Няня-Пышка, Мифутка-малышка для вредного олигарха

Глава 9

Моя жизнь… Ой, да разве это жизнь? Это же какая-то сказка! Только не про принцесс, а про Золушку, которая вдруг оказалась не на балу, а в пентхаусе, да еще и с вредным принцем и маленькой, шепелявой феей. Я, Люся Петрова, деревенская простушка, которая еще вчера жила в общаге и перебивалась стипендией, теперь просыпалась в огромной, мягкой кровати, из которой можно было бы сшить десять моих одеял. И рядом, в соседней комнате, сопела моя Анютка-мифутка. Моя! Ой, да разве ж это моя? Это же дочка Максима Игоревича. А я… я просто няня. Толстая, неуклюжая няня. Но такая счастливая.

Каждое утро я щипала себя, чтобы убедиться, что это не сон. Солнце светило в огромные окна, из которых был виден весь город, словно на ладони. А я, деревенская девчонка, которая привыкла видеть только поля и лес, теперь видела небоскребы, которые упирались прямо в облака. Это было похоже на картинку из журнала, только я была внутри этой картинки. И это было… страшно. И волнительно. И так… нереально.

Максим Игоревич… Ой, да разве ж он вредный? Он же… он же такой. Саркастичный, да. Колкий, как ежик, который решил поработать кактусом. Но в глубине души… он же такой добрый! Он же не злился, когда я взорвала блендер! Он же не ругался, когда я покрасила его рубашки в розовый цвет! Он же… он же даже поднял меня на руки, когда я упала в обморок в магазине! Ой, да разве ж это не подвиг? Поднять такую тушу! Наверное, он потом неделю на массаж ходил, чтобы восстановиться.

Я все еще комплексовала. Конечно, комплексовала! Я же не модель из журнала. Я же не Лиза, его бывшая жена, которая, наверное, такая тоненькая, как тростиночка, и такая красивая, что глаз не оторвать. А я… я же пышка. Я же слон в посудной лавке. Я же… я же не пара ему. Ну вот совсем не пара! Он такой умный, такой богатый, такой… такой. А я… я просто Люся. Из деревни.

Но он… он смотрел на меня. Смотрел так, как будто я была самой красивой женщиной на свете. И его вредность…

И эти вечера… Ой, да разве ж это не сказка? Мы читали сказки Анютке. Я читала. Про драконов, про принцесс. А Максим Игоревич слушал. Слушал так внимательно, словно это был новый отчет о прибылях. И его глаза… Ой, да разве ж это не чудо? Они же светились!

А потом… потом он поцеловал меня. Ой, да разве ж это не сон? Я же думала, что такое бывает только в кино! Я же думала, что я никогда не буду целоваться с таким красивым мужчиной! Я же… я же просто Люся. Из деревни. А он… он поцеловал меня. Нежно. Так нежно, что у меня мурашки по коже побежали. И я поняла. Я влюбилась. Влюбилась в этого вредного, но такого доброго олигарха. Влюбилась в этот хаос, который он принес в мою жизнь.

И вот, когда я уже почти поверила, что это не сон, что это все по-настоящему, что я, Люся Петрова, наконец-то нашла свое счастье, явилась она. Лиза. Его бывшая жена. Ой, да разве ж это не дьявол во плоти?

Я увидела ее, когда возвращалась с Анюткой из парка. Мы шли, держась за руки, смеялись, рассказывали друг другу сказки про говорящих белочек. И тут, прямо у подъезда, стояло такси. Из него вышла она. Лиза.

Ой, да разве ж это не богиня? Она была похожа на статуэтку из фарфора. Тоненькая, как тростиночка, в дорогом костюме, который, наверное, стоил больше, чем вся моя деревня. Волосы уложены так, словно каждый волосок знал свое место. И лицо… Ой, да разве ж это не маска? Улыбка была такой… такой идеальной. Такой фальшивой.

Она увидела нас. Ее глаза, холодные и расчетливые, скользнули по мне, как по пустому месту. А потом остановились на Анютке.

— Анна! — пропела она, и ее голос был таким же сладким, как яд. — Моя дорогая девочка! Мамочка вернулась!

Анютка вздрогнула. Она спряталась за моей спиной, словно маленький, испуганный зайчонок.

— Не хочю к злой маме! — прошепелявила она. — Она не умеет мифутить!

