.

— Эх, Машка, а помнишь, как мы с тобой в городе… Эх!

— Лучше не напоминай, — отмахнулась я. Хоть бы упырь какой забрел, что ли…

Входная дверь хлопнула, и раздались шаги. Ура, вот и посетители! А вдруг жители деревни приготовили мне какой-нибудь приятный сюрприз на день рождения? Мы с домовенком замерли в предвкушении. В комнату вошел деревенский староста, Матвей Иваныч, в сопровождении незнакомого паренька.

— Здравствуй, Машенька. Вот гляди, помощника тебе прислали.

Матвей Иваныч указал на незнакомца. Н-да… Я с сомнением оглядела парня, затем посмотрела на храпящего Кузьмича.

— Еще одного помощника? — переспросила я.

— Дык из города прислали, — пояснил староста. — А что, крепкий парень.

Иваныч тоже оглядел городского гостя и одобрительно кивнул.

— Вот и подарочек тебе, Машка, — хихикнул Пуся.

Староста поклонился и хотел, было, покинуть нашу веселую компанию.

— Матвей Иваныч, подождите! — окликнула я. — Как там дела в деревне?

— Дык спокойно все, без происшествий, — бодро отрапортовал староста и гордым шагом отправился к выходу. Да уж, без происшествий, значит.

Мы с гостем уставились друг на друга. Он стоял, скрестив руки на груди, периодически тряся головой, чтобы убрать с глаз длинную челку. Вот позер! Хотя… Довольно симпатичный, даже красивый, по возрасту — ровесник, но явно не в моем вкусе. Его внешность идеальна до… противного. Я когда вижу таких красивых юношей, начинаю беситься, ведь сразу принимаюсь перебирать собственные недостатки. Явился тут, не запылился! В костюме белом атласном, драгоценными камнями расшитом, стоит, глазищами зелеными хлопает. Волосы густые, вьющиеся до плеч, а ресницы длинные-длинные. Ууу, завидую! И уже не люблю!

— Приветик, — заявила я, и даже заставила себя улыбнуться.

— Здрасте здрасте, — ответил этот нахал и приземлился на лавку, даже разрешения не спросив. Уселся в вольной позе, ногу на ногу закинув. И как только запачкаться не боится?

— Меня Марья зовут, а это Пуся.

Домовенок тут же нахохлился, встал на цыпочки, чтобы хоть как-то сравняться с высоким гостем и прошипел:

— Меня зовут Кузьма Петрович!

Парень глянул на домовенка без особого интереса, потом, наконец, удостоил нас своего царственного голоса:

— Так ты и есть младшая Яга?

— Я Маша! — обиженно заявила я. — Сам-то кто таков будешь? Чего здесь забыл?

— Да собственно ничего не забыл. Сослали меня в вашу дыру в наказание. А зовут меня Илья Бессмертный.

Вот это новости! Фамилия-то нераспространенная. Неужели это и есть сын Кощея, о котором столько слухов ходит? Чудеса!

— И не надо делать такие глазки, — сердито сказал Илья. — Да, я — именно тот, о ком ты подумала.

— Чудеса! — произнесла я уже вслух. — И за что же тебя наказали?

— Вел себя плохо, — уклончиво ответил парень. — Не беспокойся, я здесь надолго не задержусь.

Да уж, подкинули… помощничка. День рождения, елки-палки!

— Значит, вместе работать будем, ага? — с надеждой спросила я.

— Сработаемся, — ответил Илья и гаденько так улыбнулся.