Лиза нахмурилась. Ее идеальная улыбка слегка пошатнулась.

— Что за глупости, Анна! Мамочка очень соскучилась! Мы полетим в Лондон! Там столько всего интересного!

— Не Анна, я Анютка-мифутка! — заявила Анютка, выглядывая из-за меня. — И не полечю! Там нет папы-вледины и Люси-феи!

Лиза посмотрела на меня. Ее взгляд был таким презрительным, таким уничижительным, что я почувствовала, как мои щеки заливает краска. Я, наверное, выглядела как деревенская клуша рядом с этой богиней.

— Набрали кого попало, — прошипела она, обращаясь, кажется, к воздуху, но ее слова были адресованы мне. — Толстую деревенщину. И чему она может научить мою дочь? Только есть манную кашу и говорить глупости!

Мое сердце сжалось. Я же знала. Знала, что я не пара ему. Знала, что я толстая. Знала, что я деревенская. Но когда это сказала она… это было как удар ножом.

Я опустила глаза. Готова была провалиться сквозь землю. Готова была убежать куда глаза глядят.

И тут появился он. Максим Игоревич. Он вышел из подъезда, и его лицо было таким же мрачным, как грозовая туча. Он увидел Лизу. И его глаза… Ой, да разве ж это не молнии?

— Я поняла, что совершила ошибку! — заговорила она, вешаясь ему на шею. — Я думала только о карьере, а забыла о самом главном! О семье!

О семье! А я-то думала, что МЫ семья! Я, Максим и Анютка!

— Немного поздно об этом думать, — сухо ответил он.

— Нет, не поздно! — горячо возразила она. — Я вернулась! Я хочу быть с тобой, с нашей дочерью!

НАШЕЙ дочерью! Не "моей", а "нашей"! Значит, они пара! А я... а я что? Временная замена?

— Мама, — тихо сказала Анютка, прячась за мою ногу, — я не хочу с тобой.

— Детка, — нежно сказала Лиза, наклоняясь к дочери, — мамочка соскучилась! Теперь мы будем жить вместе, как настоящая семья!

Как настоящая семья! А я, значит, ненастоящая? Чужая?

— А где Люся будет? — спросила Анютка.

— Люся? — Лиза посмотрела на меня, как на мебель. — А зачем она? У Анны теперь есть настоящая мама!

Настоящая мама! А я что, ненастоящая? Игрушечная?

— Лиза, — начал Максим, — не все так просто...

— Что не просто? — перебила она его. — Я вернулась, я готова быть женой и матерью! Разве ты не этого хотел?

Женой! Она сказала "женой"! Значит, они... они снова вместе?

— Нужно поговорить, — сказал Максим.

— Конечно, поговорим! — обрадовалась Лиза. — У нас столько планов! Я получила предложение от крупной компании, мы можем переехать в Лондон, Анна будет ходить в английскую школу...

— Не хочу в Лондон! — заплакала Анютка. — Хочу дома, с Люсей!

— Детка, ты еще маленькая, не понимаешь, — сказала Лиза. — А взрослые знают, что лучше.

— Люся знает! — закричала Анютка. — Она доблая! А ты... ты меня блосила!

— Я не бросила, я работала! Для тебя работала!

— Неплавда! Ты меня не любишь!

— Анютка, — вмешался Максим, — не кричи на маму.

На маму! Он встал на ее сторону! Значит, и правда выбрал красивую, умную, успешную Лизу вместо толстой деревенской няни!

— Максим, — сказала Лиза, — нам нужно поговорить наедине. Люся, не могли бы вы оставить нас?

Меня выставляют! Как прислугу! Как... как няню, которая больше не нужна!

— Конечно, — прошептала я, чувствуя, как сердце разрывается на части. — Я... я пойду в свою комнату.

— А лучше прогуляйтесь, — мягко предложила Лиза. — Мы с Максимом долго говорить будем.

Прогуляйтесь! Чтобы не мешать им решать свое будущее! Их общее будущее, в котором для толстой няни места нет!

— Люся, не уходи! — заплакала Анютка.

— Я скоро вернусь, солнышко, — соврала я, гладя ее по головке. — Поговори с мамой.

— Не хочу!

— Надо, малышка. Она же твоя настоящая мама.

Настоящая. А я ненастоящая. Временная. Пока настоящая мама не вернется.