Так в сторожевой избушке стало на одного бездельника больше. Каждое утро начиналось одинаково. Сначала Кузьмич приходил, рассказывал очередную байку из героического прошлого, но обязательно с хорошим концом. За это непременно стоило выпить. Витязь наполнял настойкой свой объемный шлем и опустошал его вмиг. И куда только лезет? Я уже думаю, что пора запретить своим весомым словом продажу спиртного в деревне. Ну ладно, к пьянству на рабочем месте я худо-бедно привыкла. Но после Кузьмича, с неизменным опозданием, в сторожке появлялся Илья в своем великолепном белоснежном наряде. Он оккупировал лавку напротив спящего витязя, доставал дудочку и принимался играть. И так целый день! Привлечь Кощеева сына к доблестной службе на благо деревни оказалось делом бесполезным. Да еще мелодии Илья, будто мне назло, выбирал грустные и заунывные. Нет, чтоб развеселить! Под такую музыку хочется лечь и умереть, а не бросаться в схватку с нечистью.

Сочетание богатырского храпа и звуков дудочки просто убийственное. Я чувствовала, что потихоньку начинаю сходить с ума. Музыкант нашелся, е… елки-палки! Мы с Пусей бегаем кругами по деревне целый день, а этот барин только дудит, да по волшебному зеркальцу с кем-то ругается. Только в эти минуты наступает для меня долгожданный покой. Как я поняла, Илья каждый день уговаривал папочку забрать его из этой дыры. Но-но! Нечего обзывать дырой мою милую деревеньку! Кощей, по-видимому, своего сыночка спасать из цепких лап Ягусиной внучки отказывался, хе-хе! Одного понять не могу, если Илье так у нас не нравится, так и шел бы на все четыре стороны, не привязан ведь. Да и магией наверняка владеет, будь здоров! Но парень откровенничать со мной отказывался, а беседовал исключительно по бытовым вопросам. Ну и не очень-то и хотелось! На просьбы убрать куда подальше дуделку никак не реагировал. Ну ничего, однажды ночью проберусь к нему в дом и выкраду проклятый инструмент, а потом с превеликим удовольствием сожгу, а пепел…

От приятных мыслей о расправе с ненавистной штукой меня оторвал голос Ильи:

— Эй, Машка, пришли к тебе, не видишь что ли?

Надо же, его сиятельство говорить изволило! Не иначе, к дождю.

— Здравствуй, Машенька. Позволь обратиться.

Матвей Иваныч пришел — моя правая рука, внештатный помощник охранительницы, так сказать. Каждый день добросовестно является ко мне с докладом о ночной обстановке в деревне. Что ж поделать, если от витязя и Кощеева сына толку нет.

— И тебе не хворать, Иваныч. Рассказывай, слушаю внимательно.

— На погосте ночью вой подозрительный слышался, взглянула бы, а то погрызут еще кого невзначай.

— Вой, говоришь?

Я задумалась. Вурдалак что ли какой завелся? Или умрун?

— Ладно, Иваныч, спасибо за информацию. Разберемся.

Староста ушел, а я заметила занятную вещь. На время нашего разговора дудочка затихла. Илья, оказывается, внимательно слушал сообщение Иваныча. К чему это, интересно? Я вопросительно глянула на парня, но тот лишь отвернулся к окну и вновь затянул свою музыку. Ааааааа! У меня появилось непреодолимое желание биться головой о стену.

— Пуся, пойдем, прогуляемся?

Домовенок с удовольствием согласился. Мы обошли деревню, поболтали с бабульками, выслушали все жалобы. Но интересовал меня, прежде всего, погост. Чтобы ночью идти на охоту, нужно хотя бы примерно знать, на кого, собственно, охотиться. Обнаружили мы с Пусей сырую землю на парочке могил да несколько обескровленных и растерзанных трупиков крыс и мышей. Умруны, вероятно. Как раз полнолуние — отличное время для нежити. Умруны — это бывшие люди, умершие внезапной и преждевременной смертью. Экземпляры на моем погосте восстали совсем недавно и еще, к счастью, не попробовали человеческой крови, а значит они очень слабые и не доставят мне особых неприятностей. Чем раньше обнаружишь умруна, тем проще его упокоить.

Когда деревеньку окутали сумерки, я принялась собираться на охоту. Положила в сумку баночку с солью, парочку осиновых колов, а Пусю послала на улицу за полынью. Уж очень умруны не любят эту траву. К поясу пристегнула свою самую большую ценность — серебряный кинжал, подарок любимой бабули. Еще добавила несколько метательных ножей. Прибежал Пуся с охапкой полыни. Комната тут же наполнилась непередаваемым ароматом.

— Пуся, ступай домой, жди меня и веди себя хорошо, — наказала я домовенку.

— И куда ты собралась? — спросил вдруг Илья.

— Тебе что за забота? — огрызнулась я.

— Уж не собираешься ли на погост идти?

— Ну собираюсь, и что? Подумаешь, какая невидаль — погост!

— Пойдешь одна? — изумился парень.

— А к чему мне компания? Справлюсь, не сомневайся, — гордо заявила я. — Я жмуриков побольше твоего успокаивала.

— Но ты же… хм…

— Кто я?

— Девчонка! — выдал Илья диагноз.

— Как ты догадался? — притворно изумилась я. — Ладно, некогда лясы точить, пора мне. Пуся, домой!

— Подожди! — окликнул Илья и положил мне руку на плечо. Вот нахал, еще и хватает!

— Ну чего тебе?

— Я с тобой пойду, — решительно заявил парень.

— А запачкаться не боишься? — насмешливо уточнила я, оглядев его белоснежный костюм.

— Домой зайду, переоденусь, — невозмутимо ответил Илья и бодро зашагал к выходу, насвистывая веселый мотивчик. Ну музыкант, спасу нет!

Ждала я Илью под окнами его избы полчаса, наверное. Всю яблоню обгрызла, что рядом растет. И чего собирается, будто девица красная? Не на гулянку ведь идем, на дело! И зачем только с собой взяла? Наконец Илья соизволил появиться. Да уж, как-то непривычно видеть Илью в черном цвете. Хотя такие одежды больше сочетаются с его образом. Еще парочку черепов добавить, и вылитый Кощей получится! Илья ничуть не смутился моего пристального разглядывания. Наоборот, он принял мужественную позу, откинул полы плаща, руки на талию положил, эффектным жестом челку со лба откинул. Богатырь нашелся, елки-палки! Хотя меч у него здоровый, может пригодиться на охоте.

— Что смотришь? — насмешливо спросил Илья. — Как я тебе?

— Средненько, — заявила я. Парень нахмурился и быстро пошел к погосту. Я едва поспевала за ним.

— Илья, а все-таки, как ты оказался здесь?

— Папочка удружил, — сквозь зубы процедил парень. — Ссора у нас с ним вышла. Все возмущался, что бездельник я, учиться не хочу.

— А почему не хочешь?

— А зачем? Я итак все знаю, — самодовольно заявил Илья.

— Не пойму я, почему именно к нам тебя отец сослал?

— Да кто его разберет, — отмахнулся Илья. — Ничего, позлится и успокоится.

— Так ты взял бы да и уехал отсюда, раз такое дело, — подсказала я. — Или ты такой послушный сынок?

— Если бы я мог! Драгоценный папочка лишил меня магических способностей, а на деревню поставил специальную защиту. Я не могу удалиться от нее больше чем на версту!

Я засмеялась, восхитившись находчивостью Кощея, но, встретив хмурый взгляд Ильи, осеклась.

— Печально, — заключила я. А про себя подумала: так тебе и надо!

На погосте царила тишина и покой. Казалось бы, так все и должно быть. Но меня этой тишью не обманешь! Мы с Ильей затаились в ближайших кустах.

— Слушай внимательно, — пошептала я. — Умрунов двое. Одного я возьму, другого — ты. Они вылезут, как только луна из-за туч появится.

— А с чего ты решила, что умрунов только двое? — подозрительно спросил Илья.

— С того! В результате предварительного расследования, — огрызнулась я. — Ты будешь слушаться?

— Вот еще, — нагло заявил парень. — Разберемся по ситуации.