Вышла я из гостиной, а у самой слезы градом! Иду по коридору и слышу, как они разговаривают. Лиза говорит нежно, убеждающе:

— Максим, я изменилась! Я поняла, что карьера без семьи — это пустота! Я хочу быть с тобой! Я …давай все сначала. Как раньше.

— Лиза, прошло столько времени...

— Но мы же любили друг друга! Мы можем снова быть вместе! Ради Анны!

Ради Анны! Конечно, ради дочери он согласится! А я... я что? Лишняя!

Хотела я пройти в свою комнату, но остановилась у приоткрытой двери гостиной. Не подслушивать хотела, честное слово! Просто ноги сами остановились!

— Максим, — говорила Лиза таким нежным голосом, — я так скучала по тебе! По нашей дочери! По нашей семье!

— Семье, которой нет уже пять лет ты даже дочь от меня скрыла, — холодно ответил он.

— Я исправлю все! Дай мне шанс! Ради Анны!

И тут я увидела то, что разбило мне сердце на миллион осколков.

Лиза подошла к Максиму, обняла его за шею и... поцеловала! Прямо в губы! А он... он не оттолкнул ее! Стоял и позволял!

Я зажала рот рукой, чтобы не закричать. Значит, все! Значит, он выбрал ее! Красивую, успешную, настоящую мать своей дочери!

А я... я дура, которая поверила в сказку! Поверила, что олигарх может полюбить толстую деревенскую няню!

Тихо-тихо прокралась я к себе в комнату, достала чемодан и начала складывать вещи. Немного у меня вещей было — все поместилось в одну сумку. Как и положено временному человеку в чужой жизни.

Слезы лились ручьем, а я все складывала и складывала. Платья, которые Максим покупал. Туфли, в которых я чувствовала себя красивой. Украшения, которые он дарил...

Все это не мое! Все это для настоящей женщины! Для Лизы!

— Люся? — раздался тихий голосок у двери.

Обернулась — Анютка стоит, заплаканная.

— Ты куда собилаешься? — спросила она.

— Домой, солнышко, — прошептала я. — К маме, в деревню.

— А почему? Мы же семья!

— Нет, Анютка. У тебя есть настоящая мама. Красивая, умная. А я... я была временной.

— Неплавда! Ты моя настоящая мама! Я тебя люблю!

— И я тебя люблю, мифутка. Но иногда любви мало.

— А папа знает, что ты уезжаешь?

— Нет. И не говори ему. Пусть... пусть устраивает свою жизнь с мамой.

— Но я не хочу с мамой! Я хочу с тобой!

— Малышка, — села я на корточки перед ней, — твоя мама вернулась. Она будет с тобой, будет любить тебя. А я... я буду мешать.

— Не будешь!

— Буду, солнышко. В семье не может быть две мамы.

— Может! — упрямо заявила Анютка. — Ты будешь мифутская мама, а она обычная!

Мифутская мама! Как хорошо звучит! Но сказки кончаются, а в жизни все по-другому.

— Анютка, — позвала Лиза из гостиной, — иди сюда! Мама тебе подарки привезла!

— Не хочу подарки! — крикнула девочка. — Хочу Люсю!

— Иди, — попросила я ее. — Не расстраивай маму.

— А ты останешься?

— Я... я скоро вернусь, — соврала я еще раз.

Анютка ушла, а я быстро дописала записку:

"Максим Игоревич! Спасибо за все! Вы дали мне почувствовать себя нужной, любимой. Но у вас теперь есть настоящая семья. Анютка — чудесная девочка, любите ее. Желаю счастья! Люся."

Положила записку на стол, взяла сумку и тихонько вышла из квартиры. В коридоре еще слышала, как Лиза что-то рассказывает про Лондон, а Анютка плачет...

На улице было солнечно, но мне казалось, что вокруг сплошная тьма. Села я в такси и сказала:

— На вокзал, пожалуйста.

Мой телефон завибрировал. Это было сообщение от Максима Игоревича. Я не стала читать. Я знала, что там будет. Уволит. Ведь жена вернулась.

А я…В деревню. Домой. Туда, где меня никто не будет унижать. Туда, где я буду просто Люсей. Толстой. Неуклюжей. Но своей.

Я смотрела в окно. Городские огни проплывали мимо, словно звезды. А я чувствовала себя маленькой, одинокой точкой в этом огромном, безразличном мире. Я оставила там свою сказку. Свою мечту.