Я задохнулась от возмущения. Я, значит, бегаю по могилам целый день, а он прохлаждается. А теперь командовать вздумал! Увидев мою реакцию, Илья шикнул и показал пальцем куда-то вверх. Луна показалась из-за туч! Через секунду прозвучал знакомый вой, будто послуживший сигналом к атаке. Из ближайшей могилы показалась костлявая рука, потом еще одна, а потом и весь умрун. Ох и гадкое же чудище! Клыки и когти огромные, запах мерзкий, свисающие куски плоти. Фууууу! Умрун снова завыл, а потом принялся осматриваться по сторонам, в поисках возможной жертвы. А из-за поворота появился его собрат, который уже размялся и передвигался довольно резво.

— Вперед! — скомандовала я.

Илья направился к чудищу, который дальше. А я принялась за ближнего. Основная трудность в уничтожении умруна состоит в его скорости и прыти. Ну ничего, мы тоже не лыком шиты! Увидев меня, умрун зашипел и оскалился, обнажив жуткие клыки. Ха, меня такой ерундой не запугать! Я достала метательный нож и принялась медленно обходить оживший скелет. Умрун заинтересовался и стал повторять мои движения. Эти твари реагируют на быстрые движения, поэтому суетиться не стоит. Минуту походив по кругу, я сделала резкий выпад вперед. Умрун зарычал и бросился ко мне, но я оказалась проворнее. Вынув из кармана ветку полыни, я кинула ее прямо в лицо монстру. Он заскулил и принялся трясти головой. Так тебе, мерзкий жмурик! Пока умрун приходил в себя, я метнула нож, точно попав в нижнюю конечность. Обычный металл не мог причинить особого вреда нечисти, но обездвижить на время был способен. Умрун упал, а я всадила в него серебряный кинжал. Монстр завизжал, задергался, а потом затих. Ну вот и ладушки! Осталось только солью посыпать, чтоб не встал больше…

Я огляделась в поисках Ильи, как вдруг рычание раздалось прямо над ухом. Обернувшись, я нос к носу столкнулась с еще одним ожившим мертвецом! Откуда он взялся?! Я отскочила, еле успев увернуться от удара когтистой лапы. Споткнувшись, упала, перевернулась на спину и быстро поползла прочь. Умрун снова прыгнул, но я изо всех сил оттолкнула его ногой. Схватив с земли ветку полыни, которой недавно бросалась в предыдущий экземпляр нечисти, кинула ее под ноги монстру. Пока вскочила и достала кинжал, обнаружила, что Илья уже снес монстру голову своим здоровенным мечом. Оставшись без головы, умрун забавно крутился на месте и махал руками.

— Значит, их всего двое? — передразнил Илья. Я отмахнулась от него и добила умруна серебряным кинжалом.

— Где твой? — спросила я. Илья махнул куда-то за спину. Своему умруну парень отделил все конечности от тела. Мне осталось лишь немного работы.

Пока я каждого упокоенного монстра посыпала солью, Илья продолжал гундеть мне под ухо:

— Ты безответственная и невнимательная. Разве можно терять контроль в такой опасной ситуации? Ты должна предусмотреть все возможные варианты, ты должна быть осторожной!

— Надоел! — рыкнула я не хуже умрунов. — Ничего плохого ведь не случилось.

— Потому что я пошел с тобой, — самодовольно заявил парень. И это говорит тот, кто целый месяц мучил меня дудением?

— И без тебя бы разобралась!

— Ты… — Илья замолчал, подбирая слова. — Глупая Ёжка!

— А ты… Наглый Кощеенок!

Мы буравили друг друга злыми взглядами еще несколько секунд.

— Ладно, раз уж ты пошел со мной, у меня есть для тебя ответственное задание. Нужно закопать обратно наших новых знакомых.

Бросив на меня еще один убийственный взгляд, Илья нехотя отправился выполнять задание. Вот и правильно, я ведь его начальница, как-никак. А будет выкаблучиваться, расскажу все папочке Кощею!

Домой я вернулась в отвратительном настроении. Пуся в мое отсутствие назвал в гости друзей-домовят из соседних домов, устроил танцы. Но пришла злая Яга и разогнала всех. Ладно, потом успокоилась. С того ночного сражения Илья перестал строить из себя музыканта. Однако нашел другой способ трепать мне нервы. Парень стал повсюду ходить за мной и вмешиваться во все дела, давая советы. Достал ужасно! А я еще сначала хотела привлечь его к работе. Дура была, не иначе! Зачем мне этот хвост? Я привыкла работать в одиночку, и помощники мне не нужны. Я даже разрешила Илье и дальше прохлаждаться на лавке, мучая бедную дудку. Однако, он заявил, что музыка ему наскучила, и он решил заняться чем-нибудь полезным. Обнаглел в конец! Похоже, такими темпами Кузьмич пить бросит и тоже начнет усиленно помогать мне, бррр!

А самое противное знаете что? Илья стал всеобщим любимчиком в деревне! Ходит, значит, мечом сверкает, улыбается всем мило, глазки строит. Так бы и придушила! А уж девушки незамужние все, как одна, по моему красавцу иссохлись. А Илья глазками вокруг стреляет да каждой девке подмигивает. Ух, бабник! Так и хочется спрятать его в подземелье каком-нибудь и не показывать никому… Почему, интересно, у меня такие мысли в голове? Сама не знаю… Главное, что бесит меня этот парень, сил нет!

Утром Илья явился на работу подозрительно вялый. Буквально спал на ходу. Меня тут же охватили подозрения. Чем же он ночью занимался?

А что такого? Соблазнит наших девушек, да и сбежит из деревни, только его и видали. Кому потом жалобы выслушивать да плачи? Мне, естественно! А я страсть как это не люблю…

— И чего это мы такие сонные? — подозрительно спросила я.

— Уснешь тут, — прошипел Илья. — Когда кругом воют да плачут.

У меня глаза на лоб полезли. Неужели, началось? Неужели, девки от него уже плачут?

— Всю ночь не спал, — сокрушался Илья. — Какая дрянь в заброшенной избушке водится?

Я задумалась. Илья живет в доме на окраине деревне, практически в лесу. А рядом стоит старая-престарая избушка, покосившаяся и травой заросшая.

— А какое число вчера было? — спросила я.

— Девятое.

— Ну правильно. В избушке этой призрак девушки обитает. Жила она в деревне много лет назад, красивая очень была, но случилась с ней беда. Соблазнил ее один молодец… недобрый. Да и бросил, наигравшись. С горя руки-то на себя и наложила. А все из-за вас, подлецов!

Я обличительно ткнула пальцем в Илью.

— А я здесь причем? — изумился парень.

— Все вы одинаковы, — заявила я. — Осталась душа девицы в нашем мире, не нашла покоя. А каждую годовщину своей смерти людям показывается, воет да плачет, несчастная.

— И что же ты призрака этого не изгонишь?

— А зачем? Он безобидный, зла никому не делает. К людям не пристает, в лесу плутать не заставляет. Никаких неудобств.

— Никаких? — возмущенно переспросил Илья. — А как же я? Ничего, что всю ночь глаз не сомкнул? Я и в другие ночи странные звуки из того дома слышал.

— Смотрите, какие мы нежные! — рассмеялась я. — Если такой умный, так упокоил бы ее сам.

— И упокоил бы, — огрызнулся парень. — Если б силы были. Маша, неужели ты не знаешь, как это опасно? Призрак ведь может в злыдня превратиться. Будет ночами из людей кровь сосать.

— Чур меня! Страсти какие рассказываешь! Ладно, сходим ночью, упокоим, делов то.

Честно говоря, я и сама подумывала о том, что пора избавиться от призрака, да все руки не доходили. Илья прав, только злыдня мне не хватало. Злыдень — это дух, в которого превращается призрак, если долго не может найти дорогу в иной мир. Очень опасное существо, трудноуничтожаемое. Насылает на людей ночные кошмары, питается их страхом и даже пьет кровь.

Я достала из шкафа бабушкину книжку с рецептами зелий и стала искать нужное.

— Что ты делаешь? — заинтересовался Илья.

— Сейчас будем с тобой зелье варить, специальное. Чтобы призрак за наш мир не цеплялся.

Под внимательным мужским взглядом, я поставила на огонь котелок с болотной водой, добавила сушеных паучьих лапок, ветку омелы и осиновых стружек.

— Самая настоящая Бабка-Ёжка, — расхохотался Илья. — Ты же ведьма.

— Не ведьма, а знахарка, — возразила я.

— Магичка фальшивая.

— Слышь, Кощеенок, ты язык-то попридержи. Если для работы мне зелья нужны да травки разные, это не значит, что я слабее любой магички. И не зли меня, а то заговорю на облысение. Чем тогда будешь девок завлекать?

— А я хоть в каком виде могу нравиться, — самодовольно заявил парень. — Мне девчонки так и говорят: сладкий Ильюша…

Парень перешел на соблазнительный шепот и склонился ко мне близко-близко… Нет уж, на меня такие штучки не действуют! Я запустила руку в его густую шевелюру и вырвала волос. Илья возмущенно ойкнул.

— Последний ингредиент забыла, — невозмутимо пояснила я и кинула волосок в кипящее зелье.

Эту ночь мне предстояло провести не в теплой постельке, а в холодном заброшенном доме. Компания подобралась тоже не очень: кощеев сын да призрак. Н-да… Странная у меня жизнь.

Перед ночным походом мы с Ильей надели одежду, вывернутую наизнанку. Считается, что это один из способов отпугивания привидений. Придя в заброшенную избушку, мы зажгли свечи. Я посыпала порог дома смесью заговоренных травок и прочла заклинание. Теперь призрак почувствует, что в его владения вторглись, и обязательно явится в полночь. Посреди комнаты мелом начертила круг, шепча заветные слова.

— Это ловушка для призрака, — объяснила я Илье. — Мы должны любым способом загнать его сюда. И помни, ни за что не поворачивайся к призраку спиной.

Мы с Ильей уселись на пол в уголке и стали ждать полночи. Несмотря на середину лета, в доме было так холодно, что изо рта при дыхании шел пар. Так бывает в домах, где обитают привидения. Илья смотрел, как я дрожу, а потом сказал:

— Садись ближе.

— Вот еще, — буркнула я. — Мне не холодно.

Почему-то я боялась быть слишком близко к нему. Илья без разговоров сгреб меня в охапку и притянул к себе. Сразу стало жарко.

— А то заболеешь еще, — притворно сердясь, проворчал Илья. — Придется мне в одиночку работать.

Чтобы скрыть свою неловкость, попросила Илью показать волшебное зеркальце, через которое он связывается с отцом. Парень достал из потайного кармана куртки круглый серебряный футляр, а в нем оказалось зеркальце, которое тут же увеличилось в размерах, стоило Илье взять его в руки.

— Ух ты, какое красивое, — восхищенно прошептала я. — А это то самое и есть? Ну то… с которым разговаривать можно? Свет мой зеркальце, скажи, да всю правду доложи, я ль на свете всех милее, всех румяней и белее?

Но зеркальце молчало.

— Ну скажи, — настаивала я. — Скажи: ты прекрасна…

— Ты прекрасна… — шепнул голос Ильи. — Ты прекрас… но сама все знаешь!

И заржал, подлый! Я пихнула его локтем.

— Не напрягайся, оно уже лет сто молчит, — объяснил Илья. — Девица однажды нервная попалась. Давай выспрашивать про красоту, а зеркальце возьми да и выложи ей всю правду. Ну что девица страшнее жабы. А та разозлилась и кинула зеркальце в стену. Его потом, конечно, починили, но разговаривать оно больше не стало. А мораль сей истории проста: никогда не говорите женщинам правду.

— Жалко зеркальце, — посетовала я. — Скажи, а какой Кощей — отец?

— Очень хороший отец, правда, — искренне сказал Илья. — И говорил он все правильно, а я зря не слушал. Он ведь мне добра желает.

— Как-то не сочетается добро с именем Кощея.

— Да брось. Знаешь ведь, что он давно злодейств не творит. С тех пор, как маму встретил.

— Ага, встретил, — хихикнула я. — Скорее уж выкрал.

— Это детали, — отмахнулся Илья. — Любовь творит чудеса.

За разговорами мы чуть не пропустили момент полночи. Послышался тихий плач, постепенно перераставший в поскуливание. Я быстро надела на шею Ильи оберег от нежити. А из противоположной стены вышла прозрачная фигура девушки в белом платье. Илья встал и медленно пошел к ней. Считается, что призрака привлекает человек, чем-то похожий на виновника его смерти. Илья вполне подходит: молодой, красивый.

Парень протянул руку привидению и позвал:

— Иди сюда!

Призрачная фигура девушки поплыла ему навстречу. Илья начал медленно пятиться назад, к ловушке, нарисованной мной. Неожиданно очертания призрака исказились. Платье превратилось в грязные лохмотья, на пальцах появились длинные когти, а красивое девичье лицо преобразилось: черные провалы вместо глаз и носа, оскаленная пасть, полная острых зубов. Призрак уже почти стал злыднем!

Чудище попыталось схватить Илью, но дотронуться не смогло, отдернув лапу, как от огня. Злыдень принялся кругами ходить вокруг Ильи, ища уязвимое место, но вывернутая на изнанку одежда и оберег сделали свое дело. Я брызнула в отвратительную морду немного зелья, сваренного днем. Злыдень завыл, встал на четыре лапы и проворно забрался на стену. Я стала громко читать заговор, который не позволил бы призраку обращаться. Злыдень рычал и выл, бегая вокруг нас, пытаясь достать, но будто натыкался на невидимую стену. После того, как прозвучало последнее слова заговора, злыдень замер, а потом его тело стало вытягиваться и светлеть, пока вновь не превратилось в призрак девушки в белом. Она закрыла лицо призрачными руками и заплакала. Илья приблизился к ней и заговорил ласково:

— Пойдем со мной, я помогу тебе.

Девушка взглянула на парня и поплыла к нему, будто ища спасения. Пока не оказалась в центре моего круга. Покинуть его девушка уже не смогла. Запрокинув голову, она страшно завыла и вновь превратилась в злыдня. Взяв из своего убежища котелок с зельем, я безжалостно плеснула жидкость в монстра. От его визга пришлось заткнуть уши. Через минуту в комнате остались только мы с Ильей.

— Ух ты! — воскликнул парень.

А до меня только дошло, что завтра по деревне мог бы бегать настоящий злыдень!

— Спасибо, — прошептала я, глядя на пустой круг. — Теперь я буду тебя слушать.

— Вот и молодец, Ягуся, — рассмеялся Илья и вдруг полез в потайной карман.

— Папочка объявился, — объяснил он и выскочил на улицу. А я принялась за уборку.

Илья вернулся, просто сияя от радости.

— Папаша простил мне все и разрешил вернуться, — рассказал он. Мне сразу стало как-то невесело. Странно, я ведь так мечтала избавиться от наглого Кощеенка.

— И когда ты уезжаешь? — спросила я как можно равнодушнее.

— Я решил остаться, — заявил парень. — Чего мне дома делать? Опять заставят учиться, а здесь весело.

Илья подошел ближе и спросил тихо:

— Ты ведь позволишь мне остаться?

— Похоже, я вообще от тебя не избавлюсь, — с притворным раздражением сказала я. — Ладно уж, так и быть, оставайся. Только чтоб я больше никогда твою дуделку не видела!

— Договорились!

Как я рада на самом деле, я ему ни за что не расскажу!

Загрузка...